# ЖИТИЕ ЕЛЕАЗАРА АНЗЕРСКОГО, НАПИСАННОЕ ИМ САМИМ

Елеазар Анзерский

ЖИТИЕ ЕЛЕАЗАРА АНЗЕРСКОГО, НАПИСАННОЕ ИМ САМИМ


ЖИТИЕ И ПОДВИЗИ ПРЕПОДОБНАГО ОТЦА НАШЕГО

ЕЛЕАЗАРА, И О ЗАЧАТИИ ЖИТИЯ ЕГО НА АНЗЕРСКОМЪ ОСТРОВЪ, И О УСТРОЕНИИ СКИТА. И О ВИДЪНИИХЪ ЕГО, И О ПРОТЧЕМЪ

ЖИТИЕ И ПОДВИЗИ ПРЕПОДОБНАГО ОТЦА НАШЕГО

ЕЛЕАЗАРА, И О ЗАЧАТИИ ЖИТИЯ ЕГО НА АНЗЕРСКОМЪ ОСТРОВЪ, И О УСТРОЕНИИ СКИТА. И О ВИДЪНИИХЪ ЕГО, И О ПРОТЧЕМЪ


ЛЪта 7123 (1615). ПовЪда мнЪ, грЪшному Елеазару, нЪкто от христолюбивыхъ мужей о островЪ Анзерскомъ — возможно на немъ имЪти житие пустынное. И приидохъ нача здати келлиа. Завидя жЪ супостатъ диаволъ, хотя устрашити и изгнати, вооружися на мя со многими бЪсы, ови во образЪ знаемыхъ сумскихъ людей сътрелцовъ, ины же незнаемы. Ови на коняхъ, ины жЪ пеши с луки и с самопалы и с копии. Обступиша мя съ яростию хотяху убити, глаголюще сице: «Почто прииде на насъ? Наше бо мЪсто исконии бе, никто же бо житие прежде тебе имуще». Азъ имъ отъвЪщавъ: «Не ваше, Христа бога нашего, а богъ изволилъ быти мнЪ на мъстЪ семъ». И начахъ глаголати: «Да воскреснетъ богъ и разыдутся врази его», и протчая псалма того. И тако отъидоша без вЪсти.

Иногда же приходяще съкрегчуще зубы и грозяще убийствомъ, глаголы многоразличными устрашая. И до сего дни безпрестанно. Иногда же напрасно пришедше, яко изъ тысячи въдругъ самопаловъ удариша, съ первыхъ днехъ жития моего, отъ Покрова пресвятЪй Богородицы до Рождества Христова, бога нашего. ЗЪло мнЪ тяжко — не дающе сна и покоя ни в денъ, ни в нощъ. И нЪ в кое время, спяще и не спяще мнЪ, прииде ко мнЪ въ видЪнии святая богородице, глаголюще ми тако: «Мужайся и крепися, господь с тобою. И напиши в келлии своей на стенахъ: «Христосъ с нами уставися»». И даде мнЪ посохъ и четки. Азъ жъ, востахъ, написахъ по глаголу ея. И умалися многи рати.

По семъ седящу ми нЪкогда, борящеся со сномъ, и слышахъ гласъ, поюще псаломъ на 4 гласъ: «ВознЪсу тя, господи боже мой, яко подъялъ мя и не возвеселилъ еси враги моя, господи боже мой!» Азъ же противъ воспехъ в той же гласъ: «Буди имя господне  благословенно отънынЪ и до вЪка». По семъ облецыся во святый совершенный великий образъ иноческий, и паче рать умалишася, а не отступающе же рать творяще. И невозможно многихъ козней ихъ изглаголати и списати.

Во ины жЪ дни прииде ко мнЪ нЪкто Соловецкаго острова инокъ, имя ему Кирило. И нача ему глаголати: «Брате, аще пришелъ еси богу работати — поживемъ в любви христовой в безмолвии обычаемъ. Церкви же отънюдъ не помышляй ставити, освятимъ прежде церковь телЪсную, свободимъ душы своя от грЪхъ, а по смерти нашей, яже богъ изволитъ». Онъ, слыша отъ мене, и паче мене укрепляюще, и обЪщася никако же сего начати.

Во время же то, при государе царЪ и великомъ князЪ МихаилЪ Феодоровиче всея Руссии, случися быти на МосквЪ игумену соловецкому Иринарху и старцомъ. Прииде же игуменъ къ государины, великой старицы инокини МарфЪ ИвановнЪ, побити челомъ о своей нужды. Она же вопрошаху его тако: «Слухъ насъ дошедъ, отецъ игуменъ Иринархъ, что есть, дЪ, отъ вашего монастыря недалече островъ Анзерской, на немъ отшелницы живутъ пустыннымъ житиемъ». Онъ же отъвЪщает: «Ей, государыни, островъ зЪло угодЪнъ иноческому пустынному пребыванию: воды много, со езеры, и лЪсъ, и ягодичие». Она же глаголаше: «Мочно ли поставить на томъ мъстЪ церьковъ по глаголу твоему?» Онъ глагола: «ЗЪло угодно!» И даша ему сто рублев на сооружение.

Намъ же, пребывающимъ на островЪ, ничто же о сЪмъ имуще попечение, но самъ богъ изволи быти съвятой церкви.

По семъ же извЪсти богъ святейшему патриарху о святемъ мЪстЪ, и даша книги, и ризы, и образы, и приложи велию веру строити. НЪкогда же видЪхъ азъ, грЪшный Елеазаръ, умныма очима над темъ мЪстомъ, идеже нынЪ стоитъ святая церьковь, облакъ теменъ, и нача быти красЪнь, и сниде, нача грЪмети, обхожаше около то мЪсто, попаляя и очищая островъ, идеже церъковь и келий нынЪ стоятъ, в длину восемдесятъ сажен, поперегь — сорокъ. Инъ же братъ повЪда мнЪ, имя ему Феофилъ,— видяще идуще отъ высоты небесныя, от Востока, церковь на мЪсто богоизбранное. Старецъ мой Фирсъ слышахъ явЪ звонъ велми, и мене возва ис келий во свидетельство се бывающи. Лука же верижникъ, что былъ у губы у Троицкой, слышахъ во дни гласъ неизреченный и звонъ многъ на том же мЪстЪ: в то время бралъ ягоды на монастырь Соловецкой. И мнози людие поморцы, егда стояще у острова ко пристанищемъ, повъдаху мнЪ страшная и различная знамения.

По повелению государя царя и великаго князя Михаила Феодоровича всея Русии, и по благословению великаго государя, святейшаго патриарха Филарета Никитича московъскаго и всея Русии, поставити повелЪ церковь во имя пресвятыя Троицы. Егда же уготова бревна, прииде игуменъ Иринархъ обложити церковь, и нача класти основание бревны, идеже нынЪ стоитъ. Азъ же моляще его подвигнути основание повыше, чтобъ среди острова. Онъ же не послуша. МнЪ же пререкующе ему о семъ. Онъ же повЪда мнЪ: «Сынъ, дЪ, мой духовной, инокъ, сидЪлъ на тони, со служебники ловилъ рыбу красну на Соловецкой монастырь, — на усть Кобыльи губе, отъ того мЪста за две версты. И повЪда мнЪ страшно видение: во время полудня сЪдящу ему сътрегуще рыбы и видЪхъ на том мъстЪ столпъ огненъ, до небесъ восходящъ. Онъ же вскоре посла двухъ человЪкъ своихъ рыболовцовъ: «ИдетЪ и возвЪстите ми, что се есть таково дивное знамение?» Онии же приидоша на мЪсто то, огня же не видяще, токмо от того мЪста восходяще дымъ и гарь. И приидоша къ старцу и повЪдаху ему, яко на томъ мЪстЪ быша знамения подлЪ того, идЪже кЪлия стояла Усольскаго дворища». Имени же игуменъ того старца не повЪда.

Во оно же время, при игуменЪ РафаилЪ видяще в нощи иноцы и белцы Соловецкаго монастыря над монастыремъ Анзерскимъ светъ неизреченный. Они же мняще, яко церьковь и вси келии отъ огня погореша. И в той же нощи игуменъ посла двухъ человЪкъ на проповЪдание. Они же приидоша скоро ко мнЪ и вопрошающе мя и братию: «Что у васъ в нощи сей бывше?» Намъ же отъвЪщающе: «Ничто же видЪхомъ, током милостию божией хранимы».

Прежде мене, грешнаго Елиазара, бывшей игуменъ Иаковъ виде от бога оттровение о месте Анзерскомъ. Азъ же его застахъ. И повЪда, что хощетъ богъ прославитися на мЪстЪ семъ, и будетъ монастырь велий и многи святыя. И самъ онъ хотелъ поставити монастырь на томъ мЪсте и церковь возъдвигнути. И по зависти супостата врага не даша ему воздвигнути соловоцкия старцы. Онъ же и до смерти глаголаще: «Аще и не даша мнЪ поставити, а обитель будетъ на мЪстЪ семъ велия».

Во ино же время стоящу ми пред образомъ Христа, бога нашего, молящеся со слезами и глаголюще тако: «О, владыко Христе, царю и содетелю мой, что воздамъ противъ милости твоей? И ничто же бо благо сотворихъ пред тобою!» И видЪхъ, яко голубь лицу моему тихо приразися и глаголюще тако: «Богу моему и богу твоему сълезы твоя принесу». И тако невидимъ бысть. И возрадовася душа моя, и вся внутренная в веселии бысть.

В некое время преставися братъ у насъ, имя ему Тихонъ, инъ же братъ, имя ему Тихнути, диаволскимъ навождениемъ украде того брата умершаго двЪ книги. Последи же того по обычаю поюще намъ вечерню, и еще тогда немного братства, четыре брата, и видЪхъ на нЪкихъ на главЪхъ седяще некая сила божия в голубинЪ образЪ, на ином же на раму поседе, ко иному брату полете и скоро сердцу приникнушу крылома, ко иному же паки отвратися. Азъ же чудихся зря, не вЪдЪхъ тайны. Той же братъ прииде во умиление, исповеда ми , кланяяся и прощения прося.

Во ино жъ время мало приимшу мне сна лежаще на ложи моемъ, имуще во устахъ молитву, и обрЪтохся  на нЪкоемъ месте при горе, недалече от церкви к восточной сторонЪ с полпоприща. И видЪхъ умныма очима чудное видение: сЪдяще на престолЪ господа бога ветхи денми, яко же описуютъ иконописцы, с ним же видяще на престолЪ Сына божия, на третиемъ престолЪ святаго Духа въ голубинЪ образЪ. Чюднаго же зракаихъ и сиания невозможно списати. Пред ними же стояще аггелы, имуще на себе одежду бЪлу, яко снЪгъ, держаще в руку своею кадило, и нача кадити, яко же священники обычай иматъ по чину по трижды. И нача кадити прежде Отца и бога, глаголюще тако: «Слава Отцу и Сыну и святому Духу», и поклоняшеся до земли. Прииде же къ Сыну божию, нача кадитъ, глаголюще сице: «Славословлю тя, Сына, со Отцемъ и Духомъ святымъ», и поклоняшеся. Прииде же ко святому Духу кадить, глаголюще: «Прославляю тя, святаго Духа, со Отцемъ и Сыномъ». Азъ же грЪшный приложихъ к симъ словесемъ: «Троица святая, спаси души наша нынЪ и во веки векомъ, аминь». И ощути сердце мое исъполнено радости многи зЪло.

Егда мне бываютъ многи скорби от бЪсовъ и зълыхъ человЪкъ, многажды невидимо глаголюще: «Не бойся бЪсовъ — господь с тобою». Иногда же глаголюще: «В терпении стяжите души ваша». Многажды и от братий соловецкихъ и пребывающе со мною наносяще мнЪ скорби и не могущи терпЪти утешающе мя и невидимо глаголюще: «Вы бо силни есте и немощи немощныхъ носите».

И по многимъ временемъ многимъ симъ знамениемъ не вЪрующе ми, да некако прельщенъ буду от врага. И седящу ми въ келии при оконце и слышах гласъ от полуденныя страны, яко громъ от небеси, истязающе мя за невЪрие многимъ видениямъ явнымъ и в тонкомъ снЪ, и глаголюще сице: «О, роде невЪрный и развращенный, доколЪ буду с вами, доколЪ терплю вамъ!» И от гласа того страшнаго ужасеся душа моя и вострепета вся внутренняя моя зЪло.

Не в кое же время хотяще ми изыти от острова Анъзерскаго въ руския мЪста от стужения злыхъ человЪкъ и бЪсовъскихъ страстей, и видЪхъ знамение. Стоящу ми на поле чисте и показующе ми некто незнаемъ перстом на небо: «Зри». И видЪхъ чрезъ все небо лучю свЪтовидну, яко радуга во время дождевное. И, мало помедливъ, паки глаголюще: «Возри на небо». И видЪхъ образъ Христа бога нашего и пречистую богородицу, и святаго пророка Иоанна, с ними же дву анъгеловъ и апостоловъ, яко же въ ДЪисусЪ описуютъся. МнЪ жЪ чудящеся симъ знамениямъ. И паки показующе ми: «Зри на небо!» И видЪхъ нерукотворенный образъ Христа бога, тако бысть великъ во все небо. И глаголаше ми: «Виждь величество божие и славу его: егда Отчимъ изъволениемъ во чревЪ вмъстися в пресвятую богородицу и на земли многи скорби претерпЪ человЪкъ васъ ради бывъ, ныне же и небо не вмЪститъ. А ты не хощеши терпети скорби».

Некогда ми бдяще въ молитвах и совершающе Иисусовы молитвы, число и поклоны. Последи же нача призывати пречистую богородицу. Обычай имущи молитися: «Пресвятая госпоже Мария, пречистая богородица, спаси мя грЪшнаго!» И къ совЪршению сотни сотвори, является мнЪ пресвятая богородица, имуще на себЪ три звЪзды велми свЪтлы — на главЪ и на рамЪхъ, яко же описуютъ, имуще ризу багровидну. И глаголаше ми: «Елеазаръ, разумЪй на мнЪ звёзды сия. И аще имаши всегда мя тако призывати въ молитвахъ, буду тебе помогати до исхода души твоея». В то же время лежаще у мене труждающему — пришелъ из своея келии, угорелъ зимною порою. И приниче к нему, на него подула и глагола мнЪ: «ПобЪреги угорчака сего». И тако невидима бысть.

Въ день неделный, во святый постъ, видехъ святую богородицу на литургии умнымъ окомъ: стояща пред образом своим болшимъ от леваго крылоса, лицемъ на церковь. И нача мы на сходЪ пЪти оба крылоса стихъ «О тебе радуется обрадованная» задостойна. Она же двигнуся с того мЪста и ста посредЪ насъ с молчаниемъ, стояла до скончания стиха того. Мы же пропевше поклонишася по обычаю, она же тако же поклонися и невидима бысть. МнЪ же страхомъ и радостию объяту бывшу.

Во ино жъ время лЪтнЪе приидохъ въ церковь к обедни в день суботный поранЪе прежде братии и въ трапезЪ начало положихъ по обычаю. И является мнЪ образъ пречистыя богородицы подобие смоленския, держаще на руку лЪвою превечнаго младенца, господа нашего Иисуса Христа, яко же въ Соловецкомъ монастырЪ противъ игуменскаго места, имуще на себе ризу багровидну, златомъ часто испещренну. И глагола ми тако: «Елеазаръ, имейте заповеди христовы — смирение и любовь, да во имя мое поставите святую церковь». И невидима бысть.

По семъ является ми въ церкви пресвятыя Троицы во ино время во образе апостолъ христовъ Павелъ, держитъ въ правой руке знамение — образъ пядничной пресвятыя богородицы. И глаголаше мнЪ тако: «Елеазаръ, аще когда приходите во святую церковь, приходите и покланяйтеся образу Христа бога нашего со страхом и трепетомъ. Да сия глаголы моя и братии яви».

На другой же день в келию прииде ко мнЪ искуситель. Является мнЪ темъ же образом Павла апостола, токмо в рукахъ не имать образа. Мене же сохрани сила божия. Опознахъ чювствомъ приходъ его. И нача глаголати: «ВЪрую во единаго бога Отца!» И тако силою Христовою в той часъ исчезе.

НЪкогда ми прииде помышление: како сотворю угодно творцу и богу моему и что угодно ему моление? И востахъ помолихся прилЪжно: «Владыко, боже Отче и Сыне и святый Душе! Яви мнЪ, како тя призову на всяко время — псалмопениемъ или красною молитвою?» И слышахъ гласъ глаголющъ ко мнЪ:

«Симъ образомъ молися — глаголи на всякъ день: «Слава в вышныхъ богу и на земли миръ, въ человЪцехъ благоволение» до конца и: «Господи — прибежище бысть намъ» и: «Сподоби, господи, въ день сей и на другой день». Паки помолихся. И паки тоже повелЪваетъ глаголати. Се бо есть пЪснь къ богу обща ангелска и человЪческа.


Сие списано с писма преподобнаго Елеазара Анзерскаго, которое писмо на столпце на обороте написано въ заглави тако: «Писмо руки началника Анзерскаго скита, грЪшнаго старца Елезара». И оное писмо хранитца с протчими писмами въ полате со столпцами о трехъ склейкахъ, в верху четвертая не писана.