Annotation

Архимандрит Иоанн Крестьянкин († 2006) – один из известнейших современных старцев, духовник Псково–Печерского монастыря, скончавшийся на 96 году жизни, обладал даром духовного рассуждения. Исполняя заповедь Господа о любви к ближнему, он много десятилетий нес послушание старческого служения, проводя многочисленные беседы с людьми. Но главное старец сказал в своих проповедях, письмах, размышлениях. Нам нужно только вместить и выполнить сказанное.

- Проповеди

- Содержание:

- Вместо Предисловия

- 1. Перед Великим Постом

- Закхей и о перенесение мощей святителя Иоанна Златоуста

- Неделя о мытаре и фарисее и память Григория Богослова

- Неделя о Страшном Суде

- Неделя сыропустная

- Прощеное воскресенье

- 2. Великий Пост

- 1–е Воскресенье Великого поста

- Неделя 1–я Великого поста, Торжество Православия

- О причащении

- Неделя 3–я Великого поста

- Неделя 4–я Великого поста

- 1–я пассия: причины восстания иудеев на Христа

- Гефсиманские страдания

- Слова Спасителя со Креста

- 4–я пассия

- 3. Пасхальный Период

- Светлая седмица

- Неделя 5–я по Пасхе, о самаряныне

- Неделя 6–я по Пасхе, о слепом

- Вознесение

- Неделя 7–я по Пасхе

- Память отцов 7–го Вселенского Собора

- Праздник Пресвятой Троицы

- Пятидесятница

- 4. Недели после Пятидесятницы

- Неделя Всех святых в земле Российской просиявших

- Неделя 13–я по Пятидесятнице, на притчу о злых виноградарях

- Неделя 14–я по Пятидесятнице, притча о званных на вечерю

- Неделя 16–я по Пятидесятнице

- Неделя 20–я по Пятидесятнице

- Неделя 22–я по Пятидесятнице

- Неделя 25–я по Пятидесятнице, притча о милосердном самарянине

- Неделя 26–я по Пятидесятнице, о памяти смертной

- Неделя 27–я по Пятидесятнице

- Неделя 29–я по Пятидесятнице

- 5. Непереходящие Праздники

- Собор новомучеников и исповедников Российских

- Евангелист Иоанн Богослов и святитель Тихон Патриарх Московский

- Перенесение мощей святителя Николая

- Преподобный Серафим Саровский

- Пророк Илия

- Успение Пресвятой Богородицы

- Успение Божией Матери

- Успение Пресвятой Богородицы и 500–летие Псково–Печерского монастыря

- Праведные Иоаким и Анна

- Усекновение главы Крестителя Господня Иоанна

- Воздвижение Креста Господня

- Покров Божией Матери

- Архистратиг Михаил и прочие Небесные Силы

- Ангелы

- Введение во храм Пресвятой Богородицы

- Неделя пред Рождеством Христовым святых отец

- Пред Рождеством Христовым, святых отец

- Второй день Рождества Христова

- Молитва к Матери Божией

- 6. Разные

- Икона «Всех скорбящих Радость»

- Печерский игумен преподобномученик Корнилий

- Преподобномученик Корнилий

- Преподобномученик Корнилий

- Освящение храма во имя Собора Псково-Печерских святых

Проповеди

Содержание:

Вместо Предисловия.

1. Перед Великим Постом.

Закхей и о перенесение мощей святителя Иоанна Златоуста.

Неделя о мытаре и фарисее и память Григория Богослова.

Неделя о Страшном Суде.

Неделя сыропустная.

Прощеное воскресенье.

2. Великий Пост.

1–е Воскресенье Великого поста.

Неделя 1–я Великого поста, Торжество Православия.

О причащении.

Неделя 3–я Великого поста.

Неделя 4–я Великого поста.

1–я пассия: причины восстания иудеев на Христа.

Гефсиманские страдания.

Слова Спасителя со Креста.

4–я пассия.

3. Пасхальный Период.

Светлая седмица.

Неделя 5–я по Пасхе, о самаряныне.

Неделя 6–я по Пасхе, о слепом.

Вознесение.

Неделя 7–я по Пасхе.

Память отцов 7–го Вселенского Собора.

Праздник Пресвятой Троицы.

Пятидесятница.

4. Недели после Пятидесятницы.

Неделя Всех святых в земле Российской просиявших.

Неделя 13–я по Пятидесятнице, на притчу о злых виноградарях.

Неделя 14–я по Пятидесятнице, притча о званных на вечерю.

Неделя 16–я по Пятидесятнице.

Неделя 20–я по Пятидесятнице.

Неделя 22–я по Пятидесятнице.

Неделя 25–я по Пятидесятнице, притча о милосердном самарянине.

Неделя 26–я по Пятидесятнице, о памяти смертной.

Неделя 27–я по Пятидесятнице.

Неделя 29–я по Пятидесятнице.

5. Непереходящие Праздники.

Собор новомучеников и исповедников Российских.

Евангелист Иоанн Богослов и святитель Тихон Патриарx Московскый.

Перенесение мощей святителя Николая.

Преподобный Серафим Саровскый.

Пророк Илия.

Успение Пресвятой Богородицы.

Успение Божией Матери.

Успение Пресвятой Богородицы и 500–летие Псково–Печерского монастыря.

Праведные Иоаким и Анна.

Усекновение главы Крестителя Господня Иоанна.

Воздвижение Креста Господня.

Покров Божией Матери.

Архистратиг Михаил и прочие Небесные Силы.

Ангелы.

Введение во храм Пресвятой Богородицы.

Неделя пред Рождеством Христовым святых отец.

Пред Рождеством Христовым, святых отец.

Второй день Рождества Христова.

Молитва к Матери Божией.

6. Разные.

Икона «Всех скорбящих Радость.»

Печерский игумен преподобномученик Корнилий.

Преподобномученик Корнилий.

Преподобномученик Корнилий.

Освящение храма во имя Собора Псково–Печерских святых.

Вместо Предисловия

«Во имя Отца и Сына и Святаго Духа» — Это слова молитвы, други наши, коими мы впервые в жизни засвидетельствовали веру нашу в купели Святаго Крещения; это слова, с которыми рождается в мир свыше, силою Божией благодати, новый человек — Божий человек. И с тех пор, когда совершилось в нас великое Таинство Крещения водой и Духом, эти слова всю жизнь будут сопровождать нас на нашем жизненном пути, охраняя материнским благословением во младенчестве, укрепляя в юношестве и сопровождая на пути жизни самостоятельной. И трепетная материнская рука осенит крестным знамением повзрослевшее чадо, благословляя на выбор жизненного пути, и дрожащий от волнения материнский голос с чувством произнесет: «Во имя Отца и Сына и Святаго Духа», освящая неведомые пути предлежащей ему жизни, семейной ли, монашеской ли. И Церковь вслед за родительским благословением рукой священника преподаст Божие благословение: «Во имя Отца и Сына и Святаго Духа» — как внешний знак преподания благодати Святаго Духа на избираемый путь жизни, на начинаемое благое дело. Божия благодать — вот та святыня, сила и крепость, что сокрыта в словах этой молитвы и в крестном знамении, сопровождающем ее. Действия всех трех Лиц Пресвятой Троицы вступают в этой молитве в силу. Чему быть благоволил Бог Отец, что исполнил в Себе Сын Божий, то присвоить нам, верующим, снисходит в ней Дух Святый. И звучит сия молитва и как наше исповедание Бога, и как наша проповедь о вере. И малая молитва невидимо делает большое дело, освящая всякое человеческое начинание, давая ему великую власть стать жертвой Богу, и освящая одновременно и того, кто эту жертву приносит. Не человеческий ум привнес в мир эту молитву. Впервые в основание христианской веры и жизни ее положил Сам Единородный Сын Божий Иисус Христос, когда, посылая Своих учеников на всемирную проповедь Евангелия, заповедал им: «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа; уча их соблюдать все, что Я повелел вам…» (Мф. 28:19–20). В кратких словах — «во имя Отца и Сына и Святаго Духа» — Господь заключил и всю сущность христианской веры, и все основание христианской жизни. Этой молитвой Христос засвидетельствовал веру в Единого Бога, в трех Лицах прославляемого. Сам Бог Отец, Бог Сын и Бог Дух Святый — все Едино присутствуют в ней и несут столь привычное для нас чудо, источник жизни и бессмертия, таинственную и мощную силу — жизнь, одухотворенную Богом. Основание же христианской жизни в том, что «не нам, Господи, не нам, но имени Твоему даждь славу…» (Пс. 113:9). А это значит, что не во имя свое, не ради славы своей и своих земных выгод, но для Бога, ради Бога и во славу Божию будет созидаться последующее за молитвой дело. Божиим именем оно освящается, малое ли, великое ли, и Божией помощью и Божиим смотрением даст плод на пользу души во спасение. Други наши, будем же всегда помнить, что — эта молитва есть та спасительная печать, запечатлевающая принимающих ее во спасение; — она есть ключ, отверзающий ум и все силы души к принятию Слова Божия; — она есть страж, охраняющий чистоту души, ума и сердца. Дорогие мои, примем же сознательно и вдумчиво Божий дар — святыню этой молитвы — и на заре начинающегося дня, когда поставляет она нас пред иконами на утреннее поклонение Богу, и в течение дня, испрашивая Божие благословение на всякую нашу духовную и житейскую потребу, и ею же начнем и свою вечернюю жертву Богу пред отходом ко сну. «Во имя Отца и Сына и Святаго Духа», — звучит и с амвона всякий раз, призывая внимание наше к слышанию проповеди о Боге, о святыне, о святых. Откроем же сердца наши навстречу Божией благодати, и да произрастет в сердцах наших силой этой великой молитвы и еще одна, все побеждающая, все освящающая, все возрождающая молитва: «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, Троице Единосущней и Нераздельней, предавшей нам исповедание о Себе!» Аминь.

1. Перед Великим Постом

Закхей и о перенесение мощей святителя Иоанна Златоуста

Круг церковного богослужебного чина снова привел нас к вратам Великого поста. И мы в преддверии его опять, как каждый год, встречаемся с Закхеем «праведным, справедливым» по имени (ибо это означает имя его), но грешным по делам человеком, начальником мытарей, который очень долго и Бога не боялся, и людей не стыдился.

Но именно этот, грешнейший многих грешников, удостоился войти в церковную историю, потому что дал образ первых шагов падшего человека навстречу Господу. И пример его жизни явил откровение о милосердии, о внимании Христа к обращению грешного человека, к самым первым шагам к исправлению.

И сегодня же — так совпали нынче дни — мы с вами особенно молитвенно поминаем того, кто ежедневно напоминает нам о себе, чей орган души, сердца и уст сподобился Божиим велением пропеть единственные, неповторимые слова, дающие жизнь миру, — слова Божественной литургии. Мы поминаем великого учителя Вселенской Церкви — святителя Иоанна Златоустого, ибо сегодня день памяти возвращения святых его мощей из заточения в Царьград на патриарший престол, откуда человеческим коварством и клеветой сбросила его сатанинская злоба, желая разбить этот богоизбранный сосуд.

Но величие духа святителя, всецело от младенческих лет преданного Богу, победило бури жизни, и слова: «Слава Богу за все» — увенчали его многотрудную, многоскорбную и многоплодную жизнь.

«О, Иоанне! Житие твое вправду скорби исполнено было, но смерть твоя честна, гроб твой славен, мзда твоя многа», — так оценили современники жизнь святителя сразу после его отшествия. А как оценим мы эту поистине великую в Боге жизнь через 1585 лет после ее завершения, если и по сей день мы ходим к источникам живой воды, водимые его учением, его словом?

И если пример Закхея–мытаря — это начало обращения грешника к Богу, то великий Златоуст всей своей прожитой жизнью, своей смертью и своей жизнью после смерти оставил совершенный пример, как надо жить с Богом и как можно и надо достигнуть жизнью богоподобия, достигнуть святости, чтобы жить вечно и на земле, и на небе.

Но начнем беседу нашу с первых шагов — с обращения к Богу. Начнем разговор о Закхее–мытаре, ибо, подобно ему, немало людей еще блуждают по распутьям жизни во мгле житейского тумана, озираясь туда и сюда, водимые призрачными целями, вдали от Бога.

Страсть к наживе и богатству, сладострастие, желание любой славы, пусть даже и недоброй, но славы, выделяющей из общей массы, из толпы, — вот удел многих. Не узнаем ли мы себя в этой толкотне, в этой людской суете?

Здесь же и Закхей–мытарь, — славный неправедным богатством и униженный всеобщим презрением и богатых, и бедных. Толпа жаждет хлеба и зрелищ, и она — вокруг Христа, но ее любопытство лишь скользнет по Нему взором и, пройдя мимо, угаснет, поглощаемое житейскими заботами и пристрастиями. А любопытство Закхея уязвлено слухами о Праведнике и Чудотворце, Который не гнушается ни прокаженными, ни грешными. И Закхей желает видеть невероятное, неслыханное — Человека, умеющего любить.

Закхей делает первый шаг. Он выбирается из толпы. Он забегает вперед ее и, забыв себя, забыв, кто он по положению, по возрасту, совершает невиданное, он забирается на дерево, поднимается над землей. Маленький, важный, уже пожилой человек, не принимая во внимание то, как он выглядит в глазах окружающих, Закхей карабкается вверх. И в тот же миг, желая видеть Человека — Христа, он встречает Христа — Бога. …Сойди скорее, ибо сегодня надобно Мне быть у тебя в доме, — слышит Закхей обращенные к нему слова Спасителя, слова, вознаграждающие его первоначальные усилия (Лк. 19:5).

Дорогие мои, в жизни Закхея совершилось чудо! Чудо встречи души с Богом! И в наше время это самое явное, самое настоящее чудо, которое совершается ежедневно, которое многие из нас сами пережили в момент своего обращения ко Богу.

Сейчас часто говорят, как о чуде, о видениях и откровениях, пытаясь утвердить таким образом свою веру, а забывают, что это может быть, а чаще всего и есть, просто прелесть бесовская и вражьи козни на человека, дерзнувшего сопротивляться духу времени. А вот то, что современный человек, выросший и воспитанный без Бога, приходит в Церковь, где Господь встречает его словами: …сегодня надобно Мне быть у тебя… ныне… спасение дому сему… — вот это не мнимое, а действительное чудо (Лк. 19:5–9). И сколько еще таких чудес Божиих, составляющих наш религиозный опыт, нашу жизнь в Боге, откроет нам Господь. Нам надо учиться видеть и хранить каждое ощутимое прикосновение Бога, и только это даст нам твердость в вере.

А Закхей, потрясенный чудом, весь как бы пылал в благодарной самоотдаче Господу. «…Господи! половину имения… я отдам нищим и, если кого чем обидел, воздам вчетверо» (Лк. 19:8). Это уже следующий шаг навстречу Богу, с которого началась его новая жизнь, жизнь в Боге. Так пошел Закхей за Христом по пути спасения.

Вот и мы с вами находимся в Церкви, и чудо встречи со Христом в жизни многих из нас уже совершилось. Но сделали ли мы свой следующий шаг за Христом, не омертвела ли снова душа наша, не отдались ли мы маленьким приобретениям и пристрастиям?

А может, и вздыхает душа, но только в самоусладительной возне и копошении в себе, вокруг себя, опять парализованная землей, и, отвергая правду Божию, она ищет своей правды.

Да, первая ревность по Богу, рожденная встречей с Ним, постепенно слабеет. И устремленный к Богу человек начинает ощущать, что шаги его за Христом становятся все тяжелее и иго Христово, благое и легкое, которое мы не ощущали раньше, как бремя, гнетет нас, клонит к земле. И так хочется сбросить этот гнет заповедей, даже нарушить верность догматам, а мир, толпа начинают особенно теснить обращенного, и диавол, вспоминая нашу первую любовь к нему, подступает к нам со множеством соблазнов.

В этом состоянии так часто многие в недоумении опускают руки, и тиранская власть печали сокрушает все в жизни нашей, стирая и само светлое воспоминание о Божией благодати, о милости Божией к нам. Один только вопрос сверлит тогда сознание: «Почему померк свет, как ушло то, чего, казалось, должно хватить на всю жизнь?»

И ведь, заметьте, дорогие мои, многие в это первое время нашествия печали еще с большим усилием и даже с каким–то исступлением усиливают внешнее делание, внешние подвиги. Но увы! Внешняя и внутренняя жизнь сокрушается все больше, и часто человек возвращается вспять на прежнее, а иногда даже к еще худшему образу жизни. Почему же?

Вспомним: рядом с Закхеем–мытарем в трудное время его духовного повзросления оказались апостолы Христовы, воспитавшие его и приведшие в свое время к святительскому служению (о чем говорит Священное Писание). Так и рядом с нами есть народ Божий, есть пастыри Христовы, есть святители и вся Церковь наша с Пастыре–начальником Христом. Господь Сам через Своих рабов вразумляет искренно и с верой идущего к Нему. Недостало бы нам времени перечислить всех великих мужей Божиих, воспитанных Церковью и в свое время воспитавших тех, кто пошел вслед за ними ко Христу. Только надо, действительно, идти вослед.

Ныне, в день почитания великого учителя вселенной Иоанна Златоуста, пойдемте и мы с вами по пути спасения за Христом, водимые воссиявшей от уст святителя Божественной благодатью. В области учительства он один сделал так много, что нам придется ограничить свою ревность, коснувшись только наиболее важных в настоящее время жизненных вопросов. В писаниях святителя Иоанна Златоуста, в его жизни поищем и найдем мы ответы на свои «почему».

Кто из нас не знает, какое тяжкое, смутное время переживает сейчас наш народ, наша Церковь. Никогда на ниве Христовой не было столько и таких разнообразных плевел, как ныне. Никогда враг человеческого спасения — диавол не употреблял столько усилий к разрушению Царства Божия на земле. Никогда враги Церкви не ополчались на нее с таким ожесточением, как теперь. Никогда, наверное, и мы, верующие, не были так бессильны, слабы и маловерны. Мы с вами ранее говорили о том, почему именно Церковь — корабль спасения и его кормчие подвергаются гонениям, клевете, наветам и всякой другой воинствующей на них брани. Но полно, только ли ныне, в XX веке, явилось бедствие это?

Послушайте, что говорит святой Иоанн Златоуст о Церкви в 404 году. «О чем скорбишь ты и кручинишься?», — обращается святитель–мученик к современнице из жестокого заточения, за три года до своей мученической кончины, гонимый все больше, все дальше без всякой вины — единственно за ревность по Богу, за ревность по погибающему человеку.

«О чем скорбишь ты и кручинишься? Что смущает душу твою? То, что жестокая и мрачная непогода облегла Церковь и все обратила в безлунную ночь? То, что день ото дня высоко поднимаются волны, мучаясь родами жестоких кораблекрушений? Что больше и больше растет, умножается гибель вселенной?»

Сокрушайтесь, плачьте и рыдайте; смех ваш уже обратился в плач, а радость — в печаль. Предчувствие гибели мира в IV веке снедает душу святого мужа. Грозовые тучи грядущих бедствий зрят праведники и старцы оптинские в начале XX века, те праведники, которых теперь мы видим в сонме святых. Апокалипсические казни уже коснулись и нас, грешных. Но вот чудо — во всеобщем бедствии и сокрушении рождаются, восстают светила духа — святые Божии люди. В IV веке — просияли многие ведомые святые, среди которых вселенский учитель Иоанн Златоуст, и неведомые праведники, те, кого учил он, кому писал письма из изгнания. И в XX веке тоже уже прославлены многие ведомые святые: святитель Патриарх Тихон, праведный Иоанн Кронштадтский и многие другие ведомые и неведомые святые: и праведные, и мученики, и святители, и пастыри, и миряне. Все бедствия, сквозь которые пришлось им пройти, не только не помешали им, но сделали их еще более блистающими.

И снова вопрос: «Но почему то, что одним в погибель, для других вящая слава?» И вот ответ на него святого Иоанна Златоуста: «Видя бедствия, я не отказываюсь от лучших надежд моих; думаю о Правителе всех происшествий, о Господе, Который не искусством побеждает непогоды, но единым мановением укрощает бурю».

Итак, исполнено праведниками слово апостола: «…смиритесь пред Господом, и вознесет вас» (Иак. 4:10). А нам это еще предстоит исполнить, предстоит дальше идти за Христом, вослед Его учеников.

Повторю еще раз, други наши: «…смиритесь пред Господом, и вознесет вас». Смиримся же под крепкую руку Божию, принимая все от руки Его. В этом наше спасение.

«Но не вдруг, не вначале чудодействует Господь, — продолжает свое наблюдение и наставление святой Златоуст, — а когда большинство станет терять надежду, Он явит собственную силу с одной стороны, с другой — воспитает терпение в терпевших».

И тот же великий учитель Церкви, великий терпеливец предупреждает нас с вами: «Не падайте же духом. И помните, что одно только ужасно, одно есть действительное искушение — это грех». Только грех страшен, все прочее пустое, «басни».

Все проходит. «Укажешь ли ты мне на коварство, или на притворство, или на обманы, на лесть, на злоречие, на обвинения, на изгнания… хоть на борьбу целой вселенной. Каковы бы ни были все наши неприятности, они временны и кратковременны, существуют для смертного тела, но не вредят бодрому духу.

Итак, пусть ничто случайное не возмущает тебя; не зови одного и другого, не гоняйся за тенью, ибо помощь человеческая — тень.

Иисуса, Которому служишь, Иисуса зови непрестанно; одно мановение Его — и вмиг все изменится. Он вдруг начинает все приводить в тишину и всему давать неожиданный оборот, ибо Бог может нам даровать не только те блага, которых мы ожидаем, на которые надеемся, но может сделать несравненно больше и бесконечно лучше».

Так вот в чем кроется причина нашего нестроения, дорогие мои, — оставаясь внешне со Христом, мы внутренне о Нем забываем, не мы идем за Ним, но Его ведем за собой. «Смотри, Господи, любуйся на мои труды, на мои подвиги, я сделаю еще то и то».

«Я»! «Я»! «Я»! И вот уже «Я» заслонило от нас Христа, но оно — наше «Я» — изнемогает от собственной немощи, от бессилия. А Христос только смотрит на нас с некоторой укоризной как на несмышленых детей Своих, позволяя нам вполне насладиться собственным бессилием, чтобы мы опять пришли к Нему — теперь уже сами.

Иоанн Златоуст вместе с апостолом Иаковом утверждает для нас единственно спасительный путь: «оставь свое», «покорись Богу» и этой покорностью Богу противостанешь диаволу. И только тогда эта страшная темная сила убежит от нас. «Не смущайся же, но всегда и за все благодари Бога, прославляй, зови, моли, повергайся пред Ним; не тревожься, хотя бы пред тобою восстали тысячи тревог и смятений. В смутных обстоятельствах нам не предупредить Господа, хотя бы все приходило в страшную гибель. Он един может и падших восставить, и заблудших обратить, и соблазнившихся исправить, и грешников, совершивших тысячи преступлений, переменить и сделать праведными. Если Он творит несущее сущим, нигде и никогда не являющемуся дарует бытие, тем легче поправить Ему то, что есть и что давно было».

А всем нам, немощным, но, несомненно, верующим во Христа, не следует опускать руки и головы, но надо приводить на память и в сердце слова, сказанные Господом апостолу Павлу: «…довольно для тебя благодати Моей; ибо сила Моя в немощи совершается» (2 Кор. 12:9).

И, други мои, не явно ли нам сейчас, что многое из настоящего уже было прежде. Пусть мы не видим теперь знамений и чудес, но находим мы и теперь дела, не уступающие чудесам, явные следы Промысла Божия, помощи Божией.

Так, каждому из нас предлежит делать дела своего личного спасения. Каждому из нас дан крест нашей личной жизни, указан путь, и только на нем ты будешь полезен, именно на нем будешь делать дело по воле Божией, а не по своей или, еще хуже, по вражьей воле; именно для этого и даются нам от Бога нужные силы и разумение.

Так отвечают на наши вопросы примеры жизни праведников Божиих и их учение. А вот пожелание святого Златоуста через письма его каждому христианину: «…Желал бы я тебе такого утешения, чтобы ты вовсе не смущалась, не плакала, а жила бы весело и спокойно… верой Богу и надеждой на Него».

А нам с вами, други наши, остается только смертью Иоанна Златоуста утвердиться в убеждении, что у Бога нет мертвых, но все живы, что идут праведники вослед любимого Христа своим крестным путем, своей вольной волей. Ведь когда через тридцать лет после смерти святителя император Феодосий соизволил вернуть его гроб из места изгнания в столицу, святитель не пожелал исполнить волю императора. Посланные не могли сдвинуть гроб с места, так он стал тяжел.

И восчувствовал правитель свое согрешение пред праведником. И оплакал он пред усопшим, как пред живым, и свое согрешение, и грех матери своей — гонение и смерть Златоуста от ее злобы.

И написал Феодосий покаянное письмо и отправил письмо ко гробу святого, моля Златоуста вернуться: «Прости ми дерзостное начинание, покрой пучиною твоей премудрости; покаянию всех учивший, прости меня кающегося; и как детям отца любящим, подай себя нам, и возвесели любящих тебя пришествием твоим… О, честнейший отче, прииди с миром во своя, и своя с любовью примут тебя».

Положили это письмо–покаяние во гроб святителя, отслужили всенощное бдение. И стал гроб легок. Так ответил Златоуст на покаяние. И возвратились святые мощи изволением святителя в Царьград. Многие чудеса, как сияние божественной славы Златоуста, истекли от гроба его.

Об одном из них никак нельзя умолчать. Вспомним, что гроб императрицы Евдоксии, виновницы злостраданий святителя, наказанной от Бога еще при жизни тяжкой и страшной болезнью, гроб ее, не знавший покоя, но постоянно сотрясающийся, затих. Мать по молитве сына получила прощение святителя.

И вот, други наши, мы и подошли с вами к сути нынешнего праздника «… претерпевший же до конца спасется» (Мф. 10:22) сам и спасет многих, не без основания добавим мы.

Через тридцать лет после мученической кончины во изгнании святитель Иоанн Златоуст мощами своими возвращается на патриарший престол. Рака с гробом его была поставлена в церкви, и, когда служащий Патриарх открыл гроб, оказалось, что тело святителя Иоанна Златоуста осталось нетленным.

Народ, ошеломленный чудом, воскликнул: «Приими престол твой, отче».

И происходит еще одно поразительное чудо: святитель отверз сомкнутые смертию уста, и рука его поднялась для последнего архипастырского благословения.

Истинно христианская любовь святителя–мученика даровала из–за гроба прощение всем — и любящим его, и гнавшим его — в последнем пожелании: «Мир всем».

Мир всем, вослед Христа грядущим, отныне и до века. Аминь.

Неделя о мытаре и фарисее и память Григория Богослова

Дорогие мои, други наши, три события, три памяти должны одновременно воскреснуть сегодня в нашем сердце и уме. «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче…» — зазвучало вновь во всеуслышание в храмах Божиих. И повеяло тихим покаянным временем поста. Евангельские фарисей и мытарь заставляют нас сегодня заглянуть в свое сердце и увидеть в нем или фарисейское: «…я не таков, как прочие люди…» или, узрев там бездну греха, склониться перед Богом с мытаревым смирением в покаянии (Лк. 18:11).

А день кончины великого вселенского учителя и святителя Григория Богослова 25 января 389 года, память которого пережила шестнадцать столетий, не напомнит ли нам всем о том, что и к нам однажды придет этот всем ведомый, но никому неизвестный, всеми ожидаемый, но мало кому желанный час смертный.

И чем тогда оправдается наша лукавая совесть пред Всеиспытующим Судией? И когда мы сравним свою жизнь с жизнью Григория Богослова и свою веру с верой его, не замедлит ли вырваться из самой глубины сердца нашего покаянный вздох мытаря: «Боже, милостив буди мне грешнику» (Лк. 18:13).

Как не вспомнить в сей день и о праздновании иконе «Утоли моя печали» в память великого благодеяния Матери Божией, многими чудесами явленного народу Божию на Руси в 1771 году во время страшного бедствия — чумы и доныне утоляющей печали наши.

Три события разновременные, но все три подтверждают одно — жизнь человеческая идет в потоке Промысла Божия, и дивное попечение имеет Творец о создании Своем. Учит Господь, назидая нас и словом Своим евангельским, и жизнью избранников Своих, и решительным вторжением в жизнь человеческую Божией благодати силою чуда.

Вот мы теперь живем суетно, у нас нет внимания, чтобы увидеть в своей жизни следы Промысла Божия, у нас нет разумения понять, что же хочет от нас Господь в данных нам обстоятельствах жизни.

А все это потому, что мы забываем о единственной цели земного бытия, о том, что оно — только путь в вечность. Мы забываем и часто становимся дерзкими богоборцами, противниками Божиих определений о нас, не принимая непреложной истины, что единственно крестным подвигом жизни человека начертывается его путь во спасение — в блаженную вечность. Только узкие и тесные врата ведут в Царство Небесное.

Но дверь Божественного милосердия отверста всегда, от начала и до скончания мира. Только как нам отверзать дверь окамененного человеческого сердца навстречу Богу, этому надо учиться, об этом надо думать.

Будем же мы с вами говорить ныне обо всем этом на примере крестного пути жизни великого вселенского учителя и святителя Григория Богослова. И будем же внимательны, дорогие мои, ибо уверен, что богатство жизни святителя дарует каждому из нас то, что нужно именно ему.

Будущий святитель Григорий родился в 328 году в Греции в семье знатного рода: православной христианки — матери Нонны и язычника — отца Григория. Мать, глубоко и искренно преданная воле Божией, покорно проходя чрез посланное испытание — неверие супруга — сочетала напряженную духовную жизнь с жизнью практической, деятельной. Молясь о близких своих, она подкрепляла молитву силой своего милосердия, и результат ее трудов не замедлил явиться.

Отец святителя не просто уверовал во Христа и принял Святое Крещение, но вскоре стал сначала пресвитером, а позднее и епископом Назианским. А сколько слез и трудов стоило праведной Нонне такое преображение супруга, знает лишь Бог.

Сын же ее впоследствии, с благодарной любовью вспоминая мать, писал: «Мать моя, наследовав от отцов святую веру, наложила и на детей своих сию златую цепь. В женском теле нося мужественное сердце, она для того только касалась земли… чтобы чрез здешнюю жизнь приготовиться к жизни небесной…» И венец жизни Нонны — это ее супруг, ставший епископом, ее сын Григорий — великий вселенский учитель, святитель и богослов, и сын ее Кесарий — врач, достигший больших высот во врачебном искусстве, но почитавший высшим счастьем и благом своим быть православным христианином; а дочь Нонны Горгония повторила во многих чертах жизнь своей благочестивой матери. Не оставила святая Нонна миру ничего, кроме живых памятников — детей своих, которые несли в себе, а святитель Григорий и по сей день несет миру, ее не зримые никому материнские труды.

И не к нынешним ли матерям обращен пример жизни боголюбивой святой Нонны, ведь главное дело жены–матери, благословенное ей Богом от природы, быть истинно матерью–христианкой, потому что в детях ее всегда кроется будущее мира.

Когда Григорий выучился читать, из материнских рук он получил в подарок книгу жизни — Священное Писание. При этом мать открывает отроку тайну его рождения и одновременно дает родительское завещание на всю жизнь. «Исполни же мое материнское желание, — сказала Нонна, — помни, что я вымолила тебя у Господа, а теперь о том молюсь, чтобы ты был совершен…».

Впоследствии Григорий всю свою жизнь изумлялся избранию своему. «Меня сподобил Христос преимущественной славы. Сперва дал меня в дар матери, которая молилась из глубины сердца, и Сам (Господь) принял меня в дар от родителей, а потом ночным видением вселил в меня любовь к целомудренной жизни», — писал святитель Григорий.

Бережно растила мать сына, и в помощь ее трудам чудо Божие укрепило его душу.

Чудный сон — видение, поразившее его детский ум, осталось в сознании святителя как первое ощутимое прикосновение к святыне. В глубоком сне ему представилось, что стоят возле него две прекрасные девы в белых одеждах. Мальчик сразу ощутил, что это не простые смертные, и на вопрос: «Кто они?» — получил ответ: «Одна из нас — чистота, а другая — целомудрие. Мы предстоим Царю Христу. Сын, соедини ум свой с нашими сердцами, чтобы тебя принесли мы на небеса и поставили пред светом Небесной Троицы».

Чистота и целомудрие — вот путь к Небесному Отечеству, путь к Богу.

И мальчик вступает в юность, уже зная истинную ценность добродетелей. Он знает, что не злато и богатство, не блеск учености и премудрости составляют истинное сокровище жизни, но чистота сердца и ума, целомудрие помыслов и тела, только это надо хранить как зеницу ока. Григорий воспринял завет в детстве, пронес, сохранил его в юности. Именно чистотой смог Григорий принять от Бога дар служителя Слова.

Но вернемся теперь в наши дни, к нам, желающим быть с Богом. Кто сегодня может дерзновенно сказать, что он и сам сохранил эти великие в очах Божиих сокровища — чистоту и целомудрие и дал понятие о них своим детям? Ну, а если не сохранили эти добродетели сами и детям своим не передали, то только мытарево смирение, мытарев покаянный глас может очистить погрязшую в нечистоте душу и омыть прокаженное тело.

Боже, милостив буди нам грешным!

Но обратимся в назидание себе к следующему периоду жизни будущего святителя. Рано окончилось домашнее воспитание Григория. Благочестивая мать, видя твердость сына во благочестии, без страха опускает девятилетнего мальчика в страну далече, чтобы дать ему полное и разностороннее образование.

Григорий отправляется в Кесарию, там он впервые встретился с юношей Василием — тоже будущим святителем Церкви Христовой. Из Кесарии Григорий отправился в Александрию, а затем в Афины. Мир раскинул перед юношей все свое богатство, но и все свои соблазны.

На пороге взрослой жизни, при выходе его в новый обширный мир, как Божие предупреждение, во время плавания Григория по морю разразилась страшная буря, прообразуя собой будущие житейские бури, ожидающие его. Двадцать дней, не чая остаться в живых, лежал на корме юноша Григорий, вымаливая у Бога, чтобы «убийственные воды морские не лишили его очистительных вод крещения.» В это время он еще не был крещен. Именно тогда юноша дал обет Богу посвятить всего себя, всю жизнь свою только Ему. И если первое его стремление к Богу было данью послушания матери, то этот обет — уже сознательное и добровольное избрание узкого и прискорбного пути вослед Бога.

Нельзя умолчать и о чудесном откровении, данном Григорию Богом в это трагическое время его жизни. Юноше было открыто, что именно молитва матери возбранила стихии погубить его. Один из спутников Григория, вместе с ним совершавший это путешествие, увидел, как во время бури к кораблю подошла мать Григория, властной твердой рукой взяла корабль и повела в тихую пристань. Вскоре после этого стихия умиротворилась.

А Григорий, пережив бурю в душе, понял, что жизнь его и смерть всецело в руках Божиих. И вступил он в столицу империи, в шумный мир человеком, сокровенным в своем сердце. И жил в ней уже как в пустыне. Пища его была пища пустыни, одежда — одежда нужды. Он жил близ императорского двора, но ничего не искал у двора.

Впоследствии святитель вспоминал: «Для меня приятен кусок хлеба, у меня сладкая приправа — соль; и питие трезвенное — вода. Мое лучшее богатство — Христос».

А если главное в жизни — Христос, то вся жизнь подчинена Ему. Поэтому, живя в великом граде, полном соблазнов, Григорий знал лишь две дороги: первая и превосходнейшая вела в храм, вторая — к преподавателям светских наук.

Господь послал в подкрепление юноше друга, единомышленника и сотаинника Василия, впоследствии названного Великим. Так вдвоем они начали возрастать от силы в силу, учась покорять дух свой Богу, а плоть — духу.

Вот вы можете мне возразить, что исключительное время и исключительные обстоятельства взрастили сих великих столпов Церкви. Но не в то же ли время, и не в тех ли обстоятельствах, и не у тех ли учителей учился тот, кто стал великим отступником и гонителем Церкви — Юлиан Отступник? Да, они все трое, как говорят, сидели за одной партой и какое–то время даже были друзьями. Почему же расходятся пути человеческие?

Да, это дело сатаны. Широк и пространен путь, ведущий в погибель, узок путь, ведущий в жизнь. Каждый человек выбирает сам.

Господи! Помогай нам!

И сегодня, как в IV веке, святость и отступничество существуют рядом в одной жизни. Смотрите же, как опасно ходите, все рядом — и спасение, и гибель.

Юноши Григорий и Василий, в пример юношеству нашего времени, чистотою жизни обрели глубину ума. Блестяще окончив учение, они оба сделали еще один важный шаг к Богу, к святости. Они навсегда умерли для мира, а мир умер для них. Познав светские науки, они вселились в пустыню, чтобы в совершенстве изучать главную науку жизни, — науку познавать Бога — и утвердиться в своем знании и избрании.

Это время святитель Григорий вспоминал с особым чувством. И желал он тогда вдали от всяких житейских попечений, вдали от шума мирского чистым сердцем и умом возноситься к Богу всю оставшуюся жизнь. Но иное определение о нем было начертано Промыслом Божиим. Его стремление к личному подвигу приносилось в жертву Святой Церкви, раздираемой в то время многочисленными еретическими лжеучениями. И дар слова, данный Григорию от Бога, был призван послужить Церкви. «Сей дар приношу я Богу моему, сей дар посвящаю Ему — это одно, что осталось у меня и чем богат я; от всего прочего отказался по заповеди Духа».

В тридцать три года с принятием священного сана окончилось для Григория время ученичества. И вышел будущий святитель на служение и проповедь, неотступно следуя за возлюбленным Христом Спасителем. Десять лет он помогал своему отцу епископу пастырским служением, разделяя с ним все труды и тяготы его. По истечении этих десяти лет святитель Василий Великий, который тогда был уже архиепископом Кесарийским, посвятил священника Григория во епископа.

Каким же мог быть епископ Григорий? От младенческих пелен прошедший путь духовного возрастания в Боге вплоть до пустынножительства, обогащенный всяческим познанием и внешнего, и внутреннего, несущий в себе свет Божественного ведения — он был святым епископом. Епископ–то был святой, да мир–то грешный. А князь мира сего не терпит святости, всеми средствами изощряясь низложить ее. И поток бедствий обрушивается на подвижника. На кафедру, куда был рукоположен епископ Григорий, его не пустил другой архиерей, в котором возобладал дух соперничества. Смерть близких святителя следует одна за другой, и только проникновенные надгробные слова выдают ту скорбь, которую носит он в сердце. И лишь целебный бальзам уединенной молитвы укрепляет страдальца. И это стремление к пустынному уединению не покидает святителя Григория всю жизнь: из пустыни он вышел только по зову Церкви, по долгу послушания ей.

В возрасте пятидесяти лет начинается самый напряженный подвиг святителя. В то время Православная Церковь в Константинополе находилась в предсмертной агонии. Свет истины мерцал только в катакомбах. Сорокалетнее господство арианства, которое само по себе было страшной ересью, породило и другие многочисленные секты. Заблудший народ, «сидящий во тьме и сени смертной,” предавался бесконечным «богословским» спорам и прениям. Ремесленники, лавочники, торговцы спорили о Божественности Христа, и споры эти порождали такие чудовищные богохульства, что люди погибали безвозвратно. Тех же, кто миновал этой напасти, бес держал в плену роскоши и омерзительных плотских страстей.

И вот в это пекло ада был призван святитель Григорий — смиренный старец, согбенный, изможденный подвигами поста, молитвы и слез. В Царьграде никто не воспринял его появления серьезно. В доме своих родственников пришлось святителю Григорию устроить домашнюю церковь, которую он назвал «Анастасия,” что значит «Воскресение.» По мысли святителя, здесь должно было воскреснуть совсем поникшее было в Константинополе православное учение.

Первые службы и проповеди его зазвучали в пустой домашней церкви. Но длилось это недолго. Первое невыгодное впечатление от старца–епископа вскоре сменилось в народе глубоким изумлением и почтением к нему. Громко, убедительно, властно зазвучало его слово.

Но чем больше собиралось к святителю сначала просто слушателей, а потом и молящихся, тем сильнее росло сопротивление ему торжествующего зла. Враг рода человеческого, уязвляемый святым мужем во главу, восстал на него всем своим могуществом. И только Бог хранил избранника Своего. Не раз архиерей со своей паствой был побиваем камнями прямо во время богослужения. Таинство Крещения многие принимали в своей крови. Но вид смерти не устрашил святителя Божия. И иные стрелы готовил его сердцу враг всякой правды: клеветы, ненависти, насмешки, измены тех, кого святитель Григорий прижимал к сердцу своему, как родных детей.

И ни разу не изменил архиерей всеоружию Божию против врага — терпению, смирению, кротости. Дело Божие спело его усердием и приносило плоды. Святитель Григорий назидал православных, смирял еретиков силой Божественного слова и всех равно учил своей строгой святой жизнью.

Так боролся с врагом–диаволом святой муж. Боролся за Церковь, за паству, за каждую заблудшую душу — боролся и побеждал. Народ Божий приобрел истинного пастыря, и дело восстановления Православия в Константинополе было совершено. В 380 году император утвердил указ против еретиков.

А последнюю, самую значительную победу одержал великий вселенский святитель и учитель Церкви в 381 году на Втором Вселенском Соборе, который проходил под председательством самого святителя Григория. На этом Соборе правда Божия восторжествовала окончательно: Церковь получила незыблемый до скончания века Символ Веры — залог нашего спасения. Именно на Втором Вселенском Соборе Духом Святым через святых отцов был восполнен составленный в Никее и окончательно определен Символ Веры нашей. А святителя Григория этот Собор утвердил Патриархом Константинопольским.

Но любителю пустыни именно тогда Бог судил вернуться в пустыню. Для мира церковного, предотвращая возникшие на Соборе разногласия по поводу избрания его Патриархом, святитель сам пожелал скрыться в уединение, которое любил смолоду, которого и сейчас желала душа его.

За понесенные труды святитель Григорий просил Собор отпустить его на покой. В прощальном слове он подвел итог трудам своим во славу Божию. Святитель говорил:

«Прости, «Анастасия», получившая от благочестия наименование, ибо ты воскресила нам учение, дотоле презираемое!

Прости, место общей победы над ересью, Константинополь, в котором водрузили мы скинию (Православную Церковь), сорок лет носимую и странствующую в пустыне!

Прости, великий и славный храм, получивший настоящее величие от Слова, храм через меня сделался Иерусалимом!

Прости, кафедра — эта завидная и опасная высота.

Прости, собор архиереев, почтенных сановитостью и летами.

Простите мне, служащие Богу при священной трапезе!

Простите, страннолюбивые и христолюбивые домы, помощники моей немощи!

Простите, любители моих слов, простите и парадные стечения…

Простите, Восток и Запад!

За вас и от вас терпим мы нападения: свидетель сему Тот, Кто примирил нас. А сверх того и паче всего воскликну:

Простите, Ангелы, хранители и моего здесь пребывания и отшествия отсюда.

Прости мне, Троица, мое помышление и укрепление.

Чада, сохраните предание».

После сего великий святитель и учитель Церкви удалился в пустыню. Не оставляя пустыни в последние два года жизни, архиерей Божий, ревностный к истине Христовой, утверждал Православие своими письмами и стихами. Умер святитель в возрасте шестидесяти двух лет. По смерти святителя Григория Церковь усвоила ему имя Богослова, таинника Божия, как светлому служителю Святой Троицы.

А вот его предсмертное стихотворение:

«Последний подвиг жизни близок; худое плавание окончено: уж вижу казнь за ненавистный грех, и вижу мрачный тартар, пламень огненный, глубокую ночь, позор обличенных дел, которые теперь сокрыты. Но умилосердись, Блаженный, и даруй мне хотя вечер добрый, взирая милостиво на остаток жизни моей!

Много страдал я, и мысль моя объемлется страхом; не начали ли уже преследовать меня страшные весы правосудия Твоего, Царь? Пусть сам я понесу свой жребий, переселившись отсюда и охотно уступив снедающим сердце напастям, но вам, которые будут жить после меня, даю заповедь: нет пользы в настоящей жизни, потому что жизнь эта имеет конец».

Неисповедимы судьбы Божии. «Много замыслов в сердце человека, но состоится только определенное Господом», — говорит Писание (Притч. 19:21). Пример жизни святителя подтверждает истинность этих слов, и пример его для нас поразителен.

Вся жизнь святителя прошла в гонениях, вся в трудах, вся в великом терпении. Его гнали, а он благословлял и самоотверженно трудился во славу Божию для духовной пользы мира. Какой короткой была его жизнь! Но за шестьдесят два года он сумел сделать столько, что по сей день от его трудов мир питается здоровой пищей духа.

Вот и смотрите, дорогие мои, что может совершить человек силой Духа, силой Божией!

Я рассказал вам немного, но и это дает понять, что совсем нет у нас основания вставать пред Богом, как фарисей. Понурив головы свои, должны мы сказать: «Да, Господи! мы не такие, как прочие люди, которые умели жить в Боге, умели со смирением и полным доверием принять все невзгоды, посланные им Тобою на жизненном пути во спасение». Да, мы не такие, мы не дерзаем сравнивать себя с ними. Мы — рабы неключимые есть.

Жизнь многих из нас уже преклонилась к закату, а мы еще и теперь не начали делать ничего из того, что повелено нам Богом совершить на земле. Боже, будь же милостив нам, грешным. Аминь.

Неделя о Страшном Суде

По рассказу Н.А. Мотовилова из книги «Всемирный Светильник Преподобный Серафим», составленной митрополитом Вениамином (Федченковым), Париж, 1932 год:

Други наши, сегодня, в Неделю о Страшном Суде Божием, грядущем, как тать, на всю вселенную, дне, когда решится окончательно и бесповоротно участь всякого земнородного, живущего и уже поглощенного смертью, когда каждый из нас услышит или: «…придите, благословенные Отца Моего, наследуйте уготованное вам Царствие от сложения мира», или: «…идите от Мене, проклятии, во огнь вечный, уготованный диаволу и ангелом его» — мне хочется привести для вас мало кому известное свидетельство живого человека об истинности адских мук, ожидающих тех, кто услышит страшное слово последнего приговора: «…отыдите от Мене…» (Мф. 25:34–41).

И сказать об этом свидетельстве меня побуждает поток писем и личные беседы со многими людьми, уже теперь страждущими от бесовского насилия и обдержания и уже теперь отчасти прикасающимися к этим мукам. Очень–очень много людей испытывают их теперь, но очень немногие понимают, что же с ними происходит. И потому ищут люди спасения и исцеления там, где получить его не могут.

Сегодняшний рассказ укажет всем страждущим единственно верный путь несения подвига и путь к исцелению — это вера, молитвы Церкви и Божии милости, подаваемые страждущим в Таинствах Церкви.

Николай Александрович Мотовилов — «служка Серафимов», как он сам себя любил называть, — тот, который удостоился чудного исцеления по молитвам угодника Божия, а впоследствии лицезрения собственными очами сияния лика преподобного Серафима Фаворским светом благодати Святого Духа. Человек горячего и искреннего сердца, дабы, действительно, послужить памяти отца Серафима, он решил лично поехать на родину великого старца, в Курск, и собрать сведения о его детстве и юношестве, а также посетить Киево–Флоровский монастырь. Поездка эта имела весьма тяжкие последствия для Николая Александровича: он заболел по попущению Божию от врага, излившего на него свою месть за труд, послуживший к прославлению угодника Божия, отца Серафима. Обстоятельства, предшествовавшие болезни Николая Александровича Мотовилова и объясняющие ее начало, были следующие.

Как–то раз в беседе с преподобным Серафимом зашел разговор о вражьих нападениях на человека. Светски образованный Мотовилов не преминул, конечно, усомниться в существовании злой силы. Тогда преподобный поведал ему о своей страшной борьбе с бесами в течение 1000 ночей и 1000 дней. Авторитетом своей святости, силою своего слова, в котором не могло быть даже тени лжи или преувеличения, старец убедил Мотовилова в существовании бесов не в призраках или мечтаниях, а в самой настоящей горькой действительности.

Пылкий Мотовилов так вдохновился повестью старца, что от души воскликнул:

— Батюшка, как бы я хотел побороться с бесами!

Батюшка Серафим испуганно перебил его:

— Что вы, что вы, ваше Боголюбие! Вы не знаете, что вы говорите. Знали бы вы, что малейший из них своим когтем может перевернуть всю землю, так не вызывались бы на борьбу с ними!

— А разве, батюшка, у бесов есть когти?

— Эх, ваше Боголюбие, ваше Боголюбие, и чему только вас в университете учат?! Не знаете, что у бесов когтей нет. Изображают их с копытами, когтями, рогами, хвостами потому, что для человеческого воображения невозможно гнуснее этого вида и придумать. Таковы в гнусности своей они и есть, ибо самовольное отпадение их от Бога и добровольное их противление Божественной благодати из Ангелов света, какими они были до отпадения, сделало их ангелами такой тьмы и мерзости, что не изобразить их никаким человеческим подобием, а подобие нужно, — вот их и изображают черными и безобразными. Но, будучи сотворены с силой и свойствами Ангелов, они обладают таким для человека и для всего земного невообразимым могуществом, что самый маленький из них, как и сказал я вам, может своим когтем перевернуть всю землю. Одна Божественная благодать Всесвятаго Духа, туне даруемая нам, православным христианам, за Божественные заслуги Богочеловека Господа нашего Иисуса Христа, одна она делает ничтожными все козни и злоухищрения вражьи.

Жутко стало тогда Мотовилову. Прежде, под защитой преподобного, он мог не бояться злобы сатанинской. Но легкомысленный дерзкий вызов, по попущению Божию, не остался без последствий — он был принят.

Когда Мотовилов после кончины старца Серафима поехал в Курск, немного ему удалось собрать здесь сведений о детстве и юности преподобного. Близкие родные, помнившие отца Серафима в молодости, или умерли, или отзывались забвением. Даже дом, в котором родился и воспитывался преподобный, был разрушен, а на месте его выросли новые постройки. Нашелся только один старик, ровесник батюшки, который и дал Мотовилову сведения, вошедшие теперь во все издания жития преподобного Серафима.

Поездка в Курск и пребывание в нем были вполне благополучны. Гроза ждала Мотовилова на возвратном пути в Воронеж. На одной из почтовых станций, по дороге из Курска, Мотовилову пришлось заночевать. Оставшись совершенно один в комнате для приезжих, он достал из чемодана свои рукописи и стал их разбирать при тусклом свете одиночной свечи, еле освещавшей просторную комнату. Одною из первых ему попалась запись об исцелении бесноватой девицы из дворян, Еропкиной, у раки святителя Митрофана Воронежского.

«Я задумался, — пишет Мотовилов, — как это может случиться, что православная христианка, приобщающаяся Пречистых и Животворящих Таин Господних, и вдруг одержима бесом, и притом такое продолжительное время, как тридцать с лишним лет. И подумал я: вздор! Этого быть не может! Посмотрел бы я, как бы посмел в меня вселиться бес, раз я часто прибегаю к Таинству Святого Причащения!».

И в это самое мгновение страшное, холодное, зловонное облако окружило его и стало входить в его судорожно стиснутые уста. Как ни бился несчастный Мотовилов, как ни старался защитить себя от льда и смрада вползавшего в него облака, оно вошло в него все, несмотря на его нечеловеческие усилия. Руки были точно парализованы и не могли сотворить крестного знамения; застывшая от ужаса мысль не могла вспомнить спасительного имени Иисусова. Отвратительное, ужасное совершилось, и для Николая Александровича наступил период тягчайших мучений.

Собственноручная запись его дает такое описание испытанных им мук: «Господь сподобил меня на себе самом испытать истинно, а не во сне и не в привидении, три геенских муки.

Первая — огня несветимого и неугасимого ничем более, как лишь одною благодатью Духа Святаго. Продолжалась эта мука в течение трех суток, так что я чувствовал, как сжигался, но не сгорал. Со всего меня по шестнадцать или семнадцать раз в сутки снимали эту геенскую сажу, что было видно для всех. Перестали эти муки лишь после исповеди и причащения Святых Тайн Господних молитвами архиепископа Антония и заказанными им по всем сорока семи церквам Воронежским и по всем монастырям заздравными за болящего раба Божия Николая ектеньями.

Вторая мука — в течение двух суток — тартара лютого геенского, так что и огонь не только не жег, но и согревать меня не мог. По желанию его высокопреосвященства (архиепископа Воронежского Антония) я с полчаса держал руку над свечой, и она вся закоптела донельзя, но не согрелась даже. Опыт этот удостоверительный я записал на целом листе и к тому описанию руку мою, закопченную свечной сажей, приложил.

Но обе эти муки, благодаря причащению Святых Христовых Таин, давали мне хоть возможность есть и пить, и спать немного мог я при них, и видимы были они всеми.

Но третья мука геенская, хотя на полсуток уменьшилась, ибо продолжалась только полутора суток и едва ли более, но зато велик был ужас и страдание, неописуемого и непостижимого. Как я жив остался от нее! Исчезла она тоже от исповеди и причащения Святых Таин Господних. На этот раз сам архиепископ Антоний из своих рук причащал меня оными. Эта мука была — червя неусыпного геенского, и червь этот никому более, кроме меня самого и архиепископа Антония, не был виден; но я весь сам был преисполнен этим наизлейшим червем, который ползал во мне всем и неизъяснимо ужасно грыз всю мою внутренность, но и выползаючи через рот, уши и нос, снова во внутренности мои возвращался. Бог дал мне силу на него, и я мог брать его в руки и растягивать. Я по необходимости заявляю это все, ибо недаром подалось мне это свыше от Бога видение, да не возможет кто подумать, что я дерзаю всуе имя Господне призывать. Нет! В день Страшного Суда Господня Сам Он Бог, Помощник и Покровитель мой, засвидетельствует, что я не лгал на Него, Господа, и на Его Божественного Промысла деяние во мне совершенное».

Вскоре после этого страшного и недоступного для обыкновенного человека испытания Мотовилов имел видение своего покровителя, преподобного Серафима, который утешил страдальца обещанием, что ему дано будет исцеление при открытии мощей святителя Тихона Задонского и что до того времени вселившийся в него бес не будет уже его так жестоко мучить.

Действительно, через тридцать с лишком лет совершилось это событие, и Мотовилов его дождался, дождался и исцелился по великой своей вере в самый день открытия мощей Тихона Задонского в 1861 году. Мотовилов стоял в алтаре, молился и горько плакал о том, что Господь не посылает ему исцеления, которого по обещанию преподобного Серафима Саровского ждала его измученная душа. Во время пения Херувимской песни он взглянул на горнее место и увидел на нем святителя Тихона. Святитель благословил плачущего Мотовилова и стал невидим. Мотовилов сразу почувствовал себя исцеленным.

И вот, дорогие мои, у многих теперь возникнет недоуменный вопрос: «Как, за что и зачем такая страшная мука постигла верующего человека?!»

Мы с вами, дорогие мои, часто забываем, что у Бога один день как тысяча лет, и тысяча лет как один день. И что жизнь наша земная — время купли или вечных благ, или вечных мук. Будучи в земной жизни рядом с преподобным Серафимом, Мотовилов по любви к нему жаждал и в вечности не разлучаться с ним. И вот ценой таких страданий, терпения и слез последовал за преподобным, за его славой в вечности мирской человек.

Так дай нам Господь не туне услышать сегодняшний рассказ. Пусть он одних вдохновит на терпение, в других вселит надежду, третьих устрашит ожидающей нас реальностью. И всех нас вдохновит на ожидание с трепетом и радостью пришествия Господня.

Господи, слава Тебе за себя и за всех, за всё и за вся. Слава Тебе! Аминь.

Неделя сыропустная

Быстротечная река времени стремительным потоком несется в вечность. И только Святая Церковь и праздники Божии на какое–то мгновение приостанавливают это движение, как бы отсчитывая время. И вся наша жизнь от рождения до исхода из нее отражается в этом годичном круге, напоминает и зовет: «Познай себя, всмотрись в себя, человече. Кто ты, как живешь и что ждет тебя впереди? Ведь и ты вместе с этим потоком времени несешься к безвремению, к вечности». И так каждый день, каждый год.

И давно ли впервые ныне раздался в Церкви вопль истомившегося во грехах человеческого сердца: «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче!» И встрепенулись сердца — повеяло постом. Но вот уже промелькнули подготовительные недели к покаянному поприщу Великого поста, когда:

— фарисей и мытарь были зеркалом для душ наших;

— гласом блудного сына взывали мы с вами к Небесному Отцу, осмысливая и свое отпадение от истины, и уход в страну далече: «Боже, согреших на небо и пред Тобою, сотвори мя яко единого от наемник Твоих»;

— напоминание о Страшном и славном Суде Господнем, когда книги разогнутся и тайное явится, еще не устрашая, нас звало к познанию себя, к покаянию.

И вот сегодня уже последний день в преддверии Великого поста. В этот день вспоминает Церковь страшную трагедию, свершившуюся с человечеством на заре его истории — изгнание его в лице общего нам всем праотца Адама от лица Божия, изгнание Адама из рая.

Юдоль плача и печали — земля приняла изгнанника, чтобы по заповеди Божией взрастить преступнику волчцы и терния, чтобы в поте лица снесть ему хлеб свой, чтобы в боли, слезах и печали родить и вскармливать детей своих, чтобы пожать все горькие плоды своего преслушания Отцу Небесному.

Плакал Адам по изгнании своем, седе «прямо рая», плакал, вспоминая, кем он был, и чем обладал, и Кого лишился. И по Адаме первом все человечество по сей день плачет и воздыхает о неуловимом теперь призраке счастья. А мир весь, издерганный и усталый, плачет от беспутия, от того, что обнажена душа, что бесцельна и безрадостна жизнь. И ничто не может наполнить нашу жизнь так, чтобы почувствовал вполне человек безоговорочную полноту действительного, а не призрачного счастья, ибо она, эта полнота, только в Боге.

Но мы — изгнанники. Рай далеко, и чем дальше живет человечество от времени падения, тем туманнее в нем становится прекрасный образ рая, тем глубже боль и страдание человечества и тем больше стирается образ и подобие Божие в душе человека. И погиб бы мир давно, если бы не второй Адам — Христос, вновь отверзший заключенный рай и давший человеку возможность в него вернуться.

И мы все несем сейчас на себе тугу и тяжесть жизни изгнанника. Но и мы же те, кто живет жизнью Церкви, знаем и райскую радость отверстых Царских врат, и животворящих ликующих слов «Христос воскресе!» и в них — изначальную близость Божественной любви к человеку. Но предшествует этой райской радости на земле Великий пост, и Церковь постоянно учит, что то, что мы потеряли грехом, найти, обрести, вернуть можно лишь покаянием, подвигом и трудами великого воздержания.

Пройдет всего несколько часов, и все мы с вами с изумлением заметим, что вокруг нас и в нас что–то изменится; произойдет нечто, что наложит на все печать особой сосредоточенности и внимания. Это настанет святой Великий пост. И мы вместе с Церковью от призыва к покаянию должны будем перейти к самим покаянным трудам, к делу покаяния.

Святая Мать–Церковь восприняла заповедь Господа о цельбоносном посте, прозвучавшую еще в ветхозаветные времена к народу Божию через пророка Иоиля: «…обратитесь ко Мне всем сердцем своим в посте, плаче и рыдании… назначьте пост… созовите… старцев…» и всех жителей в дом Господа «…да восплачут священники, служители Господни, и говорят: «пощади, Господи, народ Твой, не предай наследия Твоего на поругание…»» (Иоил. 2:12–17).

Поприщем Великого сорокадневного поста начал путь Своего подвига второй Адам — Иисус Христос, чтобы Своей Божественной любовью к падшему человеку вновь открыть заключенный рай и указать путь, по которому человек может в него вернуться.

Святое Евангелие свидетельствует: «…Иисус возведен был Духом в пустыню… и, постившись сорок дней и сорок ночей, напоследок взалкал» (Мф. 4:1–2). И приступил к Нему диавол, искушая Его. Велика дерзость и слепота темной силы. Преуспев в искушении человека в раю, она усвоила себе богоборчество до ослепления, не узнав в Христе Спасителе Сына Божия, она приступила к Его кротости, смирению, терпению, чистоте и святости с мраком соблазнов, сплетенных из гордости, измен, самомнения и лжи. Безгрешный же Христос Бог, не требующий очищения, противостал искусителю постом и молитвой, указывая и всем нам, по Нем грядущим, путь борьбы со грехом. И подтвердил Господь словом и делом, что «сей же род [диавол] изгоняется только молитвою и постом» (Мф. 17:21).

Постом и молитвой принимает христианин силу Духа от Господа на борьбу с врагом; постом и молитвой получает он дар рассуждения и ум Христов; пост и молитва возжигают свет, рассеивающий тьму греховной жизни, ибо «… свет во тьме светит, и тьма не объяла его» (Ин. 1:5).

А человек своим произволением избирает путь посреди тли и нетления, избирает доброе или злое. И если грехом преслушания Богу вошли в жизнь горе, страдание и смерть, то только послушанием, постом и молитвой — этой нашей живой жертвой любви к Богу — возвращается в жизнь свет высшей правды, мир и радость. И это, дорогие мои, есть рай уже на земле.

Но любовь к Богу на земле по заповеди Божией является только любовью к людям. Сердце христианина может согреваться и гореть только двуединой любовью и к Богу, и к людям одновременно. Если же наше сердце черство и жестоко по отношению к брату — к человеку, то омраченное неприязнью, холодностью, жестокостью, оно становится равнодушным или лицемерным и к Богу. И рай, который мог быть так близко — в сердце нашем, уходит, тускнеет, и грех нелюбви рождает преслушание, самость и самолюбие.

Но как любить грешника, как любить нелюбовного к нам, как любить врага? И Господь приходит на помощь. Он дает нам молитву Господню, и мы каждый день слышим: «…и остави нам долги наши, якоже и мы оставляем должником нашим…».

Этой молитвой Господь говорит нам: посмотри на себя,

— ведь ты и есть тот самый должник, которому надо оставить долг;

— это ты и есть тот самый грешник;

— это ты нелюбовный — любишь по выбору;

— это ты — чей–то враг: ты кого–то обидел, кого–то презрел, кого–то уничижил.

Это ты сам нуждаешься в прощении, сам нуждаешься в снисходительной любви.

И звучат слова сегодняшнего Евангелия: «…если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный; а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших» (Мф. 6:14–15). Простите всем всё и вся, и прощены будете. Простите, и спасены будете, и наследуете рай.

А сейчас же за этими словами Господа о прощении звучат и другие слова: «Не судите, да не судимы будете» (Мф. 7:1). И в этих словах Господь указывает кратчайший и вернейший путь ко спасению, открывающий перед нами врата Царствия Небесного. Господь указывает на то, без чего все наши подвиги и усилия в жизни вообще и на поприще Великого поста в частности будут тщетны. И этот путь один — путь любви к людям, начинающийся с неосуждения.

«Не судите, да не судимы будете…» Господь пришел в первом Своем пришествии не судить мир, но спасти. Он пришел открыть миру заключенный для него рай. А весь суд Бог отдал Сыну Своему во втором пришествии, а пока «…милость превозносится над судом» (Иак. 2:13).

Теперь еще время милости Божией. Бог нас еще милует, а мы судим, а мы рядим. Мы, ничтоже сумняся, поднимаемся своим мнением и судом и над ближними, и над дальними, и над малыми, и над великими. Мы судим, когда знаем много; мы судим и тогда, когда ничего не знаем; мы судим со слов других.

И вдумайтесь, дорогие мои, ведь наш суд, как и суд вражий, уже распространяется и на Самого Спасителя. Согрешил человек пред Богом, пред людьми, мы — свидетели тому. Но мы не видели, как он каялся, и мы не слышали, как над головой грешника прозвучали утешительные слова иерея: «…властью мне данною, прощаю и разрешаю все грехи твои, во имя Отца и Сына и Святаго Духа.» Милость Божия уже стерла рукописание грехов, а мы все еще продолжаем помнить и судить. Но это уже суд не над человеком, но над Богом, помиловавшим и простившим.

Так, мы погибаем судом. Ведь где суд, там нет любви. Одна любовь способна на всякое время быть адвокатом, и только любовь прикрывает наготу брата своего.

А мы судим! И этот суд оборачивается для нас приговором нам же, и он звучит: «Суд без милости не сотворившему милости!» (Иак. 2:13). И рай не может принять нас, ибо нет в нас любви. Где нет любви — там нет спасения.

Сегодня, начиная подвиг Великого поста, начнем же, други наши, решать два главнейших духовных урока: не судить и не соблазнять! А чтобы нам укорениться в спасительном блаженном неосуждении, положить начало этому подвигу с первых же великопостных дней, надо нам учиться видеть, судить и осуждать только самого себя — того единственного человека, которого мы знаем подлинно, всесторонне и глубоко. Вот где суд без милости будет во спасение, ибо этот единственный суд приведет нас в разум истины. Он дарует нам зрение той пропасти, на краю которой мы стоим и которую изрываем своими грехами, своими долгами Богу и людям, своим осуждением других. И этот наш суд над собой исторгнет из сердца нашего живой спасительный вопль, достигающий неба: «Господи! Помилуй мя Боже, милостив буди мне грешному!» И начнется чудо нашего спасения. Миром, тишиной и любовью утешит Господь наши покаянные души и сердца. По слову же дорогого нам всем старца, преподобного Серафима Саровского: «Стяжи дух мирен, и тысячи спасутся вокруг тебя» — начнется преображение жизни вокруг нас.

«Днесь весна душам!» Святой Великий пост при дверях. Им да прозябнет семя нашего покаяния и молитвы и даст спасительный плод воскрешения душ в Боге.

Чадо Божие!

«Да постится ум твой от суетных помышлений;

да постится воля твоя от злого хотения;

да постятся очи твои от худого видения;

да постятся уши твои от скверных песней и шептаний клеветнических;

да постится язык твой от клеветы, осуждения, лжи, лести и сквернословия;

да постятся руки твои от биения и хищения чужого добра;

да постятся ноги твои от хождения на злое дело.»

Вот это и есть христианский пост, которого ждет от нас Господь.

Войдем же, други наши, в Великий пост, встанем на поприще его подвигов — покаяния, воздержания и смирения — и утвердимся в них, чтобы, получив прощение, встретить Воскресение Христово, Святую Пасху — райское сияние на земле. Аминь.

Прощеное воскресенье

Не отврати лица Твоего от отрока Твоего, яко скорблю, скоро услыши мя!

Такими проникнутыми сыновней скорбью словами, возлюбленные о Господе отцы, братия и сестры, Святая Церковь сегодня за вечерним богослужением обращается к Богу. И каждый из здесь стоящих, несомненно, пережил в своем сердце эти слова как свое личное обращение к Богу.

Не отврати Твоего лица, милосердный Господи, от нас! — просим мы. Но эту милость Божию мы должны заслужить. По зову нашей Православной Церкви мы собрались в этот святой вечер в храме, чтобы накануне Великого поста испросить себе благословение Божие на достойное вступление на поприще усиленных молитв и покаяния.

Собрались для того, чтобы по установленному в древние времена священному обычаю, поклонившись друг другу из глубины наших сердец, простить взаимные обиды и согрешения.

Это необходимо нам, если мы хотим жить с Господом, и находясь на земле, и переселившись в жизнь вечную. Мы все желаем себе вечного спасения. Но это возможно только в том случае, если не будет в нашем сердце обид; не будет взаимного озлобления друг на друга, взаимного осуждения, неприязни. Возможно только тогда, когда в сердце нашем будет мир — это драгоценное священное благо, которое дарует нам Христос Спаситель.

Но для этого, как вы все хорошо знаете нужно и простить тех, кто нас обидел, и испросить себе прощение у тех, кого мы вольно или невольно обидели. Иначе напрасны будут все наши труды в предстоящем посту. Не примет Господь наших многочисленных земных поклонов, если в сердце нашем будут продолжать жить обиды на брата, зло и недоброжелательность к ближним.

Не услышит Господь и наших слезных молений и воздыханий к Нему о помиловании нас, если не коснутся нашего сознания слова Спасителя: «…если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный» (Мф. 6:14).

Господь говорит: прощай! — тогда и ты будешь иметь право просить себе прощения. Господь говорит: не обижай, а люби своего ближнего! А как часто мы любим только некоторых из тех, кто окружает нас, а иногда и никого не любим! Видим в людях только их недостатки и безжалостно осуждаем.

А ведь мы должны любить друг друга потому, что эта любовь, по слову Христа, — отличительный признак истинных христиан: «По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13:35).

Сегодняшний день, дорогие, это день проверки нашей духовной зрелости, день нашей строгой самопроверки — способны ли мы следовать за Христом, выполняя все Его повеления? Многие из нас из собственного жизненного опыта хорошо знают, что простить гораздо легче чем самому испросить прощение у того, кого чем–либо обидел. Тут гордость наша мешает нам признать себя виновным.

Многие верующие любят этот святой вечер. С радостью спешат в церковь, чтобы участвовать в чине прощения. Но все ли отчетливо представляют себе, какую ответственность мы берем на себя? Ибо, к сожалению, нередко этот трогательный чин у некоторых из нас носит оттенок формального исполнения взаимного прощения.

Подошли друг ко другу, произнесли: «Прости меня!» — и даже с улыбкой поцеловались, а в сердце при этом ничего не изменилось. Затаенная обида, недоброжелательство так и остались. Не этого, дорогие, ждет от нас Господь. Он ждет, что в этот святой вечер откроются наши сердца для искренней взаимной любви. Ждет, что, победив с помощью Божией в себе гордость, мы обретем в себе силу и с чистым сердцем и открытой душой подойдем к обиженному нами и скажем: «Прости меня Бога ради!» Ждет, что мы вырвем из своих сердец и взаимное озлобление, и взаимное осуждение, и все то, что оскверняет нас и отдаляет нас от Бога.

А способны ли мы простить именно так, как этого требует Правда Божия?

Знайте, что не нужно Богу наше лицемерие. Богу нужна наша готовность — никого, кроме себя самих, не осуждать, всех любить и всем прощать. Нужна наша решимость в наступающем уже завтра посту сложить с себя накопленные нами, возможно долгими годами, грехи. Если с таким настроением мы сегодня пришли сюда, тогда мы можем присоединить свои голоса к звукам церковного хора и всей силой своих духовных возможностей вопиять к Богу: «Не отврати лица Твоего от отрока Твоего… Я Твой, Господи! И прошу Тебя: скоро услыши мя!»

Но прежде чем испрашивать прощение друг у друга, мы должны просить прощения у Господа за то, что платили Ему черствой неблагодарностью и за Его голгофские страдания, и за Его крестную смерть, которые Он перенес ради искупления наших грехов. За то, что так мало у нас любви к Нему.

Должны просить прощения у Матери Божией за то, что ради нашего спасения Ее Сын был распят на Кресте. А мы своими грехами все продолжаем распинать Его, нанося раны и Ее материнскому сердцу…

Должны простить не только здесь присутствующих, но и находящихся в данный момент далеко от нас, и тех, кои уже отошли в вечность. Сами должны простить и попросить и их простить нас. А Господь донесет до их сердец мир, который может дать только Он. И этот мир (взаимного прощения) исцелит и их, и наши души.

Дай нам, Господи, сегодня почувствовать Твой благодатный мир, который дается только при условии искреннего и сердечного взаимного прощения.

«Не отврати лица Твоего…»

Молитвенно–скорбный дух слышится в этом дивном обращении грешной души к Богу. И наши души скорбят. Ведь мы собираемся в дни Великого поста очистить свою душу от всего греховного. Но как много в нас всего того, что отдаляет нас от Бога!

И все же — Боже милостивый, «не отврати лица Твоего…»! Мы хотя и очень грешные, но мы любим Тебя, стремимся к Тебе! Мы немощны и телом, и духом, — и потому «скоро услыши нас!»

Человек состоит из тела и души, поэтому и наступающий завтра Великий пост у нас должен быть двояким. Для тела — воздержание от скоромной пищи, а для души — воздержание не только от худых дел, но и от худых мыслей и желаний.

Каждый из нас со всей строгостью пусть просмотрит прожитую жизнь. Пусть сердце наше затрепещет от сознания своей греховности и воззовет: «Милостиве, помилуй мя, падшего!» Сегодняшнему дню предшествовали три подготовительные седмицы, в песнопениях и молитвословиях которых раскрывалось перед нами учение Церкви о важности покаяния.

Мы должны вступить в пост в таком нашем душевном состоянии, при котором все люди, с которыми мы будем встречаться, были бы нам милы и дороги, как братья.

А для этого прежде всего каждый рассмотри самого себя со всей строгостью, со всей беспощадностью справедливого собственного суда. И ты поймешь, что сам–то ты — ой, как далек от жизни по евангельским заветам и не имеешь никакого права ни обижаться на кого–либо, ни ссориться, ни тем более кого–то обижать. Так торопись же скорее в этот день, специально установленный Святой Церковью для очищения твоей совести, со всеми примириться. Возымей намерение впредь никого не обижать и ни на кого не обижаться.

Ты собираешься в Великом посту коленопреклоненно и, быть может, даже со слезами просить Господа простить тебя… Прости сперва сам!

И в заключение и я от лица братии прошу вас ради Господа: простите нам все, чем мы обидели или огорчили вас! От имени всей братии нашей святой обители, также у всех вас, как прихожан, так и паломников, ближних и дальних, прошу прощения, елико согрешили пред вами словом, делом, помышлением и всеми нашими чувствами душевными и телесными. Благодатью своею Бог простит и помилует всех нас. Аминь.

2. Великий Пост

1–е Воскресенье Великого поста

Сия вера апостольская, сия вера отеческая, сия вера православная, сия вера вселенную утверди.

За что мы любим Православие и Православную Церковь? В дни Своей земной жизни, благочестивые слушатели, Господь наш Иисус Христос объединил около Себя всех верующих в Него, а среди этих верующих особо приблизил к Себе апостолов.

Из верующего во Христа народа и стала складываться со дня святой Пятидесятницы Церковь Христова, а из апостолов — первые руководители этой Церкви, ее пастыри и учители.

Нелегка была их задача. Нужно было не только научить истинам веры и духовно укрепить тех, кто принимал христианство, но одновременно и ограждать от лжеучений и ересей. По слову апостола, этим ересям «надлежит быть» (1 Кор. 11:19), чтобы явились «искусные», то есть наиболее правоверные и стойкие из уверовавших во Христа. Победа правоверия была закреплена в постановлениях Вселенских и Поместных Соборов.

С тех пор Церковь Христова и имеет тот вселенский Символ Веры, который мы слышим в наших храмах за каждой Божественной литургией. Этот символ с 842 года Святая Церковь особо торжественно провозглашает в день Торжества Православия, то есть в сегодняшний день в особом молебном чине словами: «Сия вера апостольская, сия вера отеческая, сия вера православная, сия вера вселенную утверди».

Благочестивые слушатели! Наша вера потому называется апостольской, что неповрежденно и нерушимо хранит в себе все, чему учил Сам Христос и Его апостолы и что содержится в Священном Писании и Священном Предании. Эту веру свято чтили и защищали на Церковных Соборах и в своих творениях святые отцы и учители Церкви. Ею они (святые отцы) спасались и прославлялись. Поэтому она и называется верой отеческой.

Как подлинно истинная и спасительная, дающая нам благодатные силы «яже к животу и благочестию», она называется еще правоверием или Православием.

Как видим, братие и сестры, Православие наше зиждется на прочной, нерушимой основе: на верности учению Спасителя, апостолов, святых отцов Вселенских Соборов, на вековом опыте духовно–благодатной жизни во Христе. Сонмы святых угодников Божиих — мучеников, исповедников, чудотворцев, преподобных и прочих святых своей богоугодной жизнью и праведной кончиной свидетельствуют об истинности и спасительности Православной веры.

Этой верой спасались и все наши благочестивые предки, завещав нам, как зеницу ока, хранить эту веру и спасаться ею. Называется наша вера Православной еще и в отличие от веры католиков и протестантов, отклонившихся от единого ствола веры апостольской, отеческой, Православной.

Существеннейшая черта нашего Православия заключается в том, что христианство для него является не теорией, а самой жизнью во Христе, по заветам евангельским и церковным установлениям.

Основу этой веры составляет сердечная, глубокая, живая вера в Живого Триипостасного Бога — Творца неба и земли, Вездесущего, Всевидящего, Всемилостивого, всегда готового нас обличить (через укоры нашей совести), и прийти к нам на помощь (через нашу молитву), и ниспослать благодать любви и прощения (через Таинства).

Второй основой нашего Православия является вера в Иисуса Христа как Сына Божия и Искупителя мира. Вера в то, что Он вместе со Святым Духом (и не без участия Отца Небесного) и призывает, и освящает, и просвещает, и умудряет нас ко спасению, соединяясь с нами в Таинстве Святого Причащения.

Третьей основой нашей Православной веры является вера в будущую, загробную жизнь, в единство Церкви земной и небесной, в ходатайство за нас Богоматери и всех угодников Божиих.

Четвертой основой являются наша христианская любовь, братство и милосердие друг ко другу как членов единой семьи, единого тела — Церкви Христовой.

Пятой основой является она сама — эта Церковь Христова, ее Священное Предание, ее установление, богослужение. Таинства, обряды, творения святых отцов, постановления и правила Вселенских и Поместных Соборов и весь многовековой благодатный опыт жизни во Христе и ее руководства ко спасению своих верных чад. Зиждительной силой Церкви является Дух Святой, со дня Пятидесятницы живущий в ней. Всем нам, братие и сестры, полезно время от времени проверять себя, православны ли мы, удовлетворяем ли требованиям, предъявляемым нам Матерью–Церковью. Остановимся несколько подробнее на значении для нас, для нашего спасения Святой Православной Церкви. Посмотрите, как она (Православная Церковь) помогает нам в нашем спасении. Она освящает наше появление в мир Таинством Крещения, сопровождает нашу жизнь благодатными дарами других Таинств и молитв. Напутствует нас в мир иной своими дивными песнопениями, разрешительными молитвами и благословлениями. Вся жизнь наша — от колыбели до могилы — проходит под ее святым руководством и благословением. Особо ощутительно ее значение в общественной молитве (в храме) и в руководстве нашей духовной жизнью.

Это она, благолепно украшая наши дивные храмы святыми иконами, располагает нас к молитвенному возношению наших душ и сердец ко Господу Богу. Это она услаждает, духовно питает и захватывает наши души глубоким смыслом и стройностью своих богослужений. Это она освящает и укрепляет благодатью своих молитв и Таинств наши немощные, сиротливые души.

Это она же выделяет для нас на каждой неделе особые дни (среду и пятницу) для поста и покаяния. В течение года выделяет особые времена — четыре поста для той же цели.

Вот уже прошла неделя, как мы вступили во дни святой Четыредесятницы.

Православная Церковь все делает для того, чтобы душа наша дрогнула и затрепетала в эти великие святые дни, чтобы почувствовала мерзость своей греховности и воспламенилась жаждой очищения, обновления, освящения.

Покаянными великопостными службами, их трогательными напевами, молитвами, коленопреклонениями она (Святая Церковь) зовет нас к покаянию и примирению с Богом. Ни в какое другое время Господь не бывает так близок к нашей скорбной душе и страждущей совести, не «стучит» так в наше сердце (Откр. 3:20), как именно в эти святые дни.

И все мы знаем, что, только строго проведя Великий пост, только очистив, освятив свою душу покаянием, мы встретим радостно и торжественно и Пасхальную ночь, когда обновленная и воскресшая душа наша со всей вселенной ликующе запоет гимн воскресшему Спасителю и не будет знать, где она находится — на небе или на земле.

Кто создает и создаст для нас это невыразимое блаженство, эту небесную радость? Это все она — наша Православная Церковь, носительница и хранительница нашего Православия.

Будем же, возлюбленные братие и сестры, как наши благочестивые предки, хранить наше Православие, будем жить и спасаться им и с честью носить великое имя православного христианина. Аминь.

Неделя 1–я Великого поста, Торжество Православия

Дорогие мои, други наши, чада Божии, дети Святой Православной Церкви! Сегодня особый день — день Торжества Православия, день торжества Святой Православной, Соборной и Апостольской Церкви. Церкви Торжествующей — Небесной и Церкви воинствующей — земной. И это день радости о воплощении Сына Божия, о полноте Божества на земле в Нем и о полноте Божества и в теле Его — в Церкви Христовой.

А тело Его — это все те, кто идет подвигом жизни в вере и истине, в лоне Церкви, это все, начиная со святых апостолов: сами апостолы и учители Церкви, ее патриархи, святители, святые отцы и народ Божий — миряне, держащиеся истины веры, ею жившие, ею живущие и теперь. Это все мы, собравшиеся после первой недели постных подвигов в церкви и облеченные ныне в белую одежду оправдания, вкусив божественной жизни, соединясь с Господом в Таинстве Святого Причащения.

Мы с вами слышали сегодня в евангельском чтении высокую оценку и похвалу от испытующего сердца Господа будущему апостолу Нафанаилу: «… вот подлинно Израильтянин, в котором нет лукавства» (Ин. 1:47). И это похвала христианину, это похвала той Церкви, о которой Господь изрек: вот Церковь, в которой нет лукавства, нет суетных измышлений человеческих, которая вся есть истина во всем ее учении, Таинствах, богослужении, управлении, во всем ее устройстве.

Именно эта Церковь, по слову апостола Павла, — «столп и утверждение истины» (1 Тим. 3:15), есть славная Церковь, не имеющая скверны или порока. Какими кровавыми подвигами, какой борьбой с врагами истины, какими и сколькими смертями ревнителей чистоты, святости веры и Церкви приобретено, сохранено и передано нам Православие!

Сегодня мы видим земную Церковь удрученной, отягченной многообразными бедами и скорбями (а это почти постоянное состояние Церкви Православной от дней ее основания), и кажется нам: есть ли о чем радоваться? Но знайте, дорогие мои, Торжество Православия в Церкви будет праздноваться всегда, ибо это торжество не о видимой славе Православия, но о том единственном, что дает миру жизнь и чего не могут отнять теперь уже никакие внешние беды и никакие враги, — это торжество Божественной любви к миру и вечная жизнь мира в этой любви, этой любовью.

А для нас, для каждого из нас, остается только частный вопрос — будем ли мы с вами участниками этой Божественной любви? Сохраним ли себя и сохраним ли для своего потомства то, что дал нам Сам Христос и что передали в чистоте Его верные последователи в Церкви?

Так будем же помнить, дорогие наши, чтобы нам с вами быть истинно православными христианами, надо иметь живое и постоянное общение с Православной Церковью в ее молитвах, учении, Таинствах, надо знать свою веру, изучать ее, проникаться и жить ее духом, руководствоваться ее правилами, заповедями и уставами. А главное — необходимо постоянно восстанавливать в себе глубоким покаянием образ истинно православного христианина по примеру святых Божиих людей, живших во все времена.

Первое Торжество Православия было установлено, когда Церковь в борьбе с иконоборчеством отстояла свое право и долг поклоняться иконам Христа, Матери Божией и святых и тем самым отстояла она и истину Боговоплощения. А теперь Церковь продолжает праздновать и будет праздновать до конца дней мира явление в нем образов Живого Бога. Ибо и теперь Бог открывает Себя в людях, стяжавших и являющих в себе это бесценное сокровище, эту единственную жемчужину, которой не стоит весь мир — богоподобие человека в святости жизни.

Так помолимся сейчас, дорогие мои, тем, кто святостью своей освящал и освящает и нам путь к истине.

Помолимся и о тех, кто трудами своими и болезнями сохраняет в наши дни верность истине Божией.

Попросим Господа, чтобы и нам быть не чуждыми этой верности и этих трудов. Аминь.

О причащении

По милости Божией, возлюбленные братия нашего монастыря, и все наши постоянные прихожане, и приезжие паломники, мы опять с вами стоим «при дверях» Святой Четыредесятницы. И собрались здесь в этот святой вечер за трогательным чином взаимного прощения. Завтра, как все вы хорошо знаете, начинается Великий пост. Время благодатного и спасительного делания, особых усиленных трудов для того, чтобы нам духовно обновиться и в чистоте сердца встретить и прославить Светлое Христово Воскресение.

Но нельзя вступать в этот труд, не примирившись друг с другом.

Великий пост — это время наших усиленных молитв, в которых мы будем просить Бога, чтобы Он принял наше покаяние и простил бы наши грехи. Будем умолять Господа, чтобы Он Своей милостью укрепил наши слабые силы на пути к вечной жизни. В эти дни спасительной Четыредесятницы мы будем искать себе прощения в грехах, которых у всех нас, к сожалению, великое множество. Тут и явные наши грехи, совершенные нами на глазах окружающих, и грехи тайные, проявляемые в наших мыслях и намерениях и ведомые одному только Богу. В эти великопостные дни мы будем слезно молить, настойчиво просить Бога простить нас.

Но мы, дорогие мои, должны заслужить того, чтобы Господь услышал эти наши молитвы, чтобы дошли до Его слуха стенания нашей души. А для этого прежде всего мы должны научиться сами прощать наших ближних.

Этого от нас требует правосудие Божие. Об этом нам напоминает закон правды Божией. А он так прост: «Если не будете прощать людям их согрешения против вас, то и Отец ваш Небесный не простит вам ваших согрешений». «Какой мерой мерите вы, такой и вам будет отмерено». «Суд без милости для не оказавшего милости».

Бог, дорогие мои, милосердный, но и справедливый, и правосудный. Значит, перед тем как просить Бога простить нас, мы сами должны простить своих ближних, согрешивших против нас. И если мы этого не сделаем, то, как бы глубоко и искренне ни было покаяние, не простит нас Господь. Чтобы этого не случилось с нами, мы должны научиться прощать так, чтобы не затаилась в нас обида. Правда Божия требует от нас, чтобы мы вырвали из глубины своих сердец даже следы когда–то причиненной нам обиды, чтобы никогда не всплывали в нашей памяти горькие воспоминания и недобрые чувства к нашим обидчикам. Иначе как мы посмеем рассчитывать на то, что Бог нас, без конца в течение нашей жизни оскорбляющих Его, простит и примет в Свое Небесное Царство.

Но вот именно это — по–настоящему простить своего ближнего — для многих из нас является самым трудным моментом в нашем духовном делании. Мы способны раскаяться в тяжких своих, страшных грехах; способны, поборов в себе стыд, открыть перед духовником на исповеди гнойные раны своей души. А вот от всего сердца искренне и с любовью простить человека, нас обидевшего, — это для многих из нас самый трудный подвиг. А не совершить его, други мои, нельзя! Вступая на путь поста, мы должны выполнить свой христианский долг: испросить прощения у ближних за свои обиды, которые мы, быть может, нанесли кому–то, и от всего сердца простить всех, кто когда–либо обидел нас. Повторяю: для некоторых это сделать трудно. Трудно, но необходимо! Но зато тот из нас, кто научился этому нелегкому делу, кто способен поклониться своему ближнему, прося прощения, и сам из глубины сердца прощает всех, тот — по слову святителя Григория Нисского — имеет дерзновение сказать на своей молитве Господу: «Отец мой Небесный, я исполнил то, что Ты мне велишь сделать. Исполни и Ты, что Ты обещаешь сделать. Я простил все согрешения и обиды и, прибегая к Тебе в покаянии своем, жду, что и Ты, согласно Своему обещанию, простишь мне бесчисленные мои согрешения».

Но не забывайте, что такое дерзновение может иметь только тот, кто сам прощает. Ведь именно для того, чтобы взаимно простить друг друга, мы и собрались здесь сегодня. А поэтому проверьте себя, дорогие мои, готовы ли мы именно так, как требует этого Правда Божия, совершить этот трогательный чин взаимного прощения?

Не будут ли наши взаимные поклоны и взаимные слова всего лишь формальным выполнением заведенного еще древней Церковью обряда? Бойтесь, дорогие мои, этого холода сердечного, бойтесь своей неискренности! Не забывайте, что завтра мы должны приступить к подвигу великого делания — очищения души и сердца от грехов. В Царстве Небесном увидят Бога только чистые сердцем. Так не загрязняйте своего сердца неискренностью! Только что за богослужением мы слышали великий прокимен, и, несомненно, каждый из нас молился в тайне своего сердца: «Не отврати лица Твоего от отрока Твоего, яко скорблю, скоро услыши мя. Вонми души моей и избави ю.» Молитвенно–скорбным духом проникнуто это дивное прошение, обращение нашей души к Богу. Оно должно быть созвучно нашему внутреннему состоянию накануне вступления в Великий пост.

И еще за три недели до этого дня, начиная с Недели о мытаре и фарисее, Церковь огласила наш слух глубоким по содержанию песнопением: «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче.» Эти слова должны с мольбой вырываться из души нашей. «Господи, открой мне двери покаяния!»

Ты открой мне дверь покаяния потому, что сам я настолько грешен, что не способен это сделать для себя. Я, осквернив себя грехами, так прочно закрыл эти двери, что теперь без Твоей, Господи, помощи не могу их открыть. Душа моя стремится к чистоте, к правде…

«Утренюет бо дух мой ко храму святому Твоему…» Но «храм носяй телесный весь осквернен.»

Ввиду скверны нашего тела мы не можем открыть этих дверей сами. Мы просим Господа настойчиво, много раз…

И вот наша молитва услышана: завтра откроется перед нами эта дверь покаяния, мы переступим порог этой двери и завтра уже будем там, где Господь ждет нас с нашим покаянием. И Он окажет нам и помощь в этом покаянном подвиге. Мы просим далее: «…но яко щедр очисти благоутробною Твоею милостию…».

Хотя мы и очень ленивы в делах спасения собственной своей души, мы не должны забывать, что в жизнь будущего века войдут только чистые, кроткие, милостивые. И наша душа должна быть подобна живой, бегущей воде, которая смывает грязь нашего сердца слезами раскаяния. Научитесь «мытаревой молитве»! Как глубока и совершенна эта краткая молитва: «Боже, милостив буди мне грешному!» Она чужда духу гордыни и самопревозношния. Это молитва глубокой надежды на то, что Господь не оттолкнет грешника и даст ему силы отойти от жизни, полной греха, и начать новую, богоугодную жизнь.

Молитва мытаря шла от сокрушенного сердца и не была отвергнута Богом. Мытарь сознал свою греховность, свое недостоинство и потому смиренно молился. Вот и нам, дорогие, надо понять, что нами совершено множество тяжких, лютых грехов. Сознать, ужаснуться своего поведения. И тогда из нашей груди, подобно Давиду, вырвется вопль: «Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей».

Подумаем, дорогие, — а что еще мешает нам самим открыть двери покаяния? В молитве святого Ефрема Сирина, которую мы уже начали читать за нашими богослужениями и будем читать весь пост, есть замечательные слова: «…даруй ми зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего…». К сожалению, вот эта способность видеть свои прегрешения редко бывает в нас, и это, несомненно, является главным препятствием к открытию дверей. Тот, кто не чувствует своих грехов, начинает замечать грехи других людей и впадает в тяжкий грех осуждения. Поэтому и просит преподобный Ефрем Сирин: даруй мне видеть мои собственные грехи и не грешить осуждением ближнего. Это, дорогие мои, надо нам хорошо понять и не просто творить поклоны, но сознавать, с какой просьбой мы обращаемся к Богу.

Нам необходимо научиться постоянно анализировать свои собственные поступки и мысли. Надо знать свои пороки и грехи. Это сознание побудит нас просить у Бога помощи в деле покаяния. Только сознание своей греховности поможет нам изменить свою жизнь, если до сих пор мы находились в нераскаянности. Пусть из сердца нашего изольется молитва: «Отче щедрый, не отврати Твоего лица от нас, хотя и грешных, но все же любящих Тебя и стремящихся к Тебе! Мы скорбим о своих согрешениях, своих падениях, мы немощны и слабы. Скоро услыши нас, с покаянными слезами, с сокрушенным и смиренным сердцем обращающихся к Тебе, будь милостив к нам».

Святая Церковь пробуждает нас от греховного сна, вразумляет, ободряет, чтобы нам достойно совершить спасительный пост, исповедать свои грехи и приобщиться Святых Христовых Таин в радость вечной жизни. Дорожите, дорогие мои, долготерпением Божиим. Благодарите за то, что даровал Он нам еще раз вступить в святую Четыредесятницу. Но не забывайте о правосудии Божием. Да не случится с нами беда по нашему неразумию. Не откладывайте своего покаяния и исправления, чтобы не услышать нам горькие слова скорби Божией о нас: «Отойдите от Меня, все делающие беззаконие!» Не забывайте, что спасается не тот, кто только по имени христианин, а тот, кто трудится над спасением своей души. Святая Церковь хочет, чтобы каждый из нас постоянно занимался самоанализом. Тогда он видит греховность. Такой самоанализ, несомненно, приведет его к покаянию, позовет к покаянным слезам. А покаянные слезы — это самые дорогие для нас слезы, те слезы, о которых в Евангелии сказано: «Блаженны плачущие, ибо они утешатся» (Мф. 5:4). За такими покаянными слезами обычно следует утешение и радость.

А теперь, преподав вам соответствующее нынешнему дню краткое назидание, от всего сердца, наполненного искренней к вам любовью, наши духовные чада, желаю вам уйти сегодня из храма с миром в душе от сознания того, что нет у нас ни на кого обид. Пусть спокойно и радостно будет в наших сердцах. И с этим миром в душе мы, по милости Божией, начнем завтра великопостный подвиг.

Неделя 3–я Великого поста

Приидите вернии, животворящему древу поклонимся.

Придите верные, Животворящему Древу поклонимся… — зовет сегодня Святая Церковь чад своих к подножию Честнаго и Животворящего Креста Господня. Это Голгофа, перешагнув время, приблизилась к нам, воспоминанием о себе вторгаясь в сознание. Ибо на ней вознесся Крест — иже есть лествица к небесам, и на Кресте — Тот, Кто сказал: «Я есть путь и истина и жизнь» (Ин. 14:6).

Крест Христов — великая спасительная сила всех земнородных. Он простирается и в долготу всех времен, и в широту по всем местам, высота его до небес, а глубина до бездн адовых.

А сегодня, в день преполовения спасительного постного подвига, Господь снисходит к тем, кто устал и изнемог под бременем поста, даруя им Свою любовь, и силу, и кроткое напоминание, что они еще не до крови сражались с грехом. Господь сегодня напоминает нам и о единственности, непреложности спасительного пути — пути Креста и страданий — и вдохновляет на нем надеждой. Свет Христова Воскресения виден только с Креста.

Животворящее Крестное Древо — Крест Христов — взращено посреди земли Божией любовью к людям, чтобы погибельный крест — от древа познания добра и зла, взятый в раю на себя человеком своеволием и непослушанием Богу, — претворить в спасительный Крест, вновь отверзающий райские двери.

Крест Христов вознесен над миром со времен спасительных страданий Господа. Но и всякий пришедший в мир человек с рождения наследует крест прародителей своих и неизменно до конца дней несет его по жизни. Земля же — юдоль плача и печали, место изгнания преступившему Божие повеление — полна скорбями и страданиями. Волчцы и терния греховных навыков и страстей, с которыми мы сроднились и услаждаемся, одновременно ранят душу и воспаляют круг жизни.

Присмотритесь, други наши, к жизни людей вне Христа. Как часто она кончается духовной смертью намного раньше смерти физической. Зло и грех пожирают в человеке все человеческое, зло ненасытно, и ненасытен человек во зле. И это тоже страдание, но страдание не спасительное; оброком этого страдания всегда будет неминуемая смерть и гибель души. Суетен и бесплоден жизненный крест без Христа, как бы тяжел он ни был.

Крест свой может преобразиться в спасительный крест только тогда, когда с ним пойдут вослед Христу.

Христос Спаситель наш «…грехи наши Сам вознес Телом Своим на древо, дабы мы, избавившись от грехов, жили для правды…» (1 Петр. 2:24).

Крест Христов стал знамением славы Самого Христа и оружием Его победы над грехом, проклятием, смертью и диаволом. И мы сегодня, предстоя Кресту Христову, ощущая на раменах [плечах] тяжесть своих жизненных крестов, должны вглядеться внимательно в единственно спасительный Крест Христов, чтобы во Христе узнать правду жизни, чтобы понять ее светлый смысл.

И сегодня у Креста Господня — благовествуемое Святое Евангелие и с Креста Господня — вид Божественного Страдальца возвещают нам для спасения нашего всесвятое заповедание: «Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой и следуй за Мною» (Мф. 16:24).

Други наши, восклонимся от земли, воззрим на Крест Христов, перед нами — пример полного и истинного самоотвержения. Он, будучи Сыном Божиим, пришел в мир в рабием зраке [виде, образе], смирил Себя и был послушлив даже до смерти, и смерти крестной. Он отвергся самой жизни, чтобы спасти нас. Нас же зовет Господь Спаситель отвергнуться греха и смерти, которую грех вскармливает для нас.

Дело нашего спасения начинается с отвержения себя и своей греховности. Надо отвергнуться всего того, что составляет суть нашего падшего естества, и должно простираться до отвержения самой жизни, предания ее всецело воле Божией. Господи! Тебе все ведомо; сотвори со мной как изволишь.

Свою житейскую правду мы должны признать пред Богом лютейшей неправдой, свой разум — совершеннейшим неразумием.

Начинается самоотвержение борьбой с собой. И победа над собой — самая трудная из всех побед по причине силы врага, ведь я сам и есть свой враг. И борьба эта самая длительная, ибо оканчивается она только с окончанием жизни.

Борьба с собой, борьба с грехом всегда останется подвигом, а значит, будет страданием. И она же, наша внутренняя борьба, рождает и другое, еще более тяжкое страдание, ведь в мире зла и греха человек, идущий путем праведности, всегда будет чужим в жизни мира и будет встречать враждебность по отношению к себе на каждом шагу. И с каждым днем подвижник все более и более будет ощущать свою несродность с окружающим и болезненно переживать ее.

А самоотвержение неминуемо продолжает требовать, чтобы мы во всей полноте начали жить для Бога, для людей, для ближних, чтобы мы сознательно и безропотно приняли и покорились всякой скорби, всякой душевной и телесной боли, чтобы приняли их как попущение Божие на пользу и спасение душ наших. Самоотвержение же становится частью нашего спасительного креста. И только самоотвержением можем поднять мы свой спасительный жизненный крест.

Крест — орудие казни. На нем распинали преступников. И вот правда Божия зовет и меня на крест как преступника Закона Божия, ведь мой плотской человек, любящий покой и беспечалие, моя злая воля, мое преступное самолюбие, моя гордость до сих пор противятся живительному Закону Божию.

Я уже и сам, познав силу живущего во мне греха и обвиняя себя, как за спасительное от греховной смерти средство хватаюсь за скорби моего жизненного креста. Сознание, что только скорби, ради Господа претерпеваемые, усвоят меня Христу, и я стану участником Его земной участи, а значит, и небесной, вдохновляет на подвиг, на терпение.

Крест Христов, гвоздие, копие, терние, богооставленность — это непрерывные, ничем не облегчаемые страдания Голгофы. Но ведь и вся земная жизнь Спасителя от рождения до гроба есть путь к Голгофе. Путь Христа от страдания к большему страданию, но с ними и восхождение от силы в большую силу, путь Его до смерти, поглотившей смерть. «Где твое, смерте, жало, где твоя, аде, победа?»

Страшен Крест Христов. Но я люблю его — он родил для меня ни с чем несравнимую радость Святой Пасхи. Но к этой радости я могу приблизиться только со своим крестом. Я должен добровольно взять свой крест, я должен полюбить его, признать себя вполне достойным его, как бы труден и тяжел он ни был.

Взять крест — это значит великодушно переносить насмешки, поношения, гонения, скорби, которыми греховный мир не поскупится одарить послушника Христова.

Взять крест — это значит претерпеть без ропота и жалоб тяжкий, невидимый никому труд над собой, невидимое томление и мученичество души ради исполнения евангельских истин. Это и борьба с духами злобы, которые яростно восстанут на того, кто возжелает свергнуть с себя иго греха и подчиниться Христу.

Взять крест — это добровольно и усердно подчиниться лишениям и подвигам, которыми обуздывается плоть. Живя во плоти, мы должны научиться жить для духа.

И надо обратить особое внимание на то, что каждый человек на своем жизненном пути должен поднять именно свой крест. Крестов бесчисленное множество, но только мой врачует мои язвы, только мой будет мне во спасение, и только мой я понесу с помощью Божией, ибо он дан мне Самим Господом. Как бы не ошибиться, как бы не взять крест по своему произволу, тому произволу, который в первую очередь и должен быть распят на кресте самоотвержения?! Самовольный подвиг — это самодельный крест, и несение такого креста всегда оканчивается падением великим.

А что же значит свой крест? Это значит идти по жизни по своему пути, начертанному для каждого Промыслом Божиим, и на этом пути подъять именно те скорби, что попустит Господь (Дал обеты монашества — не ищи женитьбы, связан семьей — не стремись к свободе от детей и супруги). Не ищи больших скорбей и подвигов, чем те, что есть на твоем жизненном пути, — это гордость сбивает с пути. Не ищи освобождения и от тех скорбей и трудов, что посланы тебе, — это саможаление снимает тебя с креста.

Свой крест — это значит довольствоваться тем, что по твоим силам телесным. Дух самомнения и самообольщения будет звать тебя к непосильному. Не верь льстецу.

Как разнообразны в жизни и скорби, и искушения, которые посылает нам Господь для врачевания нашего, какое различие у людей и в самих телесных силах и здоровье, как разнообразны и наши греховные немощи.

Да, у каждого человека — крест свой. И этот свой крест заповедано каждому христианину принять с самоотвержением и последовать Христу. А последовать Христу — это изучить Святое Евангелие так, чтобы только оно стало деятельным руководителем в несении нами нашего жизненного креста. Ум, сердце и тело всеми своими движениями и поступками, явными и тайными, должны служить и выражать спасительные истины Христова учения. И все это значит, что я глубоко и искренне сознаю врачующую силу креста и оправдываю суд Божий надо мною. И тогда мой крест становится Крестом Господним.

«Господи, в несении креста моего, Твоей десницей мне ниспосланного, укрепи меня вконец изнемогающего», — молит сердце. Сердце молит и скорбит, но оно же уже и радуется сладостной покорности Богу и своему причастию страданиям Христовым. И это несение своего креста без ропота с покаянием и славословием Господа — есть великая сила таинственного исповедания Христа не только умом и сердцем, но самим делом и жизнью.

И, дорогие мои, так неприметно начинается в нас новая жизнь, когда уже «…не я живу, но живет во мне Христос» (Гал. 2:20). Непонятное плотскому уму чудо совершается в мире — покой и райское блаженство водворяются там, где ожидались одни стоны и слезы. Жизнь самая прискорбная славословит Господа и отвергает от себя всякий помысел жалобы и ропота.

Сам крест, воспринятый как дар Божий, порождает благодарение за драгоценную участь быть Христовыми, подражая Его страданиям, родит и нетленную радость для тела страждущего, для сердца томящегося, для души ищущей и нашедшей.

Крест — есть кратчайший путь к небу. Христос Сам прошел им.

Крест — есть вполне испытанный путь, ибо им прошли все святые.

Крест — есть вернейший путь, ибо крест и страдания — удел избранных, это те тесные врата, которыми входят в Царство Небесное.

Дорогие мои, воздавая сегодня поклонение Кресту Господню телом и духом, привьем же наши малые кресты к Его великому Кресту, чтобы Его живительные силы напитали нас своими соками для продолжения подвигов Великого поста, чтобы исполнение заповедей Христовых стало единственной целью и радостью нашей жизни.

Почитая сегодня Честный Крест Христов, с покорностью воле Божией возблагодарим Его за наши малые кресты и воскликнем: «Помяни мя, Господи, во Царствии Твоем.» Аминь.

Неделя 4–я Великого поста

Четвертое воскресенье Великого Поста Церковь Христова посвящает памяти преподобного Иоанна Лествичника, или, как его еще называют, списателя «Лествицы». В этом установлении Церкви виден глубокий смысл. Ведь пост всецело связан с покаянием.

Но что значит покаяться? Разве только перечислить свои грехи и сказать — грешен? Нет! Для покаяния этого слишком мало. Покаяться — это значит переменить грешные мысли и чувства, исправиться, стать другим. Хорошо осознать свои грехи, почувствовать тяжесть грехопадения. Но взамен оскверненной жизни, изглаживаемой Господом Иисусом Христом в покаянии, нужно начать создавать новую жизнь, жизнь по духу Христову. Необходимо возрастание, духовное восхождение «от силы в силу,” как бы по ступеням лестницы.

Преподобный Иоанн Лествичник оставил нам дивное сочинение под названием «Лествица», в котором содержится учение о восхождении ко Господу. По указанию «Лествицы» христианское возрастание и преуспеяние достигаются через подвиги. Если со стороны Господа подается человеку на пути к Царствию Божию благодать, то со стороны человека требуется самоотвержение и труд.

«Лествица» состоит из тридцати слов (глав), как бы ступеней, — по числу лет Господа Иисуса Христа до выступления Его на проповедь.

Первой ступенью преподобный полагает отречение от земных пристрастий. Затем следуют: беспристрастие, странническая жизнь, послушание, покаяние, память о смерти, плач, кротость. Далее раскрываются страсти и прочие греховные состояния, даются указания для борьбы с ними. Потом изображается путь добродетелей, матерью которых является «священная и блаженная» молитва. А увенчивается «Лествица» союзом трех добродетелей — веры, надежды и любви.

Сделаем краткое обозрение жизни преподобного списателя. Святой Иоанн Лествичник жил в VI веке. Он получил хорошее образование, но оставил мир и шестнадцатилетним юношей вступил в Синайскую обитель, где на двадцатом году жизни был пострижен в монашество старцем Мартирием. Святой Иоанн прожил со своим старцем в полном послушании девятнадцать лет. Жизнеописатель преподобного Иоанна, раифский монах Даниил, говорит, что святой Иоанн, будучи шестнадцатилетним юношей, телом взошел на Синайскую гору, а душой — на гору Небесную.

По смерти старца святой Иоанн удалился в Синайскую пустынь Фола и здесь в великих подвигах, в непрестанной молитве подвизался сорок лет в глубоком сокрушении сердца и плаче. Местом его подвигов была тесная пещера, которую называли слезоточной. Сюда преподобный удалился из общежития для того, чтобы иноки не слышали его рыданий, а рыдания его и вопли были очень сильны. Пост, молитва, слезы, безмолвие, писание книг — вот в чем состояла подвижническая жизнь святого Иоанна. Каждую субботу и воскресенье он приходил в обитель для молитвы за богослужением, приобщения Святых Таин и беседы с отцами.

После сорокалетнего жития в подвигах преподобного Иоанна избрали игуменом Синайской обители. Избрание это было предуказано свыше уже давно. Когда старец Мартирий пришел однажды со своим учеником Иоанном, тогда еще юношей, к Анастасию Великому, то услышал от аввы Анастасия вопрос: «Откуда этот отрок и кто постриг его?» Мартирий отвечал: «Он раб твой, отче, и я постриг его». Тогда сказал Анастасий: «Кто бы мог подумать, что ты постриг игумена синайского?»

В другой раз авва Мартирий с Иоанном отправились к великому Иоанну Савваиту. Последний встал, налил воды, умыл ноги Иоанну и поцеловал его руку. Когда ученик Савваита Стефан спросил своего старца, почему он так сделал, тот ответил: «Поверь мне, чадо, я не знаю, кто этот отрок, но я принял игумена синайского и умыл ноги игумену».

Жизнь самого преподобного Иоанна была поистине лествицей. Преподобный на опыте знал подлинную духовную жизнь и потому по просьбе раифского игумена Иоанна написал «Лествицу».

Не правда ли, братия и сестры, что творение, в коем содержатся такие редкие духовные опыты и такие превосходные душеспасительные советы, стоит того, чтобы обратить на него внимание и прочесть его, хотя из любознательности, в сии дни поста и покаяния? Кто может сделать это и не сделает, тот накажет сам себя, ибо лишит душу свою пищи самой здоровой и сладкой. А тем, кои не имеют «Лествицы» Иоанновой, постараемся пособить мы, показуя ее по временам и предлагая для общего употребления со священного амвона.

Дорогие мои, в нынешний воскресный день в стольном граде России — в Москве совершается и еще одно велие торжество и немалое событие в духовной жизни многострадальной Родины нашей.

Дадеся Православной Руси на всеобщее поклонение, как живой пример верности Богу даже до смерти, мощи Святейшего Патриарха Московского и всея России Тихона. Шестьдесят семь лет тому назад в день Благовещения Пресвятой Богородицы завершился его жизненный путь. Завершилось семилетнее патриаршество святителя Тихона, по сути ставшее для него непрестанным крестным путем и Голгофой и воссиявшее ныне очевидной для всего мира святостью.

Сегодня в Москве, завершая Собор русского епископата, происходит перенесение мощей святого Патриарха Тихона с места их захоронения и сохранения под спудом малого собора в большой собор Донского монастыря.

Прииди, россиянин, и виждь, и поклонись, и назидайся, и укрепляйся от силы духа того, кто, пребывая во гробе, получил от Бога силу и власть помогать живущим! Поучимся же посредством нынешнего события в законе Божием, чтобы вечно жить в Боге и Богом.

«Если Господь не созиждет дома, напрасно трудятся строющие его; если Господь не охранит города, напрасно бодрствует страж» (Пс. 126:1).

Всуе трудились семьдесят пять лет строители новой России, вступив на путь богоборчества (строители Вавилонской башни не стали для них примером). Всуе уничтожали они всякое проявление духовности и святости, скрывая под землей и в водах, в клевете и во лжи, и во всякой неправде носителей сих Божиих дарований. И как солнце, проходя скверные места, не оскверняется, так и сии светила Божии восстают чистыми и отражают сияние Вечного Солнца — Бога. Из–под спуда во время благопотребное извлекает Господь эти чистые благоухающие свечи и возжигает их на церковной свещнице России.

Одиннадцатый Всероссийский Патриарх Тихон в тяжелые, смутные дни скорби принял на себя от Бога подвиг вещать русским людям слово истины и любви. Вместе со всем народом страдал и плакал Патриарх над поруганной Родиной. «Отречемся от старого мира и построим земной рай — без Бога, без христианской совести, без послушания заветам предков, — провозглашали новые правители, — а кто не захочет нашего земного рая, кто не поверит в нас, не примет нашей веры — того уничтожим.» И вот такой страшной программе противостал святой Патриарх Тихон. Семь с половиной лет он делал дело Божие, терпя поругание, насилие, не раз готовый принять мученическую кончину от злоумышленной руки.

Святой Патриарх, в отличие от злобного духа времени, господствовавшего в те дни, оставался олицетворением кротости, доброты и сердечности. Современники единодушно признавали его молитвенником народным и старцем всея Руси. Тогда еще, при жизни Патриарха, они находили в нем истинную «святость, величавую в своей простоте».

В делах же Церкви Патриарх Тихон был непреклонен и тверд, особенно при защите Церкви от врагов. Его слова могут быть полезны для всех нас и теперь, в наши дни, когда Церковь снова переживает множество скорбей и бед. «Пусть погибнет мое имя в истории, лишь бы Церкви была польза».

И как Патриарх Тихон хранил Церковь в чистоте Православия в период церковной разрухи, гонений и раскола, так и нас теперь призывает он последовать его примеру, идти его путем.

«Грех растлил нашу землю, очистим сердца покаянием и молитвой», — проповедовал святитель Тихон нашим бабушкам и дедушкам. Не дойдет ли его голос и до нас, внуков их, сегодня, когда грозный ветер бед врывается без исключения в каждую дверь? Ведь многие пророчества святых мужей мы видим уже совершившимися, и чаша Божьего гнева продолжает изливаться на богоборческий мир. А Бог поругаем не бывает. И все мы тому свидетели. Терпят поругание пастыри и овцы стада Христова, но те, кто терпят и в терпении славят Бога, — восстают в славе и в силе. И после смерти продолжают они дело свое — несут свою веру, свою проповедь о Боге и жизни в Боге всем людям.

И хочется мне привести вам на память слова смиренного Патриарха–мученика, произнесенные после одного из многочисленных покушений на его жизнь. Этими словами святитель благодарил народ за любовь и молитвы: «Покорный воле Божией, я остаюсь спокоен за свою участь… и если Господь пошлет мне мирную кончину… буди имя Господне благословенно. Но если мне суждено прожить мало дней и умереть или от ножа, или от расстрела, или иною наглою смертью и не будут знать места моего погребения — да будет воля Божия; я не лучше собратий моих, которые уже так умирали. Желал бы только, чтобы такая смерть послужила во очищение многих грехов моих и была принята Господом, как жертва благовонная за людей…».

Господь принял молитвы–думы Своего угодника, и мы теперь тому свидетели.

25 марта 1925 года в день Благовещения Пресвятой Богородицы, в день начала спасения человечества, почил в Бозе Святейший Патриарх Московский и всея России Тихон. Почил и был сокрыт до времени Богом, ибо только Господь мог сохранить его мощи от вездесущего духа злобы, сокрушающего всякое проявление святости в наше время.

В 1989 году Божиим велением состоялось прославление Святейшего Патриарха Тихона. Это совершилось 26 сентября в день памяти святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова — апостола любви, что очень знаменательно и имеет таинственный смысл. В жизни Божиих людей, как в жизни любого человека, не бывает ничего случайного, ибо миром правит Бог, у Которого все существует в гармонии, устрояется со смыслом. Только надо иметь очи, чтобы видеть.

Основным знамением всей жизни Патриарха Тихона, по его же определению, были слова Святого Евангелия от Иоанна, которые духовным слухом услышал он в день своей архиерейской хиротонии:

«…Симоне Ионин, любиши ли Мя?..» — обращается Господь к ученику (Ин. 21:15). И эти слова Господа звучали для Патриарха вопросом всегда, всю его жизнь: «Тихоне! Любиши ли Мя?» И он всегда отвечал: «Ей, Господи, Ты веси, яко люблю Тебя!» Он любил, даже до смерти, всей своей жизнью, всеми делами своими.

И этот же вопрос Святейший Патриарх негласно задавал всякому, кто встречался на его жизненном пути. И эти слова обращал он и к пастве российской: «Русь, любишь ли ты Господа?» И многие, многие сподвижники и современники его отвечали ему верностью любви, следуя за своим Патриархом и отцом — даже до смерти крестной, к святости своей.

А в наши дни уже от святых мощей святителя Тихона слышит Русь этот вопрос. Ибо теперь только слова: «Ей, Господи, мы любим Тебя,” воплощающиеся в жизнь, обещают нам жизнь. А нерешительность, двоедушие, безразличие ходатайствуют смерть, — и смерть не только духовную.

Жизнь Святейшего Патриарха Тихона напоминает о Боге. Жизнь Святейшего Патриарха Тихона свидетельствует о Боге. Его жизнь, кончина и упокоение со святыми призывают Русь очнуться от сна духовного, чтобы ожить в Боге, чтобы жить в Боге.

22 февраля 1992 года совершилось чудо обретения мощей Святейшего Патриарха Тихона. А ведь совсем недавно и думы об этом ни у кого не было: известно, что сразу после погребения Патриарха Россию заполонили слухи, будто останки его уничтожены. Кто пустил на ветер мысль эту? Злоумышленник или благожелатель? Бог знает. Поди оцени совершившееся тогда! Только теперь мы поймем и возблагодарим Бога, ибо и это дело рук Божиих. Он хранил.

Но вот настало время, и вновь России нужна проповедь веры, кто же произнесет ее лучше того, чья жизнь — живое свидетельство веры. И опять совершается чудо — злобная рука, покушаясь причинить горе вновь открывшемуся Божию дому — Донскому монастырю, возжигает злоумышленный пожар. Но из этого злого огня воссиял свет благодатный — святые мощи.

Именно в связи с пожаром и последующим ремонтом храма появилась мысль проверить истинность слухов. И вот явил Господь миру мощи Своего угодника.

Патриарх был духовным вождем русского народа в тяжкое время. Он продолжает быть им и в нынешние тяжелые для Руси времена расколов, разделений, падений.

И дело Церкви в таких испытаниях — вдохновлять, объединять народ ради спасения родной страны, верой и правдой служа единству под духовным главенством Святейшего Патриарха Московского и всея Руси. И именно для этого собирался в предшествующие дни в Москве расширенный Собор русского епископата, чтобы укрепить шатающихся, ободрить малодушных, обличить заблудших, чтобы помочь всем, нуждающимся в помощи.

И знаменательно, что, приняв решение о единстве церковном, Архиерейский Собор завершает деяния свои у раки мощей святителя Тихона, вознося благодарения за состоявшийся Собор и прося молитв святого Патриарха у Престола Господня.

Мы присоединим свои прошения и моления к молитве Патриарха–мученика о Церкви нашей, об Отчизне нашей и произнесем составленный святителю Тихону прекрасный тропарь. Вот он, послушайте его!

1–я пассия: причины восстания иудеев на Христа

Наступили для нас, возлюбленные други мои, дни особо углубленных воспоминаний о страданиях Господа нашего Иисуса Христа. Сегодня мы совершаем первую в этом году пассию. И я позволю себе несколько сосредоточить наше общее внимание на евангельском повествовании о страданиях нашего Спасителя.

На Кресте, пред священным изображением которого мы с вами сейчас предстоим с глубоким благоговением, совершилось избавление человеческого рода от власти греха! Совершилось примирение Бога с людьми.

Мы с вами знаем, что за грехопадение первых людей Бог на определенное Им время отдалился от людей. Но было дано людям и обетование, что придет на землю Мессия, Который примирит людей с Богом и восстановит прежние отношения. И вот наступило это время. На землю пришел Сын Божий — обетованный Мессия. Пришел на землю Христос Спаситель, чтобы вернуть людям утраченное ими сыновнее достоинство.

Но очерствели сердца людей вдали от Бога, и, когда пришел на землю Христос Спаситель, многие иудеи не признали в Нем обетованного Мессию. Они не только не приняли Его и принесенного Им нового божественного учения, но восстали на Него и предали Его на позорную казнь.

Как понять и чем объяснить это страшное событие?

Вожди иудейского народа ожидали восстановления чисто житейских, земных прав своего народа. Их не интересовало духовное возрождение людей. Не думали они и о примирении с Богом, от Которого в своем жестокосердии и эгоизме все более и более удалялись. В таком настроении воспитывали они и народ свой. Но Сын Божий, пришедший спасти погибающее человечество, принес на землю Божественное учение, которое должно было совершенно изменить духовный облик человека.

За Христом устремились люди, которые духовно изголодались в своем удалении от Бога. Его учение о безграничной любви и правде влекло к Нему людей.

Он проповедовал кротость и смирение… Творил невиданные доселе чудеса… Люди спрашивали друг друга: «Кто Он?» Ибо никогда в Израиле не было пророка большего, чем Он… И хотели провозгласить Его своим царем. Но Он уклонялся от этого.

Фарисеи и книжники, видя, что Христос привлекает к Себе все больше и больше людей, боялись потерять свое влияние на людей и сумели восстановить иудеев против Него. Достигнуть этого было нетрудно. Люди, восхищавшиеся Его учением и удивлявшиеся чудесам, не проникали глубоко в это учение и потому сделались послушным орудием в руках врагов Христа. А Христос строго обличал фарисеев и книжников за искажение закона, развращение народа и злоупотребление своим положением. Фарисеи же клеветали на Христа, будто Он нарушал закон Моисеев и этому учил народ.

Сбылось предсказание Симеона Богоприимца: «Сей лежит на падение и восстание многих». Кто же пал?

Пали гордые, самолюбивые, тщеславные и своекорыстные вожди народа иудейского! Им надлежало бы раньше других принять Божественное учение Христа и стать Его учениками. Но помешало им их суемудрие.

Народ иудейский не способен был глубоко анализировать и правильно понимать вражду фарисеев к явившемуся Чудотворцу и Учителю. Он склонен был слепо повиноваться своим вождям. А потому оказался способным восстать даже на Того, Кто творил только добро, перед Кем он благоговел, Кого собирался провозгласить своим царем.

Вот в чем причина, что иудейский народ восстал на своего Мессию, своего Спасителя, пришествие Которого было предвозвещено пророками. Люди, мало внимательные к путям Божиим, заглушившие в себе высшие духовные потребности, не узнали в новом Учителе Спасителя мира и по наущению своих вождей предали Его на позорную жестокую смерть.

А Господь Спаситель безропотно исполнил возложенную на Него миссию искупления человеческого рода. Примирил нас с Богом. Сделал нас опять возлюбленными и близкими ему.

Но, други мои, как неизмеримо велика была тяжесть принятого Спасителем на Себя Креста!.. Горька была чаша, испитая Им.

Мысленно следуя за Господом по Его пути, начиная от Сионской горницы, сперва в Гефсиманский сад, затем на суд первосвященников, у царя Ирода, у Пилата, на пути к месту распятия и, находясь на самой Голгофе, — мы видим, что страдания Его начались при самом начале этого скорбного пути. И тяжесть принятого на Себя страдальческого подвига чувствовал Сам Божественный Страдалец. Уже в Гефсиманском саду Он начал «ужасатися и тужити,” о чем сказал Своим ближайшим ученикам: «Прискорбна есть душа Моя до смерти». И начал молиться Своему Небесному Отцу.

Сильно было Его молитвенное обращение к Богу. Кровавый пот выступил на Его лице. А впереди ожидали Его еще большие страдания. Его ожидала Голгофа. Это место казни самых тяжких преступников, разбойников и злодеев. И Ему, безвинному и безгрешному, предстояли не только тяжелые физические боли, но и душевные страдания от того позора, который предстояло перенести.

Мы можем спросить: «Зачем Он вознесен на Крест? Зачем такая бесславная смерть?» Но ничего не бывает случайного. В ветхозаветном слове Божием было сказано: «Проклят всякий, висящий на древе».

И Господь Иисус Христос, взойдя на Крест, показывает, что Он Своей смертью снимает тяготевшее над всем миром проклятие, беря на Себя грехи всего мира, и что теперь уже не будет стены, отделяющей людей от Бога.

Весь позор грехов человеческих и пороков смыт позорной смертью Божественного Спасителя.

Но не только в этом причина крестных страданий Спасителя. Страдания ужасны. Нашими человеческими словами невозможно передать силу и глубину их… К концу страдальческих часов близкие люди оставили Его. Он мучается в предсмертном огне один… Кругом Него проявление злобы и насмешек… Он взывает к небу, к Своему Небесному Отцу, но и оно молчит.

По человечеству Он оставлен в эти минуты и Своим Отцом.

Какова, значит, сила зла и греха человеческого, если во искупление ее понадобилось такое ужасное наказание!

Скорбная чаша была так горька, что в конце страданий исторгла страшный предсмертный вопль: «Боже Мой, Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?». Не ропот и не отчаяние выразил Умирающий, а показал безмерность страданий и уничижения Своего во плоти… Но какую великую любовь к нам показал Бог, отдав Своего Единородного Сына на такие муки.

О Господи, чем и как благодарить нам Тебя? Какие мы неоплатные должники перед лицом Твоей Божественной святости и чистоты, перед лицом Твоих страданий. Слышите, дорогие мои, что произносят умирающие уста Спасителя, о чем Он молится Своему Небесному Отцу? «Отче, прости им, ибо не знают, что делают». Из умирающего сердца, из холодеющих уст льется молитва за врагов, поток любви Божественной к грешному миру.

Можем ли мы без трепета внимать этим словам?.. О ком молится умирающий Спаситель? О всех, кто осудил Его на смерть. Во все времена жизни Господа на земле Его всегда окружали люди — «множество народа следовало за Ним» (Мф. 4:25), вокруг Него «собирались тысячи народа» (Лк. 12:1) и «теснили Его» (Мк. 5:24). Ближайшие ученики никогда не оставляли Его. Но когда Он был взят и предстал пред судом беззаконных первосвященников и фарисеев, Он остался один… Где же были все окружавшие и теснившие Его прежде люди? Где исцеленные Им, больные и многочисленные слушатели? Где Его ученики? Где Петр, обещавший всегда следовать за Ним?

На суде никого не было. Никто не свидетельствовал о Господе Иисусе. Никто не промолвил в Его оправдание и защиту ни единого слова. Один предстоял Христос пред Своими судьями. Он не нуждался в свидетелях, Он Сам «свидетельствовал об истине» (Ин. 18:37)… Свидетельствовал о том, что «…так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин. 3:16).

Мы знаем, что: так угодно было Божественной воле. Но наше сердце, сердце человека, остается как бы неудовлетворенным: неужели не было никого из людей, кто бы решился доброе слово сказать о Господе пред Его судьями, кто бы свидетельствовал в Его защиту!.. Нас поражает зрелище неблагодарности, ослепления, безумия и жестокости современников Христа.

Рядом с благим и кротким ликом Христа нас изумляют та злоба и ожесточение, с которыми и архиереи, и книжники, и народ преследуют Праведника. Поражает то неистовство и безумие, с которыми толпа кричит Пилату: «Распни, распни Его!» Озлобленность иудеев была так велика, что привела в недоумение даже язычника Пилата.

Не найдя за Христом вины, Пилат пытается отпустить Его, пытается пробудить в иудеях уж если не сознание ими ошибки, то хотя бы простое человеческое сострадание к ни в чем не повинному человеку. Он умывает перед толпой руки в знак того, что неповинен в смерти Праведника. Но это вызывает еще большее озлобление, и толпа вопиет: «Кровь Его на нас и на детях наших!» (Мф. 27:25). Любвеобильный и кроткий Спаситель молча смотрит на это народное безумие. Скорбь в пречистых глазах Его… Не эти ли же люди так недавно следовали за Ним толпами, слушали Его учение, приносили к Нему своих больных, и Он исцелял их… Не эти ли люди за несколько дней перед сим встречали и провожали Его восторженными криками: «Осанна Сыну Давидову!».

Как эти люди могли забыть Его знамения и чудеса, Его высокое учение?

Пилат уступил требованиям народа. Господь Спаситель уже пригвожден ко Кресту. Раны от гвоздей причиняют боль и страдание. Кровь истекает из ран. На пречистом лице Его струйки крови. Это терновый венок ранил Его святую главу, и кровь сочится и из этих ран. Человеческое сердце сжимается от боли при одном только взгляде на Распятого. Но не трогает эта картина ожесточенных сердец иудеев. Проходя мимо Голгофы, они продолжают хулить Бога и злобными насмешками увеличивают душевную боль распятого Христа. А безгрешный, невинный Страдалец кротко просит Своего Небесного Отца: «Отче, отпусти им, не ведают, что творят». Молит Господь Отца Своего за тех, кто предал Его на распятие… Молит за тех, кто распинал Его, исполняя повеление начальников, а сами, возможно, и действительно не знали, кого они распинают… Молился, имея в виду и нас с вами, дорогие мои, ибо и мы продолжаем распинать Его…

На протяжении нашей духовной сознательной жизни мы много раз слышали и читали в Святом Евангелии об этом жестоком и страшном преступлении человечества по отношению к Сыну Божию. Слышали и о величайшей любви и милосердии Спасителя к людям.

Всякий раз эта трагедия производит огромное впечатление на нашу душу. Вызывает сокрушение о наших грехах. Проверим себя, дорогие мои! Иудейский народ не знал истины. А мы ее знаем! Мы крещены и просвещены Духом Святым. От дней нашего детства мы хорошо знаем, что такое добро и что зло. И, зная это, мы часто сознательно идем по пути греха. Как же нам, дорогие, надо каяться в этом и молить Бога о прощении. Только слова нашей молитвы должны быть другими. Хоть и стыдно нам в этом признаться, но мы должны будем сказать: «Господи, мы знали, что делали плохо, знали и то, как надо поступить, и все же делали плохое и неугодное Тебе. Прости нам по неизреченной Твоей любви наши грехи! прости, что зная и понимая, по немощи естества нашего мы продолжаем распинать Тебя!» Взирая на изображение Креста Господня, мы должны со всей строгостью проверить себя, не подражаем ли мы в поведении иудеям, в те отдаленные времена отвергшим возвышенное учение Христа Спасителя о любви ко всем людям и милосердии. Пусть каждый из нас проверит — носит ли он в себе любовь? Творит ли с искренним желанием дела милосердия? Не тяготится ли своим личным крестоношением, посылаемым каждому из нас Богом? Помните, дорогие мои, что звание христианина, которое мы все с вами носим, обязывает нас в подражание Христу безропотно и с радостью нести посланный нам Богом крест.

Мы искуплены величайшими крестными страданиями Христа Спасителя. Через Крещение мы вошли в Церковь Христову. Но, если мы не будем истинными христианами по жизни, это не даст нам права на вечную блаженную жизнь в Царстве Божием. И вот пусть Крест Христов перед которым мы совершаем ныне это великопостное моление, не только напомнит нам о событиях почти двухтысячелетней давности, но пусть вызовет в нас искреннее желание жить так, чтобы не наносить новых ран пострадавшему за нас Господу. И Господь, видя искренность нашего благого намерения, укрепит нас на этом пути всемощною Своею благодатью.

Мысленно падем ниц пред Крестом Спасителя и поклонимся Божественным ранам, которыми исцелен весь мир. И дай Бог нам выйти сегодня из храма с обновленными душами, с сердцами, полными любви, с твердым намерением жизнью своей подражать Христу Спасителю.

Гефсиманские страдания

Евангельские чтения святой Четыредесятницы, и особенно служб, связанных с воспоминаниями о крестных страданиях нашего Господа и Спасителя, наполняют наши сердца благоговейным трепетом. Они говорят нам о страданиях и мучениях Невинного — за грешных, Чистого — за нечистых, Сына Божия — за падших людей.

В этих страданиях, в этой борьбе со злом проявилось такое недосягаемое духовное величие, такая сила и мощь нравственного характера, которыми могла обладать только Богочеловеческая природа Спасителя мира.

Мы слышали сейчас, дорогие мои, в евангельском чтении страшную повесть о страданиях Богочеловека. Знаем мы, до чего дошла и к чему привела злоба фарисеев.

Учение Христа Спасителя, Его святость, даже самый вид Господа под конец Его общественного служения роду человеческому сделались тягостными для книжников и фарисеев. Они уже не могли спокойно ни видеть, ни слышать Его. Не могли они спокойно видеть в среде своей образ величайшего Наставника в мудрости, Который на то и родился, на то и пришел в мир, дабы свидетельствовать истину.

Свидетельствовал Он ее всюду и перед всеми. Возвещал путь, ведущий в жизнь вечную, и в храмах, и на торжищах, среди городов и весей. Равно свидетельствовал пред римским прокуратором и пред женщиной–самарянкой, пред синедрионом и пред иерихонским слепцом. Пред мудрыми и пред людьми некнижными. Какие обетования жизни вечной не открыты были Им и не утверждены непоколебимо? Какие заповеди не преподал Он во всей силе?..

Все озарилось светом Его Божественного учения!

Глас истины, проповедуемой Господом Иисусом Христом при Его земной жизни, в устах Его был так силен, что сами враги Его должны были умолкать пред Ним и говорить: «…никогда человек не говорил так, как этот Человек» (Ин. 7:46).

Христос Спаситель явил нам образ величайшего Праведника и Подвижника благочестия. Обращаясь к врагам Своим, Господь спрашивает: «Кто из вас обличит Меня в неправде?» (Ин. 8:46). И никто не мог обличить Его ни в едином грехе.

Иудейские первосвященники и старейшины, движимые завистью и ненавистью к Иисусу Христу, постановили предать Его смерти. Послав вооруженных воинов, они взяли Христа, когда Он ночью молился в Гефсиманском саду, и привели на суд к Пилату.

Господь знал, что приблизилось время Его искупительных страданий. Его последние беседы с учениками направлены к тому, чтобы подготовить учеников к предстоящей разлуке и в некоторой степени объяснить необходимость принесения Им жертвы. «Истинно, истинно говорю вам, если пшеничное зерно, падши на землю… умрет, то принесет много плода…» Указывая на пшеничное зерно, умирающее в земле и приносящее много плода, Христос дает апостолам понять, что Ему предстоит умереть за людей, дабы даровать им плоды жизни вечной. Для этого Он и пришел на землю. И вот теперь наступило время исполниться всему этому. Предстояло Господу воспринять тяжкий Крест, и душа Его по–человечески страдала — томилась. Только сознание, что именно для этих тяжких страданий и для того, чтобы, умерев, даровать людям вечную жизнь, дало возможность Христу сохранять бодрость духа.

Мы видим, что в Гефсимании Христос несколько раз обращался к Своему Небесному Отцу: «Отче Мой! Если возможно, да минует Меня чаша сия», показывая этим, что Он знает, какие страдания ожидают Его. И молится Он, как мы знаем, до кровавого пота.

Через некоторое время Он опять обращается к Богу: «Отче Мой! Если не может миновать Меня чаша сия, да будет воля Твоя…».

Мы обычно вспоминаем о страданиях Господа на Кресте, о Его телесных страданиях и мало обращаем внимания на Его душевные муки и борения. А ведь именно они показывают нам, как тяжел Крест Голгофский. Мы скорбим о том, что ученики Христа оставили Его одного на суде у Пилата и на Голгофе. Но они оставили Его еще гораздо раньше. Уже в Гефсимании Он был одинок. Он просил самых Своих близких Петра, Иакова и Иоанна — бодрствовать вместе с Ним и молиться Отцу Небесному. Но они спят… В Гефсимании Господь испытал борьбу двух чувств — любви и страха. Страх понуждает Его просить Отца отдалить Чашу страданий. А любовь к людям, ради спасения которых он пришел на землю, жаждет испить эту Чашу. В этой борьбе победила любовь. Та совершенная Божественная любовь, которая не знает страха. Благодаря этой любви, все дальнейшие страдания Христос принял, не проявляя уже никакого страха… с молитвой о других, а не скорбью о Себе.

Не будем, дорогие мои, забывать о гефсиманских страданиях нашего Спасителя. Они имеют особое духовно–жертвенное значение. Именно в уединенной гефсиманской молитве Начальник нашего спасения проявил послушание воле Отца Небесного и принес крепкую молитву о нашем спасении. Страдания Господа имеют для нас искупительное значение. Они были из–за нас и ради нас. Своими внутренними, духовными страданиями Христос очищал наши внутренние нечистоты, заглаживал нашу виновность пред Богом, молил о помиловании нас.

Задумаемся, дорогие, для чего Сын Божий претерпел столько ужасных страданий?! Спросим словами пророка «Отчего же одеяние Твое красно?» (Ис. 63:1–2). И услышим ответ: «Настал давно предсказанный час искупления рода человеческого. Пришло время примирить Бога с людьми.» А для этого потребовалась и величайшая жертва. Господь томился великою скорбью о грехах падшего человечества.

Грех — это великое зло. И нет в мире большего зла, чем грех! Это такое зло, за которое сам человек не был способен уплатить правосудию Божию и примириться с Богом. Необходима была жертва Сына Божия.

Мы знаем, дорогие мои, как тяжек бывает всего один грех, совершенный нами, и мучительно наказание за него. Что же, когда грехов больше, чем песчинок на берегу моря?.. В сколь крат увеличивается эта тяжесть? А ее нужно было взять Господу на Себя… А потому неоценимо для нас с вами значение крестных страданий Христа Спасителя нашего. Мы теперь свои, родные и близкие Богу… Мы теперь можем обращаться к Нему, молиться Ему, приносить свое личное покаяние с уверенностью, что Бог нас слышит и не отвернется от нас, какими бы тяжкими грешниками мы ни были. Мы можем! Потому что по божественной любви ко всем людям испил Господь горькую чашу величайших страданий.

Из Гефсимании Христос Спаситель идет на суд к первосвященникам, к Пилату и затем на Голгофу. К душевным страданиям Его прибавляются и физические муки.

Но все терпеливо и молча переносит Господь. Он оставлен всеми близкими. Апостолы в страхе разбежались. Не пошел вместе с Ним на суд к Пилату никто из тех, кто так еще недавно «ходил вслед Его», слушал слова Божественного учения, видел чудеса, творимые Им. Никто не пришел к Пилату, чтобы свидетельствовать о Нем в Его защиту. Даже апостол Петр, этот пылкий ученик Христов, который при прощальной беседе уверял своего Учителя: «Если все соблазнятся, я никогда не соблазнюсь… даже если мне предстояла бы смерть — я не отрекусь от Тебя», — трижды с клятвой произнес отречение.

Но любвеобильный Господь без осуждения, но с состраданием к немощи человеческой, кротко, хотя и с укором, взглянул на Своего ученика. И этого кроткого взгляда апостол Петр не мог забыть всю жизнь. Сознав свой грех, раскаявшись в нем, Петр безбоязненно нес всюду свидетельство о истине Христовой.

И вот Господа осудили и пригвоздили ко Кресту, этому страшному и позорному орудию казни, и как бы, усиливая позор, рядом поставили еще два креста, на которых распяли двух, действительно, злодеев. Толпа людей, окружавшая эти кресты, произносит злые насмешки и надругательства по отношению к распятому Христу.

На разбойников никто не обращает внимания. А Он, святой страдалец, тихо молится за распинателей Своих.

И что же мы видим? Как будто Господь лишен уже всякой возможности проповедовать, учить, творить дела милосердия… Он пригвожден ко Кресту и физически изнемогает от тяжелых ран…

Но Его молитва за распинателей и здесь совершает великое чудо… Чудо просвещения души разбойника, распятого на соседнем кресте. Разбойник — иначе злодей. Сердца же злодеев мрачны, полны стремления ко злу и преступлениям. И вот он, сам страдая и видя страдания других распятых, вдруг слышит, что Христос молится за причинивших Ему столько зла: «Отче, прости им, не ведают, что делают…».

И эта кроткая молитва изумила и потрясла его душу. Она произвела внезапную перемену в его сердце, в его мыслях. Он понял: так поступать не может обычный человек. Молиться за врагов своих, прощать их может только Бог. И всем своим обновленным сердцем, всей изменившейся душой он почувствовал и признал в Распятом Бога…

Незримый свет Христов, воссиявший на весь мир со страшного Голгофского Креста, могучей волной проник в сердце разбойника. Волна Божественной любви, изливаясь к погибающему роду человеческому, коснулась и души разбойника. И из этого внезапно озаренного сердца излились удивительные слова исповедания, признания Распятого Господом: «Помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое».

И слышит он в ответ: «Ныне же будешь со Мною в раю!».

Пусть же для всех нас будет примером внезапное просветление души распятого со Христом разбойника и вспыхнувшая в его сердце любовь к сораспятому с ним Сыну Божию.

А Христос Спаситель за всех грешников принял позорнейшие страдания и смерть. Он распростер на Кресте пречистые Свои руки для того, чтобы собрать в объятия Свои всех грешников земли, желающих через покаяние вернуться в лоно Отчее. Лишь бы сознание своих грехов и раскаяние было в нас таким же глубоким и искренним, как у Петра и благоразумного разбойника.

Мы имеем Крест Христов как знамение нашего спасения. Он вселяет в сердце даже самого великого грешника надежду на прощение и спасение.

Какие бы тяжкие тайные грехи ни носили мы в душе своей, станем сейчас поближе к Кресту. Станем с глубокой верой потому, что «множество содеянных нами лютых» грехов теперь не может приводить нас ни в сомнение, ни в отчаяние.

Но для этого мы должны подражать благоразумному разбойнику в покаянии и Христу Спасителю в прощении тех, кто нас обидел. Без этого не дерзнем обращаться с мольбой ко Кресту. Не на одного только отвергшегося Петра смотрит с укором Господь. Вместе со Словом Божиим в сердце каждого человека проникает взор Христов. Он смотрит в душу человека, называющего себя верующим, но своей жизнью не свидетельствующего о Боге. Глубоко смотрит в наши души Господь, вновь распинаемый нашими грехами и оскудением любви и преданности Ему. В Его взоре нет гнева, нет угрозы, нет даже упрека, а одна бесконечная любовь, одна бесконечная жалость к состоянию нашего сердца.

И если сохранилась в нас хоть искра веры в Бога, хоть немного любви к Нему, то мы можем почерпнуть в этом взоре то, что почерпнул Петр, — раскаяние и силу стать истинными свидетелями Господа Иисуса Христа.

Тогда один только взгляд на Крест Христов может утешить нас в несчастии, вернуть на путь истинный, если свернули с него, умирить ожесточенного, наставить неразумного.

Взирая на Крест Христов, мы видим в Распятом на нем воплощение во всем совершенстве, во всем величии всех добродетелей. И пусть этот Крест будет для нас не только источником утешения и подкрепления в наших трудах и скорбях, но пусть всегда будет нашим учителем.

Взирая на Крест Христов, не будем забывать о том, какой великой ценой мы избавлены от вечной смерти.

Слова Спасителя со Креста

Мы окружаем сегодня с вами, возлюбленные други мои, изображение Креста Господня с распятым на нем Божественным невинным страдальцем — Богочеловеком, Спасителем мира.

Ежегодно в Великом посту Церковь Христова собирает нас на эти богослужения и вызывает в наших сердцах священные воспоминания тех отдаленных дней, когда по любви Своей к людям Бог отдал Сына Своего Единородного на крестные страдания и смерть за искупление грехов всего человеческого рода.

На Кресте была принесена «Жертва умилостивления» (Рим. 3:25) непреложной правде Божией за каждого из нас. Пролитою на Кресте животворящею Кровию Христовой снято с человечества вечное осуждение.

Христос умирал за всех людей без изъятия. Ему все одинаково дороги, все для Него родные. И подтверждением этому служат семь слов распятого Спасителя, которые Он произнес со Креста пред смертью.

Из нашей повседневной жизни мы знаем, дорогие мои, что, когда умирает кто–либо из наших близких, его одр окружают родные и с напряженным вниманием вслушиваются в последние слова умирающего. И эти предсмертные слова производят глубокое впечатление и остаются уроком иногда на всю жизнь.

И в окружавшей Крест Христов толпе тоже были люди, которые с жадностью ловили последние слова своего Учителя и восприняли их как назидание, как руководство в дальнейшей жизни уже без Него. Полезно и нам с вами никогда не забывать их. И потому я сегодня позволю себе побеседовать с вами о первых трех словах Божественного Учителя.

Вот только что были прочитаны из Евангелия отдельные места, повествующие о страшном злодеянии, совершенном иудеями.

Мы слышали о предательстве, о суде и крестных страданиях нашего Спасителя и Господа. Безмерно тяжкой была смерть Спасителя, но и безгранично велики плоды этих страданий и смерти.

История повествует, что на Голгофе казнили самых тяжких преступников, злодеев через распятие на крестах. Мысленно взойдем и мы с вами сейчас на эту Голгофу и представим себе три креста с еще не умершими на них страдальцами.

С благоговением постараемся представить себе, что там происходит. Обратим прежде всего свой взор на крест посредине. На нем распят Спаситель мира. По правую и по левую стороны распяты два разбойника. Толпа злорадствует и хулит именно Того, Кто распят на среднем кресте. На разбойников никто не обращает внимания…

У подножия Креста воины, только что пригвоздившие ко Кресту невинного, делят между собой Его одежду — это их право. Сердца их настолько очерствели, что они, только что пробив тело живого человека гвоздями и причинив этим физическую боль, уже забыли об этом. Они заняты теперь тем, чтобы получить свою долю из одежды, и одновременно вместе с толпой глумятся над Распятым. И вот это–то поведение людей, среди которых Он творил великие чудеса, причиняют Спасителю душевные страдания, гораздо большие, чем страдания физические.

Ради спасения людей в последние дни Своей жизни Он доходит до крайних глубин уничижения. Оплеванный, израненный, поруганный, Он висит, умирая, на Кресте. А толпа издевательски кричит: если Ты Сын Божий, сойди со Креста!..

Как мы знаем, Господь безмолвствовал, будто и не слышал всех этих издевательских слов… На самом же деле Его любвеобильное сердце невыносимо страдало от человеческой жестокости, которая ведет людей к их вечной погибели. Он глубоко скорбит о погибающем во зле человечестве и только молится за Своих распинателей.

Увидев варварское злодеяние, совершенное ими, представив себе всю огромность их вины и всю глубину последствий, которые они навлекли на себя, Он не мог более молчать и открыл Свои Божественные уста для молитвы. Но не за себя, не о Своих собственных муках молит Он. Хотя они так тяжки, что трудно представить себе, как можно их перенести. И все же молится Он не о Себе. Он возводит Свой молитвенный взор горе, к Богу, и просит Его о помиловании тех, которые так безжалостно мучили Его.

«Отче! Отпусти им: не ведят бо, что творят!»

Вот, возлюбленные други мои, первое слово Божественного Страдальца, произнесенное Им со Креста.

Чем вызваны именно эти слова, произнесенные Спасителем?.. Вызваны они непостижимым для нашего ума человеколюбием Божиим. Он во время Своей проповеди так много сделал добра людям, стремясь спасти их, вернуть к Богу, от Которого они отступили. Сожалел о их душевной слепоте. И вот здесь, в этот страшный для Него самого момент, Он не думает о Себе, а только жалеет людей. И, так как они сами–то не обращаются к раскаянию, просит за них Своего Небесного Отца. Просит простить их, ибо они «не ведают, что творят»… Простить то злодеяние, которое они сейчас совершают!

Скажите, други мои, кто из нас способен на такое?!

О бездна неизреченной любви и милосердия Божия!

Второе слово нашего Господа, произнесенное Им со Креста, — это царское изъявление милости раскаявшемуся грешнику.

С изумлением слушаем мы разбойника, обратившегося с просьбой к распятому, как и он, на соседнем кресте, в Котором он познал Бога.

Среди злобных криков толпы, хулившей Христа, вдруг раздается его голос. Он смело исповедует в Нем Бога: «Помяни меня, Господи, во Царствии Твоем!» — говорит он. Своим Господом и Царем называет он Того, Кто в данный момент разделяет участь злодеев, распятых на крестах.

Удивляет нас и ответ Христа: «Аминь!» То есть: «истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю».

Некоторые, возможно, удивятся: как это, по первой просьбе грешного человека, просившего всего лишь помянуть его в Царстве Божием, он будет введен в рай.

Да, странно! Ведь евангелисты повествуют, что оба разбойника вначале хулили Христа. Что же произошло в душе этого человека? Почему он внезапно так изменился? Сердца злодеев обычно темны, полны стремления ко злу и преступлениям… Таким, видимо, был и этот разбойник. Но вот незримый свет Христов, воссиявший на весь мир со страшного орудия пытки — Креста, могучей волной проник в сердце разбойника и мгновенно прогнал всю тьму его. Он ярко озарил едва теплившуюся искру образа и подобия Божия, уже готовую было совсем потухнуть от его злодейств. Волна незримой Божественной любви к погибающему роду человеческому, вылившаяся в первом слове Господа, в этой Его первосвященнической молитве за грешный род людской, изумила разбойника и переродила его сердце.

Так умирать и молиться за Своих распинателей может только один Царь неба и земли. Это сознание изменило, переродило его. И из этого внезапно озаренного сердца излились удивительные слова исповедания, признания Распятого Господом. И воскликнул этот разбойник из глубины своего уверовавшего сердца, из обновленной души: «Помяни меня, Господи, во Царствии Твоем!».

Возможно, этот разбойник и раньше слышал что–то о Христе от других. Но тогда его сердце было слишком привязано к миру, чтобы принять новое возвышенное учение Христа. Теперь же, слыша молитву Спасителя за Своих распинателей, он понял, что Христос не только учил людей, но и поступает по слову Своего учения.

Возможно, он был вместе со Христом у Пилата и знал, в чем Его обвиняют. Знал, Кого иудеи распяли, причислив к злодеям. Был он и свидетелем необычайной кротости и терпения. А также того благородства души и душевного спокойствия, которые обнаруживал Распятый во время Своих страданий.

Так не умирает ни один преступник — решил он. И вот открылось его сердце для правды, а уста — для неожиданной исповеди. И не только в своей душе почувствовал он облегчение от этого. Его смелое исповедание распятого и всеми хулимого как Бога и Небесного Царя в какой–то степени смягчило и страдания Самого Христа. Слова его явились как бы целительным бальзамом для исстрадавшейся души Христа. Ведь в защиту Господа никто не выступал. Его только обвиняли и поносили… Да и остался Он совсем один, без Своих учеников и близких. Правда, среди толпы была небольшая группа женщин, всем сердцем преданных Христу. Их пламенная преданность победила страх. Поистине геройская душа живет в женщине! Страх не преградил им дорогу. Они вместе с Богоматерью пробрались сквозь толпу и встали близ Креста. В безмолвной скорби смотрели они на печальное зрелище, на их любимого Учителя. Они не давали Спасителю обещаний никогда не покидать Его, как это делали некоторые из учеников Его. Но вот они здесь, при Кресте, а тех учеников нет. С ними только один любимый ученик Христа Иоанн Богослов стоит рядом с Богоматерью. Все они в великой скорби с жадностью ловят слова, произносимые Святым Страдальцем. Их присутствие одобряет и поддерживает Его.

Пречистая Матерь Божия полными нестерпимой муки глазами взирает на Своего возлюбленного Сына. Бессильная что–либо сделать для Него, хоть чем–то помочь Ему, Она сама невыносимо страдала. И кто может словами выразить Ее душевную муку?! Проникнутая святой, пламенной материнской самоотверженной любовью, взирает Она на Распятого. Сколько дум роится в Ее голове. Быть может, и сомнения закрались в Ее душу относительно благовестия архангела Гавриила… Как понять, как пережить все случившееся?! И в то же время Она слышала, как молился Ее Сын за распинателей, за весь мир. Слышала и то, как обещал Он разбойнику, что сегодня же тот будет с Ним в раю. О, как Она сама хотела бы умереть со Своим Сыном, чтобы тоже сегодня войти с Ним в рай и никогда больше с Ним не разлучаться… Сердцеведец Господь нашел слова утешения и для Своей Пречистой Матери. Она должна еще остаться на земле для продолжения Его проповеди, и Он заботливо вручает Ее сыновнему попечению Своего любимого ученика.

И вот в третий раз Христос Спаситель открывает Свои пречистые уста для слов любви, в этот раз предназначенных Пречистой Его Матери: «Жено! Се, сын Твой!». С особой нежностью и по–человечески трогательно произносит Спаситель, обращаясь к Богородице… А затем, глядя на ученика Своего, добавляет: «Се, Матерь твоя!». Этими словами Христос, умирающий на Кресте, утешил и ободрил не только Богоматерь, но и весь род человеческий, вручив в лице Иоанна Богослова Ее материнскому попечению всех людей, в том числе и нас с вами. Вот видите, возлюбленные, какое значение для нас с вами имеет Крест Христов. Он дает нам урок любви друг ко другу.

Любовь Христова к нам зажигает ответную благодарную сыновнюю любовь к Отцу Небесному. И я горячо желаю вам, чтобы она никогда в вас не угасала.

4–я пассия

Сегодня мы совершили, возлюбленные други мои, четвертую и последнюю в этом году пассию — особый чин службы воспоминаний гефсиманских и голгофских страданий нашего Господа и Спасителя. Несомненно, и сегодняшняя, и три предшествующие службы наполнили наши души особыми (для каждого лично своими) глубокими переживаниями. Все мы, конечно, в меру наших ограниченных возможностей пережили ужас происшедшего на Голгофе.

Почти две тысячи лет тому назад злоба человеческая пригвоздила ко Кресту Божественную Любовь. Распяла потому, что принесенное на землю Господом новое возвышенное учение о любви и мире не совмещалось с привычной жизнью людей, основанной на себялюбии и эгоизме.

Люди испугались этого учения, отвергли его и распяли Христа как возмутителя народа. Людские страсти и пороки не терпят обличения. Архиереи и книжники восстали на Проповедника истины. И Он, обвиненный ими как льстец и противник Моисея и пророков, поруган, умучен и вознесен на Крест. От всего происшедшего растерялись апостолы, в страхе и смятении разбежались. Отрекся Петр, который только что на вечери уверял Господа, что даже если все ученики соблазнятся о Нем, то он, Петр, даже если ему будут угрожать смертью, не отречется от своего Господа.

В Своей прощальной беседе Господь старался подготовить Своих учеников к предстоящему страшному событию. Вся эта беседа свидетельствовала и о глубокой скорби Самого Христа Спасителя. Но в ней есть и светлые мысли о том, что Крест — это слава, что страдания ведут к вечной радости, к миру во Христе и твердой надежде на окончательную победу добра над злом. «В мире будете иметь скорбь; — говорил Господь своим друзьям, — но мужайтесь: я победил мир» (Ин. 16:33).

Духовно укрепленный Своим Небесным Отцом после уединенной гефсиманской молитвы, Христос являет Себя совершенно готовым претерпеть все ради спасения мира и всех призвать в Свое Небесное Царство. И все слова и действия, произнесенные и совершенные Им после Гефсимании, клонились к тому, чтобы призвать всех в открываемое Его страданиями Царство. Забыли в тот страшный момент ученики и апостолы слова своего Божественного Учителя: «Когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе» (Ин. 12:32). А этими словами Господь предсказывал, каким будет конец Его земной жизни и какие возможности откроются людям в результате искупительных Его страданий.

Он любит мир и людей, как никто еще не любил их, и умирает за них, чтобы они имели жизнь вечную. Голгофский Страдалец для того и воцарился над всем миром, чтобы миллионы и миллионы людей со всей земли привлечь к Себе, чтобы люди во всех уголках необъятной нашей земли имели крепкую веру в Бога. Веру, дающую силу и возможность без страха исповедовать Христа своим Спасителем и Богом. К этому не были еще готовы ученики Христовы, не имели этой возможности и люди, толпами ходившие за Христом, видевшие чудеса, творимые Им, и те, кто получил от Него исцеление. При земной жизни Божественного Учителя они не были еще наставлены и утверждены Святым Духом.

Но уже на Голгофе зародилась искра твердой веры. Умирающий на Кресте Спаситель мира уже тогда привлек к Себе людей, которые прежде не знали Его. Это, как мы знаем, благоразумный разбойник, сердцем почувствовавший что рядом с ним Бог, и просивший Его всего лишь помянуть его, грешника, в Царстве Божием. И второй, как мы тоже знаем из Евангелия, сотник — один из военной стражи, исполнявший свою службу во время казни. Наблюдая за всем происходящим и видя кончину Невинного Страдальца, он произнес: «Истинно Человек Сей был Сын Божий» (Мк. 15:39).

И еще. На суде у Пилата Господь, провидя отречение Своего ученика Петра, находившегося в это время во дворе дома Пилатова, всего лишь взглянул на Петра. Притом во взоре Его не было ни гнева, ни угрозы, не было даже упрека. Взор Учителя выражал бесконечную любовь и жалость к человеку, проявившему такую душевную слабость.

И этот кроткий взор проник глубоко в сердце Петра, вызвал слезы раскаяния. Всю свою дальнейшую жизнь Петр провел в неустанной проповеди о Боге, о великих делах, совершенных Спасителем.

Петр не только привлекал сердца язычников к истинному Богу, но и чудеса творил. И жизнь свою закончил мученически на кресте. Затем, вскоре по Воскресении Христа, и особенно после Пятидесятницы, пошли по всему миру с проповедью ученики Христовы, привлекая множество людей к вере в истинного Бога.

Прошло несколько десятков лет, и по всей обширной Римской империи появились массы исповедников веры Христовой. Эти люди, различного положения в обществе, богатые и бедные, знатные и простые, часто старики и дети, — смело заявляли о своей твердой вере в Христа Спасителя. Шли в тюрьмы, на казни, но нигде не отрекались от Господа и смело исповедовали Христа распятого и воскресшего своим Спасителем и Богом. И не одни только мученики. Весь мир наполнился свидетелями о едином истинном Боге, даровавшем людям вечную жизнь в Небесном Божием Царстве.

Начали апостолы и понесли свидетельство о Боге «даже до края земли» (Деян. 1:8). А затем преемники апостолов и пастыри Церкви, святые подвижники и праведники, — все свидетельствовали о Христе Боге, о Его великой любви к людям, о крестном подвиге Христа Спасителя.

Други мои! Ведь и мы с вами как члены Церкви Христовой тоже привлечены к Богу! Мы призваны своей жизнью по вере свидетельствовать пред окружающими нас людьми о Боге, о нашей вере. Этому обязывает нас звание христианина. «Тако да просветится свет ваш пред человеки….» Все окружающие нас придирчиво следят за нами. Живем ли мы по вере своей? Исполняем ли те возвышенные заповеди, которые оставил нам Христос Спаситель? Он заповедал любовь и чистоту, терпение, смирение и милосердие… Есть ли это в нас? И если этого в нас нет, то страшно должно быть нам. Такие люди относятся к лжесвидетелям. О таких Сам Господь сказал: «Не всякий, говорящий Мне: Господи! Господи! войдет в Царство Небесное, но только исполняющий волю Отца Моего Небесного».

Придет время, и скажет Господь таким, считающим себя христианами: «Я никогда не знал вас…» Пусть каждый из здесь стоящих знает, что Господь Иисус Христос и поныне, как некогда взглянул на Петра, смотрит в душу каждого человека. И глубоко проникает Его взор. И если сохранилась в нас искра веры в Бога, хоть немного любви к Нему, то — мы можем почерпнуть в этом взоре то, что почерпнул тогда Петр, — раскаяние и решимость стать истинными последователями Христа…

Возлюбленные! Слушая евангельское повествование о гефсиманских страданиях Христа Спасителя, мы удивляемся тому, что ученики Его спали, несмотря на то, что Господь просил их бодрствовать с Ним. Но они ведь в то время не знали, что их Учитель вскоре будет предан на смерть. Не знали и того, что Он по человеческому естеству Своему тяжко страдает и нуждается в сочувствии и поддержке со стороны друзей. Если бы они знали об этом, то, конечно же, бодрствовали бы и были бы готовы защитить своего Господа.

А вот мы с вами, дорогие, знаем и смысл, и цель добровольных страданий Христа. Однако мы не бодрствуем во имя Его. Не спешим защитить, если при нас хулится всечестное имя Его. А ведь хорошо каждый из нас знает, что Христос Спаситель пострадал за весь род человеческий. И за меня, окаянного, тоже пострадал, чтобы моя душа никогда не умирала, а после временной земной жизни моей переселилась в вечное Небесное Царство, которое открыл для нас безвинный Страдалец, Спаситель наш Христос Господь.

Стоя ныне у Креста Господня, подумаем в эти священные минуты, какой великой ценой мы спасены от вечной погибели. Перед нами на Кресте образ величайшего Праведника и Подвижника в добродетели.

Господь принес на землю возвышенное учение о любви и милосердии. И не только передал его словесно людям, но Своей жизнью на земле подтвердил возможность жить по этому учению. Нам всем следует просить помощи Божией идти путем этого учения. Никогда не скрывать истины. Возвещать ее смело везде и всегда. Не искажать ее никакими еретическими истолкованиями.

Вот сейчас, в конце службы, мы будем подходить поклоняться и лобызать распятие. Подойдем к Кресту Христову с благоговением. Со слезами припадём к Нему. И пусть каждый из нас в душе своей и своем сердце со всей честностью и искренностью сравнит, что сделал для нас наш Спаситель и что я делаю для Него. Является ли моя личная жизнь свидетельством истины, в которую я верю? И, если кто обнаружит в себе, что нет в нем любви и милосердия, что не хранит правды и чистоты, если те грехи, кои Христос пригвоздил ко Кресту, он вновь снимает со Креста и полагает в свою душу и сердце, то знайте, сколько бы вы ни поклонялись пред Крестом, сколько бы ни лобызали язвы Христовы, для подобных людей нет больше Искупителя. Их ожидает справедливое осуждение.

Так пусть же, дорогие мои, Крест Христов научит нас приобрести те добродетели, без которых никто не увидит света вечной жизни.

3. Пасхальный Период

Светлая седмица

Ныне вся исполнишася света: небо, и земля, и преисподняя… Христос воскресе!

Чадца Божии! От избытка неземной радости приветствую и я вас, опаляя силой Божественных слов: «Христос воскресе!» Благодатный огонь этой спасительной вести, вновь ярким пламенем вспыхнув над Гробом Господним, потек по миру.

И Церковь Божия, преисполнившись светом этого огня, дарует его нам: «Христос воскресе!».

Возлюбленные о Христе братия и сестры, други мои! Вы, конечно, замечали сами, что среди многих великих и радостных наших христианских праздников особой торжественностью, особой радостью выделяется праздник Светлого Христова Воскресения — праздников праздник и торжество из торжеств!

Нет в нашей Православной Церкви службы более величественной, более проникновенной, чем пасхальная утреня. И потому так стремятся все верующие в храм Божий в пасхальную ночь. Пасхальное богослужение воистину подобно великолепнейшему пиру, который Господь приготовил всем притекающим под благодатную сень Его Дома.

Вдумайтесь в содержание «Огласительного слова» святителя Иоанна Златоуста! С отеческой лаской и радушием приемлет Господь тех, кто возлюбил Его всем своим существом. «Блажен, кто от первого часа делал есть», — это те, кто от юности своей идут неукоснительно по Его Божественным стопам.

Но не отвергает и тех, кто, преодолев в своей душе сомнения, приблизился к Богу только в зрелом и даже преклонном возрасте. «Да не устрашатся они своего замедления, Господь с любовью приемлет последнего, так же, как и первого, — и дела приемлет и намерения целует».

Несомненно, все вы, кто был в храме в пасхальную ночь, испытали необыкновенный восторг… Души наши ликовали, преисполненные чувством благодарности к нашему Господу Спасителю за дарованную Им всем нам вечную жизнь. Ведь Воскресший Христос возвел род людской от земли к Небу, придал существованию человека возвышенный и благородный смысл.

Душа человека жаждет вечной счастливой жизни. Ищет ее… И потому к светлой заутрени так стремятся люди в храм Божий. И не только верующие, но и те, кто своим сознанием далек от христианской религии.

Идут они сюда не просто посмотреть на торжественность христианской службы. Их душа, данная Богом каждому человеку при его рождении, тянется к свету незаходимого Солнца Правды, стремится к истине.

А верующие люди в эту святую ночь с особой силой ощущают преизобильно излившуюся светлую радость Воскресения Христова. И неудивительно. Воскресение Христа — это основа нашей веры, это нерушимая опора в нашей земной жизни.

Своим Воскресением Христос дал людям постигнуть истинность Своего Божества, истинность Своего высокого учения, спасительность Своей смерти. Воскресение Христа — это завершение Его жизненного подвига. Иного конца не могло быть, ибо это прямое следствие нравственного смысла Христовой жизни.

Если бы Христос не воскрес, — говорит апостол Павел, — то напрасна и проповедь наша, тщетна и вера наша. Но Христос воскрес и совоскресил с Собою все человечество!

Спаситель принес на землю людям совершенную радость. И потому в пасхальную ночь мы слышим в церкви песнопение и сами принимаем участие в этом пении: «Воскресение Твое, Христе Спасе, ангели поют на небеси, и нас на земли сподоби чистым сердцем Тебе славити».

О даровании людям этой великой радости Он просил Своего Небесного Отца в молитве перед крестными страданиями: «Освяти их истиною Твоею… чтобы они имели в себе радость Мою совершенную» (Ин. 17:17).

И вот с Воскресением Христа человеку открылся новый мир святости, истины блаженства.

При Своей земной жизни Спаситель произносил неоднократно драгоценные для верующей души слова: «Я живу, и вы будете жить» (Ин. 14:19), «Мир Мой даю вам» (Ин. 14:27), «Сие сказал Я вам, да радость Моя в вас пребудет и радость ваша будет совершенна» (Ин. 15:11).

Новая жизнь открылась для человека. Ему дана возможность умереть для греха, чтобы воскреснуть со Христом и с Ним жить.

Апостол Павел в Послании к римлянам говорит: «Если мы соединены с Ним подобием смерти Его, то должны быть соединены и подобием воскресения… Если мы умерли со Христом, то веруем, что и жить будем с Ним».

«Пасха, двери райские нам отверзающая», — поем мы в Пасхальном каноне.

Не бывает, дорогие мои, радости светлее, чем наша пасхальная радость. Ибо мы радуемся тому, что в Воскресении открылась наша вечная жизнь.

Наша радость пасхальная — это радость о преображении (изменении) всей нашей жизни в жизнь нетленную, в стремлении нашем к неумирающему добру, к нетленной красоте. Мы празднуем ныне совершение величайшего таинства — Воскресения Христова, победу Жизнодавца над смертью! Наш Спаситель восторжествовал над злом и тьмою, и потому так ликующе–радостно пасхальное богослужение нашей Православной Церкви.

Верующие ожидали этой торжественной службы, готовя себя к ней в долгие недели святой четыредесятницы. И естественно, что теперь неизъяснимой радостью наполнены их сердца.

Глубочайший смысл Воскресения Христова в вечной жизни, которую Он даровал всем Своим последователям. И вот уже почти 2000 лет Его последователи неколебимо верят не только в то, что Христос воскрес, но и в свое грядущее воскресение для вечной жизни.

Во время Своей земной жизни Христос Спаситель много раз говорил о Себе как носителе жизни и воскресения. Но тогда эти слова Божественного Учителя были непонятны не только народу, слушавшему Его, но и Его ученикам и апостолам.

Смысл этих слов стал понятен только после Воскресения Христа. Только тогда и апостолы, и ученики Его поняли, что Он, действительно, Владыка жизни и Победитель смерти. И пошли они с проповедью по всему миру.

Мы, возлюбленные, в эти дни радостно приветствуем друг друга, произнося: «Христос воскресе!» — и будем так приветствовать в течение 40 дней, до дня Вознесения Господня.

Всего два слова! Но это дивные слова, выражающие неколебимую веру в отраднейшую для сердца человеческого истину о нашем бессмертии.

Христос есть Жизнь!

Он много раз говорил о Себе именно как о носителе жизни и воскресения, как источнике жизни вечной, нескончаемой для тех, кто будет верить в Него.

Христос воскрес! — и да возрадуется душа наша о Господе.

Христос воскрес! — и исчезает страх перед смертью.

Христос воскрес! — и наши сердца наполняются радостной верой, что вслед на Ним воскреснем и мы.

Праздновать Пасху — это значит всем сердцем познать силу и величие Воскресения Христова.

Праздновать Пасху — это значит стать новым человеком.

Праздновать Пасху — это значит всем сердцем и помышлением благодарить и прославлять Бога за неизреченный дар Его — дар воскресения и любви.

И мы с вами в эти дни ликуем и радостно празднуем, восхваляя и прославляя подвиг победы Божественной любви.

Христос воскрес!!!

Распахнем же сердца наши навстречу страдавшему и умершему и воскресшему нас ради. И Он войдет, и наполнит Собой и Светом Своим жизнь нашу, преобразив наши души. А мы, в ответ на это, с любовью устремимся за Ним по нашему крестному пути, ибо в конце его, несомненно, сияет и наше воскресение в жизнь вечную.

Праздновать Пасху — это значит стать новым человеком. Вот этого спасительного состояния наших душ, возлюбленные, я от всего сердца всем нам желаю!

Неделя 5–я по Пасхе, о самаряныне

Други наши, вот уже и преполовился праздник Святой Пасхи и склонился теперь к своему отданию. А Церковь Христова, детоводительница наша ко спасению, снисходя к немощи ослабевших душ наших, снова зовет нас на источник живой воды, к слову Божию, кое только и может оживотворять нашу душу, дух и тело.

Вот и сегодня, как всякое воскресенье, мы с вами заглядываем в неизмеримую, бездонную глубину этого кладезя, чтобы каждому черпать из него по своей силе и возможности воду жизни.

Мы слышали сегодня Святое Евангелие, повествующее о беседе Христа Спасителя с самарянкой Фотинией у древнего колодца, ископанного в пустыне еще праотцем Иаковом. Нет необходимости повторять снова сюжет евангельского повествования. Но, вглядываясь умом в глубину случившегося у источника Иаковля события, мы с трепетом видим, что и по сей день, и в наше время продолжают действовать эти источники жизни.

Сколько путников прошли сквозь пустыню и пересохшими губами приникали к источнику, чтобы идти дальше до следующего источника? Сколько раз в день возвращалась самаряныня на кладезь сей, чтобы утолить потребность в воде свою и своих близких? Пил из него сам праотец Иаков, пили его дети и его скот, черпали из кладезя, поддерживая жизнь, его потомки и потомки его потомков. Но он (и тогда, и теперь) не мог утолить постоянной жажды приходящих к нему, ибо «…всякий пьющий воду сию, возжаждет опять…» — по слову Спасителя (Ин. 4:13).

Но эта единственная встреча Христа и самарянки для жены–грешницы и для всего мира оборачивается встречей с Живым Богом, ибо здесь, у кладезя жизни временной, впервые забил для мира неведомый доселе источник Жизни Вечной.

Здесь Христос впервые открывает Собой новый неисчерпаемый кладезь живой воды, текущей в Жизнь Вечную. И не иссякнет источник сей и не оскудеет, ибо не человеческим тщанием изрыт он и ничто человеческое не может замутить его кристальной чистоты и отравить его живительных свойств.

И источник этот на земле — Церковь Божия Святая, а живая вода его — это сила Божией благодати, прощающая, просвещающая и освящающая всякого человека, приникающего к нему.

И будем, други наши, говорить сегодня об этом главном. Ведь впервые в этой встрече, в начале своего общественного служения, Христос исповедовал Себя открыто Мессией — Спасителем мира. «это Я, Который говорит с тобою» Спас миру — Христос.

Христос — Бог и Человек — пришел в мир взыскать и спасти погибшее. И первое семя евангельского слова Он сеет среди народа, не принадлежащего по своим верованиям ни к иудеям, хотя и ожидавшим пришествия Мессии, ни к язычникам. Не пред злобствующими иудеями открывает Себя Христос, а пред не знавшею истины, но незлобивою женщиною.

Самаряне не знали Истинного Бога, но вера их была живой, хотя и неумелой и неосознанной. А вопрос, где и как поклоняться Богу, жил даже и в сердце простой женщины–самарянки. Иудеи и самаряне не общались друг с другом, живя в близком соседстве. Но для Христа Спасителя, для учения Его, дарованного земле, нет ни эллина, ни иудея, нет ни раба, ни свободного, но есть человек, к сердцу которого обращена Его любовь. И любовь Христова так очевидна, что покоряет вопреки вековой вражде их племен.

«…жено, поверь Мне, что наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу … но настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине…» — получает она ответ Христа (Ин. 4:21–23). Отныне не в Иерусалиме, где поклонялись иудеи, и не на горе Гаризин, где собирались молиться самаряне, и не в Афинах, где стоял жертвенник Неведомому Богу, но везде, где есть живое человеческое сердце, томящееся духовной жаждой, жаждущее истины, жаждущее Бога, оно встретит Бога и поклонится Ему в духе и истине. И жажду духа не утолит ни один из земных источников, но только живая вода проповеди учения Христова и вера в Него, как в Искупителя мира.

И жена поверила, и тотчас вера ее стала источником воды живой и для других. Оставив все свои житейские попечения, забыв почерпало свое и свою нужду в воде, она понесла живое свидетельство явленного ей чуда в город, и жители его вышли к Источнику живой воды — ко Христу. И тоже встретили Живого Бога и уверовали. А жене говорили: «…уже не по твоим речам веруем; ибо сами слышали и узнали», «что Он истинно Спаситель мира, Христос». (Ин. 4:42).

Свидетельство же самарянки о Боге простерлось в ней до святости. Она приняла мученическую кончину за свою проповедь Христа, быв брошенной в колодезь.

А Спас миру — Христос — и вчера и днесь, и во веки Той же.

Но почему этот древний по времени Источник Жизни многими теперь остается забытым, а многими и отвергается? И слова Спасителя: «Я есть Путь и Истина и Жизнь…» — остаются неуслышанными, непонятыми, непринятыми (Ин. 14:6). Христос и это объяснил в свое время иудеям, и Его объяснение действенно во все времена. Они не могли веровать потому, что Он истину говорил им. Но ложь обратилась для них в плоть и кровь их и сделала истину несовместимою с ними, невместимою для них.

Ложь! — не она ли и есть теперь и для нас та страшная болезнь, что ставит нынешний мир на грань катастрофы?! Не ложь ли вытесняет истину из жизни и вокруг кладезя жизни — Церкви Божией — плодит многочисленные секты, ереси и разделения?! И несоответствие слова и дела — порождение все той же лжи — убивает дух жизни в нас.

Други наши, совсем не случайно сегодня встал вопрос о страшной болезни в человеке — о духе лжи, овладевшем им, отец которому диавол.

«…Истинные же поклонницы поклоняются Отцу духом и истиною…».

Истинные поклонники поклоняются Истине. Мы можем быть плохи, мы можем быть много грешнее жены–самарянки, но мы не можем быть лживы, не должны быть лживы. Бог силен спасти каждого человека, но Он бессилен перед нашей ложью, когда мы опутываем себя ею, лжем пред собою, пред людьми, лжем пред Богом. Христос может спасти кающегося грешника, но не может помочь мнимому праведнику, каким мы любим представлять себя.

И вот теперь, когда обессиленные духовной жаждой люди, больные и отравленные мутью ядовитых безбожных учений, современные самаряне и язычники, ищут истинную воду жизни, чтобы оживить умирающий дух и укрепить ослабевшее тело, каждому надо найти в себе правдивость и силу увидеть себя без прикрас и лжи. Ведь только тогда Господь — Истина, Правда и Жизнь — сможет откликнуться на нашу горькую правду и научить нас поклоняться Ему в духе и истине.

Жажда истины — вот первое условие, необходимое нам, чтобы, подобно самарянке, встретить в жизни Живого Бога. И истина непостижимой святости Божией и Его милосердия поразит сердце наше, и в свете этой истины мы увидим и истину своего падения, истину своей греховности. И живое чувство горя приведет нас к Источнику живой воды, и Божия благодать своей живительной силой восстановит нас от падения, доставит духовную свободу уму, освободит от оков греха.

Други наши, мы живем ныне в такое уплотненное время, когда опыт духовного прозябания и возрастания в жизни человека совершается зримо, не растягиваясь на десятилетия. Но вот здесь, сейчас, оно, это прозябание, совершается с нами. Человек «был мертв и ожил, пропадал и нашелся» (Лк. 15:32). Сколько таких живых мертвецов пришли ныне с распутий жизни в Церковь, водимые единственным чувством, — жаждой истины. И Господь творит чудо, — восставляя мертвых к жизни.

Вслед за жаждой истины скоро, очень скоро начинает в жаждущем появляться и познание истины, ибо Господь открывает Себя жаждущему.

Истина — это и есть Сам Господь. «Аз есть Путь и Истина и Жизнь», — говорит Он о Себе в Священном Писании. И сила Божия неминуемо является вместе с Богом в нашу жизнь в Таинствах Церкви, становясь в нас источником живой воды, текущей в Жизнь Вечную. Истина — это есть и слово Божие — живое, всегда действенное, ведущее жаждущего путника по пути жизни, «…слово Твое есть истина», — свидетельствует Писание (Ин. 17:17). Истина — это и Дух Истины, Дух Святой, Дух Божий, от Отца исходящий, Сыном же являемый. «Дух Святой наставит нас на всякую правду.» Вот три живоносные струи одного Источника — Источника Жизни Духа. Но лишь вера во Христа дарует познание этой живоносной истины.

А вот и еще последнее условие, без которого завянет росток ожившего духа. Надо нам жить истиной каждую минуту, надо ощущать свою жизнь постоянно в присутствии Живого Бога. Вот Он здесь, со мной. Он видит мои поступки, Он предвосхищает чувства моего сердца, Он зрит движение моего ума.

«Господь мой и Бог мой!» Мой Господь! И неужели нас не убеждает в вездеприсутствии Божием тот очевидный факт, который история являет нам ныне.

«Нет ничего сокровенного, что не открылось бы», — свидетельствует Святое Писание (Лк. 12:2).

Сотворенное во мраке ночи — обнародовано днем; погребенное временем (семидесятилетняя новейшая история России) — восстало очевидностью ныне содеянного; тайное явилось, когда его не ждали, когда о нем забыли, явилось и объявило истину. «И свет [истины] во тьме светит, и тьма не объяла его» (Ин. 1:5). И истина Божия показала нам теперь в сонме святых, некогда поруганных, и уничиженных, и оболганных, являя миру их правду. И тьма поглотила тех, кто восставал на истину, и память их погибла.

Хочу привести вам еще один пример из жизни прошлого столетия, на первый взгляд и незначительный, но очень ярко показывающий, что значит и как ходить в жизни пред Богом.

Барин, увлеченный молодостью и свежестью юной горничной, не добившись уговорами склонить ее к преступному деянию, решил использовать для этого свою силу и власть. И в момент, когда голубка была уже во власти этого коршуна и неоткуда было ждать помощи, взор девушки упал на образ Спасителя, и сердце ее затрепетало к Богу, и она воскликнула: «Барин, а Он ведь смотрит!» И чудо! Преступные руки разжались и отпустили жертву, и покаянные слезы полились из глаз, не знавших слез.

У многих наших современников этот пример вызовет усмешку. Но, дорогие мои, а Бог–то ведь смотрит и на нас, и Живой Бог ждет и нашего живого обращения к Нему.

Но дар Божий — чудесная свобода человеческая — всегда ставит нас пред выбором: чрез все события, все горести и радости идти или не идти к Божией правде и любви, которой нет конца.

Господь всегда с нами, но мы–то не всегда идем к Богу. Вот почему всегда остается для нас реальная опасность: быв у кладезя жизни — остаться мертвыми, и у живой воды — жаждущими, и у благодати — без благодати. И нет, дорогие мои, для богопочтения и жизни в Боге ни особого времени, ни особых обстоятельств, но всегда и во всем подлинная жизнь в Боге состоит в том, чтобы наша забота о спасении озаряла светом Правды каждый миг жизни.

Насыщайтесь же, други наши, водою жизни. Подойдите ко Христу — Источнику ее, подойдите в «духе и истине.» И источники живой воды потекут и через вас к тем, кто еще не нашел живительного Источника и истаивает жаждой в пустыне жизни.

И словами архиепископа Херсонского Димитрия завершу я сегодняшнее наше хождение на источник живой воды, чтобы его боговдохновенные слова напечатлелись на скрижалях сердец ваших, став действительным руководством к жизни в «духе и истине».

«Кто молится Богу духом?

— тот, кто, произнося слова молитвы, произносит их не одними устами, а всею душею и сердцем;

— кто, ограждая себя знамением Креста Господня, взирает духом на Самого Распятого на Кресте;

— кто, преклоняя голову свою, преклоняет пред Богом и сердце, и душу свою;

— кто, повергаясь на землю, всего себя повергает в руце Божии в глубочайшем смирении и сокрушении сердца, с полной преданностью воле Божией.

Кто молится Богу истиною?

— тот, у кого душа и сердце оживлены верою и любовью, оживлены мыслями, чувствами, надеждами и желаниями, которыми дышат молитвы святых;

— кто, поклоняясь Богу в храме, не кланяется истуканам страстей своих вне храма;

— кто, служа Богу участием в богослужении церковном, служит Ему и самою жизнью, и делами своими;

— кто, прося у Бога хлеба насущного, сам разделяет его с другими неимущими и тем более не отнимает его у других;

— кто, прося у Господа прощения грехов своих, и сам прощает от всего сердца всякому согрешающему пред ним;

— кто, молясь об избавлении от искушений и наветов лукавого, и сам не поставляет брату своему поводов к претыканию и соблазну;

— кто, произнося в молитве священнейшие слова: «…да будет воля Твоя!» — искренне готов исполнить и претерпеть все, что повелевает сия святейшая воля.

Претерпеть все по воле Божией и во славу Пресвятого имени Его — до креста, до смерти.

Таковых–то ищет Отец Бог, поклоняющихся Ему».

«Господи! Жаждущую душу мою благочестия напой водами!»

Воистину воскресе Христос! Аминь!

Неделя 6–я по Пасхе, о слепом

Други наши, приближается тот день, когда радостное пасхальное «Христос воскресе», коим мы встречаем теперь друг друга, уступит место будничному приветствию. И только раз в неделю церковные службы и календарь будут напоминать всем живущим о Воскресении Христовом, о смысле и цели жизни, о воскресении души в Боге. А шесть недель по Пасхе воскресные Евангелия предлагали вниманию и размышлению нашему глубоко назидательные истории становления души на пути спасения.

«Господь мой и Бог мой!» — взывал святой апостол Фома, научая нас только в Спасителе видеть свое личное спасение и еще научая ощущению пагубы своей, из которой извлекает Спасающий (Ин. 20:28). Святые жены–мироносицы сна не давали очам и веждам дремания, служа возлюбленному Спасителю до дня, пока не обрели Его воскресшим. И они, подобно Фоме, не языком, но сердцем исповедовали любовь ко Христу, ко спасению.

«Вот ты выздоровел; не греши больше, чтобы не случилось с тобой чего хуже», — говорит Господь расслабленному, говорит и нам о страшном разрушающем действии греха на душу и тело (Ин. 5:14). Грех — мрак и туга [печаль] — отделяет нас от Источника жизни — от Бога. И только милость Божия, ожидающая нашего покаяния и обращения, терпит нас и помогает обратиться от смерти в жизнь.

Беседа Спасителя с самарянкой учит нас от внешнего внимания к слову Божию переходить к внутреннему прилежанию, к стоянию в истине.

И вот нынешний воскресный день, именуемый Неделей о слепом, — последнее воскресенье перед отданием Святой Пасхи.

На первый взгляд простое и одновременно чудесное событие: дарование зрения тому, кто родился слепым, дарование зрения тому, кто никогда не видел солнечного света, не видел красот Божьего мира. В нашем понимании — несчастнейшего человека и страдальца безнадежного.

Но, судя по тому, что написано в Евангелии об этом человеке, на котором явилось чудо Божие, он был сильным и мужественным, он нес свою обездоленность и горе без ропота, ибо Сам Спаситель свидетельствует о нем, что не следствием греха является его слепота: «…ни сей согрешил, ни родители его, — а дальше замечательные слова — но да явятся дела Божии на нем» (Ин. 9:3).

И сила Божия в простых, ничем не предвещающих чуда действиях, совершает чудо. «Идеже хочет Бог, побеждается естества чин».

Иисус Христос сделал то, что ни один земнородный сделать не мог, — слепорожденный прозрел, заключенные от рождения очи отверзлись. Но для страдальца совершилось исцеление не только телесное: прозрели его очи, а духовное зрение увидело тотчас в Иисусе Христе Сына Божия.

Весть о совершенном во мгновение ока облетела город, всколыхнув умы.

Кто Он, сотворивший неслыханное? И народ разделился. Для одних, увидевших в Целителе человека Божия, ибо грешник не может сотворить ничего подобного, «яко грешники Бог не послушает», наступило духовное прозрение, и, освободившись от духовной слепоты, они слышат зов Божий.

Другие же, кто не пожелал видеть чуда, усмотрели в Господе лишь нарушителя субботы. Лицемерная показная набожность и гордость восстали против очевидного, и зрячие ослепли; духовная слепота исказила для них мир, сделала невозможным видеть свет истины.

Грех гордости и самодовольства, грех лукавого неверия восстал на простоту веры, ясно зрящей истину. Фарисеи изгоняют прозревшего. Книжная ученость изгоняет истину веры. А Господь произносит слова: «…на суд пришел Я в мир сей, чтобы невидящие видели, а видящие стали слепы» (Ин. 9:39). С тех пор суд Божий совершается постоянно — и в наши дни, и над нами.

Мы иногда прозреваем духовно, но как часто, ослепленные грехом, теряем луч света — света Христова — и бредем по жизни во тьме, мня себя зрячими.

Главное бедствие нашего времени как раз и заключается в исключительной духовной слепоте людей. Духовный разум, который может ясно видеть свет истины, становится теперь крайне редким явлением. Плотской разум, погрязший в вещах жития сего, любящий только земная, всегда ведет противоборство с учением и откровением Божественным.

Для стяжания же духовного разума нужно прежде всего послушание разуму Вселенской Православной Церкви. «Не преставай, — говорит преподобный Ефрем Сирин, — испытывать Божественные Писания, не преставай вопрошать Матерь свою — Церковь.» Свет Христова учения, свет Его любви просвещает всякого человека в мире. И любовь — это та проба, по которой проверяется — слепы мы или зрячи, больны или здоровы?

Вспомним слова Спасителя: «…если бы вы были слепы, то не имели бы на себе греха, но как вы говорите, что видите, то грех остается на вас» (Ин. 9:41).

Порождает духовную слепоту грех, и духовная слепота укореняет человека во грехе. И ожесточается сердце человеческое, и грубеет. И слухом слышит, и глазами видит, но не внемлет ни тому, ни другому. И грех ожесточения, упорства против истины и противление ей делают человека участником бесплодных дел тьмы. И слабеет голос сердца, и холодный рассудочный гордый ум попирает христианскую любовь. И ослеп человек окончательно. И отступает Бог.

Так совершается над упорным «умником» суд Божий. «…Бог дал им дух усыпления, глаза, которыми не видят, и уши, которыми не слышат, даже до сего дня» (Рим. 11:8).

И вот ныне, как всегда, ставит перед нами Евангелие этого дня вопросы: а кто же мы? здравы мы или больны? зрячи мы или слепы? в Боге мы или дух мира сего увел нас от Него в страну далече?

Проверяется наша преданность Христу и Его заветам во вся дни жизни нашей — и во дни внешнего благополучия, а чаще во дни гонений и испытаний. Надо нам с вами знать спасительную азбуку наизусть, чтобы и себе, и другим давать отчет, а когда нужно, и ответ — с уверенностью в истине и без смущения.

Святая Православная Церковь — столп и утверждение истины! Сейчас же определенные силы пытаются поколебать эту твердыню, видя в ней последнее препятствие для своих разрушительных планов. Они вторгаются в нее, шельмуют ее священноначалие, внося дух недоверия, раздора и разделения. То, что не могло сделать в свое время воинствующее богоборчество, делают теперь именующие себя хранителями веры и канонов.

Посмотрим внимательно, что заповедал Христос и к чему призывают новоявленные ревнители.

Расколы противны единству во Христе. А на месте, освященном многомученической кровью православных за веру, воздвигают новые престолы, как, например, автокефальная украинская церковь, или раскольническая группа в Суздале. Ересь Богородичного центра тоже заявляет свои права на владение истиной.

Но «разве разделился Христос» (1 Кор. 1:13)? «Умоляю вас, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа, чтобы все вы говорили одно, и не было между вами разделений…» (1 Кор. 1:10).

Где та всепрощающая, сострадательная любовь, к которой призваны последователи Христа? Где дух первоначальной Церкви, когда «у множества же уверовавших было одно сердце и одна душа» (Деян. 4:32). Где дух Христов, призывающий с тяжелейшего креста страданий простить не только тем, кто заблуждался, но и самим врагам?

Вот она проверка —- Христовы ли мы, истинные ли мы христиане, не восхитила ли нас мирская сила, и сила отмщения, и сила борьбы без Бога.

В 1920 году, когда льется кровь мучеников и в терновом венце поднимается Русская Церковь на свою Голгофу, кроткий и верный Святейший Патриарх ее Тихон зовет оставшихся в живых чад Церкви — не гневаться, не приходить в отчаяние, но без страха нести свой крест, любовью и покаянием обороняясь от гонителей.

И тот, в чьей святости ныне никто не сомневается и чьего предстательства пред Богом просим мы теперь, говорит: «Пусть слабостью кажется эта святая незлобивость Церкви, эти призывы к терпеливому перенесению антихристианской вражды и злобы… Мы умоляем вас всех не отходить от этой единственно спасительной настроенности христианина — не сходить с пути крестного, ниспосланного нам Богом». «Трудная, но высокая задача христианина — сохранить в себе великое счастье незлобия и любви».

И еще слова святого Патриарха в то сокрушающее все живое время: «Умереть нынче немудрено. Нынче труднее научиться, как жить». Русский народ и Русская Православная Церковь учатся. Учатся и по сей день, жертвуя многим, чтобы сохранить главное — Церковь, без чего нельзя жить.

Сотни мучеников воссияли в Церкви. И каждый отдельно, принося себя в кровавую или более тяжелую, бескровную нравственную жертву, были все соединены нераздельно духом, верою и любовью, следуя желаниям и намерениям Господа: «да будут все едино: как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они [христиане] да будут в Нас Едино…» (Ин. 17:21). Такова молитва Христа о всех верных Ему.

И вот через семьдесят лет новый вид мученичества должна принять на себя Святая наша Православная Церковь.

Помнить надо всем нам, други мои, и другим колеблющимся внушать учение святых отцов: «Вне Церкви можно иметь все, только не спасение. Вне Церкви можно иметь духовный сан, таинства, аллилуйя. И литургию, Евангелие, веру, проповедь во имя Триединого Бога, но спасение можно обрести только в Кафолической Церкви».

И пусть не напрасно для всех нас звучат слова с церковного амвона: «Умоляю вас, братия, остерегайтесь производящих разделения и соблазны, вопреки учению, которому вы научились, и уклоняйтесь от них» (Рим. 16:17). Бог — Судия всем, умышленно или по недомыслию вступившим на путь богоборчества.

Нам же с вами нужно жить и молиться так, чтобы подвиг наш ради Христа в нынешние лукавые дни передать в наследие и научение грядущим поколениям как лучший завет и благословение. Только на камени сем — врачевании зла добром — созиждется нерушимое величие нашей Святой Православной Церкви в Русской земле.

Таково завещание нам Святейшего Патриарха — мученика и исповедника Тихона. «По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13:35). Вот то главное, что мы должны сохранить с вами в любых обстоятельствах. Вот мера нашего духовного зрения.

Вот все, что хотелось мне сказать вам, дорогие мои, сегодня. Боль сердца говорит сегодня моими устами. Я жил долго, я видел историю Церкви, за которую судят ее сегодня, своими глазами. Я видел и знал ее иерархов, я вырос у их ног. И я не могу забыть основ, которые закладывали они в нас и как жили они сами.

А суд Божий идет по земле. Иной суд человеческий, и иной суд Божий. Дай Бог нам с вами не оказаться духовно слепыми и не уклоняться от истины во Христе. События церковной жизни, события жизни нашей страны настоящего времени и недалекого прошлого да узрим мы духовным зрением. И увидим многочисленные примеры того, как рушились человеческие расчеты, как бессильны пред Промыслом Божиим оказывались и многолетняя мудрость, и опытность, и ученость, и даже духовность, воспринимаемые по–человечески. Да, в настоящие лукавые дни, разметав человеческое, многое потрясается до основания. Сокрушается мирское мудрование, и становится ясным, что грядет суд Божий, отвергается человеческое и дается Божие. И вера наша, и задача наша теперь одна — неизменно пребывать на пути Божественного Промысла, отдаться ему безраздельно, без рассуждения. «Ей, гряди Господи Иисусе, гряди благодатью Духа Твоего Святого, чтобы в немощи нашей и через нее совершались судьбы Твои.» Аминь.

Вознесение

Мы с вами, возлюбленные други мои, находимся еще в переживаниях величайшего события преславного Воскресения Христова.

Еще только вчера, в последний раз в этом году, мы слышали и произносили своими устами слова торжественных пасхальных песнопений. А сегодня мы уже празднуем торжественное событие, имеющее огромное значение для нашей христианской Церкви, для всего человеческого рода. Сегодня Церковь напоминает нам о Вознесении на Небо Господа нашего Иисуса Христа.

«Возшед на небеса отонудуже и сошел еси…» — поет сегодня Святая Церковь, подчеркивая этим величие нашего Спасителя и Господа. Он был от начала на небесах и сошел на землю, дабы спасти погибающий род человеческий. Сошел Он на землю по любви к нам. И, завершив великое Свое земное служение, Он опять возвращается к Своему Отцу — туда, где пребывал и раньше.

«Отонудуже и сошел еси…» Целью воплощения Сына Божия было возвестить миру Божественную истину, направить людей на путь покаяния и спасения. Даровать людям избавление от вечной смерти. И вот, совершив дело спасения человеческого рода, примирив Бога с людьми, Господь возносится на небо…

Праздник Вознесения сочетает в себе радость встречи и радость разлуки.

После искупительных страданий Учителя смерть разлучила апостолов с Ним. В скорби находились они. Но, как мы знаем, после славного Воскресения Своего Господь много раз в течение сорока дней (от Пасхи до Вознесения) являлся им, беседовал с ними, наставлял их. Каждая такая встреча учеников со своим Божественным Учителем, несомненно, была радостью для них.

Но вот наступила последняя встреча. Последняя беседа Учителя с учениками. И за ней последовала разлука на долгие, долгие времена. До самого Его второго пришествия на землю.

Надо бы печалиться… А апостолы и ближайшие ученики Христовы, еще маленькая Церковь, которая уже создалась на земле, находятся в радости…

Евангелист Лука повествует нам, что по Вознесении апостолы с радостью вернулись в Иерусалим (Лк. 24:52). К этой радости они были подготовлены Самим Господом.

Мы знаем, что ближайшие ученики Спасителя были неразлучны с Ним во все дни Его земной жизни. Наслаждались беседой с Ним. Слушали Его поучения. Видели чудеса, творимые Им…

Правда, тогда они еще не все полностью и правильно понимали, так как еще не были просвещены Святым Духом. Но им было радостно видеть своего Божественного Учителя, исполнять Его повеления. И потому, когда Он на Тайной вечери говорил им о том, что Ему надлежит и пострадать, и умереть, и в третий день воскреснуть, и затем совсем уйти от них, Он, конечно, заметил, что они опечалились.

Утешая их, Спаситель сказал им: «Если бы вы Меня, действительно, любили, вы радовались бы, что Я иду к Отцу Моему. Для вас же лучше, чтобы Я пошел к Отцу. Потому что Я приготовлю вам место, чтобы и вы были, где Я. Я пошлю вам от Отца Духа Утешителя, Который наставит вас на всякую истину» (ср.: Ин. 14:28).

Как видите, ученики Христовы были подготовлены к предстоящей разлуке, и потому они радуются.

Радуются они за своего Господа и Учителя, так как знают, что Он возвращается в ту славу, которая Ему принадлежит. Радуются и за себя, и за весь род человеческий.

Что значит для нас с вами, возлюбленные други мои, Вознесение Господне?

Господь вознесся на небо для того, чтобы приготовить его к принятию всех истинных Своих последователей.

«Иду приготовить место вам, — говорил Он апостолам, а в их лице и всем нам, — и когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я» (Ин. 14:2–3).

Разве это не радость для учеников? Вдумайтесь хорошенько в эти слова Спасителя! Сколько в них любви и попечительной заботы о людях!

Он оставил на земле Свое Божественное учение, указал путь, идя по которому мы можем достигнуть вечной блаженной жизни в неизреченном Царстве Божием. Для искупления наших грехов принял человеческую плоть. Освятил ее Своей Божественной силой и с этой преображенной плотью вознесся на небо. На то высшее небо, где особенно пребывает Бог, куда не проникает ни грех, ни смерть, где пребывают только святость и правда, где Бог открывает Свою славу в неприступном блеске. И вот там, в этом месте постоянного присутствия Божия, наш Господь Спаситель пошел приготовить место всем истинным последователям Его. Своим Вознесением на небо Господь с очевидностью засвидетельствовал, что Он воистину Сын Божий и истинный Бог. Ведь возносился Он на небо Сам, Своей собственной силой, показав при этом Свое Божественное величие.

Святой Григорий Богослов говорит: «Спасителю не нужна была колесница, не нужна была помощь и Ангелов, ибо Творец Своей Божественной силой вознесся на Небо. Возвратился туда, где пребывал от века…».

И святой Иоанн Златоуст говорит о том же величии Спасителя, о Его Божественной силе: «Не при помощи кого–либо, ведущего Его, вознесся Господь на небо, но Сам шел этим путем».

Небо, на которое вознесся Господь, — конечно, это не то звездное небо, которое мы с вами видим над собой. И не бесконечное мировое пространство, но высшее небо — место вечного пребывания Превечного Бога.

Вознесшись на небо и седя одесную Отца, Господь Спаситель показал тем самым, что как Сын Божий Он и раньше имел власть единую со Отцом. Но теперь получил ее еще и как Богочеловек, ибо Он вознесся в том самом теле, в котором пострадал и воскрес из мертвых.

Как Бог Он всегда был на небеси и на всяком месте. А вот теперь Свое человеческое естество, которое Он принял от Девы Марии, Он вознес к Небесному Престолу Божию. Это ли не причина радоваться, несмотря на то, что для этого необходимо расставание с Божественным Учителем. Радость учеников и апостолов еще большая, чем наша.

Они осознали величие Того, с Кем они находились в близком общении как друзья. «Вы друзья мои» — так называл Господь Своих учеников (Ин. 15:14).

Но и для нас, живущих на земле, великая радость. Вознесся Господь, плотию Своею вошел в славу Отчую —- и теперь мы, как говорит святой Иоанн Златоуст, с ужасом и удивлением смотрим и видим, что в самых глубинах тайны Святой Троицы находится человек! Человек Иисус Христос!

Да, Он Сын Божий, но и нам Он родной — Человек.

Мы сказали вначале, что Вознесение — это праздник разлуки… Но какая разлука!.. Восходит Господь на небо и с Собою в тайну Божественной Жизни вносит всю тайну человека. Вот что теперь человек представляет собой! И понятна теперь нам радость апостолов.

У них теперь было уже все: было небо на земле, была вечность в них самих и они были в вечности. Вот и нам, возлюбленные, надо стремиться иметь такое же сознание.

Вознесение Господне на небо имеет ближайшее отношение к нашему спасению, к личному спасению каждого из нас. В разлуке с Господом во время Его вознесения мы видим проявление любви Божией к людям, указывающей нам наше человеческое призвание.

Как поучает апостол Павел: «Ищите горнего, где Христос сидит одесную Бога; о горнем помышляйте, а не о земном» (Кол. 3:1–2).

Для осуществления этого высокого призвания верный помощник нам Сам Господь. Телом уходя из земного мира, Он не слагает с Себя попечения о Своей Церкви, Он обещал апостолам: «И се, Я с вами во вся дни, до скончания века. Аминь» (Мф. 28:20).

Все великие наши праздники — это, други мои, не только воспоминание о том или ином евангельском событии или событии церковной истории. Но это светочи, указывающие нам верный путь к вечной жизни, пути совершенствования наших душ.

Господь все сделал для нашего спасения. Своим Вознесением на небо Сын Божий открыл нам путь в небесные обители. Но пойдем ли мы указанным путем или остановимся где–либо на полдороге — зависит от нас.

Как уже было сказано, по Вознесении Господа на небо теперь одесную Бога Отца находится Сын Человеческий, облеченный нашей человеческой плотию. И Он облекся в нее не на краткое время, а навсегда, явив этим дивную силу и дивные свойства сотворенного Им мира. А именно: все Им сотворенное способно быть духовным и богоносным.

И здесь становится очевидным и величие человека, и то высокое назначение, которое уготовал человеку Бог.

Трудно постичь это нам, простым людям. Трудно подняться до высоты богословия. Но мы веруем! А вера выше знаний, потому что она всесильна, и именно там, где знания бессильны.

Мы веруем, что именно в этот день, день Вознесения Господня, обретена человеком возможность быть всегда с Богом. И путь к этому указан нам Христом Спасителем.

Путь, которым можно достигнуть и нам высоты святой славы, — тот же самый путь, которым восшел в славу Господь наш, то есть путь креста, путь очищения, самоотвержения, путь внешних и внутренних страданий.

Проверим, возлюбленные други мои, себя, идем ли мы на небо путем Христовым? Путь Господень должен быть путем всех и каждого. За всех нас равно пострадал Господь наш. Для всех равно отверсто и небо!.. Истинный христианин во всех обстоятельствах жизни, при всех случаях помнит, что он наследник неба, сонаследник Христу и поступает сообразно своему предназначению.

Но пусть каждый из нас честно скажет, много ли в нем неземного, небесного, Христова?

Вспомните, когда Господь возносился, апостолы по любви к своему Учителю долго стояли, взирая на небо, принявшее их Господа и Учителя. И за это Ангелы, явившись, сказали им: «Что стоите зряще на небо?»

Но так как мы в большинстве своем склонны к земному и временному, то нам надлежит услышать упрек от Ангелов: сынове человеческие, что стоите зряще не на небо, а на землю? Обратите очи свои к небу, воззрите на Спасителя вашего, давно на вас взирающего. Вступите на путь к небу, давно пред вами лежащий…

Когда Христос говорит нам: «Отвергнись себя, возьми крест свой и последуй за Мной», — Он не только говорит о том, что во временном нашем пребывании мы должны отказаться от земных привязанностей и взять на себя всю тяжесть земной жизни в последовании за Ним. Он говорит нам о большем, — о том, что мы призваны следовать за Ним и, по Его собственному слову, быть там, где Он есть, в славе вечной жизни Божественной (Ин. 12:26;17:24).

Но надо готовить себя достойной жизнью, чтобы быть соучастниками этой славы.

Апостол Павел в Послании к солунянам говорит, что в последний день пришествия Господа верующие в Него будут восхищены на облаках, в сретение Его на воздухе.

Значит, с истинными последователями Христа должно произойти нечто подобное Вознесению Самого Христа Спасителя.

Вот что Господь совершил ради нас!

Утешая своих апостолов, Спаситель обещал им послать Святого Духа, Который будет наставлять их без Него. И, как мы знаем, в день Пятидесятницы сошел на апостолов Дух Святой. Но не только на апостолов, а и на всех верующих. И с тех пор непрестанно пребывает и будет пребывать до скончания века в Церкви Христовой, приготовляя людей для обителей Отца Небесного. Радуясь тому, что сделал для нас Господь, сделаем себе и назидание. Устремим наш дух на небо за вознесшимся Господом. В своем духовном совершенствовании станем выше наших страстей и пороков, взнесемся на высоту добродетелей и чистоты. Пусть не устрашает нас узкий и тернистый путь к Отечеству Небесному. Этот путь уже не нов! Им прошел Сам Господь и Спаситель наш.

Итак, возлюбленные мои други, во свете Вознесения Христова нам ясен наш земной путь и наше назначение — быть соучастниками славы Божией. Обратим свой взор к небу, — туда, куда вознесся Христос. Святая Церковь зовет нас всегда, а особенно в этот день напоминает нам, что там, куда вошел Господь, вечные обители праведных. Там радость постоянного лицезрения Бога! Там вечная жизнь!

Как было сказано вначале, в день Вознесения Господь разлучился со Своими учениками надолго — до второго Своего пришествия. Но, вознесясь на небо, Господь оставил Церкви Своей драгоценное духовное наследие — Свое благословение. Господь, возносясь, благословлял учеников и не переставал благословлять, пока не скрыло Его облако. Это всеутверждающее и всеосвящающее Божие благословение навсегда запечатлелось в памяти учеников. Его пронесли по всему миру святые апостолы и проповедники христианства. Его чувствуем и мы с вами. И нам, дорогие, надо знать и помнить, что оно всегда живо и действенно, всегда исполнено благодатной силы, всегда несет с собою Божие дарование, возносит наши души и сердца к Богу. В этом благословении наша радость и источник сил. Аминь.

Неделя 7–я по Пасхе

Дорогие мои, ныне Святая Церковь велит нам говорить о Первом Вселенском Соборе святых отцов, состоявшемся в 325 году в городе Никее. И это потому, что речь идет по сути о вере нашей, о нашей Церкви, о нашем спасении. Ведь основным плодом трудов Первого Вселенского Собора является Символ Веры, который мы исповедуем и по сей день.

Семь первых его членов, утверждающих веру в Единого Бога Отца и в Единого Господа Иисуса Христа как Сына Божия, впервые прозвучали и были предельно четко выражены именно на этом Соборе святых отцов.

Единая Святая, Соборная и Апостольская Церковь — столп и утверждение истины — вот тот спасительный ковчег, в котором, питаясь Божественной благодатью, вызревает семя в Жизнь Вечную. И явила Святая Церковь пророков и апостолов, и взрастила, и взращивает от своего рождения и до сего дня отцов — учителей Церкви, и вскармливает народ Божий. И всё, и все есть в этом ковчеге для жизни: и мудрецы–ученые, и простецы–премудрые — у Бога ни в чем нет недостатка. Бог умудряет простецов в нужное время. И Бог же послушанием Матери–Церкви хранит мудрецов от семени тли, от гордыни. Пока человек в лоне Церкви — он спасен. Дух Святой соблюдает Божественным разумом Церкви и ее саму, и нас в ней.

И хранит Святая Церковь историю свою от дней основания, память ее бережет имена и деяния тех святых отцов, кои от апостолов приняли, и в догматы возвели, и жизнью своей проповедали то, что на все времена утвердило всю вселенную в истине. В той единственной истине, которая делает человека свободным и дарует Жизнь Вечную.

Семь Вселенских Соборов святых отцов — это семь столпов Церкви Христовой. И каждому из них Церковь воздает свою почесть, свою память, ибо они в разное время и в разных обстоятельствах на протяжении всей истории Церкви делали великое Божие дело, созидая непогрешимый соборный разум Церкви.

Сегодня день прославления памяти богоносных отцов Первого Вселенского Собора.

После гонений и мученичества первых веков христианства, когда враг всякой правды диавол, всегда восстающий на истину, покушался уничтожить Церковь страхованиями смерти и мучений, Церковь не только не погибла, но, окрепнув в страданиях, породила целый сонм святых мучеников и исповедников веры Христовой, ставших семенем новых христиан.

Начиная с IV века, враг изобретает новый, более страшный способ ниспровергнуть веру и Церковь, извращая истину и расторгая единство веры во Христе, — явились ереси и расколы. Служители тьмы начали возвещать вероломство под видом веры, антихриста под именем Христа, прикрывая ложь правдоподобием, стремились уничтожить истину. Волки в овечьей шкуре вошли в ограду Церкви, прикрывая свою хищническую суть цитатами Священного Писания.

Одной из первых ересей, потрясших Церковь и надолго ее поразивших, была ересь Ария, пресвитера церковного. Гордый человеческий ум предпринял первый раз попытку сделать ужасную подделку: объявить Богочеловека Христа — Человеком Иисусом из Назарета. А признание Божества Христа Спасителя неразрывно связано с верой в Церковь. И Церковь с особенным напряжением всех своих сил отстаивала эту истину единосущия воплотившегося Сына Божия с Богом Отцом. Ведь разум Церкви Духом Святым всегда утверждал, что Христос не есть только Великий Учитель; Он — Спаситель мира, давший человечеству новые силы, обновивший человечество.

Мы получили от Христа Спасителя нашего не учение только, но саму жизнь — жизнь не по стихиям мира сего, где господствуют гордость и себялюбие, но жизнь по Христу с образцом Его самоотречения и любви.

Вера в Спасителя Бога неразрывно связана с верой в спасительность Церкви, и дана эта вера Самим Христом, «созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ее» (Мф. 16:18).

Из слов Самого Иисуса Христа видна нерасторжимая связь между истиной Церкви и истиной Его Богосыновства. «…Бог послал в мир Единородного Сына Своего, чтобы мы получили жизнь через Него» (1 Ин. 4:9). Христос, воплотившийся Сын Божий, обновил человеческое естество, создал Церковь, ниспослал Духа Святого и тем положил начало новой жизни.

Святители Божии едиными устами, единым сердцем возвестили попираемую безумцами истину и возвели ее в догмат Церкви на все времена.

Расскажу несколько живых примеров из деяний великого Первого Вселенского Собора. Триста восемнадцать духоносных отцов присутствовали на нем. Были на этом Соборе мудрецы–богословы, были и духоносные простецы, но явили они всем нам идеал единого церковного общества — Церковь Христову, где един дух, едина вера, един ум Христов, «…да будут едино, как Мы едино» — предвещал Христос о Церкви (Ин. 17:22).

Святитель Афанасий Александрийский защищал истину богословскими трактатами. Силою своей живой веры защищал истину святитель Спиридон Тримифунтский. Доказывая единство трех ипостасей Божества, он взял в руки кирпич и сдавил его так, что вниз потекла вода, вверх метнулся огонь, а в руке его остался прах земной.

«Се три стихии, а плинфа (кирпич) одна, — сказал тогда святитель Божий. — Так и в Пресвятой Троице: три Лица, а Божество Едино.» Просто и убедительно посрамила премудрость Божия человеческие заблуждения.

Но и дальше продолжил свою речь святитель, обращаясь к противнику. Слушайте, дорогие мои, и вы, слушайте и внимайте, к нам с вами, убогим верой, ныне обращена речь святого Божия человека из IV века. «Слушай, философ, что я буду говорить тебе: мы веруем, что Всемогущий Бог из ничего создал Своим Словом и Духом небо и землю, человека и весь видимый и невидимый мир. Слово это есть Сын Божий, Который сошел ради наших грехов на землю, родился от Девы, жил с людьми, пострадал, умер для нашего спасения и затем воскрес, искупив Своими страданиями первородный грех и совоскресил Собою человеческий род. Мы веруем, что Он Единосущен и Равночестен со Отцом, и веруем этому без всяких лукавых измышлений, ибо тайну эту постигнуть человеческим разумом невозможно».

И услышал философ–арианин, да скорее не услышал, а почувствовал, прозрел величественную истину, заключенную в простоте безыскусного слова, и воскликнул пораженный: «Слушайте! Пока состязание со мною велось посредством доказательств, я выставлял против одних доказательств другие и своим искусством спорить отражал все, что мне представляли. Но, когда вместо доказательства от разума из уст этого старца начала исходить какая–то особая сила, доказательства стали бессильны против нее, так как человек не может противиться Богу. Если кто–нибудь из вас может мыслить так же, как я, то да уверует во Христа и вместе со мною да последует за этим старцем, устами которого говорил Сам Бог».

Деятельным ревнителем о правде Божией был на этом Вселенском Соборе всеми нами особо любимый и чтимый святитель Николай Мирликийский. Его святая рука поднялась для заушения богохульника–еретика Ария.

Отцы Собора наказали было святителя Николая за избыток ревности, лишив его преимуществ святительского сана и заключив в темницу. Но Господь, Духом Святым присутствующий в деяниях этого Собора, тут же восстановил заключенного в его первой славе. Многие участники Собора увидели одновременно одно видение, как Сам Господь вручает святителю Николаю Святое Евангелие, а Матерь Божия возлагает на него святительский омофор.

Какова же дальнейшая судьба ересиарха и ереси его?

Долго еще болела Церковь этой болезнью. Арий, хоть и был низложен на Соборе, долготерпением и милостью Божией был еще оставлен Господом на покаяние на десять лет жизни.

Но он не изменил своего зверонравия, продолжая упорствовать в ереси. Он увлек своих единомышленников отделиться от Церкви. Они создавали свои самостоятельные соборы, свое исповедание веры. Имели еретики и высоких покровителей среди властей предержащих, но уже ничто не могло вернуть ереси жизнь — она раскалывалась, и в среде ее появлялись новые секты.

Это была предсмертная агония. Церковь на Соборе отсекла неисцельно больную ветвь. Отторгнутая от Церкви, не питаясь живыми соками Божественной истины, она умирала. Умер нечестивой смертью и ее основатель Арий в 336 году, и современники, пораженные явным Божиим наказанием, явленным в его кончине, сравнивали его смерть со смертью Иуды. Видно, таков удел всех изменников истины, иуд всех времен, включая и наше.

«Смерть грешников люта…» (Пс. 33:22). «…Бог поругаем не бывает» (Гал. 6:7).

Арий умер. Но не умер тот, кто вложил в ум, и сердце, и уста несчастного отступника зло. Не умер диавол — неутомимый отец лжи и всякой неправды. И по сей день он делает свое дело. Недоступное его влиянию небо с Небесной Церковью он силится уязвить на земле, преследуя Церковь земную.

Нелегко склонить людей на полное безбожие и богохульство, собственный демонский вид его отвратителен для человека. Но и этот путь опробован врагом рода человеческого не без успеха. Семьдесят лет безбожия в России, — и плоды его мы пожинаем сейчас. О них много говорить не надо. Мы их видим своими глазами и чувствуем на себе.

Враг идет окольными путями, все свои силы направляя именно на разрушение истинной Церкви Божией путем отделения христианства от Церкви. Он–то знает, что без Церкви люди все равно дойдут до безбожия, потеряют спасение, и смерть земная родит вечные муки.

Посмотрим с вами, дорогие мои, на нынешнее состояние Церкви и на духовное состояние людей нашего времени. Оценим нынешний день и скажем себе, спасается ли мир, или погибель готова ему? В Церкви ли мы Божией истинной, или дух лестчий [льстивый] и в нас имеет свою часть? Ведь смотрите, какое половодье настигло мир ныне. «Церковь» — одна, другая, третья — со счета можно сбиться. И все истинные, и каждая из них объявляет себя истинной.

Но как же? Ведь двух истин не бывает. И Христос свидетельствовал о Себе: «Я есть путь, и истина, и жизнь» (Ин. 14:6).

Но в какой же Церкви Христос? Или разделился Он? Какую Церковь предпочел Он теперь? Да никакую! Он создал ее однажды единую и нераздельную во дни Своего земного странствия, создал на все времена до скончания века (мира). И в ней одной Он пребывает, живый и действуяй. И другой Церкви не быть.

Так которая же она?

Други наши, эта единственная Церковь та, что чисто неповрежденным хранит христианское учение. Человек — плохой хранитель. Верен и неизменен только Бог, и только Он в бурном житейском море веками может хранить истину неизменной. И только наша Церковь, право славящая Правду и Истину, всеми в мире — и христианскими, и иными исповеданиями — все же называется Православной. Сами враги Церкви, скрежещущие на нее зубами и тщащиеся ее уничтожить, тоже свидетельствуют о ней, именуя ее Церковью Православной.

Вспомните, как Пилат, осудивший Христа, свидетельствует о Нем истину, что Он есть Царь Иудейский; и первосвященник, возглавляющий преступный синедрион, пророчествует истины Божии: «…лучше одному человеку умереть за народ» (Ин. 18:14).

И так всегда и во всем. Истину похоронить нельзя. Бог хранит ее и свидетельствует миру даже устами противников истины.

Апостольское преемство, хранящееся Святым Духом в Церкви, являющее преемственную благодать и силу Божию в Таинствах Церкви, — еще один вернейший признак истинности нашей Церкви. Все это апостолы получили от Христа и возложением своих рук передали ученикам. И все до сих дней едины. В Православной Церкви видим мы ныне исполнение слов первосященнической молитвы Христа: «Да будут все едино; как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино…» (Ин. 17:21).

И последним, самым понятным для нас признаком истинности нашей Святой Православной Соборной и Апостольской Церкви являются ее страдания. Они дарованы Церкви Христом, они заповеданы Им ей: «Последующий Мне да отвергается себя, да возьмет крест свой и по Мне грядет» (ср.:Мф. 16:24).

Отвергается человек земных благ и примет биения, заушения, насмешки и заплевания, примет гонения не на один только день, но сколько даст Господь — и он Божий.

Отвергается недолговечного человеческого мудрования, примет соборный разум Церкви и станет он ум Бога зряй — тогда сами собой отвергнутся, не смогут даже и подступить к нему ереси. И Божественная любовь сохранит от раскола — и он — Божий несомненно.

И еще один очень важный вопрос, дорогие мои, чадца Божии. Может быть, затруднительно разобраться человеку — какая же Церковь истинная? Не хватает ни знаний, ни смысла, ни веры подчас.

Что есть истина, где она, в чем? Как узреть ее, если теперь в мире, как на птичьем базаре, все кричат свое, — кто громче, кто заманчивей? Трудно человеку, но не диаволу. Он враг истины, он безошибочно знает ее всегда, находит и неотступно преследует. Посмотрите, какая Церковь может сравниться в этом с Церковью Православной?!

Гонения сменялись нападками ересей, ереси производили расколы, расколы вскармливали полное неверие, безбожие. А Святая Православная Церковь все жива, иногда временами совсем обессиленная и замученная, гонимая врагом, но не оставляемая Богом, Им она и жива. Им и будет жить до конца дней мира.

Не будем заглядывать далеко в прошлое, возьмем день сегодняшний и недавний вчерашний день Церкви нашей.

«Когда же насмеялись над Ним [над Христом], сняли с Него багряницу, одели Его в собственные одежды Его и повели Его, чтобы распять Его» (Мк. 15:20).

Не увидим ли мы в этих словах, как верно идет за своим Христом Спасителем наша Церковь?

Гонения XX века от богоборцев превзошли все прежние гонения по своей жестокости. Они истребили христиан больше, чем все предыдущие гонители, вместе взятые. Они бесчестили Церковь, как бесчестили в свое время Христа, совершая насилие над совестью ее иерархов, над совестью народа Божия.

А теперь, когда и без того «малое стадо» умалилось еще, а народ наш уже и не Божий, дойдя в атеизме и отрицании всякой духовности до предела, устрашился смрада тления и смерти, пахнувшего на него из будущего, и ринулся было назад к вере, к Богу, все тот же человекоубийца–диавол стоит на страже. Его велением целый букет всяких вер и разнообразие всяких церквей и сект готовы принять возжаждавших спасения.

Здесь и римо–католики, богатые деньгами и корыстью. Утрудят ли себя пришедшие к ним, чтобы узнать, кто они? Насторожит ли тот факт, что они до XI века были наши, но вышли от нас, и потому все узнали, что они не наши, «…ибо если бы они были наши, то остались бы с нами…» (1 Ин. 2:19). Да, они называются христианами, но не сохранили верности, нарушили догматы. И отсекла их Церковь, и оставил их Бог. Отпав от Церкви, латинство отпало от любви Божией.

Здесь и церковь протестантская, родившаяся в XVI веке от раскола с Римом. Для протестанта истина только то, что ему нравится, что он сам считает за истину.

Здесь и униаты, подкрашивающиеся под Православие.

И секты христианские: баптисты, пятидесятники и другие, мудрствующие о Христе, но отошедшие от Его Церкви.

А отвыкшие в течение долгих лет мыслить по–церковному русские люди теперь потеряли мысль о Церкви как о новой жизни. Их взгляд на веру только как на учение, которое принимается умом, противопоставляет Евангелие и Христа — Церкви и делает веру безжизненной.

Есть Евангелие, есть Христос, но нет Церкви — это значит, что нет и спасения.

Снова смеется враг Церкви, как смеялся над поруганным Христом, и путь Церкви на свою Голгофу продолжается. Обессиленной, обескровленной, обезлюдевшей Российской Православной Церкви взваливают на плечи еще и тот крест, на котором будут распинать ее дальше. Ей отдают, да еще так, что и отказаться нельзя, разрушенные до основания здания храмов, забытые монастыри, к которым дороги заросли бурьяном. А враг тем временем и в единстве православных христиан сеет свои плевелы — разномыслие и раздор. Плачем мы пред Господом об ожесточении наших братьев родной, всегда особо любимой церкви Православной на Украине. Ведь там, на Днепре, возжигалась первая свеча Православия. Воды Днепра стали для нас водами Иорданскими. И труды, и молитвы Киево–Печерских подвижников просветили Православием всю тогда языческую Русь.

А ныне «…брат с братом судится, и притом перед неверными», — звучит укоризной нам Святое Евангелие (1 Кор. 6:6). Но кто услышит? Диавол бесчинствует уже руками верующих, руками православных.

А как же не воспринять и еще более соблазнительные учения духовно одичавшему человеку: «Бог един, прииди к Нему и завтра сам ты станешь Богом.»

А молодежь хочет быть Богом, молодежь хочет властвовать и владеть. И вот она уже у индуистов, у буддистов, у кришнаитов учится духовности, и восточные культы идут на завоевание Православной России. Бездумное увлечение оккультизмом, это добровольное любопытное обращение к бесам, сначала становится трагедией, а потом и гибелью оканчивается для соблазнившихся.

Сколько таких живых телом, но мертвых душой, искалеченных жизней вошло сейчас в ограду Церкви; сколько людей лежит на пороге Церкви — не в силах войти в нее пониманием, ибо для многих уже наступила духовная смерть. И бесы, принимающие вид Ангелов света, шепчут помыслами, говорят с трибун, кричат всеми средствами информации: «Человек — вот наш бог», «Будете, как боги! Будете выше Бога.» И опять повторяется история падения. Прародители из рая пали на землю, современные боги падают с земли в ад.

Туне теперь звучит предостережение: «Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением, по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу…» (Кол. 2:8).

«Для сего–то и явился Сын Божий, чтобы разрушить дела диавола» (1 Ин. 3:8).

Но кто разрушит их теперь, эти страшные дела, если Сын Божий изгоняется, забывается людьми? Вместо поклонения и благодарности за Его великую жертву снова приходит идолопоклонство, служащее плоти и бесам.

Дорогие мои, нельзя в наше время жить бездумно.

Мы все, даже и те, кто уже давно в ограде Церкви, испытываемся сейчас силой всяких соблазнов, и в том числе силой нового религиозного сознания ложной христианской духовности. И во всем этом является апокалипсический образ «великого отступления,” которое охватит весь род человеческий перед концом света, о котором ныне напоминает нам Господь ежедневно.

Думаете, случайно попустил Господь оскверниться великим святыням на Голгофе в храме Гроба Господня? Не предвещает ли это, что решительный последний период борьбы диавола с Богом и со Христом Его близок?

Берегитесь же, дорогие, чтобы кто–нибудь не прельстил вас! Крепко держитесь за Православие. Бережно храните благодать, дарованную нам Богом! Бодрствуйте и молитесь. В тихости совершайте труд во спасение свое по заветам Господа, руководством и наукой святых отцов. Не забывайте, но осмысливайте слова Господни: «…если Сын освободит вас, то истинно свободны будете» (Ин. 8:36).

Вот где свобода! Вот где спасение!

Ум связан узами неведения, заблуждений, суеверий, недоумений. Он бьется, но вырваться из них не может. Прилепись ко Господу, и Он просветит тьму твою и расторгнет все узы, в которых томится ум твой.

Волю связывают страсти и не дают ей простора действовать; бьется она, как связанный по рукам и ногам, а вырваться не может. Но прилепись ко Господу, и Он даст тебе самсонову силу и расторгнет все вяжущие тебя узы неправды.

Сердце облежат постоянные тревоги и отдыха ему не дают. Но прилепись ко Господу, и Он успокоит тебя; и будешь, мирствуя в себе и все вокруг светло видя, беспрепятственно шествовать с Господом сквозь мрак и темноты жизни этой к блаженной, полной отрады и простора вечности.

Слава Бессмертному Богу Отцу Невидимому!

Слава Бессмертному Богу Сыну, явившему Себя во плоти!

Слава Бессмертному Богу Духу, глаголавшему через пророков, апостолов и святых отцов!

Пресвятая Троица, слава Тебе! Аминь.

Память отцов 7–го Вселенского Собора

Сегодня мы с вами, прославляя память святых отцов Седьмого Вселенского Собора, приносим благодарность Богу за Его великую всеобъемлющую Божественную любовь. Ведь именно эта любовь даровала нам все то, чем мы теперь живем, — Церковь Божию с ее Таинствами и установлениями, с ее святыней и святыми, сумевшими так жить Богом, так работать Богу, что свет Божественной любви осиял их, и они стали излучать его и нам. И благодать Божественного откровения понесли они в мир, как несет ее и хранит все то, к чему прикасается Бог.

«Препрославлен еси, Христе Боже наш, светила на земли отцы наши основавый, и теми ко истинней вере вся ны наставивый…» — воспевает Святая Церковь.

Препрославлен Господь Бог наш, и славны Его славой отцы Церкви.

Любовь Божия — это прежде всего реальная жизнь Церкви Божией, которую оставил Господь миру как хранительницу Своего Божественного откровения, где Сам Он и Дух Святой незримо, но ощутимо питают и вскармливают святых.

Церковь Божия объединяет всех верующих таинственным общением и единством жизни во Христе. Объединяет в одно тело вкушающих от Хлеба, Иже есть Христос, от первого до последнего, объединяет и великого, и сильного, и немощного, и слабого, святого и грешного — всех объединяет Церковь, восполняя недостатки немощных и слабых своей святыней и святостью молитв тех, кто сумел во всей полноте отдаться Богу. Вот почему так тепло и сердечно молится сердце в особые дни почитания святых отцов, чьи труды и молитвы питают немощь нашу, даруя силы жить в Боге.

И следующая после Бога благодарность наша, память и любовь — святым отцам, учителям нашим.

А чтобы яснее понимать наше реальное единство в Боге со всеми святыми, вспомним последнюю молитву Спасителя нашего и Господа, нашего Великого Первосвященника, когда Он, зря пред Собою страшное орудие Своей смерти, думает о жизни мира, таящейся в богопознании, об освящении его Божественной истиной в соединении с Богом.

И молится Спаситель Богу Отцу, и оставляет миру эту Свою молитву: «Отче Святый! соблюди их во имя Твое, тех, которых Ты Мне дал, чтобы они были едино, как и Мы… Не о них же только молю, но и о верующих в Меня по слову их, да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино» (Ин. 17:11–21).

В этих словах Христа, в этой молитве ясно определена сущность всего христианства. Христианство — есть общая жизнь, и Христос молится Своему Небесному Отцу о жизненном единстве всех верующих в Него, жили ли они в первые века христианства или судил им Бог видеть предпоследние или последние дни мира.

Истина Церкви касается жизни каждого христианина и определяет не только его верование, но и саму его жизнь. Имен–но поэтому так важно знать нам церковную историю и деяния отцов, осиянных святостью. А молитву Спасителя, которую слышали мы сегодня в Святом Евангелии от Иоанна, чаще и чаще надо приводить себе на память, чтобы не сбиться с пути во мраке безбожного мира, чтобы не обмануться ярким крикливым светом богопротивных учений, чтобы быть с Богом всегда, чтобы помнить, что это единение возможно только в Церкви Божией.

Трогательна эта возвышенная молитва Спасителя. Он посылает Своих учеников, первых христиан, это «малое стадо,” в мир, в царство тьмы с проповедью евангельской истины. И знает Господь, каким озлоблением встретят их там, что против них и их последователей начнутся гонения. И какой непоколебимой верой и каким мужеством должны они обладать, чтобы выдержать натиск озверелых врагов Божией правды? И где взять эту веру, это мужество? Знает Господь наш Спаситель, что только помощь свыше сделает немощных непоколебимыми. И Спаситель обращается в этой последней Своей молитве к Богу Отцу, чтобы Сам Он сохранил их веру от искушений и колебаний, чтобы освятил их истиною Своею.

Прочитайте же все эту великую молитву, придя домой, и читайте ее чаще, воодушевляясь ее духом (Еще раз повторяю: это семнадцатая глава Святого Евангелия от Иоанна). Это молитва исповедания Христа Спасителя пред Отцом Небесным, это молитва об учениках, которые понесут в мир слово Учителя о Боге, это молитва о Церкви, молитва о мире, это молитва о нас с вами.

«И Я открыл им имя Твое, — говорит Господь, — и открою, да любовь, которою Ты возлюбил Меня, в них будет, и Я в них» (Ин. 17:26).

Вот то, в чем жизнь духа нашего. Мы и жизнь наша в Боге сокрыты, и единение со Христом — цель жизни нашей. Все дал Господь, чтобы исполнил человек свое предназначение на земле. Все предусмотрел, и ничто не было для Него тайной. Видел Господь в последние минуты Своей земной жизни как первый день жизни мира, так и его последний день.

«Не бойся, малое стадо!» — только веруй, Господь с тобой во вся дни» (Лк. 12:32). «Не бойся, малое стадо!» — Я оставлю тебе Церковь Божию — столп и утверждение истины. Живи в ней, живи ею, она — то единственное, то непоколебимое, что не изменит, не обманет, ибо Сам Господь в ней, и истина свято охраняется Им в соборности решений Церкви. «Изволися Духу Святому и нам», — такими словами возвещается всякий раз и во все времена соборное решение.

Семь столпов — семь Вселенских Соборов — крепко и непоколебимо держат церковные своды, канонами ограждая истину Божию в мире. И прославляя сегодня память святых отцов одного из Вселенских Соборов, а именно Седьмого, мы должны познакомиться с деяниями их, чтобы наша благодарность основывалась на реальном знании того, что же они сделали для нас.

Всего с момента рождения Церкви было семь Вселенских Соборов. Они собирались всякий раз для уяснения вопросов веры, непонимание или неточное истолкование коих вызывало смуты и ереси в Церкви. На Соборах же вырабатывались правила церковной жизни. А ереси и смущения периодически возникали во все времена жизни Церкви и всегда претендовали на истинность, стремясь подменить собою боговдохновенное учение Православной Церкви. И всегда ереси низлагались на Вселенских Соборах, где единая Святая, Соборная и Апостольская Церковь отвергала лжеучения как по существу враждебные самому духу Церкви домыслы и силою Духа Святого ограждала верных от жала соблазна.

Так воплощалась в жизнь та Первосвященническая молитва Господня, о которой мы вспоминали вначале. Бог Отец, Бог Сын, Бог Дух Святой незримым оком Своим видят жизнь мира, жизнь Церкви Божией, жизнь каждого ее члена и соборным умом богодухновенных отцов ведут церковный корабль во времени в вечность.

Дорогие мои, а ведь именно отцам Седьмого Вселенского Собора обязаны мы воздавать благодарность за то, что освящены наши храмы, наши келлии и дома святыми иконами, за то, что теплятся перед ними живые огоньки лампадок, что повергаемся мы с поклонами пред святыми мощами, и фимиам святого ладана возносит сердца наши в селения небесные, разлучая нас с землей. И благодать откровения от этих святынь многие и многие сердца полонила любовью к Богу и одухотворила к жизни уже совсем умерший дух.

Не будем далеко ходить за примерами, вспомним только одно недавнее второе обретение мощей преподобного Серафима Саровского, и как шествие его по России снова освятило землю нашу, воздух наш и души наши. А ведь всего этого могло бы и не быть, если бы в свое время, в VIII веке, не встали на защиту святыни святые отцы Церкви, святители, монахи. Их борьба до пролития крови потушила многочисленные костры из икон, пылавшие на протяжении пятидесяти лет.

Кратко расскажу историческую последовательность событий. Седьмой Вселенский Собор, память отцов которого празднуем мы сегодня, собрался в 787 году в городе Никее.

«Яко богосветлыя светила от запада, и севера, и моря, и востока» стеклись святые отцы во град Никею, чтобы светом евангельского учения разогнать тьму еретического заблуждения, тьму иконоборчества. Необходимость созыва этого Собора вызревала исподволь, ибо враг рода человеческого, враг всякой истины и святыни, постоянно всевая плевелы своего мудрования в церковную среду, достиг многого. К концу VIII века в Церкви ясно обозначилась новая ересь — иконоборчество. Вопрос о почитании святынь и святых икон разделил в этот период Церковь.

Особой силы иконоборчество достигло в 741—745 годах при императоре Константине Копрониме. Внешней причиной гонения на иконы были политические соображения правителей–иконоборцев, внутренней же, как всегда, — еретическое дерзкое восстание на догмат Церкви о боговоплощении, восстание на Бога и Божественные истины. Иконоборцы, будто бы отрицая почитание материи, дошли до отрицания почитания земной святости Матери Божией и святых Божиих угодников и обвиняли православных в еретическом поклонении тварному созданию — иконе. Вокруг вопроса о почитании икон возникла ожесточенная борьба. На защиту святыни поднялись многие верующие, особенно монахи. И именно на монашество обрушилась вся тяжесть гонения от иконоборцев.

Особо вспоминается в связи с этим гонением судьба святого Иоанна Дамаскина, писавшего многочисленные, очень убедительные трактаты в защиту иконопочитания. Адская злоба оклеветала этого монаха–писателя пред правителем, и ему отсекли руку, писавшую в защиту икон. Но совершается зримое чудо — Царица Небесная, пред образом Которой он молился, исцеляет неисцельное, отсеченная кисть прирастает, и только шрам свидетельствует о пережитом. Да еще остается память об этом событии на все века — явление образа Матери Божией, именуемого «Троеручица».

В 775 году Господь прекращает лютость гонений смертью гонителя — император Копроним умер. Но и после его смерти преследование икон и их почитателей не прекратилось, хотя и ослабело. А Иверская икона Матери Божией, получившая на лике своем рану от дерзкой богоборческой руки, до сих пор напоминает нам об этом страшном периоде жизни Церкви.

И вот все это потребовало дать полное учение Церкви об иконе, ясно и четко определить его, восстанавливая иконопочитание наравне с почитанием Святого Креста и Святого Евангелия.

Догмат о почитании икон, не имея теоретического выражения, исповедовался в Церкви самой жизнью, начиная с первых времен христианства. Ведь иконы Спасителя и Матери Божией появились еще при Их земной жизни. Первой иконой было изображение лика Спасителя, благословенное едесскому князю Авгарю Самим Христом, названное «Спас на Убрусе», или «Спас Нерукотворный».

Вслед за этой иконой появились иконы, изображавшие лик Царицы Небесной с Ее Божественным Сыном на руках. Согласно Преданию, первые Ее образы написаны апостолом и евангелистом Лукой. Он же стал молитвенным предстателем тех, кто благословляется на иконописание.

В первые века христианства иконы распространялись медленно ввиду особого положения Церкви — частых гонений на христиан. Но первые же иконы показали миру чудодейственную Божественную силу, сокрытую в них, силу незримую, но ощу–тимую. Иконы, как и облагодатствованные люди, понесли в себе благодать откровения Божия и силы Божией.

И вот святые отцы Седьмого Вселенского Собора собрали церковный опыт почитания святых икон с первых времен, обосновали его и сформулировали догмат об иконопочитании на все времена и для всех народов, кои едиными устами и единым сердцем будут исповедовать святую Православную веру.

Святые отцы провозгласили, что иконопочитание — дело, не живописцами выдуманное, но есть одобренное законоположение и Предание Церкви, и направляется оно, и вдохновляется Святым Духом, живущим в Церкви. Изобразительность икон неразлучна с евангельским повествованием.

И то, что слово евангельское сообщает нам через слух, то же самое икона показывает через изображение. Седьмой Со–бор утвердил, что иконопись есть особая форма откровения Божественной реальности, и через богослужение и икону Божественное откровение становится достоянием верующих, нашим достоянием. Через икону, как и через Священное Писание, мы не только узнаем о Боге, но и познаем Бога; через иконы святых угодников Божиих мы прикасаемся к преображенному человеку, причастнику Божественной жизни; через икону мы получаем всеосвящающую благодать Святого Духа.

Дорогие мои, а еще несколько слов хочется мне сказать вам об ощутимом действии иконы на нас, сравнивая это с воз–действием на нас молитвы через слово. Ведь икона, по утверждению отцов, тоже молитва. Вот и мы с вами молимся, и все знаем, и реально переживаем разные молитвенные состояния.

Иногда мы испытываем, как душа, явно освящаясь молитвой, ощущает близость чего–то неземного, и в этот момент все наше существо, вся душа и даже тело влечется к Богу. И мы не видим, кто и что прикоснулось к нам, но мы знаем эти небесные прикосновения и долго восхищаемся блаженством переживаемых моментов.

Вот и освященная икона сама по себе свята, и когда мы молимся перед ней, то святые слова наших молитв и зримый святой образ иконы пред нами одновременно преображают нас, устремляя и нас, грешных и земных, к святости.

Митрополит Филарет (Дроздов) говорил о воздействии на нас святыни следующее: «Когда мы в жизни встречаем свято–го человека, мы не знаем его святости, ибо нет никаких внешних признаков ее, но сердце наше и душа влекутся к нему, а мы можем и не понимать, почему это так». Но иногда «мир не видит святых, подобно тому, как слепые не видят света». И тогда нам надо искать причину слепоты нашей именно в нашем удалении от Бога, в нашей греховности.

Вот и в нынешние весьма сложные и трудные времена, когда новое язычество вновь ослепило мир, не новое ли иконоборчество во весь голос заявляет о себе? Иконы сейчас не уничтожают, их собирают, за ними охотятся, но одни видят в них лишь красоту старины — экзотику, другие пленяются профессиональным совершенством изображения, третьи святотатственно простирают к ним руки, чтобы превратить их в серебро или злато.

Не кощунство ли это?

И держат они в руках своих и на стенах своих домов иконы, но не ведают того, что Дух Святой, ища в обладателях икон живые одушевленные храмы, достойные вселения святости, и не найдя таковых, — отступает.

И произносит о них горестный приговор: «Нет разумевающего; никто не ищет Бога, все совратились с пути, до одно–го негодны» (Рим. 3:11–12). И гнев Божий пребывает на них.

Дорогие мои, не страшно ли это? То, что должно освящать человека, делает его еще более грешным, присоединяя к прочим грехам тяжкий грех оскорбления Святого Духа. И Дух Святой удаляется, а человек становится слепым и уже не может зреть чудес Божиих.

Други мои! «Еще на малое время свет есть с вами… веруйте в свет, да будете сынами света» (Ин. 12:36). Имея святыню — икону в доме, не забудем об этом, будем ежедневно обращать взор к ней, говорить с ней словами молитвы или тропаря, или просто постоим молча, душой прильнув к ней; и почерпнем в иконе просвещение и жизнь души и силы на каждый день.

Не буду перечислять примеры Божиих даров, получаемых нами через святые иконы, через святыню Таинств Церкви. Их несть числа. Каждый день Святая Церковь прославляет иконы Матери Божией, празднует память святых Божиих угодников. Их иконы кладут перед нами на аналой для поклонения, и живой религиозный опыт каждого из нас, опыт нашего постепенного преображения через них, делает нас верными чадами Святой Вселенской Православной Церкви.

И это истинное воплощение в мире трудов святых отцов Седьмого Вселенского Собора. Именно поэтому из всех побед над множеством разнообразных ересей одна только победа над иконоборчеством и восстановление иконопочитания была провозглашена Торжеством Православия. А вера отцов семи Вселенских Соборов есть вечная и непреложная основа Православия.

Ныне же страшнее волн всемирного потопа, истребившего в свое время человеческий род, идут снова на мир волны лжи и тьмы, готовые поглотить вселенную, истребить веру во Христа, извратить Его учение. И единственное спасение наше, наш ковчег — Святая Церковь, руководствующаяся на пути своем светилами небесными — писаниями святых Божиих угодников.

Не пренебрежем же этим ковчегом, не уклонимся самомнением и гордостью от смиренного повиновения истинам Церкви, не воссядем на другие корабли, поврежденные лжеучениями, не отпадем хладностью и двоедушием от руководства Священным Писанием — и спасемся!

Слава Бессмертному Богу Отцу Невидимому!

Слава Бессмертному Богу Сыну, явившему Себя во плоти!

Слава Бессмертному Богу Духу Святому, глаголавшему через пророков, апостолов и святых отцов!

Пресвятая Троица, слава Тебе!

За все и за всех слава Тебе! Аминь.

Праздник Пресвятой Троицы

Благодать Святого Духа собрала в нынешний день массы людей во всех православных храмах по всей земле, чтобы в общей молитве напомнить нам о том великом событии, которое в отдаленные от нас времена совершилось в Иерусалиме.

Святая наша Церковь празднует ныне великий день — День сошествия Святого духа на апостолов. Пришел на землю Утешитель Дух Святой, о Котором говорил при расставании с учениками Христос Спаситель.

История не знает более поразительного события, чем то, которое совершилось через 50 дней после Преславного Воскресения из мертвых Христа Спасителя. Оно выходит за пределы нашего умственного понимания.

Вспомните: в Сионскую горницу вошли простые галилейские люди — ближайшие ученики Христовы и Пречистая Его Матерь. Это были очень робкие, не имеющие еще твердого определенного понимания недавних событий люди. А вышли оттуда уже убежденные вестники вселенской истины, готовые идти куда угодно и учить все народы. Смело говорить, что распятый Иисус есть Мессия — Христос.

Апостолы, приняв «Силу свыше», стали как бы другими людьми: обновленными, окрепшими, способными возложить на свои плечи великое дело служения Христу и Его Церкви.

Апостолы и Матерь Божия находились в Иерусалиме после Вознесения Господня на небо. Усиленной, единодушной пламенной молитвой и постом они готовили себя к встрече с Духом Утешителем, Которого обещал послать от Отца Христос.

И вот совершилось это чудо божественное! Дух Святой снизошел на них. Своим всемощным дыханием одушевил их и огненными языками просветил их умы и воспламенил сердца. В виде огненных языков Дух Святой почил на каждом и на Матери Божией.

И только тогда все ученики окончательно уразумели искупительное значение явления в мир Господа и уже неколебимо уверовали в Него как в Спасителя мира и Сына Божия.

С этого момента апостолы получили сознательное и четкое представление о Боге Отце, Который по любви Своей к людям послал на землю Своего Сына; о Сыне, сошедшем на землю и пострадавшем за весь род человеческий, и о Духе Святом Утешителе, осиявающем Своей благодатью всех, кто готовит себя к восприятию Его.

Они познали Святую Троицу!

Получив благодать Святого Духа, получили и дары мудрости, пророчества, благовестия и чудотворения.

Им была дана способность говорить на разных языках, которых они доселе не знали; каждый на том языке, на котором ему предстояло проповедовать в чужой стране, куда направит Промысл Божий.

С тех пор имя Божие и учение Христа Спасителя стало проповедоваться далеко за пределами Иерусалима.

«Во всю землю изыде вещание их, и в конце вселенныя глаголы их», — так говорит об этом Святая Церковь в своих богослужениях (Рим. 10:18; Пс. 18:5).

И проповедь галилейских рыбаков имела великую силу, потому что они исполнились благодати Духа Святого, умудряющего и воодушевляющего их на высокое апостольское служение.

Книга Деяний апостольских повествует нам, как происходило сошествие Святого Духа на апостолов в Иерусалиме в день ветхозаветной Пятидесятницы.

Тогдашний мир представлял собой языческие народы и племена, говоривших на разных языках и не понимавших друг друга. Для успеха проповеди слова Божия необходимо было, кроме благодатных сил, укрепляющих апостолов, дать им еще и знание языков других народов. А для вразумления самих язычников необходимо было, чтобы знали они, что учение это Божественное, а не человеческое мудрование, что в нем участвуют небесные Божественные силы.

Поэтому и сошел Дух Святой на апостолов в шуме великом (дыхании бурном) в виде огненных языков, зримо для каждого из присутствующих почивших на их головах. Земная стихия содрогнулась от того шума, с которым совершилось это таинственное освящение святых апостолов перед их вступлением на проповедь.

Святая Церковь поет: «Видеша вси языцы во граде Давидове…», как в бурном дыхании ветра в виде огненных языков снисшел Дух Святой на апостолов… «Видеша вси», как отверзлись уста простых галилейских рыбаков, и они начали говорить на иных языках… «Видеша вси…», какими великими проповедниками сделались еще недавно робкие и запуганные ученики Христовы, и посредством их Господь привлек в Свои отеческие объятия всю вселенную…

Как мы знаем, тут же апостол Петр произнес свою первую апостольскую проповедь, свое первое «свидетельство» о Христе. И эта разноязычная толпа с умилением, охотно слушала слова апостола, приняла их и крестилась.

И было таких около трех тысяч! Други мои!

Все наши церковные праздники мы должны переживать в своей душе не как давно совершившееся событие, а как будто мы являемся непосредственными участниками этого события, ибо дело нашего спасения не просто когда–то совершилось, а оно совершается все время над каждым из нас и при нашем участии.

Так, в Пятидесятницу, воспоминание о которой мы так торжественно с вами ныне празднуем, оканчиваются дела Христовы, относящиеся к Его телесному пребыванию на земле, и начинаются дела Духа Святаго.

Сошествие Святого Духа на апостолов — это не только чудо, прославившее апостольскую Церковь, но и событие, сопряженное с делом нашего личного спасения.

Дух Святой созидает наше духовное возрождение. Он открывает нам тайну о Пресвятой Троице.

Сам Господь в прощальной беседе со Своими учениками сказал: «Я умолю Отца, и пошлет вам Утешителя… В тот день узнаете вы, что Я в Отце Моем». Именно в Пятидесятницу открывается апостолам тайна Пресвятой Троицы, и хранится эта тайна на протяжении почти двух тысяч лет. Святая Церковь называет Троицу Живоначальной — и это потому, что для самой Церкви Троица является началом жизни. Все в Церкви живет и дышит Троицей. Все устремлено к Ней: и вероучения, и Таинства, богослужения, молитвы, покаяние и подвиги.

Пятидесятница не оканчивается тем единственным торжественным днем, который был в Иерусалиме и описывается в книге Деяний апостольских.

Нет! День огненных языков был только началом непрерывного нисхождения Духа Божия в человечество. Это день огненного крещения Церкви, с которого и утвердилась на земле Церковь Христова.

Пятидесятница продолжается, и в течение всех прошедших лет до наших дней совершается она над каждым из нас, если мы только, действительно, стремимся всей душой к Богу и ищем Его.

Мы теперь не слышим того шума, который некогда наполнил Иерусалим, потому что слух наш недостаточно тонок для восприятия небесных движений. Но его слышит наше внутреннее, духовное ухо.

Таинственное соединение Творца и твари — сошествие Святого Духа в сердца верующих непосредственно совершается в Церкви Христовой.

Благодать Духа Божия Животворящего, все Собою наполняющего, «Сокровища благих и жизни Подателя», проникает в человеческие души, способствуя их просветлению.

Сошествие Святого Духа на апостолов — это чрезвычайное событие, открывающее новую эпоху в деле спасения человека. С пришествием Святого Духа людям открылась возможность богопознания.

Дарами Святого Духа человек очищается от грехов, совершенствуется и может восстановить в себе утерянный образ Божий. Во внутреннем человеке постепенно восстанавливаются свойства Христовы.

Примером тому служат многие из святых угодников Божиих.

Так, еще в средневековье преподобный Антоний говорил своим ученикам: «Я молился о вас, да сподобитесь и вы получить того великого огненного Духа, Которого получил я… Он, когда принят будет, откроет вам высшие тайны, отгонит от вас страх людей и зверей — и будет у вас небесная радость день и ночь. И будете в этом теле, как те, кои уже находятся в Царстве Небесном».

И в новые времена мы видим, что огни Пятидесятницы не погасли на земле.

В келлии так близкого нам по времени жизни и так глубоко чтимого всеми нами «убогого Серафима» посетители опускают глаза, так как не могут смотреть в лицо преподобного, которое светится, как солнце.

«Когда Дух Божий приходит к человеку, — поучает преподобный Серафим, — и осеняет его полнотою Своего наития, тогда душа человека преисполняется неизреченной радостью, ибо Дух Божий радостотворит все, к чему бы ни прикоснулся».

Итак, мы видим, что со дня события в Сионской горнице в мир вошла новая сила. Сила, которой утверждается Царство Божие в сердцах человеческих.

Излиянием Святого Духа человек преображается, делается новой тварью, приобщается Божественной жизни. Это чудо милосердия Божия совершается непрерывно в истории Церкви и должно привести к полному обожению мира и человека. За краткостью времени нет возможности привести большее число примеров. Но и эти являются ярким свидетельством о неиссякаемой Пятидесятнице в истории Церкви!

Вновь и вновь совершается таинственное соединение Творца и твари.

И это есть неизреченное блаженство, высший предел в странствии человека от земли к небу.

С момента Пятидесятницы море живительной благодати наводнило землю… Прошло через века… освятило многие народы… И в наши дни наполняет святые храмы и сердца верующих.

Но по немощи своей человек не в силах постоянно проводить жизнь свою в святости. Мы часто теряем благодатные дары. И потому приходится молитвенно взывать к небу, просить, чтобы Утешитель — Дух Истины пришел к нам и опять вселился в нас и проявил Свои спасительные действия.

«Прииди и вселися в ны… и спаси души наша!» Жажда в людях к близкому общению с Богом была всегда. О том, как она велика, можно видеть из молитвы блаженного Августина, человека, стоявшего на грани древнего и средневекового мира.

Вот отдельные места из его молитвы:

«О ты, Божественная любовь Отца всемогущего и всеблаженного Сына святое общение, всесильный Утешитель Дух… Войди всемогущею силою Твоею внутрь сердца моего и мрачные в нем места от нерадения моего освети светом сияния Твоего и изобилием росы Твоей сотвори их плодоносными. Воспламени спасительным пламенем силы ослабевшего сердца моего и, освещая, попали огнем все греховное в мыслях и в теле. Напои меня потоком сладости Твоей и научи меня творить волю Твою…»

Не прерывается эта жажда и в наше время. Чувство веры и ее радости доступно людям любого культурного уровня. Это достояние всех людей. И только отчуждение от Бога может умертвить в душе ее природную потребность веры.

Чтобы не заглохла в нас духовная жизнь, мы должны стремиться к ее источнику — к Богу мыслями, чувствами, делами и всей жизнью.

О други мои! И нам бы с вами принять сегодня в свои души и сердца эту благодать Святого Духа!

Изменила бы она и нас. И из робких и не всегда твердо стоящих в вере соделала бы твердо убежденными носителями истинной веры.

От всего сердца желаю, чтобы каждый из вас имел в своем сознании полные ликующего восторга слова церковного песнопения:

«Видехом Свет Истинный, прияхом Духа Небеснаго, обретохом веру Истинную, Нераздельней Троице покланяемся: Та бо нас спасла есть».

Пятидесятница

Чувство огромного духовного восторга, возлюбленные о Христе други мои, мы вкладываем сегодня в начальные слова нашего праздничного богослужения. «Слава Святей, Единосущной и Животворящей, и Нераздельней Троице!»

Ведь именно для прославления Святой Троицы мы собрались сегодня здесь в таком большом количестве в этот святой храм.

Мы собрались сегодня для того, чтобы молитвенно вспомнить то веками отдаленное от нас событие, когда Господь наш Иисус Христос, исполняя Свое обещание, ниспослал Святого Духа на апостолов и этим завершилось великое дело спасения рода человеческого.

Именно с этого дня Святой Дух пребывает в Церкви, зажигает в сердцах людей веру и ведет их по пути спасения, ибо сошествие Святого Духа в сердца людей все время продолжается.

День Святой Троицы, ныне так светло и торжественно нами празднуемый, — это священное событие в жизни Церкви Христовой. Ниспослание Святого Животворящего Духа на землю, на апостолов послужило началу жизни Церкви Христовой на земле. Сегодняшний день — это день рождения нашей Святой Православной Церкви, а она ведь наша духовная мать.

Это исполнение обещания Христа Спасителя, данное Им еще при земной жизни. Он знал слабость их духа, еще не окрепшую веру… Знал, что растеряются они, оставшись среди враждебного им языческого мира без своего Божественного Учителя. И потому обещал: «Пошлю вам Утешителя от Отца — Духа Святаго, Который наставит вас на истину.»

И этот Дух Святой — Утешитель и Наставник не только для апостолов, но на все времена для всех, верующих во Христа. В этот день, кроме того, открылась в доступной для нашего понимания форме и Сама Святая Троица.

В Своих прощальных беседах Христос как бы так говорил Своим ученикам: «Вы видели Меня — Сына Божия — и во Мне видели Бога Отца. Но есть третье Лицо Единой и Нераздельной Пресвятой Троицы — Дух Святой Утешитель, Которого Я, уйдя с земли, пошлю вам от Отца.»

И вот этот радостный и торжественный день наступил. Это произошло в пятидесятый день по славном воскресении Христовом и через десять дней после Его Вознесения на небо.

Для того, чтобы понять радость апостолов, которая наполнила их души, когда в виде огненных языков сошел на них Дух Святой и они реально ощутили Его присутствие в себе, нужно войти своим сердцем в их великую скорбь.

Они всем сердцем полюбили Господа. Слушали Его учение. Видели чудеса, творимые Им. Но вот Его распяли и погребли во гробе… Вера их поколебалась, закрались в душу сомнения… овладел ими страх…

Христос воскрес в третий день, как и говорил им ранее об этом. В сорокадневный период от Воскресения до Вознесения Он часто являлся им, беседовал с ними, укреплял их, предупреждал, что скоро опять их оставит, но вместо себя пошлет им Утешителя и Наставника — Святого Духа. И наступило это вторичное расставание с любимым Учителем. Господь вознесся на небо…

Плачут апостолы, как говорится об этом в стихире на праздник Вознесения (4–я стихира на «Господи, воззвах»): «Апостоли, видев Тя на облацех возносима, исполненные скорби, с рыданием слезным говорили: Владыко! Не оставляй нас сирых, ведь Ты по милосердию Твоему возлюбил нас. Так пошли же нам, не забудь Своего обещания, Пресвятаго Твоего Духа, Который просветит наши души и укрепит.»

И ждали апостолы и небольшая группа верующих в Господа вместе с Его Пречистой Матерью. Ждали Утешителя с небес, находясь единодушно вместе в молитве. И совершилось обетование Божие. Апостолы, духовно переродившись и получив от Святого Духа силу, уже безбоязненно выступили с проповедью.

Дух Святой уже в первый день Своего сошествия на землю совершил великое чудо. Как мы знаем из Деяний апостольских, озаренный Святым Духом апостол Петр произносит свою первую апостольскую проповедь, обращенную к многолюдной толпе, и иудеи, так недавно в ожесточении своих сердец требовавшие смертной казни Христу Спасителю, теперь просят апостолов крестить их и вступают в Церковь Христову. В тот день присоединилось к Церкви около трех тысяч человек.

С тех пор основанная Господом Спасителем Святая Церковь из маленькой семьи первых христиан выросла в огромную, неисчислимую даже миллионами святую семью. Сбылись слова Спасителя: «И когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе» (Ин. 12:32).

Из маленького зернышка, посаженного в землю божественным Садовником, выросло огромное многоветвистое дерево, покрывающее своими ветвями весь мир. И маленьким листочком на этом дереве является каждый из нас.

Тысячу лет тому назад на нашей Русской земле засиял свет Христовой веры, и на стволе Вселенской Церкви за это время выросла громадная ветвь — Церковь Русская!

Наши прадеды, деды и отцы жили и умирали в ограде Православной Церкви, и счастье ей принадлежать по наследству от них перешло к нам. Силою и содействием Святого Духа в Церкви Христовой совершаются чудеса возрождения и спасения человеческих душ. В ней у нас происходят «встречи» со Христом. И эти встречи, други мои, разнообразны и для каждого человека носят своеобразный характер соответственно строю его души, подготовленности души к возможному восприятию благодати Святого Духа.

Это зависит от открытости нашей души, от нашего желания и стремления войти в многочисленную семью верующих в Бога людей.

Одних благодать Святого Духа охраняет от грехопадений с самых младенческих и детских лет, бережно возводя их к совершенству духовной красоты… В сердца других благодать Духа Святого стучится в течение всей их жизни, призывая к исправлению. Только надо быть внимательным к самому себе! Надо услышать этот стук… Не заглушить его!.. Ведь благодать Святого Духа имеет необычайную чудодейственную силу. Она навсегда изглаждает грех из сердца кающихся грешников и укрепляет их духовные силы в борьбе с грехами.

Обращали ли вы, дорогие мои, когда–либо свое внимание на слова антифона 4–го гласа?! Он всем известен, и все мы его любим и петь, и слушать. «От юности моея мнози борют мя страсти…» В нем есть замечательные слова: «Святым Духом всяка душа живится и чистотою возвышается…»

Вдумайтесь в эти слова, обнадеживающие нас, грешников! Духом Святым оживляется всякая душа, даже самая–самая грязная и смрадная от грехов и пороков… Но если она потянется к Богу, если она захочет очиститься, — Святой Дух, ниспосланный Христом Спасителем от Отца в помощь нам, совершит это чудо!

Он очистит грешную душу, — и очищенную возвысит до степени святости. Только бы пожелал этого человек. У некоторых «встреча» со Христом происходит неожиданно и почти мгновенно. Зайдет человек по Промыслу Божию как будто случайно в храм Божий посторонним наблюдателем, и вдруг какой–то момент службы, песнопение или слова произнесенной молитвы внезапно так пронзят его душу, так глубоко западут в сердце, что человек становится верующим. И вера его обычно очень крепка, так как поверил он не с чужих слов, не с подсказки, а сам познал, почувствовал присутствие в своей душе благодати Святого Духа.

Вот, дорогие мои, какое сокровище мы с вами имеем в Церкви Божией и можем им пользоваться, если только мы, действительно, истинные православные христиане. Тогда Святой Животворящий Дух, прославляемый Святой Церковью, всегда будет спутником земной жизни всех нас.

И добрые, верные христиане, заботясь о своей душе, спешат в Церковь Божию. Они знают из личного опыта, что здесь они смогут дышать небесным благодатным воздухом, что в храме они могут и свое сердце, и бессмертную свою душу подклонять под обильный дождь благословений церковных.

Наша Мать–Церковь своим богослужением, всем богатством творений святых отцов и учителей Церкви, всем своим укладом учит нас жить жизнью, достойной христианина. Но это, дорогие мои, доступно только тем, кто является, действительно, членом Церкви Христовой, кто крещен и верит в Бога, кто прибегает к Таинствам Церкви.

Вот и сегодня в этом нашем древнем соборе, посвященном Живоначальной Троице, присутствует множество народу, но не все из здесь стоящих члены Церкви Христовой.

Некоторые пришли только из любопытства, посмотреть убранство храма и на внешнюю сторону совершаемой службы. Их сердца не участвуют в нашей общей молитве. На них не распространяется благословение Церкви.

О как горячо я желаю всем вам, возлюбленные други мои, чтобы животворная сила Святого Духа коснулась ваших сердец, как верующих в Бога, так и тех, кто еще далек от веры. Пусть каждый из вас унесет в свой дом обновленную и укрепленную совместной нашей молитвой веру.

А те, в ком еще нет этой веры, пусть унесут с собой хоть крупицу той веры, проявление которой они видели здесь. Пусть хотя бы затеплится в их сердцах огонек желания познать Бога и приобщиться к Церкви.

И каждый из вас смело проси Духа Святого подать благодатную помощь. Ведь для этого Он и послан в наш мир. Ему поручено заботиться о нас. И Он духовной пищей насыщает каждого человека. И младенца, и старца, ученого и простого человека. Каждому дает по возможности его восприятия. И зависит от нас самих, от нашей свободной воли, воспользоваться помощью Духа Святого или отвергнуть эту помощь.

Все мы теперь знаем, что земная наша жизнь — это преддверие вечной жизни, это благословленное Господом поле, на котором растет для Царства Небесного пшеница — это мы с вами — созревающая здесь для житницы небесной. Это сад, в котором благодатью Духа Святого произрастают прекрасные, благоухающие дивным духовным ароматом цветы и плоды, о которых говорит апостол Павел: «любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание.»

И эти знания даны нам для нашего вечного спасения. А помощник нам в этом Дух Святой, сошествие Которого мы ныне с вами празднуем.

О великий, непрекращающийся ток силы Божией, ощутимый в нисхождении Духа Святого в наши души.

Эта сила питает миллионы человеческих сердец, которые в молитвах своих просят:

«Прииди, Душе Святый, и умножь в нас веру; даждь нам молитвенное дерзновение; оживи сердца наши кроплением росы Твоея; согрей нас, оледеневших в беззакониях.

Прииди и изведи мир на путь праведной жизни.

Прииди и посети всех, жаждущих Твоего озарения».

4. Недели после Пятидесятницы

Неделя Всех святых в земле Российской просиявших

(1000–летие Крещения Руси). Величаем Тя, Триипостасный Владыко, верою Православною землю Русскую озарившего и святых сродников наших сонм велий в ней прославльшаго.

Сегодня, други мои, на Руси День Ангела — день памяти всех святых нашей Русской земли, чьими трудами и скорбями, чьим величием духа мы с вами теперь — православные христиане. Этот день мы отмечаем ежегодно. Но ныне празднование памяти русских святых угодников Божиих особенно величаво еще и тем, что 1000 лет прошло с тех пор, как началось духовное рождение русского народа в Святом Крещении, когда призрел на Русь Господь и вдохнул в нее дух жизни.

Этот 1000–летний юбилей заставляет оглянуться на пройденный путь, на историю и особо оценить событие, которое случилось так давно, но которым по сию пору живет Россия. Этого не могут не признать, не могут не оценить все, независимо от своего мировоззрения и вероисповедания. И единодушно празднуется торжество и религиозное, и национальное, и государственное, и культурное.

«С Крещения Руси вообще можно начать историю Руси и историю русской культуры», — говорят современные ученые. Именно поэтому весь мир «от восток солнца до запад» отмечает сегодня 1000–летний юбилей Крещения Руси.

«…без Меня не можете делать ничего», — сказал Господь (Ин. 15:5). Сколько племен и народов ушли в небытие, а россы, вскормленные благодатью Святого Духа, данного Господом им как дар в Святом Крещении, стали Великой Русью, Россией. Великие ценности дара Божия Русь приняла не формально, но потрудилась, пленивши ум и сердце заповедям Божиим.

«Люби ближнего своего, как самого себя — в этом весь закон и пророки» (Мф. 22:39–40). Как просто слово Божие, как благо, но скольких жертв и трудов требуется, чтобы воплотить его в жизнь. 1000–летняя история Руси показала всему миру, что только этим можно жить и только это слово родит к жизни, и вскармливает, и выращивает, и хранит. Хранит и нас Господь, пока мы храним слово жизни — любовь.

А с чего началось, что пережито, как развивалась история и кто был первым на этом нелегком пути, ведущем по жизни и в Жизнь Вечную? Трудно охватить все, но основное надо вспомнить.

Первый век — Христос, Сын Божий, пришел в мир и в течение всего трех лет Своей жизнью и словом являл миру новые, неслыханные доселе, моральные и духовные ценности. Гимн любви! Любовь — даже до смерти! Любовь — к врагам!

И кто может это услышать, кто может воспринять? Двенадцать человек, двенадцать апостолов, и среди них Андрей — Первозванный. Вдумайтесь, только двенадцать человек! Но воистину — Сын Божий явился в мир. Ибо от одного, и притом Умершего и Воскресшего, родилось то, что потрясло и изменило целый мир.

Христос умер и воскрес, а двенадцать безвестных, неведомых учеников Его пошли в мир и понесли искры новой веры и учения.

К русским племенам дошел самовидец Христа — апостол Андрей. Водрузил на Киевских горах крест и благодатью Святого Духа сказал слово сильное и неложное: «На этих горах воссияет благодать Божия.»

Апостол Андрей сказал слово — семя посеял. Но сколько времени трудился Господь, чтобы семя прозябло, трудился Сам, неведомо и незримо, во мраке языческого жестокого мира, среди избранных людей. Об этом молчит история. Мы же видим, что лишь в X веке вдруг, как всплеск, является миру — опять первый — равноапостольный князь Владимир.

Теперь мы говорим, что он святой, и теперь на Киевских горах стоит памятник ему. С крестом в руках взирает он на Русь и на плоды своих трудов. Теперь он святой! Но тогда, 1000 лет назад, — князь–язычник, достигший в жизни предела всех земных наслаждений, безудержный и грубый во всем, сын ада, если мерить христианскими понятиями. Словно он один вобрал в себя все прошлое Руси. Его восхождение к вершинам власти связано с убийством родного брата. Как бы мог он сам перевоплотиться в нового человека?

Но достиг его Христос. И он не стал советоваться со своей разнузданной плотью, но повернулся ко Христу и отдал Ему сердце, и всех своих позвал за собой. Жестко и решительно слово князя: «Кто не придет креститься, тот не друг мне.» И пошли верные за своим князем, поверив его избранию, поняв разницу между Перуном–богом, требовавшим кровавых жертв, и Христом — Богом любви ко всем людям.

Разумеется, человеческая природа сразу не могла измениться. Люди оставались людьми со всеми присущими им достоинствами и недостатками, но заповеди Божии уже звучали в них и связывали грех, еще живущий в сердцах, и вели к нравственному возрождению.

Русь приняла путь Креста, путь разрыва со всем дурным, со всем тем, что приковывает к земле. А живой пример князя Владимира, в котором все увидели чудо преображения великого грешника в праведника, призвал к жизни целый великий народ. И святой князь Владимир, прославленный этим чудом, стоит у истоков христианской Руси.

И по сей день завещание святого князя своим детям, а значит и нам, ведет по жизни и в Жизнь Вечную. Только приими, только живи им, только поверь, тем более что все уже подтверждено самой прожитой 1000–летней жизнью.

Нам говорит святой креститель Руси: «Мы, люди, грешны и смертны, и если кто сотворит нам зло, то мы хотим его поглотить и скорее пролить кровь его. А Господь наш, владея и жизнью, и смертью, согрешения наши превыше голов наших терпит всю жизнь… Как отец, чадо любя, бьет его и опять привлекает к себе, так же и Господь наш показал нам победу над врагами, как тремя делами добрыми избавляться от них и побеждать их: покаянием, слезами и милостынею.»

Владимир Красное Солнышко — так назвал русский народ своего духовного родоначальника. И в этой оценке все: и признание, и благодарность за дарованное тепло, за радость и саму жизнь.

В X веке от угодника Божия и государственного мужа началась новая Русь, новый народ, новый дух, новый путь, новая культура. И если мы теперь проследим жизнь русского народа от Святого Крещения и доныне, то увидим, что шла Русь путем, который определил ей дух и пример ее крестителя.

Поколение за поколением рождалось на Русской земле и, вставая перед выбором одного из двух царств, избирало Царство Небесное. И жило им, и уходило, оставляя потомству уроки своего жизненного пути в святых своих. Ничто так не может увлекать и одушевлять, как наглядный пример, и ни от кого нельзя так легко и радостно научиться жить по–христиански, как от того, кто сам искренне и радостно работает Христу.

Угодники Божии, молитвенники земли Русской — сколько их? Им несть числа во всей истории Руси, явленные и неявленные, — множество святых мужей, жен, святителей, чудотворцев, князей, монахов… Разные свойства русской религиозности являют они, но роднит их то, что все они напоены одним духом — духом святой веры и церковного благочестия, Духом Христовым.

Историческое течение русской жизни было разным: были колебания, были застои, были и остановки. Река русской народной жизни, рождающая святых, текла в заданном направлении, но иногда быстро и плодотворно, иногда медленно, иногда же так тихо, что трудно было установить — течет она вперед или вспять. И вот теперь, через 1000 лет, можно обозначить основные периоды русской религиозной истории от святого князя Владимира до сего дня.

Их шесть, и седьмой приближается. И как–то само напрашивается сравнение этих семи периодов с семью Святыми Таинствами Церкви.

Первый период — Владимирский — соответствует Тайне Святого Крещения. Он короток, но необычайно знаменателен, вследствие коренного переворота в жизни и сознании народа, вследствие устремления к новой цели. Рождение от воды и Духа. Тогда появляются первые святые — наставники истинной веры и наши ходатаи ко Владыке.

Плоды, достойные святости отца, — два сына святого князя Владимира — первые мученики и блаженные страстотерпцы Борис и Глеб. Послушайте, о други мои, посмотрите, как идет на крест подвигом веры сын великого князя — Борис: «Сердце мое горит, душа мне разум мутит, к кому обратиться и к кому направить горькую эту печаль, к брату ли, что был мне вместо отца. Но думаю, что теперь он предается суете мирской и об убийстве моем помышляет. Если он на убийство мое решится, то мученик буду я перед Богом, так как я не воспротивлюсь, ибо писано: «Господь гордым противится, смиренным же дает благодать …» — так готовится принять смерть проповедник христианского незлобия.

Второй период следует за первым и продолжается до монгольского ига. Он соответствует Святой Тайне Миропомазания. В этот период, когда народ мужает, лечится от остатков язычества, утверждаясь в религии Креста, должно было совершиться перерождение каждой отдельной русской души, и на каждую душу нужно было наложить печать Царства Небесного. А Миропомазание как Таинство означает утверждение в вере печатью дара Духа Святаго. «Проповедует Православие и паче трубы вопиет священная и великая Лавра от преподобного Антония начало приемшая.» Сколько достопамятных деяний примеров дают они, Божии угодники — монахи. Среди них и летописцы, и художники, и безмездные целители — врачи душ и телес.

Третий период соответствует Тайне Святого Покаяния — ибо в рабстве, в слезах и в горе, под властью монголов протекает он. Было необходимо накопившиеся за время свободы грехи сдунуть с души народа суровым ветром рабства. И этот трудный период направлен на достижение главной цели — очищение духа от всего земного и избрание Царства Небесного.

В это время тоже дарует Господь чудных житием и разумом мужей, послушания рачителей, сонм святителей — Петра, Алексия, Иону, Филиппа, собор преподобных и множество других. Недостанет времени, чтобы перечислить всех явленных на Руси святых в этот прискорбный период.

Четвертый период — от свержения монгольского ига и до царя Петра. Освобождение началось Куликовской битвой, где явил величие духа благоверный воин — князь Димитрий Донской. Любовь народная к нему и благодарная память, пронесенная через века, объявили его сегодня святым. Этот блестящий период свободы соответствует Святой Тайне Брака. Душа народная, очищенная страданием, обручается и всецело предается своему Небесному Жениху. На Русской земле нераздельно царствует Христос, и Русская земля украшается бесчисленными святыми. Это время брачного пира — соединения народа с Богом. В эти века более ста пятидесяти новых святых встают перед Престолом Божиим ходатаями за свой народ. И среди них преподобные, епископы, князья, Христа ради юродивые, строители, миссионеры, богоносные отцы — это пир веры.

Пятый период соответствует Святой Тайне Елеосвящения. Исторически он начинается от царя Петра и продолжается до первой мировой войны. Это синодальный период, в течение которого русская интеллигенция разлагается и колеблется, уходит из России на Запад и приносит оттуда вместо былых своих добродетелей чуждые заблуждения. Число забывших Бога и избравших кумиром царство земное лихорадочно растет. Идолы, сокрушенные святым князем Владимиром, оживают в душах колеблющихся. И река русской религиозной жизни замедляет свое течение.

Шестой период — от первой мировой войны и доныне. Этот период соответствует Святой Тайне Причащения. Никогда русский народ — «малое стадо» — так искренне не соединялся с возлюбленным ему Христом, как теперь, когда неверующие попирают святыню, когда князю мира сего попущено до времени опять явить свою силу и власть. И мрачный злой дух напрягается, но народ русский причащается и особенно омывается страданием подвига жизни крестной, еще теснее соединяющей его со Христом.

И даст Господь в седьмой период восполнить сосуды веры христианской и Сам освятит русский народ Своею благодатью, которая даст силы во имя Сына Божия снова и снова свободно избирать людям Царство Божие — Царство Небесное — целью жизни на земле. И будет соответствовать этот период Святой Тайне Рукоположения. И станет русский народ священным народом, утренней звездой между народами.

Но, други мои, когда бы ни жили мы, во все времена бесценно благо спасения души человеческой. И только это является целью жизни человека, и только о спасении бесценной души печется Господь. В самые трудные периоды жизни мы в изумлении видим, как сила Божия в нашей немощи совершается, и преклоняемся мы перед Божиим величием и чудом, явленным в Промысле Божием.

Не будем далеко ходить за примерами. В 1917 году, когда в предсмертной агонии кончался многовековой уклад русской жизни и в муках рождения появлялось неведомое, когда все сокрушалось вокруг, Господь ставит Свою земную Церковь на прочный фундамент Патриаршества. Всмотритесь — ведь это чудо и дело рук Божиих! Церковь земная и Церковь Небесная — это тело Христово, и не могут они не сострадать скорби и не сорадоваться радости того или иного его члена, и не может Церковь Небесная, Торжествующая и ликующая, не принимать участия в другой ее части, живущей еще исповеданием и часто страданием. Потому и появляются в Церкви земной посланцы небесные — новые святые, новые молитвенники и новые чудотворцы, дающие нам свою духовную энергию и силу.

Перечислю святых, прославленных в нашей Церкви в современный нам исторический период с 1917 года.

На Поместном Соборе Русской Православной Церкви 1917—1918 годов были причислены к лику святых святители Софроний Иркутский и Иосиф Астраханский.

В 1977 году по обращению Священного Синода Православной Церкви в Америке канонизирован Русской Православной Церковью просветитель Америки митрополит Московский и Коломенский Иннокентий (Вениаминов).

Любовь и благодарность японцев к своему миссионеру, принесшему в Японию свет Христовой истины, — святителю Русской Православной Церкви Николаю (Касаткину) — в 1970 году причислила его к лику святых.

Из Константинопольской Церкви пришел к нам Иоанн Русский, канонизированный там в 1962 году.

Из Америки в 1970 году вернулся в Россию святым Герман Аляскинский, ушедший на Аляску из Валаамского монастыря в 1794 году.

А ныне, в юбилейный год, даровал Господь России новых ходатаев, исполненных Божией благодати. В разное время они жили и разными дорогами шли по пути Божию в Царство Небесное, но так ярко горели их сердца любовью к Богу, что свет этот не угас во времени, но достиг и нас, и нам светит теперь на нашем пути к Богу. Ибо делом явили они истинность и достоверность силы своих молитв, своих дел в служении Богу, Церкви и людям.

Ныне на Поместном Соборе Русской Православной Церкви, посвященном юбилею 1000–летия Крещения Руси, проходившем в Свято–Троицкой Сергиевой Лавре с 6 по 9 июня, возгласил Святейший Патриарх Московский и всея Руси Пимен: «Изволися Духу Святому и нам причислить к лику святых угодников Божиих для всероссийского церковного почитания следующих подвижников христианского благочестия:

1. Благоверного Великого князя Московского Димитрия Донского (1350—1389), показавшего подвиг праведной и благочестивой жизни… отдававшего «душу свою за други своя» (Ин. 15:13). Он защищал веру Христову, основывал многие монастыри, строил храмы и благотворительствовал бедным.

2. Преподобного Андрея Рублева (1360 — 1–я пол. ХV в.) — постника и аскета, известного иконописца, богослова, совершенно выразившего догмат о Триедином Боге в своей иконе «Святая Троица,” известной и почитаемой всем миром. Преподобный Иосиф Волоцкий писал об Андрее Рублеве, что тот сподобился «…видения и созерцания невещественного Божественного Света…» А по смерти своей монах Андрей являлся своему сподвижнику иконописцу Даниилу облаченным в сияющие ризы.

3. Преподобного Максима Грека (1470—1556) — местночтимого Радонежского святого, чудотворца, монаха–аскета и учителя иноческого жития. Он… как духовный учитель углубил святоотеческую традицию.

4. Митрополита Московского и всея Руси Макария (1482—1563), показавшего подвиг добродетельной и постнической жизни, за которую он сподобился дара прозорливости и чудотворения… Его церковная деятельность отмечена… борьбой с ересями, а также «…собиранием духовных сокровищ Русской Церкви….»

5. Схиархимандрита Паисия Величковского (1722—1794)… Он возродил на Руси школу старчества.

6. Блаженную Ксению Петербургскую (XVIII—нач. ХIХ в.)… Подвиги любви к ближним она пронесла через всю свою многострадальную жизнь, получила любовь Божию в даре прозорливости и чудотворения, и любовь человеческую, которая не угасает уже второе столетие.

7. Епископа Игнатия Брянчанинова (1807—1867) — подвижника благочестия… учителя христианской жизни… и писателя духовного.

8. Иеросхимонаха Амвросия Оптинского (1812—1891) — старца, пастыря и проповедника, делателя любви к Богу через людей.

9. Епископа Феофана Затворника (1815—1894)… Он явил высоту и святость жизни, в плодотворном служении Церкви сохраняя православную чистоту и богопросвещенность.

Молитвами новопрославленных святых да даст Господь Свою милость и благословение всем, с верою и любовью притекающим к их небесному предстательству.

Милостив Господь — это пир веры, чтобы не смущались сердца наши никакими трудностями жизни, чтобы видели мы, что не оставил Господь Церковь Свою и нас, ее детей, чтобы насыщались мы плодами ее, вдохновлялись примерами жизни и высоких подвигов тех, кто уже достиг вожделенного Небесного Царства и ликует со Ангелами. Угодники Божии, святые русские, явленные и неявленные, но ведомые Богу, они с нами, они рядом всегда, они зовут нас: «Учитесь, молитесь, просите» — и примет нас Господь, и примут нас они как собратьев, как друзей в житницу Христову для вечной радости.»

Други мои, поздравляю вас с неземной нынешней радостью, посетившей нас! Не забывайте молиться им — новым святым — и особенно теперь, когда они просияли в силе и величии того, что сотворил с ними Господь.

«Радуйтесь праведные о Господе, правым подобает похвала» (Пс. 32:1).

Други наши, сегодняшнюю литургию предваряла торжественная панихида, за которой мы с вами молили Бога о живших, трудившихся, радовавшихся и страдавших, и отошедших в путь всея земли людях. А после литургии первый раз праздничным молебном возвестим мы о явлении новых наших святых. И в молитве ко всем русским угодникам Божиим, земная жизнь которых завершилась столь чудно, ибо дала им светлые крылья Ангелов, вознесшие их к Божию Престолу, будем просить их молить Бога и о нас. Мы будем петь им величание и пойдем крестным ходом, чтобы все живое сорадовалось нашей радости и нашему нынешнему торжеству. Будем просить у Господа благословения, а у всех русских святых — молитв на вступление во второе тысячелетие, чтобы их молитвами не оскудела на Руси Православная вера во всей чистоте, чтобы не забыли ни мы, ни наши потомки Божиих заповедей и заветов. И еще будем благодарить Господа за ушедшее в вечность тысячелетие.

«Христос воцарися, Христос прославися. Велий еси, Господи, и чудна дела Твоя, и ни едино же слово довольно будет к пению чудес Твоих!» Боже наш, слава Тебе за все и за вся во веки веков! Аминь.

Неделя 13–я по Пятидесятнице, на притчу о злых виноградарях

Краеугольный камень жизни — Бог.

Камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла. (Мф. 21:42).

Краеугольный камень жизни — Бог. Убери Его из фундамента, и рухнет все здание жизни. Это — от Господа. Это — закон жизни. И история народов ветхозаветных, и история народов нового времени, и история нашей Родины свидетельствуют об этом.

Дивный рай насадил Господь — Великий Виноградарь — единым мановением Своим и ввел в него человека хранить и возделывать рай сладости. И Бог был в нем — все и во всем. Но пал человек, и вечная радость и сладость райской жизни в присутствии Божием сменилась трудами и потами земными, где редкие радости смешаны с горем и грех сторожит добро.

Грехом смерть вошла в мир. И отдал Господь — Великий Виноградарь виноградник жизни — землю — человеку. И ог–радил он жизнь от смерти надежной оградой — Законом Божиим и заповедями, чтобы ничто чуждое не похищало человека у Бога. И водрузил Господь в винограднике жизни сторожевую башню — совесть — неподкупного и неусыпаемого хранителя чистоты и правды души.

Завещал Господь человеку обладать, возделывать, растить плоды и радоваться жизни. Но и опять, как когда–то в раю, дал Господь заповедь людям — помнить, что жизнь души, счастье души только в Боге. Господь отдал человеку виноградник жизни, чтобы плоды его, взращенные им, творили спасение души человека. Научил Господь человека, как возделывать землю виноградника, чтобы плодов было в достатке и избытке для жизни, научил, как возделывать и почву души своей, чтобы живой виноградник человеческий жил в мире, любви и довольстве.

Устроил все Господь и отдал в руки человека, и почил от всех трудов Своих, отошел как Творец, предав сотворенное в другие творческие руки, в руки человека. И теперь сам человек взращивает виноградник жизни на земле, сам творит спасение души своей.

Но Господь — Домовладыка не оставил мир. Он, дав ему законы жизни, блюдет и назирает [приглядывает], как живет мир. Господь готов во всякую минуту оказать спасительную помощь человеку–делателю. И Он же приходит получить плоды трудов делателя, когда созрела жизнь.

Но что делает человек? Как когда–то в раю он пожелал быть богом, поспешно последовав нашептыванию врага, так и днесь он стремится строить свою «вавилонскую башню», замышляет насадить свой виноградник, не желая возделывать виноградник Божий.

И примеры живших до него поколений, разбившихся своим богоборчеством о краеугольный камень жизни — о Бога, стираются в сознании и памяти, и все начинается сначала. Стихия зла, отравляя жизнь, развращая почву души человека, ослабляет связь человека с небом, ставит своей задачей изгнать из человека и саму память о Боге как о единственном Источнике жизни, о Господине души. И зло в человеческой душе, взращенное злом мира — сатаной, ширится, растет, и человек, как продавшийся раб греха, ежедневно понукаемый злом, перестает ощущать и испытывать ежедневные промыслительные удары от Бога. Он воображает, что только он один и есть настоящий хозяин своей жизни.

«Душа — моя… жизнь — моя… способности, и силы жизни, и все дарования — мои… Я думаю… я убежден… я хочу… я делаю… все «Я», «Я», «Я». Все от меня и мое». И закружилась человеческая жизнь, и Богу нет в ней места. Но не может измениться в мире природа существующего. Изгоняя из виноградника жизни Жизнь, человек пожинает смерть, запустение и тлен. И слышим мы слова нынешнего Евангелия: «Когда придет хозяин виноградника, что сделает он с этими виноградарями?… злодеев сих предаст злой смерти, и виноградник отдаст другим виноградарям, которые будут отдавать ему плоды во времена свои» (Мф. 21:40—41).

И эти евангельские слова сбылись уже не однажды в истории разных народов. И во всей силе они явились в истории иудейского народа, отвергшего Иисуса Христа как Мессию и Сына Божия. Получив в наследие от Бога обетованную землю, они закружились в веселии жизни, многие промыслительные удары Божией руки вменяли в случайные неудачи, продолжая утвер–ждаться в самости и себялюбивом эгоизме. Посланцы Божии — боговдохновенные пророки, приходящие в рубищах, а не в зла–те, были изгоняемы как отребье мира. Сын Божий, пришедший открыть гибнущему народу объятия Отца Небесного, напомнить о смысле жизни, погибает от их рук. «И, схватив его [Сына Божия], убили и выбросили вон из виноградника» (Мк. 12:8).

И в тот же миг кончилась жизнь, Ибо Бог изгнан. Милость Божия отступила, давая место собственному человеческому злу.

И сразу по вознесении Христа на небо стали проявляться в Израиле необыкновенные явления природы и страшные на–родные бедствия, и смертоносная, все живое пожирающая война положила конец иудейскому царству.

Приведу для наглядности описание происходившего там, данного очевидцем событий историком Иосифом Флавием. «Все несчастия, какие постигли народ от начала мира, были ничто сравнительно с тем, какие обрушились на иудеев. Солдаты бросались в город (а в нем собралось по случаю праздника иудейской пасхи до двух миллионов человек), умерщвляли без различия всех, кого только встречали, и жгли дома с их жителями. Врываясь в дома для грабежа, они находили их полными трупов умерших от голода и болезней. И если они чувствовали некоторую жалость при виде мертвых, зато были совершенно немилосердны к живым. Город до такой степени был переполнен кровию, что во многих местах пламя пожара потухало от нее».

В это страшное время от огня, меча, болезней, голода погибло до полутора миллионов человек, девяносто семь тысяч было отведено в Рим для потехи народа в цирках, где их предавали многообразным смертям, а оставшихся в живых продавали в рабство за баснословно дешевую цену.

И вспомним на этом страшном пепелище смерти слова Сына — Бога, пришедшего спасти погибающее: «Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать детей твоих… и вы не захотели! Се, оставляется вам дом ваш пуст» (Мф. 23:37—38). Ушел Бог, и смерть воцарилась там, где цвела жизнь. Пришел Господин виноградника — Бог — и предал смерти виноградарей и отдал виноградник другим. И назвал Господь новых делателей христианами — новым Израилем и призвал, чтобы они работали в Божием винограднике, принося плоды Господу во время свое.

И вот уже двадцать столетий возделывается новый сад жизни, где все от Бога, все Им, и все к Нему. А камень жизни — Христос Бог, Которого убили прежние делатели, стал во главу угла, и это краеугольный камень в основании данного нам нового виноградника — основатель нашей Православной Церкви, которую никакие силы ада одолеть не смогут.

И Закон Божий — Святое Евангелие — новая ограда. И новое точило виноградника — благодатные Таинства Христовой Церкви возрождают, освящают и укрепляют силы делателей. И столп и утверждение истины в центре виноградника — Святая Православная Церковь, храм Божий, где ежедневно приносится бескровная жертва за грехи людей, и Святые Христовы Тайны ходатайствуют Вечную Жизнь делателям виноградника Христова. И по–прежнему совесть человеческая — сторожевая башня всяческой чистоты.

Но почему мы, новый Израиль, опять теперь ощущаем на себе дыхание гнева Божия? Стихийные бедствия сменяют од–но другое: то солнце яростно пожигает виноградник жизни, то проливные дожди обещают голод, то опустошительные пожары и землетрясения несут смерть живущим. И неслыханные доселе болезни поражают само начало жизни — младенцев. А лохматое, страшное зло разгуливает свободно, вламываясь в жизнь, и руками человека–делателя сеет разрушение и смерть. И человек становится изощреннее беса во зле.

Да, все те бедствия и скорби, которые переносит ныне наша Родина, некогда Православная Русь, — это ведь явные при–знаки, что в нашем винограднике, в нашей жизни явились злые делатели, которые глумятся над верой, богохульствуют, попира–ют святыню, отвергают духовную власть пастырей; которые сами себе голова и угождают во всем своим капризам, без всякого уважения относясь к начальствующим. Нарушают Таинство Брака, законность власти. Не будучи призваны к учительству, они проповедуют свое измышленное лжеучение вопреки учению Церкви. И обещанное Господом зло грядет на злых делателей.

Оглянемся же на себя, заглянем в виноградник своей души, ведь каждому из нас вручен Господом свой сад, свой виноградник, плоды которого получают тоже должное воздаяние. Есть ли в нашем винограднике Бог, есть ли в нем делание по Богу? Будет ли нам что принести Господу, сказав Ему: «Вот Твоя от Твоих, Господи!» Не трудится ли и наша душа уже в одной упряжке со злыми делателями? И вдруг ничего Божьего не найдется в нас? Вдруг окажется, что при внешнем подобии православной жизни внутреннее в нас в лучшем случае — наша самость, а то и просто откровенно вражье.

И, дорогие мои, со всей ответственностью священника я говорю вам — именно об этом свидетельствуют сейчас бедствия жизни нашей.

Даже большинство тех, кто находится в ограде Церкви, холодным расчетливым умом исповедуя Бога, не приникли к Нему любовью сердца своего, оставляя сердце в плену страстей и прихотей своих, отдавая его не небу, но земле всецело. И, оставаясь внешне верующими, мы жизнью своей сподобимся повапленным [окрашенным] гробам, которые рассыпаются в прах при первом касании к ним малейшего искушения и испытания.

Но вернемся к сегодняшней притче относительно нашей души, нашего виноградника, данного каждому из нас Богом. Ведь многие из здесь присутствующих будут возражать, не признавая своей ответственности за Божий виноградник Православной Руси. Но стоит ли возражать? Если всмотреться в себя, в свою душу, то ясно увидим, что и наша немалая лепта есть в делах злых делателей, и мы далеко ушли от Бога. Притча показывает нам те этапы духовного пути подавления в себе света Божьего, которые оканчиваются полным сознательным отрывом от Бога и смертью души.

Притча рассказывает, как хозяин виноградника, хозяин душ наших — Бог, посылает слуг Своих за плодами души. Он посылает Ангелов Своих, Ангелов Хранителей наших, голос которых постоянно звучит в душе нашей. Они возбуждают голос совести нашей, и мы часто слышим в ответ на свои поступки и мысли: «Не так живешь, исправься…» Это глас Ангела Божия — слуги промыслительного попечения о нас Самого Бога — звучит в наиболее благоприятные моменты жизни человека, когда душа легче всего откликается на Божественное промыслительное напоминание.

Но мы сначала просто отмахиваемся от этих неприятных нам напоминаний. Нам некогда заняться этим делом — поду–мать о добром, осмыслить наши поступки и слова в свете Божественной истины, у нас свое дело, более для нас важное в на–стоящее время. И добро, и сама мысль о добре становятся для нас чужды. Истина прогоняется из души ни с чем. А голос совести постепенно слабеет. Это первый этап истребления Бога в душе. И с него начинается болезнь души.

Учащающееся отмахивание души от зова Божиего переходит в ожесточение души.

Упреки совести начинают раздражать нас.

И в этом состоянии человек, раздражаясь на все святое, на все Божие, переходит в нападение на Него.

По слову притчи, человек, с ожесточением набрасываясь на то, что было святым, что возглавляло его жизнь, «камнями» — грубыми, тяжелыми ударами, исходящими из животной природы человека, разбивает то нежное и великое, что жило в глуби–не души и освещало жизнь. Упиваясь сладостью порока, он перестает видеть бездну, разверзающуюся под его ногами.

Человек с цинизмом топчет святыню, бесчестит ее, как будто сила зла, уже возросшая в человеке, боится святыни.

И после этого душа опускается на следующую ступень самоистребления. Святое совсем не допускается в душу. Зов со–вести прекратился. Погас свет, в человеке воцарилось и хозяйничает животное, звериное, плотское. Это время полного духовно–го закостенения. И в притче звучит: «…опять иного послал: и того убили…» (Мк. 12:5).

И вот в душе, освободившейся от сторожевой башни — совести, развертывается бесшабашный, неудержимый разгул зла. Зло воцарилось в человеке и должно удовлетворять себя. А человек становится жалким послушным рабом его.

В угаре этого кружения человек уже не замечает тьмы вокруг себя, разложения и смрада, он стремительно летит к про–пасти, к гибели конечной.

И звучит притча: «…и многих других то били, то убивали» (Мк. 12:5). Так наступает последний этап — гибель. Но гибели непременно предшествует последнее и сильнейшее воздействие на душу человеческую Промысла Божия. Последний раз открывает Господь душе Свои объятия, открывает, что ради нее, ради человеческой души, дал Господь земле все лучшее, даже единственного Сына Своего не пожалел, и что любовь Бога Сына к падшему человеку способна покрыть все преступления человека.

А на этот последний призыв Божией любви к человеку душа, утопающая в грехе, совершает последний акт своего падения: она убивает в себе Бога.

Последним натиском разнузданного ума и грязного сердца объявляется, что Бога нет, что жизнь человека Ему не подотчетна, и Бог выкидывается из мысли и сознания. «И схвативши его [Сына Божия], убили и выбросили вон из виноградника» (Мк. 12:8).

Теперь зло воцарилось в душе безраздельно и властно. А со злом воцаряются тьма, разложение, гибель, смерть…

Нет Бога — и жизни в винограднике нет. Снято ограждение — Закон Божий, повалена сторожевая башня — совесть, за–пустело, замусорилось и загнило точило — добрые дела, рождаемые Божией благодатью. И в бывшем саду души царит смерть. Зло подточило питательные корни, страсти засушили зелень, повеяло дыханием гнили — плода не жди!

Виноградник души вытоптан пороком и засох. А с гибелью души блекнут в человеке и естественные способности, блекнет разрушенный ум. Жалкая, бессильная, одряхлевшая воля пресмыкается по земле. Смерть естественная только довершит дело. Страшна картина гибели души, смерти всего живого.

Но именно поэтому и оставил нам Господь притчу сию, чтобы могли мы избежать смерти, чтобы не запустел, не погиб виноградник наших душ. Ведь именно с гибели души человека начинается гибель целого народа, начинается гибель мира.

И по тому, что мы переживаем сейчас, явствует, что и наши души больны, что все меньше в мире живых Божиих душ, а значит, все ближе к нам час, когда Господь «придет и предаст смерти [злых] виноградарей…» (Мк. 12:9).

А закончил Спаситель притчу словами ветхозаветного Писания. Они обращены и к нам. Запомним их крепко. Они — общий вывод притчи: «Неужели вы не читали сего в Писании: камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла». (Мк. 12:10).

Так не забудем, дорогие мои, что краеугольный камень жизни — Бог. Поспешим же делать дела Божии, пока есть еще время, пока еще время собирания плодов.

Отдадим Богу спелые гроздья добрых дел наших для Бога, ради Бога и во славу Божию творимых. Будем жить в Боге и с Богом, связывая на каждый час свое своеволие и самость, страшась участи отвергнутых Богом, да не отымется и от нас Царствие Божие.

«Призри с небесе Боже, и виждь, и посети виноград сей, и утверди и, его же насади десница Твоя». Аминь.

Неделя 14–я по Пятидесятнице, притча о званных на вечерю

Просвети одеяние души моея, Господи, и спаси мя.

Глас Церкви принес нам ныне одну из притч Господа. Как часто Господь Спаситель на Своем земном пути именно в притчах обращался к людям, желая образнее и доступнее пониманию открыть перед ними пути, ведущие в Царство Божественное.

Притч много, но цель их всегда одна — растолкать наши холодные сердца, подвигнуть на ревность по Богу.

В предыдущее воскресенье мы слышали притчу о злых виноградарях. А сегодня — притчей же зовет нас всех Господь на брачный пир веры в Царство Христово через Церковь спасительную.

И между этими двумя притчами существует глубокая внутренняя смысловая связь.

В притче о виноградарях Христос напомнил нам, что людям вручен виноградник — земля нашего обитания, чтобы трудились все живущие, возделывая свой виноградник, принося плоды трудов своих Богу и людям. Каждый может стать злым виноградарем, богатея в жизни не в Бога, а в себя и отвергая заповеди Божии. И каждый может стать рачительным хозяином своего виноградника, исполнением заповедей обретая Божие благословение и Божию любовь. От дел своих пред Богом мы или оправдаемся, или осудимся.

Смысл сегодняшней притчи о званных на вечерю перекликается со смыслом притчи о злых виноградарях.

Отеческой заботой Бога о людях проникнуто содержание нынешней притчи.

Царство Небесное подобно человеку–царю, устроившему брачный пир для своего сына. Отец Небесный посылает в мир Сына Своего Единородного с проповедью Святого Евангелия. И звучит в Евангелии приглашение всем людям на пир веры, на трапезу любви Божией в чертогах Царства Небесного. Званные не отказались от приглашения (иначе и пир не был бы устроен), но, когда пришло время явиться на пир, засуетились они и у них нашлись более «важные», на их взгляд, дела: полевые работы, торговые занятия, семейные обстоятельства. И просили извинить их за неявку и «иметь их отреченными».

А пир готов, и медлить нельзя. И телец упитанный заклан, и одежды брачные ждут гостей. И на повторное приглашение последовал повторный отказ, теперь уже более грубый. Званные оскорбили и избили посланных к ним.

И что же это за люди, так пренебрегшие любовью Божией? Не те ли это, в ком мирские дела и интересы временной жизни заглушили сами понятия добра и зла, временного и вечного, земного и небесного?

И тогда Господь отвергся их. Он отвергает тех, кто совсем не пожелал услышать голос Божий в Святом Евангелии, кто забыл о своей ответственности пред Богом и о назначении своем в жизни. Но брачный чертог украшен и должен быть заполнен. И вот Царь–Господь посылает слуг Своих — апостолов и учителей веры и Церкви на распутья» созывать же не почетных гостей, но всех и каждого, кто встретится им на пути, чтобы спасти и облагодетельствовать хотя некоторых. И собрались люди.

Святой евангелист Матфей говорит: «И рабы те… собрали всех, кого только нашли, и злых и добрых; и брачный пир наполнился возлежащими» (Мф. 22:10). Не смотрит Царь на убожество собравшихся, и всем равно выдаются одежды пира брачного, и всем равно служат царские слуги. И собранные вошли в брачные чертоги без всякого права, без всякой заслуги… по одному зову Божией любви и милосердия. Эта любовь все покрыла, все сравняла — нищих с богатыми и избранными.

Как при слышании всего изложенного не воскликнуть: «О величие Божией любви! О беспредельность Божиего милосердия!»

Но вспомним еще одно событие из притчи. Царь, вышедши посмотреть возлежащих, увидел там человека, одетого не в брачную одежду. И говорит ему: «Друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде?» Что же это за одежда?

Одежды эти — это и страх Божий, это и внутренняя чистота и кротость, это праведная благочестивая жизнь, это правда, мир и радость о Духе Святом.

Вот и мы с вами, други наши, услышали зов Божий, голос Церкви Христовой, и мы пришли к Богу через купель Святого Крещения, и мы облеклись во Христа. Мы вошли на брачный пир. Мы возлежим на нем. А дальше каждому из нас на своем жизненном пути надлежит одеться в духовные одежды сообразно нашему земному призванию и поприщу.

Одни на всю жизнь взяли на себя только обеты при Крещении, другие прибавили к ним обеты супружеские…

А мы, здешние насельники, и все обещавшиеся работать в жизни только Богу, обложили себя монашескими обетами.

А тех, кого Бог удостоил и удостаивает священного сана, приняли и принимают обеты священнические: и диаконские, и пресвитерские, и архипастырские. Нам нельзя забывать об этом, но надо ежедневно и ежечасно проверять себя — те ли мы, кем быть должны? Те ли мы, какими обещались Богу быть? И не услышим ли мы грозное — «возьмите его и ввергните во тьму кромешную».

Именно эти слова сказаны Царем–Господом тому, кто оказался на вечере любви без брачной одежды — без добродетелей.

Он, как и все введенные в чертог, как и мы с вами, получил блистательные крещальные ризы — ризы брачные, но не облекся в их свет и чистоту, оставшись в прежнем своем облачении греха и порока, не утрудив себя подвигом жизни в Боге. И в тот последний час на обращение к нему Господа: «Друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде?» — припасть бы ему в покаянии к стопам Господа Отца Небесного и воскликнуть: «Просвети одеяние души моея, Господи, и спаси мя». Он же молчал…

Смотрите, дорогие мои, грешника Бог называет другом! И этим опять зовет его к сыновству. Грешник, не упорствуй, не косней (т.е. не медли) во грехе, откликнись хоть в последний миг покаянием и сожалением о бесплодно прожитой жизни, и прощение готово тебе.

Но нет отклика и на этот последний призыв… И только после этого изрекается суд, и душа лишается Царства Божия. «Бросьте его во тьму кромешную, там будет плач и скрежет зубов», — говорит Царь слугам. И изгоняется душа в невыносимую муку обитания в мертвящей тьме. Туда, где нет Бога.

Так, други наши, чада Божии, устрашимся примера! Позаботимся, чтобы наш отклик на зов Божий не был ни поверхностным, ни случайным.

Вот уже 1000 лет Господь зовет Русь в жизнь вечную Своим спасительным словом — Евангелием, Своими великими делами, показав дни благоденствия духовного жизни в Боге Родины нашей.

А кто мы? Каждый сам себе ответь на этот вопрос. Что мы — званные, это ясно, но верующие ли? Так приятно и читать, и слышать убедительные слова: «Ибо вы тверды в вере, это составляет нашу радость апостольскую, которая перекликается с радостью вашею».

Как сказать вверенным нам пасомым эти слова? Мы не дерзаем, не осмеливаемся — оснований к этому нет… Ведь можно числиться среди верующих, под общим их именем, но без веры. Можно ходить в церковь, но оставаться вне ее, и тогда двери Царства Небесного будут закрыты перед нами. «Не вем вас», — скажет Господь. Иные совсем не думают о вере, словно и нет ее, и они в среде отказавшихся. Иные кое–что ведают о вере, но кружатся в бестолковом кружении, иногда вздыхая и ахая, но не хотят вырваться из оков неправды и опереться на Бога, и они еще в одежде порока.

А святитель Феофан Затворник говорит нам так: «Если ты веруешь, разбери, сообразны ли с верою чувства твои, дела твои, одеяние души — ради которых Бог видит тебя брачно или небрачно одетым.

Можно знать веру хорошо и ревновать по ней — а в жизни работать страстям, одеваться в срамную одежду души грехолюбия… На языке: «Господи, Господи!» — а внутри: «Имей мя отреченна».

После этого сам собою встает вопрос пред каждым из нас и пред всеми нами вместе: так кто же мы?

Кто же мы?

Други наши! Будем возделывать души свои, будем почаще отвечать себе на вопросы:

«Есть ли у нас живая вера во Христа?»

«Творим ли мы дела для Бога, ради Бога и во славу Божию? Или работаем страстям и самости своей?»

«Исправляем ли, очищаем ли жизнь свою Христом?»

«Есть ли в нас ревность и решимость быть со Христом во веки?»

Эти благочестивые размышления должны почаще касаться струн нашей души и нашего сердца, чтобы все евангельские притчи, а их много, чтобы именно они могли растрогать нас, чтобы они заставили нас глубоко призадуматься над истинным смыслом жизни, особенно в наше смутное время и в наши чрезвычайно тревожные дни.

Можно много говорить, и красноречиво, и пространно. Можно давать всякие объяснения, имеющие, быть может, некоторые основания, но все же мы с вами живем в дни апокалипсические!

И когда мы с вами почаще будем себе напоминать об этом, тогда это будет ближе нашей душе, нашему сердцу. И тогда мы сможем проверить, в брачной ли мы одежде или в срамном одеянии грехолюбия.

Поспешим же на зов Божией любви. Потрудимся, чтобы быть не только званными, к числу которых мы принадлежим, но и избранными.

Ради чего мы живем на земле? Ради того, чтобы наследовать нескончаемую вечную жизнь. Аминь.

Неделя 16–я по Пятидесятнице

О том, что… мы слышали, что видели своими очами, что рассматривали, и что осязали руки наши, о Слове жизни, — ибо жизнь явилась, и мы видели и свидетельствуем, и возвещаем вам сию вечную жизнь… (1 Ин. 1:1–2).

Соцветие трех праздников вобрал в себя сегодняшний день. Но все три — последовательное продолжение, раскрытие и свидетельство об одном, о главном: о слове жизни, о явлении Спасителя Христа и воскрешении мира в Нем.

Каждый воскресный день евангельское чтение являет нам тайны Царствия Небесного и учит пути шествия к нему, а жизнь тех людей, чью память вспоминает и хранит Святая Церковь, непременно подтверждает истинность учения Евангелия, воплощенного в жизнь этими людьми.

Вот и сегодня воскресный день, Неделя 16–я по Пятидесятнице, память преставления апостола и евангелиста Иоанна Богослова — самовидца Христа, жившего в I веке христианства, и память святителя Тихона, Всероссийского Патриарха, преемственно следовавшего путем апостольского служения в XX веке. А сегодняшнее евангельское чтение — это исток этих жизней.

Перед нашим взором — Генисаретское озеро, олицетворяющее житейское море. Раннее утро, мир еще только на пороге новой жизни. Мир еще не знает, что для него это не простое утро, но утро пробуждения к жизни в Боге, в Новом Завете. Народ теснится вокруг Человека, возвысившего Свой глас над толпой с необыкновенной силой и властью. Это Христос. Он один. Он пока один в этом мире, но слово Божие, которое острее меча обоюдоострого, уже рассекает сознание и чувства слушающих, готовя Ему последователей — учеников.

Среди слушающих есть и те, кто уже после этой проповеди оставит все житейские попечения и пойдет за Словом Божиим, за Христом. Здесь и юноша Иоанн, которого мир в свое время назовет Богословом, апостолом любви и тайником Христовым. А в это утро Иоанн вместе с братом своим Иаковом и с Симоном, будущим апостолом Петром, еще рыбаки, утружденные бессонной ночью и неудачным ловом, вымывая пустые сети, внимали слову Христа.

Евангелие умолчало, о чем говорил Спаситель, но о священном смысле беседы можно догадываться по ее окончанию. «Когда же перестал [Христос] учить, сказал Симону: отплыви на глубину и закинь сети свои для лова» (Лк. 5:4). И благословением Христа сети наполнились рыбой, а слово и дело Господне уловило в это раннее утро сердца тех, кто станет в будущем апостолами и ловцами человеков. И чудесный улов рыб, предшествуя словам Христа, открывает глубинный смысл всего происходящего на озере. «…не бойся [всяк позванный Христом к апостольскому служению]; отныне [ты] будешь ловить человеков» (Лк. 5:10).

И сколько людей в мире с тех пор, предваряя свое преображение во апостола, в человеческом страхе и трепете припадая к коленям Христа, отвечало на зов Спасителя словами Симона–Петра: «…выйди от меня, Господи! потому что я человек грешный» (Лк. 5:8). И сколько их, оставивших все, последовало за Христом?!

Много, очень много званных прошло за два тысячелетия путем апостольского служения, неся миру слово жизни — учение об искуплении. И если первые двенадцать еще не знали, куда позвал их Христос, то последующим путь апостольского служения был начертан уже во всей полноте примером жизни самовидцев Христа и их облагодатствованным словом. И путь этот — в несении креста вослед Христу.

Первые учились всему, созревая в тепле Божественной любви Спасителя и во свете Его Божественных дел. И они говорили миру: «Мы видели и свидетельствуем». Последующие же, укрепляясь примером своих предшественников и словами Спасителя: «блаженны невидевшие, но веровавшие», — возглашали: «Мы веруем и исповедуем». Но и первые, и последующие, и последние достигали и достигают поныне полноты ведения Таин Божьих сошествием Святого Духа, Утешителя, всегда немощная врачующего и оскудевающее восполняющего и озаряющего мрак человеческого сознания Божественным светом, и дающего силу для столь великого служения.

И путь апостольства и святительства воистину и славен и страшен во все времена. Он славен ради его великой цели: возвратить Богу венец творения — человека, а человеку вернуть утраченный грехопадением рай. Страшен же, так как все зло мира во всех его проявлениях и сам ад восстают на Божиих служителей — домостроителей Таин Божиих.

Сегодня же два святых Божия угодника, призванные Христом к сему служению каждый в свое время и безукоризненно прошедшие этим страшным и славным путем до святости, вместе стоят у Престола Божия, ходатайствуя о всех тех, чьих сердец коснулся труд их апостольского слова, пример их жизни и тепло их молитв.

Святой апостол–евангелист Иоанн Богослов и святитель и исповедник Патриарх Российский Тихон, I и XX века. Они не случайно ныне стоят рядом в равной славе, ибо оба пронесли сквозь зло враждебного Богу мира слово истины, слово любви, слово спасения — слово жизни.

Иоанн трудился на заре христианства во мраке и тьме еще не пробужденного к свету истины мира, Тихон — среди ужасов насилия, сокрушений последнего времени, мира, отступающего от Бога в бездну погибели. А это значит, что оба они шли путем жертвенной любви, ценой своей жизни и смерти свидетельствуя о Боге. Один — открывая миру тайну Спасения, другой — утверждая ее, как подвиг жизни во Христе, в лукавые дни отступления, обличая тайну беззакония, восстающую на Спасение. И общность их подвига любви и всецелой преданности Богу соделала их чадами Божьими и светильниками миру. И эта общность в утешение нам свидетельствует, что Бог и вчера, и днесь, и во веки Тот же, и всякий, творящий правду во всякое время, любезен Ему.

Святой апостол Иоанн Богослов, от Самого Христа осиянный светом Божественной истины и на груди Его переродившийся в Духе Божественной благодати из юноши–рыбака в апостола любви, оставил миру учение Христово во всей возможной полноте. Любовью своей Иоанн пребыл со Христом неотступно от первых дней Его служения до последнего вздоха со Креста: «Совершишася», — когда потряслись основания вселенной в величии таинства Искупления мира.

Непорочная чистота сердца Иоаннова соделала его достойным таинственных откровений Господних, и он проповедал их миру своим Святым Евангелием, тремя посланиями и Откровением о грядущих судьбах мира и Церкви Христовой к концу времен. Святой апостол любви, подобно великому Моисею, видевшему рождение земли и человечества на ней, зрел последние дни мира и победу Победившего мир. И Иоанн засвидетельствовал слова Божии, «ибо слова сии истинны и верны» (Откр. 21:5). «Совершилось! Я есмь Альфа и Омега, начало и конец; жаждущему дам даром от источника воды живой: Побеждающий наследует все, и буду ему Богом, и он будет Мне сыном». (Откр. 21:6—7).

И вот проповедь слова Божия и дела их жизни поставляют их ныне рядом — двух сынов Божиих, победивших мир. Для них победа уже наступила. И цена их победы — стояние в истине до смерти. Оба они — и Иоанн, и Тихон — на всем пути своего служения испытывались страшными душевными и физическими муками, но, подобно Иову Многострадальному, не пороптали на Бога, благословляя Промысел Божий, в благодушии и спокойствии несли свой жизненный крест. А он состоял: у Иоанна — из мук рождающегося для христианства мира, у Тихона — из страданий Российского народа и Святой Православной Церкви, насильственно и злодейски отторгаемых от своего спасительного пути. Сам святитель Тихон свидетельствовал о себе: «Я готов на всякое страдание, даже на смерть во имя веры Христовой». Смерть в различных ее проявлениях сторожила и апостола, и святителя. Иоанн четырнадцать дней провел в морской пучине, при гонении от императора Дометиана претерпел страшные мучения, биения, погружение в кипящий котел. Тихон же, вступая на первосвятительский престол, произнес пророческие слова: «Отныне возлагается на меня попечение о всех церквах Российских и предстоит умирание за них по вся дни. Но да будет воля Божия!»

И умирание началось, и наглая насильственная смерть от ножа или пули уже не так страшила подвижника, как многочисленные адские сети, сплетаемые богоборцами для души его, чтобы поколебать его в стоянии в Боге, в чистоте Православия, ибо борьба с верой и с Богом обратилась для них в борьбу с Тихоном. Но и здесь ничто не поколебало смирения, кротости и тихости Патриарха.

«Уповаю, что Господь, призвавший меня, Сам и поможет мне Своею всесильною благодатью нести бремя, возложенное на меня». И смирение, и любовь к Богу, как верные кормчии, провели Патриарха–мученика и исповедника по жизни в блаженный покой вечности и славы неземной.

Святой Иоанн Богослов знал Бога, был Его сотаинником. Он видел Его Воскресение и зрел в Его Воскресении свое.

Святейший Патриарх Тихон верил в Бога, верил беспредельно и только в вере черпал силы жить в огне страданий долгих семь лет. И Царство Божие, пришедшее в силе, было ему наградой и утешением.

И, други наши, будем внимательно вслушиваться и всматриваться в то, что проповедуют нам святые апостол Иоанн Богослов и Патриарх Всероссийский Тихон своим словом и жизнью, ибо они открывают нам тайну жизни.

«Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1 Ин. 4:16). Только любовью венчается путь духовного совершенствования, ведущий к обожению. «В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение»(1 Ин. 4:18).

«Дети Божии!» «Возлюбленные!»

«Станем любить не словом или языком, но делом и истиною», — нежными, исполненными любовью словами обращается к нам апостол любви (1 Ин. 3:18).

«Чадца мои! — вторит апостолу кроткий Тихон, — умоляем вас, умоляем всех наших православных чад, не отходить от единственно спасительной настроенности христианина, не сходить с пути крестного, ниспосланного нам Богом…»

Други наши, будем же внимательны к тому, что проповедуют нам святые. Ведь и мы видим, что нравственные и физические муки для грешного мира неотвратимы, и они не умалятся со временем, но возрастут и будут возрастать, ибо за «умножение беззакония иссякнет в мире любовь» (ср.:Мф. 24:12).

Каждый человек должен пройти горнилом искушений и мук. И уже теперь очевидно, что куда бы ни повернулся человек, везде ему предлежат боль и страдание. И одно остается нам в этой жизни — взять крест свой и нести его до конца, до самой смерти, нести крест, последуя Христу. И в этом крестоношении по воле Божией обрящем райское блаженство — быть чадом Божиим.

А апостольские мрежи, раскинутые в житейском море самовидцами Христа по слову Его, и по сей день делают свое великое дело. Уловили они и нас с вами, дорогие мои. И сети эти все те же. Пройдя двадцать столетий, они достигли и до нас, влекомые уже другими руками, но столь же верными и чистыми. И мрежи эти — Церковь Христова Святая Православная. И во главе ее от первого века до конца дней мира — Христос, исполняющий ее славой, спасением и непобедимою силою Своею. И слово жизни по–прежнему звучит в ней. И стоит она в мире, окруженная апостолами, пророками, вселенскими учителями и святителями — сонмом этих славных свидетелей ее истинности и правды, ее чудотворной живительной силы и спасительности.

Будем же, други наши, твердо держаться своей Святой Церкви и своей Православной веры, призывая на помощь немощи нашей тех, кто своею жизнью победил тьму мира сего и диавола. И станем их помощью сильны верой и страшны врагам истины. И молитвами апостола любви Иоанна Богослова и святителя Тихона, Патриарха Московского и всея Руси, да сохранит нас Господь от междоусобныя брани, да укрепит Святую Церковь нашу Православную, да не оскудеет она истинными архипастырями и пастырями, добрыми делателями, право правящими слово евангельской истины. Аминь.

Неделя 20–я по Пятидесятнице

В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть (Ин. 1:1—3).

Други наши, каждый день совершается во всем мире в Церкви Божией Божественная служба и звучит слово Божие. Звучит то самое всемогущее творческое слово Божие, которым однажды сотворил Господь мир и которому Он даровал силу на все века — хранить и воссоздавать жизнь на земле. И дал Господь человеку несомненное уверение истинности слова Своего неопровержимыми Божественными пророчествами о всем, имеющем случиться в мире.

«Я возвещаю от начала, что будет в конце, и от древних времен то, что еще не сделалось, говорю…» (Ис. 46:10). Внимайте, веруйте, живите по слову Моему — говорит Господь. «Небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут» (Мф. 24:35). Пророчества совершаются над миром и над народами. Погиб в потопе водном первый мир, утонув ранее в нечестии своем, изгнав из жизни своей Бога. Копит и собирает горящие угли зла второй мир, уже заготовив впрок такое количество огня, что, самовоспламенившись, этот огонь способен пожрать вселенную и все зло в ней. И предчувствие, что мы — современники последних времен, носится в воздухе.

А отступление от Бога все растет в наши дни, и с этим близится к завершению предсказанное Господом Иисусом Христом, но кто слышит, кто видит и разумеет происходящее? Таких все меньше. Опять исполняются пророчества: «слухом услышите — и не уразумеете, и очами смотреть будете — и не увидите» (Ис. 6:9).

Но Господь долготерпит и ждет и продолжает сеять семена жизни. Одно поколение сменяет другое, и к каждому из них ежедневно выходит Великий Сеятель слова — Бог, чтобы сеять семена Своего Божественного учения, коим только и может жить мир.

Как же трудится Творец жизни на ниве Своей, как силится насадить, взрастить, спасти и сохранить жизнь! Он учит, наставляет, обличает. Стучит и стучит в души человеческие. Сеет везде и всюду по всей вселенной, по дорогам и распутьям, по городам и селениям, днем и ночью, без устали, без отдыха, чтобы спасти еще, возможно, некоторых.

Мир же безответен пред Богом. И не Бог будет судить мир, но мир сам осудит себя, будучи поставлен пред своей вопиющей неправдой. И не будет на земле человека, которому бы на тропе его жизни не встретился Господь со Своим словом правды, словом любви, словом великого долготерпения.

И не будет на земле человека, чьего бы сердца не касалось веяние зова Божиего. Этот зов ведь слышится не только в голосе Церкви, но и в голосе совести человека, и в обстоятельствах его жизни. Слышал человек, но не ответил, не захотел ответить.

Но отчего же семена Божественного учения, самовластно сильные и предобрые, видимо не произрастают в жизни? Все меньше слышащих, все меньше исполняющих. И мир скользит по зыбкому распутию к конечной своей погибели.

Отчего гибнет столь доброе семя и труд столь усердного и Великого Делателя? Не от Сеятеля, сеющего жизнь, происходит смерть, и не от семени, дарованного могущественной Божественной рукой, вырастают волчцы и терния, готовые на сожжение. «Милости Господней полна земля», — в этом мы усомниться не можем — так дивно и премудро сотворен мир (Пс. 32:5). Но что же тогда?

Остается посмотреть на землю, приемлющую семя, остается посмотреть на себя. Зов Божий, несомненно, был в жизни каждого из нас. Кому–то встретился предтеча Божий — человек горячей живой веры, чья–то душа встрепенулась благодатью церковной службы. Не счесть всех возможных случаев прикосновения к душе Духа Божия.

И зов был. Найдите этот сладкий миг в своей жизни, найдите непременно — это важно очень. Это живой религиозный опыт каждого из нас.

Но дальше посмотрим, как же мы откликнулись на этот зов? Как мы отдались Божественному призыву? Ведь даже Господь всей Своей силой и всей Своей любовью не может спасти нас без нашего участия. Великий дар свободы — избрать благое или злое — делает нас со–творцами своему Творцу — Богу или соучастниками губителя своего — врага рода человеческого.

И вот в нынешнем евангельском чтении Сам Господь толкует нам притчу, и непосредственно из Его уст уясняются причины, почему же чтение, слышание и даже знание слова Божия не приносят спасительных плодов. Слово жизни сеет Господь в живое человеческое сердце. Но оно–то, наше сердце, оставленное без внимания, как часто становится бессильным к принятию семени.

«…вышел сеятель сеять [семя свое] и, когда [Он] сеял… иное упало при дороге… иное упало на каменистое место… иное упало в терние… и иное упало на добрую землю и дало плод…» (Мк. 4:3—8).

Вот оно наше сердце: сейчас оно — камень, но завтра усилием воли и трудом нашим оно может стать плодородной землей; сейчас оно — придорожье и распутье жизни, и какой только мусор не нашел в нем себе место, и какое зло не прижилось в нем, а завтра то же самое сердце наше, омытое покаянием и заботливым вниманием к нему, станет возделанной и тучной пахотой и пристанищем всякому добру; сейчас оно — сердце, поросшее тернием греха, а завтра оно же, прополотое и ухоженное, станет почвой, готовой к принятию доброго семени.

Это четыре состояния души человеческой, и только при одном из них семя Божие даст плод в Жизнь Вечную.

Рассмотрим внимательнее эти состояния нашей души и уразумеем: та ли мы почва, что может принять семя, возрастить и дать плод? Ведь мы уже поняли, что различие в принятии слова Божия зависит не от природы человеческой, но от нашей с вами свободной воли.

Душа человеческая подобна дороге. По ней проходят и ее топчут тысячи людей, сквозь нее непрестанным потоком идут и сменяют друг друга жизненные влияния и впечатления.

Разбойник–телевизор впился в душу и держит ее своей мертвой хваткой до полного ее опустошения. И нет душе отдыха, нет ей покоя.

В этой сумятице в ряду общих впечатлений вдруг проскользнет, промелькнет и слово о Боге, и Божие слово. Но ничто не задерживается в такой душе надолго. Жажда новизны быстро стирает прошлое, и опять пуста душа. А ветры злотворных учений подымают в ней вихрь злых помыслов, и возбужденные страсти спешат исполнить их.

Вот и распутье в душе человека. Господь посеял семя жизни, но тяжелые ступни торжествующего зла потоптали семя. А то хищными птицами налетят во время чтения или слышания слова Божия рассеянность наша и думы житейские. И опять труд Великого Сеятеля оказался напрасным. Семя похищено, не коснувшись души человеческой. Она осталась пуста, холодно ей в мире и неуютно.

А слово Божие кратко: «Посеянное при дороге означает тех, в которых сеется слово, но к которым, когда услышат, тотчас приходит сатана и похищает слово, посеянное в сердцах их» (Мк. 4:15). И будем ли мы винить теперь Сеятеля? Разве не в нашей власти было сохранить семя? А если диавол и — хищник, то не от нас ли с вами зависит не дать ему расхитить наше? Трезвитесь, бодрствуйте. «Противостаньте диаволу, и убежит от вас» (Иак. 4:7).

Но вот и другая скорбь уже ощутима нами — жалуемся мы, что окамененное нечувствие возобладало душой. Мы страдаем, чувствуя безнадежность этого состояния. И Господь подтверждает наши худшие опасения.

«…посеянное на каменистом месте означает тех, которые… не имеют в себе корня и непостоянны… когда настанет скорбь или гонение за слово, тотчас соблазняются» (Мк. 4:16—17). «…временем веруют, а во время искушения отпадают…» (Лк. 8:13).

Да, в нас горело сердце к Богу. Мы помним радость и окрыленность души, когда пронзило ее великое открытие: есть, есть Бог! И как преобразился в то мгновение мир, как ликовало сердце, первый раз впитывая Божественное евангельское слово. Но вдруг опять поблек мир, и то, что недавно радовало и привлекало к Богу, стало невыносимыми веригами, путами, мешающими жить.

Да, это, дорогие мои, слово Божие позвало нас на подвиг самоотречения, оно потребовало связать нашу самость, наши привязанности, потребовало от нас жертвы любви. Это оно посягнуло на идолов, гнездившихся в душе нашей. Но не всем, оказывается, по силам поднять руку на идола.

И вот какое–то время томится душа, желая совместить несовместимое — служить Богу и велиару одновременно. Но сердце–то уже сделало выбор, и делами жизни нашей Бог предается нами. И нет дерзновения в душе, нет живой Божией силы в нас, чтобы противостоять искушениям жизни, противостоять диаволу.

И видим мы, как слабо в нас слово истины, как безжизненно, как близко к умиранию. Оказывается, недостаточно только слышать слово Божие, надо еще усилием своей воли, своих трудов принять его как единственный свет истины, единственную жизнь.

А как неприметно, но действенно и верно восстают на нашу жизнь в Боге печали, богатство и сласти житейские. Суетная привязанность к земному и временному, наполняя наше сердце, подавляет в нем действие слова Божия и Божией благодати. Все это Господь называет одним словом — терние, «…и терние выросло, и заглушило семя, и оно не дало плода» (Мк. 4:7).

Пристрастие к земному рождает непрестанную, непреходящую заботу о нем. Начинается с заботы приобрести, казалось бы, необходимое, но как быстро этого необходимого становится нужно все больше и больше. И закружилось колесо — умножать любым путем, хранить, боясь лишиться приобретенного. И вот уже густые терния подавили сердце, заглушили в нем все доброе, украли время. А опаснейшие терния духа — страстные влечения, сласти житейские. Корень их находится в глубине человеческого сердца, ибо это тот иной закон в удах наших, который противоборствует закону Божию и пленяет нас закону греховному.

И эти злые корни суть дела плотские, о которых стыдно и говорить и о которых сказано, что делающие такие дела «Царствия Божия не наследуют» (Гал. 5:21).

Во многих это зло начинается так безобидно, с детских шалостей, которые неприметно становятся спутниками жизни, а результат их — погибель еще здесь, на земле, расстройство психики, отсутствие воли. И эти–то злые отрасли, как терния и волчцы, беспрестанно растут и возрождаются даже тогда, когда мы хотим их искоренить, но делаем это недостаточно решительно и беспощадно.

Не забудем, дорогие мои, что мы живем в мире зла, мы немощны, мы склонны ко греху. Грех нас сторожит на каждом шагу. И если мы даем ему свободу, то он, разрастаясь в нас раковой опухолью, пожирает нашу жизнь.

Но как же, как жить нам, чтобы услышать благой глас Отца Небесного: «раб добрый и верный …войди в радость Господа Твоего» (Мф. 25:21)? Как стать плодоносной землей, которая, услышавши слово, хранит «…его в добром и чистом сердце и приносит плод в терпении» (Лк. 8:15)?

Надо всецело предаться Богу любовью к Нему и страхом Божиим, а вниманием и молитвой ограждать себя на всякий час, чтобы три первые бесплодные состояния не укоренились в душе. На ниве души должен стоять неусыпный страж — чистая совесть, которая сокрушит окаменение сердечное и предаст плевелы страстей огню ранее, чем они укоренятся в нас и поведут за собой. А огонь Божественной любви и пламенное желание Вечной Жизни родят молитву, и Божия благодать, привлеченная ею, сделает нас непоколебимо стоящими в истине.

Но нельзя, дорогие мои, ожидать на душевной ниве скороспелости семени истины и добра. Всякое семя взращивается в терпении, в борениях, в потах многие дни и годы, в великой терпеливости.

Так говорит Господь: «В терпении вашем стяжите души ваши» (Лк. 21:19). « Царствие Божие благовествуется, и всякий усилием входит в него» (Лк. 16:16).

Тогда обетования Спасителя увенчают труды наши еще в этой жизни.

«искушения, которая придет на всю вселенную, чтобы испытать живущих на земле» (Откр. 3:10). А то, что нынче во всем мире наступила именно такая година, уже ни у кого не вызывает сомнения. «Тайна беззакония», восставшая в свое время на Самого Бога и изгнанная на землю, объявила еще тогда беспощадную — не на жизнь, а на смерть — войну против всего Божественного, в чем бы и как бы оно ни проявлялось:

— на христианское государство, хранящее нравственный уклад народной жизни;

— на Христианскую Церковь, несущую слово Божественной истины;

— на христианскую душу, держащую светоч Божественного учения, как путеводную звезду, в сгущающейся тьме обезумевшего беззаконием мира.

«Предтечи антихриста» уничтожили православную Россию. Они исказили, одурачили чуждыми сатанинскими идеями народ, насаждая их всеми возможными неправдами, лестью, обманом, кровью, вытравливая правду Божию из сознания народного. И вот сегодня на наших глазах происходит едва ли не последний страшный натиск сил ада на то, что еще хранит остатки истинной Божественной духовности, — на Православную Русскую Церковь. Гонение на Церковь стало сейчас скрытым, но тем более изощренным.

Именно теперь, когда объявлена во всем мире вожделенная «свобода», вся наша жизнь показывает, что дана одна–единственная свобода — свобода творить зло, свобода лить кровь, свобода красть, свобода тайно и явно убивать души.

Полк сатанинских сект, оккультных ересей, кабалистика, теософия, астрология, гипноз, кодирование, медитация, экстрасенсорные воздействия на человека, парапсихологические методы «лечения» — калечения людей, которые церковным вероучением определяются как чародейство и колдовство, — нашли сейчас на Родине нашей высоких покровителей.

И все средства массовой информации отданы враждебным Православию разрушительным силам, стремящимся отравить чистые, животворные источники православного христианского учения, оболгать их, оклеветать и ошельмовать.

Далеко не надо ходить за примерами. Со всех концов нашей Родины задолго до 28 октября стал слышаться вопль верующих: Не конец ли света обещан с телевизионных экранов в этот день? Сообщите. Да и как не смутиться, если авторитетные государственные печатные издания тоже предупреждают о грядущих 28 октября событиях.

А слово Божественной истины говорит: «О дне же том и часе никто не знает, ни Ангелы небесные, а только Отец Мой один…» (Мф. 24:36).

Но русские люди отвратили слух от истины, чтобы верить басням. И притихла в этот день Россия, все напряженно ожидали, как будут развиваться события. Но 28 октября прошло. А 29–го все облегченно вздохнули, еще раз уверившись в справедливости своего безверия.

И ошельмованные заведомой ложью люди теперь уже никогда не захотят прикасаться к истинам веры, живой и действенной. Лжеучители и лжепророки, купившие свободу творить зло на Руси, завершат страшное дело убийства души народной.

Да, «тайна беззакония» довершает сейчас свое сатанинское дело. Мир зримо оскудел Духом Божиим, но стал очень богат духом заблуждения.

«…Смотрите, не ужасайтесь; ибо надлежит всему тому быть…» — говорит истина — слово Божие (Мф. 24:6). И оно же предупреждает нас о имеющей явиться страшной последней брани, когда «…восстанет народ на народ и царство на царство…» (Мф. 24:7).

Это значит, что народ Божий — православные христиане, вписанные в книгу жизни и принадлежащие Царствию Божию, должны повести ее, эту брань, с народом беззакония — богоборцами и лжеучителями, принадлежащими царству тьмы. И народ Божий победит, ибо убьет беззаконников Господь духом уст Своих. Но пока это совершится, терпеть нам надо и явить верность свою избранию Божию.

И сегодня я повторю всем нам призыв нашего современного иерарха, митрополита и старца Иоанна Санкт–Петербургского и Ладожского, прозвучавший на весь мир в эти скорбные для России и русского народа дни. И это голос Церкви Православной:

«Восстанем же, братия! Будем бдительны. Облечемся в святую ревность, отринем уныние и робость! Приведем жизнь свою в соответствие со спасительным вероучением Православной Церкви. Се, ныне Господь призывает нас поработать на ниве Своей, да не услышим осуждающий глас Его: «знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден или горяч! Но, как ты тепел, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих… Итак будь ревностен и покайся» (Откр. 3:15–19).

Покаемся же в нерадении своем и поревнуем святому делу Божию — возрождению Дома Пресвятой Богородицы — Православной России!»

«Слово ваше да будет всегда с благодатью, приправлено солью, дабы вы знали, как отвечать каждому» (Кол. 4:6). Аминь.

Неделя 22–я по Пятидесятнице

Дни текут и улетают; часы бегут и не останавливаются, в стремительном течении времени мир приближается к своему концу.

Дни и часы, как тати и хищники, обкрадывают и расхищают тебя, — нить жизни твоей постепенно отрывается и сокращается. Дни предают погребению жизнь твою, часы кладут ее во гроб, а вместе со днями и часами исчезает на земле и жизнь твоя (преподобный Ефрем Сирин).

Дорогие наши! Исчезает на земле жизнь земнородных, «…и не будет того вовек, чтобы остался кто жить навсегда и не увидел могилы» (Пс. 48:10). И «одна участь праведнику и нечестивому… они отходят к умершим» (Еккл. 9:2–3). И никто из людей не знает ни дня, ни часа, когда единственный раз в жизни он познает, вкусит таинство смерти. И таинство это — неизменяемый и непреложный глас вечности.

А звучит в мире голос вечности постоянно. И тогда, когда мы в младенчестве нашем не понимаем его, и когда в суете жизни забываем о нем, пока этот грозный посланник не напомнит нам о себе смертью близких. Осмотримся кругом: какое множество наших родственников, друзей, знакомых взято смертью. Взято и ушло в тайну, непостижимую живущими. А однажды, в неведомый для нас миг, она позовет и нас в послушание гласу вечности.

Войдет смерть и в нашу жизнь. Душу — дыхание жизни, Дух Божий, живущий в нас, — отзовет Господь к Себе, а бренное тело, оставленное душой, — «…земля еси и в землю отыдет». Один миг — и грань, отделяющая земную жизнь от тайны жизни после смерти, падет для вкусившего смерть, а живущие опять склонятся пред непостижимой тайной, и многочисленные «почему?» останутся без ответа.

Смерть! Почему она заглянула в колыбель младенца? И райской птицей упорхнула душа, только–только вошедшая в мир. Зачем во цвете лет скошена жизнь здорового, сильного и нужного на земле человека? А дряхлая, немощная старость томится в ожидании смерти, а ее все нет, и жизнь держит изнемогающую, уставшую жить душу. И обессиливает гордый человеческий ум и отступает пред тайной смерти, ибо это тайна Божия.

Но тайна ли это? «Кто имеет уши слышать, да слышит!» (Мф. 13:9).

Не Бог ли благоволил возвестить вселенной волю Свою в святых и строгих уставах вечности — блаженной для послушных и страшной для непокорных. Священным Писанием и откровением Своим, извещенным Церкви, не оставил Господь Своего создания в неведении. И как открыл Он тайну сотворения мира и тайну его конца, так и знание о жизни человеческой и конечной ее цели даровал Он человеку в назидание ко спасению от смерти.

«…не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить, а бойтесь более того, кто может и душу и тело погубить в геенне» (Мф. 10:28).

Грех — вот единственный действительный страх и страх ужасный, ибо «разрушая тело болезнью, а бессмертную душу связывая адскими узами» (Иак. 1:15). Вот тот страх, от которого остерегает нас Спаситель.

Не бойся смерти, разлучающей душу от тела, — это смерть первая. Она страшна тебе, человек, своей неизвестностью, но не она определяет твою жизнь в вечности. За ней стоит смерть вторая, вскормленная грехом, отсылающая жертву свою от Бога на продолжение жизни в муках на вечность. А жизнь земная — это только начало вечности для человека.

Не было смерти на земле при сотворении жизни, но грехом вошла в мир смерть, и в Адаме первом умирают его потомки, а в Адаме втором — во Христе — все оживут по обетованию Божию. И настанет такое время, когда смерть будет окончательно уничтожена Христом. «И смерти не будет уже» — говорит Господь в Откровении, данном святому апостолу Иоанну Богослову (Откр. 21:4). Но эта вожделенная и радостная весть о вечной жизни одновременно станет для многих и страшной вестью.

«…мертвые услышат глас Сына Божия и, услышав, оживут… и изыдут творившие добро в воскресение жизни, а делавшие зло — в воскресение осуждения» (Ин. 5:25—29). И смерти не будет уже, но все объемлет вечная жизнь, всех объемлет воскресение. Для одних — воскресение жизни во свете Божией любви, чаемое, долгожданное, выстраданное и радостное; для других — воскресение же, но во тьме кромешной, нежеланное, нежданное, ненужное и страшное.

Божественное Писание не случайно время от времени освещает для нас жизнь человеческую во свете правды Божией. Ибо правда человеческая и правда Божия далеко отстоят друг от друга, но только правдой Божией обрящется воскресение радости живущими. Вот и в сегодняшней евангельской притче кратко, но предельно ясно, примером двух людей, изображены два пути земной жизни и два воскресения.

Лазарь и безымянный Богач — два человека, создания Божии, Промыслом Божиим незримыми узами связанные в жизни. Жизнь обоих проходит в поле зрения друг друга, но как же разнится она. «некий человек был богат, одевался в порфиру и виссон и каждый день пиршествовал блистательно» (Лк. 16:19). А рядом, у ног пирующего, у врат его, в струпьях лежал нищий. И пределом его желания было утолить голод крошками, падающими со стола Богача. Сколько месяцев, лет лежал он во гладе — молчит Евангелие. Молчит оно и о душевном состоянии страдальца. А взгляд Богача, взгляды пирующих с ним скользили по несчастному и разве что оскорблялись его убожеством и неуместностью пребывания его на празднике их жизни. Но не случайно лежал Лазарь. Бог привел его сюда, и он даже уйти не мог по своему желанию, так был слаб и немощен, «и псы, приходя, лизали струпья его» (Лк. 16:21).

Нищета и боль Лазаря вопияла к людям и к небу. Но не услышал Богач, не прозрел, и сердце его, утучненное земными утехами и наслаждениями, умерло для сочувствия, для сострадания, умерло прежде смерти.

Сердце умерло для Бога. Пропасть бесчувствия, непонимания, немилосердия пролегла между этими двумя людьми и, углубляясь ежедневно в земной жизни, изрыла пропасть между ними и в вечности и стала непреодолимой.

«Умер нищий и отнесен был Ангелами на лоно Авраамово», — вот когда только открылась ценность страдальческой жизни Лазаря (Лк. 16:22). Неведомый миру, втайне от него и в великом терпении, он творил волю Божию, зарабатывая себе лишениями, болью и нищенским трудом Царство Небесное. Он и Богача звал милосердием приобщиться этому великому приобретению, но тщетно.

«Умер и Богач, и похоронили его» — последний погребальный пир, как дань памяти былому веселию (Лк. 16:22). И имя его предано забвению. А имя Лазаря сохранил Господь в памяти человеческой, ежегодно напоминая нам о нем Святым Евангелием в подтверждение того, что каждодневный вопль его к небу был услышан.

«Сеющий в плоть свою от плоти пожнет тление, а сеющий в дух от духа пожнет жизнь вечную» (Гал. 6:8). Лазарь — на лоне Авраамовом в блаженстве райском, Богач же — во аде.

И будучи в муках, в первый раз обнищавший Богач поднял глаза к небу и увидел праведного Авраама и с ним Лазаря, на которого он смотрел при жизни, но которого не видел. Теперь же увидел Богач правду Божию, отрицающую его земную, мелкую и своекорыстную правду, которой он жил.

Страшная минута! Прозреть только тогда, когда уже ничего нельзя изменить!

А праведный Авраам на вопль Богача о помощи так определяет беспристрастную правду жизни: «…чадо! вспомни, что ты получил уже доброе твое в жизни твоей, а Лазарь — злое; ныне же он здесь утешается, а ты страдаешь…» (Лк. 16:25).

И пред лицом страшной реальности своей вечной участи в душе Богача проснулось неведомое ему доселе чувство сострадания к своим ближним, к своим пяти братьям, продолжающим на земле «блистательное пиршество» жизни без Бога. «Прошу тебя, отче, пошли его [Лазаря] в дом отца моего… пусть засвидетельствует им, чтобы и они не пришли в это место мучения…»

Этот вопль Богача, эту боль из вечности слышим и мы сегодня как предупреждение о грозящей всем, потерявшим в жизни своей руководство Божественным законом, опасности стать в своей духовной опустошенности жалкими невольниками греха, когда вечная ночь души будет неотвратима.

«если Моисея и пророков не слушают, то, если бы кто и из мертвых воскрес, не поверят», — звучит ответ праведного Авраама, отца всех верующих (Лк. 16:31). И в этом ответе опять заключена вся правда жизни.

Для желающих знать истину откровение Господне есть достоверное, неоспоримое, несомненное ее доказательство. Для погрязших же во грехе, опутанных его липкой ложью, не любящих истину и самое очевидное доказательство неубедительно.

Многие ли верят Божественному откровению, данному через пророков, многие ли покоряются Божественной истине Святого Евангелия, открытой нам и как путь жизни, и как суд над тем, как мы живем? Многие ли реально верят и в свое будущее воскресение для вечности?

Самовластно воскрес из гроба Христос, «смертью смерть поправ». Воскрес и живым ходил по земле после смерти Своей.

Воскрес Его велением в удостоверение всем живущим друг Божий Лазарь, четыре дня проведший во гробе и уже смердящий. Воскрес Лазарь и после смерти своей был епископом Китийским, а неверующие долго пытались убить его, будучи не в силах опровергнуть правду его воскресения.

Воскресла прикосновением Христа юная дочь Иаира, двенадцатилетняя отроковица, на радость близким и на смущение неверующему злу.

Воскрес Христовым состраданием несомый к могиле единственный сын вдовы Наинской. Но поверили ли в вечность те, кто шел за его гробом? Многие ли этим зримым чудом избежали печальной участи приточного Богача?

А мы, дорогие мои, имеющие пред нашим верующим взором такое облако свидетельств, не поспешим ли жизнью своей явить свою веру, ведь «вера без дел мертва есть» (Иак. 2:20). Неверов же Божию откровению отошлем, да и сами последуем за ними для оживления своей веры, к одру того, кто готовится вкусить великое таинство смерти, ибо оно всегда приоткрывает и тайну будущей жизни умирающего.

«Смерть грешников люта», — говорит Писание (Пс. 33:22). И как иллюстрация этой Божественной истины — смерть богоборца.

Умирал вольнодумец, который посеял семена лжи на Бога во многих поколениях. Умирал Вольтер, остроумно и громко осмеивавший истины веры, не допустивший к себе священника для примирения с правосудием Божиим. В страшных духовных муках он молил о помощи и свидетельствовал ту самую истину, которую всю жизнь отвергал: «…Умоляю вас, спасите меня, сохраните мою жизнь хоть на несколько месяцев, если же нет, то знайте, что я схожу во ад, куда и вы последуете за мной». Но спасение было уже невозможно, потому что его знание об аде, о вечности стало уже его достоянием.

«Блаженны умирающие о Господе» (Откр. 14:13).

Умирал в полном и ясном сознании профессор Петроградской Духовной Академии Василий Васильевич Болотов, знаменитый ученый, человек с колоссальными знаниями и со смиренной верой в сердце. Умирал, напутствованный в вечность Исповедью и Причастием, и последние его слова на земле были восторгом души его пред открывшимся духовному взору блаженством: «Как прекрасны последние минуты… как хорошо умирать… иду ко Кресту… Христос идет… Бог идет…»

Суд Божий уже в момент смерти определил для первого загробные мучения, а для второго — загробное блаженство, и начались они уже на земле.

И нам, дорогие мои, вслушиваясь в слова откровения Божия, надо помнить, что скоро, очень скоро, пройдет для нас время человеческое и откроется вечность. И надо нам сейчас увидеть себя в своей личной, мелочной и часто корыстной правде рядом с великой Божией правдой. Увидеть и восплакать, покаянием восполняя то, что не можем мы осуществить жизнью своей, ибо помрачишася очи наши и окаменеша сердца.

И теперь, в преддверии вечности, осознав, что душа наша прилепишася земле, и дух стелется в дольнем, осознаем и то, что только покаяние приподнимет нас от земли.

Запомним же, други наши, такой явный и простой вывод из сегодняшней евангельской притчи. Жить нам, дорогие мои, предстоит вечно. Запомним и то, что ни богатство, ни бедность, ни болезни сами по себе и не губят нас, и не спасают, но обращение душ наших от земли к небу, к Богу, и любовью Божией к людям — вот то, что, несомненно, ходатайствует человеку вечную радость.

Богат ли ты — спасайся милосердием, сострадательностью и смиренной щедродательностью, богатей в Бога. Беден ли и болен — спасайся терпением и покорной кротостью пред Божиим изволением. Ищи не своего, но Божиего и пользы тех, кого Господь поставляет на твоем жизненном пути. У Бога нет неправды, нет ничего случайного, и каждый человек на нашем жизненном пути есть наш путеводитель в Жизнь Вечную, только надо понять, чем мы можем быть для него полезны. Не заключим сердце свое немилосердием и жестокостью, ибо только это может заключить от нас вожделенный светлый рай.

Стремись желанием туда, где цветет юность без старости, жизнь без смерти, радость без скорби, сладость без горечи, всякое благо без малейшего зла.

Помни час смертный и суд нелицеприятного Владыки. Аминь.

Неделя 25–я по Пятидесятнице, притча о милосердном самарянине

Дорогие мои, други наши! Ныне чаще, чем когда–либо за все время жизни моей, а это немало лет, приходится слышать вопрос: «Как жить, чтобы не погибнуть?» «Как жить, чтобы спастись?» — спрашивают верующие. «Как жить?» — спрашивают и те, чьи понятия о жизни не простираются дальше завтрашнего дня.

Этот вопрос задают и молодые, только начинающие жить, и пожилые, уже завершающие свой жизненный путь, в конце которого они сделали страшное открытие, что жизнь уже прожита, но не в радость созидания, и все труды, все усилия вложены во все пожирающую разруху и гибель.

Да, вопрос «как жить?» совсем не праздный. И как созвучны эти вопрошения современников наших с вопросом, который некогда был задан Начальнику Жизни — Христу — Его современником, и не просто современником, а хранителем закона, данного Богом.

Он спросил: «Учитель! что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?» (Лк. 10:25). И «словеса Господня — словеса чиста» звучат в ответ законнику, а с ним и нам, открывая единственно правильный путь решения всех вопросов, недоразумений и недоумений. Всегда надо нам обращаться к слову Божию, говорит Господь, «в законе что написано? как читаешь?» (Лк. 10:26).

Закон Божий! Он дан на все времена всему человечеству. Он дан в Божественном Писании, он дан в законе совести каждого живущего, он дан в законах Богозданной природы. И мы с вами сегодня не отвергаемся того, что знаем этот великий закон Господень, закон, в котором кроется земное счастье наше и которым простираемся мы в вечность блаженного пребывания с Господом и со всеми Его святыми.

«возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим… возлюби ближнего твоего, как самого себя; на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки» (Мф. 22:37—40).

Да, да, мы знаем этот закон и требования его, мы знаем и как исполнить его жизнью своей, ибо кто из нас не знает, что для нас хорошо и желательно, а что плохо, чего мы всеми возможными средствами должны стремиться избежать.

Господом дана заповедь: не делай другому того, чего не желаешь себе. Эта заповедь тоже всегда с нами, всегда при нас, как неусыпный и беспристрастный страж, она выявляет, она обличает одновременно и наше знание, и наше лукавство. Если законника евангельского Господь заставляет признать, что тому известно все необходимое для спасения, то и мы не оправдаемся наивным вопросом, будто бы не знали пути спасения до сегодняшнего дня.

Божий закон — один, и две заповеди остаются непреложными на все времена, пока стоит мир. Это два якоря жизни. Люби Бога всем сердцем, всей душой… Люби ближнего, как самого себя. О любви к Богу мы не ставим вопрос, ибо это кажется нам, верующим, само собой разумеющимся. Но вот ближний?

Кто же мой ближний? И уже не законник вопрошает ныне Христа и обличается Господом, а мы с вами, дорогие наши, становясь совопросниками века сего, но не исполнителями ясного и жизненного слова Божия. Это мы прикрываем вопросами свое малодушие, свою духовную леность, свое нежелание трудиться, свое нежелание любить. Мы забываем, что «не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут» (Рим. 2:13).

Мы с вами, пожалуй, даже не задали бы Господу вопрос: «Кто же ближний наш?» Ибо теперь почти повсеместно и откровенно все для нас стали дальними. Даже кровные родные, даже родители и те отстранены непомерно разросшимся нашим «Я.»

«Я» и «мое» — вот наш новый жизненный закон. По нему и самые близкие, те, кто вложил в нас свою жизнь, израненные многими тяготами трудов, болезнями и скорбями, израненные нами же, напрасно будут ждать от нас помощи. И вчерашние друзья сегодня уже перестанут быть ближними нашими, впав в беду, потеряв возможность быть нам полезными на празднике жизни, в погоне за счастьем.

Тут мы даем полную свободу оценке всего и всех. Так незаметно никого близкого не оказывается рядом с нами, не находим мы того, кто был бы достоин нашей любви: один — грешник и недостоин любви; другой — иноверный или инакомыслящий; третий — сам ископал себе яму, в которую впал, значит, достоин наказания.

Широка и глубока заповедь Божия, а мы, став на путь высокомерного суждения, вместив в себя одновременно чувствования и священника, и левита, прошедших мимо бедствующего человека, тоже проходим мимо всякого, кто оказывается рядом, кто нуждается в нашем внимании, кто просит нашей помощи, уже не говоря о тех, кто просто безмолвно страдает рядом.

И вот мы уже не исполнители закона, а судьи. И вопрос «как спастись?» звучит праздно, попранный отвержением Богом данной заповеди о любви к ближнему. У нас нет ближнего. И услышим ли мы с вами сегодняшнюю притчу — назидание о милосердном самарянине, у которого закон любви был написан в сердце, для которого ближним оказался не ближний по духу, не ближний по крови, но тот, кто случайно встретился на его жизненном пути, кто именно в ту минуту нуждался в его помощи и любви?

Услышим ли мы определение Господне для законника, для нас, знающих закон: «иди, и ты поступай так же» (Лк. 10:37). Забудь себя и свое «Я,” поставь в средоточие жизни своей того человека, которому нужна твоя помощь, материальная ли, духовная ли. Поставь в средоточие жизни того, кому нужен ближний, и стань им ты.

Вот, дорогие наши, мера нашего духовного возраста, где кроется ответ на вопрос о спасении, «…иди, и ты твори так же.» Иди и ты поступай, как учит Господь. Иди и ты твори добро всякому нуждающемуся в нем, невзирая ни на происхождение человека, ни на общественное положение его, невзирая ни на что. Иди и твори добро, и ты исполнишь заповедь любви. Делай добро… делай добро от сердца, делай его во имя Бога всем братьям твоим в Боге, делай добро и врагам, делай добро ненавидящим и обидящим тебя, и ты исполнишь заповедь любви.

И любовь к ближним сделает тебя близким к Богу, и ты исполнишь закон Христов и спасешься. Но вот теперь, когда опьянение нахлынувшей на нас так называемой духовной свободой проходит, рассеивается туман самообмана и обольщения, и видим мы, что церкви открылись или еще во множестве открываются, монастыри принимают только вчера крестившуюся молодежь и из мест заключения пишут письма, желая тюремную камеру или барак заменить на монастырскую келью, то именно теперь становится очевидным, что творить дела любви, исполняющие закон Христов, не так–то просто. Да, этому надо учиться, этого надо хотеть. Надо только в делах любви к ближнему увидеть и почувствовать возможность преображения души своей, возможность спасения.

Но ничего этого нет. Пока этого нет, и главное, что даже стремления к этому не видно. И не задумаемся ли мы с вами над совершенно новыми явлениями в жизни нашей?

Сегодня, когда поток неведомых ранее соблазнов захлестнул Россию, когда блуд, насилие, сребролюбие, пьянство, наркомания стали явными и уже привычными пороками, а тяга к святыне и кощунство над ней одновременно борют и владеют человеком, вопрос о милосердии, о любви вырастает в первостепеннейший, главнейший вопрос жизни. Ибо только милосердием и любовью можно стяжать Святой Дух Божий, Которым только и можно противостать страшным духам злобы, овладевшим людьми и миром.

И не случайно, дорогие мои, в это страшное апокалипсическое время последнего срока существования мира милость Божия опять протягивает руку погибающему человеку.

На улицах, среди живущих рядом с нами все более и более появляется людей, просящих милости нашей, тех, кого раньше называли нищими. И пожилые люди, которыми всегда держалась Церковь, теперь опять вышли на улицы, чтобы принести Церкви пользу — вернуть ей погибающих, давая людям возможность проявить в себе дух христианского милосердия, чтобы отпавших от Бога грехом вернуть к Нему милосердием. И те, кто просит сейчас помощи нашей, виновато и испуганно глядя на нас, зарабатывают нам своим нелегким нищенским трудом Царство Небесное.

Так не пройдем же мимо протянутых к нам рук, мимо страждущих, болью и горем исполненных глаз, мимо ближнего нашего. Не пройдем, дорогие мои, мимо своего спасения; не пройдем мимо Самого Христа, Который в образе каждого нуждающегося в нашей помощи призывает нас на вечерю любви.

При дверях нелицеприятный Суд Божий и благостная речь Сына Человеческого — Христа — к одним: «придите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам… ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне» (Мф. 25:34—36).

Но не замедлит для других и грозный, решительный приговор: «идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его» (Мф. 25:41).

Спасайтесь, други наши, спасайтесь! Спасайтесь делом, проходя нелегкий, особенно ныне, для всех путь жизни во спасение.

Ты Сам, Милосердый Господи, вдохни в нас чувство Своей любви и удостой вечных радостей в стране живых. Аминь.

Неделя 26–я по Пятидесятнице, о памяти смертной

«Помяни и оплачь сам себя заживо, говорит память смертная: я пришла огорчить тебя благодетельно, и привела с собою сонм мыслей самых душеполезных. Продай излишества твои, и цену их раздай нищим, предпошли на небо сокровища твои, по завещанию Спасителя… Зачем гоняться тебе за тлением, когда смерть непременно отнимет у тебя все тленное? Она — исполнительница велений Всесвятого Бога. Лишь услышит повеление, — сразу устремляется с быстротою молнии к исполнению. Не устыдится она ни богача… ни героя, ни гения, не пощадит ни юности, ни красоты, ни земного счастья: переселяет человека в вечность. И вступает смертью раб Божий в блаженство вечности, а враг Божий в вечную муку» (святитель Игнатий Брянчанинов).

О ней, о памяти смертной, сегодняшнее евангельское слово к нам, други наши.

«Безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя» (Лк. 12:20).

Кто из нас с уверенностью может утверждать, что не к нему сегодня обращено это слово Божие, и кто из нас знает, не лежит ли уже сейчас секира смерти при корне древа его жизни? Одно мгновение — и всё богатство жизни, дарованное нам Богом, отнимется от нас, все богатства, накопленные нами своими трудами, останутся невесть кому. Все останется, а нас уже не будет. И все останется другим людям, которые над этим не трудились. А мы уйдем в вечность!

Слова нынешней евангельской притчи обращены к каждому из нас. Не к некоторым новоявленным богачам и миллионерам, но к каждому: ко мне, к тебе, к нам. Ибо нивы жизни нашей Божиим определением весьма богаты у каждого, и богатства, врученные человеку, столь разнообразны и многочисленны, что опасность быть приточным богачом угрожает каждому человеку.

Многие мысленно возразят мне сейчас, что у них нет денег, у них нет земель, у них нет того, что принято считать богатством. Но, дорогие наши, разве сама жизнь наша и здоровье не есть Божий дар и богатство, разве различные дарования — сокровища глубокого и чуткого человеческого сердца и большого человеческого ума, таланты, обладателями коих является человек, — не богатство? А материальный достаток и житейские блага?

Много всего вверено человеку Богом, и каждому дан свой талант. У Бога нет обездоленных. Но сами по себе все эти блага, богатства и сокровища, дорогие мои, не представляют цены для нас, ибо это не наше — Божий дар. «Что ты имеешь, чего бы не получил?» — говорит апостол Павел (1 Кор. 4:7).

Одно мгновение, и смерть отберет у нас все — и дарованное, и приобретенное. Лишь пока мы живы, пока нашей свободе вверены сокровища, в нашем сердце, в нашей душе и в наших руках богатства земные претворяются для нас в вечные ценности, становясь для одних лестницей к небу, а для других — дорогой в вечность ада.

Только плоды духа, возросшие на вверенных нам Богом нивах нашей жизни, являются нашим истинным богатством, если они состоят во всякой благости, праведности и истине. Только то, что принесло плоды любви на земле, поведет нас в вечность радости, идя впереди нас.

Разбогатели нивы нашей жизни! Но уже не я ли есть тот приточный богач, что сказал себе: «душа, много добра лежит у тебя на многие годы: покойся, ешь, пей, веселись» (Лк. 12:19). Не я ли заключил хранилища своих богатств, в них одних полагая весь смысл своей жизни?

«…Яждь, пий, веселися.» Ум трудится только на приобретение. Приобретение любой ценой: обманом, притеснением, неправдой. Еще, еще и еще! Мало, все мало, себе и только для себя, на черный день… Растет богатство, растут потребности. Сердце закрыто для милосердия, для любви, в нем хватает места только деловым людям и корыстным отношениям. Ты — мне, я — тебе.

И забыто главное: забыта душа — райская птица, живущая в нашем бренном теле. Она, душа наша, изнывает гладом, который не утоляют все призрачные сокровища наших стяжаний. И стонет душа наша, и плачет, и болит до времени, пока мы окончательно не погребем ее, свою бессмертную душу, под хламом наших страстей, и она умолкнет.

И какие уж тут плоды духа? Вся забота — побольше скопить, чтобы послаще поесть. И еда съедает человека, и питие не просто веселит сердце, но утопает человек в нем, забывая ближних и даже себя самого. И бессмертная душа захлебнулась! И опилась Русь–матушка вином, и залилась горем и слезами. И окрадена умом, ибо Бог забыт. И чрево стало богом.

«…Ешь, пей, веселись»! Нынешнее разнузданное веселие, объевшееся и опившееся, влачит человека в то, о чем срамно и глаголати. Тяжесть плотских грехов, пришедших вослед веселию, безобразит весь строй жизни, превращая ее во ад уже здесь, на земле.

И забыт Бог!

Но опять, не услышу ли я возражения словам своим — разве забыт Бог?! Кругом только и разговоров, что об открывающихся монастырях, церквах, о благодати, о Боге. Да, дорогие наши, разговоров много, но совмещение человеческого с Божеским ныне просто чудовищное. В немыслимой внутренней гармонии сочетается теперь словесное благочестие и хождение в церковь с цинизмом извращенности.

Ужасающее пустословие, клевета, лукавство, ложь, фальшивость, себялюбие и беззаконие сожительства уживаются в совести многих с воздыханиями, плачем и принятием Святых Таин.

И мнит человек, что он с Богом. Но нет, зря мнит. Это не есть христианство, это циничное истребление его. И оно уже вломилось в саму Церковь, когда многие, называя себя христианами, приспосабливают высокие Божий истины к своим потребностям, обволакивая истины грязью своего земного понимания и чувствования.

Это не возрождение духа христианского в нашем мире — это его истребление. И какой ответ дадут кощунники, что смешали истину с ложью, дела диавольские делая и ими попирая святыни Божии, к коим дерзают прикасаться! А секира смерти лежит уже при древе жизни. И Бог ждет покаяния!

Бог еще ждет!

Но не услышит ли скоро — сегодня, сейчас — тот, кто «тако собираяй себе, а не в Бога богатея»: «Безумный, в сию ночь душу твою возьмут у тебя: кому же достанется то что ты заготовил?» (Лк. 12:20).

Кому будет жизнь, дела, коими истреблялось дело Божие, Его Святая Церковь и само христианство?

И «тако собираяй себе» не чувствуют ли уже теперь Божиего наказания за свое отступление в повреждении умственных и психических способностей и в бесконечных, бессмысленных самоубийствах?

«Истяжут душу от тебя», — звучит приговор презревшему заповеди Божии и поправшему истину ложью. Не Бог тихо и радостно призовет душу работающего Ему путника жизни, но с болью и нуждой грозно оторвут мытари–ангелы тьмы душу вросшего в свои стяжания и страсти человека и повлекут в бедственную вечность.

А время жизни, други наши, — это наше хранилище, в которое мы собираем. Но кто из нас думает о времени? Почти всегда человек мыслями простирается в будущее, забывая, что реально он обладает только настоящей минутой, следующая уже не в его власти. И упуская в праздности настоящее время или растрачивая его на грех, мы убиваем время, утрачиваем ценность человеческой жизни.

Как часто в минуты угрызений совести мы собираемся завтра начать делать добрые дела, в будущем — оставить грех, в конце жизни — покаяться. Но завтра бывает каждый день, а конец жизни еще дальше, и своими благими намерениями мы мостим себе дорогу в ад. Ведь, увы, будущее для нас может и не наступить, а сразу, минуя будущее, откроется вечность. Вечность неизбежна! И какая будет она?

И будем помнить, други наши, что никто из живших до нас и никто из нас не мог и не сможет сказать пришедшей смерти: «Подожди! Удались, я еще не хочу умирать! Я еще не готов умирать.» Никто не мог остановить ее или воспрепятствовать ей. Строгая и неумолимая, чаще всего нежеланная, она делает свое дело, открывая истинную ценность нашей жизни и наших в ней стяжаний.

Вот о чем заставляет нас подумать сегодня память смертная. Призраки тленных благ, которые обманывают живущих на короткое время в земной гостинице, отступят в момент смерти, и обманчивое сновидение кончится. И богат окажется лишь тот, кто нынче, сейчас, сию минуту богатеет в Бога.

А сегодняшнее апостольское послание дополняет смысл евангельской притчи и учит нас тому, что есть истинное, некрадомое богатство для человека.

И первое, к чему неукоснительно призывает нас Господь, — это стремление к истине, жажда истины и познания, что есть воля Божия о нас. Чада света рождены от духа и исполнены им, поэтому они и должны приносить плоды духа — жить в благости, в любви, в праведности и истине. Восстань от греховного сна, воскресни от мертвящих твой дух дел твоих и приступи с верой ко Господу, и Он оживотворит твою душу и освятит ее светом истины.

Поистине одна жизнь в Боге продолжается за пределами гроба.

Дорогие, будем жить в Боге! Надо жить в Боге! И мы должны стать для этого совершенными христианами, такими, какими хочет нас видеть Господь, какими повелевает нам быть Священное Писание.

И главное, что заповедует нам апостол Павел: «Не участвуйте в делах, живущих во греховной тьме» (Еф. 5:11), будьте вы, христиане, светом миру своей праведной жизнью. Своей праведной жизнью обличайте мир и все зло мира. Свет вашей жизни призван осветить тьму, не словом, не угрозой, как это иногда пытаются делать некоторые к большему злу, но своей праведностью. Но как надо быть внимательным к своей жизни, как рассудительным, как быстрым на покаяние. Праведный, делай правду, собирай плоды истинно благочестивой жизни в Вечную Жизнь, копи, умножай это единственное богатство, просвещай других — близких, утешай, корми. Пусть каждый человек, которого посылает тебе сегодня Господь на жизненном пути, станет самым важным, самым дорогим и самым близким для тебя. Согрей его душу теплом своей любви — и это есть жатва, приносящая плод в вечность. И нам давали люди ласку, любовь и внимание. И это все сохраняй в душе благодарной молитвенной памятью о тех, кто благодетельствовал к тебе — и это плод духа, и это жатва в жизнь.

Так, други наши, благовременно омоем, очистим себя слезами и исповеданием грехов своих. Стяжаем трудами жизни благодать Святого Духа, открывающую нам врата в небесные обители. И всякое наше земное имение употребим на приобретение небесных сокровищ раздаянием милостыни от милующего и любящего сердца. Употребим земную жизнь нашу на познание Бога, на познание самих себя, на устроение своей вечной участи. Не будем терять времени.

И закончу слово мое словами святителя Игнатия: «Изгнанники рая! Не для увеселений, не для торжества, не для играний мы находимся на земле, но для того, чтобы верою, покаянием и крестом убить убивающую нас смерть и возвратить себе утраченный рай.»

Господи! Умножь в нас веру!

Буди, Господи, буди!

Неделя 27–я по Пятидесятнице

Господи, имя Тебе — Сила, подкрепи же нас всех, изнемогающих и падающих! Сию же дочь Авраамову, которую связал сатана вот уже восемнадцать лет… (Лк. 13:16).

Дорогие мои, други наши! Сегодняшнее воскресное евангельское чтение особенно дает нам повод говорить о бытии диавола, о разрушающей, смертоносной деятельности его. И жизнь наша теперешняя настоятельно требует, чтобы мы все очень внимательно отнеслись к этой теме. Ибо незнание наше, или стыдливое замалчивание, или даже и отрицание бытия этой страшной силы делает нас пред ней совершенно безоружными, и она может вести нас, как овец на заклание, в погибель. Ведь мы порой, и даже часто, перестаем понимать, где свет, где тьма, где жизнь, а где смерть.

И самой большой победой этой силы, без сомнения, надо признать то, что многим поколениям людей она внушила, будто ее совсем нет. Но до некоторого времени, пока духовное зрение людей еще не было совершенно помрачено, диавол действовал осторожно — силой внушения. Теперь же, в наше время, когда наша беспечность и духовный сон обнажили нас от покрова Божией благодати, от силы духа, диавол встает перед нами во всем своем злобном обличии, он выступает как живая, ощутимая, действенная сила, и сила лютая.

Господь в свое время возвестил всем, живущим на земле и верующим слову Его, предостерегающее и должное настораживать и призывать к особенной бдительности слово Свое. «Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию» (Лк. 10:18).

А в другом месте Писания говорится, что не нашлось ему места на небе, и в страшной ярости сошел он на землю, чтобы ходить по ней, обитать на ней и рыкать, как лев, ища, кого поглотить (Откр. 12:9—12; 1Пет.5:8). И стал он, губитель–диавол, «князем мира сего», а вместе с ним водворились и властвуют на земле бесчисленные полчища его клевретов. И с тех пор местом обитания их стала глубокая бездна, которая отделяет Церковь воинствующую от Церкви Торжествующей.

А самый первый и горький опыт его коварной власти на себе понесли наши праотцы Адам и Ева, ибо его стараниями они познали сладость греха и вкусили горечь смерти. А он с тех далеких времен без устали делает свое дело. И главной его задачей на все времена была, есть и будет борьба с Богом за души людей, где место битвы — сердца человеческие. Все совершается там: там уместится и бездна ада, и там — искра веры, сохраненная Богом от тлетворного дыхания вражья, родит пламень Божественной любви — ходатая вечной радости.

И нам с вами, дорогие мои, надо пристально всматриваться во все происходящие вокруг нас и лично с нами события. Надо знать свое сердце, ибо невнимание и незнание не оправдают нас в день Страшного Суда, который неотвратимо приближается к земле.

«Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его» — скажет Сын Человеческий тем, кто не знал, кто не хотел знать (Мф. 25:41).

А примеров одержимости и насилия над людьми бесовской силы много в Писании: это и сегодняшний евангельский образ женщины, восемнадцать лет согбенной (связанной) от диавола; это и двое одержимых, живших во гробах (в могильных склепах), разрывавших страшной бесовской силой кованые цепи, коими пытались их связать, совершенно не управляемых разумной силой; это и бесноватый, которого бес, желая погубить, бросал то в огонь, то в воду; и многие другие примеры (см.:Лк. 13:11—16; Мф. 8:28; Мк. 5:4; Мф. 17:15).

И никогда Господь, исцеляя бесноватых, не называл беснование естественной болезнью. Он прямо признавал виновниками ее бесов и изгонял их.

Но эти примеры по жестокосердию нашему и недомыслию не трогают нашего сердца, когда мы читаем или слышим о них. Ведь это было когда–то и где–то, а многие даже имеют дерзость в глубине сердца усомниться в примере чужой жизни, а некоторые идут и еще дальше, неверием отвергая слова Божественного Писания.

Но теперь нам с вами уже не отдаленные примеры, а наша собственная жизнь дает почувствовать насилие, тиранию над нами и самого диавола, и сынов противления, то есть людей, которые стали исполнителями злой воли диавола на земле.

Вслушайтесь внимательно, дорогие мои, в слова святого пророка Божия Исаии, вслушайтесь и вдумайтесь в откровение этого ветхозаветного богослова. Не о нас ли, не о нашем ли времени говорит пророк, живший за 759 лет до Рождества Христова?

«Земля опустошена вконец и совершенно разграблена… Сетует, уныла земля; поникла, уныла вселенная; поникли возвышавшиеся над народом земли. И земля осквернена под живущими на ней, ибо они преступили законы, изменили устав, нарушили вечный завет. За то проклятие поедает землю и несут наказание живущие на ней; за то сожжены обитатели земли, и немного осталось людей… злодеи злодействуют, и злодействуют злодеи злодейски… Земля сокрушается, земля распадается, земля сильно потрясена; шатается земля, как пьяный, и качается… и беззаконие ее тяготеет на ней; она упадет и уже не встанет» (Ис. 24:3—6, 16:19—20).

Да эти слова — о нас! Это мы преступили закон Божий! Это мы нарушили Его завет! Это мы забыли Бога! И наша матушка–кормилица земля уже рождает одни терния и волчцы от злобы живущих на ней. И небо, когда–то дарившее людям светлый дождь жизни и плодоносную росу, сеет на наши головы химическую отравляющую влагу, и ветер Чернобыля обжигает мир своим смертоносным дыханием. И разгул зла, лукавства и вражды идет по земле. И нет молитвы, чтобы залить этот пожар зла, нет духовной силы, чтобы предотвратить грядущую гибель.

Неужели все это сотворил человек?!

Нет дорогие мои, возможности человека ограничены, и срок жизни его — семьдесят, от силы восемьдесят лет. Иногда он не успевает даже и осознать своего назначения на земле, как уже сходит в могилу. Нет у него ни времени, ни могущества, ни воображения посеять столько бед и зла, чтобы хватило на все человечество.

Все то малое зло, которое успеваем натворить мы, грешные люди, приводит в совокупность великий дирижер — сатана, тот, кто сеет в нас малое. Он сеет малое и выращивает малое в большое. И это называется «тайной беззакония». И тайна беззакония восходит от силы в силу именно потому, что вконец ослабело наше сопротивление ей, оскудело наше понятие о ней.

Мы в своем обольщении забываем Бога, забываем небо, забываем вечность. На этой почве полного погружения людей в плотскую жизнь разрастается всепоглощающий разврат.

Младенцы, зачатые в беззаконии, появляются в мир больными, от рождения одержимыми духом злобы, часто они лукавством превосходят взрослых. Отроки, не зная детского простодушия, играют во взрослых, в одуряющих химических веществах они ищут особых видений и ощущений, зачастую находя в них смерть. Юноши и девушки, не зная самого понятия невинности и чистоты, погружаются в болото такой грязи, о которой помыслить страшно и срамно глаголати. Наркотический угар для многих становится единственно реальной жизнью. А грохот бесовского шума, ворвавшийся в дома наши с телевизионных экранов, оглушил, одурил всех от малого до большого, вовлек всех в водоворот адского кружения, поработив души насилием.

И мы, не задумываясь, а значит, добровольно, впускаем в дома свои телевизионных колдунов всякого рода и учимся у них, как быстрее и надежнее безвозвратно погубить душу. Цепи, скованные из тьмы предательства, измен, стихийной гордости, лжи и самомнения, все крепче опутывают наши сердца, связывают наш ум, наши руки, все наше существо. И мы становимся не способными ни к чему доброму. И светлый Ангел Хранитель стоит поодаль, оплакивая сердца наши, ставшие игралищем бесов. Нормой жизни становится — ходи по трупам задавленных тобою, рви кусок из чужого рта и плюй на всяческие заветы. А тот враг, что посеял страшные плевелы злобы и гордыню лжеименного разума, он — человекоубийца искони, лжец и отец лжи — любуется плодами дел своих. Он преуспел. Он одолел людей. И Бог теперь не столько отрицаем, сколько вытесняем из сердца человека различными пристрастиями и житейскими попечениями. Бог просто забыт.

«Дай Мне, сыне, твое сердце» — просит, зовет Господь (Притч. 23:26). Да где оно, наше сердце?! И есть ли еще оно?.. Если и есть, то нет в нем уголка — местечка для Бога, для света и тишины, для мира и любви. И страшно нам, что свет Божий откроет для нас самих страшный хлам нашего сердца. И мы опять гоним Бога и бежим от всего, что может обнаружить наше истинное лицо.

Да это опять и не мы, дорогие мои, а все тот же человекоубийца, увлекающий нас все дальше и дальше к отпадению от спасения, уготованного людям Сыном Божиим. Враг сам уже вошел в наше сердце и овладел им.

Но не мог он этого сделать без нашего согласия. Ведь Премудрость Божия так сотворила человека, что без него самого или против его воли ни спасти, ни погубить человека нельзя. И мы сами, отвергая Бога неверием или веруя в Бога, но отвергая заповеданные Им дела, отвергаем свое спасение. И, не принимая темную, безвидную, страшную силу диавольскую, но делая дела тьмы, мы сами отдаем себя в ее руки, мы сами готовим себе бездну ада.

Так знайте же, дорогие мои, что диавол не иначе проникает в нас, как овладев нашим умом, нашими помышлениями. У одних он похищает из ума и сердца веру, в других его смрадное дыхание испепеляет страх Божий, третьих, поразив тщеславием, он ведет в плен многих страстей, ибо тщеславие и гордыня рождают такие пороки в нас, что открывают врата души всем бесам. И человек не замечает, как становится одержимым.

Нам надо твердо помнить, что основной отличительной чертой диавольской брани является ее приспособляемость, что брань с нами злые духи ведут непрестанно, и разнообразию ее нет числа.

Главное же — надо непременно знать, что подход их к нам незаметен и действие постепенно. Начав с малого, злые духи постепенно приобретают великое влияние на нас. Бесовская хитрость и лукавство, как правило, услужливо идут навстречу нашим же желаниям и стремлениям, даже доброе и невинное они способны превратить во оружие свое.

Вот теперь много молодежи ринулось в Церковь, кто уже состарившись в скверне греха, кто отчаявшись разобраться в превратностях жизни и разочаровавшись в ее приманках, а кто — задумавшись о смысле бытия. Люди делают страшный рывок из объятий сатанинских, люди тянутся к Богу.

И Бог открывает им Свои отеческие объятия. Как было бы хорошо, если бы они по–детски смогли припасть ко всему, что дает Господь в Церкви Своим чадам, начали бы учиться в Церкви заново мыслить, заново чувствовать, заново жить.

Но нет! Великий «ухажер» — диавол на самом пороге Церкви похищает у большинства из них смиренное сознание того, кто он и зачем сюда пришел. И человек не входит, а «вваливается» в Церковь со всем тем, что есть и было в нем от прожитой жизни, и в таком состоянии сразу начинает судить и рядить, что в Церкви правильно, а что и изменить пора.

Он «уже знает, что такое благодать и как она выглядит,” еще не начав быть православным христианином, он становится судией и учителем. Так снова Господь изгоняется им из своего сердца. И где? — Прямо в Церкви.

А человек этого уже и не почувствует, ведь он находится в Церкви, ведь он пролистал уже все книги, и ему уже пора и священный сан принимать, а ей уже пора одеваться в монашеские одежды.

Но, дорогие мои, они примут и священный сан, они примут и монашество, но все это уже без Бога, водимые той же силой, что вела их в жизни до прихода в Церковь и что так ловко обманула их и теперь. А дальше жди и других исключительных, возможных только на почве искаженной веры явлений.

Без труда, без борьбы и без крестных страданий воспринятое — без жизни, христианство только по имени, а значит и без Бога, и явит различные обольщения в видениях и откровениях. Диавол будет руководить своей жертвой внутренними голосами, а у кого–то заполнит ум, пленит сердце хульными образами и словами. И горе, если человек — невежда в вере, если снова не ринется он за помощью к Богу, готовому помочь даже и изменнику.

И надо нам с вами всем помнить, что в душе светлой и чистой даже одна какая–нибудь брошенная от диавола мысль тотчас произведет смущение, тяжесть и сердечную боль, в душе же, омраченной грехом, еще темной и оскверненной, даже само присутствие вражье будет неприметно. И этой неприметности помогает сам дух злобы, ибо она ему выгодна. Он, тирански властвуя над грешником, старается держать его в обольщении, убеждая, что человек действует сам собой, или внушая, будто Ангел, светлый образ которого принял лукавый, уже почтил жизнь этого человека своим явлением.

Обольщенный, как мотылек, летит на призрачный свет бесовского видения или откровения, которое смертельно опалит его душу. Он желал чуда, искал откровения, и оно явилось. А у человека даже и мысли не возникает о своей во грехе прожитой жизни, которая уже стеной стала между ним и Богом. Сколько еще надо трудиться, чтобы эту стену разбить, чтобы увидеть свет истины!..

Трудно обмануть истинно верующих. Смирение и страх Божий предостерегут, а Дух Святой, охраняющий их, откроет им правду и наставит на всякую истину. Да и знают они со слов Самого Спасителя Христа, что должно прийти соблазнам, и остерегаются их.

Из житий отцов–подвижников известно, что они узнавали беса, являвшегося им даже в образе Христа. Духовная же слепота едва ли не большинства современных людей, хоть и именующих себя христианами, увлекает их все умножающимися бесовскими соблазнами.

Уже теперь мы слышим и читаем в периодической печати о всяких явлениях–знамениях то на небе, то на земле: о светящихся летающих объектах, о «добреньких» инопланетянах, о «барабашках,” которые вторгаются в жизнь наших современников, навязывая им определенные нормы жизни и поведения уже не в помыслах, но зримо, делом, творя мнимые чудеса, приучая соблазнившихся полному послушанию себе. Есть даже случаи самоубийств, совершенных по внушению этих «опекунов.» И никого не смущает такой их наплыв, ни у кого не возникает мысль: а откуда же они, почему пришли и где были раньше? Но даже если бы кто–то все эти явления в той же печати назвал своим именем, сказал, что это разгулявшиеся, разыгравшиеся с омраченным, обезбоженным миром бесы, у читателей все равно не было бы уже способности осмыслить и понять, что же несут в себе эти явления и игры. А новые, открывшиеся в последнее время способности целительства духовным прозрением, ясновидением и прозорливостью у многих, очень многих людей всякого возраста, с разным образованием? От юноши, с грехом пополам осваивающего школьную программу, до преподавателя вуза, от тетушки–домохозяйки до дамы, образованной во всех отношениях.

Поразительно, что большинство из них, не обремененные никакими знаниями в области медицины, воспринимают открытие как дар неба. Дар–то дар! Но от кого и зачем, что может принести он «врачу» и больному? «Врачу» он принесет бесовскую гордыню, а доверившемуся ему пациенту — нарушение всех душевных и духовных сил — одержимость.

Но это будет потом. А пока все хотят быть здоровыми любой ценой. И это снова — богоборчество.

Христианин истинный, а не по имени только и моде, непременно вспомнит в связи со всеми этими явлениями, как поступили святые апостолы, встретив девицу, имеющую духа прорицательного и доставляющую тем доход своим господам (Деян. 16:16—18). Вспомнят верующие и отбегут от духа лестна, а остальные и сами погрузятся в губительный обман, и повлекут за собой многих.

Все это, дорогие мои, — знамение времени. Все это значит, что христианство, как дух, неприметным образом для суетящейся, служащей миру толпы удаляется из среды человеческой, оставляя мир на окончательное падение.

И у всех живущих на земле возникает в наше время предощущение грядущей катастрофы, но человечество, томимое тяжелым предчувствием, не хочет остановиться, задуматься, понять, что же с ним происходит. Диавольские силы поработили ум и сердце живущих грехом, который согнул и исказил человека настолько, что он перестал видеть Бога, он уже не может выпрямиться, чтобы ум его осиял свет Божественной истины и тьма исчезла.

Так вспомним же, дорогие мои, как одним мановением Спасителя, одним Его словом, словом Божественной любви выпрямилась согбенная, страдавшая от насилия диавола восемнадцать лет. Припадем ко Спасителю Христу с мольбой и любовью, отрясем узы греха, отбежим соблазнов и обольщений диавольских. Припадем к Спасителю — именно этим мы сможем противостать диаволу, и убежит он от нас.

Научимся же понимать и беречь добро души своей, будем сторожить входы в свою душу, научимся видеть себя, тогда мы обнаружим все дела, все козни диавола внутри и вокруг нас. Так помолимся, чтобы дал нам Господь бодрый ум, трезвую совесть, открыл духовное зрение. И главное, никогда не будем забывать об исконном враге, воюющем на род человеческий.

И, помня, что сила борителя крепка, а наша сила немощна, смиренно припадем несомненной верой к Тому, Чья сила сильнее всякой другой.

Господи, имя Тебе — Сила, подкрепи же нас всех, изнемогающих и падающих. Аминь.

Неделя 29–я по Пятидесятнице

«Встань, иди; вера твоя спасла тебя», — слышим мы с вами, дорогие мои, други наши, в сегодняшнем евангельском чтении слова Спасителя (Лк. 17:19). Слова тем более удивительные, что они обращены к грешному человеку и что они еще при жизни его свидетельствуют о его спасении. Спасение человека уже совершилось. И одно только слово открывает нам причину совершившегося.

Вера!…Вера твоя спасла тебя!

Но какой смысл сокрыт в этом слове — «вера»? Какая вера? Какая жизнь? Ведь и мы тоже веруем, но так ли, чтобы и нам услышать решительное слово: «Иди, ты спасен!» Краткое евангельское слово обращено к нам — прииди и виждь, научись спасению верой.

Враг рода человеческого исказил душу человека грехом. Он, как ловец, преследует душу без устали, он сделал ее согбенной аж до земли. И человек перестал видеть небо. Лишь собственное чрево да прах, попираемый своими же ногами, предстают его взору, его помыслам. И болезни тела неотступно следуют за болезнью души.

Так, десять прокаженных, десять страдальцев, чьи распадающиеся, гниющие тела несли на себе страшные язвы греховной жизни, предстали Господу Спасителю. Они стояли вдали от Него, колеблемые слабой верой и неверием одновременно. Но слух о Христе, как о великом Целителе, уже дошел и до них и родил в их душах некоторую надежду.

«Иисус Наставник, помилуй нас!» — взывают прокаженные о помощи (Лк. 17:13). И вид их страдания, и вопль о помощи преклоняют Господа на милость. Он отсылает больных в церковь, требуя от них исполнения закона: «пойдите, покажитесь священникам» (Лк. 17:14). Своей же целительной силой Христос снимает проказу болезни, хотя они находятся еще только на пути к исполнению закона, на пути в церковь. Вознаграждена и сама готовность грешников исполнить закон. И десять человек вошли в церковь прощенными и, как следствие прощения, получили исцеление от неисцеленной болезни своей!

Но что происходит дальше? Их было десять, несчастных грешников, изувеченных общей болезнью, но только один, как слышим мы в Евангелии, получил дар Вечной Жизни — спасение. Только один из десяти прокаженных, пораженный чудом, совершившимся над ним, видя себя исцеленным, очищенным, вновь ищет Христа, чтобы припасть к Нему с чувством благодарности и изумления, ибо он познал в Целителе — Живого Бога. И он возвращается ко Христу, чтобы уже никогда не отойти от Него ни словом, ни делом, ни помышлением. И благодарность его стала свидетельством живой веры. А вера стала его жизнью, стала силой души. Чувство Живого Бога, потребность идти к Богу, хваля и прославляя Его, даруют человеку спасение.

Но «не десять ли очистилось? где же девять?» — звучит снова голос Спасителя (Лк. 17:17).

А девять, получив желаемое, получив милость прощения и очищения, возвратились в свою прежнюю жизнь — жизнь греха и порока. Они ушли, забыв о чуде, забыв о Том, Кто даровал им милость Свою. И вера их сразу угасла, ее задул вихрь жизни, ее похитил диавол. И в душах их — воцарилась прежняя темнота греха и пустота, не сохранила душа следа Божиего влияния на нее.

И нет любви к Богу — Благодетелю, Целителю, Источнику жизни. И опять Бог забыт до какой–нибудь очередной беды, болезни, скорби, которые снова вскормит их же греховная жизнь.

Но это можно сказать и о нас. Человек без конца подбегает к Богу и требует, требует благ: счастья, довольства, здоровья. Он подбегает к Богу со своей нуждой, но не живет Им, и всякий раз, получив просимое, возвращается к привычной прежней греховной жизни. И эта бесплодная толчея человека возле Бога все чаще и чаще вызывает в прокаженных душах ропот на своего Творца, ропот на всё и вся. Тогда Бог становится виновным во всем: это Он не отвечает на просьбы–требования, это Он не дает человеку всю полноту жизненного счастья. А то, что сам человек не живет по предписаниям Божиим и в законе Божием, что он пожинает горечь разрушенной своими же беззакониями жизни, не приходит ему на ум. Нет у него подлинной веры, подлинной жизни духа, и не кончится спасением жизненный путь его. Вот и все! Как ясно и просто!

Спасение человека совершалось, совершается и будет совершаться во все времена только верой и только в Церкви. Во все времена проказа греха — семени смерти — поразившая весь род человеческий, врачуется, исцеляется только там и только Спасителем Богом.

В нынешнем Евангелии мы опять ясно зрим борьбу двух начал — света с тьмою, добра со злом, жизни со смертью, Бога с диаволом. И если враг рода человеческого так неотступно, так настойчиво борет душу каждого человека, о чем подробно говорили мы в прошлой проповеди, то совершенно особенное имеет он попечение о Церкви Христовой от самого рождения ее, ибо только в Церкви и через Церковь совершается спасение человека.

Тайна беззакония совершенно противоположна тайне христианского благочестия. Уничтожение веры во Христа Спасителя как Бога — одна из основных задач неустанной диавольской заботы.

Ведь только Святая Православная Церковь Христова есть живой организм, насаждающий и взращивающий виноградник Христов, только в ней — залог жизни и спасения человека, только в ней — Христос всегда «живый и действуяй.»

Святой Киприан Карфагенский говорил: «Тот не имеет Отцом Бога, кто не имеет матерью Церковь.» Поэтому–то Церковь и находится под особо пристальным вниманием врага–губителя.

В каждую эпоху истории Церкви враг изобретал свои особые приемы борьбы с ней, и каждый раз, изощряясь в более подходящих по времени восстаниях на Святую Церковь, он то ополчался на нее извне гонениями от предержащих властей, то ввергался в лоно Церкви расколами, то роем ересей, заблуждений и неправд извращал истину, расторгая единство и ниспровергая веру.

Нам с вами, дорогие мои, необходимо знать не только все, касающееся козней диавольских против наших душ, чтобы не оказаться в пленении, но надо знать и все способы борьбы его против Церкви, чтобы вместо Церкви Божией не попасть в церковь лукавнующую.

Исключителен путь Русской Православной Церкви после 1917 года. Обреченная от властей на полное уничтожение, когда Православие в полном смысле этого слова выкорчевывалось, она длительное время переживала такие лютые гонения, которые могут сравниться лишь с гонениями первых веков христианства. Но тогда Православие в России было еще настолько могущественно, что только физическое уничтожение Церкви Божией, ее иерархов и народа Божия помогало в исполнении этой первоочередной задачи новым властелинам.

Позднее, когда истреблением священства Церкви был нанесен сокрушительный удар, а в верующем народе посеян страх, враг всякой правды вводит в Церковь раскол обновленчества, желая то немногое, что осталось от Церкви, живое силой Духа Божия, приспособить к требованиям миродержца и тем довершить свою задачу, уничтожив Церковь изнутри. Но голос крови новых российских мучеников исходатайствовал Русской Церкви милость Божию. Началась война, которая приостановила готовые осуществиться планы. В послевоенное время на смену явному гонению приходит новое — скрытое, которое продолжается и по сие время. В этом гонении врага не видно, все становятся вроде бы друзьями, тогда как неверие и зловерие ведут свою незримую, но беспощадную борьбу. И по–прежнему для Церкви — это борьба за выживание. И если прежде во все времена еретики обнаруживали себя явно, то ныне Церковь наполнена еретиками скрытыми. Это все те, кто приходят в Церковь, но неправо мыслят о ней, о вере, о Боге.

Вот откуда, дорогие мои, ваш вопль, что в Церкви уже нет больше Божией благодати. Но оценка эта неправильная. В Церкви благодать была, есть и будет, только те, кто в ней, не вмещают в себя благодати, их души, их сердца не отданы Богу. И вы сердцем чувствуете, что рядом с вами в Церкви чужой человек.

Облегчается делание разрушителя в Церкви еще и общим религиозным одичанием людей. А в таком состоянии, когда нет сопротивляемости находящим болезням, любая из них, даже самая безобидная, может стать смертельной. Новейшее время принесло в Церковь еще более злой раскол и разделения. Церковь зарубежная, церковь автокефальная, церковь катакомбная — и все они мыслят о себе как о единственной истинной Православной Церкви. Враг достигает цели: те, кто называют себя православными христианами, кому заповедано единство веры во Христе, раздирают ризу Христову, водимые политическими соображениями безбожных мироправителей.

Ныне в России предоставляется свобода всякому — и христианскому, и инославному — исповеданию. Католики открывают свои миссии; там, где никогда не было иной веры, кроме Православной, звучит их проповедь, совершается их служба. В Москве, в Новосибирске, в Караганде созданы епархии во главе с католическими кардиналами.

Одновременно с давлением извне враг продолжает свое наступление и на содержание православного вероучения, стремясь извратить истину. Сеются плевелы лжеверия, которые, отрицая православное христианство, говорят об общей единой вере в Бога всех народов.

Сколько молодежи пришло сейчас в Церковь с распутий жизни, пройдя через оккультизм, индийскую философию, йогу. Эти бесовские познания они принесли с собой и в Церковь. Не имея ни сил, ни времени, а часто и желания освободиться от страшного ведения зла, они начинают на христианской почве изобретать свою новую, невиданную веру, где в равном достоинстве уживаются и истина, и ложь. Но по слову апостола Петра: «Лучше бы им не познать пути правды, нежели, познав возвратиться назад от преданной им святой заповеди» (2 Пет. 2:21)

Враг же рода человеческого — деятельный помощник и вдохновитель этих несчастных — предпочитает оставаться в тени. Изобретенным под его диктовку самостоятельным верам уже и теперь нет числа, а будет их еще больше: что ни царство, то свое исповедание, потом, что ни область, далее, что ни город, а наступит и такое страшное время, что ни человек, что ни голова — то своя вера. Там, где сами себе строят веру, не принимая Богом данную, иначе и быть не может. Да и неверие не хочет равнодушно смотреть на веру, не хочет довольствоваться своим неверием. Ему надо окончательно уничтожить все, что по–другому мыслит, особенно в вопросах веры, бытия Божия и бессмертия души.

Самый же страшный способ богоборчества и уничтожения Православной Церкви в настоящее время — это извращение истинного христианства и подмена его ложным. Евангелие, которое ныне известно всем, становится объектом личного переосмысления, перетолковывания, всяческих измышлений на основе слова Божия.

Было время к тому благоприятное, когда верующие не имели книг для уяснения истины, а священство молчало, связанное негласным запретом от властителей мира сего. Но даже тогда не было такого бесконечного разлива измышлений на тему слова Божия.

Теперь же, когда книги церковные и толкования, кои изрекали святые Божии люди, движимые Духом Святым, приобрести легче, чем хлеб насущный, именно теперь, присваивая себе имя христиан, обрушиваются на Церковь еретичествующие служители сатаны. Они возвещают вероломство под предлогом веры, антихриста под именем Христа и, прикрывая ложь правдоподобием, хитростью, уничтожают для нас истину. И «Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле?» (Лк. 18:8).

Теперь наступают такие дни, что имя христианское слышится повсюду, храмов открывается даже больше, чем можно найти молящихся. Но не будем спешить радоваться. Ведь как часто это только видимость, ибо внутри уже нет духа христианского, духа любви, Духа Божия, творящего и дающего жизнь, но царит там дух века сего — дух подозрительности, злобы, раздора.

Духи–обольстители и учения бесовские уже явно проникли в церковную среду. Священнослужители, народ церковный, попуская себе ходить в жизни в похотях сердец своих, одновременно молясь Богу и работая греху, получают за это должное воздаяние. Бог их не слышит, а диавол, не связанный силой Божией, творит через обольщенных свои непотребные дела.

Дух Божий еще в первые века христианства остерегал всех живущих, что «…в последние времена отступят некоторые от веры, внимая духам–обольстителям и учениям бесовским…» (1 Тим. 4:1). Ныне отступление от Бога и веры распространяется по земле. Человек, отвергая добро и избирая зло, становится соучастником темной силы в борьбе против дела Божия — созидания жизни на земле. Мы видим это совершающимся.

Вот какая страшная опасность грозит миру! Как же жить нам на этой обезумевшей от зла земле? Слушайте внимательно. Святитель Божий Игнатий отвечает нам: «Те, которые поистине будут работать Богу, благоразумно скроют себя от людей и не будут совершать посреди их знамений и чудес. Они пойдут путем делания, растворенного смирением, и в Царствии Небесном окажутся большими отцов, прославившихся знамениями.» Дорогие мои, это чрезвычайно важное указание нам! Берегитесь шума, берегитесь показного делания, берегитесь всего того, что лишает вас смирения. Там, где нет смирения, там нет и быть не может истинного угождения Богу. Ныне время, когда иссякли благодатные руководители подлинно духовной жизни. Теперь безопаснее руководствоваться Святым Писанием, писаниями подвижников благочестия. Господь и здесь пришел на помощь «малому стаду,” ищущему Его. Книги истинных духоносных отцов вновь увидели свет, снова пришли к верующим. Читайте святителя Феофана Затворника, внимайте прочитанному, и козни вражьи не посмеют коснуться вас, следующих его советам.

А вот последнее слово нам, живущим в столь трудные времена: «Отступление попущено Богом: не покусись остановить его немощною рукою твоею… Устранись, хранись от него сам; и этого для тебя довольно. Познай дух времени, изучи его, чтобы по возможности избежать его влияния.» Дорогие мои! «Облекитесь во всеоружие Божие, чтобы вам можно было стать против козней диавольских, потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных» (Еф. 6:11—12). И Господь будет с нами, будет нашим Помощником.

Научимся же вере, дорогие мои, в Церкви научимся жизни по вере от евангельского прокаженного! И отнимется от нас прокажение душ, и снимется расслабление тел, и тогда одухотворенными душами, всем существом своим мы потянемся к Сладчайшему Источнику жизни — к Богу и, преданно припав к Нему, услышим Его голос, любящий и зовущий: «Встань… встань от прокажения грехом, вера твоя спасла тебя…» И встанем оправданными, и останемся со Спасителем своим во веки веков. Аминь.

5. Непереходящие Праздники

Собор новомучеников и исповедников Российских

И когда Он снял пятую печать, я увидел под жертвенником души убиенных за слово Божие и за свидетельство, которое они имели. И возопили они громким голосом, говоря: доколе, Владыка Святый и Истинный, не судишь и не мстишь живущим на земле за кровь нашу? …и сказано им, чтобы они успокоились еще на малое время, пока и сотрудники их и братья их, которые будут убиты, как и они, дополнят число. (Откр. 6:9—10—11)

Други наши, сегодня праздник молитвенной памяти святых, начало которому было положено тогда, когда они, эти люди, еще жили и только стояли на пороге предлежащего им подвига. И они сами, не ведая того о себе, но пророчески предвидя будущее России, на всероссийском Соборе Русской Православной Церкви в 1917—1918 годах объявили: «Установить по всей России ежегодное поминовение молитвенное в день 25–го января или в следующий за сим воскресный день (…) всех усопших в нынешнюю лютую годину гонений исповедников и мучеников.»

Они не знали о себе, но Дух Святый, в Церкви почивающий и Церковь ведущий, их устами изрек явно будущее народа Божия на Руси на длительный период ее истории и назвал его «годиной лютой.»

И на этом Всероссийском Соборе, восстановившем Богом данной властью на Руси Патриаршество, еще воочию была видна древняя церковная слава России. Но там же ей, этой славе, уже противопоставилось надвигающееся будущее — непримиримая, враждебная сила, ненавидевшая христианство и Крест и обещавшая русской Церкви подвиг мученичества и исповедничества, доселе редко являвшийся в ней.

Непрекращающиеся гонения, в которых рождалась Вселенская Церковь, казалось, обошли Россию. Русь приняла христианство готовым, выстраданным другими, из рук своего правителя — Великого равноапостольного князя Владимира — и вросла в него весьма малыми жертвами. Но могла ли Русская Церковь миновать общий всем христианам путь, начертанный Христом? «возложат на вас руки и будут гнать вас, предавая… в темницы, и поведут пред… правителей за имя Мое» (Лк. 21:12). Это Божие определение о Церкви открылось со всей очевидностью еще с апостольских времен. А для России час испытания ее веры, час подвига за Христа пришел в XX веке, ибо не без России Вселенская Церковь должна была достигнуть полноты духовного возраста и совершенства. Почти через тысячелетие после принятия христианства с небывалой силой на Русскую Православную Церковь обрушилось гонение, движимое активным богоборчеством, целью которого было стереть Церковь с лица земли и изгладить само воспоминание о Боге в сердцах россиян. И цель оправдывала средства. В относительно короткий период — за семьдесят лет — земная Русская Церковь пополнила Небесное Отечество множеством русских святых мучеников и исповедников.

И сегодня второй год мы прославляем всех тех, кто пронес подвиг веры до исповедничества и мученичества в этот новый период истории государства Российского и его Святой Церкви.

Только через семьдесят пять лет постановление, прозвучавшее на Соборе 1917 года, ожило и стало деянием. И в этот день мы совершаем молитвенное поминовение тех, кто пострадал за веру и правду: был расстрелян, замучен, убит, умер от болезней и холода в лагерях — принял мученическую кончину за веру Христову. Сегодня мы называем только восемь имен — восемь первых мучеников, канонизированных Русской Православной Церковью в 1992 году: это священномученик Владимир, митрополит Киевский и Галицкий; священномученик Вениамин, митрополит Петроградский и Гдовский; священномученик архимандрит Сергий; мученик Юрий; мученик Иоанн; преподобномученица Великая княгиня Елизавета; преподобномученица инокиня Варвара. И только Патриарх Тихон был прославлен ранее, в 1989 году.

Но за ними, поименованными, стоит бесчисленное множество клириков, мирян, имена коих знает один Бог, и кои свидетельством своим о вере Христовой «даже до смерти» стали молитвенниками и предстателями пред Престолом Божиим за нас, за землю Русскую.

Первый период кровопролитных массовых гонений на Церковь Христову начался после декрета об изъятии церковных ценностей и опубликования в печати списка «врагов народа», первым в котором был Патриарх Тихон, а вслед за ним епископы, священники — вся лучшая часть российского духовенства. На конец 1922 года было расстреляно по суду 2691 человек из белого духовенства, 1962 монаха, 1447 монахинь и послушниц. Это перечень лишь тех, чьи «судебные» дела сохранились, а сколько их, безвестных, убиенных без суда и следствия, предстало пред Богом в убеленных страданием победных ризах.

Первый, кто стал во главе новомучеников Российских, — это Патриарх и отец — Святейший Тихон. Это он своим первосвятительским благословением указал чадам Церкви Российской единственно верный путь в «новой» жизни: «А если нужно будет и пострадать за дело Христово, зовем вас, возлюбленные чада Церкви, зовем вас на эти страдания вместе с собою… Если нужна искупительная жертва, нужна смерть невинных овец стада Христова, — благословляю верных рабов Господа Иисуса Христа на муки и смерть за Него,” — звучит голос отца. Таков путь Христа, таков путь Его Святой Церкви. Таков путь каждого, кто стал христианином. И Церковь Божия, и подвижник Христов свободно идут на крест и взойдут на него. В свободе — и сила подвига, и его ценность.

Принимая патриарший посох в 1918 году, митрополит Тихон знал предлежащий ему путь и не отрекся от крестного подвига. «Ваша весть об избрании меня в Патриархи является для меня тем свитком, на котором было написано: «Плач, и стон, и горе…» «Отныне на меня возлагается попечение о всех церквах Российских и предстоит умирание за них, во вся дни», — сказал Владыка Тихон в день своего избрания. И его умирание началось с первых дней.

Против христианства, вооруженного лишь крестом и молитвой, ополчились власть и вся сила зла в безумном порыве уничтожить, растоптать в нем Христа. И Россия во главе со своим Патриархом вступила на свою Голгофу.

Патриарх Тихон в сонме мучеников Российских, казалось, был лишен радости мученического венца, но по силе страданий он стал первым. Его бескровное мученичество было непрестанным в течение долгих семи лет. Ежедневно, ежечасно, до последнего дня жизни, до смерти. Для пользы Церкви он принял подвиг менее видный, более будничный, подвигом и не кажущийся. Он боролся с врагом, его насилием, издевательством и коварством за свободу Церкви. И Церковь, сохраненная его подвигом, взывает ныне: «Святителю отче Тихоне, моли Бога о нас.»

С Всероссийского Собора, не дождавшись его окончания, только получив благословение Богом дарованного Патриарха, уехал на страдание и смерть митрополит Киевский и Галицкий Владимир (Богоявленский). Священномученик митрополит Владимир шестьдесят лет шел по жизни за Богом. Его жизнь была исполнена трудов и страданий. Ими учился он всегда и во всем исполнять волю Божию. В Церкви он прошел послушание от семинариста до митрополита. В трагической смерти своей жены и единственного ребенка тогда еще молодой священник, он усмотрел Промысел Божий.

И путь монашеского послушания стал единственным для него до конца дней. Владыка всегда был с народом Божиим как истинный пастырь во всех его бедах. Особенно это поразительно проявилось во время холерной эпидемии и неурожая в Самарской губернии. С крестом и молитвой он появлялся в холерных бараках, совершал молебствия на площадях — бесстрашный воин Христов и пастырь добрый. Он учил, вразумлял, лечил, кормил, согревал. И любовь народная была ему наградой.

Истинное смирение вознесло святителя Владимира на такую высоту, какая только была возможна на положении иерарха. Он с застенчивостью и удивлением говорил о себе, что стал как бы Всероссийским митрополитом, последовательно занимая все основные митрополичьи кафедры России — Москвы, Петербурга и Киева.

Нельзя умолчать об одной весьма важной детали. В 1915 году Владыку перевели на Киевскую кафедру, и он, словно предвидя предлежащее ему, был удручен. Но на вопрос близкого ему человека: «Не лучше ли теперь уйти ему на покой?» — митрополит Владимир ответил спокойно: «Да, судя по человеческим соображениям, я с вами согласен. А по–Божиему как? Угодно ли испытывать и предупреждать волю Божию? Вот она — общая черта в жизни всех святых людей — «А по–Божиему как?»

По–Божиему митрополиту Владимиру, митрополиту Вениамину, архимандриту Сергию, мирянам Юрию и Иоанну, Великой княгине Елизавете и инокине Варваре надлежало отвергнуться себя, отвергнуться человеческого и взять Божие — крест свой и следовать за Христом. И они, движимые духом любви ко Христу, пошли на подвиг. Они ощущали присутствие Святого Духа, когда радость становится вечной.

Отстаивая единство Украинской Церкви со Всероссийской Православной Церковью, владыка Владимир незадолго до своей гибели сказал: «Я никого и ничего не боюсь. Я на всякое время готов отдать свою жизнь за Церковь Христову, за веру Православную, чтобы не дать врагам ее посмеяться над нею. Я до конца буду страдать, чтобы сохранилось Православие в России там, где оно начиналось.» Как перекликаются эти слова его со словами Патриарха Тихона: «Пусть погибнет имя мое в истории, только бы Церкви была польза.»

И там, где крестилась Русь во Христа, где руками апостола Андрея Первозванного было воздвигнуто знамение победы — Крест Христов — в Киеве над Днепром был вознесен на крест преемник апостольского служения священномученик митрополит Владимир, и с этого же места началось крещение Русской Церкви огнем и кровью.

Без суда, без объявления вины, как на разбойника, вышли взять митрополита неведомые, не знаемые никем, новые хозяева жизни со штыками и огнем. Издевались над ним, вывели за ворота Киево–Печерской Лавры. А он, воздев руки свои к небу, молился. Потом, благословляя крестообразно обеими руками своих убийц, сказал: «Господь вас благословляет и прощает.» Мученик сам благословил смерть свою и вымолил убийцам прощение. «Господь вас прощает!» А распоясавшийся мир зла, не вынося укоризн правды и света, смертельными пулевыми и штыковыми ранами завершил суд над правдой.

Это было первое кровавое злодеяние, и «судя по–человечески, ужасною кажется эта кончина, но нет ничего напрасного в путях Промысла Божия, и мы глубоко верим… что эта мученическая кончина владыки Владимира была не только очищением вольных и невольных грехов его, которые неизбежны у каждого, плоть носящего, но и жертвою благовонною во очищение грехов великой матушки России», — сказал святой Патриарх Тихон о священномученике митрополите Владимире и о всех будущих священномучениках и мучениках земли Российской, которым должно было явиться вослед за этой первой жертвой.

Через четыре года вслед за митрополитом Владимиром мученичеством завершил свой жизненный путь святитель Петербургской епархии — митрополит Вениамин (Казанский). Он помышлял о мученичестве еще в детстве. И это было так глубоко и сердечно, что Господь исполнил желание того, кто возлюбил Его и всей жизнью своей Господу отдал свое сердце. «В детстве и отрочестве я зачитывался житиями святых, — писал о себе владыка Вениамин, — восхищался их героизмом… жалея, что времена не те и не придется пережить то, что они переживали.»

Небывалая разруха и голод охватили страну в 1921 году. С ними начались и гонения на Церковь, которые проводились якобы с целью изъятия церковных ценностей. Владыка Вениамин, являя пример высокой христианской любви, благословил передачу ценностей, не имеющих богослужебного употребления, на нужды бедствующих. «Мы все отдадим сами,” — говорил он. Но изъятие было не основной целью власть предержащих. Им нужно было устроить показательный судебный процесс над духовенством, обвинив его в заговоре.

Взятый в заточение по этому сфабрикованному делу, владыка митрополит особенно страдал за тех, кто был судим вместе с ним. Страдал от клеветы беззаконных судей и от лукавства лжебратьев — новоявленных «иуд» — обновленцев, предающих истину — Церковь.

Напрасно любящая владыку паства ходатайствовала за него, напрасны были и его духовная мудрость, и разум, изобличавшие всякие клеветы на подсудимых. Приговор — «повинен смерти» — ничто не могло изменить. И, ожидая исполнения своей участи, митрополит Вениамин оставляет своим ученикам и сопастырям заповедь — бессмертные слова возвышенной силы. «Тяжело страдать, но по мере наших страданий избыточествует и утешение от Бога. Трудно переступить этот рубикон, границу, всецело предаться воле Божией. Когда это совершится, тогда человек избыточествует утешением, не чувствует самых тяжких страданий.» «Страдания достигли своего апогея, но увеличилось и утешение, — пишет он. — Я радостен и покоен… Христос — наша жизнь, свет и покой. С Ним всегда и везде хорошо. За судьбу Церкви Божией я не боюсь. Веры надо больше, больше ее надо иметь нам, пастырям. Забыть свою самонадеянность, ум, ученость и дать место благодати Божией.»

На суде в своем последнем слове владыка Вениамин сказал: «Я не знаю, что вы мне объявите в вашем приговоре — жизнь или смерть, но, что бы вы в нем ни провозгласили, я с одинаковым благоговением обращу свои очи горе, возложу на себя крестное знамение и скажу: «Слава Тебе, Господи Боже, за все.»

Незадолго до исполнения приговора близкие получили митрополичий клобук владыки Вениамина, и на донышке его с внутренней стороны было написано: «Я возвращаю мой белый клобук незапятнанным.» По достоверным сведениям владыка митрополит шел на смерть спокойно, тихо шепча молитву и крестясь.

Участь владыки разделили и миряне, активные участники в церковной жизни: мученики Юрий и Иоанн, а также священномученик архимандрит Сергий. Архимандрит Сергий, обращаясь к суду, в последнем слове сказал, что монах очень тонкой нитью связан с жизнью. Его удел — богомыслие и молитва, и разрыв этой нити для монаха не страшен. «Делайте свое дело. Я жалею вас и молюсь о вас… «Последними словами его перед смертью были слова молитвы: «Прости им, Боже, не ведают, что творят.»

«Господи, прости им, не знают, что делают!» — была и последняя молитва Великой княгини Елизаветы перед тем, как черная бездна заброшенной шахты поглотила ее.

Она шла к этой зияющей бездне сознательно, категорически отказавшись выехать из России, когда начались беззакония. Она шла за Христом, и ее душевным очам оттуда, из бездны, бил свет Воскресения. Что привело ее, аристократку, чужестранку в далекий уральский город Алапаевск, ставший для нее Голгофой? Что отдало в руки неведомых, демонической злобой одержимых людей? Жизненные пути их никогда не могли ранее соприкоснуться. Она видела этих людей первый и последний раз в жизни. Она встретилась с ними только для того, чтобы они исполнили над ней приговор неведомо где состоявшегося суда. Но это по человеческому суждению. А как по–Божьи? А по–Божьи это был суд человеческий — «за Бога» или «против Бога.»

И Великая княгиня Елизавета, бывшая протестантка, принявшая Православие на своей новой Родине, в России, и возлюбившая Православную Церковь и Россию «даже до смерти,” ответила злу. Какой бы приговор не вынесло ей разнузданное, обезумевшее зло, она примет его как приговор свыше, как ниспосланную ей возможность делом подтвердить то, что составляло смысл и содержание ее жизни.

Любовь к Богу и любовь к людям была истинно смыслом ее жизни, и она привела Великую княгиню на крест. И ее крест вырос и переложился в Крест Христов и стал ее наслаждением.

Великая княгиня потеряла супруга, погибшего от злонамеренной руки террориста. Своими руками она собирает то, что осталось от любимого ею человека, и, неся в сердце боль страшной утраты, идет в темницу к преступнику с Евангелием, чтобы простить его и привести ко Христу с раскаянием. Вся дальнейшая ее жизнь в России стала делом милосердия в служении Богу и людям. Великая княгиня собрала сестричество, устроив Марфо–Мариинскую обитель и служа по примеру двух евангельских сестер всем обездоленным и скорбящим. Она вложила в это дело все свои средства, отдала все без остатка, и сама отдалась вся до конца. Ее любовь к людям возвращалась к ней ответной любовью людей.

Инокиня Варвара, бывшая при Великой княгине–матушке во дни ее трудов, не пожелала оставить ее и в последнем подвиге — умирания. И она восхитила мученический венец своим самоотречением и самоотдачей.

В тяжелые мятежные дни 17–го года, когда рушились устои былой России, когда готовились в лице Государя убить русскую государственность, когда все святое подвергалось поруганию, а святыни Кремля — обстрелу, Великая княгиня Елизавета писала, что именно в этот трагический момент она почувствовала, до какой степени «Православная Церковь является настоящей Церковью Господней. Я испытала такую глубокую жалость к России и к ее детям, — пишет она, — которые в настоящее время не знают, что творят. Разве это не больной ребенок… Хотелось бы понести его страдания, научить его терпению, помочь ему… Святая Россия не может погибнуть. Но Великой России, увы, больше нет.» «Полностью разрушена «Великая Россия, бесстрашная и безукоризненная.»

И из разрухи и пепелища России, из болей целого народа, из бесчисленных ее смертей звучит глас святой жертвы, утверждающий жизнь: «Святая Россия» и Православная Церковь, которую «врата ада не одолеют,” — существует, и существует более , чем когда бы то ни было.» Эти слова были написаны ею в преддверии могилы.

«Я… уверена, — продолжает Великая княгиня, — что Господь, Который наказывает, есть тот же Господь, Который и любит.» Вот мера ее духовного возраста, вот мера ее истощания. Она уже сама добровольно стала жертвой, и Господь принял ее жертву за Россию, которую она так любила. И ни единой бы власти не имели над ней эти, невесть откуда появившиеся на ее жизненном пути люди–палачи, если бы не было дано им свыше. Всех, кто был с Великой княгиней Елизаветой, побросали в шахту живыми, кроме одного, оказавшего сопротивление. Они умерли не сразу. Еще долго слышали местные жители Херувимскую песнь, пробивающуюся из–под земли. А Великая княгиня и там, в этой их братской могиле, продолжала делать дело Божие — голова одного из тех, кто был с ней, перевязана была ее апостольником.

Когда через три месяца после смерти мучеников нашли место их упокоения, то увидели, что Великая княгиня лежала на бревенчатом выступе на глубине пятнадцати метров, с образом Спасителя на груди, который был благословлен ей в день присоединения ее к Православию. Праведники во веки живут!

И русские новомученики — это те, ожидаемые Вселенской Церковью жертвы, кои дополнили число убиенных за Слово Божие. И кто знает, сколько еще продлится то «малое» апокалипсическое время, в кое дозревает земная Церковь до Суда Божия, который отмстит живущим на земле за кровь праведников?

«Новые страстотерпцы Российстии, исповеднически поприще земное претекшии, страданьми дерзновение приимшии, молитеся Христу, вас укрепившему, да и мы, егда найдет на ны испытания час, мужества дар Божий восприимем. Образ бо есте лобызающим подвиг ваш, яко ни скорбь, ни теснота, ни смерть от любве Божия разлучити вас не возмогша.»

А мы, взирая на сияние славы сих Российских мучеников с надеждой на возрождение нашей Церкви, нашей Родины — многострадальной России, — из глубины своих верующих сердец взываем ныне: «Святии новомученики и исповедники Российстии, молите Бога о нас!» Аминь.

Евангелист Иоанн Богослов и святитель Тихон Патриарх Московский

Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, — то я ничто… А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше (1 Кор.13:1—2,13).

Други наши, сегодня день преставления святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова и сегодня же день прославления святителя Тихона — Патриарха Московского и всея России.

Святая Церковь празднует память апостола и евангелиста Иоанна Богослова три раза в году, и память о нем всегда неизменно согревает души наши.

Долго, очень долго он один был властителем нашего внимания и любви в этот день, 26 сентября. Но вот три года назад Промысел Божий властно поставляет рядом с апостолом любви еще одного своего избранника — Первосвятителя, Патриарха Московского и всея России Тихона. Прославление Первосвятителя, состоявшееся именно в этот день, и память о нем, ожившая обретением нетленных его мощей, вливаются в мощный поток церковной памяти, хранящей волей Божией предания о каждом человеке, жившем Богом, жившем Церковью, и особо поставляющей на свещнице праздников церковных имена тех, кто во всей полноте исполнили жизнью своей волю Божию и учение Божие.

Итак, две свечи горят ныне в Церкви нетленным Фаворским светом, освещая и нам своей жизнью путь к небу.

Святой апостол и евангелист Иоанн Богослов — первое звено в неразрывной цепи благодатного преемства от Самого Господа Иисуса Христа в I веке христианства и звено последнее — святитель–мученик Тихон, на двадцать столетий удаленный от дней пребывания Христа Спасителя на земле.

И не возникнет ли у нас вопрос, почему так соединил Господь двух избранников Своих здесь, на земле? Не единым ли сердцем, не единым ли умом жили они, хотя в разное время и в разных условиях, не единое ли дело исполнили, живя на земле, чтобы соединиться и в вечности, и на земле в памяти людей. Посмотрим пристальнее на жизнь их и почерпнем из источника приснотекущего живую воду, дающую бессмертие душе.

Апостол Иоанн чистотой девственной души своей так возлюбил Господа, что никакие земные привязанности не отяготили его в жизни. Он отдал Богу сердце свое, полное ароматов чистой и святой любви только к Нему. Совсем юным он оставил дом отца своего, рыбаря Зеведея, и откликнулся на проповедь Предтечи Христова, призывающего людей Божьих приготовить путь Господу: «прямыми сделайте стези Ему» (Лк. 3:4). Юный Иоанн сам встал на этот путь в ожидании Грядущего за Крестителем, Который «будет крестить вас [людей] Духом Святым и огнем» (Мф. 3:11).

И вот святой Иоанн Предтеча указывает ученикам своим Некоего и говорит им: «вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира» (Ин. 1:29). И, послушный слову девственника–учителя, девственник–ученик оставляет Иоанна Предтечу, чтобы идти за Величайшим Девственником и Учителем и Спасителем своим.

Последовал Иоанн за Христом, все оставив ради Него: и дом родной, и отца, и мать, и тихую, спокойную жизнь рыбаря, — он пошел по бурному житейскому морю неведомым доселе путем в неведомую обетованную землю — в Царство Небесное. Так в I веке в присутствии Христа загорелось сердце Иоанна.

Но не так же ли загорелось сердце юного Василия Белавина в далекой от Израиля стране, холодной России, через девятнадцать столетий, прошедших со времени подвига Спасителя и трудов Иоанна Богослова? Тринадцати лет Василий оставляет отчий дом ради учебы в духовной семинарии, ибо уже в родительском доме уязвилось юное сердце любовью ко Христу, к заповедям Его, к Его Церкви. И шутливо–уважительное прозвище — Архиерей, данное ему семинаристами, пророчески зрит жизненный путь праведника в самом его начале. И как Иоанн отдал Богу сокровище нерасхищенное — девственное сердце свое, так и Василий принес тот же дар Богу. И с любовью, как дар святой, принял Христос преданность юных сердец. От полноты Своей любви Господь излил в их сердца неиссякаемый источник живой действенной любви. А они, достигнув в любви совершенства, смогли освещать и согревать ею и дальних, и ближних. Любовь Иоанна Богослова прошла сквозь века, а любовь святителя Тихона воссияла нам от гроба. В свое время возлюбил Иоанн Христа всею душою, всецело прилепился к Нему и неотступен был от Него до конца пребывания Христа на земле. Это были три года его «академии», где преподавателем стал Сам Божественный Учитель, где живое слово Нового Завета являлось видимым образом.

Иоанн Богослов — один из трех — стал свидетелем воскрешения Иисусом дочери Иаира. Иоанн — один из трех великих — узрел славу преобразившегося Христа. Иоанн лежит на персях Спасителя на последней вечери в Сионской горнице, где снедается пасхальный агнец Ветхого Завета, законополагая навеки Христом — Агнцем Божиим — Новый Завет с людьми в Его Крови.

Это было время, когда краеугольный камень — Христос — закладывался в основание Святой Православной Церкви. А первые ученики Его стали первыми учителями и апостолами этой Церкви.

Сердце ученика, преисполненное любовью, сливается воедино с сердцем Божественного Учителя, и нет тайны, сокровенной от ученика. Вся жизнь Божественного Учителя, все Его дела, вся непостижимая глубина нового учения отверзаются любящему сердцу. И юноша Иоанн за три года пришел в меру возраста Христова, созрел до полного самоотвержения, чтобы жить только в Боге, созрел для служения Богу и людям, созрел для крестного апостольского пути, став для всех всем.

Прошел четыре года академии и будущий Патриарх Тихон, тогда еще юноша Василий. И его взросление прошло у ног Спасителя, в лоне Святой Православной Церкви, и он предзрел Господа, «ибо Он одесную меня» (Пс. 15:8). И новое уважительное прозвище — Патриарх, полученное им от академических друзей и оказавшееся провидческим, говорит нам об образе его жизни в то время.

И Василий воспринял своей чистою и свободною душою любовь Христову. И, согретый ее лучами, он, как и апостол Иоанн, созрел до полного предания себя в волю Божию, созрел до готовности идти туда, куда позовет его Господь, и испить до дна чашу, юже уготовал ему Бог. И он сделал первый свой шаг за Господом на крест, преклонив в двадцать шесть лет выю под три высоких монашеских обета: девства, нищеты и послушания. И родился монах Тихон, для которого началась новая жизнь, с первого и до последнего дня отданная служению Богу, служению Русской Православной Церкви.

И через шесть лет он стал уже епископом, и епископство было для него «не сила, почесть и власть, а дело, труд и подвиг».

В тридцать один год он стал отцом отцов, любящее Бога сердце его исполнилось любовью и чуткостью к людям, безошибочно увлекая в любовь Божию сердца пасомых. Таково свойство любви. Ведь и по слову апостола–евангелиста Иоанна Богослова:

«Бог есть любовь» (1 Ин. 4:8).

Приведу один, на первый взгляд, незначительный пример из жизни святителя Тихона, только год как вступившего тогда на высокое архиерейское служение. Всего год пробыл святитель Тихон на своей первой кафедре, но когда пришел указ о его переводе, город наполнился плачем — плакали православные, плакали униаты и католики, которых тоже было много на Холмщине. Город собрался на вокзал провожать так мало у них послужившего, но так много ими возлюбленного архипастыря. Народ силой пытался удержать отъезжающего владыку, сняв поездную обслугу, а многие и просто легли на полотно железной дороги, не давая возможности увезти от них драгоценную жемчужину — православного архиерея. И только сердечное обращение самого владыки успокоило народ.

И такие проводы сопровождали святителя Тихона во всю его жизнь. Плакала Православная Америка, где и поныне его именуют апостолом Православия; плакал древний Ярославль, плакала Литва, расставаясь с архипастырем, ставшим для них родным отцом.

Оба угодника Божия — святой апостол и евангелист Иоанн Богослов и Первосвятитель Тихон — многими болезнями и трудами потрудились «во благовестии Христове». Любовь этих учеников к своему Божественному Учителю оказалась сильнее страха перед врагами. Они так возлюбили Господа, что прошли крестным путем, взошли на крест и распяли себя и жизнь свою. Они жили не для себя, но для Умершего за них и Воскресшего.

У Креста Спасителя состраждущим Ему был Иоанн. Только его беспредельно любящему сердцу вручил Спаситель Мать Свою, усыновив его Ей. Любимому ученику — любимую Мать вручает Господь на заботу о Ней и попечение до конца Ее дней.

У креста, предлежащего Русской Православной Церкви — Невесты Христовой на земле, — поставляется святитель Тихон, принимая в грозные годы безвремения на Руси подвиг патриаршего служения. Любимому ученику — любимую Невесту Свою вручает Господь на заботу о ней и сохранение.

А время было такое, когда все и всех охватила тревога за будущее, когда ожила и разрасталась злоба, и смертельный голод заглянул в лицо трудовому люду, страх перед грабежом и насилием проник в дома и в храмы. Предчувствие всеобщего надвигающегося хаоса и царства антихриста объяло Русь.

И под гром орудий, под стрекот пулеметов поставляется Божией рукой на патриарший престол Первосвятитель Тихон, чтобы взойти на свою Голгофу и стать святым Патриархом–мучеником. Как слезно плачет новый Патриарх пред Господом за народ свой, за Церковь Божию: «…Господи, сыны Российские оставили завет Твой, разрушили Твои жертвенники, стреляли по храмовым и кремлевским святыням, избивали священников Твоих…» И он же произнес ответ Господа, звучащий в скорбном его сердце в это тяжкое время восшествия на крест: «Иди и разыщи тех, ради коих еще пока стоит и держится Русская земля. Но не оставляй и заблудших овец, обреченных на погибель, на заклание… потерявшуюся — отыщи, угнанную — возврати, пораженную — перевяжи … паси их по правде». Пастыря доброго узрел Господь.

Да не хватит нам с вами времени, чтобы перечислить все труды и подвиги ныне вспоминаемых святых мужей. Оба они пронесли проповедь Евангелия Христова в самых жестких, страшных условиях, окруженные: один — злобой языческого мира, другой — страшной бесовской злобой отпавших от истины новых богоборцев.

Гонение Нерона на новую религию подвергло апостола многим мукам: он испивал яд, он горел в котле с кипящим маслом, но оставался невредим. Гонение новых богоборцев XX века подвергло Святейшего Патриарха Тихона мукам несравненным. Он горел в огне духовной муки ежечасно и терзался вопросами: доколе можно уступать безбожной власти? где грань, когда благо Церкви он обязан поставить выше благополучия своего народа, выше человеческой жизни, притом не своей, но жизни верных ему православных чад? О своей жизни, о своем будущем он уже совсем не думал. Он сам был готов на гибель ежедневно.

Повторю слова Патриарха, которые мы все не раз слышали: «Пусть погибнет мое имя в истории, только бы Церкви была польза». Вот мера подвига, вот мера истинного служения. Он идет вослед за своим Божественным Учителем до конца.

Жизнь апостола Иоанна истощается. Уже написана изгнанником, созерцающим грозные видения на пустынных скалах Патмоса, последняя пророческая книга о будущих судьбах Церкви и мира. Ослабевший столетний старец, труженик Христов, говорит последнюю проповедь: «Дети, любите друг друга! Это заповедь Господня, если соблюдете ее, то и довольно». Вот все учение, которое преподает от полноты любви догорающий светильник Христов возлюбленный.

Подходит к концу подвиг Патриарха–мученика. Льется, льется на Руси кровь мучеников. Истощается и его жизнь. И звучит его завет: «Чадца мои! Все православные русские люди! Все христиане!.. только на камени сем — врачевании зла добром — созиждется нерушимая слава и величие нашей Святой Православной Церкви… и неуловимо даже для врагов будет святое имя ее и чистота подвига ее чад и служителей». «Следуйте за Христом! Не изменяйте Ему! Не поддавайтесь искушению. Не губите в крови отмщения и свою душу. Не будьте побеждены злом. Побеждайте зло добром!» Христова любовь и незлобие к врагам — последняя проповедь Патриарха. Послушные приказанию учителя Иоанновы ученики живым засыпали его земным прахом. Ближайшие сподвижники Патриарха хоронят своего Первосвятителя–мученика, отошедшего в радость вечности.

Проходит мало дней, и Иоанновы ученики, открыв могилу, не обнаружили тела Иоанна. Могила опустела. Торжество любви и девства: дыхание смерти не угасило пламеневшего любовью.

Прошло только шестьдесят семь лет, и могила Патриарха–мученика тоже опустела. Святые мощи его даровал Господь России в укрепление ее на предлежащие трудные времена. И как некогда в годину испытания воззвал Господь Спаситель святителя Тихона, так и ныне послал Он его в помощь земной воинствующей Церкви.

Вот, други наши! Надеюсь, мне удалось ответить вам на вопрос, почему в один день судил Господь праздновать память двух Своих чад избранных. И кто ныне, вникнув в жизнь двух Божьих людей, живших в I и XX веках, дерзнет теперь сказать, что закон Божий дан не для всех и не на все времена, если они — эти два примера — свидетельствуют нам сегодня, что все всегда возможно верующему и любящему сердцу. Ибо Господь и вчера, и днесь, и навеки Тот же. У ног Его никому не тесно от первого века Его пришествия на землю до последнего. И равные награды ждут работавших Ему в первый час и в последний.

Припадем же и мы с вами, возлюбленные мои, чадца Божии, ко Господу, припадем с любовью и мольбою, с верой и надеждой. И не посрамит Господь любви нашей, веру укрепит, надежду оправдает.

Не забывайте, дорогие мои, что «теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше». Аминь.

Перенесение мощей святителя Николая

В память вечную будет праведник… (Пс. 111:6).

Возлюбленные мои, други наши, сегодня праздник великого праведника и угодника Божия святителя Николая в честь перенесения честных мощей его из города Миры в Бар–град. Он — велик в мире. Он — велик в Церкви Христовой! И память его, начиная со дня его кончины 6 декабря 342 года, прошедшая сквозь столетия и достигшая наших дней, лучшее тому свидетельство.

А ведь многие из нас своим религиозным опытом знают о нем не только по свидетельству Церкви, не только по преданию, но по живому его участию в жизни нашей. И в сонме чтимых святых не много таких, кто предстал бы нашему сознанию столь живо.

Не изумительно ли, дорогие мои, что недосягаемая высота жизни святителя Николая и служения его Богу не разделяет нас с ним, но делает его особенно близким и желанным нам. А соприкасаются с ним многие и очень многие: и верующие, и неверные, и православные, и инославные — и раньше, и теперь. В чем причина такой всеобъемлющей власти святителя над людьми? Да в том, что он во всей возможной для человека полноте уподобился Подвигоположнику своему Христу, исполняя заповеди Его. А Господь сказал: «любящих меня я люблю, и ищущие меня найдут меня» (Притч. 8:17).

От юности полюбил святитель Николай Бога, и Бог полюбил его.

А Своим избранникам Господь дает столь великую благодать, что они любовью обнимают всю землю, весь мир, и душа их горит желанием, чтобы все люди спаслись и видели славу Господню. Собственными свойствами святой души святителя Николая стало умение любить, умение снисходить ко всякому человеку, к разным людям и дать каждому именно то, что ему нужно.

О святителе Николае, архиепископе небольшого малоазиатского городка Миры Ликийские, почти нет достоверных письменных свидетельств, но «дивен Бог во святых Своих», и Он наполнил мир великой славой деяний Своего избранника до сего дня. Сказания и предания многое сохранили из жизни святителя, а еще больше хранится известий о его посмертных чудесах.

Православная Церковь празднует память святителя Николая каждый четверг недели наравне с памятью святых двенадцати апостолов. Она празднует торжественно день его преставления 6 декабря и так же бережно хранит праздничную память о перенесении его святых мощей из Мир Ликийских в южный италийский город Бари, где они покоятся и доселе. Дела жизни сохраняют предания, Господь же сохранил для нас неоспоримое доказательство величия жизни святителя Николая в его святых и нетленных мощах, источающих святое миро, как свидетельство о том, что земная наша жизнь, прожитая беспредельно в Боге, бессмертна.

Семьсот с лишним лет после кончины своей почивал угодник Божий в городе, где некогда служил. Но когда Ликийская страна была разрушена сарацинами и храм, и сама гробница святителя пришли в запустение, он явился во сне священнику города Бари в южной Италии и повелел перенести его мощи в этот город. Не захотел святитель Николай — великий ревнитель и поборник веры Христовой — пребывать святыми мощами своими среди врагов Христовых — мусульман.

Тайно, без торжества и пышности, но с горячей верой и любовью, с помощью самого угодника мощи были похищены барянами и на корабле доставлены в Бари, где бесценное сокровище встречали многочисленное духовенство и верующий народ. И ожила память святого в тот момент обильным излиянием его бесчисленных благодеяний в чудесах исцеления.

Знаменательно то, что прибыл святитель в город Бари 9 мая 1087 года, в воскресный день, в день памяти святых отец Первого Вселенского Собора, того Собора, на котором святитель Николай дерзновенно воинствовал против ереси безумного Ария, наставляя Святую Церковь в истинной вере.

И опять в эти дни перенесения святых мощей, как и 762 года назад, святитель Николай дает земной воинствующей Церкви неоспоримое доказательство и свидетельство силы Божией, изливаемой в Православной Церкви через верных ее служителей. В первую ночь по перенесении святых мощей было явлено сорок семь исцелений, на следующий день — двадцать два, в среду — двадцать девять, в четверг исцелен слепой и глухонемой юноша, пять лет страдавший болезнями, в субботу исцелилось одиннадцать недужных… Исцеления продолжались. Продолжаются они и поныне. Исцелял святитель Божий Николай тела и души своих современников при жизни своей, врачует он и теперь всех, призывающих на помощь святое имя его.

Уже тысячелетие исповедует Русь веру во Христа, и тысячу лет на Руси почитается имя святителя Божия Николая. К нам он пришел одновременно с Православием, его святая ревность по вере и благочестию воспитывала русский народ. Множество храмов воздвигалось его молитвой и с его именем, каждая церковь, каждый дом хранили как святыню икону святителя, имея его своим помощником и покровителем.

Нелегок исторический путь Церкви, трагичен путь и Русской Православной Церкви. Но нельзя нам с вами, дорогие мои, забывать, что начался–то путь Христовой Церкви в Сионской горнице благословением ее основоположника Христа, и почти сразу вместе с Ним вышла она на путь страдания. И не раз уже поднималась она на своем пути на Голгофу. И по тому, сколько пережила Церковь смертей, давно бы ей уже не быть на лице земли.

Но она жива! «создам Церковь Мою, и врата адова не одолеют ея», — сказал Господь (Мф. 16:18). Жива Церковь Господом и молитвами святых своих, которые, пройдя крестный путь жизни и все претерпев, получили силу за верность свою войти в Церковь Торжествующую Небесную и стать столпами Церкви земной.

Святителю отче Николае, помогай нам, ведь ты столп и нашей Церкви! Помогай нам, ведь по–прежнему дух века, дух мира сего дышит на нас, на Церковь своим смрадным дыханием, поражая нас маловерием, малодушным неверием и убийственной холодностью к вере.

Сколько бед несет в себе наше невежество в вере, наши леность и небрежение в деле ее познания. «Како и во что веруем мы?» — это с одной стороны. С другой же — лжеучители и льстецы, яко волки хищные, уловляют лестью и обманом, являясь в овечьей шкуре, принося учения, льстящие слуху, но противные духу истины.

А лжеучителям теперь предоставляются всяческие привилегии и пособия в деле распространения их ересей. На Руси, не знавшей иной веры, кроме Православия, явились теперь новоявленные просветители–католики. Им предоставляются высокие трибуны, они вещают по телевидению и радио, они не знают стеснения в средствах материальных. Они стараются в замученной атеизмом Русской земле показать себя истинными проповедниками Христова учения и истинными ревнителями славы Божией.

Но так ли это? «По плодам их узнаете их», — говорит Писание (Мф. 7:16). А плоды — это дела жизни. Ложные учения не могут привести человека к истинно добродетельной жизни.

И вот мы видим, как именующие себя христианами поднимаются на святыни православных, как они вооруженной рукой отбирают православные храмы и ценой мзды неправедной покупают себе сообщников, тех, для кого нет ничего святого и кто вообще не верит ни во что, кроме денег.

А если мы с вами заглянем в глубь истории, посмотрим на деяния новоявленных «спасителей России» — Римскую католическую церковь, — то увидим, что она появлялась у нас всякий раз, когда начинались смутные времена. Цель же ее была всегда одна — подчинить Русь господству Рима.

Еще свежа память об унии на Руси в XVII веке, а вот уже опять наступают времена новой унии в XX веке. Опять Русь Православная на западе захлебывается горем, а римские миссионеры ласково проповедуют в Сибири, и на землю, искони Православную, готовится вступить с визитом римский папа.

Что привезут они с собой, с чем придут на нашу землю?

В XVII веке меч, вложенный Римом в руку Лжедимитрия, прошел по Руси, низложил царя, требуя предать Россию «на волю» польского короля, а тайные инструкции Рима повелевали, чтобы осторожно, но неуклонно вести дело к подчинению Русской Церкви римскому папе, то есть к унии. В тот страшный момент Россию спас ее Патриарх. Он не только не подписал грамоты о капитуляции, но по всей Руси разослал свои грамоты, открывавшие россиянам суть происходящих событий, поднимая и вдохновляя на борьбу русское оружие. Сам же Патриарх Ермоген принял мученическую смерть и был причислен к лику святых.

Как бы делая вывод из истории России того периода, следующий русский Патриарх Филарет говорил: «Латиняне–папежники — суть сквернейшие и злейшие из всех еретиков, ибо они приняли в свой закон проклятые ереси всех древних эллинских, еврейских, агарянских и еретических вер и подпали под ту часть 95–го правила, в котором говорится о еретиках.»

XVII и XX века — времена разные, а деяния одни. И деяния открывают и приводят в свидетели всякую католическую неправду, совершаемую с фанатической ненавистью, омраченные которой католики–униаты истребляют православные храмы, православных людей, подвергая их поношениям и ужасным надругательствам — вплоть до насильственной смерти.

Дорогие мои, а ведь до 1054 года не было разделения в Церкви Христовой, но была единая Вселенская Православная Соборная и Апостольская Церковь, состоящая из пяти поместных Церквей, в числе которых была и Римская Церковь. И было «Одно тело и один дух… один Господь, одна вера, одно крещение, один Бог и Отец всех, Который над всеми, и через всех, и во всех…» (Еф. 4:4—6).

Но что случилось? Кто вышел и кто остался? Кто прав, кто виноват?

Уклонение от истины в Западной церкви произошло еще в VII столетии, когда появилось неправое мудрование о том, что Дух Святой исходит не от Отца, а от Сына.

И это мудрование — вопреки словам Самого Христа, когда Он сказал Своим ученикам: «И Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек, Духа истины» — породив грех, выросло в ересь (Ин. 14:16).

В назидание себе давайте проследим, как разрушительно действует грех, родившийся однажды.

Вначале против нового умствования восстали некоторые епископы Римской Церкви, называя оное еретическим. «Кто об Отце и Сыне мыслит право, а о Духе Святом не право, тот еретик» — так определил это мудрование папа Дамас в своем окружном послании.

Но страсти человеческие разъедали души последующих преемников, мирские выгоды, а наипаче гордость явились источником упорства, приведшего к восстанию на решения Собора святых отцов. Никакие убеждения Вселенской Соборной Православной Апостольской Церкви на поместную Римскую Церковь не действовали, постановления Вселенских Соборов, на которых богоносные мужи составили Божественный Символ Православной веры, были попраны.

Дух злобы и лжи возобладал. Святитель Василий Великий, обличая епископов Римской церкви, писал: «Истины они не знают и знать не желают; с теми, кто возвещает им истину, они спорят, а сами утверждают ересь.» По заповеди апостола Павла: «Еретика после первого и второго вразумления, отвращайся, зная, что таковый развратился, и грешит, будучи самоосужден» (Тит. 3:10—11).

Ересью своею отпала Римская церковь от единой Вселенской Церкви. Отвергнув православный догмат об исхождении Святого Духа от Отца, отвергли они тем самым и деяния семи Вселенских Соборов, отвергли слова Самого Господа. И, закоснев в ереси, они порождали за злом еще большее зло. Они отняли у мирян Божественную Чашу, причащая их только под видом хлеба; вместо квасного хлеба употребляют на литургии опресноки, ни во что вменяя слова апостола Павла: «Всякий раз, когда вы едите хлеб сей и чашу сию пьете, смерть Господню возвещаете, доколе Он приидет» (1 Кор. 11:26).

Они исключили из Божественной литургии призывание Всесвятого, Животворящего, Всесовершающего Духа, Того Духа, Которого Господь послал Своим ученикам и Который есть Дух Жизни. «Когда же придет Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину» — сказал Господь (Ин. 16:13). Римская церковь, отвергнув Духа Божия, приняла духа лжи. Многое и другое изобрело человеческое мудрование, водимое духом тьмы.

Восстав однажды на Святого Духа, они последовательно восстали и на Главу Церкви — Христа, обещавшего всем верным чадам Своей Церкви: «Я с вами во все дни до скончания века» (Мф. 28:20). Католики ради мирского преобладания над братьями ставят своего папу наместником Бога на земле, объявив его непогрешимым, забыв, что нет человека, «иже жив будет и не согрешит».

Так удалился от католической церкви Христос, Тот, Кто воинствует с началами, властями и миродержцами тьмы века сего, с духами злобы поднебесными. И обнажились отпавшие от силы Божией, и остались без Главы — Христа. А велиар воюет с ними всею силою своего коварства, держит их в своей прелести и погибели. Католики выдумали нового главу церкви, унизив единого истинного Главу Церкви — Христа. И Церкви нет у них, ибо союз с Главою порван. Римские епископы начали гордостью — гордостью и оканчивают.

Вот куда поведут католики своих последователей — надо забыть Христа и истину Его учения, забыть святых отцов, подвизавшихся за веру: отцов древних — святителя Николая, святителя Спиридона, святителя Патриарха Ермогена и сонмы других; забыть святых отцов нашего времени — святого праведного Иоанна Кронштадтского, Святейшего Патриарха и исповедника Тихона; забыть Святую Православную Церковь, от времен Христа живущую Им, выживающую Им и по обетованию Его имеющую быть до скончания века.

Да не будет этого с нами!

Будем же помнить и приводить всегда на память потрясающие слова святого праведного Иоанна Кронштадтского, обращенные к нам: «Множество существует отдельных вероисповеданий христианства, с различным устройством внешним и внутренним, с различными мнениями и учениями, нередко противными Божественной истине Евангелия и учениям святых апостолов, Вселенских и Поместных Соборов и святых отец. Нельзя считать их все за истинные и спасительные: безразличие в вере или признание всякой веры за одинаково спасительную ведет к безверию или охлаждению в вере, к нерадению об исполнении правил и установок веры, к охлаждению христиан друг ко другу».

«Симон, Симон, се сатана просил, чтобы сеять вас как пшеницу» (Лк. 22:31). Это он, сатана, и сделал, и делает, то есть породил расколы и ереси. Строго держись единой, истинной веры и Церкви: «едина вера, едино крещение: един Бог и Отец всех» (Еф. 4:5—6). А для этого борись со всяким злом, немедленно гаси его, воюй с ним данным тебе от Бога оружием святой веры, Божественной мудрости и правды, молитвою, благочестием, крестом, мужеством, преданностью и верностью. Будем все всегда помнить и сознательно исповедовать Символ святой Православной веры, будем в Боге и с Богом.

Мы с вами, дорогие мои, — чада Святой Православной Церкви не по праву нашему, но по любви Божией к нам. И любовь эта безгранична, она не зависит от времени, но всегда имеет силу. И любовь эта сохранит нас во все дни до скончания века.

Святителю отче Николае, моли Бога о нас! Аминь.

Преподобный Серафим Саровский

Возлюбленные мои, други наши, ныне Православная Церковь вспоминает день кончины дивного угодника Божия, покровителя и молитвенника земли Русской, отца нашего Серафима Саровского.

Краткое житие его почти всем вам известно. Сейчас же Божиим благословением к нам приходят книги о преподобном старце, изданные большим тиражом. Их читали некогда наши бабушки и дедушки и даже, может быть, наши родители, и эти книги поддерживали в них живое горение любви к дивному угоднику Божию, повествуя о подвигах и наставлениях преподобного Серафима. А теперь и мы с вами имеем такую радостную возможность — подробно узнать его житие и руководствоваться его наставлениями на пути к Богу.

158 лет назад отошел в мир иной великий подвижник, перейдя от великих трудов к великой радости вечной, дерзновенно молясь Святой Троице за многострадальную Русь. Он ушел, но опыт его жизни, его советы и любовь остались с нами, и сегодня я хочу воспроизвести беседу старца с тем, кто, как и мы с вами теперь, искал пути спасения. Преподобный Серафим Саровский живою любовью к людям подобен ключу, который забил чистою струею из глубины темного леса, разлился в реку и, неся в море неиссякающие волны свои, поит миллионы людей.

Живя на земле, старец Божий учил, утешал, исцелял тех, кто с верой, любовью, надеждой приходил к нему, подкреплял и вразумлял тех, кто желал побеждать грехи. «Умру, в могиле буду лежать, но вы приходите ко мне на могилку, здесь, как живому, расскажите мне все, что ваше сердце хочет сказать, и я, как живой, и из могилки услышу вас,” — говорил старец друзьям перед смертью.

Не всем людям, особенно беднякам, труженикам или больным, даже при глубокой вере в молитвенную помощь и любовь старца, удается прийти к нему, но зато все могут прочитать советы его сердца святого, которые он оставил нам.

Вот почему в эти святые дни, когда Церковь славословит Христа и вспоминает кончину преподобного старца, верного слуги Христова, хорошо и нам вспомянуть советы святого Серафима.

В день Рождества Христова 1832 года некий раб Божий удостоился видеть отца Серафима в Саровской пустыни. «Я, — говорил этот раб Божий, — пришел в больничную церковь к ранней обедне еще до начала службы и увидел, что отец Серафим сидит на правом клиросе, на полу… По окончании же обедни, когда я снова подошел к нему, он приветствовал меня словами: «Молитвами Пресвятыя Богородицы все благо будет!» Тогда я осмелился попросить его о назначении мне времени для слушания от него спасительных советов. Старец на то отвечал мне так: «Два дня праздника. Времени не надо назначать. Святой апостол Иаков, брат Божий, поучает нас: если Господь захочет, и живы будем, сотворим сие и сие.»

Я спросил его: продолжать ли мне мою службу или жить в деревне? Отец Серафим отвечал: «Ты еще молод, служи». — «Но служба моя нехороша», — возразил я. «Это от твоей воли, — отвечал старец. — Добро делай; путь Господень все равно! Враг везде с тобой будет. Кто приобщается — везде спасен будет, а кто не приобщается — не мню. Где господин, там и слуга будет. Смиряй себя, мир сохраняй, ни за что не злобься».

Я спросил еще: благополучно ли кончится мое дело? Старец отвечал: «Надобно полюбовно разделиться с родными, у кого есть что разделить. Было у двух родных братьев два озера; у одного все множилось, а у другого нет. Тот и захотел завладеть войною. Одному нивы надобно двенадцать сажен, а другому более. Не пожелай».

После того я спросил: учить ли детей языкам и прочим наукам? И он отвечал: «Что же худого знать что–нибудь?» Я же, грешный, подумал, рассуждая по–мирскому, что нужно, впрочем, ему самому быть ученым, чтобы отвечать на это, и тотчас же услышал от прозорливого старца обличение: «Где мне, младенцу, отвечать на это против твоего разума? Спроси кого поумней».

Вечером я умолял его продолжить спасительную беседу и предложил ему следующий вопрос: скрывание дел, предпринятых во имя Господне, в случае, когда знаешь, что получишь за них скорее осмеяние, нежели похвалу, не похоже ли на отвержение Петра; и что делать при противоречиях? Старец на это отвечал мне так:

«Святой апостол Павел в послании к Тимофею говорит: пей вино вместо воды, а вслед за ним следует: не упивайтесь вином. На это надо разум. Не воструби; а где нужно, — не промолчи».

Я спросил еще: что прикажет он мне читать? И получил ответ: «Евангелие по четыре зачала в день, каждого Евангелиста по зачалу, и еще жизнь Иова. Хотя жена и говорила ему: лучше умереть; а он все терпел и спасся. Да не забывай дары посылать обидевшим тебя.»

На вопросы мои: должно ли лечиться в болезнях и как вообще проводить жизнь, он отвечал: «Болезнь очищает грехи. Однако же воля твоя. Иди средним путем; выше сил не берись — упадешь, и враг посмеется тебе; аще юн сый, удержись. Однажды диавол предложил праведнику прыгнуть в яму, тот было согласился, но Григорий Богослов удержал его. Вот что делай: укоряют — не укоряй; гонят —терпи; хулят — хвали; осуждай сам себя, так Бог не осудит, покоряй волю свою воле Господней; никогда не льсти; познавай в себе добро и зло; блажен человек, который знает это, люби ближнего твоего: ближний твой — плоть твоя. Если по плоти живешь, то и душу, и плоть погубишь; а если по–Божьему, то обоих спасешь. Эти подвиги больше, чем в Киев идти или и далее, кого Бог позовет».

Последние слова отца Серафима относились к желанию моему отправиться на богомолье в Киев и далее, если благословит.

Впрочем, я не открыл ему еще этого желания, и отец Серафим узнал о нем единственно по дару прозрения, которое имел он по благодати Божией… Я попросил его помолиться обо мне, он отвечал: «За всех молюсь всякий день. Устрой мир душевный, чтобы никогда не огорчать и ни на кого не огорчаться, тогда Бог даст слезы раскаяния». И опять подтвердил: «Укоряют — не укоряй» и т. д.

На вопрос мой: как сохранить нравственность людей, мне подчиненных, и не противны ли Богу законные, по–видимому, наказания — он отвечал: «Милостями, облегчением трудов, а не ранами. Напой, накорми, будь справедлив. Господь терпит; Бог знает, может быть, и еще протерпит долго. Ты так делай: если Бог прощает, и ты прощай. Сохрани мир душевный, чтобы в семействе у вас ни за что не было ссоры; тогда благо будет. Исаак, Авраамов сын, не злобился, когда у него колодцы засыпали, и отходил; а потом его же стали просить к себе, когда Господь Бог благословил его стократным плодом ячменя.»

Я спросил старца: нужно ли молиться Богу об избавлении от опасных случаев? Старец отвечал: «В Евангелии сказано: «молящеся же не многоглаголите… весть бо Отец ваш, ихже требуете, прежде прошения вашего. Сице убо молитеся вы: Отче наш, Сущий на небесах! Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день. И прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого». Тут благодать Господня; а что приняла и облобызала Святая Церковь, все для сердца христианина должно быть любезно. Не забывай праздничных дней: будь воздержен, ходи в церковь, разве немощи когда, молись за всех: много этим добра сделаешь; давай свечи, вино и елей в церковь: милостыня много тебе блага сделает».

Когда я спросил о посте и браке, старец сказал: «Царство Божие не брашно и питие, но правда, мир и радость о Дусе Святе; только не надобно ничего суетного желать, а все Божие хорошо: и девство славно, и посты нужны для побеждения врагов телесных и душевных. И брак благословен Богом: и благослови их Бог, глаголя: раститесь и множитесь. Только враг смущает все.»

На вопрос мой о духе мнительности и о хульных помыслах он отвечал: «Неверного ничем не уверишь. Это от себя. Псалтирь купи: там все есть…»

Я спросил его: можно ли есть скоромное по постам, если кому постная пища вредна и врачи приказывают есть скоромное? Старец отвечал: «Хлеб и вода никому не вредны. Как же люди по сто лет жили? Не о хлебе едином жив будет человек; но о всяком глаголе, исходящем из уст Божиих. А что Церковь положила на семи Вселенских Соборах, то исполняй. Горе тому, кто слово одно прибавит к сему или убавит. Что врачи говорят про праведных, которые исцеляли от гниющих ран одним прикосновением, и про жезл Моисея, которым Бог из камня извел воду? Какая польза человеку, аще мир весь приобрящет, душу же свою отщетит? Господь призывает нас: приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы: иго бо Мое благо и бремя Мое легко есть: да мы сами не хотим.»

Во все время всей нашей беседы отец Серафим был чрезвычайно весел. Он стоял, опершись на дубовый гроб, приготовленный им для самого себя, и держал в руках зажженную восковую свечу.»

Но бывали у старца Серафима и такие люди, «которые не искали себе назидания, а хотели лишь удовлетворить свою пытливость.

Так, одному Саровскому брату подумалось, что уже близок конец мира, что наступает великий день второго пришествия Господня. Вот он и спрашивает о сем мнения отца Серафима. Старец же смиренно отвечал: «Радость моя! Ты много думаешь о Серафиме убогом. Мне ли знать, когда будет конец миру сему и наступит великий день, в который Господь будет судить живых и мертвых и воздаст каждому по делам его? Нет, сего мне знать невозможно…

Господь сказал Своими пречистыми устами: «О дне же том и часе никто не знает, ни Ангелы небесные, только Отец Мой един. Но как было во дни Ноя, так будет и в пришествие Сына Человеческого: ибо как было во дни перед потопом, ели, пили, женились и выходили замуж до того дня, как вошел Ной в ковчег, и не думали, пока не пришел потопи не истребил всех, — так будет и пришествие Сына Человеческого» (Мф. 24:36—39).

При сем старец тяжко вздохнул и сказал: «Мы, на земле живущие, много заблудили от пути спасительного; прогневляем Господа и нехранением святых постов; ныне христиане разрешают на мясо и во святую четыредесятницу и во всякий пост; среды и пятницы не сохраняют; а Церковь имеет правило: не хранящие святых постов и всего лета среды и пятницы много грешат. Но не до конца прогневается Господь, паки помилует. У нас вера Православная, Церковь, не имеющая никакого порока.»

И «исполнение заповедей Христовых для каждого христианина есть бремя легкое, как сказал сам Спаситель наш, только нужно всегда иметь их в памяти; а для этого всегда нужно иметь в уме и на устах молитву Иисусову, а пред очами представлять жизнь и страдания Господа нашего Иисуса Христа, Который из любви к роду человеческому пострадал до смерти крестной. В то же время нужно очищать совесть исповеданием грехов своих и приобщением Пречистых Таин Тела и Крови Христовой.»

«Радость моя, молю тебя, стяжи мирный дух!» — сказал отец Серафим другому вопрошающему и тут же объяснил: «…это значит надобно быть подобно мертвому или совершенно глухому или слепому при всех скорбях, клеветах, поношениях и гонениях, которые неминуемо приходят ко всем, желающим идти по спасительным стезям Христовым.»

А заканчивались беседы старца почти всегда словами о необходимости тщательно заботиться о своем спасении, пока не прошло еще благоприятное время. Преподобный Серафим Саровский еще в начале прошлого века сказал: «У нас вера Православная, Церковь, не имеющая никакого порока. Сих ради добродетелей Россия всегда будет славна и врагам страшна и непреоборима, имущая веру и благочестие… — сих врата адова не одолеют.»

Из истории России видно, что есть соответствие внешней судьбы нашей Родины с внутренним состоянием народного духа. Поэтому необходимо понять, что как грех привел к катастрофе, так и покаяние способно привести к восстановлению России.

События XX века показали, что мир стоит перед лицом гибели. Дай Господь вам всем мужество очнуться, чтобы понять, что заблудились люди во мраке обольщения. Вот тогда–то миру и понадобится неугасимая лампада — Святая Русь, ибо без нее не выбраться из трясины.

Россия! Будь такою, какою ты нужна Христу!

Дорогие мои, великое счастье и утешение, но и трепет велик видеть сбывающимися обетования Божии. Сегодня сбываются не только обетования Самого Спасителя, сбываются предсказания святых угодников Божиих — Божиих людей.

Россия за многие согрешения идет путем огненного и скорбного очистительного испытания, и это чувствует вся страна, вся Церковь, каждый человек.

Особенно тяжки скорби тех, кому дал Господь провидеть судьбы народа Божия. Скорбел обо всем мире, о Церкви и ее иерархах, о каждом приходящем к нему человеке преподобный Серафим Саровский. В молитве, на морозе, примерзая к земле, плакали в судьбоносные моменты жизни России воспитанницы преподобного — юродивые Христа ради. Но обещали они сквозь слезы и грядущее за горем облегчение.

В свое время, когда взращенная молитвой и трудами преподобного Серафима Саровского Дивеевская обитель еще была в расцвете, ее великий покровитель однажды в незначительном на первый взгляд разговоре на празднике Рождества Пресвятой Богородицы сказал: «Придет время, и мои сиротки в Рождественские ворота как горох посыпятся.» И никто ничего не понял из его слов. А в 1927 году, в день Рождества Пресвятой Богородицы, тяжелая рука гонителей опустилась на обитель, и надолго умолкло живое слово молитвы к Богу в стенах ее.

Но тот же преподобный Серафим произнес тогда — еще при жизни своей — и другое пророческое слово о Дивееве. Обещая возрождение обители, он говорил: «Не хлопочите и не доискивайтесь и не просите монастыря — придет время, без всяких хлопот прикажут вам быть монастырем, тогда не отказывайтесь.»

И время пришло. В апреле 1988 года светские власти неожиданно приказали верующим принимать монастырский Троицкий собор.

А теперь и сам преподобный хочет исполнить свое пророчество о возвращении его в Дивеево. Ведь при жизни он там никогда не был, а мощами своими обещал упокоение в созданной его трудами Дивеевской обители, возрождающейся в наши дни его молитвой.

Дорогие мои, сейчас происходят знаменательные события в духовном мире. Одно из них — удивительное второе обретение святых мощей преподобного Серафима Саровского. Ровно семьдесят лет томившийся в заточении своими нетленными мощами угодник Божий преподобный Серафим возвратился в Церковь.

В 1920 году при закрытии Саровского монастыря рака его была вскрыта, и останки великого старца земли Русской исчезли, и след их затерялся. Но он потерялся для нас, но сокровен и сохранен Господом. Святейший Патриарх Алексий II в связи с этим знаменательным событием сказал, обращаясь ко всем нам, что преподобный Серафим во дни своей земной жизни, в начале XIX века, был тем духовным огоньком, у которого отогревалась Россия, уже более века насильственно ведомая по пути расцерковления и обмирщения народной жизни. Он был общенародно прославлен в первые годы нашего века, накануне новых невиданно тяжких испытаний для страны и Церкви.

И вот сейчас, когда мы вновь входим в скорбные годы (хотя Церковь ныне и не притесняема, но она не может не скорбеть вместе со своим народом обо всех его бедах), снова нам явлен и, если можно так сказать, зримо приближен к нам преподобный Серафим.

Сегодня, вспоминая заветы преподобного, особо хочется вспомнить о его удивительном, поистине благодатном умении радоваться людям. «Радость моя!» — этими словами он встречал каждого приходящего. В наши дни, когда в любом незнакомце люди склонны подозревать врага, соперника, помеху, нам так необходимо вспомнить, что можно и должно иначе относиться к ближним.

Ни один человек не уходил неутешенным из келлии Саровского старца. Надеюсь, ныне он донесет и наши молитвы до Престола Всемилостивого Спаса, тогда наше духовное обновление и выздоровление не замедлит. Дай Бог всем нам стать причастниками «Серафимовой радости.»

Мощи преподобного, освещая Русскую землю, ради поклонения многих людей до февраля будут находиться в Александро–Невской Лавре, с февраля по август посетит преподобный Москву и побудет в патриаршем Елоховском соборе. А ко дню памяти преподобного — 1 августа — его мощи обретут покой и останутся на постоянное пребывание в Дивеевской обители, основанной святым угодником.

И верится нам, что если преподобный Серафим при жизни своей согревал любовию приходящих людей, то и теперь с прежней лаской согреет он изболевшие души. Только приди к нему мысленно, обратись к нему в молитве. И услышишь сердцем своим: «Радость моя, гряди, гряди ко мне!»

Трогательное до слез, привязывающее сердце невыразимой властью есть в дивном старце Серафиме. «Он, как пудовая свеча, — говорил Воронежский архиепископ Антоний, — всегда горит пред Господом, как прошедшею своею жизнью на земле, так и настоящим своим дерзновением пред Святою Троицею.»

И именно в те дни, когда оскудела среди людей любовь, когда стала остывать в народе вера, взошел в блистающем ореоле любви и святости преподобный отец Серафим, Саровский чудотворец.

Возрадуемся же, други мои, что имеем мы среди наших русских святых такого дивного, жившего во славу Божию преподобного старца, память которого сегодня мы собрались молитвенно прославить. И из глубины сердец наших воззовем: «Ублажаем, ублажаем тя, преподобне отче Серафиме, и чтим святую память твою, наставниче монахов и собеседниче Ангелов.» Аминь.

Пророк Илия

Сегодня, возлюбленные, мы с вами прославляем одного из ветхозаветных пророков, жившего за 900 лет до Рождества Христова, — славного пророка Илию! Среди других пророков Ветхого Завета он является самым пламенным проповедником веры и обличителем идолопоклонства.

На древних пророков Промыслом Божьим было возложено будить человеческую совесть, спасать погибающее человечество, впавшее в идолопоклонство, приводить людей через покаяние к праведности. Во времена пророка Илии большая часть богоизбранного иудейского народа оставила веру своих отцов и, перейдя в идолопоклонство, образовала Израильское царство.

Пророк Илия, будучи великим ревнителем о славе Божией, не мог терпеть, что его единоплеменники поклоняются деревянным и каменным идолам.

Он имел горячее сердце и бесстрашно выступал с обличениями. Но этим он навлек на себя гнев царя Ахава и нечестивой царицы язычницы Иезавели, которые решили убить его. Пророку пришлось скрываться в пустыне, в пещере. Терпеть голод и жажду. Терпеть и великие душевные страдания оттого, что его горячие призывы не приносят желаемых результатов.

Так велики были его душевные страдания, что он даже просил у Бога себе смерти.

Но Бог любил Своего верного служителя и не дал ему смерти. Бог незримо подкреплял его… Птицы приносили ему пищу, необходимую для поддержания жизни.

И прожил Илия еще ряд лет в трудах проповеди истинной веры.

По повелению Божию вернулся пророк Илия из своего изгнания и посрамил языческих жрецов, всенародно показав ложность их веры и суетность упования на идолов.

Народ вразумился, когда по краткой молитве пророка Илии на его жертвенник сошел с неба огонь. А жрецы долго взывали к своим идолам, но на их жертвенник так и не сошел огонь. К сожалению, царь Ахав не вразумился этим явным чудом, показавшим, что Бог, в Которого верит Илия, есть, действительно, истинный Бог. И пришлось пророку Илии опять скрываться в пустыне.

Многие ветхозаветные праведники, в том числе и пророк Илия, не могли понять долготерпения Божия. В их душе возникало вполне естественное недоумение:”Почему Бог не наказывает нечестивых людей? Долго ли смрадом их греховной жизни будет оскверняться земля Божия?»

Но мои дорогие, долготерпит Бог по неизреченной Своей любви к людям. Ведь в каждой человеческой душе отпечатлен образ Божий. И пока не исчезнет хоть самая малая надежда на покаяние человека, Господь не поражает его смертью, а с надеждой ждет его раскаяния. Ждет потому, что и в душе самого отчаянного грешника есть хотя бы крупица сделанного им добра. И вот за это–то малое добро, за этот лучик света в душах богоотступников Бог терпеливо ждет, что, быть может, придут и они в сознание и оставят свое нечестие.

Еще в дни Ветхого Завета Господь сказал людям: «Обратитесь ко Мне, и Я обращусь к вам», — читаем мы у пророка Малахии (Мал. 3:7).

Бог только зовет к Себе. Он никого не заставляет насильно веровать в Себя. Ни от кого из нас не отнимает того дара, которым Он наградил нашу бессмертную душу, — ее свободной воли. Он ждет, что мы своим сердцем обратимся к Нему.

«Сын Мой! отдай сердце твое Мне…» — говорит человеку Господь (Притч. 23:26). Ждет Господь, терпеливо ждет обращения людей, потерявших веру…

Поверь в Бога — Творца твоего. Открой перед Ним твое сердце, быть может, исстрадавшееся, изболевшее за годы богоотступничества. И ты почувствуешь, как обильно потечет в него поток благодати Божией. Почувствуешь, как радует, утешает и подкрепляет Господь верующее в Него сердце.

Но знайте — Богу нужна не мертвая вера, а та, которая живет во всем внутреннем существе человека. Когда все наши мысли направлены к Господу. Когда сердце наше жаждет жить с Богом, не разлучаясь с Ним. Когда воля наша хочет исполнять заповеди Божии, идти за Господом до конца дней своих.

Такая живая вера вдохновляет, является движущей силой на всем нашем жизненном пути, спасает нас, составляет счастье нашей жизни.

Вот такую веру имел пророк Илия. И мы все, дорогие мои, должны трудиться над тем, чтобы вера наша была именно такой, если мы считаем себя детьми Божиими. Святой пророк Илия принадлежит к числу избранных великих мужей благочестия, которые, подобно звездам, сияли на тверди ветхозаветной церкви, прообразуя пришествие в мир Солнца Правды — Христа Спасителя. И своей ревностью о славе Божией поучает нас всегда помнить о своем призвании — быть истинными последователями Господа нашего Иисуса Христа, строгими исполнителями Его святой воли.

Мы должны приучить себя к исполнению заповедей Божиих. Воспитать в себе такое настроение, при котором жизнь вдали от Бога просто немыслима для нас. Этим мы будем приближаться к той жизни, которую вел пророк Илия.

Ныне ублажаемый праведник именуется пророком. Но был он и великим чудотворцем. По его молитвам для вразумления нечестивцев небо заключалось — не давало дождя… По его голосу в нужный момент и дождь проливался на землю целыми потоками… Молитва его низводила огонь с неба для сожжения жертвы, дабы посрамить идольских жрецов.

Но ведь был он таким же человеком, как и все мы. Значит, его подвиги и действия доступны каждому верному рабу Божию. Ведь Бог Илии (4 Пар. 2:14) есть и Бог всех нас. Хотя пророк Илия в своих дивных делах показал себя превыше всей природы, мы знаем, что возможность подражать ему дана всем людям, верующим в Бога. Для всех Господь произнес слова: «Знамения же веровавшим сия последуют: именем Моим бесы ижденут, языки возглаголют новы, змия возьмут, аще и что смертное испиют, не вредит их…»

И если человек верует так, как нужно, ему обещано Богом, что он сможет делать не только великие дела, которые творил при земной жизни Сам Христос Спаситель, но еще и большие.

«Верующий в Меня, дела, которые Я делаю, и той сотворит, и больше сих сотворит.» Значит, какие великие возможности даны верующему человеку!

Господь сказал: «Все, что попросите в молитве с верою, получите». И еще: «Все возможно верующему».

Но мы, дорогие мои, так далеки от христианского совершенства. И, конечно, не способны творить даже малые чудеса. Нам хотя бы в полной мере сознавать, какой великий дар Божий наша Православная вера, и не переставать от всего сердца благодарить Бога.

Вера — это наш светильник, который светит нам на жизненном пути. Она, как духовное солнце, согревает нас. Учит, как надо жить, чтобы достигнуть вершин доступного человеческим силам духовного совершенства.

Вера открывает перед нашими духовными очами небесный духовный мир. Дает нам знание о Боге — Боге Вечном, Всемогущем, Вездесущем, Всевидящем.

Вера наша говорит нам о том, что мы имеем бессмертную душу и что обычная для всех людей телесная смерть не есть уничтожение нашей личности, а только переход в жизнь вечную, не имеющую конца. Наша искренняя вера — это то духовное солнце, которое согревает нас, если мы унываем или скорбим, когда посещают нас несчастия.

Вера учит всему возвышенному, благородному, чистому, светлому.

Живая вера, проникающая все наше внутреннее существо, помогает нам жить так, что первой нашей мыслью является мысль о Боге и основное наше желание — быть ближе к Нему.

Пророк Божий Илия, проповедуя веру в Бога, знал своим верующим сердцем, что вера — это лучшее украшение, лучшее богатство, лучшая драгоценность для человека, поэтому так тяжело переносил он, что богоизбранный народ, забыв веру в истинного Бога, стал поклоняться идолам.

Бог, утешая Своего верного раба, открыл ему, что не весь Израиль отступил от Него. Что есть еще достаточно (7 тысяч) верных Его рабов, не поклоняющихся идолам.

Много чудесного связано с жизнью пророка Илии. Но самое поражающее наш ум чудо произошло при конце его жизни. Как все мы хорошо знаем, он был вознесен на небо живым на огненной колеснице. В жизни своей пророк Илия выделялся среди других ветхозаветных праведников особой любовью к Богу. Его ревность о Боге была так велика, что весь он представляется нам как бы объятый пламенем. И в конце его земной жизни пламенный вихрь на огненной колеснице унес его на небо. Подобного не было ни до него, ни после него. И, вероятно, такое уже больше не повторится.

Когда мы, возлюбленные, думаем о святых, — мы думаем о их величии, они представляются нам героями духа. Но «сила Божия в немощи совершается.»

Дерзнем и мы, по силам нашим, в чем–либо подражать ныне прославляемому пророку Божию. Велика была верность Богу и сила молитвы пророка Илии. Вот и возьмем себе за правило в жизни своей подражать ему в этом. А прежде проверим себя, живем ли мы по вере нашей. Еще за полторы тысячи лет до Рождества Христова было сказано: «Внимай себе, если хочешь спастись!»

Проверим, живем ли мы так, что в конце жизни не будет у нас горького раскаяния, что шли мы всю жизнь не той дорогой? Использовали ли мы те дни, годы, дарованные нам Господом, для подготовки себя к вечности? Стремимся ли мы украсить свою душу той красотой, в которой мы должны предстать пред Богом?

Напомним себе, что Бог потребует от нас дел любви, смирения и кротости, и терпения в трудах во имя вечной жизни.

Дорогие мои, земная жизнь дается каждому из нас только один раз. Проверяйте себя, пока еще есть время сбившемуся с пути найти верную дорогу. Постараемся жить так, чтобы узнал Господь в нас Своих детей и не отвернулся от нас. Праздники в честь святых помогают нам делать такие проверки. Нам не по силам их жизнь. Но стремиться к их подвигам мы должны.

Прославляя сегодня пророка Божия Илию, будем просить его, чтобы по его молитвам иметь нам веру непоколебимую, надежду несомненную, любовь нелицемерную, молитву пламенную и ревность о славе Божией. Будем просить угодника Божия, чтобы он помог нам укрепить наши веру, и молитву, и желание жить по правде Божией.

«Величаем тя, святый пророче Божий Илие, и почитаем еже на колеснице огненней преславное восхождение твое.»

Успение Пресвятой Богородицы

Други мои! Вот опять Матерь Божия и всех нас милостивая Матерь собрала нас в таком многолюдстве на Свой праздник — праздник Успения Своего под сень этой святой обители!

Как некогда пред Ее славным Успением чудесным образом собраны были к Ней святые апостолы, так в эти дни многие из вас приехали сюда очень и очень издалека. Приехали на день Ее Успения — на праздник торжества жизни над смертию, на день прославления Ее.

Мы собрались здесь, чтобы еще раз почувствовать и утвердиться в мысли, что смерти нет! Быть может, у некоторых из нас навернутся и слезы! В этом нет ничего удивительного. Торжественность службы, множество цветов, всеобщее благоговейное настроение — все это располагает к слезам. Но это слезы не о чем–то безвозвратно для нас потерянном.

Это слезы не скорби! Это слезы умиления перед Той, в жизни Которой все было необычайным с самого Ее младенчества и до Успения.

Вспомните, как торжественно звучали вчера за всенощным бдением слова ирмосов канона, начиная прямо с первого ирмоса: «Преукрашенная Божественною славою, священная и славная Дево, память Твоя вся собра к веселию верныя…»

Видите, не для скорби и плача, а для радости духовной собрала всех верных чад Божиих Пресвятая Богородица.

Но всмотритесь внимательно своим благоговейным взором в образ Успения!

На нем изображен гроб с Усопшей. Над ним в скорби склонились апостолы… И их скорбь понятна. Они еще не знают, что произойдет через три дня, и потому скорбят, что ушла от них Матерь их Господа и Учителя…

Но на иконе изображено и еще нечто, что могло бы и порадовать их (Только не всем было дано видеть это). Господь держит на Своих руках душу Своей Пречистой Матери!..

Из Святого Евангелия мы знаем, что души усопших праведников Ангелы Божии уносили на лоно Авраама. А душу Пресвятой Богородицы взял Сам Спаситель.

Значит, как же велика Она в очах Божиих!.. Мы собрались ныне здесь, чтобы «едиными усты и единым сердцем» вновь и вновь воскликнуть Ей: «Радуйся, Обрадованная, во Успении Своем нас не оставляющая!»

Собрала Она нас по Своей материнской любви ко всему роду человеческому и особенно ко всем истинным последователям учения Христова. Собрала, опять повторяю, не для скорби и печали, а для того, чтобы каждый из нас еще и еще раз утвердился в вере, что смерти нет, что есть только таинственный переход в иную, вечную жизнь.

В нашей Православной Церкви смерть сделалась предметом праздника. Торжественно возвещается в Церкви смерть Господня как спасительная и живоносная для всех нас. Торжественно вспоминается и смерть Матери Господа, как в высокой степени для нас поучительная и утешительная.

Начатком воскресения был Христос. Но в третий день по Успении не обнаружили апостолы во гробе тела и Божией Матери.

Благодатию Своего Сына и Бога Она так совершенно созрела на земле для неба, что тела Ее не могла удержать земля до времени всеобщего воскресения. Она не стала добычей смерти.

Теперь смерть не кажется нам страшною и печальною, а лишь руководительницей к вечной жизни. Теперь мы знаем, что прожившие свою земную жизнь в вере и в исполнении заповедей Божиих будут продолжать жить в вечности в непосредственном общении с источником жизни — Богом.

Мы радуемся, други мои, в этот день, как и во все богородичные праздники потому, что Матерь Божия за всех нас, за всю вселенную ответила Своей совершенной верой, никогда не колеблющейся надеждой и особо чистой любовью на любовь к роду человеческому, чего не смог бы сделать никто из нас.

Мы радуемся еще и потому, что Божия Матерь одна из людей. Она от рода нашего. Она сродная нам по плоти, по человеческому рождению, но, несомненно, превосходит нас по духу.

Мы радуемся потому, что Матерь Божия — это благоуханный цвет человеческого рода. Мы прославляем Ее за то, что с рождением от Нее Сына Божия Она стала Матерью всего человечества.

Мы радуемся потому, что, оставшись живою и по смерти и будучи кровно связана со всем человечеством, Она не забыла корней, которые Ее произрастили. Став благоуханным древом человеческого рода, не забыла Она и остальных ветвей этого же древа, всех людей, когда–либо рожденных, исповедующих Ее Богородицей и славящих Ее пречестное имя. Она носит в сердце Своем печаль о всех людях. И, вечно живая, Она, по данной Ей от Бога благодати, материнскими Своими всесильными молитвами вечно спасает всех, с любовью чтущих Ее.

Мы радуемся потому, что знаем, что стоит Она теперь вовек с воздетыми руками, молясь о всех нас: и о добрых, и о злых — всем прощая.

Она состраждет всему миру. Она молится за все скорбящее человечество, которое Она, усыновив, приняла в Свое сердце. А мы–то, люди, причинили Ей при земной Ее жизни горя и страданий гораздо больше, чем радостей. По человеческому рассуждению мы, кажется, не можем не скорбеть, сознавая, что со смертью Матери Божией христиане лишились и таинственно–чудесной Матери каждого из нас.

Но это только кажется, из песнопений сегодняшнего дня мы знаем, что в Успении Матери Божией «побеждаются естества уставы….» И не только люди, но и ангельский мир дивится восшествию Девы от земли на небо. Это ли не радость для нас?! Это ли не повод для того, чтобы каждый из нас задумался над своей личной жизнью?!

Конечно, мы не можем повторить святую и чистую жизнь Пресвятой Девы. Мы не можем достигнуть Ее святости, но стремиться к этому обязан каждый из нас.

И потому считаю уместным, други мои, сегодня вкратце напомнить вам основные моменты из жизни Богоматери и Ее славного Успения. Матерь Божия занимает исключительное место и по отношению к Господу Иисусу Христу, и ко всему человеческому роду.

Вся земная жизнь Божией Матери, начиная с Ее рождения от святых и праведных Ее родителей Иоакима и Анны и кончая Ее Успением, является как бы непрерывной цепью Божественных откровений. Это как бы постепенное раскрытие тайны любви Божией к миру и человеку.

Еще первым людям после их грехопадения Богом было обещано, что «семя жены сотрет главу змия…». И это было сказано о Матери Божией, ибо еще в Предвечном Совете Пресвятой Троицы прежде существования всего мира Пресвятая Дева была предызбрана на это высокое служение. За много–много веков до Ее рождения благовествовали о Ней ветхозаветные пророки.

Моисей видел в Ней «Неопалимую Купину.» Пророк Иезекииль назвал Ее «Дверью Господней.» Пророк Даниил наименовал «Горой Несекомой, от Неяже иссечется Краугольный Камень, Имже живет, движется и спасается от греховной погибели весь мир.» Пророк Давид воспевал Царицу неба и земли, предстоящую одесную Престола Славы. Пророк Исаия за 700 лет до Рождества Христова провозвестил ту истину, которая была предопределена в Совете Божием для спасения рода людского от рабства греху и от осуждения на вечную смерть: «Се Дева во чреве приимет…» — то есть предрек, что из девической утробы воссияет всем людям Солнце Правды.

Таким образом, явление в мир Чистейшей Девы, способной стать Матерью Божией, предопределенное в Совете Божием, тысячелетиями было ожидаемо людьми.

Когда же приблизилось время нашего спасения, явилась в свет Пресвятая Дева.

Обещанная Своими благочестивыми родителями на служение Богу, Она по Преданию Церкви еще трехлетним младенцем с духовной устремленностью, самостоятельно поднялась от нижней ступени до верхней — к храму, где осталась жить — и достигла величайшей святости. Сама став живым Храмом, вместившим Невместимого Бога, и послужила делу спасения человеческого рода.

И здесь, в этом событии, други мои, мы видим, как велика была Матерь Божия пред Богом уже в младенческом возрасте.

Родители Ее, бывшие до преклонного возраста неплодными, обещали посвятить Богу свое Дитя. И вот приводят они свое трехлетнее Чадо в храм в дар Богу.

Не принимал ранее первосвященник от Иоакима жертвы Богу за его неплодство.

Но приведенный ныне Дар Богу тот же первосвященник принимает из рук того же Иоакима и по внушению Духа Святого вводит в самое священное место храма — во Святая Святых.

И этим самым возвещена радость всей вселенной, так как родилась Та, через Которую воссияет затем «Солнце Правды Христос Бог наш.»

Проследим земную жизнь Богоматери.

Сначала — приуготовление Ее к раскрытию на земле этой великой и страшной тайны, а затем — служение Ее Божественному Сыну и вместе с Ним человеческому роду.

В день Рождества Богородицы началось исполнение ветхозаветных чаяний. Родилась плотию Та, Которая должна была даровать Свою пречистую плоть грядущему в мир Сыну Божию.

Неизреченным Промыслом Божиим в Ней соединилось все лучшее и прекраснейшее, что было свойственно человеческому существу. До Нее никогда не было и не будет после другой, сияющей такою неизреченною красотой.

С самого детства Она как бы носила в Себе всю возможность человеческого спасения, все неисчерпаемое богатство благодати, имевшей излиться на человечество.

Но для того, чтобы стать Матерью Сына Божия, Она должна была добровольно выйти из мира греха и смерти, отказаться от всех земных привязанностей и добровольно избрать для Себя путь приснодевства, совершенно чуждый сознанию ветхозаветного человечества.

И это Она совершила!

День Введения во храм стал как бы явлением Ее миру, подобно явлению Христа народу после Крещения, это как бы второе Ее рождение, — духовное рождение. Это день Ее исхода из мира для приготовления Себя к высокому служению.

Ее введение во Святая Святых храма первосвященником, куда он сам мог входить только один раз в год, упраздняет ветхозаветное богослужение, открывая новозаветную Церковь. Это как бы безмолвная проповедь народу о близком пришествии Христа, имеющего от Нее родиться.

Воспитываясь с самого младенчества в храме, Она приобрела все те добродетели, не имея которых не могла бы Она стать Матерью Божией. Помимо того, и Ее личное совершенство, особая целостность Ее души, всецело прилепившейся ко Господу, сделали это возможным.

Для осуществления определения Предвечного Совета о воплощении Сына Божия нужно было, чтобы воля твари (то есть человека) соответствовала воле Творца. Поэтому–то и ожидало человечество тысячелетиями, когда же среди людей появится Та, Которая скажет: «Се раба Господня, да будет так, как угодно Богу!»

О Приснодеве читаем мы у псалмопевца: «Вся слава Дщери Царя внутри» (Пс. 44:14).

Пресвятая Дева Мария, во–первых, Дщерь царева по родословию, так как Она из рода Давидова. Во–вторых — Дщерь Царя Небесного, Бога, потому что осенена Духом Святым. «Царица и Дщерь Царева» вместе, ибо Она — и Матерь Царя, и Дева.

И по окончании Своего земного поприща Она взошла от земли на небо, чтобы предстать одесную Царя Христа, и соответственно достоинствам Матери Его восприняла и достоинство Царицы Небесной. Она имеет всю славу, какой только может достигнуть сотворенное существо, потому что Она Мать Царя Славы.

Это беспримерное достоинство делает Ее честнейшей Херувимов и славнейшей Серафимов.

Но вся слава Ее внутри, ибо заключается она не во внешнем блеске и великолепии, а в Ее внутренних совершенствах и добродетелях. Она во время Своей земной жизни сумела смиренно скрыть Свою славу в Своем сердце и ничем не обнаруживать ее.

Юная Мария, воспитавшись в храме Божием, явила миру высочайший образ нравственного совершенства, неисчерпаемой силы веры, безграничной преданности воле Божией, смирения, пламенной любви к Богу и людям; образ вечной красоты, вдохновивший и вдохновляющий религиозных песнопевцев прославлять Ее. И как не прославлять Ту, через Которую небо соединилось с землей и снова открылось людям Царство Небесное.

В лице Девы Марии Господь приготовил Себе земной престол и чертог, и Она стала превыше всех жен, ибо от Нее родился Сын Божий.

И как же чиста и свята Она должна была быть, чтобы, подобно неопалимой купине, не сгореть и не опалиться от вселившегося в Ее пречистую утробу Бога Слова?!

Нравственная чистота Пресвятой Девы была так высока, что просто невозможно допустить в Ней присутствие какого–либо греха или чего–либо порочного. Все нечистое и греховное просто–напросто исключается при наличии такой чистоты и святости, которая сопутствовала Ей всю жизнь.

Вся Ее земная жизнь — это путь духовного преобразования к высшему пределу — богоуподоблению. Ее земная жизнь, земной подвиг материнского соучастия в жертвенности и страданиях Христа Спасителя — Ее Сына — протекала в безвестности.

О глубине и непостижимости Ее подвига, Ее внутреннего крестоношения не подозревали даже люди, находившиеся с Нею рядом, ибо Она в глубочайшем Своем смирении предпочитала быть в безвестности. Но зато укреплялась и возрастала духом, соучаствуя в жертвенном служении людям Ее возлюбленного Сына.

Весь путь земной жизни был дивным сочетанием земного и небесного, житейского и в то же время превосходящего всякий разум.

Она была сродна нам по человечеству, познала и девство, и материнство, вдовство, бедность, горе и унижение, — когда в Сыне Ее на Голгофе оскорблялось и убивалось все Ее заветнейшее и священнейшее.

Святые отцы учили, что не было на земле мученичества большего, чем у Матери Божией, стоявшей у Креста на Голгофе. Здесь испытывалась и вера Ее, ибо по земному, человеческому рассуждению, казалось, всему пришел конец.

Она увидела и поругание, и распятие Своего возлюбленного Сына. Ей, конечно, вспомнились слова Архангела во время Благовещения о том, что Ее Сыну Господь «даст престол Давида, отца Его, и царству Его не будет конца».

И материнская любовь Ее невыносимо страдала при виде страданий Господа на Кресте, которых нельзя было прекратить. Нельзя было даже сказать слов утешения. Подлинно оружие прошло душу Богоматери. Но Она устояла!

Зато не было и радости большей, чем у Нее, когда узрела Она Воскресшего Господа.

Пресвятая Дева является лучшей и первой по благодати среди рода человеческого и собора ангельского. Ее образ светит нам чрез все века как образ истинной одухотворенной человечности и учит нас всякой добродетели. И поэтому нам необходимо хотя бы в малой, доступной нам степени задуматься над Ее характером и подробностями Ее жизни.

Она человек, дочь рода человеческого. Жила на той же земле, что и мы. Младенцем знала материнскую ласку, но рано лишилась ее. Перенесла сиротство. Была обручена и вошла хозяйкой в дом вдовца… Перенесла различные нелегкие жизненные условия. И здесь проявились Ее необыкновенные кротость и смирение, так многому нас научающие.

Мы знаем из Евангелия (Ин. 7:5), что сыновья Иосифа не любили отрока Иисуса, они не верили в Его Божественное посланничество. И Ей приходилось все это переносить.

Предание нам говорит, что после смерти Иосифа Она не прекратила общения с этими неверующими и грубыми людьми. Могла ли не страдать Богоматерь, видя это недружелюбие и неуважение к Ее Сыну? Но Она исполняла волю Небесного Отца и была милосердна к злым и неблагодарным. Матерински терпела все от названых Своих детей.

Смирение было отличительной Ее чертой. А ведь именно смирение наиболее трудно для людей и в то же время является матерью всех добродетелей. Подчеркивая важность этой добродетели, Она Сама говорит: «Яко призре Господь на смирение рабы Своея…».

И в славном Успении Ее опять проявилось глубокое Ее смирение. Получив от Архангела Гавриила известие, что через три дня последует Ее Успение, Она просила, чтобы Ее скромно похоронили в Гефсимании, рядом с родными могилами, считая Себя просто рабой Господней, не желая и в погребении отличаться от простых людей.

И из Святого Евангелия, и из Предания мы узнаем, что Родившая миру Спасителя есть высочайшее и прекраснейшее из всех человеческих существ. Кроткое смирение, простота, твердость отличают «Благословенную в женах.»

Ее часто постигают жизненные трудности, заботы и тревоги, но Она переносит все с молчаливым терпением и преданностью воле Божией. Ее служение миру и Господу — это служение скорби и самоотречения.

Симеон Богоприимец предсказал, что оружие пройдет и Ее душу — и Она в течение многих лет безропотно несла крест этого страдания.

И только начало и самый конец Ее служения Богу и людям были светлыми и радостными.

Смирение Божией Матери помогло развиться в Ней целому сонму других добродетелей, и среди них: полная преданность Богу Своею волею и послушание Богу, именно то послушание веры, которое, действительно, вводит в человека силу и жизнь Христову; сосредоточенность и молчаливость; богомыслие; чтение Священного Писания и пост.

По слову Иоанна Златоуста, Матерь Божия — Первая Преемница Божественных даров и Первая Раздаятельница этих даров и благословений людям, ищущим помощи Божией у Господа и милости у Нее в своих нуждах и обстояниях, ведь Она ближе всех к Престолу Божию как Мать Сына Божия по плоти.

Если не все мы и не всегда видим эти милости Богоматери, не всегда ощущаем Ее заботу, любовь и милость к нам, то это только потому, что по грехам своим мы повредили свое духовное зрение, притупили свой духовный слух, что вера наша не горяча в нас, что прошения наши идут не из чистого сердца.

Матерь Божия ждет от нас, что мы, духовно рожденные в ограде Святой Церкви, крещенные во имя Святой Живоначальной Троицы, питающиеся с младенческих лет Святыми Таинами Христовыми, будем верными и достойными детьми Ее Божественного Сына, что мы ищем вечное, светлое Небесное Царство, где Она предстоит Престолу Божию. Мы Ее просим и веруем в Ее материнскую помощь, говоря из глубины нашего верующего сердца: «Не имамы иныя помощи, не имамы иныя надежды, разве Тебе, Владычице…»

И Она, как Радость скорбящих, как Раздаятельница даров Божественной милости, как наша Небесная Мать, все передаст Своему Божественному Сыну.

Христианский мир славит и преклоняется пред Непорочною и Пречистою.

Неизреченное величие Ее не выразить словами. Но, венчанная высшею славою после Своего Успения, Она не только не отдалилась, а сделалась самой близкой к людям. Не видим мы Матери Божией своими телесными очами, но тем не менее мы можем ощущать Ее близость к нам в наших храмах.

Всякий молящийся и с усердием взывающий к Пресвятой Деве не может не ощущать в своем сердце теплоту и радость от этой близости к себе нашей Заступницы и Молитвенницы. И это потому, что Матерь Божия всегда присутствует в тех храмах, где возносятся Ей горячие молитвы.

Спешим мы в скорбях своих и нуждах к Матери Божией, потому что твердо знаем, что с одинаковой материнской любовью слышит Она и целомудренного, и кающегося грешника… И для отчаявшихся в жизни Она невозбранное пристанище.

Никому не тесно в Ее любвеобильном сердце, вмещает оно и скорбящих, и обидимых, и алчущих, и обуреваемых, и больных различными болезнями… Всех прибегающих к Ней с искренней верой принимает Она и не замедлит послать Свою помощь.

Свое ходатайство за нас пред Господом Богородица проявила еще при земной жизни Спасителя. Вспомните из Святого Евангелия (Ин .2:4–5) — первое Свое чудо на браке в Кане Галилейской Господь совершил по просьбе Ее. Заметив нужду бедных людей, обратилась Она с просьбой к Сыну Своему, и Он проявил уважение к Ее предстательству за людей. Это было первым знамением Ее покрова и деятельного материнского участия в нашей жизни.

Велико значение Богоматери для нас. По слову Андрея Критского, Матерь Божия принесла в мир обновление природы: древний мир воспринимает начало второго боговидного сотворения.

Для нас Она является дверью нашего спасения, дверью, открывающей нам бездну человеколюбия и милосердия Божия. Недаром все мы с вами, други мои, так любим петь тропарь Ей: «Милосердия двери отверзи нам….» И это не просто умилительное песнопение в честь Богоматери. Мы словами этого тропаря выражаем свою веру, что именно Она отверзает нам дверь спасения и склоняет к нам милосердие Божие.

И обратите внимание: для Господа Она является той лествицей, по которой Господь нисходит к людям, а для нас — эта же лествица возводит нас от земли на небо.

Матерь Божия подчинилась непреложному закону Божию. Правда Божия требует умереть каждому живущему на земле. И мы видим гроб! Чему научает нас этот дорогой для каждого верующего человека гроб?

Посмотрите своими благочестивыми духовными очами на сияющий Божественной славой и духовной красотой облик Преблагословенной Богородицы. Мы уже знаем, что Ее смирение и кротость сделали Ее достойной быть обителью Господа, Ее серафимская чистота удостоила Ее быть Матерью Сына Божия. Ее терпение и преданность воле Божией, Ее жажда спасения души и вечного соединения с Господом возвели Ее на высочайшую степень Царицы неба и земли и даровали Ей блаженную кончину. Это всем нам должно напоминать, что мы должны «ходить в законе Господнем.» Оберегать сердца от всякой нечистоты, украшать свои души добрыми делами любви, молитвы и покаяния, не допускать небрежности в своей жизни.

Последние годы Своей жизни Матерь Божия часто уединялась для молитвы, и больше всего на Елеонскую гору. Она размышляла об ожидающей Ее смерти и о Своем вечном соединении с Божественным Сыном. Она готовила Себя к смерти!

Это указание и нам. Надо помнить, что в Царство Небесное, где царят только любовь, чистота и святость, входят лишь те, кто во время земной жизни омыл свою грязную совесть слезами, кто подходит к неизбежному рубежу с духовным богатством молитв и добрых дел, с огнем веры в Господа, с пламенной любовью к Нему.

А если всего этого нет у нас, то какой чужой будет чувствовать себя наша душа в этом новом для нее мире!

Подумайте об этом, други мои, стоя сегодня у иконы Успения Богоматери; о тех уроках, какие Она преподает нам. Не только прославлять Ее, но, самое главное, извлекать полезные уроки для спасения наших душ мы собрались ныне в этот святой храм. Сколько дивного в Ее земной жизни и сколь многому мы должны у Нее поучиться!

Последние годы земной жизни Она провела в близком общении с апостолами и учениками Христовыми, Сама непосредственно неся подвиг апостольского служения.

Около 15 лет прожила Она после Вознесения Господня. И хотя находилась Она в окружении близких Ее сердцу людей, Она молилась Богу о скорейшем переселении Ее к Сыну Своему. И однажды во время такой молитвы явился Ей Архангел Гавриил с радостной для Нее вестью о том, что через три дня Она преставится к Сыну Своему и Богу.

Мы знаем, что Архангел Гавриил дважды являлся Пресвятой Деве с благовестием. Первый раз, когда Она, еще совсем юная Дева, постом, молитвою, чтением Священного Писания, богомыслием и необычайным смирением подготовила Себя стать Матерью Божией. И второй раз тот же Архангел принес радостную Ей весть, когда была Она уже в глубокой старости и жизнью Своею земною достигла возможности стать у Престола Божия одесную Сына Своего и Господа. Обе эти благие вести приняты Пресвятой Девой в глубоком смирении и сердечной радости.

В Ней дивно проявилось обожение человеческого естества. Еще в юности Своей стала Она по чистоте подобной Богу, и потому Бог благоизволил не только найти Себе обиталище в Ее душе, но и воплотиться в Ней для рождения от Нее Спасителя мира.

Многие, узнав о близкой разлуке с Богоматерью, плакали. Но Она утешала всех, обещая, что будет теперь ближе к Сыну Своему и Ей будет удобнее ходатайствовать пред Ним за всех. И Сама обещала посещать весь мир и помогать всем бедствующим.

Плакали и апостолы, чудесным образом собранные в Иерусалим каждый от места своей проповеди. Они любили Матерь Божию, и им скорбно было расстаться с Нею.

Она же просила всех не омрачать Ее радости, а радоваться вместе с Нею.

И в день Ее Успения не все, конечно, но достойные из присутствующих были удостоены видеть пришедшего Самого Иисуса Христа со святыми Ангелами и всю комнату, освещенную небесным светом.

Со словами «Величит душа моя Господа…» Матерь Божия предала душу Свою в руки Сына Своего и Бога.

О том, как велика пред Богом Пресвятая Дева, мы узнаем и из слов святого Иоанна Дамаскина, воспевшего: «Сам Царь пришел, к Своей Родительнице, дабы Божественными руками принять Ее святую, чистую и непорочную душу.»

Среди окружавших Ее гроб были верные последователи Христа Спасителя. Здесь был уже и апостол Павел, и его верный спутник апостол Лука.

Отходя в Церковь Небесную, Матерь Божия тем самым чудесно собирает к Себе верных представителей Церкви земной, рассеянных по вселенной, указывая, что общение Ее с верующими на земле не только не прерывается Ее Успением, но делается обширнее, деятельнее, что живущая в Ней благодать, так долго скрываемая Ее смирением, должна торжественно открыться после Ее Успения и наполнить Вселенскую Церковь Ее славою.

Матерь Божия перешла в вечность без страдания, с тихой радостью. Она как бы уснула, окруженная незримыми ангельскими хорами и любящими сердцами. Не могла умереть Та, Которая как бы взаймы дала Свою плоть пожелавшему ради нашего спасения воплотиться от Нее Богу Слову.

Воскрес Сын Ее Божественный, и Она только на краткое время уснула, подготавливая себя этим к таинственному и неведомому нам и не постижимому нашим ограниченным умом таинству перехода от жизни временной к вечной жизни.

По Преданию тело Пресвятой Богородицы изнесено было для погребения в Гефсиманию, где и было погребено. И достойные к восприятию таин Божиих три дня слышали ангельское пение на месте ее погребения.

Ученикам Христовым было открыто, что Та, Которую Бог избрал на великое служение, не стала добычей смерти. Гроб был бессилен удержать Матерь Господа, Матерь мира. Она была воскрешена и отныне распростерла Свой покров над грешной землей. Она состраждет нам и молится за нас.

Мы верим, что Господь благоволил воскресить Ее пречистое тело. И относя к Ней пророческие слова: «Стала Царица одесную Тебя» (Пс. 44:10), мы верим в то, что по совершении Своего земного поприща предстоит Она теперь у Престола Божия как Царица. И не только как ходатаица о помощи людям в их нуждах, но и о мире всего мира, и о спасении каждой души, ищущей спасения. Она предстоит, Сама имея власть охранять, защищать и миловать всех, прибегающих к Ее покрову. Наша дерзновенная вера основана еще и на том, что Сама Пречистая явилась собору апостолов и обещала им, а через них и всем нам Свою, уже Небесную, помощь. Она предстала одесную Христа, чтобы не только Самой по достоинству блаженствовать в Небесном Царстве, но Своим молитвенным предстательством и на всех нас обильно изливать благословение.

Доступная лишь немногим при Своей земной жизни, по Своем Успении Она стала доступна всем. Теперь все мы, православно верующие христиане, даны Ей в сыны и дщери, чтобы могли мы пользоваться Ее материнским попечением.

Как и во все предыдущие годы, теперь хочется после слов поучения сказать вам, други мои, несколько слов теплого сердечного приветствия.

Чудотворная икона Успения Божией Матери, которая установлена сейчас перед Михайловским собором, — это святыня нашей обители. Много горячих молитв, слезных просьб и слов искренней благодарности произносилось (несомненно, и сегодня произносится) у этого святого образа. Написана она в 1521 году и стала проявлять чудотворения с 1523 года. Ее благодатной силой в 1581 году Псков был избавлен от полчищ Батория, а в 1812 году — от Наполеона. В истории Псково–Печерской нашей обители запечатлены многочисленные чудеса телесных и душевных исцелений, продолжающих совершаться и по сие время.

Пусть сегодняшний день дивного нашего общего праздника останется у всех в памяти как праздник величайшей радости. И если не всем, пришедшим ныне в обитель, доступно глубокое религиозное чувство, то пусть ощутят они в своих сердцах радость торжества праздника. Пусть пожелают и они всей душой потянуться к Ней как к Матери.

А Ты, Пресвятая Владычице, коснись всех сердец наших как раскрывшихся уже для твердой веры, так и находящихся еще в нерешительности и колебании. Не во гробе Ты, о Мати Пречистая, но стоишь с нами. Ты смотришь на всех с милосердием и любовию. Утешаешь, радуешь… Как хорошо нам с Тобою, Владычице, на сердце легко и тепло. Помоги всем ощутить это радостное чувство, насладиться дивным праздником! И, как всегда, призываю всех вас: будьте доброжелательны друг к другу. Не осуждайте и не порицайте никого за незнание и неумение молиться.

Многие неверующие приходят, услышав торжественный звон нашей обители, который, быть может, коснулся какой–то струны их сердца или даже просто возбудил их любопытство: «Пойду, посмотрю, что там происходит….» И они пришли сюда и стоят здесь среди нас — не будем осуждать их и сердиться на них. А своей благоговейной молитвой дадим пример христианского почитания. И когда по установившейся в обители традиции будут воздвизать икону для благословения — пусть получат вместе с нами благословение Божий Матери и они! Пусть почувствуют радость в этот день не только насельники обители и молящиеся, но и те, кто пришел сюда с экскурсией или просто «от нечего делать,” гуляя.

И Матерь Божия даст всем почувствовать, что не оставила Она нас. Всех утешила, всех ободрила, всем послала Свой мир.

Пусть это чувство каждый унесет в свой дом, где бы этот дом ни находился, вблизи ли монастыря или за сотни или тысячи километров, — пусть светлое воспоминание о сегодняшнем дне и благодать, полученную здесь, сохранит как можно дольше.

Пусть праздник дивного чуда — «в молитвах неусыпающей Богородицы» — сохраняется в сердцах навсегда! Аминь.

Успение Божией Матери

Дорогие наши, сегодня великий день — день начала земной и небесной славы Той, что была земным человеком, но стала и Небесной Царицей. Сегодня день окончания великого подвига Ее жизни во имя спасения человечества — день Успения Пресвятой, Пречистой, Преблагословенной, Славной Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии.

Так теперь величает мир единственного человека на земле — Деву Марию, Богородицу и Матерь Света.

И именно в день Успения воссияла и взошла над землей воочию всему миру слава и величие доселе неведомой никому жизни, и жизни немалой. Пресвятая Дева освящала Своим пребыванием землю в течение шестидесяти двух лет.

Теперь мы все привыкли к Ее славе, Ее могуществу, Ее непостижимой для ума человеческого любви. Мы так привыкли просить и получать от Нее просимое, что забываем в чувстве сердца о Ней как о живом человеке, подобном нам. Забываем, что Ее нынешняя слава и Божественное могущество — это плоды Ее земной жизни. И плоды эти родились живой верой Пресвятой Девы, Ее Божественной любовью, Богоподобным смирением и нескончаемым, непреходящим страданием — мученичеством всей жизни.

Она шла ко Кресту Своего единственного Сына, неся Свой крест задолго до Его Голгофских страданий. Она восходила на Свой крест постепенно, всю жизнь, и терния страданий жалили Ее чувства, ум и сердце ежедневно, пока обещанное, предреченное праведным старцем Симеоном Богоприимцем оружие не прошло саму Ее душу. И этот Ее крест вознес Пресвятую Матерь–Деву во славе на небо.

А подвиг Ее материнского служения и предстательства за род человеческий, грешный, падший, слабый и вечно нуждающийся в помощи, заступлении и пощаде продолжается и после Ее Успения.

А мы, дорогие наши, за внешними событиями жизни Богоматери часто упускаем внутреннее содержание Ее жизни. Оно ведь все состоит из молчаливого, великого, переходящего в мученичество страдания, которое не могло найти утешения в откровении, сочувствии, понимании и сострадании людей. И такого же великого, беспрекословного предания Себя в волю Божию.

Тайна земного назначения жизни Пречистой Девы, открытая Ей Богом архангеловым гласом: Радуйся Благодатная, Господь с Тобою: благословена Ты в женах — была столь сверхъестественна и столь велика, что смирение Пречистой Девы не могло доверить ее ни одному человеку. Да и как Ей Самой говорить о том, на какую высоту вознесена Она Богом.

Только четырем избранным праведностью жизни людям Сам Господь открыл совершившуюся в мире величайшую тайну. Кому же? Праведным Иосифу Обручнику, Симеону Богоприимцу, Елисавете, матери Иоанна Предтечи, и пророчице Анне, которые — первыми в ведении поклонились Пресвятой Деве как Матери Божией, а Ее Сыну как Богу и Сыну Божию.

Святая же Дева избрала для Себя на всю жизнь молча страдать. И вся Ее жизнь — это нескончаемое углубление сердца в непреходящую муку, вечное исхождение невидимою мученическою кровью. Она молча страдала от подозрений праведного Иосифа, Ее «бракоокрадованную помышляющего.»

Она молчала, полагая Царя Вселенной в скотских яслях и Сама не имеющая, где главу преклонить. Молча страдала Дева–Мать, когда «искали души» Ее Младенца и когда страх за жизнь Его обратил святое семейство в бегство из родной страны в Египет.

Она молча и терпеливо несла убогую трудовую долю Своей жизни. Пред Ее глазами Ее Сын и Ее Бог был Младенцем, Отроком, Юношей, и все материнские заботы, соответствующие Его возрасту, были Ее уделом, были Ее радостями. Но в минуты радостей материнства, когда каждая мать, взирая на чадо свое, парит мечтой о его светлом будущем в жизни, обещаюшем и Ей, Матери, утешение, отраду и опору, Пресвятая Дева–Мать и в эти минуты видела в Сыне Агнца Божия, пришедшего в мир, чтобы взять на Себя его грехи. Воспитанная в храме Божием, Она знала Писания и знала, для какой великой цели явился в жизнь Сын Божий и Сын Девы.

И с каким трепетом видела Она Его возросление, а с ним приближение того великого и страшного по–человечески часа. И каждая минута радости о Сыне неминуемо отражалась в сердце Ее непрестающим страданием. И Ее Сын, во всем подобный людям, кроме греха, ничем и никогда не огорчил и не опечалил Свою Мать человеческой греховной немощью, но Он уходил от Нее, отдалялся с взрослением, начиная служить человечеству.

И уже в двенадцать лет Отрок Христос со всей решительностью произносит первое открытое признание Себя Сыном Божиим, а с ним и первое прямое указание Своей Матери, что Он уже не принадлежит Ей. Пресвятая Дева–Мать, найдя отставшего от родных Отрока Иисуса в Иерусалимском храме, на нежный укор Ее слышит: «Зачем было вам искать Меня? Или вы не знали, что Мне должно быть в том, что принадлежит Отцу Моему?» (Лк. 2:49). Болью вонзились эти слова в сердце Матери, ясно открыв Ей будущее Сына. И опять Пресвятая Дева безмолвно склонилась пред волею Всевышнего. И как некогда, в начале великого Ее избрания, сердце не воспротивилось надвигающемуся: «Се раба Господня, буди Мне по глаголу твоему» (Лк. 1:38). И Она отдает Своего Сына, Она отходит в безвестность, чтобы вернуться к Нему с правами Матери только в Его страшный Голгофский час, когда все оставят Его. Отойдет даже Бог Отец, давая место полноте подвига Христа, полноте Его Божественного истощания. А Дева–Мать, и в этот момент безмолвная, во всей глубине прискорбная, но мужественная, верная и бесстрашная, стояла у Креста, Своей любовью поддерживая Сына в великом Его подвиге. Но опять молча стояла и смотрела Она, оцепенев в сострадании Сыну. А что делалось в сердце Ее, зрел лишь Бог и Сын Ее. Как хотела Она тут же в этот же момент умереть вместе с Сыном, чтобы прекратились эти невероятные страдания. «Зде же умру и спогребуся Ему», — звучит плач души Богоматери.

И к целожизненному подвигу Ее молчаливого страдания присовокупляется в этот момент испытание подвига Ее веры: «Где Сыне Мой и Боже благовещение древнее, еже Ми Гавриил глаголаше; Царя Тя, Сына и Бога Вышняго нарицаше. Ныне же вижу Тя, Свете Мой сладкий, нага и уязвена мертвеца.» Предстоя поруганиям и распятию Своего возлюбленного Сына, зря малодушное падение последователей, друзей–апостолов пред лицом опасности, Она не могла не вспомнить обетование Архангела о том, что Сыну Девы, Ее Сыну, Господь «даст… престол Давида, отца Его… и Царству Его не будет конца» (Лк. 1:32—33). А ведь по человеческому суждению все было уже кончено позорной смертью на Кресте.

С Креста же Божественного Страдальца Христа к растерзанному сердцу Матери звучит ободрение, и завещание, и возведение на Престол Царицы–Матери неба и земли: «Жено! се, сын Твой» (Ин. 19:26). И вот уже не одного Сына, но сынов и дщерей всего рода человеческого должно вместить Ее любовью исстрадавшееся сердце. Оно должно принять в себя тех, кто отнял у Нее отраду — единственного Сына. И опять, как во все трудные минуты жизни, звучит Ее ответ Богу Отцу и Богу Сыну: «Се раба Господня, буди Мне по глаголу Твоему».

Еще пятнадцать лет жизни в неведомых для мира трудах по созиданию Церкви — Невесты Христовой на земле, в молитвах к Сыну за род человеческий, в любовном, терпеливом предстоянии за тех, кто еще не знал Бога. Нет, Она не вышла на проповедь вместе с апостолами, хотя о Сыне Своем именно Она могла бы рассказать больше кого–либо другого, ведь Ее чуткое сердце зрело в Нем Бога от самого Его рождения. Она же опять в молчании несет подвиг материнства и подвиг веры, и только апостолы притекают к Ней, поклоняясь и питаясь от сокровенных глубин Ее духа, обожествленного подвигом жизни. Пресвятая Богородица была первой Христианкой на земле.

Непричастная ни единому греху, кроме унаследованного от прародителей общечеловеческого первородного греха, Пресвятая Дева Богородица подошла к концу Своей земной жизни. Желая разрешиться от житейских уз, Она опять смиренно молила Своего Сына и Бога о том, о чем помышляет всяк земнородный, — о предстоящем страшном смертном часе, когда темная область имеет силу и власть страховать отходящих от земли. И Ей, как напоминание о Ее избранничестве и подтверждение непреложности его, опять явился Архангел Гавриил и возвестил об исполнении Ее молитвы, подал Ей блистающую райскую ветвь как знак победы над злыми духами и узами плоти и сказал, что через три дня последует Ее Успение.

Священное Предание сохранило память этого великого торжества — победы человека над смертью. Именно в момент Ее Успения благословенную в женах Богородицу Отец Небесный благословил как Дщерь, Сын Божий — как Мать и Дух Святой — как Невесту Неневестную всяким благословением. Осиянный небесной славой, в сопровождении Небесных Сил Христос принял на Свои Божественные руки душу Матери Своей, родившей Его по плоти, чтобы собственными руками отнести к Отцу Своему.

«Иди, Честнейшая, прославиться вместе с Сыном и Богом.» Тело же Ее со всякой честью и славой погребли апостолы. Так Пресвятая Дева Богородица — Дщерь человеческая жизнью Своей отдала дань естеству, но, святостью став Честнейшей Херувим и Славнейшей Серафим, соединила небо с землею.

Смерть не могла удержать Ее пречистого тела, просиявшего в жизни огнем страдания и обожившегося в нем. И через три дня после погребения апостолы, отвалив камень от погребальной пещеры, нашли лишь Ее погребальные пелены. Владычица Богородица совоскресла Своему Сыну и Богу. А воскреснув, Богоматерь стала Матерью христианского мира, незаходимой Надеждой ненадежных, погибших Взыскательницей, грешных Спасительницей. Из веры, страданий и любви соткалась Божественная сила и могущество Пресвятой Владычицы нашей Богородицы. И ими же Она получила власть и право понимать, сострадать и любить всех немощных, обремененных тяготами жизни и узами греха. Сама искушена была ими, может и искушаемым помогать теперь.

Вдохновленные и умудренные ныне примером великой в Боге жизни Богоматери, будем, дорогие наши, просить Ее помощи во всем и на каждый час. И будем Заступницу Усердную просить не о том, чтобы отняла от нас очистительные животворящие страдания, но чтобы Она помогла нам нести их ради спасения души, не унывать в них и зреть великие духовные блага, сокрытые таинственно в недрах их.

«О Пречистая, молися прилежно Сыну и Богу Твоему, спастися стаду Твоему невредиму!» Аминь.

Успение Пресвятой Богородицы и 500–летие Псково–Печерского монастыря

По неизреченной милости Божией мы с вами сподобились дожить до славного праздника пятисотлетнего юбилея Псково–Печерской обители, который мы радостно отмечаем сегодня — в великий день Успения Пресвятой Богородицы.

Именно в этот день, ровно пятьсот лет назад, в 1473 году, был освящен на склоне горы пещерный храм во имя Успения Божией Матери.

Что же хотелось бы сказать вам в этот знаменательный день? На протяжении половины тысячелетия Псково–Печерская обитель была и остается духовной святыней, куда стекались и стекаются паломники со всех концов России, где каждая верующая душа находила и находит путь к покаянию и утешению.

В то же время и верующих, и неверующих обитель поражает своей яркой и самобытной красотой. Ее красочность, разнообразие и, вместе с тем, гармония радуют глаз и сердце каждого, кто любит истинную красоту. Но не каждому дано знать, что в основе этой гармонии лежит единство красоты видимой и невидимой, материальной и духовной.

Пристальный и вдумчивый взгляд позволяет усмотреть в этой красоте символическое значение.

Крепость с высокими толстыми стенами, с суровыми и молчаливыми стражами–башнями зорко охраняет сады с плодовыми деревьями и цветами, устремленные ввысь купола, весь монастырский мир с золотыми крестами и поющими колоколами. Крепость символизирует монастырскую строгость, недоступность монастыря и каждого инока в отдельности и вообще каждой истинно верующей христианской души для греховного мира, осаждающего и монастырь, и иноков, и всех верующих со всех сторон.

А внутри нас встречают праздничные древние храмы, торжественные перезвоны колоколов, умилительное церковное пение.

Именно таким — преображенным, милостивым и гостеприимным — раскрывается монастырь для всех, кто приходит сюда с верой, любовью или хотя бы с каплей надежды приходит, с раскрытой душой, без предубеждения.

Можно сказать, что монастырь дает нам пример того, как и в собственной жизни каждый из нас должен строить духовную крепость, ограждающую нас от натиска греховной стихии, крепость, ворота которой в то же время должны быть всегда открыты для любви и милосердия.

Но стоя в размышлении у неприступных печерских башен, мы усматриваем в них не только символическое значение, но и значение историческое.

Без обращения к истории невозможен культурный и духовный рост как отдельного человека, так и общества в целом. А для понимания и знания истории исключительное значение имеют памятники старины, пришедшие к нам из глубины веков как свидетели былого. Среди же памятников старины нет более ценных и более редких, чем те, где продолжает кипеть жизнь, где чувствуется жизнеутверждающая преемственность, памятники, которые являются не только свидетелями давно минувших дней, но и глашатаями вечного, неизменного, нетленного.

К таким памятникам и принадлежит Псково–Печерская обитель. Это — не кладбище, не остов, не театральная декорация, не руины, хотя бы и подкрашенные и восстановленные, которые нам так часто приходится видеть.

Обитель и поныне продолжает служить тому, для чего она была создана и во имя чего она существует уже пятьсот лет, в ней продолжает жить та древняя культурная и духовная традиция, которая не только олицетворяет прошлое нашей страны, но и является частицей вечного. Даже те, кто, посещая монастырь, остаются равнодушными, не могут не признать, что обитель без иноков, без паломников и молитвы — все равно что концертный зал без оркестра и слушателей, куда приходили бы смотреть на глухие стены люди, забывшие о том, что есть музыка…

Среди многих и многих памятников старины Псково–Печерская обитель представляет, таким образом, радующее сердце исключение. За недостатком времени мы не будем подробно останавливаться на прошлом обители и последовательно излагать факты ее истории. Отметим лишь следующее: истинное начало монастыря уходит в глубь веков.

Пещеры, словно специально предназначенные Божиим Промыслом для монашеской жизни, были известны людям, согласно преданию, по крайней мере еще в XIV веке. Во всяком случае в это время в них уже жили подвижники–пустынножители, среди которых наиболее прославился преподобный Марк.

Во второй половине XV века в пустынное место при потоке Каменце приходит священник Иоанн Шестник с женою и детьми. Он копает в пещере церковь и освящает ее в день Успения 1473 года.

Незадолго до этого умерла жена священника Иоанна, успев на болезненном одре облечься во иноческий чин с именем Вассы. Впоследствии принимает постриг и ее муж с именем Ионы. Благодаря трудам и молитвенному подвигу преподобного Ионы, возникает маленький монастырь. Особенно много труда в благоустройство монастыря было вложено в XVI веке, когда его настоятелем стал преподобный Корнилий. При нем были построены храмы Благовещения и святителя Николая. Монастырь был огражден могучими стенами со сторожевыми башнями.

Художник–иконописец, благоустроитель, летописец, миссионер, преподобный Корнилий был в то же время святым подвижником, своей трагической кончиной снискавшим славу мученика.

С тех пор из года в год монастырь постоянно крепнет и становится все краше.

Так, в начале XIX века была построена колокольня, расширен Успенский храм, выстроены келлии. Тогда же в ознаменование победы, одержанной на Псковской земле над наполеоновскими войсками, был построен новый храм в честь Михаила Архангела.

Нельзя не сказать о том, как много нового внесено в благоустройство монастыря и в XX веке, и особенно за последнее десятилетие, когда под руководством благоустроителя и украшателя обители архимандрита Алипия были обновлены храмы и другие монастырские строения, появились новые прекрасные иконы и раскрылись забытые древние фрески, написанные рукой самого преподобного Корнилия, приняли свой древний, грозный и завершенный вид внешние стены и башни, еще недавно стоявшие в полуразрушенном состоянии.

Однако, главное заключается не в том, когда и какие храмы и башни воздвигались в монастыре, а в том, какое духовное влияние оказывал он на окружающий край и далеко за его пределами. Из века в век с бесконечной верой и любовью приходили люди земли Псковской, а также со всех концов России к монастырским святыням: к чудотворным иконам Успения Божией Матери, Умиления и Одигитрии.

Во все века эта духовная крепость Православия привлекала и продолжает привлекать массы людей, жаждавших и жаждущих духовного обновления, ищущих истину на этом островке преображенной земли.

Много бед претерпела на своем долгом пути святая обитель. Невозможно перечислить все испытания, выпавшие на долю монастыря: набеги, осады, нападения, пожары, мор и болезни. В конце XVI века ему грозили разрушением войска Стефана Батория, в начале XVII века — шведского короля Густава–Адольфа. Вновь и вновь приходят поляки, шведы, литовцы, немцы, учиняя грабежи и убийства. В течение двух веков монастырь несет подвиг оборонной службы.

Но никакие штурмы, беды, нападения, испытания не сломили стойкости Корнилиевых стен и мужества их защитников, ибо Сама Пречистая Богородица руководила ходом событий.

Летопись и предание сохранили для нас память о бесчисленных совершенных Ею чудесах. После каждого вторжения, после каждого несчастья с помощью Пресвятой Богородицы монастырь залечивал свои раны, становился сильнее и неприступнее, и молитва продолжала денно и нощно гореть в нем, как неугасимая лампада. За каждой раной, за каждым разрушением, за каждой потерей следовало исцеление, созидание и утешение, и монастырь как стоял, так и стоит незыблемо и неколебимо.

Можно сказать, что если Матерь Божия постоянно ограждала обитель от врагов, пытавшихся его физически разрушить, то тем паче будет спасать Она и впредь дом Свой от тех, кто посягает на духовную жизнь монастыря, кто пытается нанести ему моральный ущерб.

Зададим себе вопрос: в чем причина исключительного долголетия святой Псково–Печерской обители, долголетия, дарованного ей Господом как особое благословение?

Многие бы приписали это долголетие причинам материального характера: экономическим, географическим, историческим. Однако глубокое изучение истории приводит нас к выводу о том, что все это лишь внешнее, поверхностное, что все это — не сами причины, а лишь их внешнее выражение, лишь тень Промысла Господня, отраженная в нашей земной действительности.

Истинную причину этого долголетия следует искать в том, что у основания монастыря стояли великие подвижники и чудотворцы: преподобные отцы Марк и Иона, преподобная матерь Васса, святой преподобномученик Корнилий. Их молитвами и их подвигами заслужил монастырь славу и долголетие.

Не допустили преподобные, чтобы в их обители прекратилась служба, погасли лампады, умолкли колокола. Незримое присутствие святых покровителей монастыря явственно ощутимо для каждого, приходящего сюда с чистой верой.

Истинные ученики и продолжатели преподобных, иноки последующих поколений сумели свято сохранить наследие, завещанное им основателями монастыря и дивным светильником Псково–Печерским — преподобным Корнилием. Это наследие — жизнь, протекающая строго по заповедям Христовым и обетам монашеским.

Светло празднуя 500–летие монастыря, будем твердо помнить, что важнейшим залогом долголетия, твердости и неприступности иноческой обители, ее защиты от видимых и невидимых врагов служит не богатство, не крепость стен монастырских, а главным образом внутреннее благоустройство самой жизни иноков и молитвенное горение каждого из них в отдельности.

Если не иссякнет молитва, если не охладеет жажда подвигов, то будет всегда сиять Псково–Печерская обитель на Русской земле, как самая яркая звезда на небе. Псково–Печерский монастырь останется, как и в прежние времена, водоемом живой воды религиозного воодушевления; он будет по–прежнему питать и увлажнять иссохшие пустыни мирской жизни, давать живительную и спасительную влагу душам, алчущим и жаждущим правды.

Из века в век и сегодня славится обитель старцами, молитвенниками, благоустроителями, созидателями, иконописцами, церковным хором. Как и в прежние времена, монастырь неустанно молится за русский народ и другие народы, за землю Русскую и за весь мир.

Как некогда, так и ныне к молитвам иноческим присоединяют свои скромные, но горячие моления паломники и почитатели святой обители. С теми же чувствами веры и благоговения приходят они к печерским святыням. Эти чувства неизменны. У них нет истории, как нет ее у самих святынь.

Господь знает, как нужна обитель всем алчущим, жаждущим, страждущим, болящим, заблудшим. Он знает, в чем нуждается каждый входящий в ворота обители с мольбой или хотя бы с внутренним вопросом.

Ни одну молитву, ни один вопрос не оставлял и не оставляет здесь Господь без ответа. С каждым, кто вошел сюда, прошептав: «Пресвятая Богородице, помоги, умоляю Тебя как Матерь, услышь…» — совершаются здесь чудеса. Каждый чувствует приток жизненных сил и внутреннее обновление.

Приходят сюда современные блудницы, мытари, разбойники. Они многого не знают, многого не понимают. Но надо помнить, что Господь ел с мытарями и грешниками и простил гонителя. Двери святой обители открыты для всех и каждого, для всех труждающихся и обремененных.

В каждом входящем — даже если он еще не приобщился к Православной вере, даже если он не так одет или не так причесан, даже если он позволяет себе неуместные высказывания, — наше любящее христианское сердце должно усмотреть возможного будущего паломника, так как неизвестно, когда и кого Господь к Себе призовет. Чтобы в этом увериться, представим себе мысленно, на что были похожи прическа и одеяние евангельской блудницы и каковы были высказывания гонителя Савла до его обращения.

Молящиеся! Вы же сами просите Господа принять вас вместе с мытарем, вместе с блудницей, вместе с пришедшими в последний час. Не будьте же прокурорами, судьями и жандармами для других. На вас лежит большая ответственность. По вашему поведению судят не только об обители, но и о христианах вообще. Господь строго взыщет с вас, если вы отгоните кого–нибудь от Него.

Размышляя о прошлом монастыря и наблюдая его сегодняшнюю жизнь, мы должны четко осознавать, что прошлое и настоящее объединяет нечто общее, внеисторическое, незыблемое, неколебимое, вечное, что монастырь несет в себе весть о нетленной истине, одинаково необходимой для людей всех времен. Стоя у звонницы, где Ангел напоминает о безвозвратно бегущем времени, мы ощущаем полное слияние истории, настоящего момента и вечности.

Мы не ощущаем течения времени, ибо благодать Божия одинаково проникает в верующее сердце как сейчас, так и пять столетий назад, словно солнечный луч, в продолжение тысячелетий одинаково светящийся в капле чистой росы. Это ощущение вечности помогает нам спокойно и с твердой верой смотреть в будущее.

Мы знаем, что никто, в том числе и Печерская обитель, не гарантирован от новых испытаний. И если они наступят, они не застигнут нас врасплох, ибо ни на минуту не угасает молитва в сердцах иноков и бесчисленных почитателей обители, живущих за ее святыми пределами и считающих себя ее духовными чадами.

Мы верим, что, если на то будет воля Божия, по молитвам Пречистой Богородицы обитель простоит еще не одно пятисотлетие и будет стоять всегда на грешной земле до скончания века. Мы верим, что, когда по воле Господа возникнет новая, преображенная земля, Господь оставит на ней святую обитель, ибо в ней уже столько преображенного, что останется Господу лишь чуть–чуть ее подправить Своей Божественной десницей, как художник поправляет последний мазок на картине.

Чтобы и впредь твердо и незыблемо стояла обитель, нужно, чтобы не иссяк дух монашества, не прекращался бы поток желающих посвятить свою жизнь иноческому служению. А для этого надо в свою очередь утверждать и защищать саму идею монашества, защищать ее от нападок, ложных представлений и клеветы.

Каждый должен понимать не только роль монастырей в истории России, в ее культуре и просвещении, но и осознавать, что монашество — это самое высокое, самое чистое исповедание христианства в духе истины. Каждый должен осознавать, что монашество основано не на ненависти к жизни, как пытаются это представить вольные или невольные клеветники, а на любви к жизни, любви всеобъемлющей, не терпящей греха, ибо грех — это страшное искажение жизни, отвратительная болезнь и загнивание.

Пусть из уст в уста передают верующие люди друг другу весть о существующем на Псковской земле острове благодати, незыблемо возвышающемся среди бурного моря мирского зла.

Пусть еще много и много лет стекаются сюда болящие, кающиеся, надеющиеся и до земли склоняются перед нашими святынями в безмолвной, горячей мольбе.

Пусть каждый верующий приходит в монастырь за обновлением, проверяет самого себя, пересматривает свой нравственный запас, завещанный нам великими строителями православной нравственности и восполняет свои пробелы и потери.

Пусть звонят в Печерской обители колокола!

Пусть не меркнут над нашими храмами сияющие золотом кресты!

Пусть высятся они к небу и напоминают о нем!

Пусть неустанно здесь возносится молитва!

Пусть, как солнце среди туч, сияет обитель подвигом духовным!

Пусть эта обитель борется за спасение нашего мира от грозного приговора, за которым некогда последовал потоп. Сей Божий приговор гласил: не может Дух Мой жить среди этих людей, ибо они стали плотью.

Как некогда Иоанн Предтеча, да станут святые обители на людном, шумном и суетном пути многоговорливой плотской жизни и напомнят суетящимся людям об истинной и достойной человеческой, а не животной жизни, напомнят вечную заповедь: Духа не угашайте!

Радуйся, святая обитель, во все времена, ибо ты служишь для нас постоянным источником неувядаемой радости. Да оградит тебя Господь от всякой напасти, как ты ограждаешь нас от лжи и зла. Стойте, могучие башни, пока живет ветхая и грешная земля. Не допускайте, чтобы ложь вошла через ворота обители. Здесь есть место только для истины.

Праведные Иоаким и Анна

Радуйтеся, Иоакиме и Анно: радуйтеся, яко радости и спасения Ходатаица… нам раждается.

Други наши! Вчера мы праздновали Рождество Той, Которая стала Матерью всего человечества, Которая Своим Рождеством положила начало нашему спасению. Ибо Она едина и единого ввела Христа во вселенную — спасение душ наших, ибо Она едина и Ею единой земная с небесными совокупились. И не было пред величием совершившегося события в тот день места памяти о ком–то другом. Но сегодня Святая Церковь, еще продолжая праздновать Рождество Богоотроковицы, предлагает нам воздать благодарную молитвенную память тем, кому мы обязаны появлением Ее в мире. Это родители Пресвятой, Пречистой и Преблагословенной Владычицы нашей Богородицы — Иоаким и Анна!

Кто они, как жили, как сохраняли непоколебимой веру свою и надежду на Бога в то время, когда уже наметился упадок ее в израильском народе? Мать и отец Той, Которая стала Честнейшей Херувим и Славнейшей без сравнения Серафим, — потомки благословенных Богом родов. Иоаким — сын царского рода Давидова и Анна — первосвященнического рода Левиина по отцу и из колена Иудина по матери жили в Назарете Галилейском.

Соединенные союзом любви в честном браке, они сохранили его как великое Таинство, полагающее начало и человеческой, и священной истории. Относясь к браку как к венцу и завершению Божественного домостроительства, они ожидали благословенного плода как исполнения своего предназначения на земле. Эта высшая цель жизни — родить и воспитать потомство для Бога и в Боге — подогревалась еще и всеобщим ожиданием в израильском народе Мессии — Избавителя и Спасителя мира. И тайная, в подсознании гнездящаяся мысль: «Не я ли обрету благословение Божие послужить столь великой цели? » — питала надежды многих.

Явное было Божие благословение на доме супругов: богатство и всяческий достаток сопутствовали им. Но не для кого было им собирать имение. Дом их оставался бездетным. И это обстоятельство укрепляло и вдохновляло их на духовные подвиги, усердие и постоянство в молитве.

Благочестие супругов, рождающееся всецелым обращением к Богу и надеждой получить просимое, одаривало и Божий храм, и Божий люд — бедных и странных — щедрыми жертвами. Именно в это время невидимо созидался дом души их.

Терпение, навыкнув во времени, родило глубочайшее смирение. Ведь именно оно, возросшее и покоящееся на твердом уповании на волю Божию, ограждало их от ропота в момент тяжкого испытания, сквозь которое предстояло им пройти в старости своей.

Годы шли. И если в молодых летах супруги еще жили надеждой на исполнение своего благочестивого желания, то заматерев в летах, они с недоумением и прискорбием взирали на бесплодно прожитую жизнь. Ибо бесплодие (по народному поверью) обличало благочестивую чету в каких–то неведомых им грехах и давало повод к поношению и оскорблению от окружающих. И обрушилось это поношение на них тем более и тем неожиданнее, что они в своей преданности Богу начали уже было забывать и самое желание чада.

В один из великих праздников старец Иоаким пришел в Иерусалимский храм с намерением принести жертву Господу, но приношение было отвергнуто священником. И больно ударили старца слова священника о том, что жертва бездетного не может быть приятна Богу. Неожиданный упрек поразил сердце праведника. И, не зная за собой греха, он принимает поношение как справедливый гнев Божий, преследующий его бесчадием.

Смиренное сознание своей греховности ведет старца в пустыню в одиночестве предстоять Богу в молитве и посте, призывая на себя Божие милосердие. Сорок дней напряженного молитвенного подвига подъял старец.

О чем молился он, что просил, чем дышало его сердце? Сокрыто это от глаз людских. Ведомо это одному Богу. Мы же все знаем, что совершилось невозможное людям. «Идеже хощет Бог побеждается естества чин… И утроба нераждающая раждает».

Но не один нес свой сорокадневный подвиг Иоаким. Его верная богобоязненная супруга Анна, соединяясь с ним в супружестве в одно существо, и теперь в горе вторит молитвой супругу. И она знает, что просить. Не останавливаясь пред естественными преградами к исполнению ее прошения, она просит чуда. «Разреши болезнь сердца моего и разверзи узы моего неплодия! Да будет рожденное мною принесено в дар Тебе и да благословится и прославится в нем Твое милосердие.»

Пройден искус целой жизнью. И жизнь воспитала и явила праведников. Они всю жизнь верно служили Богу, они звали Его непрестанно и неотступно, они звали Его и тогда, когда ожидать просимого было уже бессмысленно.

Сколько примеров знаем мы, подтверждающих, что у Бога нет ничего невозможного. Одно мановение Его — и вмиг все меняется. Он один все может — и падших восстановить, и заблудших обратить, и соблазнившихся исправить, и грешников, совершивших преступления, переменить и соделать праведными, и умерших оживить, и обветшалое обновить.

Если Господь творит несущее сущим, нигде и никогда не являющемуся дарует бытие, тем легче Ему поправить то, что есть и что давно уже было. Господь чудодействует и творит необыкновенные дела, но совершает это не вдруг, не тотчас в ответ на прошение, но испытывая и упражняя терпение терпящих и надежду верных. Нам же, по примеру праведников, надо не падать духом.

Да, в Священном Писании и священной истории нет ни одной лишней буквы, ни одного ненужного события, но все дается живущим в пример и назидание на все времена.

Недолго после рождения Дщери прожили престарелые Ее родители. Исполняя данный Богу обет, они трехлетнюю Юницу ввели в храм Господень воспитаться в Боге. Через несколько лет после этого события они скончались. Иоаким в восьмидесятилетнем возрасте и Анна, пережив супруга на два года, семидесяти лет, отошли ко Господу. Благочестие же свое, воспитанное в превратностях жизни, они передали Дщери своей, вручив Ее Богу воспитатися во Святая Святых.

И по примеру Иоакима и Анны, по примеру всех праведников, живущих во все времена, можно сказать, что нет иного действительного искушения и страха, кроме греха. Только грех разоряет жизнь и губит все живое. Все же прочее, каково бы оно ни было, — кратковременно и не вредит бодрому духу, укорененному в Боге исполнением данных Ему обетов.

И сегодня, вспоминая благочестивую семью Иоакима и Анны и рожденную ими благословенную Дщерь, не оглянемся ли мы на себя, на наше время с его духом разорения, а не созидания. И не зададим ли себе вопрос: в чем причина, где корень жестокой и мрачной непогоды, обступившей мир и ставящей его на край гибели?

Не мы ли — разорители домашней церкви, не мы ли — нарушители старинных правил семейного порядка, не мы ли — отдавшие чад своих на воспитание в страну далече, где питают их волчцами и тернием и уводят от Отца Небесного, уводят от родителей земных.

Жизнь — трудное дело. И она становится невыносимо трудна, когда из нее изгоняется Бог. Ведь когда изгоняется Бог из дома, на Его место приходят злейшие духи, сеющие свои смертоносные плевелы. Мрак и тьма давно начали осуществлять свои смертоносные планы, восстав на семью, на материнство, которое кроет в себе будущее мира — воспитание потомства.

И надо нам с вами это понимать, ибо это — наше настоящее и наше будущее. И в этом наша ответственность пред Богом. Ответственность страшная!

Вслушайтесь в слова, которые сказал великий учитель Церкви Иоанн Златоуст: «Родители, которые пренебрегают воспитывать своих детей по–христиански, беззаконнее детоубийц, ибо детоубийцы тело от души разлучают, а они и душу, и тело ввергают в геенну огненную.»

За семьдесят лет пленения Церкви сколько поколений выросло порабощенными мраком безбожия и зараженными материалистическим духом стяжательства и накопления. Люди выросли без Бога. И теперь мы с вами должны входить в реальную обстановку жизни нашей, терпеливостью своей в трудах и молитве пытаться исправить то, что было нарушено.

Многие помнят трагические для вас и детей ваших годы, когда за одно желание воспитать детей в духе христианства грозила опасность потерять их навсегда. Родителей лишали материнства и отцовства, а детей насильственно отдавали в интернаты и детские дома. Перед вашими детьми закрывали путь в жизнь, закрывали двери учебных заведений. Это страшное время мы пережили. И оно, безусловно, не могло не оставить рубцов на сердцах наших. А скольких слез и сердечной боли стоило материнскому сердцу видеть, как то немногое, что удавалось сделать дома, в семье, вытаптывалось в душе ребенка в школе. И лились слезы, лились молитвы. Не думайте, что они не замечены и не услышаны. Могут не услышать и не понять люди, но не Бог. А для Бога это не просто слезы, это крестный путь матери–христианки, воюющей за чадо свое против целого мира, против самого диавола.

Это даже не просто крест. Это мученичество. Мученичество за Христа. А благодать Божия всегда укрепляла мучеников, укрепляла она и вас в вашей неравной борьбе за детей, укрепит она вас и теперь. Только бы не ослабела христианская убежденность и устремленность — вера наша. И теперь нам, подобно праведной Анне, надо просить у Господа чуда: «Господи! разреши болезнь сердца моего. Да благословится и прославится в рожденном мною Твое милосердие.» И не усомнитесь, чудо совершится по вере вашей.

Но страшно и разрушительно, если у нас–то, у взрослых, вера в Бога остается только на словах, а не преображает нашу повседневную жизнь и сопровождается в нас духовным бесплодием, не имеющим живой жизненной силы Духа Божия. Но и этого чуда просите, и дастся вам.

Всем нам необходимо понять сейчас, что надо срочно спасать от тлетворного духа времени и возвращать Богу нашу малую церковь, нашу семью. Надо именно в ней возжечь лампаду христианской жизни в Боге. И только в этом — спасение мира, наше спасение.

Мы не преуспеем сразу, нам будет крайне трудно, но делать надо ради жизни в вечности.

Ведь отцы и матери, Богом благословенные творцы и покровители детей своих, ответственны за них и за себя. И не наше ли дело теперь, в пустыне мира, где царят одиночество, суета и равнодушие, тревожная неуверенность и злоба, создать очаг молитвы. Надо помнить, что где двое или трое собраны во имя Божие, там и Господь посреди них.

Тогда оживет дом! И один, и другой, и третий. Устроятся расстроенные безбожием порядки внутренней жизни семьи и каждого человека. И Царство Божие, вернувшееся в душу, снова начнет преображать мир. И вернутся дети к Богу, и вернутся к родителям своим из непогоды окружающего мира.

В Священном Писании Господь дает и не раз напоминает родителям об их особой власти и праве по отношению к детям, дает им особую силу ходатайствовать о детях пред Богом. Так давайте же, дорогие мои, пользоваться этой силой и этой властью. Но для этого всем нам надо иметь несомненную веру и дерзновение в молитве.

Есть и еще одно условие, без которого плода не будет, — это наш повседневный труд в деле воспитания детей. Много, много слез проливается теперь матерью над детьми и от детей. Какую невыносимую тугу и боль несет ее сердце, видя чад, отвергающих благое и сознательно избирающих злое.

Мать начинает молиться, она просит Бога о помощи, но не получает ее. Почему же? Да потому, дорогие мои, что нельзя возлагать на Бога то, что обязаны были сделать мы сами. Ведь именно родители в первую очередь должны заботиться о детях, засевать землю их сердечек добрыми семенами веры и страха Божия. А посеяв, кропотливо взращивать посеянное и охранять от непогоды дурных влияний. И для этого нужен труд, нужно духовное напряжение, надо всегда помнить о детях и о своей ответственности за них пред Богом.

Отцы и матери! Одни без детей своих вы спастись не можете — и это надо помнить!

Что можем мы ждать от детей, если наша забота о них будет ограничиваться только стремлением накормить и одеть их? А кто сделает остальное? Улица? Школа?

Да и нельзя, дорогие мои, забывать еще одно. Слова чужого человека, даже и благонамеренного, действуют на ум ребенка, слово же матери касается непосредственно его сердечка, а слово и пример отца дают чаду силу и энергию к воплощению.

Так не ограничивайте своего влияния на детей только заботой раз в неделю привести их в церковь и оставить в ней на их же произвол. Нет, это не возродит живой веры. Ваша забота должна состоять в воспитании в детях страха Божия, во внушении им православных понятий, в научении их своим примером, всей жизнью своей. Вникайте в жизнь чада, знайте его думы. Разговаривайте с ним обо всем. Благословляйте детей ежедневно утром и вечером, даже и тогда, когда их нет дома.

А христианский строй жизни в семье с постами, молитвенным правилом утром и вечером, хотя бы кратким и с учетом детских возможностей и занятости, с посещением храма всей семьей и приобщением всем вместе к Таинствам — все это незримо будет созидать детскую душу. И посеянное в детской душе непременно прозябнет и в зрелые годы.

Веками утвержденный опыт показывает, что крестное знамение имеет великую силу на все действия человека и во все продолжение жизни. Поэтому необходимо вкоренять в детях обычай чаще ограждать себя крестным знамением, особенно перед принятием пищи, ложась спать и просыпаясь, перед выходом из дома. «Иже крестом ограждаемы, врагу противляемся» — это спасет детей наших от многих бед и опасностей.

В старину того почитали несчастным, кто знает все, но не знает Бога. И того считали блаженным, кто знает Бога, хотя бы и не знал ничего другого. Это не значит, что осуждали образованность, нет, просто мудрость Божия не шла ни в какое сравнение с мудростью человеческой. Ибо мудрость Божия снабдевает людей высшей правдой и истиной. И постоянное благочестие, обретенное знанием законов Божиих и заповедей Христа на пути Христовом, ограждает от заблуждений на пути мудрости человеческой.

Так надлежит нам учить детей наших сейчас, воспитывая в них высшую нравственность христианскую, чтобы жили они, чтобы живы были мы и не захлебнулся бы мир злом окончательно. Так примером нашим и трудом нашим должно нам воспитывать чад своих. Жить по совести, жить по правде.

Будем же всегда помнить свою ответственность и приводить на память слова святых мужей: «Малое деревце куда наклонишь его, туда и будет расти. Новый сосуд будет издавать тот запах, каким напитаете его вы, вливая в него или смрадную жидкость, или ароматную и чистую.»

Исповедуя во всеуслышание в семье Божию благость и Божие Промышление, будем же давать детям первые уроки богопознания и молитвы. Это будет самый важный урок благочестия, который сохранится в сердце на всю жизнь и сохранит ребенка в этой жизни для Жизни Вечной. А закончу я словами святого учителя Церкви Иоанна Златоуста: «Нет никакого высшего искусства, как искусство воспитания. Мудрый воспитатель создает живой образ, смотря на который, радуется Бог и люди.» Так, чтобы не плакать нам ныне от чад своих, чтобы не оплакивать их и себя, когда они вырастут, и чтобы нынешние слезы не стали началом будущих, не будем делать дело Божие — воспитание детей — с небрежением.

Други наши, если мы и теперь не восчувствуем грозящей нам опасности духовного одичания человечества, теряющего постепенно образ и подобие Божие, если не приостановим процесс богоотступничества и утери веры в семьях своих, в себе, то близок срок, когда осуществятся слова Христа Спасителя: «…Сын Человеческий, пришедши, найдет ли веру на земле?» (Лк. 18:8). Аминь.

Усекновение главы Крестителя Господня Иоанна

Предтечу Иоанна и Крестителя Христова приидите… вси вернии достойно почтим прилежно.

Ныне Святая Церковь вспоминает и почитает память трагического завершения жизненного подвига одного из величайших людей, когда–либо живших на земле, по определению Самого Христа Спасителя, — усекновение главы святого славного пророка и апостола, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна.

Служитель и таинник неизреченных чудес Христовых Иоанн был настолько велик, что Церковь хранит память о всех проявлениях его жизни: и его зачатие, и рождение, и в память его миссии Крестителя Спасова (Собор Иоанна Предтечи — на следующий день после Крещения Господня), и его мученическую смерть — усекновение главы, и три обретения этой честной главы — великой для мира святыни, и перенесение десницы Иоанновой из Мальты в Россию (1799 год).

И круглый год каждый вторник Церковь молится и просит молитвенного предстательства пред Богом Иоанна Предтечи и Крестителя Господня.

Всё в его жизни необычно, всё — предначертание новых духовных ценностей, выходящих за рамки Ветхого Завета. Он весь и во всем — Предтеча Того, Кто есть Путь, Истина и Жизнь на вечность — Христа Спасителя, Сына Божия.

Великое предначертание жизни богодарованного младенца Иоанна и само имя были определены в Предвечном Совете задолго до его появления на свет, когда Промысел Божий скорбями и поношениями готовил родителей его дать миру того, кто объявит об исполнении времен, о явлении Сына Божия. И назначение этой зарождающейся жизни было открыто Ангелом отцу его, иерею Захарии, еще до зачатия сына. «…жена твоя Елисавета родит тебе сына, и наречешь ему имя: Иоанн; …он будет велик пред Господом… и Духа Святаго исполнится еще от чрева матери своей; и многих из сынов Израилевых обратит к Господу Богу их; и предъидет пред Ним в духе и силе Илии…» (Лк. 1:13—17).

И свидетельство Иоанна о пришествии в мир Спасителя Христа тоже начинается до его рождения, когда, быв еще во утробе матери своей, «взыграл младенец во чреве ея» и ее устами возвестил миру о событии небывалом, но ожидаемом со времен древних: «…и откуда это мне, что пришла Матерь Господа моего ко мне… » (Лк. 1:43).

Это была первая встреча готовившихся явиться в мир для исполнения воли Божией о спасении мира Сына и Слова Божия, воплощенного в человечестве, и Гласа Господня, возвещающего явившуюся Истину, — Иоанна, земного Ангела и небесного человека от самого своего рождения.

Они встретились — Слово и Глас — на пороге жизни и разошлись в безвестность до времени, чтобы возрастать каждому для исполнения назначенной им свыше миссии. Они разошлись, чтобы снова в свое время встретиться. Иоанн Предтеча всегда будет являть Спасителя миру и свидетельствовать о Нем дерзновенным гласом пророка и апостола. Иоанн Предтеча всегда будет предвозвещать миру его учение, чтобы затем отойти в безвестность мученической кончины за Истину до дна адова, чтобы и там стать Предтечей Христовым.

Святое Евангелие сохранило о жизни Иоанна Крестителя только то, что непосредственно было связано с жизнью Христа Спасителя, а потому сведения о нем скудны.

Под кровом материнской любви возрастал к служению Своему Христос. Пустыня стала матерью и отцом тому, кому надлежало стать служителем Слова. И в безмолвии пустыни он готовился заговорить гласом Истины в пустыне людской. И кто как не Бог ангельским окормлением возрастил его, дал силу, мудрость и дерзновение Илии.

«Сам же Иоанн имел одежду из верблюжьего волоса… а пищею его были акриды и дикий мед», — свидетельствует Святое Евангелие о Предтече по выходе его на служение людям (Мф. 3:4).

И громом прозвучало первое слово проповеди Иоанна: «…покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мф. 3:2). Строго, но и утешительно обращается Иоанн к своим единоплеменникам: «…порождения ехиднины!.. Сотворите же достойный плод покаяния… » (Мф. 3:7—8).

Грешнейшие из грешнейших, и вам ныне открывается путь ко спасению, к жизни. Покайтесь, только покайтесь! И живительными водами Иордана впервые омылись кающиеся во грехах люди.

И как взыгралось сердце Иоанна при первой встрече Господа своего. Трепетом приник Иоанн к ногам Спасителя, явившегося на Иордане и требующего крещения. И вера его подтвердилась свыше и стала ведением — знанием, ибо узрел Иоанн разверзшиеся небеса и увидел Духа Святаго в виде голубя, ниспускавшегося на Христа.

Он — Иоанн — в момент Крещения познал Бога Отца, свидетельствующего о Сыне, услышал глас Его. Он познал Бога Сына, явившегося во плоти, увидев и прикоснувшись к Нему, приклонив главу Христа рукою своею. Он познал Бога Духа Святаго «в виде голубине», увидев Его, сошедшего с неба. Иоанн Предтеча получил полноту ведения Бога. Сердцем восчувствовал, умом познал и гласом возвестил во всеуслышание: «…я видел и засвидетельствовал, что Сей есть Сын Божий» (Ин. 1:34). «Се, Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира» (Ин. 1:29) — даруя миру новую жизнь. «…Он будет крестить вас Духом Святым…» (Мф. 3:11).

Иоанн Предтеча — вещатель, пророк Триипостасного Бога, Триединого Божества. И миссия его этим была выполнена. Христос вступает в Свое служение, проповедует, творит чудеса и только начинает свой путь к Голгофе, ко Кресту. Иоанн же Предтеча, к этому времени взятый под стражу и томящийся там за обличение беззаконного царя Ирода, отнявшего у брата своего жену его, готовится к своему исходу, и дни его сочтены. Он и в смерти опять должен предварить Христа.

Но зачем, ради чего такая трагическая, нелепая и бессмысленная по человеческому воззрению смерть?

Беззаконный царь в окружении еще более беззаконных жен — порождение диавольское, где ложь и лицемерие, распутство и злоба — все сплелось в восстании на правду, на чистоту, на Бога. Сплелось и вылилось в пир, захлебнувшийся сначала вином, а потом и праведной кровью. И один против целого океана этого зла праведник–пророк, чье «житие непорочно и предъизшествие честно», Иоанн — проповедник покаяния и обличитель соблазна.

«Не должно иметь тебе жену Филиппа, брата твоего», — звучит грозное обличение пустынника, почитаемого пророка, развратному властелину и его еще более беззаконнейшей сожительнице.

Это «не должно» звучало из пустыни, где подвизался пророк, оно звучало из людской толпы, когда Иоанн вышел на проповедь, и людская молва вслед за ним повторяла: «Не должно, не должно нарушать Закон Божий тому, кто призван его хранить. » Это «не должно » не смогли удержать ни темничные замки, ни оковы. «Не должно» — так повелел Бог. «Каждый имей свою жену, и каждая имей своего мужа… » (1 Кор.7:2). И это «не должно убивать пророка » звучало в совести царя, когда злобная кровопийца, распутная Иродиада, упивалась своей кровавой местью праведнику и пророку.

Но что стоило Иоанну только умолкнуть, закрыть глаза на беззакония царя, как это сделали законоучители народные — мудрецы века сего? Почему упорствовал Иоанн в своей проповеди–обличении, приближая тем час своей наглой смерти, когда бесстыдные руки девицы–блудницы понесут его священную главу, еще дымящуюся кровью, на блюде среди мерзкого пира, разгула всяческих страстей и неистового пьянства, и когда диавол в образе жены в торжестве победы своей над правдой будет колоть иглой язык, вещавший истины Божий?

Почему не пожалел своей жизни Иоанн? Да потому, что он — Глас Божий, Глас Истины. Потому, что он «правды соблюл еси закон. » Потому, что ему должно было пресечь соблазн, развращающий тех, ради кого на землю пришел Сын Божий. Ревность по Богу снедала его и не давала молчать. И Бог потерпел беззаконное убийство Своего пророка, как потерпел и смерть Сына, чтобы спасти мир.

Да свершится воля Божия!

А Божии люди — светильники в мире — идут сквозь «сень и тень » смертную за Богом, неся собой свет истины во мраке поглощенного беззаконием мира. И правда их пророчеств, исполнившаяся в мире, укрепляет веру одних людей и рождает веру в других. А правда их жизни и смерти, вещающая небесные истины, доставляет силу и обильное утешение тем, кто впредь пойдет за Богом в терпении неправд, зол и болезней от восстающих на правду Божию.

И может ли теперь страдание Иоанна Предтечи сравниться с той славой, которая воссияла ему из–за гроба. «Бренный сосуд Иоанна повержен был на землю, — говорит Златоуст, — но немерцающий светильник его духа облистал ярким светом веры и находящихся во аде». Светильник его духа блистает и нам, во тьме земной жизни сущим.

Иоанн Предтеча по кончине, сошед во ад, проповедовал праведникам ветхозаветным грядущее разрешение их от уз явлением Христа Спасителя. Он исшел из ада со Христом по Воскресении Христовом и сподобился многих венцов на небе как девственник, как пустынник, как проповедник покаяния, как пророк, как Христов Предтеча и Креститель и, наконец, как мученик. Обезглавленное тело праведника с честью погребли его ученики близ Самарии вместе с пророками Елисеем и Авдием.

Блаженная же глава его, претерпев поругание от безумной Иродиады, со временем явилась в славе, и свет этой славы уже не мог затмить ничто в мире. И Церковь поет:

«Ирод безумный отсекает главу Предтечи, Христос же содевает его, яко Крестителя, главу Церкви, веры сиянием и проповедью о явшемся в мир Спасителе…»

А нечестивое семейство пожало плоды своей беззаконной жизни и гнусного своего злодеяния над праведником Божиим. Ирод, мучимый преступной совестью своей, во все дни оставшейся жизни видел на трапезах своих главу Иоанна Предтечи и слышал грозный обличающий его голос: «Не должно тебе иметь жену Филиппа, брата твоего». Вскоре оклеветанный племянником пред римским императором, он был сослан в ссылку в Испанию, потеряв при этом все свое царство, а не только обещанную плясавице половину его.

Саломия, испросившая по наущению своей матери милости для себя в убийстве пророка, погибла в водах реки, провалившись под лед. Шея ее была перепилена обломками льда, на котором висела она, исполняя ногами в воде страшный танец, начатый на безумном пире.

Ирод и Иродиада по преданию были поглощены живыми землею. Разверзлась земля, и ад расступился, приняв души их. И горькая память их, как беззаконников и убийц, хранится лишь в связи с вечной памятью праведника, которая жива и по сей день.

А пример жизни святого пророка, Предтечи и Крестителя Господня научает нас, как жить, угождая Богу, как спасаться в мире греха. Он учит нас жаждать явления Господа и Спасителя в нашей личной жизни всегда. Он учит нас всегда и во всем желать познания воли Божией о нас.

Иоанн Предтеча и по сей день проповедует нам, что первый шаг на пути нашей встречи с Господом есть покаяние и очищение от скверны греха. Будем же каяться и творить достойные плоды покаяния.

В память святого пророка и Предтечи Иоанна, в воспоминание его мученической кончины Церковь с первых времен христианства причислила этот день к великим праздникам, ибо мученическая смерть праведника стала вратами к вечной славе и радости. Церковь положила этот день отмечать строгим постом в обуздание человеческих страстей, послуживших причиной столь тяжких грехов, и еще в память великого постника, постившегося всю жизнь.

И другая особенность настоящего дня — это особое поминовение всех воинов, за веру и Отечество живот свой положивших, всех на полях брани убиенных, как бы последователей мученического подвига святого пророка Иоанна, отдавшего жизнь свою всю без остатка за Слово Истины, за веру, за людей.

И последнее, что являет нам сегодняшний праздник и что необходимо нам начертать на скрижалях своих сердец. Уходящего с земли человека Божественная правда ведет в «место его, » в место, соответствующее его явным желаниям и тайным стремлениям. После смерти человек соединяется с теми ценностями, которые его сердце на земле выбрало и полюбило. Уже на земле в человеке начинаются и рай, и ад. Будем молить Предтечу Христова Иоанна стать для нас Предтечею на пути ко Христу, молитвой своей за нас избавляя от страшного призрака зла, так часто напоминающего нам о себе грехами, вторгающимися в жизнь нашу.

«Умолим Предтечу благосердствовать Троицу, от страстей бесчестия избавити нас». Аминь.

Воздвижение Креста Господня

О многопетое Древо Креста! О живоносное Древо Креста! О треблаженное Древо Креста! О честный Кресте, всерадостное знамение нашего искупления! Укажи нам, грешным, путь жизни спасительной.

Други наши! «слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, — сила Божия» (1 Кор.1:18). И вчера мы с вами зримо прикасались к этой силе, с участниками Воздвижения Креста Господня. Мимо каждого из вас проплыло Животворящее Древо, изнесенное из Святая Святых, из земного неба, из алтаря Господня. Проплыло, и поднялось на высоту, и опустилось до земли, чтобы снова возвыситься, осеняя все стороны света, чтобы каждый увидел, понял и почувствовал силу и власть сего великого знамения победы.

Не человеческим измышлением вошел в мир этот дивный праздник, вобравший в себя три разновременных события истории Животворящего Древа, и не человеческими усилиями сохраняется он в мире уже в течение семнадцати столетий. Евангельское чтение праздника указывает на ту силу, которая постоянно и самовластно владеет изменчивым и непостоянным миром. Силу и власть Креста составляет великая жертва — крестные страдания Спасителя, начиная с неправедного осуждения Его на смерть до прободения ребра Его пречистого тела, из которого истекли кровь и вода, питающие мир в Жизнь Вечную. И заканчивается Евангелие уверением, что истина этого страшного рассказа засвидетельствована очевидцем той голгофской жертвы и передается для того, чтобы слушающие поверили.

Православная же Церковь, рожденная в преддверии явления миру Живоносного Креста Господня и ставшая в лице апостолов очевидцем великого подвига любви — даже до смерти и смерти крестной — приняла с тех пор знамение Креста как спасительный символ для верующих, и не только как символ, но как спасительную силу, коей побеждаются враги.

Свидетельства о почитании Креста Господня сохранились в дошедших до нас писаниях апостольских и в писаниях учителей Церкви. А живые примеры силы сей, являющиеся во все времена, вызвали к жизни особое правило почитания Креста, установленное на Шестом Вселенском Соборе, происходившем в 680 году в Царьграде.

73–е правило его гласит: «Поелику Животворящий Крест явил нам спасение: то подобает нам всякое тщание употреблять, да будет воздаваема честь тому, чрез что мы спасены от древнего грехопадения».

Первый — это страшный и славный Крест Господень, из орудия казни ставший орудием силы и славы. Это Крест, вознесший от земли на небо невинного и добровольного Страдальца Христа Спасителя и с Ним пригвоздивший грехи всего мира. Крест, политый Его чистой кровью и ею омывший всякую греховную скверну. Крест, вобравший в себя множество злобных взоров, насмешек и хулений. Крест, у подножия которого плакали всего лишь два человека: Матерь Распятого, Коей Самой сердце прошло оружие Креста, и единственный ученик, любовь которого не спугнул ужас страданий.

Этот Крест вознесся над миром на краткое время, чтобы потом надолго злобой человеческой сокрыться в земле. Но этого малого времени было достаточно Животворящему Кресту, чтобы покорить мир себе и оживотворить его.

Долгим и трудным путем смирения вошел в Свою славу Господь Иисус Христос, но несравненно дольше продолжалось уничижение Животворящего Древа, на котором Он принес Себя в жертву за грехи мира. Славой Распятого исполнились уже все концы вселенной, а Животворящее Древо Креста, в неведении и бесславии сокровенное, еще три столетия ожидало своего часа.

Уже Крест увенчал Церковь Христову, уже крестное знамение силой распятого на нем Христа укрепляло человеческую немощь первых христиан, шедших на мучения за веру свою, а единственное Животворящее и Спасительное Древо все еще таилось от взоров людских.

Христианство ширилось и крепло. Уже и сильные мира сего задумывались о Божественном происхождении Распятого и Вознесенного на Крест. Император Константин Великий сподобился со всем своим воинством видеть Божие знамение — из звезд светящийся на небе Крест и сияние надписи вокруг него: «Сим победиши» И знамение Креста дало ему путь ко многим победам во бранех.

Такими явлениями оживала в сознании христиан память о первом Кресте Господнем, а с ней и вера, что не могла эта великая святыня погибнуть. Церковь к этому времени наполнилась уже многими живыми свидетельствами подвигов крестоношения, и ей так не хватало для торжества, и славы, и радости того единственного Креста, с которого воссияла победа над смертью. И труд по поиску Креста Господня приняла на себя восьмидесятилетняя Елена, мать первого императора–христианина Константина. Дух Святой внушил этой царице (впоследствии названной равноапостольной), к славе Распятого и к радости православных христиан, приложить много трудов и усилий, чтобы обрести святыню.

Императоры–язычники и злоба иудеев пытались полностью уничтожить в человеке воспоминания о священных событиях и священных местах, где пострадал за людей и воскрес Господь наш Иисус Христос. Гроб Господень и Голгофа были засыпаны землей, и на месте искусственного холма водружено языческое капище.

И вот теперь царица–христианка искала следы потерянного сокровища среди враждебно настроенных к христианству иудеев.

И как велика сила и власть Божия, можете судить сами: на вопрос царицы, обращенный к старейшим иудеям: «Где предки ваши утаили Крест Христов? » — они указали ей на некоего ветхого иудея Иуду, который на повторный вопрос, по–видимому, вопреки своему желанию, привел ее на место капища Венеры и сказал: «На сем самом месте вы найдете Крест вашего Христа.»

Иуда предал Христа на Крест, а через триста лет другой Иуда способствует явлению славы Христа.

После удаления капища еще долго длились поиски, и надежды сменялись безнадежием, пока Сам Господь не соблаговолил открыть людям покоящуюся в земле святыню. Благоухание Святого Духа, исшедшее из земли, положило конец поискам.

Но снова в недоумение поверглись благочестивые искатели. Вместо одного вожделенного Креста они нашли три, и совершенно одинаковы]. Дощечка с надписью, имевшаяся в свое время на Кресте Спасителя, была найдена позднее и в другом месте.

Святитель Макарий, вместе с царицей Еленой возглавлявший поиск, воскликнул: «Если Промысел Божий не благоволил навсегда оставить Крест Господень в земле, то попустит ли ему оставаться в неизвестности? Попустит ли, чтобы мы вместо Креста Господня воздавали честь кресту разбойника? Бог Сам укажет нам Крест нашего Спасителя.»

Все три креста были внесены в дом благочестивой жены, лежащей на смертном одре. После пламенной молитвы святитель поочередно возложил кресты на умирающую. И только прикосновением последнего вошла в больную сила жизни.

Присутствовавшие при чуде единодушно воздали славу Кресту Господню. Но и этого удостоверения оказалось мало для славы Животворящего Крестного Древа. Промыслу Божию угодно было, чтобы слава Креста Господня воссияла и тем, которые не хотели ее признавать, чтобы силою Честного Древа сокрушено было неверие и врагов Креста Господня.

Возвращаясь из дома исцеленной на Голгофу, христиане встретили похоронную процессию. Исполненный веры благочестивый святитель Макарий дерзновенно приложил Крест Господень к почившему, и Крест Победителя смерти и ада, опять расторгнув узы смерти, оживотворил умершего.

Весть о совершенном чуде, потрясшая присутствующих, во мгновение ока облетела Иерусалим и собрала верующих и неверующих к подножию Креста на Голгофу. И бесчисленное множество людей желало хотя бы издали увидеть чудесное Древо.

Святитель Макарий с царицей Еленой, встав на возвышении, воздвигали Честной Крест елико возможно высоко на все четыре стороны, чтобы все могли поклониться ему. Народ же, объятый благоговейным трепетом, восклицал во множестве: «Господи, помилуй!»

Сила воздействия Животворящего Древа была столь велика, что иудеи во множестве крестились, и в их числе и старец Иуда, указавший место сокрытия Креста Господня, получивший в крещении имя Кириак и ставший милостью Божьей на исходе жизни епископом Иерусалимским, и за краткий срок жизни в христианстве сам восшедший на свой мученический крест в царствование Юлиана Отступника.

Так совершилось обретение Креста Господня. Через триста двадцать шесть лет после распятия Спасителя Животворящее Древо Креста Господня опять стало проповедником силы и Божества Христова.

«Достойно и праведно поклонятися Кресту Христову, — говорит в своем слове на Воздвижение святитель Ростовский Димитрий, российский Златоуст, — ибо этим благословенным Древом была умерщвлена смерть и дарована жизнь. Древом райским мы были умерщвлены, а Древом Крестным оживотворены; первым изгнаны из рая, вторым восходим на небо; первым нас победил враг, вторым мы побеждаем врагов.»

После обретения Животворящего Креста Господня равноапостольный император Константин повелел воздвигнуть в Иерусалиме величественный и обширный храм в честь Воскресения Христова, включивший в себя и Гроб Господень, и Голгофу.

Храм строился десять лет и был освящен 13 сентября 335 года, а на следующий день Крест Господень был воздвигнут в храме, и в этот день было установлено праздновать Воздвижение Честного и Животворящего Креста Господня.

А Церковь впервые в этот день запела: «Кресту Твоему покланяемся, Владыко, и святое Воскресение Твое славим!»

И в этот же день вспоминается еще одно, третье событие, связанное с жизнью Креста Господня.

С 614 года по 628 год Честное Древо претерпевало пленение от персов. Промысел Божий хранил Древо и там, на чужбине. Язычники, пораженные чудесами, сопровождавшими ковчег с Крестом, не смели дерзко прикоснуться к христианской святыне. Победа греческого императора Ираклия над персами вернула Крест в Иерусалим. И возвращение Креста, и воздвижение его над Гробом Господним совершилось именно в день праздника Воздвижения Животворящего Древа Креста Господня.

Так, дорогие мои, три разновременных события из жизни Креста Господня освещают сей день. И повторяю в напоминание вам — это и обретение Крестного Древа, и построение храма Воскресения Господня на Голгофе, и внесение Животворящего Креста в этот храм, и последнее возвращение Животворящего Древа из плена и водворение его на Голгофе, на своем первоначальном месте.

Двадцать столетий прошло от величайшего события голгофской крестной жертвы Спасителя, когда Христос во славе вознесся на небо. Крест же остался на земле, продолжая делать великое дело, начатое на Голгофе. И по сей день живет Крест, как живая личность, как человек, принимая на себя и безграничную любовь, и столь же беспредельную ненависть.

И как у первого Спасительного Креста Господня в свое время противостали друг другу любовь и злоба, верность и предательство — так суждено и во все времена жизни мира Кресту быть камнем преткновения. Для одних — богоборцев — он есть жестокое и ненавистное поприще страданий, ведущее в смерть. Скорби и страдания земной жизни — удел всех земнородных. Для других — последователей Христа — крест таких же скорбей и страданий становится любимым поприщем высшего духовного наслаждения, путем шествия за любимым Христом в жизнь вечную к славе.

Крест продолжает жить в мире одним на спасение, другим — на вящую погибель. Борьба зла и добра у подножия Креста продолжается ради любви или ненависти к Тому, Кем освятилось Древо Креста.

Не пойдем в глубь истории за примерами, возьмем живые примеры наших дней. Какую злобу и неприятие Креста являют сейчас все отошедшие от Православной Церкви Христовой, и особенно протестанты и сектанты, хулящие Крест Христов, наше крестное знамение и обвиняющие православных в идолопоклонстве за почитание Креста. Крест — хранитель всей вселенной, Крест — хранитель и утверждение в истине каждого человека — для них не существует.

А с отвержением Креста они отвергают и сам путь спасения, путь шествия вослед Христа. И становятся они игралищем бесов на пути в погибель.

А вот и еще пример. В 1992 году любовь ко Христу собрала паломников со всего мира в Иерусалим на празднование Светлого Христова Воскресения. И не угас еще благодатный огонь в лампадах, а в сердцах трепетное, только что пережитое чудо о схождении Божией благодати и пасхальной воскресной радости, и Пасхальная неделя, как единый день, ликовала в Церкви Божией, а богохульное, дерзкое сердце, дышащее злобой, уже готовило акт страшного кощунства. В субботу Светлой седмицы преступная рука с корнем вырвала Святой Крест, веками стоящий на Голгофе. Но Бог поругаем не бывает. Кощунники же ругаются себе. Господь же зрит с высоты Своей славы эту борьбу, и непобедимая победа — Крест Христов — до последнего дня мира, до дня славного и страшного второго пришествия Господня дан верным как оружие на враги, видимые и невидимые.

И явление Господа Славы на земле откроется не иначе как великим знамением на небе Креста Господня, который увидят все народы земли, который увидит каждый. Увидят, и восплачут, и вострепещут.

И это будет третье величайшее явление Креста в преддверии явления Спасителя на Страшный Суд.

Утвердим же, дорогие, наше помышление животворящею силою Креста Христова, устремим к нему благоговейное наше внимание и наипаче в нынешний день его праздника вознесем и прославим его в душах и телесах наших; преклонимся пред Крестом в умилении сердец и в сокрушении духа, ибо невозможно достойно прославить и непостижимую силу, и величие Креста Господня.

И чтобы хоть в малой степени быть нам готовыми к восприятию этого непостижимого явления, Святая Церковь своим Уставом заповедует нам: «В день Воздвижения сыра, и яиц, и рыбы никакоже дерзнем коснутися, » так как почитание Креста состоит в умерщвлении плоти.

Милосердный Господи, непобедимою и Божественною силою Креста Твоего сохрани, благослови и спаси нас! Аминь.

Покров Божией Матери

Величаем Тя, Пресвятая Дево, и чтим Покров Твой честный…

Духовное покровительство, ходатайство и заступление перед Богом, которое мы получаем по великому милосердию и любви к нам Божией Матери, воспеваем мы ныне. Ибо с тех пор, как воля Божественного Страдальца и Спасителя мира усыновила род человеческий Божией Матери в лице любимого ученика Его Иоанна Богослова, — это покровительство не прерывалось ни на один день, и во все времена истории человечества было так — Мать и чадо! Вдумайтесь в эти слова, в смысл глубочайшего и святейшего родства, чище и святее которого нет на земле.

«Жено! се, сын Твой!» — звучит с Креста из уст Божественного Страдальца (Ин. 19:26). И что значат эти слова?! Отныне, что ни совершится с названым сыном Твоим, пройдет сквозь сердце Твое. Отныне его небольшие радости будут Твоим счастьем, его боль, беда и скорбь — Твоим великим горем и слезами; и главное — непрестающая дума и забота о чаде, забота, не знающая усталости, не знающая отдохновения. И все это, как завещание, приняла Пресвятая Дева от Своего умирающего на Кресте Единородного Сына.

С тех пор мир наполнился многими знамениями покровительства Божией Матери — знаками Ее материнской любви. Примеров несть числа, начиная из глубины времен и до наших дней.

Память нынешнего праздника, Покрова Матери Божией, сохранена с X века, когда в годину бедствия, нашедшего на греческое государство — гибель его была предопределена всем ходом событий — «и не имам заступающего». Варварское племя сарацин (народ, родственный теперешним туркам, мусульмане по вере), движимое ненавистью к христианам, обложило Константинополь с единственной целью — стереть его с лица земли, разрушить его многочисленные храмы, большая часть которых была посвящена Царице Небесной, жителей же предать лютой казни, а некоторых рабству, надругавшись над верой их.

Весь народ от мала до велика собрался во Влахернской церкви. Отчаяние внушило обратиться с великим воплем и слезами в молитве к Матери Божией. Это была последняя и единственная надежда.

Представьте, как молились они, заглядывая в завтрашний день свой, откуда уже веяло дыханием смерти. Все земное забыто, впереди — дверь в вечность и мученическая насильственная смерть на пороге.

Глубина покаянного чувства сокрушения о грехах, причиной которого явилось нашедшее на греков бедствие, была столь велика, что Царица Небесная Сама поспешила явиться к молящимся и утешить их. Ее блистающий паче лучей солнечных омофор становится Покровом от грядущей на них беды. Но не все воочию видят явление Ее. Только двое, чья жизнь отдана Богу, правде и истине, чье сердце у ног Спасителя, только они поражены видением. Это святой Андрей, Христа ради юродивый, славянин по происхождению, и ученик его Епифаний.

«Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф. 5:8). Двое узрели Матерь Божию, а все молящиеся, покаянием очистив сердца, смогли, безусловно, поверить им. За верой же явилось дело — враг внезапно, без всякой видимой причины, оставил свое намерение.

А все те, кто хранит об этом событии память в своем сердце, с тех пор поют: «Радуйся, Радосте наша, покрый нас от всякаго зла честным Твоим омофором».

Державный Покров Матери Божией покрыл весь род христианский на все времена. Православная Россия — удел Божией Матери. Она являлась Сама на Руси тем святым, чьи сердца не знали тени порока: преподобным Сергию Радонежскому, Серафиму Саровскому и другим. Их было много, всех теперь не перечислить. Она посещала многострадальную, но верную Богу Русь многочисленными своими иконами, ими являя русским людям Свой Покров. Про Матерь Божию можно смело сказать, что Она — неисчерпаемый океан чудес, явленных на Руси.

Наиболее почитаемые у нас иконы — Владимирская и Казанская. Их значение в жизни русского народа огромно. Они сделались всенародной святыней и знамением Небесного Покрова над Русской Церковью и нашим Отечеством. Архиепископ Херсонский Иннокентий (Борисов) († 1857) назвал Казанскую икону «Русским Покровом» — Покровом Пресвятой Богородицы над Россией.

В смутное время 1612 года дружина Димитрия Пожарского несла список чудотворной Казанской иконы в своих рядах и изгнала из Москвы польских интервентов. В память этого события в 1649 году было установлено всероссийское празднование Казанской иконе, совершаемое 22 октября. В 1709 году, накануне Полтавской битвы, Петр молился со своим войском перед Казанской иконой, и была одержана победа. В 1812 году этот же образ осенял русских воинов, отражавших нашествие французов. И именно 22 октября русские войска нанесли противнику первое крупное поражение.

Во все трудные для России времена, во всех походах и войнах (не исключая и последнюю — Великую Отечественную войну) русские войска неизменно брали с собой иконы Божией Матери — Казанскую, Смоленскую, Донскую. И всегда страна наша ощущала помощь Заступницы Усердной рода христианского.

Три раза в году совершается празднование Владимирской иконе в благодарность за избавление ее помощью нашего Отечества от врага. Церковь вспоминает эти события 21 мая, 23 июня и 26 августа.

А псковская земля особенно отмечает еще и день 7 октября, когда чудотворный Псково–Печерский образ «Умиление», находящийся в нашей святой обители, оградил Псков и псковскую землю от посягательства иноверцев. Икона эта неоднократно спасала и Псков, и обитель нашу от различных врагов, желающих завладеть искони Русской землей.

Смоленская икона Божией Матери («Одигитрия» или Путеводительница) была привезена в XII веке в Смоленск. Тогда совершилось возвращение Российской державе города, сто десять лет пребывавшего под властью литовских князей.

В XIII веке Феодоровская икона спасла Кострому от нашествия татар. Князь Василий велел нести сей образ во главе своего войска. Яркие лучи, исходящие от святой иконы, ослепили врагов, и нашествие было разгромлено. Прославилась она и во время стихийных бедствий, моровых язв, чумы и холеры, распространявшихся в народе.

Неисчислимые чудодеяния происходили по всей стране нашей от списков с чудотворных икон Божией Матери — Феодоровской, Боголюбской и Смоленской, приносимых в места, охваченные поветрием страшных болезней.

И особенно надо отметить чудесное явление иконы Божией Матери «Державная». Это произошло в год отречения от престола последнего русского императора, 2 марта 1917 года, в селе Коломенском под Москвой. В руках у Матери Божией были царские скипетр и держава. И сказала Она, что отныне Сама будет охранять Россию. И теперь в России царство не от мира сего, теперь вместо царя правит страной Матерь Божия. И мы с вами ощущаем на себе Ее державный Покров и заботу о русском народе.

Матерь Божия всегда защищала и миловала Русь, наказывала и вновь возвращала Свою любовь людям, прошедшим ради грехов своих сквозь страдания, покаянием и страданием очистившим свои сердца. Но в нынешнее тяжкое время, когда земля состарилась, отягчилась неверием, беззаконием и невежеством в познании повелений Божиих, не отступила ли от нас Заступница наша Усердная, ревнуя о славе Сына Своего и Бога? Нет, дорогие мои, быть этого не может. Для матери бедствующее чадо еще дороже. И пока на Руси хоть «малое стадо» несет и сохраняет верность заветам Христа, надежду на заступление Матери Божией — мы не погибнем. Мы не должны ни сомневаться, ни смущаться всем тем, что видим и слышим теперь. «На земле нет ничего невозглавленного, потому что начало всему — Бог», — так говорят святые отцы. И нынешние события — это не такое уж открытие для всех нас, ибо это подтверждение того, что ни одно слово Божие не изнеможет, но все совершится до малейшей подробности в свое время. Разве не читаем мы с вами двадцать столетий назад написанные апостолом Павлом слова, обращенные к его ученику апостолу Тимофею. Наверное, апостол Тимофей тогда удивился им и не понял во всей полноте, а нам остается тоже удивляться, видя сбывшимися слова, сказанные в глубокой древности: «Знай же, что в последние дни наступят времена тяжкие. Ибо люди будут самолюбивы, сребролюбивы, горды, надменны, злоречивы, родителям непокорны, неблагодарны, нечестивы, недружелюбны, непримирительны, клеветники, невоздержны, жестоки, не любящие добра, предатели, наглы, напыщенны, более сластолюбивы, нежели боголюбивы, имеющие вид благочестия, силы же его отрекшиеся.» И последние слова — заповедь нам: «Таковых удаляйся!» (2 Тим.3:1—5).

Можно не поверить словам, но как нам, всем живущим теперь, не верить делам, которые уже совершились. Как не верить Богу? Слово Божие — в нем все, вся жизнь навеки. Двадцать столетий пронзил взором апостол и увидел нас, живущих в эти тяжкие времена.

Посмотрим на себя, посмотрим в себя и вокруг себя, и если мы такие, то возопим к Богу и Матери Божией об исправлении. Удалимся от беззаконных и удалим беззакония от себя. И еще один страшный бич, разоряющий все живое от государства до Церкви, и его видел Господь, и устами верного ученика поведал миру — удаляйтесь разделения. В Первом послании к Коринфянам Господь через апостола кротко просит народ Божий: «Умоляю вас, братия… чтобы все вы говорили одно, и не было между вами разделений, но чтобы вы соединены были в одном духе и в одних мыслях» (1 Кор. 1:10). Это настолько важно, что в другом месте, в Послании к Римлянам, опять и опять апостол умоляет братий остерегаться разделения: «Умоляю вас, братия, остерегайтесь производящих разделения и соблазны… уклоняйтесь от них; ибо такие люди служат не Господу нашему Иисусу Христу, а своему чреву, и ласкательством и красноречием обольщают сердца простодушных» (Рим. 16:17—18).

Господь наставляет, предупреждает, остерегает, умоляет. И надо всем нам усилиться услышать слово Божие, ибо верно — нечто совсем страшное для жизни таится в деле разделения. Народ на народ, и царство на царство, и соседи на соседей, и родители на детей, и дети на родителей — все восстает, все распадается. Нет единодушия, и иссякает любовь — единственный источник истинного неложного знания. А для тех, кому слово Божие — сама жизнь, нет страха. Покроет их Господь в тайне селения Своего. Они не поколеблются, но останутся верны и в тяжкую годину испытаний. И слово Божие проведет их сквозь тень и сень смертную. «Бодрствуйте, стойте в вере, будьте мужественны, тверды. Все у вас да будет с любовью» (Кор. 16:13—14). А Матерь Божия всегда есть и будет с теми, кто верен Ее Божественному Сыну, кто идет по Его зову путем вечного спасения. Она, по словам святителя Иоанна Златоуста, — первая Преемница Божественных дарований и первая Раздаятельница этих даров и благословений людям, ищущим помощи у Господа и милостей у Нее. Так будет всегда, до последнего часа и мгновения жизни мира.

И наше верующее, знающее великую силу ходатайства Матери Божией сердце пусть всегда припадает к ногам Божией Матери со своими воздыханиями, нуждами, скорбями, во всех испытаниях и в минуты плача о грехах. И Она, Радость всех скорбящих, наша Небесная Мать, простирая Свой державный Покров, заступит и спасет и помилует всех нас. Аминь.

Архистратиг Михаил и прочие Небесные Силы

Святый Архангеле Божий Михаиле, отжени от нас молниеносным мечом твоим духа лукавого, искушающего нас.

О великий Архистратиже Божий Михаиле — победитель демонов! Победи и сокруши всех врагов наших, видимых и невидимых, и умоли Господа Вседержителя, да спасет и сохранит нас Господь от всех скорбей и от всякия болезни, от смертоносныя язвы и от напрасныя смерти, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Сегодня, возлюбленные други мои, праздник и прославление Архистратига Божия Михаила и неисчислимого сонма Ангелов. Это великий праздник для всей Православной Церкви, а для нас он сугубый: храм, в котором мы с вами сейчас находимся, освящен в честь Архистратига Михаила — вождя и предводителя всего небесного ангельского воинства, верных и ревностных служителей Вседержителя и Творца Бога.

День этот (8 ноября по церковному календарю) — главный из всех праздников в честь святых Ангелов.

В просторечии он именуется Михайловым днем и очень чтим верующими людьми. А Церковь именует его «Собором Архистратига Михаила и прочих Небесных Сил бесплотных».

Собор, то есть соединение, совокупность всех святых Ангелов во главе с Архистратигом Михаилом, ибо они все совокупно и единогласно славят Святую Троицу, единодушно служат Богу.

Этот день, дорогие мои, Церковь посвятила Архистратигу Михаилу — вождю Небесных Сил, и на иконах изображают его в грозном и воинственном виде. На голове его шлем, в руке меч или копие. Под ногами пораженный им дракон.

С кем и против кого воюет этот отважный предводитель?!

Мы знаем с вами, други мои, что весь ангельский мир, который был создан еще до создания человека и всего видимого мира, был наделен при творении великими совершенствами и благодатными дарами. И велико, и славно было его предназначение. Среди этого ангельского мира один из верховных ангелов — Денница — открыл в самом себе источник зла и гордости и восстал против своего Творца. Ангелы, подобно людям, сотворены со свободной волей. И вначале они могли злоупотребить этой свободой и впасть в грех. Что и произошло с Денницей. Он пожелал быть самостоятельным, не зависящим от Бога.

Мир духовный поколебался, и часть Ангелов последовала за ним.

И вот в этот момент из той же ангельской среды выступает поборник славы Божией и защитник чести ангельского мира — Архистратиг Михаил. Он властно произносит: «Никто как Бог! » — обращаясь этим призывом ко всем Ангелам. Этими дерзновенными словами он показал, что он знает Бога, признает только Его одного — Единого Бога, Творца и Властителя всей Вселенной.

«Никто как Бог!» — смело и решительно заявляет он, свидетельствуя о величии Божием.

В этом его поступке проявились его личные качества: твердая вера, смелость и решительность в действиях, способность не только верить, но и свидетельствовать о Боге; излучая, распространять воспринятый им Божественный свет на весь мир.

Борьба была трудной, ибо Денница был наделен великими совершенствами.

Но силы добра превозмогли над силами зла… Денница свергнут с неба со всеми своими последователями. А Архангел Михаил утвердился как вождь всего ангельского мира, верного Богу.

С тех пор в руках Архистратига Михаила меч, ибо сатана, свергнутый с неба, не перестает воевать против небожителей. Падшим ангелам пресечена возможность проникать в высшие области мироздания. И потому они всю злобу свою устремили на людей, и в первую очередь на всех верующих в Бога.

Может ли меч Архангела Михаила при таких обстоятельствах оставаться в бездействии? Конечно, нет! Архистратиг не перестает воевать с ангелами зла и тьмы, ограждая верных чад Божиих от их коварных происков.

И борьба сия в высшей степени ожесточится перед концом мира.

Теперь всем нам должно быть понятно, почему Архистратиг Михаил изображается в таком воинственном виде. Он защитник Церкви Божией. И вид его должен приводить в страх врагов Божиих.

Мы же должны радоваться, что имеем такого отважного защитника — победоносного вождя Небесных Сил. Мы должны помнить, что охранительный меч его будет всегда за нас, если только мы не вступим в союз с тем врагом, против которого борется Архистратиг Михаил.

Ангелы, оставшиеся верными своему Творцу и составившие воинство Архистратига Михаила, с течением времени настолько утвердились в добре, что грех для них сделался невозможным. Не потому, что они, имея свободную волю, не могут преступить воли Божией, а просто потому, что они не захотят этого делать, не захотят грешить.

Обратите внимание, други мои, на эти слова. Не захотят грешить! Как это для нас с вами назидательно.

Не захотеть грешить — значит получить возможность приблизиться к Богу и видеть Его, как видят Его Ангелы. Служить Ему и только Ему, исполняя Его повеления.

Слово «ангел» означает «вестник». Такое наименование имеют бесплотные духи потому, что они возвещают людям волю Божию. Ангел — это тот, кого Господь может послать с поручением и который в точности исполнит то поручение.

Ангелы обитают везде. Но преимущественно на небе, вокруг Престола Божия. Там, где Бог наиболее открывает им Свою славу, а через них и Свою волю в отношении людей.

Святые отцы Церкви называют их вторыми светами, как бы отблеском Божественного света.

Они — светы вторые! Как это нам понять?! С чем сравнить, чтобы было доступно нашему уму?..

Находясь в непосредственной близи к Богу, Ангелы наполняются восхищением, Божиим величием, Его святостью, мудростью и величайшей любовию Творца вселенной к своей твари.

Некий Божественный свет широкой рекой свободно льется через них. Но не просто протекает через них, как по свободному желобу, и, не задерживаясь, истекает и пропадает. А льется так, как льется, искрясь и сияя, свет, когда он попадает на драгоценный камень. Дойдет свет до его середины и оттуда отразится ответным сиянием, и распространяется, и, множась, бьет во все стороны, преломляясь на гранях, окрашивается в изумительные цвета, озаряя, а порой и ослепляя своей красотой.

В этом образ подлинной святости. Небесные Силы восприняли в себя свет Божий. Преломили его в себе и, отразив и раздробив на множество прекрасных лучей, распространили вокруг себя, отдав людям, способным к его восприятию. И вот в этом отраженном сиянии Божественного света, сиянии неуменьшенном, непотемненном, но сиянии приумноженном и радостнотворном, приносящем жизнь, мы познаем Бога!

Если бы не Ангелы, мы никогда даже в малой, доступной человеку степени не могли бы ощущать и воспринимать Божественный свет.

Сами мы не способны видеть и ощущать славу Божию — нам нужны посредники, которые так преобразуют ее, что она становится доступной и нам.

И вот Ангелы являются для нас этими посредниками.

Други мои! А отражают ли люди этот воспринятый ими Божественный свет? Способны ли люди на это?!

Да! Люди безупречной жизни и пламенной любви к Богу зримо для окружающих в определенные моменты жизни светятся этим Божественным светом. Читая жития святых, мы найдем много примеров тому. Про таких людей богослужебные тексты говорят нам: «Ангельски пожив на земли… — или — житие твое равноангельно бысть».

Назову вам как пример два имени наших соотечественников, живших в очень близкие к нам времена. Это всем нам хорошо известный преподобный Серафим Саровский и менее известный Харьковский святитель Мелетий. Оба они носили в своих сердцах горящий пламень любви к Богу.

Вспомните также повествование из Деяний апостольских. Когда судили первомученика архидиакона Стефана, он сказал, что видит небо отверстым и славу Божию — и все, сидящие в синедрионе, видели лицо его, как лицо Ангела.

Это свидетельствует о возможности и доступности для нас еще в этой земной жизни уподобляться Ангелам. Было бы только стремление к этому с нашей стороны.

Святые Ангелы не только восхвалением служат Богу. Они еще стремятся подражать Ему и в действиях. Ангельскому миру усваивается истинный дух разума, действительное участие в человеческой истории.

Как говорится в Святом Евангелии, Сын Божий пришел на землю, чтобы послужить людям, спасти их. И Ангелы посылаются на землю с той же целью — служения людям.

Первые христиане по откровению и опыту знали предстательство о себе честных бесплотных Сил.

Чтобы и мы с вами реально ощущали бытие Ангелов и их постоянное присутствие, очистим свое сердце и душу от греховных помыслов, желаний и тем более дел. Стой постоянно на страже твоей души, пекись о ее чистоте — и увидишь и Ангелов, и с их помощью приблизишься и к Богу, и увидишь Его, ибо сказано: чистые сердцем Бога узрят. (Мф. 5:8).

Очисти свое сердце и удостоишься тогда высокой радости, как некогда праотец Авраам, принять под сенью своей Ангелов. Старайся избегать общения с грешниками и сам не твори греховных дел — и тогда, как праведного Лота, изведет и тебя за руку твой Ангел из погибельного окружения мирской суеты. Будь кротким, смиренным, побеждай зло добром. И тогда, как некогда Иакова, встретит и тебя на пути твоего шествия к Богу сонм Ангелов (Быт. 32:1).

Уясните себе, други мои, как важно нам зорко следить за своим поведением, чтобы не удалять от себя наших верных помощников — Ангелов.

По мнению учителей Церкви, человек создан для того, чтобы восполнить число отпавших ангелов. Следовательно, мы должны войти в Собор Ангелов. А для этого, подумайте, дорогие мои, как чиста и свята должна быть наша жизнь. Как еще здесь, на земле, мы должны заблаговременно подготавливать себя к сожитию с Ангелами, к вхождению в их светлое и святое собрание. В тот их собор, который мы с вами ныне так торжественно празднуем!

Но для этого мы должны приобрести и мысли, и чувства ангельские. От нас требуется очистить место для любви, приготовить свое сердце для принятия в себя любви сверхъестественной, той любви, которой от нас ждет Бог.

И это несложно! Живи по евангельским заповедям — и достигнешь необходимого. А они не являются невыполнимыми. И в этом деле опять помогают нам Ангелы, просвещая наш ум познанием Святого Евангелия. Сознавая важность нашего тесного союза с Ангелами, поставим себе, други мои, цель, чтобы каждый прожитый день не разъединял нас, а сближал с Ангелами, особенно с нашим Ангелом Хранителем.

Для этого очень полезно читать ежедневно не только молитвы к Ангелу Хранителю, вошедшие в состав наших утренних и вечерних молитв, но и специально составленные в помощь нам «Размышления на каждый день об Ангелах. » Их всего 31, по числу дней в месяце. Они кратки по содержанию. И они помогут нам любить Бога, как должны любить верные чада Божии. Особенно если почаще будем произносить слова из размышления на 19—й день.

«Вдохни в мое сердце, Ангел мой, хоть несколько искр той любви, которою ты пламенеешь!»

В заключение к нашему очень краткому пояснению значения нынешнего празднества в честь Архистратига Михаила и всего Собора Ангелов Божиих добавим еще следующее.

Мы знаем из Священного Писания, что в день Страшного суда Господня, в день восьмой, когда придет Сын Человеческий в славе Своей и все святые Ангелы с Ним, пошлет Господь Ангелов собрать по всему миру и сжечь плевелы, а пшеницу — то есть избранных верных чад Своих — убрать в житницу Его.

О, если бы они тогда взяли в числе этих избранных и нас, ныне с честью празднующих их Собор! Аминь.

Ангелы

Мы собрались сюда сегодня, возлюбленные други мои, чтобы прославить Архистратига Божия Михаила со всем Небесным ангельским воинством.

Этот собор, в котором мы с вами находимся, освящен в честь Архистратига Михаила. И, таким образом, сегодняшний праздник является престольным праздником нашей святой обители.

История нынешнего праздника вкратце такова. Еще в апостольские времена было распространено ложное учение об Ангелах. Язычники возвели их в культ идолов, которым они поклонялись как Богам. Некоторые считали Архистратига Михаила богом иудеев и особо его чтили.

И среди христиан появились еретики, особенно в Колосской и Лаодикийской Церквах, которые распространяли ложное учение об Ангелах, поклоняясь им как богам. Часть из них были уверены, что видимый мир сотворен не Богом, а Ангелами, почитая Ангелов даже превыше Христа Сына Божия.

Апостол Павел, желая рассеять это ложное ангелопоклонение, писал к колоссянам: «Никто да не обольщает вас самовольным смиренномудрием… вторгаясь в то, чего не видел…» (Кол. 2:18—19). И апостол Павел имел право так обличать еретиков, потому что сам он, как мы знаем, был восхищен до третьего неба, слышал там неизреченные слова и видел различие ангельских чинов.

Это он разъяснил своему ученику Дионисию Ареопагиту. И на основании этого было создано богомудрыми отцами православное учение о Небесной ангельской иерархии, состоящей из девяти ангельских чинов.

Ложное ангелопоклонение было настолько опасно, что святые отцы вынуждены были еще до I Собора созвать в Лаодикии поместный собор в 319 или 321 году, на котором 35–м правилом было осуждено злочестивое ангелопоклонение и установлено благочестивое, правильное почитание Ангелов как служителей Божиих, охранителей человеческого рода и повелено праздновать Собор Архистратига Михаила и прочих Сил бесплотных 8 ноября.

Дата празднования выбрана не случайно. Ноябрь — это девятый месяц после марта, который считается первым месяцем после сотворения мира.

В ознаменование 9–ти ангельских чинов именно в ноябре — девятом месяце года — установлен праздник Ангелам. 8–е же число указывает на день Страшного суда, в котором примут непосредственное участие Ангелы. По верованию нашей Святой Церкви, на основании слов Самого Спасителя (Мф. 25:31; 13:39—49; 16:27; Мк. 13:26—27), в день Страшного суда будут судить нас Ангелы. День Страшного суда святые отцы называют восьмым днем.

До сего дня время измеряется седмицами. Но сам день Страшного суда не будет относиться к числу дней последней седмицы, не будет он и первым днем новой седмицы — он будет последним днем мира, восьмым днем. Часть этого дня будет относиться к здешней жизни и часть — к будущей. А потому, посвящая восьмой день девятого месяца чествованию и поклонению святым Ангелам, мы молим их быть нашими руководителями в сей жизни, чтобы в страшный восьмой день, после трубного их звука, мы удостоились стать с избранными. И праздник этот назван Собором ангельским, потому что мы в этот день восхваляем и почитаем всех святых Ангелов за их служение нашему спасению.

Именуется он «Собор Архистратига Михаила и прочих Небесных Сил бесплотных» потому, что Архангел Михаил был вождем этих верных Богу Ангелов.

О существовании ангельского мира мы знаем из Священного Писания. О том, что он создан Богом еще до создания видимого мира и человека. Знаем, что число Ангелов неисчислимо велико и что Премудрость Божия учредила удивительный порядок в этом Небесном воинстве, создав ангельскую иерархию, разделив всех Ангелов на девять чинов по три чина в иерархии, подчинив низшие чины высшим.

Ангелы отличаются друг от друга как просвещенностью, так и различной степенью благодати.

Высшую иерархию непосредственно близко стоящих к Богу составляют Ангелы, носящие имена: Серафимы, Херувимы и Престолы. Серафимы соответственно своему имени имеют сердца, пламенеющие любовию к Богу, и возбуждают и других пламенно любить своего Создателя. Серафим — значит «пламенный».

Херувимы имеют полноту ведения и обилие премудрости. Они озарены обильными лучами света Божия. Им дано знать все в той степени, в какой могут познавать созданные существа.

Престолы — эти Ангелы столь возвышены и столь озарены благодатью, что Господь обитает в них и через них проявляет Свое правосудие.

Вторая, средняя иерархия состоит из Ангелов, носящих имена: Господства, Силы и Власти. Ангелы Господства учат людей господствовать над своей волей, быть выше всякого искушения, а также повелевают теми злыми духами, которые поклялись погубить человека. Силы — это Ангелы, исполненные божественной крепости. Это те духи, через которых Господь совершает свои чудеса. Им дарована Богом способность ниспосылать благодать чудотворения угодникам Божиим, которые при жизни на земле творят чудеса. Власти — Ангелы, имеющие власть укрощать власть бесовскую, отражать вражии искушения. Кроме того, они укрепляют добрых подвижников в их духовных и телесных трудах.

Третья, низшая иерархия включает в себя тоже три чина: Начала, Архангелы и Ангелы. Начала — чин Ангелов, которым поручено управлять вселенной, охранять отдельные страны и народы и управлять ими. Это Ангелы Народоправители. Их достоинство выше, чем Ангелов Хранителей отдельных людей. Из книги пророка Даниила мы узнаем, что попечение о иудейском народе было вверено Архистратигу Михаилу (Дан. 10:21). Архангелы — великие благовестники таин Божиих, всего великого и преславного. Они укрепляют в людях святую веру, просвещая их умы к познанию и разумению воли Божией.

Ангелы (последний, девятый чин иерархии) — светлые духовные существа, ближе всех стоящие к нам и имеющие о нас особое попечение. Более подробно я скажу о них несколько позже. А сейчас кратко об Архангелах.

Из Священного Писания нам известно, что Архангелов, то есть старших Ангелов, начальствующих над всеми остальными, — семь.

В книге Товита (12:15) мы читаем, что Ангел, беседовавший с ним, сказал: «Я — Рафаил, один из семи Ангелов». И в Откровении Иоанна Богослова говорится о семи духах, иже пред престолом Божиим (Откр. 1:4). К ним Святая Церковь относит: Михаила, Гавриила, Рафаила, Уриила, Селафиила, Иегудиила и Варахиила. Предание к ним причисляет и Иеремиила.

1. Архангел Михаил — первый из верховных Ангелов, поборник славы Божией. Он часто изображается в воинском облачении с другими верными Богу Ангелами. Или изображается один в одежде воина с мечом или копием в руке, попирающий ногами дракона или древнего змия — диавола.

Так он изображается в память о том, что некогда на небесах была великая брань между Ангелами — служителями Божиими и злыми духами — ангелами, отпавшими от Бога и ставшими служителями сатаны.

Иногда он изображается с копием, верх которого украшает белая хоругвь с крестом. Это особенное отличие Архангела Михаила и его воинства, означающее нравственную чистоту и непоколебимую верность Небесному Царю.

2. Архангел Гавриил — провозвестник судеб Божиих и служитель Его всемогущества. Изображается иногда с райской ветвью в руке или с фонарем, внутри которого горит свеча, в одной руке и с зерцалом в другой. Свеча, закрытая в фонаре, означает, что часто судьбы Божии бывают сокрыты до времени их исполнения, но и по исполнении их постигаются только теми, кто внимательно смотрит в зерцало своей совести и слова Божия.

3. Рафаил изображается с алавастровым сосудом, наполненным целительным маслом. Имя Рафаил означает «милосердие, » «помощь всем страждущим. »

4. Уриил — Архангел света и огня Божия — изображается с опущенной вниз молнией. Он озаряет огнем пламенной любви, просвещает умы людей откровением полезных истин. О нем можно сказать, что он является особенным покровителем людей, посвятивших себя наукам.

5. Селафиил — Архангел молитвы. Изображается или с четками в руках, или в молитвенной позе с приложенными в благоговении к груди руками.

6. Иегудиил — «хвала Божия. » Изображается с золотым венцом в одной руке и с бичом из трех шнуров в другой. Венец — для поощрения людей, подвизающихся во славу Божию, а бич для защиты их именем Святой Троицы от врагов.

7. Варахиил — Архангел Божиих благословений, во время земной жизни посылаемых тем, кто трудится для получения небесных, вечных благословений.

Таковы Архангелы. А теперь об Ангелах.

Среди сонма Ангелов находится и Ангел Хранитель каждого из нас. И вот все мы, дорогие мои, должны стремиться к тому, чтобы как можно лучше познать своего Ангела Хранителя, познать настолько, чтобы чувствовать его присутствие близ себя. А для этого необходимо знать нам о нем как можно больше.

Церковь наша учит, что Ангелов Бог создал по Своему образу. Это бесплотные, разумные, чистейшие существа, подобные духу. Они щедро наделены Богом естественными дарованиями: умом, способностью познавать и любить как своего Творца, так и людей, и быть живым образцом Божиих совершенств. Они верные служители Божии, исполнители Его воли. Они не только способны понимать и беседовать друг с другом, но они также понимают и язык наших душ, и поэтому мы можем обращаться к ним в наших молитвах. И в этом залог доступного для каждого из нас тесного непосредственного общения со своим Ангелом Хранителем.

Мы грешные люди, и своими телесными очами мы не видим Ангелов, хотя они и присутствуют всегда в храмах за нашими богослужениями. Не видим мы и своего Ангела Хранителя, хотя он постоянно находится около нас. Но нам необходимо научиться ощущать душой и зреть своими духовными очами присутствие нашего небесного покровителя.

Верование нашей Церкви в то, что каждый христианин имеет своего Ангела Хранителя, основано на свидетельствах Священного Писания и учении святых отцов. Сам Господь в Святом Евангелии указывает нам на это: «Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих: ибо говорю вам, что Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного» (Мф. 18:10).

И жития святых говорят нам о том же. Они повествуют нам, как великие угодники Божии и преподобные отцы и видели, и беседовали со своими Ангелами. Многие свидетельства этому мы можем найти у пустынножителей (особенно египетских), а также из жития подвижников более поздних веков и очень близких к нам.

По учению Церкви каждому из нас в святые минуты Крещения дается Богом Ангел Хранитель, и он сопутствует нам, охраняя нас на всем нашем жизненном пути, и всегда находится в непосредственной близости с нами.

Святой Василий Великий учит, что с каждым из верных (то есть верующих) есть Ангел, который как детоводитель и пастырь управляет его жизнью.

Подобно Василию Великому, и святой Анастасий Синаит, выражая учение Церкви, говорит: «Тем, которые сподобились Крещения, даны от Бога Ангелы, заботящиеся о них и содействующие им».

Но, хотя мы по греховности своей и по душевной нечистоте и не видим Ангелов, как видят их святые, мы веруем, что они окружают нас, просвещают наш разум в познании Бога, наставляют в любви к Богу и к людям, побуждают к молитве и ко всему святому, чистому и возвышенному. Они наполняют нашу душу внутренним миром.

Святые отцы — Дионисий Ареопагит, Иоанн Дамаскин, Василий Великий, Григорий Богослов и ряд других, — оставившие нам учение о Небесной ангельской иерархии, указали на то, что наши Ангелы Хранители, служители и устроители нашего спасения, занимают девятый, то есть самый последний чин в иерархии.

Но пусть это не смущает никого из нас. Хотя они и стоят в самом конце иерархии и, следовательно, больше других удалены от Бога, но, если бы мы оказались способными увидеть их, мы изумились бы их красоте, их благородству и не смогли бы перенести восторга и удивления.

Мы счастливы, дорогие мои, от сознания, что Ангелы Хранители — это служители нашего спасения, что мы не одиноки в нашей земной жизни, в своих трудах ради спасения своей бессмертной души. Мы твердо знаем, что с нами наши помощники, охраняющие нас от всевозможных бед, встречающихся на жизненном пути, и от заслуженного каждым из нас гнева Божия. Наш Ангел Хранитель — это бесконечно любящее нас существо. Он любит нас всей полнотой своей любви. А любовь его велика, и действие ее сильно, так как, созерцая Бога, он видит вечную Любовь, которая желает нашего спасения.

Не смущайтесь, дорогие мои, тем, что наш Ангел Хранитель в Небесной ангельской иерархии занимает девятое — последнее место. Его служение велико в очах Божиих. Он предназначен охранять и спасать нас, людей, а человек, как всем нам хорошо известно, венец творения Божия.

Наш Ангел Хранитель — это как бы вторая наша мать. Он имеет о нас такое же попечение, и даже большее. Мать проявляет о нас особую заботу, пока мы в младенческом и детском возрасте. Ангел же наш Хранитель с момента нашего крещения и до последних дней жизни является заботливым нашим детоводителем. И, если мы сами не оттолкнем его от себя во время нашей земной жизни, он поведет нашу душу и на поклонение Богу, когда наступит время разлучиться душе с телом.

Не смущайтесь! — повторяю еще раз, тем, что Ангел Хранитель наш находится на девятом месте в Небесной иерархии. Если Бог послал Ангела оберегать и защищать человека, Он в то же время дал ему и силу для одоления врагов.

Наши Ангелы Хранители могущественны и своими личными доблестями, могущественны и силою, полученною ими от Бога, могущественны и молитвами, которые они воссылают за нас к Всевышнему Богу.

Все, что есть в нас доброго, чистого, светлого: всякая хорошая мысль, всякое доброе движение сердца, наша молитва, покаяние, добрые дела — все это в нас рождается и совершается по внушению незримого нашего Ангела Хранителя. Действуя через нашу совесть и наше сердце, это он (наш Ангел) удерживает нас от греха и соблазна, это он помогает нам бороться с искушениями, это он внушает нам страх пред тяжким грехопадением.

Когда Ангел Хранитель видит нас идущими спасительным путем, он всячески старается нас ободрить, утвердить на этом пути. Если мы впадаем в грех и уклоняемся от пути спасения, какую трогательную заботу проявляет он, чтобы вернуть в стадо Христово заблудшую овцу! В то же время, когда, увлеченные мирской суетой, мы перестаем слушать его и впадаем в грех, Ангел на время нашей нераскаянности отходит от нас, плачет о нас, со стороны наблюдая за нами, просит за нас Бога, чтобы Он потерпел и помедлил с наказанием. Но в то же время он не перестает стучать в совесть с целью пробудить покаяние в нас.

Данный нам Ангел Хранитель — это как бы расширенная и раскрытая наша совесть. Он всеми силами стремится спасти нас, и мы не имеем права мешать ему в этом. Мы должны помогать ему в его усилиях спасти нас. Мы должны просить его, чтобы он обогатил наш ум обилием святых мыслей, укрепил в нас навык к благочестивым размышлениям. Мы обязаны любить его как старшего и сильного нашего брата. А на самом деле мы так часто забываем о нем, не молимся ему, грехами своими оскорбляем его святыню, а он вновь и вновь проявляет свою заботу о нас. Он ходатайствует за нас пред милосердием Божиим, он умоляет Бога о наших нуждах, и Отец Небесный никогда не откажет ему в его просьбах.

О, если бы нам познать своего Ангела Хранителя так, чтобы вырвалось из нашей груди: «Ангел Божий, Ангел небесный, Ангел утешитель мой, явись мне, откройся моему сердцу! К несчастью моему, я до сих пор не знал тебя. Говори моему сердцу, оно послушает тебя, послушает твоих внушений и исполнит их».

Постараемся, дорогие мои, приобрести такое настроение нашей души.

Но почему Ангелы Божии проявляют такое попечение о людях?

Во–первых, потому что они служители Божии и получили от Бога повеление охранять и спасать людей. Во–вторых, они сами являются творениями Божиими и к ним, так же, как и к людям, относятся слова: «Будьте милосерды, якоже и Отец ваш Небесный милосерд есть» (Мф. 5:23). Они понимают это и стараются, подражая своему Творцу и Богу, проявлять и свое милосердие, и свое долготерпение к людям.

На земле, среди людей, обширное поле деятельности Ангелам в их стремлении подражать Богу. И поэтому с каким стремлением и с какой радостью они несут на землю людям богатые дары Божии! Они приходят к нам, чтобы напитать несчастного человека хлебом благодати, напоить его несколькими каплями от источника небесных наслаждений, помочь человеку расторгнуть узы греха и с торжеством привести его в дом Отца Небесного. Они подают помощь нуждающимся, укрепляют немощных, воскрешают умерших, то есть приводят к искреннему сокрушенному покаянию грешников, воскрешая их для вечной жизни.

Какую радость доставляет им спасать души, которые Христос искупил Своею Кровию и которые (с их помощью) будут вместе с ними разделять их славу и их блаженство!

Если бы мы были хоть немного более чуткими, мы заметили бы, как заботливо наш Ангел Хранитель помогает нам вернуться через покаяние на путь спасения. Он не только побуждает нас к раскаянию, но он и обещает напомнить нам все наши грехи, все жизненные ошибки и оплошности.

Он говорит нам: «Когда ты соберешься принести покаяние, я буду стоять рядом с тобой и буду напоминать тебе твои грехи, потому что я был свидетелем их. Я стоял только в некотором отдалении от тебя, когда ты грешил, но я видел все твои плохие поступки и сожалел и плакал о них».

И как было бы хорошо, если бы на эти слова своего Ангела человек мог ответить: «Твои внушения, мой Ангел Хранитель, проникают в очерствевшее мое сердце, и я из глубины бездны, которую сам же вырыл грехами моими, взываю к тебе: приведи меня к Отцу моему Небесному!»

Твердо помните, дорогие мои, что, когда вы пойдете приносить свое покаяние служителю Церкви, ваш Ангел Хранитель будет с вами. И как он обрадуется, увидев, что чистосердечная исповедь очистила вашу душу от грехов.

Наши Ангелы Хранители, посланники к нам от Бога, беспрепятственно и быстро совершают путь от Бога к нам и от нас к Богу (лишь бы дела наши не мешали этому). Они исходят от Бога к нам, чтобы принести нам Его благодать; они же и восходят от нас к Богу, чтобы передать Ему наши молитвы и благодарения.

Как же близок должен быть каждому из нас наш Ангел Хранитель! Какое доверие мы должны питать к нему! Ему мы при жизни можем поведать самые сокровенные тайны своей души. Те тайны, которые мы не доверили бы самым близким людям. И это потому, что в Ангеле Хранителе мы видим самого мудрого в советах, самого бескорыстного в любви и помощи, нежного в привязанности к нам, попечительного в наших нуждах.

Вот поэтому Церковь наша за богослужениями как бы от нашего лица ежедневно возносит молитву: «Ангела мирна, верна наставника, хранителя душ и телес наших, у Господа просим». Зачем это ежедневное прошение, если, как уже было сказано, Бог каждому дал своего Ангела Хранителя?

Причина в нас самих. Мы своей беспечностью и своими грехами вынуждаем его просто отойти от нас, ибо он, будучи сам свят, не терпит греха.

О, как нужен он нам во всех обстоятельствах нашей жизни! И как счастлив тот человек, который совершает свой путь пред лицом Бога под руководством своего Ангела Хранителя. Жизнь его чиста и спокойна. Такой человек боится даже тени греха, чтобы не оскорбить своего Ангела.

Но горе нам, если мы своими поступками вынуждаем его из нашего заступника превратиться в нашего обвинителя. По учению Церкви, Ангел Хранитель предстанет пред каждым из нас и в таинственную, страшную, священную и неизбежную минуту нашей смерти.

Вот тогда–то мы будем просить и умолять его, чтобы он не отходил от нас. Не оставлял нас при прохождении мытарств, потому что нам очень страшно будет без него. И как глубоко мы будем сожалеть тогда, что при жизни своей сами удалялись от него, забывали молиться ему, особенно в минуты опасности.

И как будут блаженны те из нас, кто приучил себя при жизни молитвенно обращаться к нему: «Ангел Хранитель мой! Когда же настанет час кончины моей, поспеши ко мне на помощь при разлучении души от тела; будь моим утешителем в борьбе со смертью; прими под свою защиту, когда перейду в область вечности, когда изыду из мира сего и вступлю в неизвестный мне мир; ободри меня своим присутствием… Да увижу тебя одесную мене стояща, светла, тиха, заступника моего…» Если душа человека окажется достойной, то Ангел Хранитель будет сопровождать ее в поклонении Богу в 3–й, 9–й и 40–й день по кончине и не оставит и в загробном бытии.

Вот очень кратко, конечно, то основное, что мне хотелось сказать вам об Ангелах Хранителях наших.

Все вышесказанное обязывает каждого из нас с благоговением чтить своего Ангела Хранителя и молиться ему. Причастники сегодняшнего дня! Я особенно призываю вас, когда будете подходить к святой чаше, помните, что только по нашему недостоинству не видим мы, как множество Ангелов окружило чашу с Животворящими Телом и Кровию Христовыми, и они неслышно для нас шелестят своими крыльями, воспевая славу Всемогущему Богу. И рядом с каждым из вас идет ваш верный друг, которого вы тоже не видите, а он советует: «Не торопись, не спеши и не тесни идущих рядом с тобой (как это, к сожалению, мы часто делаем), уступи тому, кто хочет пройти раньше тебя. Иди с благоговением. »

Этим вы порадуете своего Ангела Хранителя. Я желаю всем вам, друзья мои, чтобы вы не только полюбили своего Ангела Хранителя как нечто недосягаемо высокое и святое, а чтобы каждый из вас в меру своих духовных сил и возможностей ощущал постоянно стоящего рядом с собой своего Ангела Хранителя — самого близкого и искреннего своего друга.

И вот этого ощущения я вам всем от всей души искренне желаю. Аминь.

Введение во храм Пресвятой Богородицы

Днесь в храме Божии ясно Дева является и Христа всем предвозвещает...

Ангели вхождение Пречистыя зряще, удивишася: како Дева входит во Святая Святых.

Чистота и святость, свет и радость — вот неуловимое веяние сегодняшнего праздника и службы. На ступенях ветхозаветной святыни Иерусалимского храма поставляется трехлетняя Юница, Святая Святых большая, торжествующая и радующаяся. А престарелые праведные родители Ее, Иоаким и Анна, и хор отроковиц с возжженными свечами, «поя, играя и ликуя», сопровождают Ту, Которая приносится в дар Богу. Объятый священным восторгом, первосвященник Захария — старец, родитель Предтечев, «благословив, прият» Святую Отроковицу, и по особому откровению Божию ввел Ее во Святая Святых.

Событий мало, но почему так радостно, так памятно и значительно торжество сие? Почему праздник стал двунадесятым? Да потому, дорогие мои, что Введение во храм Пресвятой Девы стало необходимым звеном спасительного Божия промышления о мире.

Это событие положило конец многовековому отчуждению человека от Бога и пребыванию его под рабством греху.

Святилище Иерусалимского храма, где обитал Бог и где являл Он Свое присутствие, недоступное никому, кроме одного первосвященника и то единожды в год, куда он входил с жертвенной кровию, принося молитву за грехи народа, Божией благодатью открывается Богоизбранной Отроковице — Дщери человеческой. И Пресвятая Дева вводится во Святая Святых, невидимо для мира неся в Себе великую жертву, новую жертву живую — Христа — Бога и Человека.

Ветхозаветный Божий храм принял в себя семя новой жизни — Богоотроковицу, в Которой духовно прозябнет и прорастет Новый, спасительный Завет человечества с Богом. Ветхозаветный Божий храм принял в себя священный ковчег Нового Завета, одушевленный храм Спасов, многоценный чертог и Деву — священное сокровище славы Божией.

С вхождением в храм Богоизбранной Отроковицы пришло время, когда благоволение Божие возвращается людям, и они приблизятся к Богу, как к своему Небесному Отцу, ибо Сын Божий — Сын Девы бывает, и благодать благовествует примирение с Богом, и вход на небо откроется всем, желающим неба.

И с этим вхождением можно было впервые произнести слова: «Твоя от Твоих, Тебе приносяща...»

Дар Божий людям — Пресвятая Дева — плод молитвы престарелых родителей, и через Нее — Христос, возвращается людьми Богу, как дар Ему от людей, как жертва благоприятная, благовонная.

И с этим вхождением, в предчувствии великих перемен в мире, впервые можно было запеть слова радости и надежды: «Христос раждается, славите; Христос с небес, срящите»!

С вхождением в храм Пресвятой Богородицы свершилось чудо. Небо соединилось с землею, и вечность вошла во время, освящая его для вечности. «Днесь благоволения Божия предображение, и человеков спасения проповедание...»

Так велик этот день, так единственен и неповторим он — день начала Нового Завета с Богом на земле.

До явления в мир Христа Спасителя оставались считанные годы, и храм Божий призван был среди величайшей святости, чистоты и Божественной силы вскормить и воспитать в эти годы чуткую, детски чистую душу Богоотроковицы, наполняя Ее Божеством и предуготовляя в Ней самое Боговоплощение.

День ото дня возрастала телесными и духовными силами Пресвятая Дева в храме Божием. Силы духа у Пресвятой Девы образовались, возрастали и укреплялись ангельскою беседою и молитвой, устремленной к Богу, и трудами ради Бога.

Телесные же силы Ее поддерживались небесной пищей, приносимой Ей Архангелом. И первосвященник Захария, не могущий сам ежедневно входить во Святая Святых, с удивлением, недоумением и ужасом слышал беседы Девы с Архангелом во Святилище. И, не находя ничего подобного в явлении Ангелов другим людям, первосвященник укреплялся в мысли, что пришло время исполнения всеобщего ожидания, и от Благословенной придет спасение, от Жены — Обещанный, от Девы — Бог.

А Мария, питаемая Божией благодатию, потеряв в последние годы Своей жизни при храме единственную привязанность к земле — праведных родителей, дала обет Богу — до конца жизни сохранять девство и остаться рабою Господа, Ему Единому служа и предаваясь во всем и всегда Его Святой воле.

«Се, раба Господня, буди мне по глаголу Твоему» (Лк. 1:38).

И сердце Ее, отданное Богу, стало нерукотворенным храмом, вместилищем Богу. И скоро, совсем скоро вслед за этим Христос — Ее Сын и Сын Божий — придет и учредит законность этого нового, нерукотворенного храма, основанием которого станет Он Сам.

«Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас? Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог, ибо храм Божий свят; а этот храм — вы» (1Кор.3:16-17). И с этим обновлением храма Божия уже не только в Иерусалиме будут поклоняться Богу люди, но в Духе и истине они поклонятся Ему на всяком месте владычества Его, там, где найдется верное, любящее Бога человеческое сердце.

И вот всем нам в этот великий день нынешнего праздника нельзя не вдуматься и не осознать, что путь к Небу, открытый людям в те, далеко отстоящие от нас времена, все тот же, и начинается он на пороге рукотворенного храма Божия, когда человек крещением приносится в дар Богу и становится нерукотворенным храмом, и Дух Божий поселяется в нем. И наш путь по жизни должен пройти сквозь храм, чтобы воспитаться и возрасти нам в нем, чтобы и завершился этот путь во святилище Божием, на небе, куда теперь уже вошел со Своею жертвенной Кровью за нас Сам Христос — Первосвященник будущих благ.

Дорогие мои, храм Божий всегда во все времена был жертвенником Богу, освящающим и жертвы, и приносящих их. Еще в ветхозаветные времена Господь Сам благословил храм как место Своего пребывания. «Небо — престол Мой, а земля — подножие ног Моих; где же построите вы дом для Меня, и где место покоя Моего?» (Ис. 66:1).

И первый храм Божий — рукотворенное святилище на земле, сооруженный сыном царя и пророка Давида Соломоном в 1033 году до Рождества Христова, был создан непосредственно велением Божиим. «Я освятил сей храм... чтобы пребывать имени Моему там вовек; и будут очи Мои и сердце Мое там во все дни», — сказал Господь (3 Цар. 9:3). И дивен, и свят, и великолепен был первый храм Господень в Иерусалиме, и Ковчег Завета, данный Богом людям через Моисея, был в нем.

Храм Божий во все времена — это всегда вечность, в нем живет и пребывает все, что было от начала, от сотворения мира, и что еще будет до самого второго и славного пришествия Господня. В Храме Божием все и всегда живо — и прошедшее, и настоящее, и будущее. И нет в жизни таин, которых бы не знал Храм Божий — Святая Церковь.

Но почему же живущие не знают этих тайн, почему даже те, кто пребывает в храме, остаются и глухи, и слепы к ним, почему зрячих и слышащих так мало?

Почему погиб первый Иерусалимский храм вместе с великой своей святыней — Ковчегом Ветхого Завета? Почему великая святыня второго Иерусалимского храма, освященная пребыванием в нем Ковчега Нового Завета — Пресвятой Богоотроковицы — и явлением в нем Спасителя и Бога — Христа, оставила нам в воспоминание о себе лишь Стену плача? Почему  «Новый Израиль » — Великая Россия, — в течение девяти столетий созидавшая в себе Дом Божий, должна была, подобно ветхозаветному Израилю, пережить семидесятилетнее пленение у своих и мерзость запустения на святом месте — многие и многие разрушенные храмы Божии и монастыри?

Ответ на все наши горькие «почему?» опять же надо искать нам в Храме и в Святом Писании, которое хранит Храм. Он хранит святыни, он хранит истины, но горе нам, живущим, ибо эти открытые хранилища, эти исполнившиеся до нас пророчества, оказываются для нас из-за нашего нерадения, ожесточения и неверия тайной за семью печатями.

Вот что сказал Господь Саваоф в то время, когда первый ветхозаветный храм еще только освящался и ликовал святыней.

Вслушайтесь в слова эти, дорогие мои, они были сказаны Господом всему человечеству как предостережение: «Если же вы и сыновья ваши отступите от Меня и не будете соблюдать заповедей Моих и уставов Моих, которые Я дал вам, и пойдете и станете служить иным богам и поклоняться им, то Я истреблю Израиля с лица земли, которую Я дал ему, и храм, который Я освятил имени Моему, отвергну от лица Моего... И о храме сем высоком всякий, проходящий мимо его, ужаснется и скажет: «за что Господь поступил так с сею землею и с сим храмом?» И скажут: «за то, что они оставили Господа Бога своего... и приняли других богов, и поклонились им, и служили им, — за это навел на них Господь все сие бедствие» (3 Цар. 9:6—9).

Не услышали эти слова те, к кому они были обращены. Неужели не услышим и мы, видя их исполненными?

Отступление от Бога — вот причина всех бед и во все времена.

Иудейские цари и народ отступили от Бога, поклонились богам чужим. Господь наказал Израиля войной и в ожидании покаяния послал к отступникам пророка Иеремию с проповедью покаяния к исправлению. Но не послушали пророка, как не послушали и Самого Господа. И разорен Иерусалим, и пал храм Соломонов, и погиб Ковчег Завета. И семидесятилетнее Вавилонское пленение стало уделом согрешившего Израиля.

Второй Иерусалимский храм, построенный после возвращения из Вавилонского пленения, был меньше и не так великолепен, но славу ему пророки Аггей и Захария предсказали более первого, ибо Ковчег Нового Завета взрастет в нем. И судьбу этого храма, и прекращение ветхозаветной жертвы пророк Даниил предсказал задолго до свершения сего. И последнее пророчество о втором Иерусалимском храме прозвучало из уст Самого Спасителя. Восплакал Господь Иисус Христос в день Своего входа в Иерусалим и, зря близкую Голгофу, предрек погибель храму: «и разорят тебя, и побьют детей твоих в тебе, и не оставят в тебе камня на камне за то, что ты не узнал времени посещения твоего» (Лк. 19:44).

Отверг, опять отверг Израиль Божие и принял человеческое, отверг Христа Спасителя, осудив Его на смерть и испросив себе Варавву-убийцу. И последний плач, стон об ослеплении избранного народа, слышит мир: «Иерусалим, Иерусалим, избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, и вы не захотели! Се, оставляется вам дом ваш пуст» (Мф. 23:37—38).

«Се, оставляется вам дом ваш пуст» — страшные слова совершившиеся, потому что люди опять не захотели быть Божиими.

В одно и то же время Иерусалимский храм воспитал Ту, Которая Святая Святых большая, и последователей Христа, но в нем же жили своей далекой от Бога жизнью и те, кто убил первосвященника Захарию между храмом и жертвенником, кто убил Предтечу Христова Иоанна, кто распял Христа Спасителя.

Не видим ли мы, что человек становится или соработником у Бога, или разорителем того, что Господь созидает. Смотрите, дорогие мои, како опасно ходим. Можно быть в храме, но без Бога. И Бог наказывает людей за непочитание Себя, за отвержение храма. Десятилетиями длятся спасительные Божии наказания людям, призванные вернуть сердце человеческое Богу. И как последнее предупреждение нам звучат слова притчи о виноградарях. «сказываю вам, что отнимется от вас Царство Божие и дано будет народу, приносящему плоды его» (Мф. 21:43).

Будем же особенно внимательны, дорогие мои, созидая и восстанавливая теперь в большом количестве рукотворенные храмы, не забудем главного новозаветного храма Божия — своего сердца, призванного служить Богу в Духе и истине. Не забудем, что мы возвращаемся из плена у иноплеменников и единоплеменников, воюющих на нас и веру нашу Православную, больные, увечные, истощенные духовно. Что мы долго, очень долго, были без Бога и сейчас только-только стоим на пороге Храма, который освятит нас, но при одном условии: если мы этого захотим сами.

И приведу вам, дорогие мои, слова Господни, которые сейчас особенно должны помочь нам осознать критический момент нынешней жизни нашей. «...Так говорит Господь Саваоф: обратите сердце ваше на пути ваши. Вы сеете много, а собираете мало; едите, но не в сытость; пьете, но не напиваетесь; одеваетесь, а не согреваетесь; зарабатывающий плату зарабатывает для дырявого кошелька. Так говорит Господь Саваоф... Взойдите на гору и носите дерева, и стройте храм; и Я буду благоволить к нему, и прославлюсь, говорит Господь. Ожидаете многого, а выходит мало; и что принесете домой, то Я развею. За что?»

«...Говорит Господь Саваоф: за Мой дом, который в запустении, тогда как вы бежите — каждый к своему дому. Посему-то небо заключилось и не дает вам росы, и земля не дает своих произведений» (Агг. 1:5—10).

Мы стоим на пороге Храма, и надо войти в него, оживив в себе знание закона Божия, войти исполнением обетов, уже принесенных нами Богу. И не забудем, что не одни правители вершат судьбы стран и народов, но ответственность за жизнь мира пред Богом лежит на всех, на каждом живущем, как бы мал он не был.

Дорогие мои! Милость Божия дает нам ныне время для покаяния. Любовь Божия терпит болезни нашего неверия. Господь ждет, чтобы собрать нас под крылья Свои. Захотим же спасения, вернемся в Храм Божий любовью и желанием к нему и вернем Богу храм нашего сердца. И отверзнутся щедроты милостей Божиих, заключенных нашими грехами, отверзнется небо.

А Пресвятая Дева, Богоизбранная Отроковица, Дщерь человеческая, впервые отверзшая нам небо и ставшая Матерью страждущему и болящему человечеству, всегда готова Своею благодатью поддержать, укрепить и провести по жизни, по пути спасения всех, к Ней прибегающих с верою и любовью.

«Величаем Тя, Пресвятая Дево, Богоизбранная Отроковице, и чтим еже в храм Господень вхождение Твое». Аминь.

Неделя пред Рождеством Христовым святых отец

Други наши, пройдет всего несколько дней, и мы с вами увидим, ощутим преобразующий будни нашей жизни свет великого праздника Рождества Христова. Церковь возгласит о явлении миру света разума рождением Христа. Время и вечность, Бог и человек соединились в день Рождества Христова в единый поток жизни во спасение.

День этот настолько велик, что Святая Церковь установила длительное приготовление к нему сорокадневным постом и пятидневным предпразднеством. За пять дней до праздника церковные песнопения уже пронизаны предощущением предстоящего праздничного ликования.

День этот велик тем, что исполнилось в нем величайшее обетование Божие, данное людям о грядущем Спасителе мира. А в предпраздненственные дни вспоминается все, что предшествовало великому событию явления Бога во плоти на земле.

Человечество готовилось к рождению Спасителя еще со времен Адама. Получив в раю наказание за преступление, оно в лице Адама получило и обетование о имеющем некогда совершиться великом событии, когда «семя жены сотрет главу змия» и человек вновь обретет утраченный рай.

Два последние предпраздничные воскресенья Святая Церковь молитвенно вспоминает святых праотцев и отцев — праведников Ветхого Завета, кои, приняв обетование о грядущем Искупителе, терпеливо, трудолюбиво и неустанно шли Ему навстречу, становясь соучастниками в великом деле спасения мира. И недаром сегодня в Святом Евангелии были перечислены имена, составляющие родословную Спасителя мира — Христа, а апостольское послание раскрыло перед нами основу их богоугодной жизни — подвиг веры.

По слову апостола, недостанет времени, чтобы перечислить лить все примеры великих дел веры, которые родили и вскормили единственную, ставшую вместилищем Невместимому Христу Богу — Пресвятую Матерь-Деву.

И сегодня нам с вами, други наши, особенно важно не просто услышать перечень имен, прозвучавший в Святом Евангелии, но за каждым именем увидеть жизнь человека с его добродетелями и подвигами, коими он сподобился нетленной славы и вошел в историю мира добрым делателем. Только при таком восприятии станет для нас очевидным, что величие человеческой жизни определяется мерой исполнения воли Божией.

Много имен величалось миром, но прошло время, и «погибе память их», совсем изгладились из памяти некоторые имена как не сущие; другие же, некогда великие, поставляются теперь Богом в пример великого и глубокого падения. А имена забытые, некогда поруганные, Бог воскрешает и ставит на свещнице, чтобы их светоносной жизнью освещать путь странствующих в житейском море. И живет вечно память о тех, кто послужил Богу верой, кто послужил делу спасения мира.

Сегодня, други наши, назидание жизнью ветхозаветных праведников понуждает меня говорить с вами о вере. Ведь величие их определилось только верой, именно верой живой и действенной, ибо без веры угодить Богу невозможно. А ведь заметьте, дорогие мои, что вера их была несравненно труднее нашей, ибо она питалась только обетованиями Божиими, нам же светит уже совершившееся в мире великое дело искупления.

Внимательно всмотревшись в жизнь и веру праведников Ветхого Завета, нам нетрудно будет оценить себя и свою жизнь, ответить на вопрос: «В вере ли пребываем мы? Идем ли мы вослед праведников?» Пусть их пример умудрит нас на жизненном пути, пусть их вера научит и нас вере в Бога.

Дорогие мои, со времени сотворения мира все остается как было: три воли непременно предлежат на выбор человеку — воля Божия, воля вражья и воля своя. Искушения от мира, плоти и диавола преследуют всякого человека, родившегося в мир. Если мы с вами будем внимательны к тому, что известно о праведниках, мы поймем, как и чем руководствовались они в жизни, и сможем сознать, чем же руководствуемся в жизни мы.

Внимательно вглядываясь в жизнь и историю народов, мы непременно, хотим или не хотим, но должны сделать вывод: человек был, есть и будет странником, пришельцем на земле.

Что в этой жизни непреложно и безоговорочно принадлежит нам как наша собственность? Да нет у нас ничего своего. Ибо «воры подкапывают и крадут», стихии властвуют над всем и над нами, ни в чем нет у нас уверенности. Завтрашний день, как тать, найдет и изменит все, на чем мы ныне утверждаемся. Будущее для нас темно и неизвестно. Такова участь всякого человека на земле.

Так было и с праведниками. Но разница в том, что они несомненной верой в Бога приняли свою участь как Божий закон и прошли сквозь жизнь, предав себя в руку Божию, следуя за Ним без рассуждения, куда бы Он ни вел, несомненно веря, что для Бога нет ничего неизвестного, нет ничего темного. За это они приняли венцы праведности, сотканные из веры, страданий, бед, гонений, и через все испытания они прошли без содрогания, без ропота. Приведу несколько примеров, подтверждающих мои слова.

«Верою познаём, что веки устроены словом Божиим, так что из невидимого произошло видимое» (Евр. 11:3). Великий праотец пророк Моисей вещает всему человечеству величайшую тайну сотворения мира в своей боговдохновенной книге Бытия и вещает так, будто сам присутствовал при его сотворении и видел все своими глазами. Чистые и праведные беспрекословно приняли откровение Божие, ибо сильны были верой. А вот уму человеческому понадобились многие тысячелетия, чтобы уразуметь то, что зрел Моисей очами веры и умом богозрящим. Когда читаешь книгу Бытия, поражаешься и преклоняешь колени, преклоняешь сердце пред Богом, давшим вере слабого человека такую силу и власть.

И еще пример великой веры. Святой праведный Авраам, славный, богатый и земными богатствами, и верой. Он жил среди своего родства, на своей земле, в полном довольстве. Но явился Господь и велел ему уйти из земли, которая была обжита, где все было благо, оставить все дорогое и родное, уйти от того, в чем Авраам был укоренен.

А куда? Не говорит этого Господь, но лишь обещает, что укажет обетованную землю, и не Аврааму, а только семени его, потомству его даст ее во владение. Не помыслил Авраам своего, не ослушался, встал и пошел неведомо куда, не зная, что ждет его впереди. Не изнемог Авраам в вере, и в награду за верность звучит к нему обетование — слово Божие: «Я... возвеличу имя твое... и благословятся в тебе все племена земные» (Быт. 12:2—3). И это лишь один пример из жизни Авраама.

А какую силу веры и доверия к Богу надо было иметь этому праведнику, чтобы принести в жертву сына своего Исаака, в котором Бог обещал ему величие всего рода. Авраам должен был принести в жертву того, в ком крылась вся надежда жизни его и вся опора веры его. Но он готов был сделать и это. Он не дал помыслам своим и уму своему восстать на Божие повеление. Он поднял руку на сына своего, чтобы принести его в жертву Богу, и Господь, видя верность раба Своего, удержал его руку.

И все Божии обетования Аврааму исполнились. Вера его не была посрамлена, хоть он, живя на земле, этого и не увидел. Господь назвал его отцом всех верующих. Все истинно верующие зачинались в нем и стали чадами его по вере.

Но так ли веруем мы? Способны ли мы на веру-подвиг, когда «вера... есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом» (Евр. 11:1)?

И сколько еще примеров можно найти в жизни ветхозаветных праведников, чтобы принять их как прообраз нашей нынешней жизни. Были в жизни их дни благоденствия, когда Господь обогащал их земными благами, но на смену этим дням приходили другие, когда в горниле огненного испытания блистала вера праведников ярче злата. И как дни блага, так и дни испытания посылались одной десницей — десницей Божией, праведной и неизменно верной, творящей спасение посреди земли.

А то, что вера в Бога и верующие в Бога всегда подвергаются жестоким гонениям и преследованиям, и то, что вера есть подвиг, открыли для нас ветхозаветные праведники и подтвердили апостолы и все святые христианских времен. До наших дней верующие люди несут это неоспоримое доказательство истинности своей веры.

Подвергались гонениям и преследованиям истинные праведники в ветхозаветные времена. Святой пророк Илия силой своей молитвы воскресил мертвого, а сам вынужден был скрываться от гонителей и смерти в пещерах земли. Были замучены за веру Елеазар и семь отроков Маккавеев с матерью их Соломониею, не пожелавшие избавиться от мучений и самой смерти ценою отречения от веры.

Страх Божий в истинно верующих был сильнее страха человеческого, обетование лучшего — славного и блаженного воскресения, ведущего в Царство Небесное, — вдохновляло их. И такие страдальцы веры в очах Божиих были ценнее целого мира.

Святой пророк Исаия, в чьи уста Господь вложил великие пророческие обетования о рождении Спасителя Христа и Его крестных страданиях: «...се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил» (Ис. 7:14), тот, кто описал будущее так, что кажется, будто он не столько предсказывает, сколько излагает историю времен минувших; пророк Исаия, этот великий из великих, явил подвиг страдания и веры, быв перепилен деревянной пилой за обличение царя.

Иных праведников веры Бог хранил от бедствий, а другим для испытания допустил понести разные бедствия, скорби и боль. По слову Иоанна Златоуста: «И то и другое — чудеса веры: и то, что она (вера) совершает великие дела; и то, что она терпит великие бедствия».

Все ветхозаветные праведники, послужив делу спасения мира, не получили обещанного, сходя по смерти в преисподняя земли. Но они сделали свое великое дело: они приготовили мир к исполнению Божия обетования, они дали Богу дар от рода человеческого — Матерь-Деву.

Все они жили великой верой, ожидая спасения языков.

Мы живем во времена исполнившихся обетований.

Но одно обетование принимаем верой и мы — обетование, что Бог определил для всех земнородных людей и для всего мира одно время, когда праведники и Ветхого, и Нового Завета получат обещанное им Царство Небесное — совершенную награду за свою веру, за добродетельную жизнь, а грешники — муку вечную в день великого Страшного Суда Господня.

Итак, дорогие наши, други наши, будем учиться вере. Она научает нас приносить Богу жертву любви, всю жизнь и в радости, и в горе предавая Богу. Она научает нас принять и хранить Божии откровения, Божии обетования. Страхом Божиим она оградит нас от потопа зла и нечестия, захлестывающего мир. Вера станет нам спасительным ковчегом, где кормчим будет Сам Господь, Который приведет нас к вратам праведности. И исчезнет страх, с которым взираем мы в завтрашний день, ибо что такое он, этот завтрашний день, если верующему в Бога и живущему в Боге обещана вечность.

Будем верить Богу верой живой и сильной, а Бог Один и Тот же на все времена. И как не была тщетна вера ветхозаветных праведников, так утверждается вера праведников Нового Завета от времен явления Спасителя до наших дней.

И Святая Церковь, воздавая молитвенную память праведникам ветхозаветным, ожидавшим Рождества Христова, и праведникам, жившим после исполнения обетования, нас, ныне живущих верою, зовет: «Приидите вси, Христово Рождество верно предпразднуим... Горы и холми, взыграйте, пророцы богогласнии, ликуйте, людие и языцы, восплещите: всех спасение и просвещение близ наста, во граде Вифлеемсте раждаемое. Чистыми очесы и чистыми деянии срести Его потщимся» (канон предпразднства, песнь 1).

«Готовися, Вифлееме, отверзися всем, Едеме, красуйся, Евфрафо, яко Древо Живота в вертепе процвете от Девы: рай бо Оноя чрево явися мысленный, в немже Божественный сад, от негоже ядше, живи будем, не якоже Адам умрем. Христос раждается прежде падший возставити образ» (тропарь предпразднства).

Аминь.

Пред Рождеством Христовым, святых отец

Предпразднуем людие Христово Рождество и, вознесше ум, к Вифлеему вознесемся мыслию... — слышим мы, други наши, в последнее воскресенье пред Рождеством Христовым призыв Святой Церкви к глубокому размышлению о сущности приближающегося великого праздника.

Событие, совершившееся двадцать столетий назад, было столь велико, что равного ему не было в истории земли. «Велия благочестия тайна, Бог явися во плоти».

Маленький безвестный Вифлеем, и в нем, в убогом вертепе, бедные «скотии ясли» стали для всего мира центром внимания и точкой отсчета нового времени, ибо в них возлег Невместимый Христос Бог.

Бог — Властитель мира — явился смиренным Младенцем, в Котором в момент рождения мало кто прозрел Божие величие, и славу, и силу. А ведь этого Младенца мир ждал с начала своей истории, приняв в пророчествах обетование Божие о явлении на земле Спасителя и Искупителя человечества, «и ты, Вифлеем, земля Иудина, ничем не меньше воеводств Иудиных, ибо из тебя произойдет Вождь, Который упасет народ Мой, Израиля» (Мф. 2:6). И вот рождением Христа пришел конец всем пророчествам о Нем. И то, что было в Ветхом Завете прикровенно и туманно, озарилось явлением Божественного Младенца и стало явно.

Много младенцев рождалось в Вифлееме, и знатных, и именитых, но ни в одном из них мир не заподозрил Того единственного, Которым надлежало ему спастись и в ожидании Которого он томился.

Все в мире изменилось только с рождением Иисуса Христа, ибо Им кончилось время закона, и благодать властно преобразила все живое и отерла слезы безнадёжия.

Приведу весьма отдаленную аналогию: вот все мы с вами безошибочно узнаем действие Божией благодати на наши души, на наши сердца. Все меняется в нас — светлеют лица, радостью и светом лучатся глаза, благодатная тишина покоит сердце. И это не только в нас происходит. Благодать, коснувшись нас, преобразует и все вокруг нас — природа, вопреки законам естества, откликается на то, что происходит с нами.

И то же, и даже несравненно явственнее, ощутил мир с рождением Богомладенца Христа. И не могло быть иначе, дорогие мои, ведь Вечный явился во времени и Бестелесный — во плоти, и с Ним вошла в мир вечность. И все живое озарилось нетварным светом Божества и вечности. И Церковь поет: «Тайно родился еси в вертепе, но небо Тя всем проповеда, якоже уста...».

Родился Христос — Бог и Человек, и рождением начался Его крестный путь — труд по спасению мира и созиданию нового человека — чада Божия.

А Вифлеемская пещера, вместившая смиренное величие Сына Божия и Сына человеческого, стала прообразом Святой Православной Церкви, где ежедневно при служении литургии, на проскомидии, как в яслях, на жертвеннике возлежит Богомладенец Христос, вмещающий в Себе всю жизнь от рождения до великой Голгофской жертвы — «се Агнец Божий, вземляй грехи мира» (Ин. 1:29).

И каждый год, и каждый день мир переживает Таинство Жизни Христа на земле. Каждый день Христос и рождается, и служит, и умирает, и воскресает, совоскрешая мир Собою. И пред лицом вечности все «дни плоти» Господа Иисуса Христа представляют собой один момент, в котором вочеловечение, и крестная смерть, и воскресение связаны воедино.

У Бога один день как тысяча лет, и тысяча лет как один день, и это и есть вечность, вторгшаяся в земное время. И наши жизни тоже тому пример, ибо и они текут в вечность, стирая время. Оглянитесь на жизнь свою. Только начавшись, она уже стремительно движется к своему концу, и беспредельный океан вечности готов поглотить нас.

И человеческое сердце во мгновение своей жизни должно тоже стать подобием Вифлеемской пещеры, где рождается, возрастает, живет и царствует Христос — Бог и Человек. И, открываясь навстречу Христу Спасителю, оно, наше сердце, осветится Его Божественным светом и станет сильным Его Божественной силой. И «скоты» — наши человеческие страсти, живущие в нем, — бегут из него во внешнюю тьму, и мы сможем принести чистым сердцем Богу дар — свою любовь, соцарствуя ею Христу и Богу.

Сегодня, в преддверии Рождества Христова, когда земное время разделилось пополам, как церковная завеса, и мир стал «до» и «после» Рождества Христова, Святая Церковь вспоминает благодарной памятью тех, которые жили верой, ожиданием, и кто своей жизнью, своей плотью стали сродниками явившегося в мир Богочеловека Христа. Ведь Христос — Бог, приобщившийся человечеству, не новосотворенный Богом Человек, но и Его человечность уходит в историю человечества, жившего до Рождества Христова на земле.

Человечество сотворило в своих ложеснах, в своих недрах Ту, Которая стала Матерью Божией, Честнейшей Херувим и Славнейшей без сравнения Серафим.

И вот молитвенная память о тех, кто послужил приуготовлению человеческой природы Христа, возносится ныне в Церкви: «Родословие Иисуса Христа, сына Давидова, сына Авраамова. Авраам родил Исаака; Исаак родил Иакова...» — слышим мы слова Святого Евангелия сегодня (Мф. 1:1-2). И далее длинный перечень имен и имен. И за каждым именем — конкретный человек, который своей жизнью участвовал в рождении Христа Спасителя. Из тысячелетия в тысячелетие ткалась плоть и человечество Христа.

И нельзя, други наши, не отметить одной отрадной для нас мысли.

В этой лествице человеческих имен сохранена для нас память не только тех, кто достиг жизнью своей святости, но и тех, кто шел сквозь грех, пробивался сквозь человеческую немощь и из тьмы искал света, правды и святости. И не всегда человек осуществлял в жизни свои искания и мечты, но он жил верой, шел к Богу, хотел жить Богом.

И Христос соединился с человеческим родом, избрав в нем не только праведных и не только святых. Он Сам, будучи искушаем грехом, знал меру человеческой немощи и слабости и, быв подобен человеку во всем, кроме греха, Своей Божественной любовью всех воплотил в Себя и всех искупил Собою.

Своей человеческой святостью Христос оправдал всех: и тех, кто был Его плотью и кровью, и тех, кто родился от Него духом. И Ветхий Израиль, живший до Рождества Христова, и мы, Новый Израиль, явившийся в мир вместе с Рождеством Христовым под сенью Божией благодати, объединяемся одними чувствованиями, яже во Христе Иисусе. И вера, надежда и любовь — главные из них. И именно эти чувствования делают всех нас родными и близкими вопреки пространству и времени, разделяющим людей. Эти чувствования можно назвать одним словом — жаждой Бога.

Ветхозаветные святые отцы, «сидящие во тьме и сени смертной», верою в осуществление ожидаемого жили и творили чудеса: «...побеждали царства, творили правду... заграждали уста львов, угашали силу огня... были побиваемы камнями... те, которых весь мир не был достоин, скитались по пустыням и горам... и ущельям земли» (Евр. 11:33—38). Только вера в обетование Божие рождала надежду, и надежда питалась верой и терпеливым ожиданием.

Я не буду вспоминать подвиги веры ветхозаветных святых отцов. Напомню только, дорогие мои, что они не изнемогали в ожидании и жили терпением и надеждой не день, и не год, и не 100 лет, но 5508 лет. Сколько поколений кануло в вечность за эти тысячелетия.

Но это ожидание было их внутренней потребностью, ибо с ними был Бог. И «все сии умерли в вере, не получив обетований, а только издали видели оные, и радовались, и говорили о себе, что они странники и пришельцы на земле» (Евр. 11:13). Жизнью свидетельствуя об истинности веры своей, они искали и стремились к лучшему, то есть к Небесному Отечеству, которого Художник и Строитель Бог.

И вот исполнилось время — родился Христос Бог, и новый ряд святых Божиих начинает Он Собою, и мы, грешные, по благодати Господа состоим в этом ряду.

Святой апостол Павел называет Иисуса Христа новым Адамом, от которого произошло новое святое потомство, украшенное Его именем и предназначенное к вечному спасению. Это великое потомство составляют все христиане, принявшие Его учение, рожденные от воды и Духа во имя Его, питающиеся Божественным Телом Его и Кровию в Таинстве Святого Причастия, вскормленные и живущие в лоне Его Церкви.

Наше родство со Христом не плотское, но духовное, и оно требует постоянного сродства в мыслях, чувствах, желаниях, стремлениях. И имея по сравнению с ветхозаветным человечеством высшие преимущества — сыновнюю близость в отношении к Богу, дары Божией благодати, укрепляющие, и освещающие, и просвещающие всего человека, и несомненную веру в будущую жизнь, — мы все же должны быть внимательными к себе, чтобы быть едины духом со Христом не только по рождению, но и по жизни. Ибо немощь падшей человеческой природы и мы носим в себе, как и наши ветхозаветные предки. Но мы уже не озираемся по сторонам с воплем о помощи, мы знаем, что с нами Бог! С нами живые примеры многих и многих святых Божиих, зовущих нас за собой по пути спасения.

Вот и сегодня нельзя умолчать о двух из них, чья память приходится на этот день.

Один — святой епископ, воспитавшийся «при ногу» сотаинника Христова святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова. Это святитель Игнатий Богоносец, живший в I веке христианства. Другой — святой праведный батюшка Иоанн Кронштадтский, чудотворец, прославленный в XX веке, всего три года назад. И оба они в такой полноте явили свою любовь к Богу, что растворились в ней.

Игнатий Богоносец был во время жизни Христа Спасителя ребенком, и Предание гласит, что это его обнял Господь Иисус Христос во время беседы с учениками, говоря: «если не обратитесь и не будете, как дети, не войдете в Царство Небесное» (Мф. 18:3). И Божия благодать почила на мальчике Игнатии и повела его по пути спасения, вверив его сначала в научение Иоанну Богослову, а потом вручив ему и епископский жезл, чтобы править слово истины в только что нарождающемся народе Божием. И она же, Божия благодать, венчала его за имя Христово мученическим венцом.

И имя Богоносец, полученное им оттого, что Господь Иисус Христос держал его, еще ребенка, на Своих руках, утвердилось за ним и за его ревностную любовь к Богу, жажду Бога всей жизнью.

При языческом императоре Траяне святой епископ был представлен на суд за проповедь имени Христова и приговорен к страшной казни — съедению дикими зверями.

Во время путешествия из Антиохии в Рим, к месту казни, святитель Игнатий пишет семь посланий к своей пастве, которые раскрывают его душу, объятую пламенем любви ко Христу: «Теперь пишу я, полный жизни, объятый желанием любви умереть за Христа. Я — пшеница Божия; да измолот буду зубами зверей, чтобы мне быть чистым хлебом для Бога. Ныне начинаю быть Христовым учеником, — ныне, когда не желаю ничего ни из видимого, ни из невидимого, а чтобы только достигнуть мне Христа».

Слыша, что он беспрестанно повторяет имя Иисуса Христа, ведущие его на казнь спросили об этом. И святитель Игнатий отвечал, что в его сердце написано имя Иисуса, и потому уста постоянно исповедуют Того, Кого он в сердце всегда носит. Бог даровал святителю Игнатию безбоязненно встретить ужасную смерть. А на сердце святого мученика, оставшемся целым, увидели запечатленными начальные буквы имени любимого им Иисуса Христа.

Мужественная смерть мученика и сила его молитвы прекратила на время гонения на христиан. Император Траян издал особый указ о том, чтобы прекратить на христиан всякое гонение.

И мы, немощные грехом, не имеем сами дерзновения и сил, но помощью святых идем ко Христу.

Вот и великий, живой столп нашего времени, соединяющий небо с землею, — святой праведный Иоанн Кронштадтский — яркое свидетельство истинности православного христианства. Удивительный молитвенник пред Престолом Божиим при жизни, он получил венец святости задолго до своего прославления от людей за то сияние Божией благодати, которое излучал, за те неисчислимые чудеса, которые являл и являет по сей день.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский примером своей жизни учит нас, как надо жить вечными истинами в наше время, достигая совершенства духовного горением духа к Ходатаю Нового Завета Иисусу.

Он видимо не совершал подвигов, он просто жил как все люди, но жил в Боге и все делал ради Него и во имя Его. Главным делом жизни святого праведного Иоанна Кронштадтского — доброго пастыря — были пламенное служение литургии и такая же пламенная молитва. И вся его жизнь и деятельность всецело питались и вдохновлялись священническим предстоянием у святого престола в алтаре. Молитва его была увенчана многочисленными чудесными исцелениями, и он не скрывал этих чудес, но источником своей молитвенной силы указывал Святые Таинства.

Святой праведный Иоанн показал нам совершенную жизнь, он принес свою жизнь в жертву Богу и людям. И всемогущество Божией любви самовластно проявлялось чрез него, превращая его в жертву живую, благоприятную Богу. Христос, с младенческих лет войдя в его сердце, взрастил его в полную меру возраста Христова, и он теперь предстоит за нас и за Россию пред лицем Божиим в Царстве Небесном. И оттуда зовет нас:  «Россия, будь такой, какой ты нужна Христу! »

«Приидите же вси, други наши, Христово Рождество верно предпразднуем ныне». Поревнуем новозаветным святым и ветхозаветным праведникам в их сильной жажде сретить, увидеть и принять Иисуса Христа рождшегося и, подобно им, принесем Ему свою любовь и смирение, чтобы убогие ясли наших сердец стали любимыми яслями Богомладенца Христа на земле.

И не забывайте, чадца Божии, — бессильно зло, мы вечны, с нами Бог! Аминь.

Второй день Рождества Христова

Видев Зиждитель гиблема человека... егоже созда, приклонив небеса, сходит...

Круг лета спокойно и неумолимо Божиим велением идет по жизни, и яркой звездой вспыхивают в нем напоминания о Божественной любви — праздники Господни. И ныне Рождество Христово! И в этот великий праздник мы от лица отца наместника и всех насельников нашей древней святой обители обращаемся со словами сердечного поздравления и привета к дорогому владыке и архипастырю нашему, к дорогим отцам и всем вам, чадам Божиим, собравшимся почтить этот день.

Придем же ныне все и склонимся к смиренным яслям, осиянным Божественной славой, ибо Младенец Христос здесь начинает Свой крестный путь по лицу земли. Склонимся, ибо здесь начало нашего спасения, начало нашей вечности. Путь, Истина и Жизнь — Христос Бог явился в мир. И мир Свой принес Богомладенец на землю, и Божий мир даровал людям Христос Спаситель подвигом краткой земной жизни Своей. Но подвигом веры нашей входит в жизнь нашу этот Божий мир — Божественная любовь и Божественное милосердие. И не потому ли, что истощилась вера наша, мерещатся теперь в смятенном мире, ожидающем бедствий, два противоположных образа — образ поруганной Божией любви и торжествующий смех диавольской злобы. И не эта ли вражья злоба исторгает теперь из среды Церкви оскудевших любовью, и брат перестает понимать брата, и сын забывает отца, и образ поруганной Божией любви возвещает смерть.

Други наши, устрашимся видения, приникнем к Богомладенцу Христу в покаянии и мольбе, изливая пред Ним тихие молитвы. И Он, Господь наш и Бог, вразумит, и обновит, и сохранит нас всех, в бедствии припавших к Нему.

Сегодня — Рождество Христово, день начала подвига Спасителя мира. Сегодня — день испытания нашей любви и верности Ему. И пусть услышит мир нашей жизнью возвещенную истину:  «С нами Бог, разумейте языцы... яко с нами Бог! » С радостью величайшего праздника Рождества Христова вас всех поздравляем!

Бог Господь Христос Младенцем, пеленами повитым, явился в мир. И Матерь-Дева склонилась над Ним в изумлении перед необъятностью явленной миру тайны. И Матерь Непорочная Дева Мария, послужившая  «велией благочестия тайне, » в этот миг познала всю высоту радости, потому что Человек и Бог явился в мир. И это знала пока только Она одна. И Она одна в этот же миг трепетно предощутила и всю глубину горя крестного пути, на который вступала сейчас с Младенцем на руках.

И сегодня день достойного почитания Матери Божией, Непорочной Девы Марии, послужившей тайне воплощения Сына Божия. Мало слов сказано о Ней в Священном Писании, мало событий Ее личной жизни сохранило Предание. Но за каждым шагом Ее Божественного Сына зримо стоит Она, начиная от Его рождения и кончая Крестом на Голгофе. И нам нетрудно представить величие Ее исключительного материнского подвига по человечеству, но сложнее постигнуть ту высшую степень чистоты и святости, всецелой преданности Себя воле Божией, которые и сделали Ее «зарею таинственного дня» и которыми Она вошла в близость с Самой Пресущественной Троицей, став Дочерью Богу Отцу, Матерью Сыну Божию и Невестой Духу Святому. Обещание Божие, данное еще первым людям, что придет время и родится на земле Спаситель мира и «семя жены сотрет главу змия» — диавола, исполнилось не вдруг. Человечество прошло длительный путь приготовительного очищения и освящения, пока, наконец, не явилась Богоизбранная Отроковица, и Ангелы воспели Воплотившемуся божественный гимн, небеса предвозвестили великое событие чудесной звездой, земля предоставила пещеру, род же человеческий дал Матерь-Деву, исполнившую Божественный Совет Всевышнего Бога.

И та свобода от греха, которой достигла Приснодева, была прежде всего великим даром Божиим и Ее личным подвигом любви к Богу. Ибо сердце Ее от младенчества всегда было обращено к Нему. И обет Ее родителей, данный при рождении Дщери, посвятить Ее Богу, стал и обетом Ее сердца. И подвиг Ее жизни питался молитвами Ее родителей, молитвами и чаяниями всего ветхозаветного человечества, всего сонма патриархов и праведников.

И цель воплощения Сына Божия — возрождение и обновление мира, устранение из него всех последствий грехопадения, восстановление первозданного Царства Божия. И этой великой цели послужила Пресвятая Дева.

Ее подвигом жизни, молитвы и любви мы обрели вечное спасение. И «Бог (теперь) именуется нашим Отцом, потому что Слово приобщилось нашей плоти, ибо Сын делает так, что Его Отец становится и нашим Отцом», — как говорит святой Афанасий Александрийский. А воля Ее Божественного Сына и Спасителя мира усыновила весь род человеческий Божией Матери. Такое поистине безмерное богатство обретаем мы верой, такой неоценимый дар получаем — Отца и Мать. И как не восклицать из глубины верующих сердец хвалебные песни и гимны Матери Божией, Пресвятой и Пренепорочной Деве Марии:

«Радуйся же, свет человеческого спасения, утро благодати, вечер греха, первородный луч счастливого дня, зерцало святости, сокровенный образ совершенства, полный идеал девства. Радуйся, исполнение пророчеств, общее чаяние людей, которым Ты принесла радость».

О Богомати! О Всепетая! О Владычица! Дай всем, кто зовет Тебя, достигнуть Тобою вечного дня и лицом к лицу поклониться Тебе. Аминь.

Молитва к Матери Божией

О чем молить Тебя, что просить у Тебя? Ты ведь все видишь, все знаешь. Сама посмотри мне в душу и дай ей то, что ей нужно.

Ты, все претерпевшая, все перемогшая, — все поймешь. Ты, повившая Младенца в яслях и принявшая Его Своими руками со Креста, Ты одна знаешь всю высоту радости, весь гнет горя.

Ты, получившая в усыновление весь род человеческий, взгляни и на меня с материнской заботой. Из тенет греха приведи меня к Твоему Сыну.

Я вижу слезу, оросившую Твой лик. Это надо мной Ты пролила ее, и пусть смоет она следы моих прегрешений. Вот я пришел, я стою и жду Твоего отклика.

О Богомати! О Всепетая! О Владычица! Ничего не прошу, только стою пред Тобою.

Только сердце мое, бедное человеческое сердце, изнемогшее в тоске по правде, бросаю к пречистым ногам Твоим, Владычица!

Дай всем, кто зовет Тебя, достигнуть Тобою предвечного дня и лицом к лицу поклониться Тебе.

6. Разные

Икона «Всех скорбящих Радость»

Сегодня мы продолжаем с вами тему, которой коснулись в день праздника Покрова Пресвятой Богородицы. Ведь ныне воспеваем и празднуем мы духовное покровительство, ходатайство и заступление пред Богом, которое получаем по великому милосердию и любви к нам Божией Матери. В нынешний день совершается празднество чудотворной иконе Пресвятой Богородицы «Всех скорбящих Радость».

Память этого праздника пришла к нам из 1688 года. Сестра Патриарха Иоакима Евфимия страдала жестоко от раны в боку и уже почти не надеялась на выздоровление. Но однажды, проснувшись рано, она начала читать молитву: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя», потом велела себя приподнять и начала призывать Богородицу, молясь Ей в нестерпимой болезни своей, скорбя от обступившей ее печали и безнадежности. Мука страдалицы была так сильна, что Матерь Божия поспешает к бедствующему чаду. И Евфимия слышит Ее голос: «Евфимия, ты так долго страдаешь, почему же ты не прибегнешь к общей всех Целительнице? В храме Преображения, что в Москве на Ордынке, есть Мой образ «Всех скорбящих Радость», призови священника того храма с этим образом, и пусть он отслужит молебен, тогда болезнь твоя пройдет». Повеление было исполнено тотчас, и болезнь миновала.

А память о дивном исцелении хранилась бережно, передаваясь из поколения в поколение. И потекли с тех пор страждущие, больные и увечные к чудотворному образу, в котором явила Матерь Божия Свою благодатную силу и милость.

И до наших дней не иссякает целебный источник благодати от иконы «Всех скорбящих Радость». Только моли, проси, вздохни из самой глубины сердца своего, принеси боль твою к Матери, и никто лучше Ее не поймет тебя, и никто скорее Ее не поможет тебе.

Посмотрите, дорогие мои, внимательно на икону Царицы Небесной «Всех скорбящих Радость». Кто рядом с ней, кто припал к ногам Ее и какие принес скорби, кто протянул обессиленные горем и немощами руки? Не мы ли это с вами?

Мы пришли ныне почтить Царицу Небесную, мы поспешили сегодня под Покров Радости всех скорбящих, и все мы пришли со своими скорбями, а их теперь несть числа. Здесь и наши болезни, и скорби о болезни близких наших. Здесь и неимоверная сердечная туга, грех ради наших тяготящая нас, и скорби общественные, и все мы, сюда пришедшие, находимся в ярме жизненных страданий. А теперь еще снова, как некогда, бурные волны вздымаются на саму основу жизни нашей — на Святую Церковь.

И многие так часто, теряя надежду на Бога и Матерь Божию, дойдя до изнеможения, задают вопрос: «Почему, зачем она, эта бесконечно прискорбная жизнь, жизнь-страдание?» Рождается человек с воплем, в страданиях, и страдает всю жизнь, и умирает в страданиях.

Вопрос этот совсем не праздный, ибо встает он пред всеми людьми, и ответ на него они получают из самой жизни и жизнью. И ответ зависит от одного существенного момента, а именно: «Како верует человек?»

Люди, не просвещенные светом евангельского учения, испытав жизнь с ее превратностями и будто бы бессмыслицей чередования радостей и скорбей, начинают считать лучшим жребием на земле совсем не родиться и не видеть солнечного света, ибо для них жизнь — «дар случайный, дар напрасный». Тогда живи одним днем, ешь, пей, веселись, ибо завтра умрем. И не так редки в безбожном мире случаи самовольного дерзкого прекращения своей жизни.

Но блажен тот, кому свет Христова учения озаряет сгущающуюся тьму жизни, кого крепкая десница Божия ведет по неведомому пути и кого Покров Царицы Небесной укрывает надежнее всякой другой защиты. Ибо именно им открывает Господь великий смысл жизненных скорбей, которые, как лествица, ведут человека к духовному возрастанию, а с ним и к блаженству в Боге.

Я не устану вам повторять слова святых отцов, прошедших суровую школу скорбей и познавших покой и радость в Боге, слова их, в которых стержень нашей крепости, чтобы мы не поколебались: «На земле нет ничего невозглавленного, потому что начало всему — Бог».

Вот в чем наша надежда и крепость — в непоколебимой уверенности, что в мире ничего не бывает без Бога, но все происходит или по Его воле, или по Его попущению. Все доброе совершается по Его воле и Его действием; противное же бывает только по Его попущению, когда покровительство Божие оставляет нас за нечистоту и ожесточение сердца, попускает тиранствовать над нами диаволу или бесчестным плотским страстям.

Так вот в чем причина бедствий, нашедших на нас. Мы стали слепы и глухи. Мы ожесточенным сердцем готовы обвинить любого и каждого, забывая, что только личный грех искажает нашу жизнь. Бог же всегда желает, чтобы истина торжествовала. И Он повелел Церкви возвещать ее миру. И наше дело слышать голос Церкви — голос истины.

Но вот и в Церкви скорби, и в Церкви нестроения, и в ней обстоятельства складываются так, что мы готовы усомниться в истинах, Церковью возвещаемых, и даже в Самом Боге. Но именно в такие трудные моменты мы с вами должны твердо знать, что Бог есть любовь, благо, и все Им посылается для нашей пользы. А вот самого способа, которым это делает Господь, исследовать нельзя, и нельзя унывать, нельзя роптать, когда не можем понять, что происходит. Именно в таких обстоятельствах являет человек подвиг веры и венчается спасением.

Скорбно, тяжко и недоумение на сердце в скорбные минуты, и именно в это время надо бежать нам в сердце свое: не оно ли причина туги — мое, восстающее на Промысел Божий сердце, требующее у Бога отчета, почему это происходит так, а не иначе. Нам бы следовало напечатлеть на сердце своем единственное знание: что бы ни делал Господь, Он делает для нашей пользы, и мы все должны принимать с благодарностью, как от Благодетеля и Благого Владыки, хотя бы то было и скорбное. Так делали Божии люди во все времена, этим они проходили тяготы жизненного пути.

И сколько раз в истории Церкви бурный ветер поднимался против нее. Сколько раз верующие чувствовали на себе это! Враги Христовы ополчались на нее с младенческого ее возраста. Так, в первые века христианства юная Христова Церковь, казалось, неминуемо должна была погибнуть. Христиан избивали, храмы разрушали, священные книги сжигали. Но нет, Церковь выжила, совсем еще малочисленная, но сильная духом.

И сколько раз в другие, более поздние времена волны лжеименного разума восставали на Церковь — на источник жизни. И не в столь отдаленное от нас время, семьдесят лет тому назад, вынашивались коварные планы уничтожения Церкви: «Мы должны дать самое решительное и беспощадное сражение духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий».

Даже после такой программы, проведенной в жизнь, выжила Церковь, хотя, действительно, не забудет тех, кто положил души свои за нас, за нашу Церковь, за истину. Но когда страшное гонение на Церковь только начиналось, пророчески прозвучали слова одного из иерархов Святой нашей Церкви, митрополита Сергия (Страгородского; позднее Святейшего Патриарха): «Да, Российская Империя может быть сметена надвигающимися событиями, но Церковь погибнуть не может».

Пророчество сбылось. Но почему же, почему Бог допускает, чтобы Его дело так заглохло (три правящих епископа осталось перед войной 41 г. в России)? Почему же Господь, будучи Владыкой природы, не предупреждает бури, не усмиряет ее в самом начале?

Священное Писание в известной мере объясняет это — в суровой школе воспитываются души.

«Где вера ваша?» — спрашивает Христос Своих учеников, напуганных бурей (Лк. 8:25). «Где вера ваша?» — спрашивает Он и нас.

Внешние поражения суть наше торжество, и страдания Церкви являются условием ее возрождения и спасения. Господь учит нас не ожидать торжества Евангелия от внешних причин, но для того Он поместил сокровище Евангелия в «глиняные сосуды», чтобы все ясно видели, что сила Божия в немощи совершается.

Все земные власти могут соединиться против христианства, многие «глиняные сосуды» могут быть разбиты, но их содержимое никак не может быть окончательно и без следа уничтожено: истина все так же будет сиять на земле. Бог в потребную минуту придет на помощь, не даст до конца погибнуть.

Помните, что, когда мы боремся с волнами в бурном житейском море, Господь покрывает нас, Матерь Божия ходатайствует за нас, ибо Они с нами «во все дни до скончания века» (Мф. 28:20). Правда, иногда помощь Божия приходит не сразу. Спаситель медлит. В этом и заключается высшее испытание веры.

Не раз во всемирной истории Бог заставлял Своих преданнейших и вернейших служителей испивать, казалось, до дна чашу испытаний — земных несчастий, а затем отзывал их из мира после страшного мученичества. Это совершенные люди, и они очищались, как золото в горниле.

Будем же помнить, други наши, что испытания посылаются для нашей пользы и что выше меры сил Господь никому не попустит искуситься.

Если Бог медлит Своею помощью — подождем ее! Если ветер усиливается и ночь сгущается, то противопоставим «видению» свою твердую веру; настоящим делам — дела грядущие; вечеру, кончающемуся в слезах, — зарю утешения; несправедливости, гнетущей нас, — восстановление истины, которое будет неизбежно и навечно; царству беззакония, имеющему конец, — Царство Божие, которому не будет конца и в котором Господь отымет всякую слезу от очей наших!

А Матерь Божия всегда есть и будет с теми, кто верен Ее Божественному Сыну, кто идет по Его зову путем вечного спасения. Она, по словам святителя Иоанна Златоуста, — первая Преемница Божественных дарований и первая Раздаятельница этих даров и благословений людям, ищущим помощи у Господа и милостей у Нее.

Так будет всегда — до последнего часа, до последнего мгновения жизни мира.

И наше верующее и знающее великую силу ходатайства Матери Божией сердце пусть всегда будет у ног Божией Матери со своими воздыханиями, нуждами, скорбями, с глубоким покаянием во всех испытаниях и в минуты плача о грехах.

И Она, Радость всех скорбящих, наша Небесная Мать, простирая Свой державный Покров, заступит, спасет и помилует всех нас. Аминь.

Печерский игумен преподобномученик Корнилий

Дорогие братия и сестры, други мои! Сегодня мы собрались в этой святой обители, чтобы молитвенно отметить 411-ю годовщину со дня мученической кончины игумена сего монастыря преподобномученика Корнилия, прославить его труды по благоустройству этой дивной обители и воздать ему должное за его великие монашеские труды. Ныне день и нашей скорби, и нашей радости. Скорбь о том, что из-за вспышки гнева человека, имевшего неограниченную власть и привыкшего действовать по первому порыву своих желаний, не рассуждая о правильности поступка, трагически прервалась жизнь замечательного человека, который мог бы еще так много сделать полезного и нужного для святой обители.

Радость же наша в том, что прославляемый ныне нами угодник Божий трудами своими и внешне приукрасил монастырь, и внутреннюю сторону поставил на должную высоту, и сам явился светильником нравственного совершенства, примером исключительной честности и усердия, высочайшим молитвенником перед Богом, помощником и покровителем всех, идущих по великому пути спасения, притекающих к нему за помощью. И потому мы с особым благоговением сегодня вспоминаем этого человека, необыкновенно богато одаренного от Бога различными талантами.

Большинство из присутствующих здесь знают, что преподобный Корнилий принял мученическую кончину от руки Иоанна Грозного, который, поверив клевете, в припадке обычной своей болезни — грозного гнева — мечом усек главу преподобного Корнилия — и тут же опомнился и раскаялся в своем поступке.

Знаете вы, что в Успенском соборном храме обители находятся мощи преподобного, и каждый из вас стремится помолиться у этой святой раки и приложиться к мощам.

Знаете вы, что есть в обители «кровавая дорожка», по которой по преданию раскаявшийся царь на своих руках нес обезглавленное тело до Успенского храма.

Это все знают многие! И даже этого немногого достаточно было бы для того, чтобы стремиться побывать в этом дивном древнем монастыре.

Но вот многие ли из нас знают житие преподобного?

Мне хочется сегодня, насколько позволит время, раскрыть перед вами полную трудов и подвигов замечательную и глубоко назидательную жизнь преподобного Корнилия. А если кто знаком с этим, то пусть мои слова освежат в памяти подробности многогранной деятельности этого — десятого по счету на сей обители, ибо каждый найдет в этой удивительной жизни полезное для себя.

Как говорит предание, увидев окровавленное бездыханное тело, царь «опомнился»...

Он-то опомнился и раскаялся в своем поступке, но прекрасная светлая жизнь игумена монастыря прервалась... А сколько бы еще мог сделать этот великий труженик, так щедро награжденный Богом необыкновенными разносторонними дарованиями. Человек с глубоким обширным умом, с жаром души отдавшийся устроению монастыря и служению людям. Он был самым выдающимся игуменом в истории нашего монастыря. И по праву может считаться первым основателем его как монастыря деятельного.

История не сохранила для нас мирского имени преподобного Корнилия. Мы только знаем, что он вырос в благочестивой семье псковских бояр Стефана и Марии. Уже в раннем отрочестве проявлял он особую любовь к уединению и молитве.

В то время монастыри были единственным местом, где можно было получить не только христианское просвещение, но и светское образование. Поэтому родители отдали его на обучение в Спасо-Мирожский Псковский монастырь.

До нас дошло трогательное описание этого периода его жизни. Мать привела его к настоятелю монастыря, когда ему было 15 лет. По старинному обычаю оба они (и мать, и сын) поклонились в ноги игумену монастыря. Тот радушно и ласково поднял их и дал им свое благословение. Взглянув в глаза стоявшего перед ним отрока, он долго не мог оторвать от него взора. Так и стояли они один перед другим долгое время. Потом игумен сказал: «Отдам тебя старцу и будешь, кроме грамоты, учиться творить великое дело на земле — писать иконы. Дай еще раз благословлю тебя на это Богом любимое дело!»

Слезы текли по щекам у матери. Она знала, что в основе писания икон лежит жизнь во Христе, особое духовное ведение. Это не простое монашество, это великое стяжание Духа Божия. Писание икон в древности считалось самым совершенным видом искусства. И вот на это великое дело благословляется ее 15-летний сын... Игумен, приведя отрока к старцу, сказал: «Отче, привел к тебе под начало отрока, учи его всему, что сам знаешь, и да благословит твой труд Сама Пречистая Матерь Божия».

Много трудился и много молился отрок вместе со старцем, строго соблюдая посты.

Утром солнце, восходя, освещало через оконце склоненную к полу в мягких русых кудрях голову юноши.

Любил юноша старца всей душой и во всем его слушался. И была между ними непрерывная связь и радость в совместной работе. Оба были смиренны, а потому и чисты сердцем. Поучения старца глубоко западали в его душу и впоследствии дали большие плоды в его подвижнической жизни.

Закончив учение, Корнилий вернулся в дом матери. Но его всей душой тянуло к монастырской жизни. И когда он впервые был привезен в Псково-Печерский и малоблагоустроенный монастырек — судьба его, можно сказать, мгновенно решилась.

Церковь в пещере, несмотря на то, что была в земле, душу уносила ввысь, к небу. И это дивное влияние пещерного храма испытал на себе тогда еще очень молодой Корнилий.

Необыкновенное состояние овладело душою отрока, когда они шли из пещерной церкви. Он отстал от матери, опустился на колени и замер в неописуемом восторге перед величием Творца. Свет широким потоком хлынул ему в душу и наполнил сердце духовным восторгом и беспредельной молитвой... Слезы высокой духовной радости струились по его лицу. Мать, найдя его в таком состоянии, не могла понять, почему он и плакал, и улыбался одновременно. Получив осенение свыше и почувствовав призвание на великий иноческий подвиг именно здесь, он навсегда поселился в этой обители с  «Богом зданными пещерами » и пещерной церковью. Псковичам было свойственно пустынножительство. И душа юноши Корнилия тянулась в глубь лесов.

Первые годы жизни Корнилия в обители были полны молитвенного подвига и неустанных трудов. Это был период подготовки его к великому игуменскому служению.

Подвижническая жизнь юного отшельника скоро выделила его из числа братии. Они прониклись к нему глубоким уважением, так как он неукоснительно исполнял монашеские правила, любил упражняться в молитве, без устали работал для обители, и притом отличался большой начитанностью.

И братия монастыря избрала его своим игуменом, когда было ему всего 28 лет. Так рано духовно созрела эта чистая душа для больших дел. Он достойно нес возложенное на него бремя большой ответственности пред Богом и людьми.

Игуменствовал он 41 год, с 1529 года по момент его трагической кончины — 20 февраля 1570 года. Много успел он сделать за это время. Внешнее устройство монастыря, его благолепие, вызывающее у многих посетителей благоговейный восторг при вступлении на монастырскую землю, до нынешнего дня привлекает сюда и множество паломников, и большое число экскурсантов.

Вступая на трудный путь игуменства, он взял в свои руки зажженную свечу русского иночества и понес ее в века и, что самое важное, донес эту свечу до нашего времени.

Он старался личным примером возбудить в подчиненных ему иноках ревность к подвижничеству: был твердый, правдивый и строгий блюститель монашеских обетов и порядков в обители, дорожил высоким назначением обители как «училища благочестия», поэтому всякого инока, отступившего от монашеского устава (невзирая на лица), подвергал исправительным мерам, а если тот не исправлялся, то удалял его из обители. При нем жизнь иноков протекала в духе первых христианских подвижников — в строгом исполнении монашеских уставов, трудах, смирении, молитве и посте.

Но при всей его строгой требовательности число иноков в обители за время его игуменства возросло до 100 человек, а было не более 15 человек.

Про него смело можно сказать, что это был идеал монаха, выполнивший заповеди Христовы от начала и до конца и «душу свою положивый за други своя».

Имя преподобного Корнилия как хозяина монастыря, строгого подвижника и просвещенного человека было известно в те времена на Руси. И в монастырь приезжали образованные люди для беседы с ним и для духовного поучения.

Преподобномученик Корнилий, несомненно, относится к особому типу монахов, взращенных на Псковщине, представителями которого являются, кроме него, преподобные Евфросин, Савва и Никандр.

Преподобный Корнилий — это деятельно-творческая личность, осененная ярким светом духовной чистоты и высокой нравственности; человек, обладавший необыкновенным, данным ему от Бога личным обаянием. Высокий, стройный, мягкий и спокойный, с необыкновенно проницательным взглядом синих глаз. Со всеми ласковый, приветливый и снисходительный.

При звуке его голоса раскрывалась душа каждого, умилялось сердце, и глаза плакали облегченными слезами. А он в это время ласково смотрел на пришедшего к нему своими прекрасными, вдумчивыми, синими глазами. И эти вдумчивые глаза последний раз посмотрели на Иоанна Грозного в тот самый момент, когда он занёс меч над головой преподобного. Царь часто рассказывал, что взгляд игумена в последующее время не давал ему покоя, вставая перед его мысленным взором.

Мученический венец преподобный Корнилий получил в награду за ту Христову любовь, которая пылала в нем всю жизнь, — деятельную любовь ко всем без различия и особенно к страждущим.

Он безбоязненно шел в дни страшного мора, свирепствовавшего на Псковщине и наводившего на всех ужас, в селения, охваченные этим бедствием. Навещал больных, оказывал им реальную помощь. Вместе со своими иноками причащал больных, отпевал и хоронил усопших, которые в это страшное время грудами лежали на полях непогребенными. А искалеченных во время войны в обители лечили и кормили.

Преподобный Корнилий вел широкую миссионерскую деятельность. Он знал, что несение слова Божия в мир не просвещенных верой людей для монаха является особого рода послушанием, воспринятым от Господа через Его святых апостолов. Знал он, что иноки обязаны быть продолжателями благовестнических апостольских трудов, заботиться, чтобы ни одна человеческая душа не погибла.

И глубоко сознавая свои долг — быть миссионером — самоотверженно шёл он к тёмным в то время народам, жившим в близлежащих районах.

Он шел в города Прибалтики, завоеванные Иоанном Грозным, и просвещал светом Православия лифляндских туземцев. И эта миссионерская его деятельность основана на повелении Самого Господа: «идите, научите все народы» (Мф. 28:19).

Притом проповедовал он не только силой слова, но и силой примера величайшей любви, оттого и результаты его миссионерства были чрезвычайно плодотворны. Темные язычники становились христианами. Заботясь о благоустройстве жизни этих отсталых в развитии народов, он вместе с братией монастыря помогал восстанавливать разоренные войной селения, строил церкви и часовни, давал из монастыря священников для совершения богослужений.

По глубоко укоренившемуся в нем чувству христианского милосердия, для которого все люди — ближние и нет различия между единоверцами и иноплеменниками, ко всем проявлял истинную братскую любовь. Он щедрою рукой раздавал им пособия из монастырской казны и помогал личным трудом. В Нейгаузене построил православный храм. В результате все население Нейгаузена приняло Православие и крестилось. И всюду, где он строил или восстанавливал храмы, он же вместе с иноками монастыря писал для них иконы и снабжал необходимой утварью.

Такая бескорыстная благотворительность игумена и братии, кроткие наставления к христианскому образу жизни, строгий порядок в обители, благолепие церковных служб и крестных ходов, нравственно высокая жизнь насельников монастыря не могли не производить огромного впечатления на темные языческие племена, и они принимали Православие.

И вполне заслуженно относятся к нему слова акафиста: «Воссиял еси светильник веры, отче Корнилие, обители твоей, такожде и окрестным людем, землю же Ливонскую верою христианскою просветил еси....»

Первоначально тело трагически погибшего игумена Корнилия было положено в «Богом зданной пещере» и находилось там 120 лет.

В 1690 году святые мощи преподобного были перенесены митрополитом Псковским и Изборским Маркеллом с собором духовенства из пещер в Успенский соборный храм и поставлены в стене в новом гробе.

В 1827 году (17 декабря) мощи с прежним гробом были положены в новоустроенную медно-посеребренную раку.

В 1829 году они в третий раз переложены во вновь устроенную, более благолепную раку.

В мощах, дорогие мои, заключена благодатная сила Божия. И проявляется эта сила неизменно ко всем, кто с верой и любовью прибегает к раке с мощами, прося себе у угодника Божия помощи.

Святые угодники Божии при земной жизни своими великими подвигами приближаются к Богу. После их блаженной кончины Господь зримо для нас прославляет их в их святых мощах.

Мы обращаемся к прославленному святому, молимся перед ракой с его мощами, просим себе помощи в тех или иных наших делах и получаем просимое.

Святой находится с нами, делается очень близким нам, участвует в нашей жизни. Угодник Божий оставляет небо и приходит опять на землю, на которой он уже славно потрудился за свою жизнь. И приходит он не для того, чтобы мы его прославляли, поклонялись и молились ему. Ему это прославление от нас не нужно. Бог уже воздал ему должное. Приходит он вновь на землю для того, чтобы нам помочь в деле нашего спасения, для помощи нам на пути к небу. Он берет на себя новый подвиг служения Господу, подвиг спасения людей, своих земных братьев.

При своей земной жизни он совершал подвиги в основном для спасения своей души. Господь вознаградил его труды, прославив его святостью. Теперь он помогает нам тоже стать святыми, беря пример с его трудов. Господь посылает Своего угодника снова на землю и дает ему новое послушание — помогать людям спастись.

Поэтому, дорогие мои, мы и поем в акафисте преподобному Корнилию: «Светильник добрых дел был еси при жизни, отче преподобне, и светильник Божия благодати явился еси по смерти, сияя чудесы и исцеления источая».

Ныне прославляемый нами преподобномученик Корнилий, при земной своей жизни 41 год потрудившийся в этой святой обители и здесь же принявший мученическую кончину, не оставил своего попечения о взлелеянной им обители. Столетиями сохраняет он ее и насельников. За все понесенные им земные подвиги он уже перешел в недра вечного покоя. Но Промыслом Божиим возложено на него и дальнейшее попечение об обители. И верим мы, что сохранит он ее неповрежденной до трубы Архангела.

Дорогие мои, какие же уроки извлечем мы для собственного нашего назидания?

Их много, и полезны они для большинства из нас.

Совершив роковую ошибку, царь опомнился и раскаялся... Но прекрасная жизнь человека прервалась и труды его прекратились.

Проверим себя. Не повторяем ли и мы поступка грозного царя? А ведь многие из нас считают позволительным для себя не сдерживать вспышек гнева. С недопустимой легкостью оправдывают они свое поведение, говоря о себе: «Я очень раздражителен», будто бы этим можно извинить их грубость и резкие, оскорбительные поступки. Мы сейчас не носим при себе оружия. Но как часто наш «отточенный» злой язык повторяет необузданность Иоанна Грозного и мы совершаем ту же роковую ошибку. И хорошо еще, если мы раскаемся, подобно Грозному. Но часто и этого у нас не бывает...

Многие из нас любят вести миссионерскую деятельность. Тем более что неверующих сейчас, к сожалению, полно...

Но подражаем ли мы преподобному Корнилию в проявлении кроткой любви, и назидаем ли мы примером личной безупречной жизни, выполнением заповедей Божиих? К сожалению, всего этого нет у нас. А соответственно — и результат нашей деятельности. ..

Можно было бы указать и на другие моменты поучительного для нас жития преподобного Корнилия. Но посоветуем каждому сравнить свою жизнь с жизнью устроителя и покровителя нашей святой обители. Будем же мы все, по силам нашим, стремиться подражать богоугодной жизни преподобного Корнилия, показавшего высокий пример христианской жизни и живой образ средоточия в себе великих добродетелей и совершенств.

Преподобномученик Корнилий

Господи! Возлюбил я обитель дома Твоего, и место жилища славы Твоей (Пс. 25:8).

Эти слова, возлюбленные други мои, прекрасно характеризуют ныне прославляемого нами преподобномученика Корнилия, всю жизнь свою и обилие своих дарований, коими щедро был наделен он от Бога, отдавшего на созидание и благоукрашение нашей святой обители.

Преподобный Корнилии считал, что «град Божий» или иначе обитель, должен быть прекрасен. Это убеждение лежало в основе его деятельности.

И явно почивало Господне благословение на всем, что создавалось руками этого труженика-монаха; необыкновенного человека, успевшего много сделать для благоустроения обители, для превращения ее в главную святыню Псковской земли.

Пещеры Псково-Печерского монастыря известны с 1392 года. По преданию в них подвизался преподобный Марк, теперь особо чтимый в нашей обители подвижник.

Основание же ныне существующего монастыря произошло в 1473 году. Тогда, при преподобном Ионе, была освящена выстроенная в пещере церковь в честь Успения Божией Матери. И поныне все мы с вами любим молиться в этом древнем храме, где с особой силой чувствуется и благодать Божия, и незримое присутствие преподобного Корнилия.

Началась слава монастыря с XVI века. И особенно много потрудился для этого ныне прославляемый нами преподобномученик Корнилий.

Многие паломники, побывав в нашей святой обители, надолго сохраняют в памяти благолепный облик монастыря. Синие купола с золотыми звездами над Успенским, Покровским и пещерным храмами; старинной архитектуры звонница; привлекает внимание и небольшой Никольский храм, вызывая восхищение замечательным архитектурным мастерством русских умельцев... Говоря современным языком, весь комплекс монастырских построек — это «уголок русской старины».

Иные паломники увозят с собой и особенное молитвенное благоговение, которым наполнилась их душа за дни, проведенные в обители.

Все это вполне понятно, так как есть в обители, что и глазами посмотреть, и сердцем почувствовать.

А вот почувствовать духовную красоту и ощутить особое присутствие Божие на необжитом кусочке земли, покрытом лесом, но намеленном первыми его обитателями- подвижниками, — это дано лишь избранникам Божиим, к числу которых принадлежит и преподобномученик Корнилий.

Вспомним, други мои, как привел Бог преподобного Корнилия в эти места.

Мы знаем, что вырос он в благочестивой семье псковских бояр Стефана и Марии, о которых в народе говорили: «Добрые, верные, тихие христиане...».

Обратите внимание, какую характеристику дают окружающие родителям будущего подвижника! И это очень важно!

Родители являются непосредственными участниками в создании тела своих детей. А поскольку тело и душа наши непосредственно тесно связаны, то нравственное состояние родителей имеет огромное влияние на душу детей (О чем сейчас, к сожалению, многие забывают).

Из священных книг и высказываний богомудрых старцев мы знаем, что образ жизни подвижника, его деятельность созидаются под действием всесильной благодати Божией на волю человека, которую он сам устремляет на жизнь по заповедям Божиим, на жизнь в Боге. А для того, чтобы созрело в человеке желание направить свою волю на делание добра, — нужен, очень нужен пример благочестивой жизни родителей или добрый пример духовных наставников.

Поэтому память о преподобномученике Корнилии всех нас полезно назидает как монашествующих, так и семейных людей, имеющих детей. Нельзя забывать, что христианский строй семейной жизни, благочестие родителей дают право ожидать, что и дети будут добрыми христианами. Будущий великий духовный светильник Псковской земли основы глубоко религиозного настроения получил в своей семье. Рано началась для Корнилия жизнь во Христе.

С детства любил он молитву и уединение. Благочестивая мать его, замечая в своем сыне такое расположение, не препятствовала, а всячески содействовала развитию и укреплению в нем этого настроения. Она отдала юного отрока на обучение в Мирожский монастырь, где он под руководством опытного старца с радостью постигал трудный иноческий путь и всей своей, еще юной душой полюбил его. Еще больше сердце Корнилия воспылало горячей и искренней любовью к Богу. Все это, как мы знаем из его жития, послужило твердым основанием, чтобы затем с полным правом он мог носить имя преподобного.

Кому же Святая Церковь нарекает имя «преподобный»?

Мы часто слышим выражение: «Человек есть образ Божий....» Но чтобы, действительно, отражать в себе образ Божий, человек должен в какой-то степени уподобиться Богу, стать похожим на Него, подобным Ему.

Иисус Христос в Святом Евангелии оставил нам Свой образ не для того, чтобы мы только удивлялись или восхищались им как необыкновенно высоким, совершенным, непостижимым, но именно для того, чтобы мы стремились, пытались подражать Ему.

Из опыта жизни всех людей, желающих блюсти себя по заповедям Божиим, мы знаем, сколько нужно усиленной борьбы с самим собой, сколько требуется самоотвержения, чтобы при помощи Божией быть нам верными голосу Божию.

Труден этот путь. Он требует большого напряжения воли и особой любви к Богу. Труден этот путь, но возможен! И те, кто усиленными трудами внутреннего делания умножили в себе подобие Богу, стали «особенно подобными» Ему, — тех Церковь и нарекает преподобными...

Что же побуждает людей на этот нелегкий подвиг внутреннего делания? Он ведь связан с большими лишениями, с усиленной внутренней борьбой?..

Побуждает на это особая любовь к Богу, та, которая была у юного Корнилия. Окончив обучение, он вернулся в родительский дом. Но душа его стремилась в монастырь, чтобы всецело отдать себя Богу. И вот эта-то юная, чистая душа будущего великого подвижника смогла ощутить близость Бога, Его особое присутствие в тогда еще очень малоизвестном, бедном и неустроенном монастыре в печерских лесах.

Ощутить так сильно и глубоко, что, однажды придя туда, он уже не мог расстаться с этим местом трудных подвигов и непрестанных молитв.

Наставник привез сюда Корнилия вместе с матерью. В то время, как повествует летопись, этот монастырек был беднее любого псковского погоста (т.е. кладбищенской церкви). Не то, что мы видим с вами сейчас. В то время дивных строений и храмов здесь еще не было.

Но место это тогда уже было напоено благодатным молитвенным духом. И именно здесь душа Корнилия во всей полноте ощутила, а сердце наполнилось духовным восторгом и горячей молитвой, которые дают почувствовать величие Творца.

После первой же службы, за которой присутствовал Корнилий в пещерном храме монастыря, благодать Божия так обильно снизошла на него, что он забыл обо всем. Когда они возвращались из церкви, юноша отстал от своей матери, опустился на колени и замер в неописуемом духовном восторге. Он почувствовал себя наедине с Богом и весь отдался безмолвному общению с Ним. Слезы высочайшей духовной радости струились по лицу юноши... И мать, вернувшись за ним, не могла понять, что с ним происходит.

Вот, други мои, какую неизреченную радость дает человеку пламенная любовь к Богу! Но такая совершенная любовь к Богу не является только плодом особых усилий самого человека. Это прежде всего и более всего один из многих даров благодати Божией, который дается далеко не всем. Но без этого дара никакие усилия не способны уподобить нас Богу, сделать нас преподобными...

В то время юный Корнилий понял, что не может покинуть эти места, и он остался здесь навсегда благоукрашать святую обитель, чтобы стала она прекрасна.

В монастыре юный Корнилий вел строгую подвижническую жизнь. Неукоснительное выполнение монашеских правил, постоянное упражнение в молитве, неустанный труд, большая начитанность и образованность — все это скоро выделило его из числа братии и возбудило к нему глубокое уважение. Когда пришло время избрать нового игумена, братия единодушно выбрала именно Корнилия, несмотря на то, что было ему тогда всего 28 лет. И управлял игумен Корнилий обителью 41 год.

Только мученическая кончина прервала его замечательную жизнь.

А для нас с вами преподобный Корнилий является образцом высоты духа, примером безупречной нравственности как для насельников обители, так и для мирян. Его жизнь свидетельствует, что человек, вооруженный истинной любовью к Богу, может украсить и преобразить с помощью Божией не только себя самого, но и окружающий мир, и других людей.

Для нас с вами, други мои, очень важно, что он, преподобный, жил именно в этих стенах, построенных его трудами, ходил по этим дорожкам, именно здесь возносил свои молитвы.

И мы верим, что он продолжает молиться!

Так пусть же не иссякает поток людей, прибегающих к раке преподобного с верою и любовию. А мы с твердым упованием будем просить его: «Преподобне отче Корнилие, не оставляй нас без твоей помощи! И особенно помогай, когда будет оскудевать в обители истинный монашеский дух. Ты при жизни был образцом духовного и нравственного совершенства. Помоги нам подражать тебе!

Да не оскудеют, отче, твоими молитвами истинные подвижники благочестия в обители твоей.»

Мы твердо верим (и не можем жить без такой веры), что на этом святом месте всегда будут гореть лампады и свечи, будут звучать молитвенные песнопения; что всегда здесь будут склонять головы и преклонять колени молящиеся.

И в заключение, други мои, хочется мне пожелать всем вам не только восхищаться внешней красотой святой Псково-Печерской обители, но, главное, научиться ощущать присутствующую незримо для наших телесных очей благодать Божию на этом святом месте. Аминь.

Преподобномученик Корнилий

Сегодня, возлюбленные, мы собрались сюда, чтобы общей молитвой прославить дивного подвижника сей древней святой обители — преподобномученика Корнилия. Он был самым выдающимся игуменом Псково-Печерского монастыря. Много потрудился преподобный для благоустройства любимой им обители как в отношении внешнего благолепия, так и для устроения истинно монашеской жизни ее насельников. При нем обитель стала светочем христианской веры. И имя его золотыми буквами вписано в историю этого святого места.

В нынешнем году, дорогие мои, у нас двойной праздник. Во-первых, это день ежегодного прославления преподобного Корнилия, а во-вторых, ныне, по милости Божией, исполнилась давняя мечта насельников обители — сооружен и освящен храм в честь того, кого мы сегодня прославляем, в честь преподобномученика Корнилия.

Почти триста лет прошло с тех пор, как нетленные мощи его были перенесены из монастырских пещер, где они почивали сто двадцать лет, в Успенский храм и помещены в особой раке для молитвенного поклонения. Но храма в честь преподобномученика Корнилия в обители не было. И вот по Божьему благословению поставлен престол и трудами насельников монастыря сооружен такой храм. Потому этот день, сохранив скорбные воспоминания о трагической кончине преподобного, стал для нас и днем большой радости.

Храм, освященный в честь преподобного, — это малая дань наших благодарных сердец за его великие труды. Ведь здесь каждый камень напоминает нам о славном игумене, напоминает его мудрую заботу о возможно полном благоукрашении монастыря. Ведь своим благоустройством обитель обязана его неустанным трудам и заботам.

И что замечательно! Престол поставлен в Никольском храме, который в 1565 году (421 год тому назад) был выстроен трудами преподобного Корнилия по его собственному проекту. Сохранились сведения, что, помолившись, игумен своими руками положил начало будущему алтарю. В прежнее время здесь кончалась оградительная стена. Храм был выстроен над святыми вратами, ведущими в обитель. По преданию именно за этими вратами преподобный Корнилий принял мученическую кончину. Таким образом, Никольский храм молчаливо назидает нас, напоминая о его земном подвиге, — подвиге молитвы, трудов и мученичества.

Ныне в этом храме как бы соединились два угодника Божия: Николай, святитель древней Восточной Церкви, и наш русский монах-подвижник Корнилий. Мы верим в их твердое молитвенное предстательство за нас и за святую обитель нашу.

Преподобный Корнилий отдавал много сил строительству храмов. Он воздвигал их и в самой обители, и во Пскове, в разных уголках Псковской земли, и в местах своей миссионерской деятельности. Хорошо понимая, какое значение имеет храм для верующего человека, сам испытав на себе его благодатное влияние, он горячей душой отдавался строительству храмов.

А что же такое храм для верующего человека?

Храм — это место особого проявления благодати Божией. Именно здесь мы всей душой ощущаем любящую нас руку Божию. Именно в храме происходит духовное возрождение человека. В храме происходит встреча и беседа нашей души со Христом. Здесь невидимо действует спасительная благодать Духа Святого. Здесь, через услышанное от проповедников слово Божие, загорается в нас желание стать чище, лучше, ближе к Богу, возникает стремление изменить свою жизнь.

В наших храмах верующие души орошаются не каплями благодати Божией, а обильным ее дождем. Именно в наших православных храмах за каждой Божественной литургией совершается величайшее чудо пресуществления хлеба и вина в Тело и Кровь Христовы. А мы, принеся покаяние, причащаемся этих Животворящих Христовых Таин.

В храме нас окружают святые иконы, перед которыми мы молимся и которые с благоговением целуем. Здесь нас часто окропляют святой водой. За всенощным бдением помазывают наше чело освященным елеем. И через все эти священные обряды нам преподается благословение нашего Отца Небесного. И если наша молитва искренна и глубока, то, дорогие мои, мы ощущаем близость к нам Бога, присутствие Христово среди нас.

Но высокое значение храма, его святость требуют от нас и особой любви, и благоговейного отношения к нему. И это очень хорошо сознавал преподобный Корнилий. Он ввел строго уставное богослужение, обращаясь за указаниями к богослужебной практике Востока, чтобы придать монастырским службам стройность и торжественность.

Широка разносторонняя деятельность преподобного Корнилия. Но наиболее яркий след, оставленный им в отечественной истории, — это его миссионерско-просветительская деятельность. Он принадлежит к тем людям, которые одарены Богом огромной силой духа. Такие люди — светильники деятельной любви — ищут возможность помочь ближним, в частности, распространением христианства. Преподобный являл собою образ совершенного монаха, который, исполняя Христовы заповеди, прежде всего заботился о спасении ближних своих.

Земли окрест Псковского края издревле были заселены языческими племенами, носившими общее наименование «чудь». Среди них насильственно насаждались католичество и лютеранство. Преподобный Корнилий, пламенея любовию к людям и жизнью своею являя «образ ко спасению», смело шел в эти земли. Он ездил и ходил по глухим местам, проповедовал, устраивал торжественные крестные ходы, помогал в устройстве жизни новообращенным.

Идя с проповедью Православия, он умел находить человечные, простые и убедительные слова, которые в бесхитростных сердцах простых людей пробуждали веру в Истинного Бога. Язычники начинали понимать превосходство Православия над своими несовершенными верованиями и охотно принимали Крещение.

Несомненно, что благородный облик преподобного, излучавший тепло и свет, примерный порядок в его обители и благолепие церковных служб — все это благотворно действовало на новообращенных. Современники отзывались о преподобном Корнилии как о муже строгой, примерной жизни, сильной воли, неусыпной ревности ко благу обители и славе имени Христова.

Это был человек, обладавший необыкновенным, данным ему от Бога личным обаянием. Высокий, стройный, мягкий и спокойный в обращении, с необыкновенно проницательным взглядом синих глаз. Это тоже привлекало к нему. Его любили. Он был известен далеко за пределами монастыря.

Но не только сам он проявлял такую деятельную любовь к ближним, а и братию монастыря приучал к тому же. Особенно проявлялось это в страшные дни частых моров на Псковщине. Опустошающее бедствие посещало тогда псковскую землю. Города закрывали свои ворота для въезда. Целые селения пустовали. Дома стояли заколоченными. Груды мертвых тел лежали непогребенными. А преподобный со своими иноками выходил из монастыря и шел навещать страждущих, напутствовать и причащать смертельно больных, кормить выздоравливающих, отпевать и хоронить умерших.

Истинно христианское милосердие проявлял он среди окрестного населения. Ответной любовью платили ему и жители псковской земли. Когда проходило поветрие, оставшиеся в живых вереницами тянулись к монастырю, чтобы выразить инокам свою благодарность. Игумен благословлял их и наделял святой водой для окропления жилищ.

Посмотрите, дорогие мои, как назидательна для нас жизнь преподобного Корнилия. Как много, много полезного может каждый из нас почерпнуть в ней для себя.

Разносторонне развитый, он не зарывал своих талантов, а целиком отдал все свои знания и свой духовный опыт на прославление имени Божия, на помощь ближним. С раннего детства любя молитву и укрепясь в молитвенном подвиге за годы своего обучения в Мирожском монастыре, позже он успешно потрудился над устройством в своей обители истинно монашеского строя жизни. И в этом, несомненно, помогло ему его внутреннее благочестие, весь его духовный внутренний строй, его благоговейное отношение ко всему святому.

На нем, на всех его делах, несомненно, почивало особое благословение Божие. А оно дается только людям с чистым сердцем. Тем, кто всей своей душой и всем сердцем любит Бога, любит молитву.

Как, к сожалению, мало этого в нас. И как нужно нам это приобретать!

Преподобный Корнилий строил храмы для того, чтобы люди имели возможность собираться в них для общей молитвы.

А как, дорогие мои, мы с вами ведем себя, имея прекрасные храмы с торжественным богослужением, красивым пением? Умеем ли мы молиться? Любим ли? Стремимся ли в храм именно для молитвы, для беседы с Богом? Или только присутствуем за богослужением, не участвуя в нем ни сердцем, ни душой?

Вы скажете мне: а мы не умеем молиться! Это трудно! Это не по нашим силам! Да, дорогие мои, молиться трудно! Не случайно богомудрые отцы предупреждают: «Молитва — самый трудный подвиг».

Но к ней мы должны себя приучать. И в этом нам помогают наши храмы. Здесь собираются люди различной духовной зрелости. Рядом с человеком еще малоопытным в духовной жизни стоят люди, у которых молитва уже сильна и дерзновенна. И их молитва помогает более слабым. Помогает и им быть сосредоточенными в молитве. Вот и строил преподобный Корнилий храмы для того, чтобы было людям и где помолиться, и где поучиться молитве.

А приучать себя к молитве надо с детства. На это должны обратить внимание родители, те, кто имеет детей.

Предание сохранило нам некоторые подробности жизни юного Корнилия в Спасо-Мирожском монастыре, где он находился на обучении. Жил он со своим старцем-наставником в одной келлии. «...Посты соблюдали крепко и много молились. Утром солнце, всходя, освещало через оконце склоненную к полу в мягких русых кудрях голову юноши...». Вот как любил молитву еще совсем юный отрок.

Не ослабил он своего подвига, находясь и в Печерском монастыре, и после того, как стал игуменом. Летопись говорит нам: «С солнцем вставал преподобный Корнилий, правил службу и уходил на монастырское делание. Этим он воодушевлял своих подчиненных к ревностному выполнению монастырского устава, смирению, трудам, молитве и посту...».

Назидательна для нас жизнь преподобного Корнилия! Назидательна и достойна подражания! Но назидает нас и мученическая его кончина.

Вспышка гнева царя, поверившего клевете на блаженного игумена, прервала прекрасную жизнь человека, который с помощью Божией успел сделать много замечательного, и, если бы не это трагическое событие, несомненно, сделал бы много больше. Как повествует летопись, царь сразу раскаялся в своем безумном поступке. Но вернуть преподобному жизнь уже не мог. Он поднял безжизненное тело и на своих руках донес до Успенской церкви. Кровь, струясь из раны, падала на землю. И в память об этом событии аллея от святых врат до церкви до сих пор носит название «кровавой дорожки».

Что же здесь поучительного для нас, дорогие мои? Царь раскаялся — а жизнь прервана. Подумайте, как часто и мы, не убивая физически, наносим смертельный удар ближнему, подчас совсем и не виновному.

Да еще и оправдываем себя тем, что мы очень раздражительны и не можем себя сдерживать. Нет, дорогие мои, это не оправдание для верующего человека.

Верующий человек обязан вести себя так, чтобы не причинять неприятности другим. Не вызывать своим поведением ни огорчения, ни слез у тех, с кем нам приходится общаться.

Верующий человек должен сдерживать себя от вспыльчивости и раздражительности. Вспыльчивый обязательно вызывает раздор в той среде, где он находится, — дома или на работе. Ведь и вспыльчивость, и раздражительность — это разнообразные проявления гнева, вселившегося в нас. А гнев, дорогие мои, это гибельная болезнь нашей души, с которой мы должны всеми силами бороться.

Так пусть же, возлюбленные мои, прекрасная жизнь преподобномученика Корнилия побуждает нас подражать ему в добродетелях, а его трагическая кончина предупреждает о возможных непоправимых ошибках. Аминь.

Освящение храма во имя Собора Псково-Печерских святых

Днесь обитель Псково-Печерская светло празднует, преподобных своих собор почитающи...

И почитание их ныне совсем особое, и праздник велий в обители святой. Ангел Церкви Российской стоит ныне у нового престола Божия, и небесный огнь в руке его, и полный силы и славы Божией, он готов освятить новое место селения Божия. А рядом с Ангелом Церкви вокруг нового престола стоят сейчас и отныне будут стоять всегда те, чьи молитвы низвели на нас милость Божию с небес — новый храм Божий.

Преподобные Псково-Печерские — некогда земные человецы, а ныне небесные Ангелы — рать святая — дар Богу от обители, возросший в ней за пятьсот двадцать лет ее бытия. Нам они — свои и Богу они — родные.

И теперь за каждой службой, совершаемой в новом храму, они будут первостоятелями у Престола Божия в Царстве Небесном и предстоятелями у престола в храме на Святой горке родной Псково-Печерской Свято-Успенской обители.

И сегодняшний день — это не просто день памяти богоносных отцов, как это праздновали со времени их прославления иже во святых. Ныне день их очевидной славы, день очевидной силы их молитвы, день уверения их живого покровительства над обителью, в которой они совершили свой жизненный подвиг, увенчавшийся небесной славой.

«Праведники во веки живут...» (Прем. 5:15).

Уже пять столетий стоит на страже духовных рубежей Православной Руси святая обитель. Она видела горе и радости ее народа, времена духовного подъема и времена оскудения духа.

Много иноков прошло школу жизни в обители, насыщаясь духовной мудростью и силой и, подобно трудолюбивым пчелам, собирая в сокровищницу ее неистощимое духовное богатство, возрастившее собой райские цветы на нашей родной Русской земле.

И запах благоухания этих цветов ощущаем мы с вами сегодня, дорогие мои, собравшись в храме, воздвигнутом в их честь и в их память. Преподобные отцы Марк, Иона, преподобная мати Васса, преподобномученик Корнилий, преподобные Вассиан и Дорофей, Лазарь прозорливый, жившие в разное время, — неразрывные звенья в цепи благодатного преемства духовной силы обители.

История не сохранила тайну рождения обители, сколько времени неведомый миру в недрах земли жил первый пещерный монастырь и в нем зрела монашеская молитва, набирая силу, чтобы прорасти в века Псково-Печерским Свято-Успенским монастырем. Но сохранились и те Богом зданные пещеры, где подвиг первых монахов родил дух монашеский, дошедший до нас. Войдите, други наши, в тишину пещер одни, и тишина оживет, наполняя сердце ваше неземными чувствами. Сколько было подвижников-пустынножителей в пещерах, неизвестно потомкам; только имя одного, Марка подвижника печерского, сохранило предание. Да полно, предание ли? Не Бог ли открыл его, и сами мощи Марка засвидетельствовали особое Божие о нем определение — быть Марку первым хранителем и покровителем в веках будущей обители.

Имя его, записанное в монастырский синодик преподобным Ионой, первым устроителем вышедшего из пещер и теперь наземного монастыря, преподобный Корнилий в свое время за неимением сведений о нем повелел изгладить из списков. И тогда-то свидетельство святости Марка явилось делом. Преподобный Корнилий тут же был поражен болезнью — слепотой и расслаблением. Духом сей согрешивший праведник был извещен о причине болезни. Принесенный ко гробу преподобного Марка Корнилий в покаянии припал к мощам его и получил исцеление.

И с тех пор это свидетельство о преподобном Марке сохраняется неоспоримым, и преподобный Марк стал олицетворением первого — пустынножительского — периода жизни будущего Псково-Печерского монастыря.

С горечью сердца, на покаяние, на страдание пустынной жизни пришел к Печерским пещерам преподобный Иона, тогда еще священник Иоанн со своей семьей. Уйдя от крестного подвига, подъятого его другом, пресвитером Исидором Юрьевским, и уязвленный помыслами о своем малодушии, он устремился к иному подвигу.

«Пришед на сие место, начаша копать вместе с матушкой своей Марией в горе церковь за Богом зданною пещерою к западу», — повествует летопись. А мы своими глазами видим сбывшийся подвиг его жизни и знаем, что от Бога он увенчан преподобием и даром быть основателем Псково-Печерского Свято-Успенского монастыря.

Короток период жизни преподобного Ионы в монастыре, с 1472 по 1480 год, до блаженной кончины; короток, но многоплоден и значителен для будущей обители.

Освящение первой обительской церкви Господь приурочил к празднику Успения Божией Матери в 1473 году, и свидетельство милости и покровительства Матери Божией месту сему одарило обитель явлением чудотворного Ее образа.

Подвиг преподобной матери Вассы не описан, но, судя по венцу, полученному ею от Бога, он совершен. Она во всей полноте исполнила заповедь Божию о жене — «сотворим помощницу по нему» (Быт. 2:18). Жена-христианка, мать, матушка, на исходе жизни — монахиня. По свидетельству летописи, матушка Мария следовала суровому подвигу жизни супруга-священника. Ее труды в созидании Успенского храма, ее монашеский постриг, первый в обители, и ее гроб, Божиим велением не знавший захоронения, но поставленный для поклонения со времени её кончины у входа в пещеры, свидетельствуют о ценности жизни преподобной.

Первые чудеса в обители совершились от гроба преподобной матери Вассы. Сразу по смерти ее гроб захоронили в пещерах, но наутро нашли его вынесенным из них и поставленным у входа. Совершили чин отпевания повторно и вновь сокрыли гроб в земле Богом зданных пещер. Но не мог укрыться во мраке земли и во времени светильник духа, в слабом женском естестве воссиявший. И по сей день стоит рака с мощами преподобныя матери Вассы, продолжающей свой молитвенный подвиг, начатый еще при жизни, на месте, определенном ей Богом, — у входа в пещеры.

Кто изочтет меру трудов и подвигов подвижников святой Псково-Печерской обители в деле основания, возрастания и сохранения ее? Для Бога они трудились, во славу Божию творили, ради Бога жили. И Бог прославил их, «и память их в род и род».

Преподобномученик Корнилий стал святым игуменом обители на все времена ее жизни. Он был и строитель, и миссионер, и летописец, и жизнь его увенчалась подвигом мученичества.

Оглянитесь вокруг, дорогие наши, XVI век смотрит на нас монастырскими стенами и башнями. Трудами святого игумена и братии, им воспитанной, они воздвигнуты, и молитвенным подвигом их стены выдержали четыре столетия суровой жизни, нападений от враг видимых и невидимых. И с XVI века церкви, воздвигнутые преподобным игуменом, не знают усталости.

Строя церковь святителя Николая ратного, Корнилий призывал скоропослушливого молитвенника на охранение обители. И не мнил он, что придет время, и его самого позовут на этот же подвиг. Башня, построенная им, стала церковью, и престол во имя преподобномученика Корнилия стал десятым Божиим престолом в обители уже в XX веке. В освящении этой церкви участвовали и мы с вами в 1986 году, в преддверии великого торжества Русской Церкви — 1000-летия Крещения Руси.

Особой жизнью живет Церковь в мире. Над славой Божией не властно ни время земное, ни вражьи силы. Труды, и поты, и кровь, пролитые в XVI веке, проросли в XX веке церковью Божией.

Сорок один год игуменствовал преподобномученик Корнилий, четыре столетия молитвой незримо присутствовал в жизни обители, а сколько веков стоять ему на страже обители до архангеловой трубы — ведомо лишь Богу.

Вместе со святым игуменом трудился в обители сподвижник и друг преподобномученика Корнилия старец Вассиан — муж ученый. Какими подвигами испросил и он у Бога для себя венец мученический, неведомо. Кратко о нем воспоминание в летописи. Явно же нам то, что подвигом жизни своей стал он неразлучен со святым игуменом и в вечности, приняв мученическую кончину 20 февраля 1570 года, в один день с преподобномучеником Корнилием.

Воспитался в Псково-Печерском монастыре преподобный Дорофей. Будучи в 1615 году уже схимником, он вышел из обители по зову Божию, чтобы на новом месте, на земле Ярославской, посеять драгоценное семя истинной духовности, полученное им в родном монастыре, и основать новый монастырь — Югско-Дорофеевскую обитель — духовное чадо Псково-Печерского Свято-Успенского монастыря. Господь же прославил Дорофея Югского преподобием как плод Псково-Печерской обители.

Преподобный иеросхимонах Лазарь прозорливый постригся в монашество в Псково-Печерском монастыре в 1785 году и подвизался в нем безвыходно до самой своей кончины.

Строго подвижническая жизнь старца под покровом смирения вполне известна только Богу, но дар прозорливости он не мог скрыть и от людей. Слава Божия выражалась во всей жизни преподобного Лазаря. И угас он на девяносто первом году жизни, в 1824 году, с «упованием, исполненным бессмертия».

Он жил для Бога, умер за делом Божиим, оставив потомкам пример монашеского жития, преподобием увенчавшегося. И подвиг его жизни определил быть его гробнице рядом с гробницами преподобных основателей монастыря. Жизнь преподобного Лазаря продлилась и после его смерти, сделав смиренного иеросхимонаха небесным покровителем обители, в которой он подвизался.

Други наши, нам трудно сейчас представить место сие времен преподобных Ионы и Вассы, трудно представить обитель в период ее зарождения, ту первозданную дикую красоту, когда человек еще только входил в нее, как сотворец своему Творцу и молитвенник Богу.

Но вот теперь подвиг трудов и молитв — святая обитель пред взором нашим, и в ней каждый храм, каждое дерево, каждый цветок — плод, Богом благословенный и освященный. Трудники же и молитвенники, все это создавшие, находятся и по сей день с нами здесь, в Богом зданных пещерах. А те из них, кто потрудился паче всех, теперь мощами своими во гробах лежаще, живым помогают. И живые преклоняют главы свои к чудотворным ракам, черпая в них благодатную силу и вдохновение жить в Боге, и с благодарной памятью к подвижникам несут им от своих трудов малый дар — церковь, их покровительству вверяемую.

В 1988 году, в юбилейный год 1000-летия Крещения Руси, на Святой горке был заложен храм в память сонма святых преподобных Псково-Печерских. Быстро выросла, как будто из земли проросла, малая деревянная церковь, но все что-то высматривала она и поджидала, обживаясь в монастыре.

Долгое время память преподобных Псково-Печерских совершалась отдельно каждого. Но незадолго до своей кончины Святейший Патриарх Пимен, бывший в свое время игуменом нашей обители, благословил установить день празднования Собора всех Псково-Печерских святых и из особой любви к святым покровителям Псково-Печерской обители сам составил им акафист. Тогда же начались и труды по составлению службы преподобным. И вот в 1993 году впервые вознеслась в церкви общая молитва и служба всем Псково-Печерским святым.

Но только ныне прославление сих угодников Божиих достигло своей полноты. Воздвигнут храм в их честь и освящен первый и пока единственный престол, их молитвенному покровительству посвященный.

И это совпало с 425-летнем со дня кончины преподобномученика Корнилия и совершилось в год, когда святой игумен своими мощами впервые вышел из храма, где он,  «как драгоценное сокровище, » покоился с 1690 года. Он вышел и прошел по обители по пути, орошенному некогда его кровью, освящая землю и воздух благодатной силой, дарованной ему.

И ожила сегодня Святая горка. Сонм преподобных собрался на ней, и видят их торжество вековые дубы и древние валуны — хранители вековых тайн, вспоминают их подвиги человеческие и радуются их нынешней небесной славе. А Корнилиевский колокол беспристрастно гудит, возвещая радость великую в Псково-Печерской Свято-Успенской обители.

«Днесь вернии ликовствуют, память преподобных Псково-Печерских совершающе, днесь преподобные в чертозех Царя Славы молятся, поминающе наша немощи и печали, непрестанно просят даровать нам мир и велию милость.»

Содержание

Проповеди

Содержание:

Вместо Предисловия

1. Перед Великим Постом

Закхей и о перенесение мощей святителя Иоанна Златоуста

Неделя о мытаре и фарисее и память Григория Богослова

Неделя о Страшном Суде

Неделя сыропустная

Прощеное воскресенье

2. Великий Пост

1–е Воскресенье Великого поста

Неделя 1–я Великого поста, Торжество Православия

О причащении

Неделя 3–я Великого поста

Неделя 4–я Великого поста

1–я пассия: причины восстания иудеев на Христа

Гефсиманские страдания

Слова Спасителя со Креста

4–я пассия

3. Пасхальный Период

Светлая седмица

Неделя 5–я по Пасхе, о самаряныне

Неделя 6–я по Пасхе, о слепом

Вознесение

Неделя 7–я по Пасхе

Память отцов 7–го Вселенского Собора

Праздник Пресвятой Троицы

Пятидесятница

4. Недели после Пятидесятницы

Неделя Всех святых в земле Российской просиявших

Неделя 13–я по Пятидесятнице, на притчу о злых виноградарях

Неделя 14–я по Пятидесятнице, притча о званных на вечерю

Неделя 16–я по Пятидесятнице

Неделя 20–я по Пятидесятнице

Неделя 22–я по Пятидесятнице

Неделя 25–я по Пятидесятнице, притча о милосердном самарянине

Неделя 26–я по Пятидесятнице, о памяти смертной

Неделя 27–я по Пятидесятнице

Неделя 29–я по Пятидесятнице

5. Непереходящие Праздники

Собор новомучеников и исповедников Российских

Евангелист Иоанн Богослов и святитель Тихон Патриарх Московский

Перенесение мощей святителя Николая

Преподобный Серафим Саровский

Пророк Илия

Успение Пресвятой Богородицы

Успение Божией Матери

Успение Пресвятой Богородицы и 500–летие Псково–Печерского монастыря

Праведные Иоаким и Анна

Усекновение главы Крестителя Господня Иоанна

Воздвижение Креста Господня

Покров Божией Матери

Архистратиг Михаил и прочие Небесные Силы

Ангелы

Введение во храм Пресвятой Богородицы

Неделя пред Рождеством Христовым святых отец

Пред Рождеством Христовым, святых отец

Второй день Рождества Христова

Молитва к Матери Божией

6. Разные

Икона «Всех скорбящих Радость»

Печерский игумен преподобномученик Корнилий

Преподобномученик Корнилий

Преподобномученик Корнилий

Освящение храма во имя Собора Псково-Печерских святых