# Исповедание православной веры

Максим Грек

Написано прп. Максимом в заточении в Тверском Отроч монастыре. Возможность написать "Исповедание" появилась у автора после смерти великой княгини Елены Глинской в апреле 1538 года.

Начало "Исповедания" занимает изложение Символа Веры, остальная часть является ответом на два главных обвинения — в ереси и государственной измене. На судах он был лишен возможности дать столь подробный, обстоятельный ответ. Поскольку главным поводом для обвинения в ереси были книжные исправления, то о них он пишет достаточно подробно.

Безпреткновени бывайте Иудеем и Еллином и церкви Божией [1], говорит божественное и достопоклоняемое слово Апостола. Каким же образом это может быть нами исполнено, если не правою и православною верою, также житием честным и богоугодным, и прилежным исполнением божественных заповедей Господа и Спаса нашего Иисуса Христа? Ибо по слову божественного Иакова, брата Божия, вера без дел благих мертва есть [2]; также и дела без правой веры, безполезны. По слову Василия Великого, надлежит человеку Божию быть совершенным в том и другом. И это — так!

А как некоторые — не знаю, что им приключилось — не страшатся называть меня, человека ни в чем не повинного, — еретиком и врагом и изменником богохранимой Российской державы, то представилось мне необходимым и справедливым дать о себе ответ в кратких словах и вразумить клевещущих на меня такою неправедною клеветою, что благодатию истинного Бога нашего Иисуса Христа, я во всех отношениях — и православный христианин, и богохранимой Русской державы доброхотный и прилежнейший богомолец.

Итак, умоляю всякого православного священника и благочестивого князя выслушать мой ответ с приличным христианам благоразумием и с христоподражательною кротостию, отвергнув от себя всякий неправедный гнев и всякую ярость: гнев бо мужа правды Божия не соделовает [3], говорит божественный Иаков, брат Божий. Ибо где преобладает гнев и ярость, там и всякое душевное нестроение, и безобразие, и безчиние словесной части души, так как ум бывает ослеплен и омрачен бурею гнева. Поэтому просветив свой разум обычною православным тишиною священной любви и кротости, потщитесь, если я в чем уклоняюсь от православной веры — или по недоразумению, или по забвению, или по причине неразвития ума моего и разума, исправить меня духом кротости [4], по божественному Апостолу. Не стыжусь исправления и не отвергаю его, но и весьма желаю и с любовию приму его, как надежно направляющее меня к ожидаемому верными царству небесному.

Итак: верую всею душею и языком исповедую единого Бога Вышняго, Создателя всего, безначального, присносущного, безконечного, в трех ипостасях, Во Отце и Сыне и Святом Духе, нераздельно разделяемого, — в Отца, как источник и безначальное зачало Сына и Духа Святаго; в Сына — рожденного и безначально и присносущно от Него рождаемого и в Своей ипостаси поклоняемого и славословимого, и в Святаго Духа от Отца исходительно происходящего и в Своей ипостаси веруемого и исповедуемого, — единого Бога в Троице, едино существо, едино Божество, едино царство, едино господство, нераздельно разделяемое ипостасями и неслитно соединяемое пресущественным Божественным существом. Так я содержу и понимаю, вкратце сказать, о святой и единосущной и нераздельной Троице. Также верую и исповедую, что рождаемый безначально и присносущно от безначального Бога Отца, Сын и Бог Слово, благоволением Отца и осенением Святаго Духа зачался в пречистых ложеснах Пресвятой и Приснодевы Марии, Божией Матери, произшел из Нее с приятою от пречистых кровей Ее святою плотию, — совершенный человек, Тот же и совершенный Бог, сущий и веруемый в одной ипостаси и в двух естествах и действах и волях, так что ни Божество Его не преложилось в человечество, ни человечество не применилось в Божество. Также верую и исповедую, что Он нашего ради спасения претерпел крест, страдания и смерть и тридневное погребение, и все это благоволил добровольно претерпеть плотию Своею, при чем Божество Его пребыло совершенно непричастным страданию, ибо божественное естество выше всякого тления и страдания; воскрес же из мертвых в третий день силою воздвигшего Его Бога Отца, и возшел на небеса с приятою святою плотию Своею, соделавшеюся уже нетленною и безстрастною, и седит телесно одесную Бога Отца, и опять имеет придти со славою судить живых и мертвых, Который и воздаст каждому по делам его. Также верую во Всесвятаго Духа и исповедую Его Богом истинным в своей ипостаси сущим и поклоняемым, исходящим от единого Отца, как преподал нам и тайно научил божественный глас в Святом Евангелии божественного Иоанна. Больше этого священного тайноучительства касательно Святаго Духа я не мудрствую и отнюдь не учу ни одного человека, но всею душею пребываю во всех богословских догматах и разумениях, как предали нам самовидцы и слуги Бога-Слова, и бывшие после них все Вселенские Соборы боговдохновенных Отцев, отнюдь ничего не прибавляя к этому и не убавляя, или переменяя ни на одну йоту, или черту; но всю православную веру и учение их о Боге соблюдаю в сердце своем в целости и неизменно. Также и церковные их предания, что они установили, то есть, о поклонении честны´м иконам, о постах и об иноческом благочинии и устроении, и что они написали и предали Святой Апостольской и Соборной Церкви о божественных богослужениях, — все это я принимаю и исповедую и лобызаю от всего сердца своего. К тому же исповедую и проповедую себе и всякому православно верующему Преблагословенную Владычицу мою Богородицу, Предстательницу и Заступницу всем православным христианам, — что Она — Святая и Пречистая и Пренепорочная Приснодева, то есть, и прежде божественного и безсеменного рождения воплотившегося из Нее и в Ней Единородного Сына Божия, и в самом рождестве и по рождестве также пребыла Пречистою Девою, и как прежде безсеменного зачатия Еммануила не познала искушения мужеского, так и после рождения Его. Да не будет того, чтобы кто-нибудь из христиан позволил себе что-либо хульное думать в этом отношении о всесвятой и пренепорочной приснодевствующей Девице, честнейшей Херувимов и славнейшей без сравнения Серафимов! И об этом достаточно, дабы не обезпокоить благоверный ваш слух многословием.

Таково, говоря вообще, мое правое и непогрешительное мудрование о святой и непорочной христианской вере, которое ношу в сердце и возвещаю языком. По какой же причине некоторые не страшатся называть меня еретиком, — пусть скажут и ясно докажут, пусть явно обличат меня и сподобят исправления. Не отвергаю исправления, не стыжусь обличений, когда они происходят от отеческой любви, с миром и кротостию. Благодатию Христовой я во всех своих сочинениях, во всем сделанном мною переводе и при всех исправлениях божественных книг ваших учу всякого человека правомудрствовать о воплотившемся Боге-Слове, то есть, не называть Его только человеком, как это встречается в ваших часословах, но признавать совершенным Богом и совершенным человеком в одном Лице, единым Богочеловеком. Также исповедую всею душею, что Сей Богочеловек воскрес из мертвых в третий день, а не безконечною смертию умер, как проповедуют о Нем везде имеющиеся у вас толкования Евангелия. Я учу верить и проповедовать, что Он — несозданный по Божеству, а не созданный и сотворенный, как хулил злочестивый Арий и как везде проповедуют о Нем ваши триоди, об исправлении коих вы небрежете. Я признаю и исповедую Его одного от Отца без матери и прежде всех век рожденным, как учит божественный Апостол и все боговдохновенные богословы, а не «и Отца». Отец безматерним нигде в Священном Писании не называется; ибо он не рождается и не произошел от какого-либо другого старейшего Его существа. Да отсупит от православных такая хула! Отец безначален, не рожден и безконечен, и не Сам Себя привел в Божественное свое существо и ипостась, как нечестиво мудрствуют некоторые безумцы. Ибо если допустим сие, то, по необходимости, придется сказать, что прежде того, как Он Сам Себя привел в бытие, Его не было, и таким образом Он будет признан созданным, и что Сам для Себя служит причиною и началом, и, следовательно, подчинен времени, началу и концу — Тот, Кто один несоздан, безначален, присносущен, превечен и безконечен, вместе с происходящими от Него Сыном и Святым Духом. Имеющиеся же у вас часословы проповедуют Его тайно безматерним Сыну, а вы на такую хулу не обращаете внимания и не исправляете ее. Я в своих сочинениях обличаю всякую латинскую ересь и всякую хулу иудейскую и языческую, разбиваю и отвергаю их, как об этом свидетельствуют самые мои сочинения. В них я сам себе и всякому благочестивому иноку советую проводить жительство и устроять свою жизнь по святым Божиим заповедям, по преданиям и установлениям апостольским и святых Отец, — советую отстать от всякого лихоимства и взимания ростов, от неправды и расхищения чужих имений и трудов, так как, по учению Святых Евангелий и всего Священного Писания, творящие такие дела не в царство Божие приемлются, а отсылаются страшным Судиею в безконечные муки. Не по этой ли причине я сделался для вас невыносимым и назван еритиком? Подумайте, справедливо ли мне от вас это терпеть и слышать, — человеку, ни в чем не повинному в деле православной веры? По жизни же моей и по беззакониям нет никого грешнее меня. Свидетель мне Господь наш Иисус Христос, истинный Бог, что кроме множества своих беззаконий я ничего не знаю за собой, — ничего хульного и святой и непорочной христианской вере; также никаких лукавств и наветов я не изобретал ни на одного верного человека, хотя бы кто меня оскорбил ранее или теперь, по-видимому, оскорбляет. Ибо я знаю заповедь Спасителя, повелевающую: любите враги ваши, добро творите ненавидящим вас и молитеся за творящих вам напасть, и изгонящыя вы, яко будете сынове Отца вашего, Иже есть на небесех [5]. Ясно, что поступающие и мудрствующие вопреки этой заповеди, не Вышняго суть сынове, но богоборца и человеконенавистника, — суть чада диавола и угодники его. А как некоторые, руководимые враждою против меня, представляют в обвинение мое некоторое выражение, схваченное ими из сделанного мною перевода Триоди, и этим выражением пытаются меня выставить еретиком, то я считаю необходимым вкратце ответить на это, дабы и прочие не впали в подобный им грех несправедливого осуждения неповинного человека.

Начну так. В стихирах на день славного с плотию Вознесения на небо Господа и Бога Спаса нашего Иисуса Христа, клеветники мои нашли некоторое несоответствующее выражение, как им показалось: седел еси, и другое: седев, — и говорят: вот Максим явно отлучает от седения одесную Бога и Отца сопрестольного и соприсносущного Его Сына. Ибо это выражение седел еси и седев, относится к прошедшему времени, толкуют они, а не к настоящему и непрестающему. Из этого явствует, что Максим своим мудрованием отлучает Единородного от седения одесную Бога и Отца. Вот те выдумки и обвинения, которые выставляют против меня мои клеветники. Я же, призывая Бога во свидетеля, пред Ним Самим, Единым Сердцеведцем, пред Которым ни одна тварь не может утаится, так отвечаю вам, боголюбивейшие, со всею правдою: если я что-нибудь подобное хульное когда мудрствовал или теперь мудрствую, или впредь намерен мудрствовать против Господа нашего Иисуса Христа, как клеветники мои несправедливо меня обвиняют, то да не даст Господь мне сподобиться будущего общения с верными и стояния одесную страшного Судии, когда придет судить живых и мертвых, но да буду отлучен от ликостояния их и лишен вечной славы и веселия и с злочестивым Арием да буду осужден в огнь кромешный! Я с божественным Апостолом Павлом точно проповедую и глаголю всею душею и языком: Иже сый сияние славы Отца; и образ ипостаси Его, нося же всяческая глаголом силы своея, Собою очищение сотворив грехов наших, седе одесную величествия на высоких [6] и прочее. Также, каждый день и каждую ночь пою и глаголю со всеми православными: и возшеда на небеса и седяща одесную Отца, и далее; также в повседневном славословии пою, благословлю, славословлю и глаголю: Господи Боже, Агнче Божий, Сыне Отеч, вземляй грех мiра, помилуй нас, вземляй грехи мiра приими молитвы наша, седяй одесную Отца, помилуй нас, и прочее.

К тому же да будет известно вам, боголюбивейшим епископам и пресветлым князьям и боярам, что когда мною, грешным, производилось исправление Триоди, то я передавал слова вашим переводчикам Димитрию и Власию на латинском языке, так как вполне еще не изучил вашего языка. Если же вы находите что-нибудь хульное в приведенных изречениях: седел еси, седев, то справедливость требует, чтобы виновниками такого неприличного нерадения были признаны они, а не я; ибо я тогда не знал различия таких изречений. Если бы я знал, то никак не умолчал бы, но всячески исправил бы такую неприличную описку. Ибо какая будет мне польза от этих черных рубищ, от молитв, иноческого жительства и этих многолетних скорбей моих, если окажусь хулящим Господа и Бога и Спаса моего, Иисуса Христа, на Которого имею надежду от самой юности моей?

Итак, умоляю вас, православные: не слушайте таких неправедных клевет и, как благоверные подражатели милосердого и человеколюбивого Христа, разсудите спорное мое дело и окажите милость свою мне, бедному и нищему богомольцу вашему. Я, будучи просвещаем и наставляем благодатию Господа нашего Иисуса Христа, непрестанно, всею душею молюсь общему владыке и Создателю о милости, жизни, здравии и спасении, о мирном пребывании и сохранении богохранимой державы благоверного великого князя Российского, Иоанна Васильевича, и о брате его, князе Георгии, и каждый день по десяти раз преклоняю молитвенно колена мои о них пред царствующим на небесах Господом нашим, Иисусом Христом, Которого и поставляю свидетелем того, что я говорю истину. На каком же основании некоторые несправедливо клевещут на меня, называя меня изменником и врагом богохранимой державы Российской? Да не вменит им Господь Бог в грех сего! Но не хорошо и не прилично священникам священнодействующего в вышних Господа Иисуса Христа, Сына Божия, побеждаться яростию, гневом и памятозлобием, неправедно ненавидеть и враждебно гнать неповинных, а тем более тех, которые непрестанно молятся о вас, которые по божественной ревности борются и подвизаются за истину евангельскую и благочиние монашеского жития. Если же вам неугодна наша ревность по Боге и дерзновение по истине, которыми мы дерзаем ради Бога, уповая на вашу и нашу православную веру и любовь, то зачем вы и держите меня здесь насильно? Кто вас насильно к чему-нибудь принуждает? Но вы сами произволяете (научаться истине); на нас же, по заповеди Божией, лежит обязанность проповедовать, сколько для нас возможно, вопрошающим нас о евангельской и апостольской истине, и о преданном от Отцев известном иноческом житии и узаконении. Ибо сказано Небесным Царем, Иисусом Христом: Еже глаголю вам во тме, рцыте во свете: и еже во ушы слышите, проповедите на кровех [7]; и опять: иже аще постыдится словес Моих в роде сем (там же)… дальнейшее известно господам моим. Зачем же и вызвали меня сюда из Святой Горы, а главное, зачем держите здесь насильно, когда в усвоенном мною, отчасти, познании Священного Писания вы не нуждаетесь? Но прошу вас, не смущайтесь сказанным мною, что я насильно удержан у вас: ведь я делаю это объяснение пред благоверными и православными судиями и князьями. Сами хорошо знаете правило Первого Вселенского Никейского Собор, которым строго предписывается всем повсюду преосвященным святителям — отнюдь не судить никого, не принадлежащего к их пределам и области. Поэтому, хорош ли я и справедлив в своей православной вере, или погрешаю в чем, — я подлежу суду и разсуждению Вселенского Патриарха, а не святителя благоверной русской земли, ибо я — грек, и в греческой земле родился, воспитан и пострижен в иночество. Поэтому я подчинен и святителям греческой земли, согласно правил и установлений святых соборов. Следует поэтому вам, как правоверным, послушаться и подчиниться во всем божественным правилам и установлений святых соборов, чтобы оказаться вам во всем правыми пред Богом и заслуживающими и от людей честь и похвалу. Если же окажется, что я здесь кого-нибудь чем обидел, или злоумышлял против благоверного и славного великого князя Российского, и обвинители мои это докажут, то я не отказываюсь ни от какой смертной казни и с радостию приму всякое временное наказание, чтобы этим избавиться вечных мучений. Но надеюсь на неизреченную милость Божию, что оклеветавшие меня во всем меня оболгали, в чем Бог да простит им, кто бы они ни были.

Такой отзыв с моей стороны по сему предмету нахожу достаточным. Что же касается лично до меня, то, хотя я и не высок в знании и понимании божественного Писания, однако был послан сюда из Святой Горы по просьбе и по грамоте благоверного приснопамятного великого князя Василия Иоанновича всея России, от которого в течении девяти лет сподоблялся великой чести. Повинуясь его повелению, я перевел с греческого на русский язык не только толкование на Псалтирь, которое имеет особенно важное значение и исполнено всякой пользы и сладости духовной, но и другие боговдохновенные книги, многообразно попорченные переписчиками. Эти книги я при помощи благодати Христовой и содействии Святого Параклита (Духа Утешителя), исправил в лучшем виде, что и вам, думаю, господам моим, небезызвестно. Если же что-нибудь по забвению, или по какой другой причине, мною не досмотрено и, как вы заметили, не хорошо переведено, то причины сему могут быть различные, ежечасно приключающиеся уму человеческому по его несовершенству; ибо и забвение омрачает его, и скорбь смущает, случается, что ярость и гнев и опьянение потемняют его. В виду стольких треволнений, обуревающих немощный человеческий ум, если что-либо и недосмотрено кем, то не следует этому удивляться и смущаться сим, или осуждать его в ереси; напротив, следует отнестись к нему милостиво и оказать ему христианскую любовь, и что им недосмотрено — или по забвению, или по какой другой причине, следует исправить вместе с ним. Ибо нет никого из людей, который бы был вполне совершен, но все подлежим забвению и неведению, одни в бо´льшей, другие в меньшей мере, и все нуждаемся в совете и помощи других. В виду всего этого, было бы справедливо и благочестно с вашей стороны последовать примеру того Доброго Пастыря, который, оставив, девяносто девять (овец) в горах, пошел искать одну заблудшую, и, найдя ее, взял на свои плечи и возвратился, радуясь о ней более, нежели о девятидесяти девяти незаблудших. Его милосердию и кротости подражая, отложите и вы, умоляю вашу честность, как досточтимые священники Его и тайноводители словесных овец Его, всякое неприличное движение словесной части души, прекратите долговременное нерасположение, чтобы не сказать, вражду ко мне, бедному, и явите мне, окаянному, заповеданные Богом и свойственные Спасителю нашему Иисусу Христу любовь и кротость, чтобы и вам явиться во всем подражателями Его, споспешниками ко спасению заблуждающих и прилежными и крепкими хранителями Его святой заповеди, то есть, святой, богоподражательной и боготворной любви, которая есть исполнение закона, по божественному Апостолу, которою одною можно получить вечное царство Небесного Владыки, Который пришел на землю, чтобы спасти, а не погубить души человеческие. Тому слава во веки веков. Аминь.

# Примечания

1

Не подавайте соблазна ни Иудеям, ни Еллинам, ни церкви Божией (1 Кор. 10, 32)

2

вера без дел мертва (Иак.2,20)

3

ибо гнев человека не творит правды Божией (Иак.1,20)

4

Гал.6,1

5

Мф.5,44-45

6

Сей, будучи сияние славы и образ ипостаси Его и держа все словом силы Своей, совершив Собою очищение грехов наших, воссел одесную (престола) величия на высоте (Евр. 1, 3)

7

Что говорю вам в темноте, говорите при свете; и что на ухо слышите, проповедуйте на кровлях. (Мф.10,27)