# Главы о молитве

Блаженный Каллист Патриарх

> Предлагаются несколько сокращённо и инде перифразом

1) Если хочешь держать настоящее делание молитвы, подражай гусляру, который, преклонив немного главу, и ухо обратив к струнам, искусно ударяет по струнам и, извлекая гармонические звуки, услаждается их мелодией.

2) Ясен ли тебе пример сей? — Гусли — сердце; струны — чувства; бряцало — память Божия; гусляр — ум. Ум памятию о Боге и божественных вещах извлекает из богобоязненного сердца чувства святые, от которых сладость некая неизреченная исполняет душу, и ум, чистым бывая, освещается божественными озарениями.

3) Гусляр ничего не видит и не слышит, кроме своей мелодии, коей услаждается. И ум во время молитвы действенной, трезвенно углубляется в сердце и ничему уже внимать не может, кроме Бога. Всё внутреннее его изрекает к Богу Давидским гласом: прильпе душа моя по Тебе (Пс. 62, 9).

4) Если чувств телесных не заградим, то не источится в нас ключом бьющая вода оная, которую даровал Господь Самаряныне. Сия, ища чувственной воды, обрела иную воду — живую, текущую внутрь её самой. Ибо как земля естественно имеет в себе воду, которую, как только откроется исход, тотчас и изливает, так и земля сердца естественно имеет в себе эту воду духовную, из него ключом бить начинающую, как только возможно станет, подобно праотческому свету, который чрез преслушание потерян Адамом.

5) Как вода чувственная непрестанно течёт из источника: так и живая вода, ключом бьющая из души, по открытии её, не перестаёт источаться. Она, и в душе Богоносного мужа Игнатия вселившись, располагала его говорить: «нет во мне огня веществолюбивого (питающегося веществом), но во мне вода действует и говорит».

6) Сия блаженная, паче же и треблаженная вода, умное, говорю, трезвение души, подобна воде, бьющей и источающейся из глубины земли. И эта вода, что из источника истекает, источник делает полным, а вода, что бьёт из сердца, и как бы сказать, приснодвижно движима бывает Духом, всего внутреннего человека исполняет божественной духовной росою, внешнего же делает огненным.

7) Ум, очистившийся от всего внешнего и чувства всецело подчинивший себе деятельной добродетелью, неподвижным пребывает внутрь сердца, как в центре водружая взор свой. Там, приемля мысленные озарения, как блистания молнийные, собирает он божественные разумения.

8) Слыша сие, никто из непосвящённых или ещё млека требующих (Евр. 5, 12), да не касается того, как такого, чего касаться не в своё время запрещено. Покушение тех, которые прежде времени взыскивают того, что бывает в своё время, и тщатся насильно протесниться в пристань бесстрастия, без должного к тому приготовления, святые отцы назвали умоисступлением. Ибо не знающему букв невозможно читать книг.

9) Движения, вследствие подвига, производимые в душе Божественным Духом, делают сердце тихостным и непрестанно побуждают его вопиять: Авва Отче! Но это не сопровождается какими–либо воображениями, или бывает безóбразно; нас же преобразует зарею божественного света и даёт нам образ, какой подобает соответственно горению Духа Божественного; и не только это, но и изменяет и переменяет божественной властью, как Сам Он один то ведает.

10) Ум, очистившийся посредством трезвения, если непрестанной памятью Иисусовою не упразднится от всего внешнего, легко омрачается. Равно, с деятельностью соединивший созерцание, или хранение ума, молвы о себе не отрицается, и говора о себе ясного или неясного не отвращается. Ибо только душа, уязвленная божественной ко Христу любовию, влечётся вслед Его единого, как брата (Пес. Пес. 2, 5).

11) Удерживать плотские страсти и взыграния, или с разумом упраздняться от них, по слову Пророка: упразднитеся и разумейте (Пс. 45, 11), можно и живущим в мире; изгладить же, или потребить их — для них невозможно. Но жизнь пустынная умеет явно искоренять их.

12) Из живых или текучих вод иная имеет быстрое движение, а иная тихое и медленное. Первая, по причине скорости своего движения, не может оставаться мутной и, если когда немного возмутится, скоро опять прочищается, имея такое движение. Но когда движение воды, изменившись, станет наималейшим, тогда она не только возмущается, но такой почти и остаётся по неподвижности своей; и надобно бывает прочищать её, дав ей движение.

13) К новоначальным, нравоучимым и деятельным, бес подходит звуками ясными или неясными. А для созерцательных производит некие фантазии, иногда окрашивая воздух, наподобие света, а иногда производя огневые какие–либо образования, чтоб такими покушениями прельстить как–нибудь подвижника Христова.

14) Если хочешь научиться, как должно молиться, взирай на конец внимания, или и молитвы. Конец же сей есть умиление, сокрушение сердца, любовь к ближнему; чему противоположное само собою явно, именно — помысел похоти, шептание клеветы, ненависть к ближнему и сему подобное. Всё сие несовместно с деланием молитвы[1].

# Примечания

1

Очевидно, что это — только часть глав, или отрывок.