Полный годичный круг кратких поучений. Том I (январь – март)

 В первый том «Полного годичного круга кратких поучений», составленных известным церковным писателем и проповедником, протоиереем Григорием Дьяченко (1850—1903), вошли поучения на все праздники и дни особо чествуемых святых на каждый день с января по март (включительно). В них представлена назидательность жизни празднуемого святого и изложены важнейшие уроки, представляемые историей того или иного праздника или празднуемого Церковью общественного события. Эта книга дает превосходный материал для душеполезного чтения на каждый день для православного христианина — для чтения, которое указывает, с какими мыслями и чувствованиями, приличными ежедневным церковным службам, нужно проводить каждый день.

Книга предоставлена издательством «Благовест», бумажную версию вы можете приобрести на сайте издательства http://www.blagovest-moskva.ru/

 

cover

Протоиерей Григорий Дьяченко
Полный годичный круг кратких поучений. Том I (январь – март)

© Издательство «Благовест» – текст, оформление, оригинал-макет, 2012

Предисловие ко второму изданию

Предлагаемая книга, состоящая из двух томов, составлялась постепенно в продолжение многих лет и является в настоящее время в печати вторым значительно дополненным и пересмотренным изданием в виду назревшей и определившейся потребности наших дней иметь возможно полное пособие для постоянной и по возможности живой, наглядной, краткой, простой, назидательной, но в то же время содержательной, стоящей на высоте своего назначения, церковной проповеди[1].

В частности, издаваемый труд имеет несколько назначений: во-первых, служит готовым и самым полным собранием поучений, удобных для произнесения с церковной кафедры в том виде, как они напечатаны, на каждый день года применительно к жизни прославляемых в церковных песнопениях и чтениях святых и праздникам, особенно на всенощных бдениях и заутренях, во-вторых, – пособием для живой церковной проповеди, понимаемой не в строгом смысле «живого» церковного слова, «импровизации», а в смысле устного произношения готового поучения, приноровленного к такому произношению, в-третьих, – пособием для составления слов, поучений, бесед, речей и т. п. подвидов церковной проповеди, в-четвертых, – пособием для ведения внебогослужебных собеседований с народом, в-пятых, – книгой для назидательного чтения на каждый «день христианина». Скажем о каждом назначении нашей книги в частности.

I. Что настоятельная потребность в усиленной церковной проповеди, а, следовательно, и в соответственном сей потребности полном сборнике церковных поучений существует в настоящее время, – это можно видеть из распоряжения Священного Синода о введении повсеместных собеседований о предметах веры и нравственности и из отзывов духовной периодической печати, которая чутко следит за духовными потребностями современного общества.

Приведем относящееся сюда определение Св. Синода: «Ныне, при усилившейся всюду потребности в просвещении ума и сердца, при умножении ложных учений и самочинных учителей, отвращающих юные души от послушания веры, – настоит великая нужда церковного наставления для православного народа, и доколе есть неведущие, заблуждающиеся, должны быть и наставники. Апостолы святые указали нам, кто эти наставники, обязанные просвещать народ, кто сии лица, ответственные за его невежество. Правило апостольское 58 гласит: епископ, или пресвитер, не радящий о причте и о людех, и не учащий их благочестию, да будет отлучен. Но чтобы предстоятели епархий и местных Церквей могли с чистой совестью внимать сей угрозе суда церковного, Собор Вселенский VI постановил также руководящее правило (19): предстоятели Церквей должны по вся дни, наипаче же во дни воскресные, поучати весь клир и народ словесам благочестия, избирая из божественного Писания разумения и рассуждения истины, и не преступая положенных уже пределов и предания Богоносных отец: и аще будет исследуемо слово Писания, то не инако да изъясняют оное, разве как изложили светила и учители Церкви.

По силе сего правила поучения к народу должны быть постоянные, повседневные, особенно же в праздничные и воскресные дни, потому что закон божественный в эти дни предоставляет свободу от будничных занятий и работ. Обучать народ должны предстоятели, которые суть: в целой епархии архиерей, а под ним в каждом храме и пресвитеры. Поелику епископ не может сам лично преподавать учение всегда и всюду в епархии, то он и разделяет обязанность учительства с подчиненными ему пресвитерами, которые «учат не самовольно, а с дозволения епископа» (Вальсам. толкование на апостольские правила, стр. 119) и по повелению его, для чего и заповедуется в ставленной грамоте каждому пресвитеру: «вседушно прилежати чтению Писаний, и не инако сие толковати, но якоже отцы наши истолковали, и тако врученные ему люди учити».

Предмет учения составляют истины веры и правила нравственности, вообще «словеса благочестия».

Свои разъяснения и суждения пастырь должен основывать на священном Писании и учении св. отцев, и самое Писание изъяснять по их руководству и толкованию, «дабы не уклонитися от подобающаго» (19 правило VI Вселенского Собора). В сем пример позднейшим пастырям показали древние их предшественники, которые поучали верующих, последующе богоглаголивому учению отец и преданию кафолической Церкви (Книга правил догматических VI вселенского собора). (Смотр. «Церковные Ведомости», изданные при Св. Синоде за 1890 г. № 26).

В дальнейших наставлениях Св. Синод требует, чтобы: а) беседы не излагались в виде отвлеченных рассуждений; б) чтобы вероучительная часть была сопровождаема нравственной и в) чтобы, обличая пороки и возбуждая к добродетели, указывать на примеры людей добрых и Богу угодивших.

Вот и отзыв духовной периодической печати о современной потребности проповедничества и именно о том, что в настоящее время необходимо издать возможно полный сборник поучений, который, с одной стороны, был бы источником готовых поучений, с другой – образцом для составления своих поучений. Профессор Киевской духовной академии Г. Малышевский в статье «О мерах к усилению церковной проповеди в приходских храмах» пишет: «В помощь всему приходскому духовенству, особенно сельскому, необходимо издать Сборник церковных поучений. Поучение, произносимое с церковного места во время богослужения, есть дело великой важности. Бесспорно, бывают поучения, принадлежащие приходским, даже сельским пастырям, отличающиеся большими достоинствами. Но где ручательство за достоинство и пригодность вообще тех своих поучений, какие произносятся приходскими священниками?.. Не всегда и способный к проповеди пастырь имеет досуг обдумать и обработать свое поучение. А немало еще есть по приходам и таких священников, которые вообще не могут слагать своих поучений. Таким помощь еще более необходима. Время, кажется нам, позаботиться об издании возможно полного сборника поучений, который мог бы служить не только источником готовых поучений, но и образцом для составления своих, не стесняя, конечно, тех, которые могут и имеют усердие произносить свои поучения». (Приб. к «Церковным Ведомостям» 1890 г. № 7).

Нам думается, что издаваемый нами труд отвечает в известной, хотя бы и не вполне совершенной, степени этой потребности.

В состав нашей книги вошли поучения на все дни в году и на все праздники, как неподвижные, так и подвижные, на некоторые же праздники и дни особенно чествуемых святых мы составили не одно, а несколько: от 2 до 5 и более поучений, чтобы, по возможности, со всех сторон исчерпать назидательность жизни празднуемого святого или изложить, по возможности, все главнейшие уроки, представляемые историей того или другого праздника или празднуемого Церковью общественного события. На дни святых, воспоминаемых Церковью в известное число года, мы составляли поучения в честь того святого, который или наиболее прославляется Церковью (в церковных службах), или наиболее чествуется православными христианами, или же в честь того, который более известен церковной истории и составителям житий святых и посему может своей жизнью быть образцом благочестия или учителем той или другой христианской добродетели.

В виду сего думаем, что мы имели полное право придать своей книге заглавие: «Полный годичный круг поучений».

В нем любитель проповедания слова Божия найдет на каждый день одно или несколько поучений по поводу или празднуемого события, или жития того или другого дневного святого с нравственными или догматическими выводами, прямо и непосредственно вытекающими или из истории праздника, или из жизни святого. Если проповедник (имеем в виду начинающих) по прочтении поучения найдет его вполне подходящим и по изложению, и по содержанию к своим слушателям, он может произнести его так, как оно напечатано, без всякого изменения, сокращения или дополнения; если же он навык в искусстве произносить устно свои поучения, оно дает ему возможность с ничтожной потерей времени, которого не всегда бывает довольно у пастыря, обремененного и богослужением, и требоисправлением с отлучкой нередко за несколько верст от своей Церкви, и занятиями в церковно-приходской школе, и церковным письмоводством (не говоря уже о необходимых занятиях по воспитанию и первоначальному обучению собственных детей и сельскому хозяйству), – сказать поучение народу, придерживаясь готовых образцов, которых помещено в нашей книге в достаточном количестве.

Поучения на воскресные и праздничные дни, которых напечатано весьма не малое число и которые принадлежат перу по большей части известных отечественных проповедников, далеко не всегда могут быть полезными в смысле разумного заимствования или подражания для тех проповедников, которые имеют святое обыкновение предлагать поучения народу не только в двунадесятые праздники или воскресные дни, но и в малые праздники, во дни простых дневных святых, особенно чествуемых народом, во дни святых, имена коих обычны среди православных христиан, или в честь коих посвящены храмы или пределы их. Нужно употребить весьма много времени, чтобы прочитать весьма большое количество поучений на воскресные и праздничные дни для того, чтобы найти одно или два поучения, при помощи или по образцу которых можно «начинающему» пастырю-проповеднику составить свое поучение. При пользовании же нашей книгой этой потери времени быть не может: под каждым числом месяца можно найти одно или несколько поучений, которым, кажется, можно воспользоваться или как готовым поучением, или как пособием в составлении своего собственного поучения.

Мало этого: если бы, почему-либо, данное поучение не удовлетворило требованиям читателя-проповедника (хотя, принимая во внимание, что большая часть наших поучений составлена по лучшим проповедническим образцам, это едва ли может случиться), он в алфавитном указателе может легко найти ту тему, на которую желает говорить свое поучение, и вместе с сим то поучение, которое составлено на эту тему.

В устранение всяких недоразумений относительно несамостоятельности проповедания при пользовании чужими проповедническими образцами, мы скажем, что в деле столь важном и святом, как проповедание слова Божия, где каждое слово должно быть обдумано, где каждая мысль должна быть строго взвешена, где каждое выражение должно строго соответствовать развиваемой догматической или нравственной истине под величайшим опасением породить еретические лжеучения, столь вредные, столь гибельные, столь опасные для Церкви, важно не то, чтобы было поучение свое, но чтобы оно было достойно церковной кафедры. Думается нам, что стремиться к тому, чтобы составить непременно «свое» поучение, хотя к тому нет ни надлежащей опытности, ни подготовки, ни пособий, ни необходимых сведений по данному вопросу, ни достаточного времени, и не пользоваться ни в смысле подражания, ни в смысле заимствования образцовыми поучениями известных, опытных уже проповедников отечественной Церкви или св. отцов и учителей Церкви, есть признак или печального недоразумения, или жалкой, недостойной пастыря «гордости ума».

Мы не говорим, конечно, о выдающихся проповедниках – талантах или опытных в деле проповеди пастырях. Для них придерживаться чужих проповеднических образцов необходимо бывает, быть может, только в том отношении, чтобы «не инако толковати слово Божие, разве как изъясняли светила и учители Церкви», дабы не преступить «положенных уже пределов и преданий Богоносных отцов» (19 правило VI вселенского собора).

Затем мы должны сказать, что все поучения, помещенные в «Полном годичном круге кратких поучений», составлены применительно к житиям святых, праздникам и другим священным событиям, празднуемым Церковью.

Поучение, в основе которого положена жизнь святого или рассказано то или другое происшествие из нее, из которого потом просто и ясно выводится тот или другой назидательный урок для слушателей, тем более обязательный для подражания их, что сами они видят, что жизнь святого есть полное и действительное подтверждение его, полное осуществление той или другой христианской добродетели, – такое поучение отличается, кроме убедительности, еще наглядностью – свойством, которым никак нельзя пренебрегать проповеднику. Напротив, это свойство проповеди есть то, чем более всего должен дорожить пастырь-учитель среди простых слушателей. Недостаток его не может окупиться никакими достоинствами проповеди. Прекрасно и вместе совершенно справедливо, на наш взгляд, говорится об этом свойстве (наглядности) церковной проповеди в одном из наших отечественных духовных журналов. «Чтобы быть наглядной, – говорится здесь, – проповедь должна давать слушателям духовные ощущения. Так, если проповеднику требуется развить перед слушателями какое-либо понятие, то путь он приведет из св. Писания или из истории Церкви один-два жизненных образа, в которых слушатели, как во плоти, увидят нужное понятие. Для той же цели проповедник может пользоваться и другими средствами: картинами, сравнениями, олицетворениями, параболами и т. п. Все эти и им подобные средства помогут проповеднику сделать свое слово более удобопонятным и более полезным для слушателей. В большинстве случаев современные проповеди, как появляющиеся в печати, так и произносимые только устно, тем именно и страдают, что, подобно ученым рассуждениям (трактатам), имеют дело только с отвлеченными философскими обобщениями (с абстракциями). А что пользы народу от таких проповедей? Они остаются непонятными для большинства слушателей; большинство из них выходит из церкви неудовлетворенными и голодными, ибо им предлагается пища неудобоприемлемая. Случается, что проповедник добросовестно потрудился над содержанием проповеди, раскрыл в ней богатые и высокие мысли, – и все это оказывается напрасным трудом потому только, что он не сумел свои мысли облечь в доступную слушателям форму. Можно смело утверждать, что коротенькая проповедь с наглядным (конкретным) содержанием принесет гораздо больше пользы слушателям, чем получасовая проповедь, наполненная отвлеченными рассуждениями (абстракциями). Последняя ни в каком случае не может запечатлеться в памяти простых слушателей, – она исчезнет из головы их прежде, чем они успеют переступить порог церковный. Коротенькая, но убедительная историйка, удачный пример, меткое сравнение – вот что легко и скоро воспринимается простым народом. Не без причины же Господь наш поучал слушателей в наглядной беседе» (См. журнал «Руководство для сельских пастырей», 1888 г., № 12-й, стр. 405–406).

Нет надобности доказывать, что проповедь пастыря Церкви сделается гораздо доступнее, интереснее и удобнее для восприятия простых слушателей и детей, если он будет сопровождать свои наставления живыми примерами благочестия, – если речь его будет направляться от ощущений к представлениям, от представлений к понятиям, от понятий к суждениям, от суждений к умозаключениям и обобщениям, а не наоборот. За это говорят ежедневный опыт и постоянные педагогические наблюдения. Вот почему и состоявшееся в 1890 году определение Св. Синода о свойствах современной пастырской проповеди и внебогослужебных собеседований с народом (напечатанное в № 26-м «Церковных Ведомостей», издав. при Св. Синоде за 1890 г.), требует от пастырей, чтобы они подтверждали, между прочим, свое слово или беседу «указанием на примеры людей добрых и Богу угодивших».

Не нужно никогда забывать мудрой, глубоко правдивой латинской пословицы: longum iter per praecepta, breve et efficax per exempla, т. е. длинен путь при посредстве наставлений, краток и верен при посредстве примеров (причем под примером можно разуметь не только живой пример, но и рассказ-пример).

Далее, поучения по руководству житий святых, прославляемых ежедневно в песнопениях Церкви, полезны еще и в том отношении. что они служат дальнейшим развитием и усилением того воспитательного влияния, какое жизнь святых, по мысли Церкви, должна оказывать на христиан. В тропарях, кондаках, стихирах, каноне и др. церковных песнопениях и чтениях св. Церковь, как мудрая руководительница христиан на пути к Царству Небесному, прославляя святых, указует христианам на св. образцы их духовного совершенства, стараясь пробудить в нас дух подражания святым людям. Но эти указания Церкви на добродетели святых, как руководителей наших ко спасению, как вождей на пути в Царствие Небесное посреди искушений, представляемых плотью, миром и диаволом, и на победоносную борьбу с ними, по необходимости являются краткими и не всегда удобопонятными для тех, кто редко посещает службы церковные и мало знаком с церковностью. Задача пастыря Церкви живым словом и во всяком случае общедоступным поучением усилить это воспитательное влияние жизни святых Божиих на христиан, ознакомить с их св. подвигами, указать, чем руководился святой в своей жизни, какими украшался добродетелями, как восставал, при помощи Божией, от падений, как боролся с искушениями, как достиг Царствия Божия, и в чем мы можем и должны подражать ему. Все это может быть сделано только в церковных поучениях по руководству жизни святого. Таким образом, церковное поучение по руководству жизни святого органически связано со службой дня и с прославлением дневного святого.

Неужели после сказанного можно сомневаться в великой пользе и даже – смеем сказать – в необходимости церковных поучений по руководству житий святых?

И все серьезно относившиеся к делу пастырства никогда не только не сомневались в полезности этого дела, но и сами по мере сил служили ему, составляя поучения по руководству Четьих Миней, хотя и не на все дни года.

Правда, все опыты в этом роде доселе страдали и страдают незаконченностью, отрывочностью, не вполне ясным сознанием того положения, которое должны занимать эти поучения в ряду произведений гомилетического характера. Полный и законченный опыт поучений на все дни святых и всех великих, средних и малых праздников представляет настоящая наша книга, судить о достоинстве которой предоставляем другим.

Несмотря на все изложенные соображения относительно полезности указанного вида поучений, мы слышали, что некоторые из пастырей потому не совсем охотно составляют или говорят поучения применительно к жизни святых, что темы, которые приходится развивать в поучениях этого рода, являются как бы случайными, зависящими от той или другой черты жития дневного святого, от той или другой добродетели, которой украшался тот или другой святой, – что нет, будто бы, возможности изложить народу в поучениях из жизни святых весь круг главных и необходимых истин догматических и нравственных.

Против этого мы можем сказать следующее:

а) Жизнь одного святого, как бы она ни была обильна назидательными уроками, бесспорно, не может дать повода изложить всю систему догматического и нравственного учения христианской веры. Но жизнь всех святых или, по крайней мере, главнейших из них, в связи с установленными праздниками, вне всякого сомнения дает возможность в поучениях, приноровленных к житиям святых и праздникам, преподать все главнейшие истины догматические и нравственные, знание коих, в виде огласительного учения, по правилам Церкви, обязательно для каждого христианина.

Чтобы не быть голословными в этом, мы отсылаем читателей к нашему алфавитному указателю, приложенному к первому и второму тому. Из него не трудно видеть, что не только все догматические и нравственные понятия, излагаемые в православном катехизисе применительно к символу веры, к молитве Господней, изречениям о блаженствах и 10-ти Заповедям закона Божия, рассмотрены и изложены в форме кратких поучений, но и кроме того, в форме же поучений изложены и многие второстепенные догматические и нравственные истины, не затрагиваемые в православном катехизисе и только развиваемые в подобных системах догматического и нравственного богословия.

И подобное изложение догматико-нравственного учения православной христианской Церкви дано в наших поучениях без всякой искусственной натяжки, как прямой и естественный вывод из истории праздников и жизни святых.

Ведь недаром мудрая воспитательница христиан, св. Церковь, на праздники, жития святых и церковные службы в честь и память их смотрит, как на великое и могущественное средство к религиозно-нравстенному воспитанию чад своих.

Да и может ли быть, чтобы целый, едва обозримый, сонм св. угодников Божиих: св. патриархов, пророков, апостолов, исповедников, мучеников, юродивых, затворников, столпников, преподобных и других св. мужей и жен, св. младенцев, отроков и юношей, поставленных в разные обстоятельства жизни, сообразно месту, времени, личным особенностям и задачам воспитательного действия Промысла Божия, не осуществил бы своей жизнью все нравственные предписания закона Божия и все требования веры?

б) Далее, в обнаружение несостоятельности мнения тех пастырей, которые на том основании, что темы поучений в связи с жизнью святых отличаются как бы случайным характером, совершенно избегают говорить поучения по руководству жизни святых, мы скажем следующее.

Жизнь святого непременно учит той или другой добродетели или научает избегать того или другого порока. А если так, что несомненно, то научиться или, по крайней мере, в рассказе и поучении узнать существенные свойства какой-либо добродетели или наибольшую силу какого-либо порока или греховной страсти, насладиться хотя в уме и чувстве святой красотой первой и придти в раздумье и страх при изображении гибельности последних, есть дело великой важности в деле созидания тела Христова, т. е. в пастырском воздействии на пасомых с целью руководить их к жизни вечной по пути св. веры и жизни благочестивой.

Как бы ни случайна была, по-видимому, тема поучения в жизни святого или из истории праздника, но если она всякий раз наглядно учит добру и отвращает от порока, если она развивает необходимую для спасения истину веры и нравственности, она по всей справедливости заслуживает того, чтобы предложить ее в общедоступном и живом развитии и изложении слушателям-христианам в форме церковного поучения. Сегодня они одному научатся, завтра или чрез неделю другому, там полюбят одну добродетель, здесь другую, сегодня узнают, как гибелен такой или другой порок, завтра узнают, как незаметно можно развить в себе ту или другую гибельную страсть, – в одно время узнают, как святые боролись и побеждали при помощи Божией благодати одну страсть, в другое время узнают о средствах борьбы с самым гибельным пороком и т. д., и так постепенно, по мере развертывания искусной рукой проповедника картины жизни святых: мучеников, украшавшихся дивным терпением за Христа, твердой верой в Него, крепкой надеждой и пламенной любовью к Нему; подвижников, мужественных борцов со своими страстями и похотями, которые они распинали для Христа и силой Христа; исповедников и защитников святой веры, с любовью и радостью страдавших за святую истину; пустынников, презиравших мир с его удовольствиями, чтобы беспрепятственно стремиться к горнему отечеству; святых Христа ради юродивых, поправших гордость ума и возлюбивших паче жизни святое смиренномудрие, приводящее ко Христу, и других святых угодников Божиих, – слушатели-христиане будут сами приучатся к святой жизни, переживая своей духовно-нравственной природой те святые ощущения и святые чувствования, которые мало-помалу, при помощи спасительной благодати Божией, могут образовать в них постоянное и твердое настроение к благочестивой жизни. Эту, так сказать, психическую сторону воздействия постоянной проповеди на христиан никогда не должно упускать из виду истинному душепастырю.

Необходимо добавить к этому, что добродетели христианские так тесно связаны между собой, что если мы станем как следует служить одной, мы постепенно придем к служению и другим.

Можно сказать, что каждая добродетель святого, даже взятая в отдельности, есть, если мы будем подражать ей, та тропинка, которая приводит нас на путь, ведущий в Царство Небесное, – есть тот солнечный луч, следя за которым, мы придем к духовному солнцу – Богу, – есть тот радиус в круге, к центру которого – жизни вечной – можно прийти, идя по направлению одного этого радиуса. Ведь природа, Церковь и жизнь святых полна такими примерами, из которых видно, что люди становятся святыми, подражая жизни святых сначала в одной какой-либо добродетели, а потом уже, спустя много лет, усвояя чрез это служение одной добродетели весь дух христианских добродетелей.

Таким образом, случайность тем в поучениях, примененных к жизни святых, отнюдь не есть какое-либо неудобство, из-за которого нужно оставить все прекрасное и в высшей степени полезное дело проповедания истин веры и нравственности по руководству жизни святых.

Наконец, чтобы раз навсегда устранить все возражения против полезности поучений, примененных к жизни святых, – возражений, заимствующих свое мнимо-научное основание из того, что темы таких поучений будут страдать случайным характером, мы скажем, что подобные поучения отнюдь не устраняют всей пользы и необходимости поучений по руководству евангельских литургийных и катехизических поучений.

Поучений по руководству жизни святых, давая обильный, разнообразный и наглядный, доступный для самых простых слушателей, еще не всегда способных к твердой пище веры, а питающихся еще млеком учения, подготовительный материал для уяснения всех догматических и нравственных понятий, предлагаемых в евангельских литургийных поучениях, служат прекрасной подготовкой к слушанию и усвоению, во-первых, поучений, содержание коих заимствовано из Евангелия[2], а во-вторых, катехизических поучений. В самом деле, нельзя надеяться, что простые слушатели поймут как следует, в чем состоит, например, крестоношение, самоотвержение, исповедание веры, нищета духовная, чистота сердца, в чем сущность плача духовного, что такое живая вера, твердая христианская надежда и самоотверженная евангельская любовь, если, отвлеченно объяснив эти понятия, не показать живых примеров из жизни святых, отличившихся этими добродетелями.

Таким образом, поучения по руководству житий святых могут служить прекрасным подготовлением к ряду поучений из Евангелия и катехизических проповедей, которые по отношению к первым являются обобщением и систематизированием. Но обобщить и систематизировать, очевидно, можно только то, что ранее воспринято в виде отдельных, твердо усвоенных, частных понятий, что, бесспорно, гораздо доступнее для простых слушателей, нежели усвоение более или менее стройной системы всего христианского вероучения и нравоучения.

В заключение рассматриваемого положения мы должны сказать, что каждым поучением, напечатанным в настоящей нашей книге, можно пользоваться так, как оно напечатано, т. е. произнести его с буквальной точностью с церковной кафедры, – равным образом, по желанию проповедника, оно может быть значительно распространено собственными словами его, так как, вследствие своей содержательности и вместе сжатости, оно от такого дополнения и развития нисколько не пострадает; кроме того, в тех случаях, когда проповедник не находит удобным говорить о том предмете, какой указан в рядовом поучении, он легко может, благодаря приложенному к нашей книге алфавитному указателю и обозначению тем пред каждым поучением, или найти другое, подходящее к данному случаю, или из нескольких поучений составить одно применительно к потребностям дня и духовной подготовке своих слушателей.

II. Теперь скажем о втором назначении нашей книгислужить пособием при ведении живой церковной проповеди – импровизации, понимаемой не в строгом смысле этого слова.

Прежде всего заметим, что под живым церковным словом мы разумеем не импровизацию в строгом смысле этого слова, как вдохновенное, живое, свободное, без предварительной подготовки, только несколько ранее обдуманное слово проповедника, в самом развитии своем сообразующееся с состоянием импровизатора и слушателей в данное время и в данном месте и отсюда получающее тот или другой характер, то или другое содержание и ту или другую, в зависимости от сего, форму и способ изложения: способность к такой церковной импровизации есть весьма редкое явление не только в наше время, но и в древние времена, когда искусство живого слова было предметом тщательного изучения, – к тому же такую форму церковной проповеди, принимая во внимание всю трудность ее и всю важность церковной кафедры, могут дозволять себе только самые талантливые проповедники, как высоко образованные и вместе опытные в деле церковного учительства.

Говорить свободно и красно, но без строго обдуманного плана, без надлежащего знания дела, без тщательного выбора выражений при изложении догматов веры и нравственных правил, без живого и святого чувства и побуждения научить своим словом истине и добру своих слушателей, без надлежащих библейских, святоотеческих и церковно-исторических доказательств, – говорить так хоть бы и свободно, без тетрадки и подготовки, все, что и как придет в голову по поводу мысли, развиваемой перед слушателями, далеко не значит импровизировать. Таким церковным «красноречием» можно только подорвать уважение к святому и великому делу церковной проповеди и вместо пользы принести громадный вред.

Под импровизацией, к которой мы приспособили свои поучения, мы разумеем без тетрадки или книги устное, убежденное и вполне прочувствованное произнесение поучения, которое, однако, предварительно основательно разучено и усвоено дома по нашей книге или подобной ей по характеру. Нет надобности, чтобы произношение избранного и усвоенного поучения было точным и буквальным воспроизведением напечатанной проповеди. Довольно хорошо запомнить основную мысль, ее развитие, основное содержание, план, главнейшие библейские или святоотеческие свидетельства. Слова придут, если будут крепко усвоены главные мысли и их ход, т. е. если будет усвоено содержание и план поучения. Не повредит нисколько делу, если наиболее трудные и обширные библейские тексты или святоотеческие свидетельства проповедник прочитает по нашей книге, которая может лежать у него на аналое «для всякого случая».

Думается, что к такой импровизации – точнее же сказать, – к такому виду сказывания поучения найдут себя способными большинство проповедников, особенно уже не первые годы священствующих и право правящих слово истины.

Для тех же, кто еще не навык и к такому способу сказывания поучений, полезно вначале просто, по книге или тетради, ясно, выразительно и одушевленно произносить поучения, верующей душой, любящим сердцем, с сердечным желанием принести духовную пользу слушателям, изредка отрываясь от книги при произнесении каких-либо особенно выдающихся мест, заучить которые предварительно нужно получше. Во всяком случае, более или менее отрешенное от тетрадки или книги сказывание церковных поучений, более или менее свободное произнесение проповеди крайне желательно в видах лучшего воздействия души проповедника на слушателей, которых он видит, состояние коих он наблюдает и на духовно-физическую природу которых он непосредственно влияет и своим взором, и всем своим духовно-чувственным существом.

Для того, чтобы не потерять из виду план поучения, сказываемого устно, мы весь главнейший ход мыслей – т. е. план его, сочли нужным набрать жирно. К этому плану всегда можно обратиться, когда книга поучений имеется на аналое. Всякий с нами согласится, что гораздо более сильное впечатление получается от живого или во всяком случае устного слова с церковной кафедры, нежели от произносимого по книге или тетради, с постоянно и непрерывно обращенными глазами в книгу или тетрадь.

Но еще раз нужно заметить, что это не импровизация в строгом смысле слова. «У нас смешивают и одинаково называют живым словом речи писанные дома, заученные наизусть и потом произносимые в собраниях, – говорит высокопреосвященный Амвросий, архиепископ Харьковский, – и речи совсем неписанные, иногда только дома обдуманные, или даже на месте соображенные, и потом произносимые в собраниях в том порядке и в тех выражениях, какие сложатся у оратора в минуту произнесения. Надобно отдавать должную дань признательности ораторам, заранее тщательно обрабатывающим и пишущим речи и произносящим их без тетради или листочка в руках. Вот преимущества речей, произносимых таким образом: когда говорят по тетрадке, то углубление в нее или частое заглядывание скрывают от слушателей лицо и глаза оратора, в которых наиболее выражаются его внутренняя жизнь и сила одушевления, – и тем ослабляет впечатление речи на слушателей. Искусство отчетливого и сильного выражения мысли в голосе и даже телодвижениях, где они нужны, у оратора связывается тем, что за содержанием речи он постоянно должен обращаться к тетрадке или листку, который он иногда вертит и мнет в своей руке. Чувствуя себя, таким образом, привязанным к тетрадке, оратор незаметно обращается в чтеца. Все это вредит полному вниманию и сочувствию слушателей, хотя они по содержанию речи и отдают оратору справедливость, но скорее как мыслителю и писателю, нежели как оратору. От всех этих недостатков в произношении речи свободен оратор, говорящий наизусть: он беспрепятственно смотрит на слушателей во все стороны, влияет на них одушевлением своего лица и глаз, следит за силой впечатления, им производимого, может усиливать голос и видоизменять его выражение по усмотрению, наконец, свободой и отрешением от тетрадки он обнаруживает силу дарования на слушателей. Такие приемы в ораторах, особенно церковных, весьма желательны. Но при всем уважении к речам, о которых мы говорим, по самому существу дела, мы должны сказать, что это совсем не то, что называется в теснейшем смысле живым, или импровизированным, словом». (См. «Живое слово», высокопреосвященного Амвросия, архиепископа Харьковского и Ахтырского, Харьков, 1892 г., стр. 29–30).

Давать советы для импровизации в строгом смысле этого слова не входит в нашу задачу. Желающих ознакомиться с этим вопросом отсылаем к замечательной брошюре высокопреосвященного Амвросия под названием «Живое слово», где читатель найдет много прекрасных советов по ведению «живого слова».

Здесь мы заметим только, что при постепенно развивающихся опытности проповедника и его искусства устного произношения с церковной кафедры пред слушателями своих поучений он может впоследствии времени избранный или составленный им план поучения только заучить основательно и прочитать относящееся к предмету его проповеди одно или несколько поучений, дабы овладеть не только главными мыслями, но и содержанием, соответствующим им.

И здесь помощь нашего Полного годичного круга кратких поучений не будет, кажется, излишней, как представляющего и разнообразие планов и обилие проповеднического материала, при справочном к нему указателе, нами приложенном.

Для вступивших на эту высшую ступень устного произношения с церковной кафедры поучений, т. е. ту ступень, на которой для проповедника достаточно бывает только усвоить план поучения и запастись главнейшими библейскими, святоотеческими и церковно-историческими данными, необходимыми для развития избранной темы, мы, пользуясь драгоценными указаниями высокопреосвященнейшего Амвросия, опытного церковного импровизатора, предложим следующие советы:

1. Выйдя на церковную кафедру и призвав помощь Божию, говори с верою в силу слова Божия, но не в свои способности, – говори от сердца, с убеждением, и в очах слушателей увидишь сочувствие, согласие, и они – эти устремленный на тебя очи – засвидетельствуют и скажут тебе: «да, это истина!» Помни, что ты проповедник-ученик Иисуса Христа и Его посланник, которому в лице апостолов сказано: шедше научите вся языки (Мф. 28, 19). Не упускай из виду, что тебе сообщен Дух помазания в священном рукоположении, что тебе в трудных обстоятельствах обещано благодатное содействие: дастбося вам в той час, что возглаголете: не вы бо будете глаголющии, но Дух Отца вашею глаголяй в вас (Мф. 10, 19–20). Отчего же нам, с искренней верой в силу этого обетования о содействии благодати Божией, не отдать своего ума, сердца, дара слова на служение Богу и в руководство благодати Его? Опыт и укажет импровизатору ясные следы этого руководства и содействия благодати – в неожиданном вразумлении, озарении и воодушевлении, в непредвиденных движениях и силе слова, какие он увидит сам в себе выше всякого чаяния, если только он (непременное, жизненное условие) руководится духом веры и смирения, а не самонадеянности и тщеславия.

2. При первых опытах импровизации не нужно решаться говорить в больших храмах, при большом стечении народа, особенно при блестящей обстановке.

3. Перед выходом на кафедру проповедник должен иметь в готовности, так сказать, в устах первое слово, с которого найдет приличным начать проповедь. При неимении этого слова в готовности проповедник будет поставлен в затруднительное положение: все содержание проповеди ему представится разом, мысли столпятся в голове, и он не найдется тотчас, с которой и как начать.

4. Едва ли не самая трудная статья при импровизациях, особенно вначале, – это приобретение спокойствия и самообладания. Вот прием, которым нередко пользовался высокопреосвященный Амвросий с успехом и который он рекомендует испытать другим. «Начиная слово, я с усилием старался говорить как можно реже, с намерением приостанавливаясь, даже когда чувствовал, что могу говорить скорее. Если хотите при импровизации владеть собою, говорите, особенно вначале слова, тихо, медленно, как бы намеренно вяло, будто разминаясь и расправляя члены. Пусть в душе все кипит и волнуется, но волнению, как пару в котле, нет свободного выхода, клапан медленно раскрывается, сила внутреннего давления сдерживается, и машина движется медленно, регулируясь и развертываясь постепенно во всех своих частях. Этот прием одинаково нужен и для людей скоро говорящих, и для тех, кто выражается медленно».

5. Понятно само собою, что для успешного приучения себя к импровизациям необходимо как можно чаще упражняться в них, так как здесь все зависит от навыка. Если для усовершенствования способности мышления, памяти, слововыражения требуется частое упражнения этих сил, каждой в отдельности, то тем более это нужно для равномерной деятельности всех их взятых вместе, что требуется при импровизации. Музыканты считают себя обязанными играть ежедневно по нескольку часов, чтобы не отвыкали и не грубели пальцы, не тупел слух и т. п.; того же требует и развитие и содержание в постоянной готовности к делу и успешная игра на духовном инструменте, называемом словом. «Надо говорить постоянно, каждый праздник, это нужно и для нас самих, и для народа».

6. В случае невольной остановки во время импровизации, что бывает, когда под влиянием каких-либо обстоятельств порвется нить речи, забудется, что было сказано и что следует сказать, опытный импровизатор советует не смущаться такой остановкой, а несколько оправившись (отереть, например, платком пот с лица) взять первую идущую к делу мысль и развивать ее применительно к главному предмету проповеди, которого забыть уже нельзя. В скором времени забытая мысль припоминается.

7. Не бесполезно, кажется, предложить вопрос: как долго может или должна продолжаться импровизация? При составлении речи или проповеди на бумаге вопрос этот не имеет места. Там пишется столько, сколько нужно по объему предмета и цели сочинения. В импровизации дело другое. Здесь зависит от личности и способности импровизатора: один, спокойный и твердый, может говорить дольше, другой, пылкий и нервный – говорить меньше, потому что скоро утомляется и, так сказать, расходуется. Поэтому импровизатор относительно продолжения своей речи должен смотреть не столько на остающееся еще пред ним количество мыслей, которые он предполагает раскрыть, сколько на душевное свое состояние. Начиная с полными силами, он в продолжение речи чувствует, насколько сохраняется у него эта полнота сил, или иначе, когда начинается ослабление и утомление. При наступлении утомления чувствуется, что мысли не так полно обнимаются и выражаются, являются в их раскрытии скачки и непоследовательность, слова подбираются уже с трудом: это знак, что пора кончить. Оратор не должен насиловать себя. Лучше остающийся материал оставить, если можно, до другого дня (особенно когда предпринят целый ряд поучений по одному предмету) и, если это невозможно, с сознанием изложить последние мысли сжато, в виде перечня с краткими замечаниями, давши вид, что слишком было бы долго и утомительно (что и справедливо) в дальнейших подробностях раскрывать предмет. В противном случае, если оратор будет неволить себя, результат будет тот же, только не добровольно, а по необходимости. (См. «Живое слово», Амвросия, архиепископа Харьковского и Ахтырского, стр. 82–104).

Установив взгляд на импровизацию в нашем понимании, мы скажем теперь несколько слов о том, в чем состоит приспособленность наших поучений к живому или во всяком случае устному их произношению пред слушателями.

Для того, чтобы поучение удобно было для устного произношения с церковной кафедры, оно должно быть:

а) во-первых, кратко. Только краткое поучение (а таковые почти все поучения в нашей книге), на произнесение коего не потребуется более 5—10 минут, удобно усвоить пастырю, у которого, кроме церковной проповеди, есть множество других необходимых дел. Кроме того, краткое поучение, не утомляя слушателей (простой народ не любит продолжительных поучений), полезно и для успеха проповеди вообще. Иннокентий, архиепископ Херсонский, говорит: «Цель поучений христианских должна состоять не в том, чтобы сообщить все возможное касательно рассматриваемого предмета, а чтобы возбудить и собственное размышление в слушателях. Кто к слышанному присоединит собственное размышление, у того и из малого выходить много». (Т. 2, стр. 86).

Всю важность этого мудрого совета великого церковного оратора можно оценить, прочитавши прекрасное сочинение Лессинга: «Лаокоон или о границах поэзии и живописи». Здесь не только излагается, но и доказывается со всей убедительностью совет избегать при изложении какого-либо учения или при описании какого-либо предмета излишней подробности, которая весьма вредна уже тем, что убивает всякую жизнь самостоятельного в слушателях мышления, в результате чего получается «скука», очень хорошо известная всем, кто читает или слушает до бесконечности подробные описания предметов.

Г. Малышевский, профессор Киевской Духовной Академии, в статье «О мерах к усилению церковной проповеди» пишет: «Обилен богослужебный труд приходских пастырей во дни воскресные и праздничные. Служение Литургии удлиняется для пастыря совершением различных треб, служением молебнов и панихид. Самая продолжительность нашего богослужения требует, чтобы проповедь была не так длинна, как бывает у инославных»… Пять, много десять минут совершенно достаточно, по нашему глубокому убеждению, для произнесения краткого поучения. И слушатели не будут чрез то утомлены, и проповедник не устанет, и доброе семя, особенно часто бросаемое, будет иметь возможность упасть на сердце слушателей и принести, при помощи благодати Божией, тот или другой плод.

б) Во-вторых, поучения, приспособленные к живому или, по крайней мере, устному церковному слову, должны, кроме краткости, отличаться определенным и обильным содержанием и быть вообще содержательны, т. е. предлагать и изъяснять одну или несколько определенных истин веры или нравственности. Одни туманные восклицания и вопросы, одно затрагивание нескольких предметов веры или нравственности без всякого уяснения их, одни неопределенные приглашения к добродетельной жизни вообще, и мало полезны или, лучше сказать, бесполезны для слушателей, и крайне затруднительны для усвоения их с целью передать их слушателям.

Вот почему мы избегали всех бесцветных, водянистых, многословных, неопределенных, со многими затронутыми, но не решенными вопросами, поучений. Вот почему, в силу того же стремления к определенности содержания, мы в начали поучения указывали всякий раз тему поучения, определенно ее формулируя.

в) В-третьих, поучения, приспособляемые к живому, устному их произнесению, должны отличаться строго логическим планом, благодаря которому и для слушателя легче усвоить предлагаемый ряд мыслей, когда они видят их логический ход, и для проповедника легко и удобно запомнить строго логическое построение поучения, если он намерен его произнести устно.

Чтобы облегчить в этом отношении труд пастыря-проповедника, готовящегося к проповеди по нашей книге, мы всякий раз обозначали цифрами и буквами весь логический ход мыслей в том или другом поучении, указывая не только главные части его, но и второстепенные.

Кроме того, жирным шрифтом обозначены как главные, так и второстепенные развиваемые, т. е. объясняемые или доказываемые мысли: эти черные строки представляют собою как бы подробный конспект, который легко может быть удержан памятью; кроме того, он же содействует и тому, что нить мысли легко может быть найдена и восстановлена, если она прервалась вследствие устного сказывания какого-либо избранного поучения.

г) Затем книга поучений, приспособленная к устному произнесению их с церковной кафедры, должна содержать для разных справок алфавитный указатель всех догматических, нравственных и исторических понятий, которые разъясняются и излагаются в поучениях. Так как издаваемый труд является в двух томах, по полугодию в каждом, то алфавитные указатели приложены к каждому особо.

Необходимость в этих указателях видна из того уже, что нередко пастырь-проповедник в виду особенного состояния своих слушателей считает более полезным говорить не о том предмете веры или нравственности, о котором говорится в дневном поучении, но о другом, применительно к нравственному или иному состоянию своих слушателей. Чтобы отыскать требуемую тему, он должен обратиться к алфавитному указателю, при помощи коего без всякой почти потери времени он и найдет требуемое понятие, развитое в форме поучения.

д) Наконец, чтобы церковное поучение удобно было разучить и произнести устно, без тетради или книги, или с незначительным пособием их, оно должно отличаться силой и богатством мысли (в противоположность пустоте и бедности), верностью сообщаемых сведений исторических, догматических и нравственных, богатством языка, ясностью, точностью, и вместе общедоступностью изложения, строго логическим планом, прямо вытекающим из содержания, – словом, оно должно быть составлено преимущественно по лучшим проповедническим образцам.

И мы старались этого достигнуть, составляя поучения по лучшим проповедническим образцам, принадлежащим перу или знаменитых проповедников-архипастырей, или, во всяком случае, известных и опытных в деле церковного учительства пастырей. Только в тех случаях, когда мы не находили избранной нами темы в трудах лучших проповедников, мы вынуждены были сами составлять поучения. Но таких поучений, принадлежащих нам и подписанных нашим именем, о достоинстве которых предоставляем другим судить, в книге несколько менее 1/3 всех поучений.

Здесь читатель увидит имена: Филарета, митр. Московского, Сергия, Леонтия и Макария, митрополитов Московских, Иннокентия и Димитрия, архиепископов Херсонских и Одесских, Палладия, епископа Рязанского и Зарайского, впоследствии митр. С.-Петербургского и Финляндского, Филарета, архиепископа Черниговского, Никанора, архиепископа Херсонского, Августина, епископа Екатеринославского, Иакова, архиепископа Нижегородского, Григория, архиепископа Казанского, Иоанна, епископа Смоленского, Николая, епископа Тамбовского, Арсения, митр. Киевского, Амвросия, архиепископа Харьковского, Сергия, архиепископа Владимирского, Виссариона, епископа Костромского, Антония, архиепископа Финляндского, ныне митрополита С.-Петербургского, Феофана, епископа Тамбовского, Платона, митр. Киевского, Павла, архиепископа Казанского, Кирилла, архиепископа Каменец-Подольского, Иустина, епископа Рязанского, Евгения, епископа Минского и Туровского, Гавриила, епископа Имеретинского, Евсевия, архиепископа Могилевского, Макария, архиепископа Донского и некоторых других архипастырей, протоиереев: П. Делицына, Родиона Путятина, Нордова, Белоцветова, П. Смирнова, Е. Мегорского, И. Виноградова, В. Гурьева, Розалиева, А. Иванцова-Платонова, Иоанна Кронштадтского, проф. Я. Амфитеатрова, Поторжинского, М. Некрасова (ныне архимандрита Лаврентия), Шумова, Троцкого, Гречулевича и некоторых других пастырей-проповедников, издававших свои проповеднические труды.

Кроме того, значительная часть поучений составлена нами по словам, поучениям и беседам, помещенным в журналах «Руководство для сельских пастырей» (Проповеди, приложенные к журналу «Руководство для сельских пастырей»), Душеполезным чтениям, Христианским чтениям, Воскресным чтениям, Странник и некоторым другим)[3].

Затем некоторые поучения мы составили по словам и беседам св. отцев как восточной церкви, так и отечественной (преимущественно св. Тихона задонского и Димитрия Ростовского).

Кроме того, мы пользовались и другими трудами по догматическому и нравственному богословию, ссылки на которые всякий раз делали в конце поучений.

Мы глубоко убеждены, что проповедник, а равно всякий составитель поучений, оставив ложное самолюбие, совершенно неуместное у пастыря церкви, должен стараться не о том, чтобы всегда предлагать «свое собственное» поучение, но о том, чтобы предложенное поучение было по возможности самое лучшее. Ведь, собственно говоря, пастырь-проповедник отнюдь не должен предлагать «свое» учение, а Христово, учение Церкви, – он должен быть только верным отголоском неизменного учения св. Церкви. Но спрашивается: кто же может быть назван более верным истолкователем учения Церкви и более опытным излагателем его: только что начинающий пастырь Церкви, или богоносные отцы и учители Церкви, а также опытные в церковном учительстве и высоко образованные иерархи, много лет проповедавшие слово Божие и глубоко сведущие во многих богословских науках? Малоопытный в своем деле сельский проповедник, не получивши к тому же в большинстве случаев и высшего богословского образования, или высокопросвещенный пастырь, в продолжение многих лет путем постоянного и многоопытного упражнения развивший свой природный проповеднический талант и напечатавший лучшие из своих проповедей?

Мы полагаем, что не предосудительно, но даже весьма похвально в должных размерах и с соблюдением общепринятых литературных приличий пользоваться при произнесении или составлении церковных поучений лучшими проповедническими образцами с точным указанием источников заимствования, если проповедь предназначается к печати.

В силу этих соображений мы и старались составлять поучения по лучшим проповедническим образцам.

В самом способе составления мы руководились следующими соображениями.

а) Длинные проповеди известных проповедников со многими вводными мыслями мы сокращали так, что вместо, например, шести страниц оригинала получились две или полторы в нашем сокращении, причем оставалось только самое существенное и необходимое.

б) Существенное содержание сокращенной проповеди представляло из себя не сухой, безжизненный конспект, но получало форму живого, цельного, содержательного поучения, с такими подробностями, которые оживляли его изложение, и вместе с сим давали простор проповеднику нечто прибавить от себя, если бы в таком прибавлении он находил надобность.

в) При сокращении, для связи частей поучения, нам приходилось вставлять от себя несколько мыслей.

г) Для большей убедительности поучения мы вставляли от себя иногда церковно-исторические примеры, святоотеческие свидетельства и библейские тексты, недостаток коих при всех достоинствах оригиналов давал себя иногда сильно чувствовать.

д) Случалось, что из двух проповедей мы составляли одно поучение, что всякий раз и означено нами.

е) Слова и беседы многих известных проповедников мы изменяли иногда в краткие поучения.

ж) К избранному и переработанному поучению мы составляли часть историческую, т. е. кратко пересказывали жизнь святого или какую-либо черту из его жизни.

з) Общий план всех составленных нами поучений следующий: после краткой, по возможности, истории праздника или жития святого, а иногда пересказа какого-либо назидательного случая из жизни святого делались нравственные или догматические выводы, смотря по характеру праздника или жизни святого, – эти выводы или разъяснялись, или, если требовала сущность дела, доказывались свидетельствами св. Писания, св. отцев и учителей Церкви, церковной историей и соображениями разума; в конце всех поучений делалось краткое заключение, в котором или обобщалось все сказанное выше, или делались убеждения последовать преподанному учению и подражать жизни святых, или помещались молитвенные воззвания о помощи свыше стать на намеченный путь истины и добра.

и) По такому же плану составлялись нами и самостоятельные поучения в тех случаях, когда образцовых поучений на избранные нами темы мы не находили в печати, или не считали возможным, по уважительным причинам, пользоваться ими в своих работах.

и) В конце каждого поучения мы поместили указания источников, по которым составлено то или другое поучение.

III. Относительно третьего назначения нашей книги – служить пособием при составлении поучений, слов, бесед и речей на разные случаи — мы только скажем, что в виду, с одной стороны, весьма большого разнообразия разработанных в наших книгах тем, обнимающих почти всю систему догматического и нравственного богословия, с другой – в виду приложенных алфавитных указателей, дающих полную возможность без всякой почти потери времени найти любую тему в ее развитии и изложении, с третьей – вследствие поставленных перед каждым поучением тем, устраняющих необходимость читать самое поучение, для того чтобы определить главный предмет его, с четвертой, – благодаря указанию главных и второстепенных частей в каждом поучении, представляющему удобство для каждого составляющего проповедь просмотреть ту или другую часть поучения без чтения целого поучения, – все это представляет такие удобства, благодаря которым делается легким способ пользоваться нашею книгой при составлении самостоятельных поучений.

IV. Думается нам, что «Полный годичный круг кратких поучений» вполне применим для ведения и внебогослужебных собеседований с народом по поводу житий святых, чтение которых народ так любит, к которому он так привык, видя в них лучшую духовную пищу, дающую ему утешение в горе, и побуждение к довольству своим состоянием, терпению и мужеству в бедствиях, к надежде на Бога, при представлении неописанного блаженства в будущей загробной жизни.

V. Наконец, нимало, кажется, не погрешим, если скажем, что издаваемая книга может дать для любителей духовно-назидатательного чтения превосходный материал для душеполезного чтения на каждый день года, – для чтения, которое каждому христианину, заботящемуся о спасении своей души, может указать, с какими мыслями и чувствованиями, приличными ежедневным церковным службам нужно проводить каждый день христианина.

Если настоящая книга принесет хотя некоторую пользу, особенно начинающим пастырям-проповедникам, то, земно кланяясь им, усерднейше просим их во имя Христовой любви, покрывающей недостатки ближнего, отнестись, во-первых, снисходительно к этому труду, во-вторых, помолиться о потрудившемся составителе его, что для нас дороже всего[4].

Во втором издании этот труд является пересмотренным и весьма дополненным: внесено в два тома более ста новых поучений. Особенно пополнен первый том, страдавший некоторой неполнотой по сравнению со вторым: к нему прибавлено 70 поучений. – 1896 г. 5-го марта.

В этом предисловии мы довольно подробно изложили свои взгляды на издаваемый нами труд и определили его назначение.

Мы показали, что “Полный годичный круг кратких поучений”, составленных на каждый день года применительно к житиям святых, праздникам и другим священным событиям, имеет несколько назначений: во-первых, служит готовым и самым полным сборником поучений, удобных для произнесения с церковной кафедры в том виде, как они напечатаны, применительно к жизни прославляемых каждый день в церковных песнопениях и чтениях святых и праздникам; во-вторых, быть пособием для церковной импровизации, понимаемой не в строгом смысле живого, вдохновенного церковного слова (как глоссолалии и профитии (см. 1 Кор. XIV) в первенствующие времена христианской Церкви, под которыми разумелись способы публично высказываться пред слушателями относительно истин веры и нравственности – экстатический и энтузиастический), а в смысле устного более или менее свободного, напоминающего собой способ произношения поучений рациональный (древнехристианские дидаскалии: см. 2 Кор. XI, 6), смотря по степени привычки и дарований проповедника к проповедничеству, произношения готового поучения, наперед разученного им или буквально, или в главном содержании и планах (напечатанных в нашей книге жирными строками), более или менее приноровленного нами к такому произношению; в-третьих, служит пособием для самостоятельного составления слов, поучений, бесед, речей и т. п. видов церковной проповеди, чему должен по нашему мнению содействовать приложенный к началу каждого тому “Полного годичного круга кратких поучений” подробный алфавитный указатель догматических и нравственных понятий, развитых гомилетически; в-четвертых, быть пособием для ведения внебогослужебных собеседований с народом по поводу жизни святых, прославляемых Церковью каждый день, также праздников в честь Господа, Божией Матери и бесплотных сил, а кроме сего также разных церковно-общественных событий, воспоминаемых Церковью; в-пятых, быть книгой для назидательного домашнего чтения, на каждый “день христианина”, особенно для тех христиан, которые, живя среди захватывающей житейской суеты и земных интересов, не забывают и неба и дают хотя на несколько минут в течение дня духовной пищи своей алчущей и жаждущей этой пищи бессмертной душе, которая никогда и ничем – одним земным (например, чтением одних суетных мирских книг, романов, газет и т. п.) – не может удовлетворяться и быть счастливой.

Желающих подробнее ознакомиться с назначением нашей книги, ее характером, ее планом, источниками и пособиями, которыми мы пользовались при составлении поучений, и нашим отношением к этим источникам и т. п. вопросами, мы просим обращаться к предисловию, помещенному в первом томе “Полного годичного круга кратких поучений”.

Здесь долгом своим считаем заметить только следующее: не только первый том во 2-м уже издании является весьма дополненным, но и второй тоже дополнен многими поучениями. Всего внесено при 2 издании свыше 100 новых поучений в оба тома (во 2-й прибавлено 34 новых поучения). Многие выражения, оказавшиеся не совсем точными, исправлены. К этому мы должны присовокупить, что мы не имели никакой возможности составить все до одного поучения, как задумали, по лучшим проповедническим образцам наших известных проповедников: святых отцов и учителей Церкви восточной и западной и известных церковных ораторов-архипастырей и пастырей проповедников отечественной Церкви. Некоторая и притом довольная значительная часть поучений составлена нами лично или обработана по менее известным проповедническим трудам. Это зависело, с одной стороны, от того, что многие известные церковные ораторы вовсе не касались тех вопросов, которых необходимо теперь коснуться с церковной кафедры в виду назревшей и определившейся потребности в решении их в наше время, значительно отличающееся по своим особенностям религиозно-нравственной и церковно-практической жизни от времени предшествующего: с другой – это произошло и оттого, что при изложении с церковной кафедры нравственных, догматических или церковно-общественных предметов некоторые знаменитые церковные ораторы, имея в виду образованный класс слушателей, говорили весьма часто пред ними языком отвлеченным, строго научным, и притом довольно устаревшим для нашего времени, который почти недоступен пониманию простых современных слушателей, “младенцев по вере” и требующих для себя не твердой пищи веры, но словесного млека, которое было бы доступно и для самых неподготовленных слушателей, не только по содержанию, но и по способу изложения мыслей. Всякий, кажется, согласится с нами, что написать ученое “рассуждение”, которых так много появилось ныне, выдаваемых по крайне печальному недоразумению за церковные поучения, – написать получасовое слово, построенное по всем правилам ораторского искусства, – составить длинную беседу для образованных слушателей несравненно легче, нежели составить поучение краткое, ясное, живое, общедоступное, действующее не на ум только, часто еще дремлющий, но на сердце и волю слушателей. А наша задача и состояла именно в том, чтобы составить вновь или переделать из готового нами обработанного проповеднического материала поучения краткие, живые, по возможности наглядные, простые, назидательные, говорящие не одному уму только, но и сердцу, но в то же время содержательные, стоящие на высоте назначения церковной проповеди, которая должна раздаваться чаще, если можно, даже ежедневно за каждой церковной службой, что особенно необходимо в наше время при упадке веры и нравственности, при появлении многих лжеучителей, а также при умножении сектантов и раскольников, побуждающих истинного душепастыря говорить с церковной кафедры возможно чаще, оберегая свое словесное стадо от волков в овечьей одежде, готовых всячески прельстить неутвержденных в вере и нравственности овец словесного стада Христова.

К этому мы должны добавить, что мы держимся того убеждения, что проповедник, особенно начинающий, оставив ложное самолюбие, совершенно неуместное у пастыря Церкви, должен стараться не о том, чтобы всегда предлагать свое “собственное” поучение, но главным образом о том, чтобы предложенное поучение было по возможности самое лучшее, самое подходящее к месту, времени, случаю и слушателям. Ведь, собственно говоря, говоря без всякой духовной гордости, пастырь-проповедник отнюдь не должен предлагать “своего” учения, своего объяснения, а обязан всемерно стараться о том, чтобы предлагать учение Христово в духе и разуме св. апостолов и св. отцов Церкви; он должен только, следуя опытным в церковном учительстве архипастырям и пастырям Церкви, быть верным “отголоском” учения св. Церкви.

Без сомнения, в этом отношении, мы многое считаем не вполне достигнутым в предлагаемом труде даже и во втором издании его. Только дальнейшие издания книги, только тщательный пересмотр каждого выражения, только добросовестные критические замечания людей, поставляющих свою задачу не в том, чтобы отыскивать в чужих трудах исключительно одни недостатки и недосмотры, каковых довольно бывает в каждом человеческом произведении, и которых весьма трудно избегнуть при огромности предпринятого нами труда, побудившего нас в течение почти 10 лет пересмотреть весьма большое количество напечатанных слов, бесед, поучений, речей и других произведений церковного ораторства, начиная с первых веков христианства до настоящего времени, но в том, чтобы спокойно, в духе христианской кротости, снисходительности и любви, наряду с достоинствами отметить и указать действительно существенные недостатки, а не вещи совершенно безразличные, о которых может быть столько мнений, сколько рассуждающих, – помогут нам улучшать постепенно наш труд.

Наконец, мы должны сказать, что, предположив составить исключительно краткие поучения, на произнесение коих едва ли требовалось бы более 7 – 10 минут, мы несколько поучений (около 50) составили немного длиннее предположенной нормы. Это произошло от многих причин, в числе коих нежелание наше слишком сокращать прекрасное и интересное поучение, все части коего, гармонически слитые между собою, представляют из себя одно законченное целое, было одной из главных причин, побудившей нас составить несколько поучений, на произнесение коих требуется времени от 10 до 15 минут. Впрочем, этот не особенно, кажется, существенный недостаток легко может быть устранен разделением такого поучения на два, или три, чему весьма содействуют поставленные нами буквы: а, б, в и т. д., указывающие на отдельные части или на стороны одного и того же поучения.

Кроме того, так как “Полный годичный круг кратких поучений” мы назначили между прочим и для домашнего употребления, о чем подробно сказано в предисловии к первому тому этого труда, то все несколько длинные по содержанию поучения удобно могут быть отнесены к числу поучений, назначенных для домашнего чтения, как чтения “на каждый день христианина” чрез что не наносится никакого ущерба огромному числу поучений, назначенных для церковного произнесения.

В заключение мы должны сказать, обращаясь к нашим критикам, словами одного древнего русского книжника: “возлюбленнии о Христе отцы и братия и честнии господие: аще что обрящете поползновенно, или безместно быти, Бога ради молим, покрыйте вашею мудростию и исправите, якоже вас умудри святый Параклит. О потрудившемся в деле сем молите всеблагага Бога, а не кляните, да и сами прощения и благословения сподобитесь от Вседержителя”.

Предисловие к третьему изданию

Благосклонное отношение читающей публики к настоящей книге побудило нас выпустить ее в свет третьим изданием, причем, пользуясь многолетним опытом, мы не пропустили случая сделать значительные перемены и улучшения в самой книге.

Эти изменения заключаются главным образом в следующем:

Во-первых, мы сократили некоторые слишком обширные поучения, выкинув из них несколько лишних мыслей, причем самому содержанию поучения и последовательности мысли не было сделано никакого ущерба.

Во-вторых, мы внесли несколько (около 20) новых поучений, которых недоставало при втором издании этой книги; поучения эти приспособлены главным образом к житиям тех святых, которые в церковном месяцеслове стоят первыми по счету: этим мы хотели сообщить надлежащую полноту и законченность нашей книге.

Наконец, кое-где исправлен план, слог, вставлены новые свидетельства и примеры, – односторонность в развитии мысли в некоторых поучениях устранена присоединением новых мыслей. В остальном перемен нет по сравнению со 2-м изданием.

Благодаря благосклонному отношению духовенства и мирян к настоящей книге, мы выпускаем ее теперь третьим изданием, сделав в ней предварительно значительные улучшения и добавления.

Так, мы сократили некоторые поучения, выкинув из них несколько лишних фраз, рассеивающих внимание как самого проповедника, так и его слушателей, и несколько препятствующих им сосредоточиться на главном предмете поучения. Поступая так, мы имели в виду важное значение краткости поучения при достаточно сильном содержании его.

Наконец, мы внесли несколько десятков (48) новых поучений, которых недостало во втором издании этой книги. Поучения эти приспособлены главным образом к житиям святых, поименованных в месяцеслове первыми.

Благодаря всем этим изменениям и дополнениям наша книга в настоящем ее издании получила, как нам кажется, еще большую полноту и практическую ценность.

Протоиерей Гр. Дьяченко.

1 мая 1900 г.

Месяц январь

Первый день

Поучение 1-е. Обрезание Господне
(Назидательные уроки из праздника Обрезания Господня: а) значение имени Иисус; б) мы должны совершать над собой духовное обрезание)

I. Обрезание, это священнодействие ветхозаветной Церкви, бывшее прообразованием христианского таинства святого крещения (Кол II, 11–12), совершалось у иудеев над восьмидневными младенцами мужского пола и служило знамением вступления в ветхий завет с Богом со времени Авраама, отца верующих, которого Господь со всем многочисленным его потомством избрал для сохранения и распространения Ветхого Завета (Быт. XVII, 14; Лев. XII, 2–3). Печатью этого знамения служило имя, которое давали младенцу при обрезании. Иисус Христос, происшедший по плоти из племени Авраама, был также обрезан в настоящий день, – восьмой по рождении Своем, и назван Иисусом – тем именем, которое предвозвещено было Пресвятой Деве Марии архангелом Гавриилом, когда он благовестил Ей тайну воплощения и рождения от Нее Сына Божия (Лк. I, 31; II, 21).

II. Извлечем для себя, возлюбленные братия, из ныне празднуемого Святой Церковью события назидательные уроки.

а) При обрезании воплотившегося для нашего спасения Сына Божия дано Ему имя Иисус. Что означает имя Иисус? Спасение. Какое? – Всякое – духовное и телесное, временное и вечное, видимое и невидимое.

От каких зол не страдает падший род человеческий? Страдает от тьмы в уме, от злости в воле, от нечистоты и томления в сердце, от болезней и смерти в теле. Все эти виды зла будут уничтожены Сыном Божиим; от всех их Он спасает людей совершенно и навсегда. Для сего именно нарекается Ему имя Иисуса, или Спасителя; ибо Он его приемлет не так, как нередко принимаются имена у нас, но чтобы осуществить его на самом деле. Посему и дано это имя не как-либо случайно, по желанию, например, Матери Его или св. Иосифа, а свыше, от ангела, еще до зачатия Его во чреве. И ангел, без сомнения, не сам измыслил его, а принял с благоговением от Самого Владыки ангелов, из Него же, как замечает апостол, всякое отечество на небесех и на земли именуется (Еф. III, 15). Посему-то и несть другаго имени под небесем, о нем же подобает спасися (Деян. IV, 12), кроме имени Господа Иисуса; посему-то пред сим достопокланяемым именем и должно преклоняться всякое колено небесных, земных и преисподних; и всяк язык исповесть, яко Господь Иисус Христос в славу Бога Отца (Флп. II, 10–11).

Мы хорошо делаем, братия мои, что по чувству благоговения не даем этого имени никому. Кто из христиан осмелится носить имя Иисуса? Но крайне худо то, что это всесвятое и сладчайшее имя из области благоговения преходит у многих в область невнимания и забвения. Что же значат все великие имена в мире пред единым именем Иисуса? Ибо, еще повторим – верно и всякого приятия достойно слово апостола, яко несть иного имени под небесем, о нем же всем нам подобает спастися, кроме сего божественного имени. А когда в нем наше спасение, то как нам не любить его и не благоговеть пред ним? Любя, как не повторять его часто и с услаждением? Благоговея пред ним, как не дорожить им и не внушать к нему почтения всякому, на кого только нам возможно действовать? Древние христиане там умели усвоять себе сладчайшее имя Спасителя, что после мученической кончины св. Игнатия оно нашлось видимо отпечатленным в его сердце. Если такое совершенство превыше нашей слабости: то, по крайней мере, не будем походить на язычников, неведущих имени Иисусова.

б) Обрезание Господа есть видимое начало Его крестной жертвы; ибо все прочие виды унижения и страданий, кои будет претерпевать Он за нас во всю жизнь, составляли собою жертву бескровную, а здесь – железо и кровь, видимое предвестие гвоздей и венца тернового.

Видите, чем начал жизнь и действия Свои Тот, Который есть самая чистота и святость: обрезанием. – Не тем ли паче нам, нечистым и оскверненным грехами, должно употреблять время, нам даруемое, на совершение в нас духовного обрезания, т. е. на отсечение всех богопротивных помыслов и предрассудков, на искоренение всех душетленных страстей и пожеланий, на изглаждение всех духовных и плотских скверн? В противном случае лучше было бы сократиться нашей жизни, нежели продолжаться во грехах и беззакониях. Если же она, по милосердию Господа, продолжена еще: то это знак, что там – горе – ожидают нашего покаяния, ожидают давно, с тех пор как мы уклонились с пути правды и истины. Войдем же в дух и цель нового года; поймем истинную пользу, которую мы можем извлечь из времени, не на время только, а на целую вечность; престанем искать спасения там, где никогда нельзя найти его, и обратимся к Тому, Кто затем и послан, для того и пришел во плоти, для того пролил уже ныне кровь Свою, дабы спасти всех нас. Не раз уже, а многократно в настоящий день представал Он нам с Своею искупительной кровью, с Своим трогательным примером и спасением для нас. Се паки предстал и ныне, предстал для некоторых, по всей вероятности, в последний раз.

III. Не закроем же паки очей, не отвратим слуха по-прежнему; возьмем и мы нож самоотвержения христианского и, в духе веры о всесильном имени Иисуса, начнем обрезывать все, что в нас обрящется плотского и противного закону Божию (Сост. по проп. Иннокентия. архиепископа Херсонского, Т. I, стр. 198–208 и др. источники).

Поучение 2-е. День Обрезания Господня
(О причинах, почему Господь претерпел обрезание)

I. Господь наш Иисус Христос в восьмой день по рождестве Своем благоволил претерпеть обрезание, причем Ему наречено было имя Иисус, о котором ранее предсказано было архангелом Гавриилом Святой Деве Марии.

II. а) Иисус Христос принял обрезание, во-первых, для того, чтобы исполнить закон, который требовал, чтобы всякий иудей был в восьмой день подвергнут обрезанию, прообразовавшему собою святое крещение в христианстве. Не приидох, говорил Он, разорити закон, но исполнити (Мф. 5, 17). Он повиновался закону для того, чтобы нас, повинных и подчиненных закону, сделать свободными. Об этом святой апостол Павел так говорит: посла Бог Сына Своего, бываема под законом, да подзаконныя искупит (Гал. IV, 4, 5).

б) Во-вторых, Господь принял обрезание для того, чтобы показать, что Он принял истинную, а не мнимую плоть, и тем заградить уста еретиков, которые суесловили, что Христос не принял истинной плоти человеческой, а только имел вид ее. В обрезании явлено было не воображаемое, а подлинное Его человечество. Ибо если бы Его тело было кажущимся, а не действительным, то как можно было бы совершить обрезание над кажущимся телом? С этой точки зрения святой Ефрем Сирин, беседуя о Господнем обрезании, говорит: «Если Спаситель не имел действительной плоти, то кого Иосиф обрезал? Но так как Спаситель имел истинную плоть, то и принял обрезание как человек, в младенчестве обагрился кровью тела Своего, как Сын человеческий и болел и плакал от боли, как это свойственно природе человеческой».

в) В-третьих, Господь принял плотское обрезание для того, чтобы ввести для нас духовное обрезание. Окончив плотский ветхий завет, Он положил начало новому – духовному. И как ветхий плотский человек должен был обрезывать чувственную плоть, так новый духовный человек должен обрезывать душевные страсти: ярость, гнев, зависть, гордыню, нечистоту и другие греховные пожелания.

г) В-четвертых, Господь принял плотское обрезание для того, чтобы с младенчества соделать наше искупление. Господь, еще во младенчестве предначиная страдать за нас, изливает капли Своей крови в первые дни Своей жизни, и начинает за нас терпеть и страдать из детства, чтобы, когда возрастет в мужа совершенна, пролить за нас на кресте всю кровь Свою, для омовения грехов всего мира. Жизнь человеческая полна трудов, которые начинаются утром жизни и оканчиваются вечером ее. С утра – от пелен – Христос Богочеловек выходит на дело Свое, на труды, чтобы пребывать в них до того вечера, когда солнце померкнет и тьма будет до девятого часа. Над чем же Он трудится, что Он делает? Спасение наше содевает (Ин. 5, 17). С утра начинает сеять капли крови Своей, чтобы к вечеру собрать прекрасный плод нашего искупления.

III. О, Господи, сидящий в вышних на престоле со безначальным Отцем и Божественным Его Духом! Ты благоволил родиться на земле от отроковицы, неискусомужной Твоей Матери. Поэтому Ты и был обрезан, как восьмидневный младенец. Слава всеблагому Твоему совету, слава смотрению Твоему, слава снисхождению Твоему, едине Человеколюбче (тропарь празднику). (Составлено по Четьи Минеям св. Димитрия Ростовского).

Поучение 3-е. Новый год

(Нужно дорожить временем)

I. В день нового года принято говорить о времени. Следуя общему обычаю, скажем и мы о нем. Послушайте, что говорит о времени апостол Павел: поступайте осторожно… дорожа временем, потому что дни лукавы (Еф. 5, 15–16). Странное дело! Неужели же и человеку, сотворенному по образу и подобию Божию (Быт. I, 26), созданному во Христе Иисусе на дела благая (Еф. II, 10), умаленному малым чим от ангел, славою и честью венчанному (Пс. 8, 6) – нужно еще напоминать, нужно учить его, чтобы он дорожил временем? Хотя странно, но на самом деле так.

II. Посмотрите на все предметы, которые вокруг нас. Все они исполняют дело неизменно – и все в свое время. Небесные тела неуклонно следуют путем, указанным им Творцом, и знают время, когда светить. Солнце, как жених, исходит из чертога своего, льет свет по всей земле и потом познает запад свой. Луна светит ночью. Ночь всем тварям подает сладкий покой. Земля знает время, когда производить траву скотам и злак на службу человекам. Деревья одеваются листьями и плодами в свое время. И, увы, один лишь человек, как говорит премудрый, не знает своего времени (Еккл. 9, 12), и одни пороки людские делают дни лукавыми, и одни люди – дни злыми делают по причине своего безумия, ибо не хотят знать настоящего употребления времени (Иероним и блаженный Августин в речи на слова апостола Павла, Еф. 5, 15–16).

Так оказывается справедливым, что именно человеку нужно особенно напоминание о том, чтобы он дорожил временем, и что поэтому и наставление апостола для него существенно важно и необходимо. Необходимо это наставление, ибо все: и истраченные деньги, и прожитое состояние, и даже поколебленное здоровье могут возвратиться, но никогда не вернется потерянное время.

а) Нужно дорожить каждой минутой времени. Часто и одна только мгновенная ошибка делается причиной скорби на всю жизнь. Нередко человек в момент самозабвения и искушения совершает зло, для исправления которого недостаточно бывает после и всей его жизни. И нередко случалось, что одно только прегрешение и одна небрежность влекли за собою последствия гибельные и неотвратимые. И также часто, в самое короткое время, люди обесславливали свое имя, подготовляли себе жестокие угрызения совести на целую жизнь и причиняли близким своим самую горькую скорбь. И, наоборот, в самое то же короткое время люди совершали и значительное добро, если они решались идти по пути истины и честности. А при этом, конечно, несомненно и то, что если кто совершал хотя по одному какому-либо доброму делу в день, тот достойным и прекрасным образом проводил жизнь и подготовлял себе богатую жатву на небе.

Так вот, из размышления и об одних только минутах, как видите, можно убедиться в том, сколь важно и необходимо для нас наставление апостола: поступайте осторожно, дорожа временем.

б) А что же после этого сказать о времени вообще? О, если мы даже немного подумаем о нем, то ясно убедимся, сколь нужно нам это наставление апостола. Ибо что такое вся настоящая жизнь наша? «Она есть ни более ни менее, как лествица, которая одним концом простирается до неба, а другим касается ада: и мы, идя по ней, постепенно или приближаемся к небу и наконец достигаем его; или ниспускаемся в преисподнюю и наконец низвергаемся на дно адово». А при этом, кто знает, может быть время настоящее есть уже последняя ступень в этой лествице? Кто может утверждать, что не скоро еще раздастся полуночный глас: се Жених грядет? Кто может нас уверить, что не сегодня, а завтра нас позовут на суд Божий? – Конечно, никто. А если так, то понятно, по слову апостола, и должны мы постоянно поступать осторожно, дорожа временем, должны непрестанно помнить, что жизнь наша коротка и внезапно прерываема, что все на земле тленно и ничтожно, кроме души бессмертной; что надобно отличать и обогащать себя тем, что вместе с душою перейдет в вечность, т. е. делами добрыми, и что тот из нас ужасный враг самому себе, кто живет так, как будто ему и умирать никогда не надобно.

III. Что прибавить к этому еще, чтобы крепче утвердить и сильнее напечатлеть в умах и сердцах ваших слово апостола? Прибавим еще следующее наставление святителя Тихона Задонского, которым и заключаем слово. «О, бедный грешник, – поучает святитель, – почто утренний день обещаешь себе, который не в твоей, но в Божией власти есть? Что, когда завтрашнего дня не дождешься? Что, когда царский указ к тебе приидет тотчас, и позовет тебя тем Царь небесный Господь не к покаянию уже, но к ответу и суду? Какой страх, какой трепет, ужас и отчаяние будут колебать тогда душу твою! Смерть невидимою дорогою за всяким ходит и восхищает человека, когда не чает, и где не чает, и как не чает. Что, когда она и к тебе в таких мыслях приидет, и без голоса возгласит тебе: иди, человече, Господь Вседержитель зовет тебя! Что будешь говорить тогда?.. Итак, не медли, грешник, обратися ко Господу, да не вместо милости Божией суд Божий на себе дознаешь».

(Из творений святителя Тихона Задонского, том 12, стр. 127–130; см. № 1 журнала «Кормчий» за 1891 г.).

Поучение 4-е. Новый Год
(Истинное счастье может быть уделом только истинных христиан)

I. Приветствуя ныне друг друга с новогодием, мы желаем друг другу счастья. Желает нам ныне всяких благ и Святая Церковь, о чем и молит Господа.

II. Но знайте, братия, что истинное счастье на земле может быть уделом только истинного христианина:

потому что только он один может наслаждаться чистой, спокойной совестью – драгоценнейшим из всех сокровищ; только он может, с твердым упованием на Бога, переносить все бедствия и искушения, которые так многочисленны в жизни и неизбежны для всякого; только он может правильно воспользоваться благами мира для славы Божией, для спасения души своей и для благодеяния ближним; только истинный христианин может быть всегда доволен всякой участью, какую бы ни послал ему Господь, – а в этом-то довольстве и состоит истинное счастье на земле. Без христианского же благочестия в сердце человек несчастен посреди бедствий жизни, которые он не сумеет перенести благодушно; несчастен и при всем обилии благ житейских, которые употребляет только во вред души своей, и которые никогда не доставят ему внутреннего покоя и довольства, недоступных для душ порочных.

Если мы желаем ныне друг другу счастья и взаимно приветствуем этим благожеланием, то должны желать не одного земного счастья. Что такое мир, в который мы вступаем? Это – место нашего воспитания, здесь мы проведем несколько лет… А потом? Потом настанет вечность, к которой, собственно, и воспитывает нас Господь на земле; настанет иная, совершеннейшая жизнь, к которой настоящая служит только приготовлением; откроется высочайшее, нескончаемое счастье для всех, кто успеет приготовить себя к нему в продолжение настоящей жизни. Вот этого-то счастья, составляющего предмет самых пламенных желаний для всех истинных христиан, этого-то счастья всего более позвольте пожелать вам при вступлении вашем в новый период вашего приготовления к вечности… Но путь к нему – нашему горнему отечеству, путь к небесному счастью и блаженству, как вы сами знаете, один: это путь веры, надежды и любви христианской, путь добрых дел и благочестивой жизни.

III. Будьте же добрыми, благочестивыми и истинными христианами, – и вы непременно будете истинно счастливы на земле и удостоитесь вечного счастья в доме Отца небесного. Счастлив тот, кто, вступая ныне во врата нового лета, решился оставить прежний порочный образ жизни и вступить на новый путь, путь веры и благочестия, чтобы, при помощи Божией, идти по нему твердо и неуклонно к новому небу и новой земле, которых по обетованию Божию чаем (2 Пет. 3, 13). Этого-то величайшего и единственного счастья желаю ныне всем вам, братия, от всей души, от лица матери нашей Святой Православной Церкви. (Составлено по Проповедям Макария, митрополита Московского, т. I, стр. 308–309).

Поучение 5-е. Святитель Василий Великий
(О подражании его жизни)

I. Святая Церковь чтит ныне святого Василия, архиепископа Кесарийского, прозванного «Великим» за его святую жизнь, деятельность и учение. Святитель Василий родился в 329 году в знатной и благочестивой семье, известной своей доброй жизнью и христианским воспитанием детей. С раннего возраста возлюбив Бога, Его святой закон и учение Христово, свт. Василий решил посвятить жизнь свою на служение Церкви. Но для борьбы с язычниками и еретиками, нападавшими тогда на Церковь, нужна была тщательная научная подготовка, и вот, св. Василий оставляет родительский дом и отправляется учиться в далекие края, посещает города, знаменитые своими школами и учителями, и прилежно занимается науками, причем в выборе друзей является крайне осторожным и дружески сближается только с великим впоследствии отцом Церкви, св. Григорием Богословом, которого он полюбил так, что, казалось, и душа и сердце у них были одни; затем путешествует по Сирии, Палестине и Египту для ознакомления с жизнью великих христианских подвижников. По возвращении на родину св. Василий сам удаляется в пустыню; здесь на свободе упражняется в молитве, чтении слова Божия, богомыслии и подвигах, пока злые нападки нечестивых ариан не вызывают его на защиту Церкви Христовой, сначала в звании пресвитера, а потом архиепископа кесарийского. Когда нечестивый царь Валент хотел силою ввести арианство, унижавшее достоинство Сына Божия и считавшее Его только одним из совершеннейших творений Божиих, св. Василий, строгий ревнитель чистоты православного учения, был призван на суд к гордому префекту царскому Модесту. Последний, указывая св. мужу на согласие многих епископов востока с волей императора, потребовал и от него такого же согласия. «Мой Царь не хочет, да и я не могу поклоняться твари: я сам – творение Божие», – сказал Василий. Тогда Модест, раздраженный неуступчивостью и смелыми ответами святителя, стал грозить отнятием его имения, ссылкой, всевозможными мучениями и даже самой смертью. «Грози чем-нибудь другим, если можешь: отнять у меня нечего, так как у меня нет имения, у меня одна только власяница и несколько книг. Ссылки я не считаю ссылкою: вся земля – Божия, а я пришлец и странник. Смерть – благодеяние для меня: она скорее приведет меня к Богу, для Которого я живу, служу и большей частью уже умер». Бесстрашие св. Василия привело в изумление Модеста и Валента, и они оставили его в покое. В борьбе с еретиками и язычниками, в устном и письменном назидании своей паствы, делах милосердия, гонениях за истину протекла большая половина жизни великого святителя, окончившего свое многотрудное и многоплодное земное поприще в 1-й день января 379 года.

II. Так как мы имеем заповедь апостольскую подражать жизни святых, то поревнуем благочестивой жизни св. Василия Великого.

а) Во-первых, будем подражать любви святителя Василия Великого к просвещению. Слово Божие и здравый смысл человека указывают сильные побуждения к занятию науками. Искание истины и ведения делает человека мудрым. «Лучше знание, нежели отборное золото, – говорится в притчах Соломона, – потому что мудрость лучше жемчуга, и ничто из желаемого не сравнится с нею». (Притч. 8, 10–11, 33). «Вникай в себя и в учение; занимайся сим постоянно: ибо, так поступая, и себя спасешь и слушающих тебя», – пишет святой апостол Павел Тимофею (1 Тим. 4, 16).

б) Во-вторых, будем подражать свт. Василию Великому в осторожности в дружбе. Этот св. отец во время школьного своего обучения в г. Афинах, в Греции, имел у себя единственного друга св. Григория Богослова, также прибывшего сюда для научного образования.

Вот как эти христианские юноши спасались от искушений, их окружающих. «Мы знали, – говорит св. Григорий, – только две дороги: одну, которая вела нас в церковь и к святым наставникам, в оной проповедующим, – другую, которая вела нас в академию (высшее училище) к учителям словесности и любомудрия. Что касается до тех дорог, по коим ходят на мирские праздники, на позорища, на пиршества, мы их не знали и знать не хотели. Зная, что дурные примеры подобны заразительным болезням, мы не имели сообщения с теми из товарищей, которые были развратны, дерзки и бесчинны, а обращались только с умеренными, скромными и благочестивыми».

Юноши христиане! Не увлекайтесь безразборчиво привязанностью к товарищам.

Сколько молодых людей погибает от легкомысленного подражания своим товарищам! «Кто прикасается к смоле, – говорит премудрый Сирах, – тот очернится, и кто входит в общение с гордым, тот сделается подобным ему» (13, 1). «Обращающийся с мудрыми, – свидетельствует премудрый Соломон, – будет мудр, а кто дружится с глупыми, развратится» (Притч. 13, 21).

в) В-третьих, будем, по примеру свт. Василия Великого, истинными исповедниками веры Христовой, будем христианами не по имени только, что для нас нимало не полезно, но главным образом по жизни. Только благочестивой жизнью и правой верой можем мы прославлять Отца нашего небесного, заслужив тем и жизнь вечную. Тако да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрая дела, и прославят Отца вашего, Иже на небесех (Мф. 5, 16).

А когда за исповедание веры Христовой словом и делом мы можем навлечь на себя со стороны отпавших от веры презрение, ругательства, насмешки и даже открытую вражду и вследствие этого убоимся исповедать Христа, то да помним грозные пророчественные слова нашего Господа и Спасителя: иже аще постыдится Мене и словес Моих в роде сем прелюбодейнем и грешнем, и Сын Человеческий постыдится его, егда приидет во славе Отца Своего со ангелы святыми (Мк. 8, 38).

III. Молитвами св. Василия Великого да даст нам Господь благодатную помощь утвердиться в правилах благочестия, преподаваемых его святой жизнью (Протоиерей Г. Дьяченко).

Второй день

Поучение 1-е. Св. Сильвестр, папа Римский
(Добродетель страннолюбия)

I. Св. Сильсвестр, папа Римский, память коего празднуется ныне, жил в конце III и в 1-й половине IV века по Р.Х. Любимым делом его было заботиться о слабых и усталых странниках. Когда прибыл в Рим для проповедования Евангелия св. апостол Тимофей, то Сильвестр принял его в свое жилище, а когда он был замучен и обезглавлен за свое проповедование, то св. Сильвестр принес ночью в дом свой тело мученика и предал его погребению. Здесь и оставались мощи св. Тимофея до тех пор, пока их можно было перенести в храм, который соорудила впоследствии в честь их одна благочестивая христианка.

Более двадцати лет управлял римской Церковью св. Сильвестр и скончался в 335-м году по Рождестве Христове.

II. Жизнь св. Сильвестра, папы Римского, учит нас быть страннолюбивыми.

Вот как учит об этой высокой христианской добродетели, обязательной для всех христиан, великий учитель вселенской Церкви, св. Иоанн Златоуст.

«Будем оказывать гостеприимство Господу в лице нищих и странных, – говорит он. Иже аще приимет единаго малых сих, – говорит Господь, – Мене приемлет (Мф. 18, 5–6). Чем менее брат твой, тем более в лице его приходит Христос. Ибо принимающий великого человека часто делает это из тщеславия, а принимающий малого делает это часто для Христа. Странен бех, – говорит Он, – и введосте Мене (Мф. 25, 35), и еще: понеже сотвористе единому сих меньших, Мне сотвористе (ст. 40). Если он – верный и брат, то, хотя он не Павел апостол, хотя бы был самый малый, в лице его приходит Христос. Отвори дом свой, прими Его. Приемляй пророка, – говорит, – мзду пророчу приемлет (Мф. 10, 41). Следовательно, и принимающий во имя Христа получит награду, как принимающий Христа».

«Не сомневайся в истине слов Его, но веруй. Он Сам сказал, что в лице их приходит Он, и дабы ты не сомневался в этом, Он определил наказания для непринимающих и почести для принимающих, чего не сделал бы, если бы Он не был Сам и принимаемый и отвергаемый. Ты принял Меня, – говорит Он, – в жилище свое, Я приму тебя в Царствие Отца Моего; ты избавил Меня от голода, Я избавлю тебя от грехов; ты воззрел на Меня связанного, Я доставлю тебе разрешение; ты призрел Меня странника, Я сделаю тебя гражданином неба; ты подал Мне хлеба, Я дам тебе Царствие всецело, в наследие и обладание твое. Приидите, – говорит Он, – наследуйте уготованное вам Царствие (Мф. 25, 84)».

«О, поистине благословенны руки, совершающие такие благодеяния, удостоившиеся послужить Христу!

Легко пройдут чрез огонь ноги, ходившие в темницы для Христа; не испытывают тяжести уз руки, касавшиеся Его связанного. Ты одел Его в одежду, и облечешься в одежду спасения; ты был с Ним в темнице, и будешь с Ним в Царствии. Он исповедует это не стыдясь, но признавая, что ты призрел Его».

«Но скажешь: из них есть много обманщиков и неблагодарных. Тем большая будет тебе награда, если примешь их во имя Христово. Если ты уверен, что обманщики, то не принимай в свой дом; если же не уверен, то для чего осуждаешь без разбора? Но какое мы имеем оправдание, если и тех, кого не знаем, мы не принимаем, но запираем двери для всех? Пусть будет дом твой Христовым пристанищем для всех; будем ходить повсюду, привлекать к себе, гоняться, как за добычею; здесь мы скорее сами получаем, нежели оказываем благодеяния. Не повелеваю заколоть тельца: дай хлеб алчущему, одежду обнаженному, покров страннику» (Из творений свт. Иоанна Златоуста, 45 беседа на кн. Деяний апостольских).

III. Молитвами св. Сильвестра, да дарует нам Господь наш Иисус Христос Свою всесильную помощь утвердиться в спасительной добродетели страннолюбия, какою прославился воспоминаемый ныне св. Сильвестр, папа римский. (Составлено по указанным источникам).

Поучение 2-е. Св. Юлиания Лазаревская
(Должно посещать храмы Божии)

I. Св. Юлиания, ныне Церковью воспоминаемая, происходила из богатого рода дворян Недюревых; отец ее служил при дворе Иоанна Грозного (XVI в.). Оставшись шести лет сиротой, Юлиания жила у своей тетки Натальи Араповой. В доме тетки приходилось терпеть ей немало оскорблений. Юлиания любила молиться, ходить за больными, подавать милостыню и заниматься рукоделием; двоюродные сестры осмеивали ее благочестивую жизнь, а тетка их не останавливала. Как ни горько было Юлиании жить в таком семействе, но она старалась терпеливо переносить обиды и почитала тетку, как родную мать. Когда Юлиании исполнилось 16 лет, ее выдали замуж за Юрия Осорьина, богатого помещика села Лазаревского около Мурома. Трудолюбием и полной покорностью Юлиания приобрела себе любовь свекра и свекрови. С слугами она обращалась кротко и снисходительно, большую часть работ делала сами и даже тяготилась услугами. Когда мужу ее приходилось уезжать из дому по службе, Юлиания тайно от всех проводила в работе дни и ночи, а вырученные от проданных вещей деньги отдавала бедным или на украшение храма. Во время наступившего в муромской области голода Юлиания раздавала голодающим пищу, а когда появилась сильная зараза, сама ходила за больными, обмывала умерших и часто хоронила их на свой счет.

Тяжкое огорчение пришлось испытать Юлиании, когда двое сыновей ее были убиты: один слугою, другой на войне. Пораженная горем, она стала просить у мужа позволения вступить в монастырь. Муж удерживал ее, напоминая о других детях, которые в таком случае лишатся матери. Уступив просьбам, Юлиания осталась жить с детьми, но еще более увеличила пост и молитву. Каждую пятницу она запиралась в особую комнату и целый день молилась, не принимая пищи; спала обыкновенно не более двух часов в сутки, подложив под голову острые дрова. По смерти мужа Юлиания отдала почти все свое имущество в церкви и монастыри, да и прежде любовь к бедным доводила ее до того, что часто у нее не было ни хлеба, ни денег. Однажды, во время суровой зимы, не имея средств приобрести себе теплую одежду и обувь, Юлиания не ходила несколько дней в церковь. Священник церкви Лазаря, пришедши в нее для богослужения, услышал голос от иконы Богоматери: «Скажи вдове Юлиании, чтобы она ходила в церковь; домашняя молитва угодна Богу, но не так, как молитва в храме. Уважайте ее: Дух Божий почивает в ней». Когда священник рассказал Юлиании, что слышал в храме, она стала посещать богослужение ежедневно, несмотря ни на какую погоду, хотя имела в то время около 60 лет.

Св. Юлиания скончалась 2-го января 1604 г. В 1614 году, когда хоронили ее сына, открыли ее гроб, полный благовонного мира. Многие больные, мазавшиеся этим миром, получали исцеление.

II. Братия! Голос Богоматери, повелевающий св. Юлиании неопустительно ходить в храм для молитвы, наводит нас на размышления о том, сколь полезно и спасительно для души посещать храмы Божии.

а) Что такое храм Божий? Это – небо на земле. Ибо чем красуется небо? Славным, блаженнотворным и радостотворным присутствием Триипостасного Божества; тем, что блаженные небожители выну видят лице Отца небесного, непрестанно беседуют с Господом Иисусом Христом, всегда преисполнены мира и радости о Дусе Святе. Не то же ли самое составляет преимущество и назначение и святых храмов Божиих? Здесь Неописанный по существу является нам в том святолепном образе, в коем Он пребывал на земле во плоти и пожил между человеками, в коем самовидцы и слуги Словесе видели славу Его, славу яко единородного от Отца, исполнь благодати и истины. Здесь всесовершающая благодать Духа Божия является нам в многоразличных благословениях, священнодействиях и таинствах. Правда, все это закрыто здесь от очей чувственных под смиренным покровом внешних образов; но все открыто пред очами веры в существенной силе и внутренних благодатных действиях на душу и сердце человека. Как иначе явить нам небесное и духовное, которого в настоящем состоянии нашем ни видеть, ни осязать не можем, как не под видимыми, доступными для нас, образами? А если бы Господь благоволил явиться нам в Своей велелепной, но неприступной для недостойных и страшной для грешников славе, то не бежали ль бы мы сами отселе и не возопили ль бы горам: падите на ны, и холмам – покрыйте ны от лица Седящаго на престоле?

б) Итак, хотите ль побывать когда на небе, слышать, что говорят там, видеть, что совершается там, беседовать с Самим Господом славы? Придите с верою и благоговением в храм Господень. Здесь узрите престол Божий и на нем Агнца, закланного прежде сложения мира, окруженного тмами тем св. ангелов, услышите те же хвалебные песни, которые воспевают на небе святые ангелы и лики св. праведников, которые святые тайновидцы слышали у херувимов и серафимов и предали Святой Церкви. Приобщитесь к их священному лику, исповедайте и прославьте вместе с ними величие и славу Божию, поклонитесь вместе с ними своему Творцу и Господу, своему Спасителю и Судии. Здесь увидите Божественный лик Господа Иисуса Христа, исполненный благости и милосердия, кротости и долготерпения: излейте пред Ним всю душу свою, выскажите все сердце свое, откройте все помышления свои, скажите все желания свои; Он услышит молитву вашу, примет с отеческой любовью покаяние ваше, исполнит во благих благие желания ваши, благословит добрые намерения ваши. Здесь услышите св. Евангелие – это живое и действенное слово Единородного Сына Божия, эту благую весть с неба от Отца Небесного. Примите его с верою отверстым сердцем, и оно напитает вашу душу, усладит ваше сердце, умиротворит и успокоит дух ваш. Здесь предлагается на трапезе Господней такая пища и питие, которые напитают душу нашу на всю вечность, оживотворят и воскресят самую плоть нашу к вечной жизни и бессмертию, к вечной славе во Царствии Божием. Здесь узрите, наконец, такое священнодействие, которого нет даже и на небе; ибо здесь приносится Богу та страшная жертва, которую принес на кресте Единородный Сын Божий за грехи всего мира; так что, стоя в храме во время священнодействия литургии, мы стоим как бы на Голгофе в те страшные минуты, когда Господь Иисус Христос страдал на кресте, когда примирялось небо с землею, когда Он изрек Свое великое слово – совершишася. Какая чистая, сердечная молитва не будет услышана в такое время? Какой вздох покаяния презрен и отвергнут милосердием Божиим? На кого из предстоящих с верою и умилением сердечным не призрит Своею любовью и милосердием Отец небесный?

III. Поэтому-то, братия мои, нельзя не радоваться духом, когда храмы Божии бывают полны молящимися; когда присутствующие в храме молятся с теплотою веры и любви, с сердцем сокрушенным и смиренным, когда возносится здесь соборная, единодушная, богоприятная молитва о мире всего мира, о благосостоянии святых Божиих церквей, о спасении и благоденствии благочестивейшего царя и отечества, о благорастворении воздухов и изобилии плодов земных, о избавлении от всякой скорби, нужды и печали, о еже благоуветливу быти благому и человеколюбивому Богу нашему и отвратити гнев Свой, праведно на ны движимый: о, как радуются тогда святые ангелы-хранители, с каким горячим усердием молятся они за эти добрые души, врученные их охранению!

Точно также нельзя не скорбеть от всего сердца, когда в храмах Божиих присутствуют одни почти священнодействующие и одни святые ангелы, когда не видишь в них именно тех людей, у которых более всего не только свободного, но и совершенно праздного времени, и которые не знают, как убить его; или, что еще преступнее, когда в самый храм Божий вносят с собою рассеянность, неблагоговение и бесчиние. Можете представить, братия мои, какую скорбь, какие неосушаемые слезы причиняют такие люди своим ангелам-хранителям! Как тяжко оскорбляют любовь и благость Отца небесного! Как преступно неблагодарны пред Спасителем нашим, Сыном Божиим, Которого пречистое тело и кровь приносятся на св. жертвеннике! Аминь. (Составлено по «Полному собранию проповедей» Димитрия, архиепископа Херсонского и Одесского, т. V, изд. 1890 года).

Третий день

Св. мученик Гордий
(Необходимость исповедания веры)

I. Св. мученик Гордий, память коего совершается ныне, жил в III веке, происходил из каппадокийского города Кесарии и был начальником (сотником) в римском войске. Сложив с себя должность сотника, он подвизался в пустыне. Когда император Ликиний воздвиг гонения на христиан, то Гордий пришел в город в то время, как язычники совершали праздник в честь бога войны, Марса. Явившись на торжество, он провозгласил, что верует во Христа и презирает идолов. Градоначальник приказал жестоко мучить святого. «Господь мне помощник, и не убоюсь я, что сотворит мне человек!» – говорил он во время мучения. Видя непреклонность св. Гордия, начальник переменил строгость на ласку и обещанием разных наград думал склонить его к отречению от Христа. Но мученик отвечал: «Ты не можешь дать мне ничего лучше и дороже Царства Небесного». Тогда начальник приказал казнить св. мученика. Когда вели святого Гордия на казнь, то некоторые советовали ему отречься от Христа хотя только на словах, в душе же остаться верующим. «А что сказал Господь в Евангелии? – говорил при этом св. мученик, – Кто отвергнется от Меня перед людьми, отвергнусь от того и Я пред Отцем Моим на небесах». Осенив себя крестным знамением, он спокойно склонил голову под меч палача. (Четьи Минеи 3-го января).

II. Св. мученик Гордий своим святым примером учит нас мужественно исповедовать христианскую веру.

Двух родов может быть исповедание веры.

Одно бывает особенное, во времена гонений, а другое общее, при обычном, мирном течении жизни.

а) Гонения за веру во Христа, за православные догматы бывали. О них свидетельствует история, о них говорят целые сонмы мучеников святых. По местам случаются гонения и ныне. Нужно сказать, что они возможны и всегда.

Как должно православному христианину вести себя во время гонений за св. веру? Господь наш Иисус Христос сказал: егда гонят вы в граде, бегайте в другий (Мф. 10, 23). Укройтесь мало елико, елико, дондеже мимо идет гнев Господень, говорит пророк Исаия (26, 20). Настало гонение, испытай себя; чувствуешь слабость, боязнь и страх, – молчи, молясь Господу, да укрепит тебя в предстоящей напасти. Если хочешь, можешь укрыться. Многие так поступали во времена гонений, целыми общинами удалялись в леса и пустыни. Совсем не будет греха в этом.

Но вот православному христианину нет более возможности скрываться. Взяли его и ведут на суд за имя Христово. Дерзай, верный Божий раб! Не убойся и не устрашись! Объяви, поведай о силе любви твоей к Господу, стань за Него до готовности пролить кровь.

Не должно православному христианину хранить молчание и в тех случаях, когда единоверные братья по слабости и малодушию готовы отречься от веры. Ободрить, укрепить и поддержать нужно слабых. Многие святые так поступали и тем приносили великую пользу не только христианам, но и неверующим, делая их верующими.

б) Благодарение Господу Богу, ныне у нас времена мирные. За веру Христову не гонят и силою не вынуждают исповедание ее. Так должно ли нам исповедовать веру, когда нет внешних побуждений? Должно, ибо внутренние побуждения остаются. И эти последние заставляют человека искренно говорить, поступать и жить по правилам православной веры. Найдутся, быть может, неразумные и станут над тобой смеяться. Пусть смеются в обличение своего неразумия. Святые апостолы радовались, когда подвергались бесчестию за имя Христово. Им должно подражать. Если притеснять станут за веру, еще полезнее это для тебя. Радуйся! Уже венец мученический сходит на главу твою. Стыд, боязнь и смущение суть верные знаки маловерия. Иже бо аще постыдится Мене и Моих словес, сего Сын человеческий постыдится, егда приидет во славе Своей, и Отчей и святых ангелов (Лк. 9, 26). Вот чего бояться нам нужно, а не того, что скажут о нас люди. Отвратит лице Свое от нас Господь, погибнем мы в тот страшный час суда. Итак, православному христианину нужно небоязненно, открыто говорить и жить по правилам святой веры.

Бывают случаи, когда уже совсем неизвинительно наше молчание. Вот встречаешь ты богохульника. Открыто порицает он и хулит веру православную. Обличи его, исповедуй истину. Если он послушает тебя, ты приобрел брата. Не обратит он внимания на твои слова, ты будь спокоен. Богу единому принадлежит суд, а ты исполнил свой долг. (См. «Воскресные чтения» за 1888 г.)

в) Что же нам сказать о тех слабодушных из числа верующих, которые при случае и сами готовы надеть маску неверия? Все равно, боязнь ли бывает тут причиною, или легкомыслие, в обоих случая постыдно и грешно это низкое человекоугодничество. И на что это похоже: один неразумный думает неразумно, а другой в угоду ему принимает вид неразумного?! Вот образец низкого лицедейства! Не так должно поступать искреннему христианину. Любит он более всего веру православную и исповедует ее открыто и безбоязненно пред всеми. Слово его не расходится с делами. Он живет по тем правилам, которые дает ему вера православная. Таковое исповедание веры словами и жизнью приведет христианина ко спасению. И св. апостол Павел говорит: яко аще исповеси усты твоими Господа Иисуса, и веруеши в сердце твоем, яко Бог Того воздвиже из мертвых, спасешися. Сердцем бо веруется в правду, усты же исповедуется во спасение (Рим. 10, 9–10).

III. Видишь, какой конец имеет исповедание веры. Во спасение души оно бывает и делает людей блаженными. Иди с Божией помощью смело по сему пути, православный христианин! (Составлено по указанным источникам).

Четвертый день

Собор св. семидесяти апостолов
(Уроки, извлекаемые из жизни св. апостолов для христиан: мы должны а) учить других добрым примером, б) великодушно прощать обиды и в) терпеливо переносить скорби).

I. Четвертого января Святая Церковь чествует память всех семидесяти апостолов вместе. Этот праздник называется Собором семидесяти апостолов, т. е.

собранием верующих для прославления семидесяти апостолов.

Св. евангелист Лука повествует, что Иисус Христос, кроме двенадцати апостолов, которые следовали за Ним, избрал еще семьдесят апостолов и послал их в города и села проповедовать слово Его. Он дал им силу творить чудеса, не велел им заботиться о потребностях житейских, но призывать людей к вечной жизни. Когда эти семьдесят апостолов возвратились к Господу и с радостью сказали Ему: Господи, и бесы повинуются нам именем Твоим, Иисус отвечал: «Не о сем радуйтесь, но о том, что имена ваши написаны на небесах».

После вознесения Иисуса Христа святые апостолы, укрепленные благодатью Духа Святаго, усердно продолжали дело, завещанное им Господом. Они неутомимо обходили города и села, везде проповедуя слово Божие, служа образцами св. жизни и крестя уверовавших во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Много они терпели бедствий и гонений; язычники вооружались против них, заключали их в темницы, предавали мучениям, но они все переносили с терпением и твердостью. Мы терпим голод и жажду, и наготу, и побои, пишет св. апостол Павел, и скитаемся, и трудимся, работая своими руками. Злословят нас, а мы благословляем; нас гонят, мы терпим; нас хулят, мы молимся. Вот какова была жизнь святых апостолов, жизнь, исполненная трудов и лишений, но осененная благодатью Божией, ибо они исполняли волю Божию. Сила Господня видимо помогала им в делах их. Изгнанные из одной страны, они шли в другую и, таким образом, самое гонение способствовало к распространению слова Божия.

Апостолы проповедовали смирение и презрение богатства людям, привязнанным к земным благам, славе и величию; они в жизни сей обещали только страдания. Уверовавшие подвергались страшным гонениям; а между тем вера христианская быстро распространялась и утверждалась в сердцах. Проповедь апостолов состояла, как говорит апостол Павел: не в убедительных словах человеческой мудрости, но в явлении духа и силы (1 Кор. II, 4). Они поучали не одними словами, но и примером добродетельной жизни, терпения, кротости и делами любви. Многие из апостолов скончались мученической смертью.

II. а) По примеру св. апостолов и мы должны не только словом, но главным образом добрым примером жизни содействовать распространению христианской веры и славы Божией: тако да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрая дела и прославят Отца вашего, Иже на небесех, говорит Господь.

б) Подражая св. апостолам, для прославления коих мы собрались, и мы будем великодушно прощать обиды нашим врагам, молиться за злословящих нас и добро творить притесняющим и ненавидящим нас, дабы уподобиться Господу, простившему Своих врагов и молившемуся за них Отцу Своему небесному, и получить от Него милость и прощение наших бесчисленных грехов пред Ним.

в) По примеру ныне прославляемых св. апостолов и мы должны с великим терпением переносить все скорби за благочестивую христианскую жизнь и за имя Христово: блажени есте, егда поносят вас и ижденут и рекут всяк зол глагол на вы лжуще Мене ради: возрадуйтеся и возвеселитесь: яко мзда ваша многа на небесех, сказал Господь Своим ученикам и всем верным Своим последователям.

III. Всяку радость имейте, братия моя, егда во искушения впадаете различна, ведяще, яко искушение вашея веры соделовает терпение, терпение же дело совершенно да имать, яко да будете совершени и всецели, ни в чем же лишени, учит св. апостол Иаков, показывая великую пользу терпеливого перенесения скорбей, постигающих, как и св. апостолов, всякого христианина (Протоиерей Г. Дьяченко).

Пятый день

Поучение 1-е. Навечерие Богоявления Господня, пред освящением воды
(О благоговейном поведении христиан при водоосвящении)

I. Сейчас из уст Святой Церкви вы услышите, братия, глас Господень на водах, призывающий всех и каждого к принятию духа премудрости, духа разума, духа страха Божия, явльшагося Христа. Так как глас этот есть глас Божий: то надлежало бы ожидать, что мы, исполняясь духа разума и страха Божия, не будем иметь нужды в указании, как вести себя при наступающем священнодействии и как употреблять освященную воду. Но печальный опыт говорит другое: ни в какой день не происходит столько неприличного замешательства в наших храмах, как ныне. Потому, прежде нежели изыдем для освящения воды, мы почли за долг изыти пред вас для показания важности этого священнодействия и для защищения этого обряда церковного от злоупотреблений.

II. Что же мы сделаем для сего?

а) Укажем, во-первых, на происхождение предстоящего священнодействия. Кто учредил его? Люди ли какие-нибудь обыкновенные? Нет, мы прияли его от мужей великих и святых, от апостолов и их преемников. А первый, высочайший пример к тому подан Самим Господом, когда Он погружением Своего пречистого тела во Иордане освятил все естество вод. После сего возмущать каким-либо беспорядком столь важное, по самому происхождению своему, священнодействие, значит не иметь уважения к тому, пред чем благоговели мужи самые великие и святые, что в продолжение многих веков служило к освящению целых стран и народов.

б) Если многие из нас не знают сего, то, по крайней мере, у каждого есть очи и слух, дабы видеть и слышать, что творится и поизносится ныне над освящаемою водою; а этого одного уже достаточно, чтобы заставить обращаться с нею со всяким уважением.

Ибо как освящается вода? Обыкновенным ли каким-либо благословением? – Хотя и всякое благословение, когда оно преподается во имя Отца и Сына и Святаго Духа, важно для христианина, но здесь большее благословение и большее священнодействие. Здесь не один человек, а вся Церковь изливает теплые молитвы о том, чтобы существо воды освящено было силою и наитием Святаго Духа, очистительным действием всей Пресвятой Троицы, и чтобы ей сообщено было благословение Иорданово. Тут самым торжественным образом призывается над освященной водою страшное и достопокланяемое имя Того, пред Кем трепещет вся тварь. Тут, наконец, совершается троекратое погружение в освящаемую воду самого Креста Христова, Креста, пред коим благоговеют все силы небесные, и от коего убегают все силы преисподней. Скажите: что еще больше можно бы употребить для освящения – и, следовательно, для внушения уважения к тому, что освящается?

И для чего освящается вода? Для малых ли каких-либо и обыкновенных целей? Нет, для самых важных. Во еже, как возглашает диакон, быти воде сей освящения дару, грехов избавлению, во исцеление души и тела, к отгнанию всякаго навета видимых и невидимых враг, приводящей нас в самую жизнь вечную. Можно ли испрашивать больших даров? И можно ли после того не благоговеть к орудию таких даров?

Как, наконец, употребляет освященную ныне воду сама Святая Церковь? – Употребляет с крайним уважением к ней, – в случаях весьма важных; например, вода эта употребляется при освящении св. мира для таинства миропомазания, – при освящении для церквей святых антиминсов, на коих совершается бескровная жертва; эта же вода дается вместо причастия тем, кои по суду Церкви признаны недостойными приступать к св. Тайнам. Так высоко ценит нынешнюю святую воду сама Церковь!

Как после сего и надлежало бы приступать ныне к сей воде? Не с верою ли и благоговением, как к великой святыне? Не с духом ли разума и страха Божия, к принятию коих по тому самому, при самом начале священнодействия, призывает всех и каждого Святая Церковь? Так, действительно, и приступают к святой воде те, кои понимают, где находятся и к чему приступают. Но что сказать о других, каковых большая часть? Как назвать то, что бывает ныне в храмах по освящении воды? – Можно подумать, что в храме вдруг произошло что-либо особенное, или что он окружен внезапно со всех сторон каким-либо ужасным неприятелем: такое поднимается волнение между стоящими в храме, такой шум, такое толкание друг друга! И так поступают не одни малые, неразумные дети, а юноши, даже отцы и матери, даже старцы!..

III. Так ли воспоминают крещение своего Господа? Так ли ищут освящения души и телу? И для чего все это бесчиние? Чтобы скорее других почерпнуть святой воды. – Как будто почерпаемая после менее священна! Или как будто для кого-либо недостанет ее?

Да прекратится же беспорядок! Да войдет все в надлежащие пределы!

Да будет все у нас и в настоящий день, подобно как в прочие, по завещанию апостола, благообразно и по чину. Аминь. (Составлено по проповедям Иннокентия, архиепископа Херсонского и Таврического, Т. I, 1872 г., стр. 318–322).

Поучение 2-е. Св. преподобная Синклитикия
(О необходимости распинать плоть свою)

I. Св. преподобная Синклитикия, память коей совершается ныне, жила в IV столетии. Она родилась в Александрии от знатных и богатых родителей. Возлюбив небесного Жениха Христа, она отвергла женихов, искавших ее руки, презрела все блага мира и предалась посту и молитве. Когда умерли ее родители, она все имение их раздала бедным и поселилась в уединенной пещере. В своем теле святая подвижница видела самого опасного для себя врага и много искушений терпела от него. Чтобы смирить свою плоть, она усиливала пост и труды. Но лишь ослаблялись искушения, она смягчала и строгость к себе, чтобы не повредить здоровью. Многие благочестивые жены и девы, услышав о подвижнической жизни святой Синклитикии, стали собираться к ней. Сначала, по смирению, святая отказывалась быть наставницей их, но потом должна была уступить их просьбам. И она руководила всех их не только своим мудрым словом, но и примерной жизнью. Перед смертью, три года святая Синклитикия страдала ужасной болезнью, но не произнесла ни одного слова ропота, переносила болезнь с удивительным терпением. Извещенная о смерти, скончалась около 350 г., будучи 83 лет.

II. Св. преподобная Синклитикия, употреблявшая все средства (молитву, пост, усиленные труды) для обуздания своей плоти, учит и нас распинать свою плоть с страстьми и похотьми ее. Не легко сказать себе решительно: распну плоть. Не легко решиться сказать и противное этому: не стану распинать плоти. От той или другой решимости зависит важное в судьбе нашей обстоятельство: быть или не быть Христовым. Иже Христовы суть, плоть распяша со страстьми и похотьми. Итак, если желаем быть Христовыми, то должны распять плоть.

После сего размышления ни для кого из нас не должно казаться посторонним некоторое дознание, а) что значит распять плоть со страстьми и похотьми, и б) как это может быть исполнено.

а) Плоть не то, что тело. Тело с его естественными свойствами и действиями создал Бог, и создал не для смерти. От нарушения Заповеди Божией, от вкушения запрещенного плода начинает быть известною плоть, которой жребий есть смерть. Апостол представляет плоть противящеюся духу и объясняет ее сущность посредством ее действий и явлений. Он говорит: явлена суть дела плотская, яже суть прелюбодеяние, блуд, нечистота, студодеяние, идолослужение, чародеяния, вражды, рвения, завиды, ярости, разжжения, распри, соблазны, ереси, зависти, убийства, пиянства, безчинны кличи и подобныя сим (Гал. 5, 17, 19–21). Посему под наименованием плоти надлежит разуметь возбужденные в человеке самолюбие и чувственность, оказывающие себя ложной жизнью в страстях и похотях, и в делах, страстями и похотями управляемых.

При этом понятии о плоти мысль о распятии плоти не только начинает быть удобовразумительною, но и перестает быть страшною. Умертвить чувство злобы, убить расположение к убийству, очевидно, есть действие не разрушительное, а охранительное. Распять склонность к разврату, конечно, не есть мучение, но предохранение от состояния духовно и вещественно мучительного, к которому скорее или медленнее ведет путь разврата.

б) Нам, христиане, повелевается умерщвлять плоть не карательными орудиями, не мучением или уродованием создания Божия, не повреждением орудия души, но духом, т. е. духовным законом, духовными рассуждениями, духовными правилами, духовным воззрением на образ жития и распятия Христова, и силою, почерпаемою из сих живых источников.

Плоть раздражается на оскорбившего и порывается на взаимное оскорбление: свяжи ее не узами вервяными, или железными, но узами духовного рассуждения и страха Божия: гнев мужа правды Божия не соделовает (Иак. 1, 20); всяк ненавидяй брата своего человекоубийца есть (1 Ин. 3, 15); иже речет: уроде, повинен есть геенне огненней (Мф. 5, 22).

Плоть, не довольствуясь необходимым, жаждет приятного, ищет наслаждения, и готова поставить его целью жизни: укажи ей иной предмет и цель – крест, водруженный на Голгофе для того, чтобы лишениями и страданиями очистить землю от нечистых наслаждений; жажду приятного угаси жаждой голгофской; в сладости земные положи оцет и желчь, поднесенные распятому Господу; и с помощью орудий Его страдания, не вещественно употребляемых, но духовно созерцаемых, распни любострастие, роскошь и негу простою умеренностью, воздержанием, постом, трудами.

III. Так, и подобным этому образом, да умерщвляем, братия, дела плотские духом, и да распинаем плоть со страстьми и похотьми, да будем Христовы, да живет в нас Христос, и мы, наконец, будем жить в Нем и в Его вечной со Отцем и Святым Духом славе. Аминь. (Составлено по Четьи Минеям и проповедям Филарета, митрополита Московского, т. IV, изд. 1882 г., стр. 488–492).

Поучение 3-е. Свв. мученики Феопемпт и Феона
(Отчего мы боимся смерти?)

I. Воспоминаемый ныне св. Феопемпт был епископ Никомидии (в Малой Азии) и жил во второй половине III-го века, при римском императоре Диоклитиане. Он первый пострадал от гонения на христиан в Малой Азии, отказавшись в присутствии самого императора кланяться идолам и приносить им жертвы. «Те, кому ты поклоняешься, – сказал Феопемпт императору, – не боги, и какими бы ты муками ни грозил мне, ты не заставишь меня почитать их». Диоклитиан велел бросить епископа в горящую печь; предупреждая его намерение, Феопемпт сам вошел в нее, а на другой день воины нашли его невредимым. Нередко суеверные язычники видели в христианских чудесах действие волшебства; так было и на этот раз. Убежденный в том, что Феопемпту помогает волшебство, Диоклетиан велел отыскать волхва, который обладал бы этим искусством еще в большей степени. Один волхв, по имени Феона, явился на вызов императора; последний обещал ему большие почести и награды. «Я сделаю над тобой два опыта, – сказал Феона епископу, – и если ты останешься после них жив, то и я уверую в твоего Бога». Затем он дал съесть ему две небольшие лепешки, в которые был положен яд; Феопемпт остался невредим. Удивленный Феона дал выпить ему воды, в которую была положена ядовитая трава; но и она не повредила епископу. Тогда волхв в изумлении упал к ногам святителя и воскликнул: «Нет иного Бога кроме Того, в Которого ты веруешь; я христианин и Христу поклоняюсь». В темнице, куда Диоклетиан приказал отвести обоих исповедников, епископ утвердил Феону в христианской вере и крестил. После новых истязаний, истощив все средства к погублению святителя, император наконец приказал отсечь Феопемпту голову (303 г.). Святитель радостно принял это известие и воскликнул: «Благословен Бог, удостоивший меня достигнуть того дня, которого я желал во всякое время». После мученической кончины св. Феопемпта Диоклитиан угрозами и обещаниями старался расположить Феону к отречению от Христа, но встретил твердый отказ. Тогда он повелел бросить его в глубокий ров и засыпать землею. Феона скончался в 303 году.

II. Братия христиане! Св. Феопемпт радуется при вести о близкой кончине и с радостью переселяется от земли на небо. От чего же мы не чувствуем в себе ничего подобного при мысли о часе смертном и в минуты смертной опасности? От чего, наоборот, даже боимся и вспомнить о смерти, тогда как и для христианина смерть есть то же не что иное, как переселение от земли на небо, перемена худшего на лучшее?

а) Боимся смерти, не желаем даже и думать о ней оттого, что мало любим Спасителя своего. Кто кого любит, тот к тому стремится всей душою, тот ждет не дождется той минуты, когда можно ему будет узреть любимого своего. Вот, св. апостол Павел любил Спасителя Иисуса Христа, Которому отдал всего себя, посвятил всю жизнь свою, – и смотрите, чего он более желает – желание имый разрешитися и со Христом быти, – желает разрешения чего? Души от тела, т. е. смерти, как единственного средства быть неразлучным со Христом и созерцать Его во веки бесконечные. Но наша любовь ко Христу очень слаба, поэтому нам и не хочется идти к Нему и не хочется умереть. Как в этой жизни, когда находимся в теле, мы не находим сладости в любви ко Христу, – как здесь не находим удовольствия в исполнении Заповедей Христовых, почитая даже за тягость жить по воле Христа, словом: всегда более или менее были здесь далеки от Христа, так не можем представить себе блаженства пребывания со Христом и на небеси. А не умея представить этого блаженства, мы и не стремимся к нему, – и мысли о смерти бежим, и самой смерти ужасаемся, как самого страшного события для нас. Христианин! Люби Христа, посвяти Ему свою жизнь, живи для славы имени Его, для того, чтобы удостоиться жизни на небесах с Ним, – и ты смерти бояться не будешь, даже возрадуешься, когда болезнь – вестник этой смерти – придет к тебе.

б) Еще мы боимся смерти и не любим мысли о ней оттого, что мы очень привязаны к жизни этой. Конечно, следует любить жизнь, но любить только, как дар Божий, и не до такой степени любить, чтобы ее ставить выше всего. Есть предметы более достойные любви – это, во-первых, Сам Жизнодавец – Тот, Кто дал нам жизнь, – это блаженная вечность, для которой дана нам жизнь настоящая. Но мы любим жизнь не как средство для получения жизни вечной, а как средство к достижению разного рода удовольствий именно в этом мире, – мы видим в ней только средство к наслаждениям. Расстаться с жизнью – значит, расстаться с любимыми нашими наслаждениями, а их нам жалко. Отсюда и скорбь при мысли о смерти. Но не будем пристращаться к жизни и ее благам, будем все любить в Господе, для Господа. Будем всем, что нам посылает Бог в этой жизни, пользоваться так, чтобы быть всегда готовыми с радостью и без сожаления оставить это. – Не будет наше сердце привязано к благам жизни, и смерть для нас страшною не будет; мы встретим ее легче, спокойнее, чем как встречают многие теперь.

в) Еще смерть нам страшна оттого, что мы мало готовимся к смерти. Ученик, хорошо готовый к испытаниям, не боится никакой строгости их. Управитель, всегда верный своему господину, по совести ведущий дело, не боится приезда господина, когда бы ни явился он. Он всегда готов отдать отчет ему. Но в нас нет этой готовности предстать пред нелицеприятного Судию, мало мы думаем о душе, неверны обетам, данным при крещении, живем не по Евангелию, мы беспечны, нерадивы, не заботимся душу украсить добрыми качествами и особенно делами милосердия. Совесть наша во всем этом обличает нас, обличает часто, а иногда очень сильно – неумолимо. После этого понятно, что мы боимся смерти, как злейшего врага своего, потому что не знаем, что будет с нами – нашей душой, кто защитит нас на суде Божием. Но и в этом случае есть нам средство избежать страха смертного. Это – вера в заслуги Спасителя, это – дух покаяния, дух молитвы. Итак, приноси это покаяние, полагай каждый день начало своему обращению на путь спасения, веруй в заслуги Распятого, ради которых Отец небесный готов прощать кающемуся самое бесчисленное множество грехов, – блюди над своими мыслями, желаниями, словами, делами, насколько возможно чаще устремляй свой молитвенный взор к Нему, имей твердое желание во всем поступать по Заповедям Христа, – спеши чаще соединяться со Христом в Таинстве Причащения, – и тогда смерть потеряет для тебя свой ужас. Итак, грешник, не смерти бойся, но грехов. (См. «Общепонят. поучения» прот. П. Шумова).

III. Господи! Дай нам без страха встретить смерть. Дай нам по смерти не новую вечную смерть увидать, а удостоиться вечной жизни со всеми святыми. Аминь. (Составлено по указанным источникам).

Шестой день

Поучение 1-е. Крещение Господне
(Назидательные уроки из события Крещения Господня: а) не должно стыдиться труда и безвестности; б) необходимость крещения)

I. Пришедши на землю для спасения рода человеческого и для возвещения ему истины, Господь Иисус Христос до тридцати лет не начинал Своей народной проповеди, потому что у евреев, в то время, ранее этого возраста никто не мог выступить в качестве народного учителя и священника. Как простой, обыкновенный человек, жил Он с Матерью Своей в Назарете, в доме мнимого отца Своего Иосифа-древодела, разделяя с ним труды его. Так долго оставался Христос, Сын Божий, в неизвестности по распоряжению Промысла, чтобы и народ, слухом о Его рождении – лучше приготовить к принятию Его, и Ему Самому, Христу, – возрасти в полноту премудрости и благодати. Когда исполнилось Ему тридцать лет и приближалось время божественного Его явления людям, бысть глагол Божий ко Иоанну, Захариину сыну, в пустыне (Лк. 3, 2), повелевающий ему идти на Иордан и крестить народ водою; а также и показавший ему знамение, по которому он мог бы узнать Мессию-Христа. И вот, Предтеча исходит на Иордан, проповедует всем крещение покаяния, во оставление грехов, говорит, что Царство Божие приблизилось, времена Мессии настали. Все устремились на Иордан для исповедания грехов и принимали крещение от Иоанна. Среди народа, идущего к Иоанну креститься, приходит и Иисус Христос. Хотя Он, будучи безгрешен, и не имел нужды в таком крещении, но Он идет вместе с другими к Иоанну, требует крещения и принимает его для того, чтобы Своим примером показать людям нужду покаяния и очищения их от грехов, а вместе с тем, чтобы прикосновением Своего пречистого тела освятить водное естество и дать ему дар и силу, как внешнему средству и таинственному обновлению верующих в таинстве крещения, которое Господь установил в Своей Новозаветной Церкви. При крещении Господа Иисуса Христа произошло великое, необычайное явление: когда Он, крестившись, выходил из воды, отверзлись небеса, и Иоанн увидел Духа Божия, Который сходил, как голубь, на Христа, и слышан был глас с неба Бога Отца: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Нем же благоволих» (Мф. 3, 17).

II. Вот, братия, краткая история крещения Господа нашего Иисуса Христа. Сколько в ней назидательного и поучительного!

а) Господь наш Иисус Христос, по преданию, с юных лет до крещения Своего занимался древоделием с Иосифом, мнимым отцом Своим, или точнее, воспитателем, таким образом, трудами рук Своих приобретал Себе пищу. Кто же после сего не должен стыдиться и мучиться совестью, живя на счет других, предаваясь лени и порокам, или считая простой и так называемый черный труд унизительным для себя?

б) Далее, Господь Иисус Христос большую часть Своей земной жизни проводит в безвестности, занимаясь самыми обыкновенными житейскими делами. Кто же после сего может роптать на малость своего жребия, жаловаться на свою судьбу? Кому не стыдно, сознавая в себе какие-либо способности, сетовать, что не может обнаружить всех своих добрых стремлений? Господь Иисус Христос Своим примером научил нас покоряться водительству Промысла Божия.

в) Будучи свят и безгрешен, Он, однако, крестился, дабы показать нужду крещения. Установив Таинство Крещения и освятив его собственным Своим примером, Он этим самым открыл нам дверь к Небесному Царствию и вечному блаженству, ибо крещение, по словам св. Кирилла Иерусалимского, «есть смерть греха, возрождение души, одежда светлая, колесница на небо, царствия ходатайство» (Поучения, гл. 16). И действительно, нашим крещением отверзаются небеса, которые до сего времени были совершенно закрыты для нас, и Дух Святый, хотя не в виде голубя, а невидимо, но все-таки сошел и на нас; хотя и не слышалось с неба гласа Отца небесного, но, тем не менее, со времени нашего крещения, Отец наш небесный уготовал нас Себе, и мы, из чад гнева, сделались чадами Божиими (Еф. 5, 8).

г) Наконец, совершая праздник Крещения Господня, Святая Церковь прежде всего утверждает нашу веру в высочайший и непостижимый догмат Святой Троицы, ясно открытый только в Новом Завете, и этим указывает нам, что в деле нашего спасения все лица Святой Троицы принимали и принимают самое живое и деятельное участие.

III. Видите, братия, сколько назидательного и утешительного преподает нам Св. Церковь в празднуемом событии! Мы – тварь, оскорбившая и оскорбляющая Творца своего и Господа тяжкими грехами, тварь, ничего, кроме наказания, не заслуживающая, а между тем нам дарована в крещении благодать, очищающая нас от скверн греховных, освобождающая нас от ответственности за них и усыновляющая нас Отцу небесному. Мы, приняв крещение, возродились водою и Духом и сделались сынами и наследниками Царствия Божия. Но, братия! Чтобы быть вполне сынами и наследниками Царствия Божия, должно принять не только св. крещение, родиться водою и Духом, но и облещись, по слову апостола, во Христа, т. е. жить Христовой жизнью. (Составлено по проповедям, приложенным к «Руководству для сельских пастырей» за 1888 г. янв. м.).

Поучение 2-е. Праздник Богоявления
(Для чего Господь крестился и для чего мы крестимся?)

I. Господь наш Иисус Христос, как святейший Бог, Сам не имел нужды в крещении, а крестился ради нас грешников.

а) Он крестился, во-первых, для того, чтобы показать нам пример св. крещения, чтобы, как Сам Он крестился, так и мы все, последователи Его, крестились бы. По этому примеру Христову все мы и крещены, и без крещения спастись нельзя, как Господь сказал в Евангелии: аще кто не родится водою и духом, не может внити в Царствие Божие (Ин. 3, 5).

б) Во-вторых, Иисус Христос крестился для того, чтобы освятить воды, очистить их от злых демонов, и таким образом приготовить воды в спасительную купель для нашего крещения, как говорит Святая Церковь: Ты иорданския струи освятил еси и главы тамо грездящихся сокрушил еси змиев. (Чин освящения воды богоявленской, стр. 206).

в) Господь Иисус Христос, в-третьих, крестился для того, чтобы явить людям Святую Троицу, Бога Отца, Бога Сына и Бога Духа Святаго, как, действительно, на реке Иордане при крещении Христовом и открылась св. Троица: Сын Божий крестился в воде, Бог Отец Своим гласом свидетельствовал о Христе, как о Своем возлюбленном Сыне, и Дух Святый сошел на Христа в виде голубя, как Святая Церковь и прославляет на праздник Крещения Святую Троицу: Во Иордане крещающуся Тебе, Господи, Тройческое явися поклонение: Родителев бо глас свидетельствоваше Тебе, возлюбленнаго Тя Сына именуя, и Дух, в виде голубине, извествоваше словесе утверждение (Тропарь св. Богоявления). Посему и праздник святого Крещения называется Богоявлением.

II. А мы, христиане, для чего крестимся в воде?

а) Для того, чтобы, видимым образом омываясь в купели водою, в то же самое время невидимо омылись, очистились Святым Духом от грехов, от прародительского греха, или первородного, переходящего от прародителей Адама и Евы на всех их потомков путем рождения, и от своих грехов, когда крестятся не в младенчестве, а в возрасте.

б) Для того, далее, крестимся, чтобы чрез святое крещение приготовиться ко принятию в себя Святаго Духа, сделаться Его храмом, чего и удостаиваемся вслед за крещением в святом миропомазании.

в) Наконец, еще для того крестимся, чтобы сделаться способными, расположенными и охотными к добру, и достойными вечного спасения, вечного блаженства: да крестится кийждо вас, учит слово Божие, и приимите дар Святаго Духа (Деян. 2, 38); иже веру имет и крестится, спасен будет (Лк. 16, 16).

III. Возблагодарим же нашего Спасителя, что Он Своим Крещением даровал нам столько благ чрез наше собственное крещение, и свою благодарность станем выражать достойным хождением в звании христианском, в которое мы призваны чрез святое крещение, чистыми и светлыми мыслями, здравыми словами и добродетельными поступками; да всесовершен наш дух и душа, и тело непорочно в пришествии Господа нашего Иисуса сохранится (1 Сол. 5, 23). Аминь. (Составлено по проповедям, приложенным к «Руководству для сельских пастырей», январь, 1886 г., стр. 32–34).

Поучение 3-е. Крещение Господне
(Почему Дух Святый явился при Крещении в виде голубя?)

I. Слушая повествование евангелистов о крещении Иисуса Христа и о явлении на Иордане всей Святой Троицы, нельзя не остановить своего внимания на том виде, в каком Дух Святый явился во время Крещения Господа. Почему третье лицо Пресвятой Троицы – Дух Святый – явился на Иордане в виде голубя, тогда как во время сошествия Святаго Духа на апостолов Он явился в виде огненных языков?

II. Чтобы понять этот вопрос, нужно обратиться к тем обстоятельствам, при которых совершилось Крещение Иисуса Христа. Евангелисты повествуют, что когда явился в пустыне с проповедью о покаянии св. Иоанн Предтеча, то к нему приходили разных званий и состояний люди, исповедовали пред ним свои грехи и, в знак очищения, крестились в водах реки Иордана. Таким образом, всем и каждому было понятно, что крещающиеся в Иордане были грешники, наперед исповедовавшие свои грехи. Иисус Христос пришел на Иордан к Иоанну, чтобы принять от него крещение, не потому чтобы имел в этом нужду, но чтобы в Себе Самом показать нам пример заботы о своей душе, о своем спасении. Как вода смывает с тела грязь и всякую нечистоту, так исповедание грехов пред служителем и посланником Божиим очищает душу нашу от грехов, если мы сознаем свою виновность пред Богом, скорбим об этом и решаемся по возможности избегать грехов. Для всех людей, которые приходили к Иоанну Крестителю, видно было, что Иисус Христос принял крещение, не зная, что Он Бог, следовательно, безгрешен; они могли думать, что и Иисус Христос пред крещением исповедал Свои грехи. И вот, чтобы засвидетельствовать пред всеми людьми, что Иисус Христос хотя и крестился, но безгрешен, как Бог, Дух Святый принимает на Себя образ того существа, которое служит символом (т. е. образом) чистоты и невинности – образ голубя. Таким образом, Дух Святый при крещении Иисуса Христа принял на Себя образ голубя, чтобы показать людям, что крестившийся Христос чужд всякого греха.

III. Из этого объяснения запечатлейте в своем уме и сердце ту мысль, что Дух Святый сходит только на святых, в грешных же людях Он не может обитать, потому что грех препятствует Ему соединиться с нашей душою. Вот почему в молитве к Св. Духу мы просим Его, чтобы Он пришел, очистил наши души от всякой греховной скверны и вселился в нас. Если люди считают для себя невозможным жить в грязном помещении, тем более Дух Святый, Который есть чистейшее существо, не может обитать в грешной душе, как нечистом доме. Поэтому каждый христианин должен тщательно заботиться об очищении своей души от грехов. Если мы сами не в силах очистить себя от греховных скверн, то по крайней мере должны почаще думать об этом и в молитве к всемогущему Богу, к 3-му лицу Пресвятой Троицы, ежедневно взывать: Царю небесный, Душе истины, прииди и очисти ны от всякия скверны, и спаси, Блаже, души наша. Когда она соделается достойным жилищем Духа, тогда она будет приготовлена в вечное жилище Пресвятой Троицы: Отцу и Сыну и Святому Духу – во веки веков. Аминь! (Извлечено в сокращении из проповедей прот. М. Поторжинского, сн. проп. прилож. к «Руководству для сельских пастырей» за 1889 г., январь)

Поучение 4-е. Крещение Господне
(О едином Боге, в Троице славимом)

Во Иордане крещающуся Тебе, Господи, Тройческое явися поклонение: Родителев бо глас свидетельствоваше Тебе, возлюбленнаго Тя Сына именуя, и Дух, в виде голубине, извествоваше словесе утверждение.

I. Почему мы, братия, так часто поминаем Отца, Сына и Святаго Духа? За всякой службою божественной поминаем; почти нет молитвы, в которой бы не поминали. Почему это? – Потому, что Отец, Сын и Святый Дух – Бог наш. Почему же Бога называем не просто Богом, но Отцем, Сыном и Святым Духом? В Бога просто, даже во единого Бога, веруют и иудеи, и магометане, но что Бог есть Отец, Сын и Святый Дух, этого они не знают, это знаем только мы, христиане, ведущие истинного Бога. Да, вера истинная, христианская, прежде всего тем и отличается от вер неправых, ложных, что она учит веровать во единого Бога Отца, Сына и Святаго Духа.

II. Для чего необходимо знать это, что Бог есть Отец, Сын и Св. Дух, что Он есть един, но в трех Лицах? Если бы мы не знали, что Бог есть един, но в трех Лицах: то не знали бы, как Бог нас любит; не знали бы, что Он Сына Своего единороднаго дал есть, да всяк веруяй в Него не погибнет, но имать живот вечный; не знали бы, что у нас есть Спаситель Сын Божий, Который для того, чтобы быть нашим Спасителем, сошел с небес, воплотился, пострадал, умер на кресте, воскрес из гроба, взошел на небеса и седе одесную Бога Отца; не знали бы, что у нас есть Дух Святый, – Который, чтобы быть Освятителем, живет и действует в нас, наставляет, вразумляет, очищает нас. Словом сказать: если бы мы не знали, что Бог есть един, но в трех Лицах, мы не были бы христианами.

а) Единый Бог, Который явился в Синае и вещал чрез Моисея: Господь Бог твой Господь един есть, – Тот же Самый на Иордане открылся в трех Лицах. И Иисус Христос, посылая учеников Своих на проповедь, чему велел учить всех? Именно тому, чтобы все веровали в Отца, Сына и Святаго Духа. Таким образом, что Бог есть Отец, Сын и Святый Дух – это сокращение учения христианского, краткий символ веры нашей. Вера, которая не учит веровать во единого Бога Отца, Сына и Святаго Духа – не Христова вера, не благодатная, не спасительная. В Бога вообще все люди более или менее веруют; нет и не было в мире народа, который бы не веровал ни в какое божество. Простые, необразованные люди своим чувством постигают, что Бог есть; люди мыслящие, образованные, доходят до познания Его своим разумом. Самые вольнодумцы, самые безбожные люди невольно признают в мире силу высшую, всемогущую, животворную… Блажен ты, христианин, что веруешь во единого Бога Отца, Сына и Святаго Духа. Без веры невозможно спастись, невозможно угодить Богу, но тебе, при твоей вере, можно сказать, невозможно не спастись, если только пожелаешь, невозможно не угодить Богу; ведь когда ты к Отцу и Сыну и Святому Духу взываешь о своем спасении, тогда Бог Отец к тебе обращается всей Своей любовью, Сын Божий ходатайствует за тебя всеми Своими заслугами, Дух Святый действует с тобою всей Своей силой животворящей.

б) Почему же, братия, мы не всегда называем Бога Отцем, Сыном и Святым Духом, а часто называем, просто, Богом или Господом? Когда мы Бога называем Отцем, Сыном и Святым Духом, то ведь в мыслях имеем не трех богов, но Бога единого, потому что по существу Бог всегда един, вечно един; так и когда Бога называем просто Богом, мы в мыслях имеем все три Лица: и Отца, и Сына, и Святаго Духа, потому что Бог всегда в трех Лицах, вечно в трех Лицах. Из трех Лиц Божества мы, однако же, чаще призываем, молим Сына Божия, Иисуса Христа; это почему? Это потому, что Иисус Христос, как Богочеловек, как бы ближе, доступнее нам по Своему человечеству. Он же и ходатай наш к Богу; Его именем мы и всего просим у Бога; чрез Него мы и все получаем от Бога; чрез Него мы и Отца узнали, ради Него и Дух Святый сошел к нам. Впрочем, молясь Сыну Божию, призывая Его имя, мы в то же время молимся и Богу Отцу, и Богу Духу Святому, хотя и не называем их по имени. Различны и неслиянны по личным свойствам Лица Святой Троицы, но нераздельны Они по существу и равны по достоинству; Они по всему между собою равны, потому что составляют одно Божество, одного Бога. Все различие между Лицами Божества именно только в том одном, что Отец не рождается и не исходит, Сын Божий рождается, но не исходит, Дух Святый исходит, но не рождается.

III. Итак, кого ни призывай, Отца ли, Сына ли, Духа ли Святаго, во всяком случае ты всегда призываешь всю Святую Троицу, хотя и одного Лица имя именуешь. И когда мы молимся и взываем к единому, в Троице славимому, Богу: тогда Отец обращается к нам всей Своей любовью, Сын ходатайствует за нас всеми Своими заслугами, Дух Святый пребывает с нами всей Своей силою животворящею.

Дивен Господь и во всех делах Своих, но в трех Лицах единый – Он непостижимо дивен! (Из проповедей прот. Р. Путятина).

Поучение 5-е. Богоявление
(О Таинстве Крещения)

I. В день Крещения Господня скажем в наше назидание несколько слов о нашем крещении.

II. Для чего мы крещаемся? Во оставление грехов, – ответствует сама Церковь, – крещаемся для освящения оскверненного грехом естества нашего, для восстановления в нем образа Божия, для возвращения ему первобытной невинности и способности к добродетели и блаженству. Но что очищает и освящает нас в крещении? Ужели вода, коею омываемся в купели? Но водою может очищаться только тело, и то по наружности, а не душа. Для души, оскверненной грехом, потребно очищение высшее, духовное. Что же производит его, если не может произвести вода? Производит всеосвящающая кровь Богочеловека. Нас очищает купель потому, что в воде сокрыта благодать Св. Духа, низведенная на землю воплощением Сына Божия; нам оставляются при крещении грехи потому, что за эти грехи принесена жертва на кресте: мы выходим из купели чадами Божиими с правом наследовать жизнь вечную потому, что в купели облеклись верою в заслуги Искупителя. Таким образом, крещаясь во оставление грехов, мы видимо погружаемся в воду, а невидимо – в смерть и кровь Христову, в благодать Духа Святаго. И сие-то невидимое погружение соделывает так действительным видимое крещение водою, которое само по себе не имело бы никакого действия на душу. Удалите от купели веру в Распятого: и вместе с нею удалится благодать; а поэтому не будет никакого оставления грехов: отнимите крест, и не станет крещения.

Это-то самое выражает, братия, апостол, когда говорит, что мы крещаемся в смерть Христову (Рим. 6, 3). Христианин, погружаясь в смерть Его, сам умирает, или, по выражению апостола, спогребается Христу. Спогребение это весьма явственно выражается уже для чувственного ока погружением крещаемого в воде. Погружаясь, мы сокрываемся от мира, как бы перестаем на некоторое время существовать – погребаемся. А выходя из воды, мы являемся вновь – начинаем как бы существовать – воскресаем. Это, говорю, видит самый глаз; но это один символ: на самом деле в крещении, при видимом, образном погребении в воде тела происходит погребение невидимое, действительное, объемлющее всего человека, оставляющее неизгладимые следы на всю жизнь, временную и вечную. Мы приступаем к купели нечистыми, греховными, ветхими, врагами Божиими; а выходим из нее оправданными, очищенными, чадами Божиими, людьми новыми. Куда же девается наш прежний, ветхий человек? Остается в купели. Что с ним там? Он умирает и исчезает. Как и чьей силою? Силою креста. Искупитель и Господь наш приемлет в купели нашей на Себя грехи наши, нашу ветхость и греховность, уничтожает их силою заслуг крестных, всемощною благодатью Духа Святаго; а нам вместо сего дарует Свою правду, Свою жизнь, Свои силы и права на бессмертие и славу; посему мы и выходим из купели людьми новыми. Таким образом, в купели, при погружении нашем, происходит погребение нашего ветхого человека. Верою наши грехи съемлются с нас и возлагаются на нашего Искупителя; по вере мы умираем и воскресаем пред судом правды Божией, в лице нашего Ходатая. Удалите веру от крещения, и не будет спогребения Христу; а без спогребения не будет и погребения ветхого человека; а без сего погребения не произойдет и духовного обновления и воскресения. Останется одно простое погружение – символ для глаз, но не будет силы для души, действия для сердца, таинства для жизни вечной.

III. После сего позвольте вопросить вас, братия, навсегда ли остался погребенным ветхий человек наш с его страстями и похотями? Не воскрес ли он, и не действует ли в нас самовластно? И не погребен ли, вместо его, человек новый, с коим мы вышли из купели? Можем ли мы сказать людям, неверующим в силу крещения, в благодать обновления, то, что говорили некогда христиане язычникам: приидите и посмотрите на сие обновление в жизни крещенных, в их благих делах и непорочности нравов (Апол. Терт.)? Помним ли, по крайней мере, что мы когда-то крещены в смерть Христову? Что же значит наше христианство, если мы не помним, в Кого и во что мы крестились! (Составлено по «Сочинениям» Иннокентия, архиепископа Херсонского и Одесского, т. I, изд. 1872 г.).

Седьмой день

Поучение 1-е. Собор св. Иоанна Крестителя
(Черты для подражания из жизни св. Иоанна Предтечи Господня)

I. С первого взгляда жизнь Предтечи Господня, память коего ныне совершается, покажется неподражаемою по своей высоте и исключительности его положения. Но вникнем ближе и найдем, что и этому великому праведнику и избраннику Божию мы можем подражать.

II. а) Св. Иоанн Предтеча избирается от чрева матери своей. Его зачатие предвозвещается, его будущее служение предсказуется, равно как и слава, его ожидавшая в благодатном царстве. Вот черта, кажущаяся более всех далекой от нас, которая однако ж более всех близка к нам. Не дивитесь, если скажу, что мы все, христиане, избраны от чрева матерня, нам предвозвещено и назначение наше, и слава, ожидающая нас. Апостол Павел говорит, что Бог избрал нас во Христе Иисусе еще прежде сложения мира быти нам святыми и непорочными пред Ним в любви (Еф. 1, 4, 11), и чрез то наследниками вечного живота. – То, что мы родились от христианских родителей и тотчас чрез крещение соделались христианами, это первая к нам милость Божия – избрание нас быть причастниками благодати Христовой и уготованных нам благ вечных. Вот подобие св. Иоанну в избрании! Поревнуем же быть ему подобными и в оправдании избрания. Он явил себя именно таким, каким был избран. Явим и мы себя такими, какими были избраны, к чему и св. апостол приглашает: потщитеся, братия, известно ваше звание и избрание творити (2 Пет. 1, 10).

б) Св. Иоанн Предтеча удаляется в пустыню на воспитание и приготовление к своему служению. Это вам урок, родители и воспитатели! Скажете: неужели же и нам надо уходить с детьми своими в пустыню?! Нет, не в пустыню уходить надо вам, а необходимо устраниться от всех противохристианских обычаев и удалить своих детей от зловредного их влияния. Ибо и св. Иоанн был удален промышлением Божиим в пустыню с той целью, чтоб там возрасти совершенно в новых правилах и началах без примеси старых порядков иудейских. Христианин-младенец в крещении получает семя новой благодатной жизни. Дух мира и обычаи его совершенно противоположны этой жизни. Устраните же от них новокрещенное дитя, чтоб они, как терния и волчцы, не подавили в нем ростка иной жизни. Если устроите так, это будет для него пустыней. И держите его в ней, пока он укрепится и соделается способным выйти на делание по своему назначению, держите под влиянием церковно-благодатной среды, однородной с ростком жизни дитяти-христианина. Проведши воспитание в этой среде, он потом, и выступив на дело, будет действовать не иначе, как в том же духе, и, следовательно, соответственно своему избранию.

в) Вызванный на дело, св. Иоанн Предтеча совершает его со всем усердием, не щадя живота, не зря на лица, не увлекаясь сомнением. Этот урок прост, и всеми, поэтому, должен исполняться. Избрал себе род жизни, дело или службу, – смотри же, действуй в нем добросовестно, по всему, как требует закон Божий, совестный, житейский и гражданский; не криви душою, – ни в малом, ни в великом, а иди прямо. Слуга ли ты, – служи, как следует; ремесленник ли, – ремесленничай по совести; торгуешь ли, – торгуй по правде; чиновник ли, – чиновничествуй, как тебе указано, и проч., – во всем имея в виду благо ближнего и славу Божию. Это указывает и св. Иоанн, давая разного рода лицам свои особые наставления. Когда собрался около него народ и спрашивал, что ему делать, – он отвечал: имеяй две ризы да подаст неимущему: и имеяй брашна, такожде да творит (Лк. 3, 11), – т. е. помогайте друг другу, кто чем может. Спрашивали его мытари, что им делать, и он сказал им, а в лице их всем, берущим на себя какие-либо правительственые служения: ни что же более от повеленнаго вам творите (Лк. 3, 13). Спрашивали воины – и он заповедал им: никого же обидите – и довольни будите оброки своими (Лк. 3, 14), и проч. Верно, всякая должность и всякое звание и служение получили от него свой урок в знак того, что во всяком из них есть образ действования, требуемый Богом и угодный Ему.

г) За нелицеприятное обличение неправды св. Иоанн заключается в темнице, и там обезглавливается злобной лестью жены во время пира и плясок, обезумивших всех. За то он прославлен на небе и славится во всем христианском мире на земле. Так, какого бы ни был ты звания, состояния, образа жизни и занятий, не бойся, когда, делая добросовестно дело свое, встретишь препятствия, скорби, притеснения, потери и даже опасности жизни. Пусть злоба восторжествует: есть око всезрящее, и есть праведное воздаяние каждому по делу. Жизнь эта коротка, и потери ее коротки; а другая жизнь без конца. Малой и кратковременной потерей стяжать вечный покой, – какая славная цена и какое привлекательное приобретение! Недостойны страсти нынешняго времени к хотящей славе явитися в нас (Рим. 8, 18), – говорит апостол. А что хотящие благочестно жить гонимы бывают, это закон здешней жизни, среди неправедного мира. И Господь страдал, и все апостолы, и все святые, в большей или меньшей степени. Толик убо имуще облежащ нас облак свидетелей, мучеников и страдальцев, с терпением да течем на предлежащий нам подвиг, взирающе на начальника веры и совершителя Иисуса (Евр. 12, 1–2).

III. Вот черты для подражания из жизни св. Иоанна. Бери всякий, что можешь, и вводи в свою жизнь. Тем только окажешь истинное почитание св. Предтече и Самому Богу и совершишь ему угодное, и для нас спасительное. (Извлечено в сокращении из слова свт. Феофана, епископа Тамбовского).

Поучение 2-е. Собор св. Предтечи и Крестителя Иоанна
(Участь друга истины)

I. Бывают люди необыкновенные. Их образ действования обращает на себя всеобщее внимание. Таковые люди не всегда бывают какие-нибудь знаменитые герои, завоеватели, правители народов и сочинители. Людям сего рода дивимся и часто не можем или не имеем нужды подражать. Но бывают необыкновенные люди такие, на образ действования коих все смотрят с особенным уважением и чувствуют в себе побуждение подражать им. Это истинно великие люди.

II. Среди этих истинно великих людей отличается Креститель Христов Иоанн. Он сделал для достижения великой, назначенной ему от Бога цели совершенно все, что мог. Когда он созрел, когда его ум, его сердце, его чувственная природа и вся его деятельность получили прочное направление, согласное с законом Божиим, Господь Бог послал его к преступному Израилю с требованием от него покаяния и достойных покаяния плодов. Безотлагательно взялся он за исполнение данного ему поручения и исполнял его со всем усердием и мудростью, какая только была нужна и возможна. Он обличал пороки в людях всех званий, как самый верный друг истины, и требовал исправления.

Св. Креститель Иоанн открыто говорил истину фарисеям, саддукеям и их приверженцам, срывая с них благовидную личину, которой они прикрывались, и показывая их в истинном, вполне отвратительном их виде. Он свободно говорил истину мытарям – корыстолюбивым сборщикам государственных податей, – римским воинам, делавшим так много обид иудейскому народу, и, наконец, самому Ироду, бывшему тогда в Иудее царем. Царь Ирод, прямо против закона Божия, взял за себя в замужество жену своего родного, еще находившегося в живых брата. Этот грех на царском престоле был весьма соблазнителен. Иоанн, как посланник Божий, бестрепетно сказал Ироду: не достоит тебе имети жену брата твоего (Мк. 6, 18), и за это был заключен в темницу. Итак, Иоанн должен был сидеть в темнице потому, что долг и совесть не позволяли ему поступать не по истине.

а) Иоаннова участь ясно показывает нам, каковы ненавистники истины и как они ведут себя с ее друзьями.

Иоанна все почитали пророком. Народ часто был совершенно увлекаем силою истины, проповедуемой Иоанном. Даже сам Ирод с удовольствием слушал Иоанна, когда истина Иоанновых слов касалась не прямо Ирода. Но как скоро Иоанн коснулся преступной стороны самого Ирода, Ирод тотчас сделался другим человеком. За страсть, которую Иоанн хотел побороть в Ироде, стояла вся сила Иродовой чувственности. Голос Иоанновой истины привел Ирода сперва в сильный гнев, а потом в осторожность, внушаемую злой мудростью мира. Именно, чтоб Иоанн снова не пришел к нему или не стал говорить о его преступном браке народу, Ирод заключил его в темницу.

б) Участь Иоанна Крестителя, затем, напоминает нам весьма важную молитву Иисуса Христа к Своему Отцу Богу о Своих последователях: святи их во истину Твою (Ин. 17, 17); а вместе с этой молитвою – и то, что истина должна быть самым главным качеством нашего сердца, хотя бы она иногда была весьма горька для нашего самолюбия и крайне противна нашей чувственности. Поэтому будем желать и молиться, чтобы Господь Бог больше послал нам друзей истины, дабы они, не тревожась никаким человеческим страхом, наказывали обличением наши несправедливости, грехи и неправды. Ибо где не бывает друзей истины, там скоро добрые нравы приходят в упадок; там бегают от добродетели, как от чего-либо вредного; там честный человек не смеет обнаружить своего голоса против усиливающегося разврата; там обижаемые и угнетаемые должны только страдать и молчать; там все колеблет общественное благосостояние, и общество падает в погибель стремглав. Напротив, где все вообще говорят истину откровенно и ясно, там слушают ее голос с уважением; там цветут справедливость и добродетель; там пагубные зародыши страстей и несправедливостей истребляются в самом начале; там все состояния благоденствуют, и благоденствие всех сохраняется без особенного усилия. (См. «Слова» Григория, архиепископа Казанского, т. III, изд. 1849 г.).

III. Да поможет нам Господь Своей благодатью подражать любви к истине св. славного Пророка, Предтечи и Крестителя Иоанна (Составлено по указанным источникам).

Восьмой день

Поучение 1-е. Преп. Георгий Хозевит
(Мы должны жить на земле, как странники и пришельцы, взыскующие вечного града)

I. Воспоминаемый ныне Св. Церковью преподобный Георгий Хозевит жил первоначально на острове Крите. По смерти родителей, отправившись в Палестину для поклонения святым местам, он поступил в Хозевитскую обитель, находившуюся между рекой Иорданом и городом Иерусалимом (почему и называется Хозевитом), и отличался строгостью жизни. Со временем сделался настоятелем. Жил в VII веке. Более подробных сведений мы не находим о жизни преп. Георгия Хозевита.

II. Преп. Георгий Хозевит, как мы видели, братия, странствовал в Палестину для поклонения св. местам.

И мы, братия христиане, подобно ему, не должны считать себя на земле постоянными жителями, но странниками, взыскующими вечного града, Иерусалима небесного. Как же мы должны проходить свое земное существование?

а) Странник не обременяет себя излишней ношею, не засматривается долго ни на что приятное в чужой для него стране, не останавливается ни на каком месте долее, нежели сколько нужно для отдыха. Так поступает и христианин, взыскующий небесного отечества: он не привыкает слишком к своему временному жилищу – земле, не пристращается сердцем к чему бы то ни было земному и временному. Самые невинные и благословенные Богом узы с миром для него не могут быть столь крепки, чтобы расторжение их было для него слишком прискорбно и болезненно; он все любит в Боге и для Бога, во всем ищет только спасения души и жизни вечной, все творит только во славу Божию, всего ожидает и надеется от единого Бога, во всем предает себя Его всесвятой воле.

б) Странник не смущается тем, что на дороге застигают его бури и ненастье, встречаются препятствия и опасности; все переносит он, все преодолевает в надежде успокоения в своем отечестве и в дому своем. Так и христианин все случающееся с ним в жизни – и радостное, и скорбное, и приятное, и тягостное – встречает и переносит с благодушием и терпением, с благодарением Богу, с покорностью и преданностью воле Божией.

в) У странника одно на уме и в мыслях – отечество, одно желание и стремление – возвратиться скорее в дом свой, одна забота – не остаться бы навсегда вне дома отеческого. Самая мысль об отечестве служит для него утешением и отрадою на чужбине. Так и христианин всегда устремляет и ум, и сердце к небу, где его вечное жилище, уготовляет себя к мирной, христианской кончине живота своего, к непостыдному ответу на Суде Христовом, покаянием и молитвами, подвигами благочестия, делами благими, ожидает Господа своего с горящим светильником веры, любви и упования.

г) Для странствующего на чужой стороне необходим верный указатель пути, ведущий в отечество, нужен руководитель. Для христианина этот указатель истинного пути к Царствию Божию есть закон Божий, который, по слову пророка, есть светильник ногам и свет стезям нашим. Этот началовождь и свет истинный, просвещающий всякого человека, грядущего в мир, есть Сам Господь Иисус Христос и Его святое Евангелие. Кто идет путем закона Божия, тот видит ясно, куда он придет, ясно различает все преткновения и опасности, встречаемые на пути жизни, и удобно избегает их при благодатной помощи Путеводителя и Вождя своего; тот, хотя бы застигли его бури и непогоды, не теряет дороги, не зайдет в непроходимые дебри, не упадет в пропасть, но, хотя слабыми, усталыми стопами, будет идти верно к небесному отечеству.

д) Для странника необходимы места и времена отдохновения, для обновления и укрепления сил к продолжению пути. Так и для христианина, шествующего к небесному отечеству, есть и места, и времена духовного отдохновения. Это место духовного отдохновения есть храм Божий, который Сам Бог именует Своим домом. Эти часы духовного отдохновения суть святые празднества и торжества церковные. Св. Церковь для того и учредила их, чтобы душа наша, отторгаясь от всех забот и попечений житейских, могла беспрепятственно возноситься в свое небесное отечество, дышать своим небесным воздухом; чтобы мысль наша, оттрясши прах земной, отрешившись от помышлений суетных, могла погрузиться всецело в созерцание тайн Божиих; чтобы, провождая торжества церковные во псалмах и пениях и песнях духовных, мы приготовляли себя к великому и славному торжеству избранных Божиих, поющих Богу вечную и неумолкающую песнь хвалы и благодарения.

III. Странник чем далее идет по пути своему, тем более сокращается его путь, тем ближе он к своему отечеству. Так и мы, братия мои, чем более продолжаем путь нашей жизни, тем ближе подходим к вратам вечности. Долго ли еще остается нам странствовать в этом мире, мы не знаем. Может быть, начатый нами год есть последнее поприще нашего земного странствия. Спросим же самих себя, готов ли дух наш разрешиться от уз плоти и со Христом быти? Готово ли сердце наше сретить Господа Иисуса Христа и соединиться с Ним навеки? Готовы ли мы явиться в небесном отечестве нашем среди ликов св. ангелов и духов праведников совершенных и приобщиться к славному торжеству избранных Божиих? На небе, в дому Отца небесного, все готово, и там уже ждут нас, – будем же готовы и мы. (Составлено по Четьи Минеям и проповедям Димитрия, архиепископа херсконского, т. I, стр. 60).

Поучение 2-е. Преп. Григорий Печерский
(Тяжесть греха воровства)

I. Прославляемый в нынешний день преп. Григорий печерский, живший в X веке, отличавшийся смирением, послушанием и нестяжательностью, известен также, как дивный обличитель и каратель воров. У преподобного, отличавшегося нищелюбием, ничего не было кроме книг, по которым он молился и поучал себя и других. Но некоторые злые люди вообразили, что у монаха, который щедро раздавал милостыню, и у которого есть книги, должны быть и деньги и другое добро, которыми можно воспользоваться. Однажды ночью они подошли к его келье и в скрытом месте стали выжидать, когда преподобный пойдет на утреню, чтобы в это время беспрепятственно воспользоваться его добром. Старец Григорий по ночам обыкновенно почти не спал, а среди кельи совершал свои обычные молитвы. По дару прозорливости, которым его Господь наделил за строгую подвижническую жизнь, преп. Григорий почувствовал теперь, что возле его кельи собрались воры с намерением его обокрасть. Жаль стало преподобному этих людей, которые творили волю лукавого и вполне не сознавали того, что они делают. Во время молитвы он просил Господа вразумить этих несчастных, – наслать на них глубокий сон. И услышана была молитва преподобного: пять дней и ночей спали жалкие тати, пока сам преподобный с некоторыми братьями не разбудил их. «Полно вам стеречь меня напрасно, не удалось вам обокрасть меня; идите уже домой!» – говорил ворам преподобный. Но они, несчастные, так отощали от продолжительного сна, что не могли и двигаться. Преподобный накормил их, наставил и отпустил с миром. А когда дошел слух до градоначальника, что некоторые люди хотел обокрасть преподобного, и градоначальник вздумал было взыскивать с них, преп. Григорий сам поспешил к градоначальнику, подарил ему несколько книг и упросил не наказывать виновных. Затем продал еще несколько своих книг и вырученные деньги роздал бедным, боясь, чтобы ими опять не ввести в искушение, – не довести до воровства. Упомянутые нами тати, вразумленные чудодейственной силой преподобного и его необычайной милостью, пожелали остаток жизни своей провести на послушании в Киево-Печерском монастыре, что и сделали они вскоре.

В его жизни был еще такой случай. Вблизи кельи преподобного росло несколько плодовых деревьев. Некоторым татям вздумалось попользоваться плодами из сада преподобного. И вот, влезли они ночью в его садик, нарвали плодов и с своими ношами готовы были уходить. Но что же? Ноши их оказались такими тяжелыми, что они не могли и двинуться с места. Два дня и две ночи они так простояли, никем не замечаемые. Наконец, стали кричать: «Отче святый, Григорие! Пусти нас; мы каемся в своем грехе и больше никогда не будем воровать». Братия, услышавшие это позвали к ним преп. Григория. Явившись к ворам, преподобный сказал им, что если они на самом деле не покаются, то до конца жизни будут тут стоять. Взмолились тати к преподобному и стали со слезами умолять его – отпустить их, обещаясь беспрекословно исполнять, что он им прикажет. Преподобный обрек их на трудовую жизнь в Киево-Печерской обители. И они окончили жизнь свою на послушании в святой обители.

II. Рассказанные случаи из жизни преп. Григория подают повод сказать несколько слов о тяжком грехе воровства, которое, к стыду христиан, встречается довольно часто. Но знайте и помните, братия, что за всякое хищение Бог наказывает человека часто еще в здешней жизни.

а) «Чужое добро впрок не пойдет» – эта истина, о которой и сами вы иногда упоминаете, подтверждается многочисленными примерами. Из жития святых известно, например, что один купец затаил деньги, взятые им в одолжение у святителя Спиридона Тримифунтского, и – пришел в нищету: утаенное чужое добро уничтожило его торговлю и, как огонь, съело все имение его. Слуга святителя Ионы, митрополита Московского, утаил часть денег, данных ему для раздачи бедным: и за то, по слову святителя, наказан от Господа болезнью и смертью. В пустынной келье преп. Луки Элладского корабельщики тайно похитили раз жерновый камень и не хотели в своей вине сознаться пред преподобным: что же случилось? Когда поплыли они по морю, вдруг тот, кто взял камень, пал мертвым.

б) Но, братия, если в здешней жизни не накажет нас Господь за похищение чужой собственности, то в этом случае особенно страшиться надобно нам, чтобы наказание за это похищение не последовало для нас вечное, после нашей смерти. А оно несомненно последует, если в разных хищениях своих мы не раскаемся и не исправимся.

«Ежели, – говорит святитель Тихон Задонский, – ежели праведным судом Божиим осуждены будут во тьму кромешную все те, которые ближнему своему от своего имения не уделяют: то какой же страшный суд в день оный постигнет тех беззаконников, которые собственное ближнего своего добро похищают, грабят, отнимают и разоряют: сами вы, слушатели, рассуждайте» (т. I, стр. 80)!..

в) Имея всегда в виду Заповедь Божию: не кради, и наказания Божии за нарушения ее, как заботливо старались сохранить эту Заповедь люди, всей душою желавшие угождать Богу! Вот что рассказывается, например, о святом Филагрии. Живя в пустыне иерусалимской, прилежно занимался он работою, и тем снискивал себе пропитание. Однажды когда он стоял при рынке и продавал свое рукоделие, кто-то уронил кошелек с тысячью монет. Старец нашел его. И как же поступил он с ним? Не так, как поступили бы на его месте многие из нас, а по доброй совести, по-божески. Нашедши кошелек с деньгами, старец не ушел, а остался на том же месте, говоря: конечно, потерявший воротится. И вот, потерявший идет и плачет. Старец отвел его в сторону и отдал ему кошелек. Тот ухватил старца и хотел дать ему что-нибудь из денег, но старец не принял даже и должного и поспешил скрыться. (Достопамятные сказания, стр. 396–397). О преподобном Зеноне рассказывается, что он однажды проходил Палестину и, утомившись, сел для принятия пищи у огуречного огорода. Помысл говорил ему: возьми один огурец и съешь, ибо что в этом важного? Но он отвечал своему помыслу: воры подвергаются наказанию; так испытай себя: можешь ли ты перенести наказание? Вставши, он пять дней простоял на жару и, изнуренный жаром, сказал сам себе: не могу снести наказания; потом говорит своему помыслу: если не можешь, то не воруй и не ешь. (Достопамятные сказания, стр. 117).

III. Так же заботливо и нам, братия, надо оберегать себя от несчастного присвоения чужой собственности, хотя бы и малоценной. Аминь. (Составлено по проповедям, прилагаемым к «Руководству для сельских пастырей» за 1894 г., авг.)

Поучение 3-е. Свв. мученики Иулиан и Василисса
(О супружеском целомудрии)

I. Ныне Св. Церковь совершает память по св. муч. Иулиане и Василиссе.

Св. Иулиан, с ранних лет возлюбивши всем сердцем Христа, желал остаться девственником на всю свою жизнь. Но родителям непременно хотелось, чтобы сын их был женат, и они уговаривали его вступить в жизнь супружескую. Святой попросил у них семь дней на размышление, и эти семь дней провел в посте и молитве, умоляя Господа сохранить его в девстве и непорочности. Господь внял его молитве, явился ему во сне и сказал, что Он пошлет ему такую невесту, которая будет вполне сочувствовать ему в его добром намерении. После такого видения Иулиан изъявил пред родителями желание вступить в брак. Родители очень обрадовались и нашли ему невесту, добрую и примерную христианку по имени Василисса. Кончилось брачное пиршество, новобрачные отведены были в свою комнату. Но лишь только невеста взошла в нее, почувствовала дивное, необыкновенное благоухание. «Что это значит? – сказала невеста своему жениху, – теперь зима, а здесь в комнате я с восторгом слышу сладкий запах душистых весенних цветов». – «Это – небесное, райское благоухание, – отвечал Иулиан, – оно происходит по действию Самого Господа. Если мы возлюбим Бога и сохраним девство, то и мы удостоимся райского блаженства». – «Что же может быть дороже вечного спасения?» – сказала Василисса и решилась остаться девственницей. Тогда Иулиан пал на землю для молитвы, и увидели они чудное видение: с одной стороны Сам Господь со множеством девственников в белых ризах, а с другой – Пресвятая Богородица со множеством дев, и с обоих сторон раздавалось дивное пение. Затем святыми старцами показана была им книга, где написаны имена Иулиана и Василиссы между именами девственников. Когда умерли родители Иулиана, они на оставленные им богатые средства выстроили два монастыря – мужской и женский, и разлучились друг с другом для Господа навсегда, подвизаясь каждый в своем монастыре в чаянии вечных небесных радостей, уготованных любящим Господа.

II. Счастливы свв. Иулиан и Василисса, возлюбившие нетленное паче тленного, вечное паче скоропреходящего, Христа более всех удовольствий жизни сей. Не все могут быть подражателями этих святых супругов. Это дело одних избранников Божиих. Все же супруги должны думать наипаче о том, чтобы быть целомудренными, воздержными, богобоязненными и боголюбивыми, как подобает быть супругам христианским. Супружеский союз – Богом благословленный союз, Сам Бог еще в раю, сотворивши жену, привел ее к мужу. Христос Спаситель на браке в Кане галилейской Своим присутствием освятил брачный союз, и Сам, будучи святейшим девственником, учил о девстве так: не вси вмещают словесе сего, но имже дано есть. И апостол, похваляя девство, никого к тому не обязывал, как и Христос. Брак честен и ложе нескверно, – говорил он о христианском, Богом благословленном супружестве.

а) Девство необязательно, но зато целомудрие должно быть украшением и непременной принадлежностью жизни супружеской — целомудрие во взаимном обращении, во всех действиях, целомудрие в беседах – в словах, и наконец во взорах и мыслях. Христианские супруги целомудренны и стыдливы. Страх Божий ограждает их, – мысль о вездеприсутствии Божием всюду сопустствует им. Такие супруги и находясь в супружестве более соединены духом, чем телом. У них одни мысли, чувствования, желания, – они более горняя мудрствуют, чем земная, – они ищут духовных утешений, а не плотских. Брачные отношения существуют для них, как неизбежное условия для рождения детей. Словом: у них не плоть владычествует над духом, но дух над плотью. Воздержание – главное свойство души их.

б) Будучи воздержны и целомудренны, христианские супруги в то же время и неизменно верны друг другу.

Пусть они несколько несогласны во взглядах своих, пусть у них есть различие в характерах их, пусть даже они друг в друге замечают много недостатков тех или других; они и мысли не допустят из-за этого несходства, из-за этих недостатков разорвать супружеский союз свой, чтобы вступить в незаконное сожительство с другим лицом. Они, напротив, любовью покроют взаимные немощи и с терпением перенесут их. Они кротостью постараются воздействовать друг на друга для исправления их. У матери блаженного Августина муж был весьма вспыльчив и крут нравом, но она жила с ним согласно и спокойно, отчего же? «Я, – говорила она своим подругам, – когда вижу, что муж мой сердит, молчу и только в душе молюсь Богу, чтобы возвратилась тишина в его сердце. Его вспыльчивость проходит сама собою, и я всегда спокойна. Подражайте мне, любезные подруги, и будете также покойны». Как желательно, чтобы и все супруги в отношении друг к другу были не столько требовательны, сколько уступчивы, больше отыскивали бы друг в друге добрые стороны, чем дурные, более бы молились друг за друга, чем обижались один на другого. О, тогда ничто в мире не могло бы разлучить их. Не разлучит никакая перемена обстоятельств, ни бедность, ни нужды, ни, наконец, никакие соблазны со стороны обольстителей – ничто на заставит сделаться изменниками и быть нарушителями супружеской верности и обетов, данных ими. И благословение Божие будет почивать над ними, и в мире и радости будут они провождать жизнь свою.

III. Мужья и жены! Возлюбите воздержание, целомудрие, – не смотрите на брак, как на средство к угождению плоти своей, – это не христианский, а языческий взгляд. Угождению плоти предпочитайте угождение Богу – из-за несходства характеров не разрывайте своего союза, – помни, жена, что муж твой – Богом данный муж; рассуждай, муж, и ты также о своей жене. Потерпите друг на друге немощи и недостатки ради Господа, и если не можете исправить друг друга, то несите свою участь, как крест, посланный от Бога. А встретится соблазн, искушение, бегите от них, как от огня, умоляйте Господа, чтобы избавил и отклонил вас от них. Господь всесилен, пошлет благодать, и буря утихнет. Аминь.

(Составлено по № 2 журнала «Кормчий», за 1895 г.).

Девятый день

Поучение 1-е. Св. мученик Полиевкт
(Уроки из жизни его: а) с порочными не дружись; б) должно заботиться прежде всего о своем спасении и в) искать Царствия Божия)

I. Ныне празднуемый Церковью св. мученик Полиевкт пострадал за Христа в г. Мелитине, в Армении. Его расположил к христианской вере друг его, христианин Неарх; только он не спешил креститься. Настало гонение на христиан от Декия и Валериана (249–250 гг.); тогда Неарх сказал Полиевкту: «Любезный друг! Скоро мы разлучимся с тобою. Когда возьмут меня на мучение, ты, пожалуй, отречешься от дружбы со мною». – «Не бойся, – отвечал Полиевкт, – я видел во сне Христа, Он снял с меня одежду и надел на меня новую, дорогую, и дал мне крылатого коня. С сей минуты я хочу служить Христу». Сказав эти слова, Полиевкт вышел на городскую площадь, где, прочитав царский указ о том, чтобы все поклонялись идолам, разорвал его и выбил идолов из рук несших их языческих жрецов. «Что ты сделал? – сказал Полиевкту тесть его, правитель Феликс, которому поручено было мучить христиан. – Ведь ты должен умереть за это. Поди, прощайся с женою и детьми». В это время пришла на площадь сама жена и начала плакать и умолять, чтобы мученик отрекся от Христа. Заплакал и Феликс. «Плачьте не обо мне, а о себе, потому что за службу идолам вы погубите свои души», – сказал плачущим жене и тестю св. мученик. Многие из народа, окружавшие святого, уверовали во Христа. Между тем городские судьи начали ласками колебать веру Полиевкта, но, когда не успели, присудили казнить его. Святой с радостью преклонил свою голову под меч палача.

II. Св. мученик Полиевкт, так удачно избравший себе друга Неарха, который и обратил его ко Христу, далее, оставивший все заботы о временном и суетном и предавший всего себя следованию за Христом, научает нас, братия, трем великим истинам: а) не дружиться с порочными; б) заботиться об едином на потребу и в) искать прежде всего Царствия Божия.

а) Еще древний мудрец увещавал не дружиться с порочным. Как касаяйся смоле очернится, – говорит он, – так приобщаяйся гордому точен ему будет. Как смола прилипчива, черна и, когда горит, дымна и смрадна, так и худые дела порочного чернят его душу, пристают к его товарищу и другу, заражая сердце и распуская, как дым и смрад, дурную славу и зловредный пример.

А вот и пример вредного влияния дружбы с порочным человеком. Вот что было в 3-м веке в Риме с молодым Нифонтом, сыном знатного и богатого гражданина. С отроческих лет Нифонт был добр, тих, кроток и набожен. А когда стал юношей и познакомился, в период учения в Византии, с дурными товарищами – совершенно изменился; он предался всяким порокам, свойственным юношам; и не было дурного дела, какого бы он не совершал. Однажды погибающий нравственно Нифонт пришел к другу своему, Никодиму. Тот с удивлением пристально смотрел ему в лицо и потом сказал: «Веришь ли, брат, я никогда не видал у тебя такого лица, как сегодня: оно черно и страшно, как у мурина». Так порок исказил дотоле красивое лицо Нифонта. Худо и рассеянно прожитая жизнь кладет неизгладимый отпечаток и на всю наружность человека; нравственное, душевное безобразие передается лицу невоздержного человека. И наше время не бедно пороками, но вреднее всех, и, к несчастью, распространеннее – это дружба с худыми людьми, нравственно развращенными.

А как велики следствия такой дружбы! Вот ты хочешь идти в храм Божий, послушать что там поется и читается, хоть на несколько минут освободиться от суеты житейской. Но вот встречает тебя твой порочный товарищ и увлекает тебя к греховным удовольствиям, которые ты, к тому же, под влиянием своего товарища, готов считать невинными. Или, вот, ты начинаешь размышлять о том, что ты доселе сделал хорошего и много ли сделал. Доброе начинание! Ты, кажется, сознаешь всю бездну греха, в коем ты погрязал доселе и готов даже исправиться и обратиться на путь покаяния. Но вот приходит твой старый товарищ и отвлекает тебя от начатого дела: ты опять предаешься всяким порокам и наслаждениям, одним словом, всему тому, чему учит тебя твой друг-соблазнитель.

б) Много предметов наших забот: то нам надо семью обеспечить, то самих себя на старости лет, то и еще многое другое сделать. Но меньше всего мы заботимся о едином на потребу – о своем спасении. Между тем вечное спасение — это первейшее и самонужнейшее христианское дело. Все имеет тот, кто имеет спасение, – и ничего не имеет тот, кто не имеет спасения: вечное спасение, по речению Христову, есть воистину, благая часть, яже не отымется от нас. Все драгоценное в мире сем – богатство, слава, дружество, семейство – в день смерти отнимется от нас, а душевное спасение, однажды приобретенное, пойдет с душою в будущий век и во веки веков не отлучится от нее. Вот важнейшее христианское дело.

И христианин должен иметь главнейшее попечение о том, чтобы ему не лишиться спасения, приобретенного крестной смертью Христовой. Это первейшее дело должно быть в мысли и сердце христианина утром и вечером, днем и ночью, везде и всегда; мысль о вечном спасении, как светильник горящий, пусть предходит последователю Христову во всех делах и начинаниях его и показывает, что он должен делать, дабы не лишиться райских обителей. Если у тебя будет такая мысль и тщание, то всякий чин и звание будут поспешествовать тебе во спасение.

в) Из жития св. мученика Полиевкта вы видели, братия, что он, действительно, искал прежде всего Царствия Божия, не склоняясь на льстивые увещания своего тестя и жены, и даже запечатлел свою веру во Христа и преданность Его святой воле мученической смертью: подобно этому и мы, братия, должны помнить, что прежде всего должны искать Царствия Божия, дабы все прочее приложилось нам (Мф. 6, 33).

Ищите, братия возлюбленные, прежде и паче всего Царствия Божия тщательным хранением себя от всего того, что неугодно Богу, что запрещено Им, что противно Его воле и Его Заповедям. Не творите тех дел темных, за которые Господь отъемлет свое Царствие, за которые гнев Божий грядет на сыны противления. Эти дела плотские и темные, по исчислению апостола, следующие: прелюбодеяние, блуд, нечистота, идолослужение, волшебство, вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, ереси, ненависть, убийство, пьянство, бесчинство, ложь, хищение чужого, любостяжание, сквернословие, пустословие и смехотворство. Всяк творяй таковая не имать достояния в Царствии Христа Бога, – прибавляет апостол (Еф. 5, 5).

Ищите Царствия Божия, всеми силами стараясь творить все то, что угодно Богу, что заповедано Им, творить те дела, которые именуются делами света, плодами Духа Божия в нас, яже суть, по Апостолу: любовь, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание, умерщвление в себе страстей и похотей плотских, уподобление Богу, якоже подобает чадам Его возлюбленным, бывши друг ко другу блази, милосерди, прощающе друг другу, якоже и Бог во Христе простил есть нам, и ходя в любви, якоже и Христос возлюбил есть нас и предаде Себе за ны приношение и жертву Богу, и друг друга тяготы нося, да тако исполните закон Христов. Елика суть истинна, елика честна, елика праведна, елика достохвальна, сия помышляйте – и Бог мира будет с вами, Царствие Божие внутрь вас будет» (См. Четьи Минеи, «Уроки и примеры христианской любви», свящ. Г. Дьяченко, М. 1894 г., стр. 581, и «Проповеди» Антония, архиепископа Казанского, стр. 332).

III. Да поможет нам Господь усвоить уроки, предлагаемые нам житием ныне празднуемого св. мученика Полиевкта! Будем помнить, что это уроки и наставления не какого-либо простого человека, но мученика, всего себя предавшего Христу, и за это получившего небесное отечество. И если мы с великим вниманием слушаем учение и истины, преподаваемые нам наставниками нашими или людьми учеными, то не тем ли паче мы должны внять тому, что вещается здесь, в храме Божием, от имени св. мученика Полиевкта! (Составлено по указанным источникам).

Поучение 2-е. Св. Филипп, митрополит Московский
(О взаимных отношениях пастырей и пасомых)

I. Прославляемый ныне Св. Церковью святитель Божий Филипп, митрополит Московский и всея России чудотворец, происходил из рода бояр Колычевых, в молодости служил при дворе великого князя Василия, отца Иоанна Грозного; 30-ти лет от роду постригся в Соловецком монастыре, где потом был игуменом. Будучи строгим подвижником, он усердно трудился над благоустроением обители, которой отдал все свое состояние: построил два храма, устроил скит и больницу для иноков, провел дороги, осушил болота. В 1566 г., по желанию царя Иоанна Грозного, он был поставлен в митрополита Московского и всея России, в то страшное время, когда Грозный положил свою опалу на бояр. Окружив себя опричниками, царь, по наветам их, казнил всех заподозренных в крамоле. Святитель ходатайствовал пред царем за людей осужденных на смертную казнь, противодействовал ложным наветам опричников, обличал самого царя в жестокости и несправедливости и тем навлек на себя гнев царский. Нашлись клеветники с обвинениями святителя в крамоле, и он, в 1568 г., был лишен сана, заключен в темницу и, наконец, сослан в тверской Отрочь монастырь, где через год был задушен опричником Малютою Скуратовым.

Все лучшие люди того времени сильно любили своего истинного душе-пастыря и глубоко скорбели о его потере. Через 20 лет нетленные мощи святителя были перенесены из Отроча монастыря в Соловки, а при царе Алексее Михайловиче – в московский Успенский собор, где и почивают ныне.

II. Св. Филипп, положивший душу свою за паству свою, служит образцом истинного пастыря Церкви Христовой и своим примером показывает, в каких отношениях должен быть пастырь к своей пастве и паства к своему пастырю.

Овцы Моя гласа Моего слушают, и Аз знаю их: и по Мне грядут, и Аз живот вечный дам им (Ин. 10, 27–28).

В этих словах Иисус Христос, истинный Пастырь и Просветитель душ, и Образ всех духовных пастырей, изображая Себя и Своих овец, дает наставление всем нам, каков должен быть пастырь для своих овец, и в каком союзе должны быть овцы к своим пастырям.

А. Какие же обязанности пастырей по отношению к пастве?

а) Аз знаю их, – говорит Иисус Христос об овцах Своих. Итак, свойство истинного пастыря есть знать своих овец. Подлинно, это необходимо. Если пастырь не знает своих овец, он, может быть, вздумает преследовать чужих – суетный труд, и оставит своих на погибель! Если он не знает особенного состояния некоторых из них: статься может, что новорожденным, вместо словесного нелестного млека, от которого бы оне росли во спасение (1 Пет. 2, 2), он предложит твердую пищу (Евр. 5, 14), а крепких захочет питать млеком; удалит от воды жаждущих; прострет жезл на немощных.

б) Аз живот вечный дам им, – говорит еще Пастыреначальник об овцах Своих. Очевидно, что этого не может сказать никто, кроме Него: ибо един Он имеет ключи ада и смерти (Откр. 1, 18). Но как Он во всяком деле, которое совершил, и во всяком слове, которое произнес на земли, дает нам образ, да якоже Он творил, и мы творим (Ин. 13, 15), по мере даруемой от Него благодати и вверяемого нам служения: то и в этом случае Он поучает нас и заповедует нам для вверенных от Него словесных овец не иметь иного намерения, как приобретение им вечной жизни. Эта мысль должна воспламенять наши молитвы, одушевлять слова, управлять поступками. Эту цель должно нам иметь ввиду во всех отношениях наших к словесным овцам, учим ли во храме, беседуем ли в доме, утешаем ли в скорби, разрешаем ли от грехов; даже связуем ли, дабы и стоящих на краю погибели страхом спасти от огня восхищающе (Иуд. 1, 23).

Б. Посмотрим теперь на обязанности пасомых.

а) Овцы Моя гласа Моего слушают, – говорит Иисус Христос. Итак, свойство истинных овец есть слушать своего пастыря. Подлинно, овца, не слушающая пастыря есть верная добыча хищного зверя. Христиане суть овцы пажити Христовой; Пастырь, которого должны они слушать, первоначально и существенно есть Сам Иисус Христос, а по Нем и те, кто бы ни были они, которые видимо представляют Его невидимое пастырство и действуют вверенной от Него властью; ибо Он, как говорит Апостол, – дал есть Церкви пастыри и учители, к совершению святых в дело служения (Еф. 4, 11, 12); и чтобы узнавали данных от Него, Он поставил признак: входяй дверьми, пастырь есть овцам (Ин. 10, 2), т. е. вступающий в это служение посредством благодатного избрания; и чтобы этих служебных пастырей слушали, как бы Самого верховного, Он провозгласил, что слушать их и Его есть едино: слушаяй вас Мене слушает (Лк. 10, 16). Двор овчий и духовная пажить, где слышим глас пастыря, где пища и спасение овец, есть Церковь. Глас пастыря есть молитва, учение, тайнодействие, управление, совет душеполезный. Если люди, называющие себя христианами, не прилепляются к Церкви искренним, послушным сердцем, нерадят слушать пастыря молящегося, учащего, тайнодействующего, не ищут духовного совета, мечтают, по невежеству и гордости, что они сами себя могут пасти и спасти: таковые и подобные им, так как не слушают истинного пастыря, то и не суть истинные овцы; уклоняясь от послушания спасительному гласу Пастыреначальника, они неприметно идут навстречу льву, который рыкая ходит, иский кого поглотити (1 Пет. 5, 8).

б) Божественный Пастыреначальник говорит: овцы Моя не только слушают гласа Моего, но и по Мне грядут. Для чего иначе и слушать овцам пастыря, если не для того, чтобы неуклонно последовать его водительству? Спасительный глас указует спасение; услышав его, мы еще не спасены: только тогда, когда твердыми стопами пойдем на сей глас, мы достигаем спасения. И потому, слышишь ли пастыря молящегося, не слушай только, но молись и ты; из дома молитвы приноси дух молитвы и в твой дом и освящай им тайную храмину твою. Слышишь ли пастыря учащего: не слушай только, но и слагай глаголы его в сердце твоем. К сему призывает и свободный закон евангельский: приникий в закон совершен свободы, и пребыв, сей не слышатель забытлив быв, но творец дела, сей блажен в делании своем будет (Иак. 1, 25).

III. Да дарует нам верховный Пастыреначальник Господь наш Иисус Христос: и пастырям и пастве – благодатное побуждение исполнять свои обязанности! Аминь. (Составлено по проповедям Филарета, митрополита Московского, т. II, изд. 1874 г.).

Поучение 3-е. Св. Филипп, митрополит Московский
(Дорожите правдой)

I. Св. Филипп, митрополит Московский, память которого совершается ныне, происходит от знатного рода бояр Колычевых. Он родился в Москве в 1507 году и в мире носил имя Феодора. Родители его отличались благочестием и состраданием к несчастным; эти добрые качества они сумели внушить и сыну, который еще в молодости отличался религиозным расположением духа. Сначала Феодор жил при дворе великого князя Василия Иоанновича, но по смерти его он, на тридцатом году жизни, решился оставить мир и тайно, в простой крестьянской одежде, удалился из Москвы в Соловецкий монастырь. Полтора года проходил Феодор различные тяжелые послушания в монастыре: рубил дрова, копал в огороде землю, работал на мельнице и на рыбной ловле. Постриженный с именем Филиппа, он через девять лет по вступлении в монастырь был избран всеми иноками единогласно в игумены. Много предстояло трудов и забот Филиппу в обители, но он был неутомим. При Филиппе возникло множество зданий, устроена мельница, улучшено земледелие, множество болотистых мест осушено. Все свое состояние, полученное от родных, употребил Филипп на улучшение монастыря. Заботясь о том, чтобы монашествующие вели истинно-христианский образ жизни, Филипп написал устав, в котором предписывал им постоянное трудолюбие; а в монастырь принимал только тех, которые искренно желали посвятить себя на служение Богу.

Слух о достоинствах Филиппа дошел до царя Иоанна Васильевича Грозного, и в 1566 году он вызвал его в Москву, решившись сделать его митрополитом. Первое время служения святителя не осталось без добрых последствий: Иоанн казался мягче в обращении с подданными, и жалобы на опричников прекратились. Но мир и тишина продолжались недолго. Любимцы Иоанна, недовольные Филиппом, стали наговаривать на него царю. Подозрительный царь поверил наветам и возобновил казни и пытки. Филипп тщетно старался повлиять на него. «Государь, – говорил он, – тебя окружают люди, которые обманывают тебя. Отдали от себя клеветников и льстецов». Иоанн, недовольный вмешательством святителя, угрожал ему гневом и лишением сана; Филипп кротко ответил: «Я не молил тебя и не посылал ходатаев, чтобы принять эту власть; зачем же ты вызвал меня из пустыни? Я должен говорить тебе всегда правду, если бы даже пришлось за это положить жизнь». Между тем гонимые Иоанном искали утешения и защиты у Филиппа, и он принимал самое горячее участие в их судьбе. Это обстоятельство еще более раздражало Иоанна.

В один из воскресных дней, когда митрополит совершал литургию в Успенском соборе, Иоанн вошел туда с опричниками; все они вместе с царем были в черных одеждах, в высоких шлыках и при оружии. Иоанн подошел к Филиппу и ожидал его благословения, но Филипп, устремив взор на икону Спасителя, как бы не замечал царя. Наконец, опричники сказали ему: «Владыко! Государь перед тобою: благослови его!» Тогда, обратив взор на Иоанна, святитель отвечал: «В этом странном одеянии не узнаю царя православного; не узнаю его и в делах царства. О государь! Здесь мы приносим Богу бескровную жертву, а за алтарем льется невинная кровь христианская. Везде слышны убийства, и везде они совершаются твоим именем. Ты высок на престоле, но также человек, и должен будешь дать Богу ответ в своих делах». Иоанн пришел в сильный гнев и с страшными угрозами вышел из храма, решившись погубить святителя.

8-го ноября святитель готовился совершать литургию в Успенском соборе; вдруг явился в храм любимец царя Басманов с опричниками и объявил народу, что Филипп собором духовенства лишен священного сана. Тогда опричники сняли с него облачение, надели худую одежду и вывели из храма; народ провожал со слезами любимого митрополита, который утешал и благословлял всех. Закованный в цепи, святитель отвезен был в Богоявленский монастырь, где в течение семи дней оставался без пищи. Узнав, что жители Москвы с утра до вечера стоят вокруг монастыря, Иоанн приказал перевести его в тверской Отрочь монастырь. Много страданий переносил Филипп во время пути: ветхая одежда плохо защищала его от холода, по нескольку дней не давали ему пищи, стража обращалась с ним грубо. В 1569 году, отправляясь в поход на Новгород, Иоанн вспомнил, что Филипп еще жив, и послал к нему худшего из опричников, Малюту Скуратова, как бы за благословением. Святитель отвечал, что он благословляет только добрых на доброе, и, угадывая цель посольства, сказал: «Я давно ожидаю смерти; да исполнится воля Господня». И гнусный убийца задушил Филиппа, сказав игумену, что он умер от угара.

II. Такова, братия, участь провозвестников истины, проповедников правды и обличителей беззаконий человеческих.

Сердце содрогается, когда представишь себе все это. И однако, все это было. А главное, не повторяется ли нечто подобное сему и поднесь между нами? В любви ли у нас те, кто говорит нам правду не обинуясь? Напротив, не считаются ли подобные люди и у нас за людей беспокойных, за людей нетерпимых в обществе, за людей, которых гнать и теснить надо всячески, которых, во что бы то ни стало, надо заставить молчать, хотя молчать для них и невозможно. «Правдою жить – врагов нажить!» – не оправдывается ли это присловие и ныне!

Да, трудно и ныне жить на свете человеку правдивому, а особенно тому, кто по самому роду службы своей обязан научать, обличить, умолить, запретить. Долг свой стал исполнять добросовестно: сейчас против тебя составится целая толпа недовольных. А долга своего не исполнил, как должно, – Господь вопиет во след: крове их от руки твоея взыщу (Иез. 3, 17). Отовсюду тесно.

Как же быть и что делать нам, братия?

а) К тем из нас обращаюсь, кто подобно нам призван в той или иной должности послужить обществу. Нам, тако поставленным, да послужит, други мои, святитель Филипп примером: «Лучше головы лишиться, чем хоть раз в жизни дозволить себе покривить душою» и изменить своему прямому служебному долгу. Пусть нас клянут, пусть нас поносят, злословят: будем сносить все великодушно. Правда строгая, нелицемерная, – венец всему. Ею и будем дорожить.

б) Дорожите ей и вы, коим не столько высказывать, сколько выслушивать правду от других приходится. Пусть «правда глаза колет» и всякому всегда более или менее неприятна: но что же делать? Как же иначе нам исправиться, если мы будем не слушать, а преследовать тех, кто говорит нам правду? Да и вообще разумно ли, с нашей стороны, гневаться на говорящих вам правду? Вы вникните? правда, высказываемая нам откровенно, особенно людьми, на то от Господа поставленными, для чего бывает ими высказываема? Чтобы мы хотя несколько исправились. Следовательно, не хотеть знать и слышать от других слова правды – значит, не хотеть исправления, не хотеть, чтобы и другие желали нам добра. Притом, пусть слово правды замолкнет в нас и об нас: жизнь наша действительно ли потечет тогда безмятежно? Ошибаетесь, возлюбленные. Замолкнет слово человеческое, но не замолкнет Божие. А Бог, знаете, как вещает слово Свое о людях? Имеете понятие о повальных болезнях, неурожаях, пожарах и т. п.? Вот вам примеры глаголания Божия.

III. Судите теперь, что же лучше? Выслушать ли человеческое обличение и исправиться, или ждать и желать непосредственно от Самого Господа вразумления? (Составлено по «Кругу поучений» прот. А. Белоцветова, изд. 5-е, 1894 г.).

Десятый день

Поучение 1-е. Св. преподобный Маркиан
(Добродетель храмоздания)

I. Преподобный Маркиан, прославляемый ныне, был пресвитером и экономом Константинопольской Церкви. Получив большое наследство после смерти своих родителей, он употребил его на пособие бедным и на обновление и строение храмов Божиих. Он устроил великолепный храм во имя св. мученицы Анастасии. Когда некто из друзей его удивлялся, почему он тратит такие большие суммы на этот храм, святой отвечал: «Если бы ты выдавал свою дочь за знатного вельможу, то неужели не наградил бы ее богатым приданым? А я строю церковь невесте Христовой, пролившей за небесного Жениха свою кровь; как же мне жалеть богатства на украшение ее?» Св. Маркиан был так добр, что не раз отдавал бедным свою последнюю одежду, оставаясь даже без рубашки. За святую жизнь Бог наградил его даром чудотворения: он молитвою изгонял демонов и исцелял больных.

Преподобный скончался во второй половине пятого века и погребен был в монастыре св. Иоанна Предтечи (Четьи Минеи).

II. Преп. Маркиан, которого Сам Бог прославил даром чудотворения за его любовь к созиданию и благоукрашению святых храмов Божиих, научает нас заботиться о святых храмах и содействовать их построению и украшению. В виду этого скажем несколько слов о добродетели храмоздания.

а) Что храмы для нас необходимы, это Бог показал нам в устроении скинии свидения в пустыне, по Его собственному повелению и плану, с самыми подробными наставлениями относительно материалов и их употребления, предписав порядок ее освящения и утвердив в ней на кивоте завета место Своего постоянного присутствия. И опыт показал израильтянам, что, доколе скиния и кивот завета были с ними, дотоле с ними был и Бог, и они с Богом.

По разрушении храма Соломонова, после пленения вавилонского, Господь Сам побуждал израильтян к сооружению нового храма и наконец, незадолго до пришествия Христа, возвестил устами пророка Малахии, что этот единственный храм Бога истинного вскоре будет заменен бесчисленным множеством храмов среди народов, которые будут призваны к вере в грядущего Искупителя: «От востока солнца до запада велико будет имя Мое между народами, и на всяком месте будут приносить фимиам имени Моему, чистую жертву» (Мал. 1, 11).

Почти этими же словами Господь Иисус Христос Сам объяснил самарянке, что настанет и уже настало время, когда истинные поклонники не в Иерусалиме только и не в Самарии, но на всяком месте будут поклоняться Богу в духе и истине (Ин. 4, 10–23).

С самого начала устроения апостолами Церкви Христовой для молитвенных собраний верующих, для совершения св. таинств, для изъяснения христианам догматов веры и правил нравственности, – потребовались храмы и, согласно с волей Божией, стали таковой же существенной принадлежностью Церкви Христовой, как и самое священство, проповедующее учение веры и совершающее таинства. И история показывает, что храмы созидались на свободные приношения членов Церкви, не только на великие, но и на малые, подобные лептам вдовицы, освященным благословением Господа.

В нашем отечестве, где храмы сияют как звезды на небе, добродетель храмоздания стала народной, и многие храмы сооружены на лепты, собираемые от усердия православных.

б) Совершенно соответствуя прямой воле Божией, добродетель храмоздания оказывает величайшие благодеяния нашим ближним. Собрать вокруг храма большую или малую общину православных христиан, завязать между ними братский союз во имя храма, который им принадлежит и которому они принадлежат, открыть в нем источник благодати и Божия благословения и всегда готовое место для молитвы, где и учат ей и руководят в ней, – разве все это не великие благодеяния верующим, не прямое осуществление и приведение в действие всех, по выражению апостола, сил, яже к животу и благочестию (2 Пет. 1, 3), данных нам Христом Спасителем нашим?.. Мы не блуждаем, отыскивая места для богослужения и молитвы; любовь храмоздателей открывает священные убежища для душ наших, ищущих общения с Отцом нашим небесным, как родной отеческий дом, где мы встречаем все готовое для духовного просвещения, благодатного оживотворения, возбуждения и утешения. Называя храм вратами в Царствие Божие, православная Церковь этой одной чертою ясно определяет как высшее значение храма, так и достоинство добродетели храмоздания.

в) Все возражения против добродетели храмоздания не имеют никакого разумного основания. Злой дух нашего времени, вместе с другими основами нашей христианской жизни, подкапывается и под эту столь ясную и благотворную добродетель храмоздания. Говорят наши одичавшие чада Церкви: «Зачем такие траты на украшения храмов? Богу не нужно богатства; храм должен быть прост и только удобен и поместителен. Эти тысячи могут быть с большей пользою употреблены на школы и благотворительные учреждения». Не смущайтесь, православные христиане, этими обидными для вас суждениями мнимообразованных людей. Нам дал Господь на подобные случаи руководящее наставление в евангельском повествовании о поступке Марии, сестры воскрешенного Лазаря, помазавшей ноги Господа другоценным миром, и суждения Иуды предателя об этой, по его мнению, напрасной трате. Иуда тоже сказал, что большая сумма, употребленная на миро, могла бы быть с пользою употреблена на нищих, только не прибавил другого назначения – на школы. Но св. евангелист Иоанн раскрыл также и побуждение благовидного советника: он был вор и крал деньги из ящика, в который опускали их добрые люди на нужды Господа и ходивших с Ним учеников Его (Ин. 26, 4–6). Кто наш современный вор, дающий нам советы, подобные Иудиным, и говорящий устами людей мнимообразованных? Это плоть, это чувственность, которую боготворит и которой служит наш век: ей жаль, что она не может ничем пользоваться из сумм, приносимых в жертву Богу. Но она известный тать, и нам легко заметить, как она обкрадывает все христианские добродетели. Она обкрадывает любовь к просвещению, о котором, по-видимому, радеет, располагая богатых людей вместо школ для общей пользы устроять для себя дворцы, вместо ученых людей платить изобретателям и устроителям всяких удобств и удовольствий; вместо полезных книг бросать громадные сумма на игры и на модные одежды, без смысла переменяемые и без жалости бросаемые. Она обкрадывает все духовные расположения современного человека, приучая его в часы молитвы бежать на зрелища, в свободное для чтения и размышления время устроять веселые собрания, вместо тихих семейных упражнений и удовольствий искать наслаждений там, где не стесняет совесть и не пристыжает наблюдательный взгляд строгого христианина.

III. И только любовь к Богу, возбуждаемая и питаемая чистым служением Ему и жертвами во славу Его, есть верное средство для борьбы с плотью и источник истинной любви к ближним. Аминь. (Составлено по Четьи Минеям и слову Амвросия, архиепископа Харьковского, см. «Церковные Ведомости», изд. при Св. Синоде за 1889 г., № 27).

Поучение 2-е. Св. Григорий, епископ Нисский
(Должно дорожить православной верой)

I. Св. Григорий Нисский, прославляемый ныне Церковью, был младший брат Василия Великого (р. около 332 г.) и подобно ему получил от родителей воспитание в духе христианского благочестия. Поставленный в 372 году епископом в Ниссе (в Каппадокии), Григорий сделался ревностным защитником православия и строгим обличителем арианства, чем и возбудил против себя клеветы ариан. Так, они обвиняли его в растрате церковных денег и самое посвящение его в епископа считали незаконным. Арианские епископы незаконно осудили Григория на изгнание, в котором он провел около трех лет и возвратился лишь по смерти императора Валента, по прекращении гонения на православных.

Жизнь св. Григория вся протекла в постоянных трудах. В 381 и 382 г. он защищал православное учение о Святом Духе против еретиков; в 394 г. водворил мир между двумя аравийскими епископами, оспаривавшими друг у друга кафедру. Св. Григорий неустанно заботился о своей пастве: по нескольку дней кряду говорил ей поучения, писал беседы на книги Ветхого и Нового Завета, заботился о больных и неимущих.

II. Св. Григорий, ревностный защитник православия, поучает нас, братия, дорожить своей православной верою, ибо первое и высочайшее наше благо на земле есть, неоспоримо, она – наша святая, отеческая, православная вера.

На человека можно смотреть с двух сторон: как на существо, высшее всех на земле по своей природе, и как на существо, несчастнейшее всех на земле по своему грехопадению. И правильный взгляд на человека непременно должен обнимать его с обеих этих сторон.

а) Что же, – какое благо можно назвать первым для человека, как существа, превосходнейшего из всех земнородных? Первым благом может быть для нас только то, которое бы удовлетворило самым высшим потребностям нашего существа. Какие же это потребности? Без сомнения, не потребности телесные: ибо потребности эти есть и у низших животных; значит, и блага чувственные для нас, как людей, не великой цены. Без сомнения, и не душевные потребности, которые также общи нам со всеми животными, хотя у нас являются на высшей степени, нежели у них; значит, и душевные блага – знания, искусства и тому подобные – для нас, как людей, все еще не высшие блага. Нет, есть у нас потребности, или, справедливее, есть одна потребность – духовная, которой уже не имеет ни одно низшее животное, которая принадлежит нам собственно как людям, превознесенным над всеми земнородными, и обща нам с бесплотными, совершеннейшими духами. Это – потребность таинственного общения и единения с Самим Богом (Ин. 16, 21), по образу Которого мы сотворены; потребность жизни в Боге, Богом и для Бога (Рим. 6, 10), благодать Которого столько же необходима для нашего духа, сколько воздух и пища для тела, знания и закон для души. Выше этой потребности не только в нас, но и вообще в существах сотворенных даже быть не может. И этой-то высочайшей потребности нашего естества вполне удовлетворяет Богодарованная нам вера Христова; здесь всеблагой Человеколюбец Сам зовет нас в благодатное единение с Собою, Сам указывает нам все нужные средства к тому, Сам вместе со Отцем небесным приходит к нам и творит в нас для Себя обитель (Ин 14, 23), так что христианин истинно верующий и пребываяй в любви, по истине, в Бозе пребывает, и Бог в нем пребывает (Ин. 4, 16), не ктому живет сам, но живет в нем Христос (Гал. 2, 20). Этой-то высочайшей нашей потребности удовлетворяет только она одна – вера Христова православная, именно – вера, которая принесена на землю Сыном Божиим, истинным Спасителем человеков, проповедана в начале Его святыми апостолами, и с тех пор блюдется и проповедуется, во всей чистоте, Его Православной Церковью: Аз есмь путь и истина и живот: никтоже приидет ко Отцу, токмо Мною (Ин. 14, 6), – засвидетельствовал Сам Христос, Господь наш; без Мене не можете творити ничесоже; аще кто во Мне не пребудет, извержется вон (15, 5 и 6). Отсюда следует, что вера православная для нас, как людей, есть не только благо первое и высшее, но и благо единственное. Только она одна возвышает нас на степень людей и дает нам возможность жить жизнью истинно человеческой; только она одна подлинно отличает нас от низших животных и уподобляет совершеннейшим духам; только она одна делает нас чадами Божиими, причастниками Божественного естества.

б) Посмотрим ли мы теперь на себя, как на существа, несчастнейшие всех на земле по своему грехопадению, мы опять увидим, что и в этом отношении не только первое, но даже единственное наше благо есть та же самая православная вера Христова. Ибо в чем эти наши несчастья? В том, что грехи наши бесконечно прогневали нашего Создателя и удаляют нас от Него; в том, что они глубоко повредили и непрестанно повреждают более и более все силы нашего существа; в том, что они лишили нас вечного блаженства и уготовляют для нас вечную погибель; короче: все наши несчастья в самих же грехах, а все прочее необходимо уже из них вытекает. Кто же из нас не знает, братия, что от этих несчастий освобождает и может освободить нас собственно одна лишь вера Христова, вера православная? В святейших своих таинствах она очищает нас от всех грехов; а очищая, она в то же время и тем самым примиряет нас с Богом и соделывает сынами Его; перерождает, обновляет и освящает все наше естество, сообщает нам все благодатные дарования для нашего последующего преуспеяния во благочестии, для нашего постепенного восхождения от силы в силу, от славы в славу. Муки вечные – оброцы греха – тогда уже не для нас, если мы пребудем истинными христианами до самой своей кончины; нет, горние престолы, небесные венцы, вечная слава и блаженство со Христом: вот тогда удел наш! О, Боже милосердный! Мало того, что Ты, по бесконечной благодати Своей, освобождаешь нас от величайших бедствий, исторгаешь из самой бездны адовой, Ты даруешь еще нам такие блага, поставляешь нас на такую высоту, о которых мы и помыслить бы не дерзнули… Столько-то бесценна для нас, грешников, вера Христова! И не забудем, что несть иного имене под небесем, даннаго в человецех, о немже подобает спастися нам, кроме имени Иисуса Христа (Деян. 4, 12); нет, следовательно, и другого пути ко спасению, кроме истинной, неповрежденной веры Христовой, т. е. веры православной; нет, следовательно, и другой руководительницы ко спасению, кроме истинной же Церкви Христовой, т. е. Церкви православной.

III. Время, наконец, братия, усвоить нам и те важнейшие уроки, какие заключаются в рассмотренной нами истине.

Вера православная есть первое для нас благо. Итак, прежде всего и более всего, прославим и возблагодарим Виновника всех благ, Бога, за то, что Он удостоил нас от самого рождения узнать это сокровище и им пользоваться.

Вера православная есть первое для нас благо. Будем же блюсти это благо более всех наших благ, блюсти с ревностной и неусыпной попечительностью. Возревнуем о святой вере так, как ревновали о ней некогда наши благочестивые предки, которые не соглашались изменять ей ни за какие сокровища в мире, в случаях нужды с радостью подвергались за нее гонениям и страданиям, с радостью вкушали самую смерть, и, таким образом, соблюли для нас древнее православие во всей его чистоте и спасительности, и завещали нам, как самое драгоценное наследие. Аминь. (Составлено по «Словам и речам» Макария, митрополита Московского, изд. 2-е, 1891 г.).

Одиннадцатый день

Преп. Феодосий Великий
(О благотворности памяти смертной)

I. Преп. Феодосий, память коего празднуется в нынешний день, родом из Каппадокии, получив христианское воспитание, с детства привержен был к священному Писанию, с любовью изучал его и более всего дорожил посещением храма Господня, при котором, имея хороший голос, он был определен чтецом. Всей душою любил он это дело и со вниманием читал и к сердцу принимал те евангельские слова, которыми заповедуется не привязываться к земному миру, а помышлять главным образом о вечной жизни и стремиться к ней. Усердно молил он Бога, чтобы Он открыл ему истинный путь и Сам руководил его.

Достигши высокой святости жизни, сделался со временем настоятелем им же основанной знаменитой лавры близ Иерусалима с шестьюстами братии (всех же учеников его насчитывают во время его продолжительной жизни до шестнадцати тысяч человек).

Преп. Феодосий Великий, оказывая всем милость телесную, не забывал и духовных дел милосердия, назидая всех душеспасительными наставлениями. «Братия, – часто увещевал он иноков, – ради любви Господа нашего Иисуса Христа, позаботимся о душах наших; вспомним суету кратковременой земной жизни и помыслим о будущей, вечной жизни; не будем лениться и проводить в праздности дни наши, отлагая до следующего дня доброе начинание: да не встретит нас смерть без добрых дел и да не будем изгнаны из чертога радости и слишком поздно восплачем о неправедной жизни. Тогда раскаяние уже будет бесполезно; теперь же время для него благоприятное: здесь – покаяние, а там – воздаяние, здесь – делание и терпение, а там – утешение… Здесь долготерпением Божиим наслаждаемся, а тогда правосудие Его узнаем, когда воскреснем, одни – в жизнь вечную, другие – в муку вечную».

Преп. Феодосий мирно скончался в 529-м году, будучи 105 лет от роду, и погребен в Вифлеемской пустыне, где он первоначально иночествовал.

II. Преп. Феодосий Великий своей жизнью и своим учением дает нам урок иметь живую память о смерти, дабы не привязываться к земному и не лишиться Небесного Царствия.

Св. Тихон Задонский так изображает благотворность памяти смертной: «Она не попустит нас а) хвалиться благородством, и других – братию свою – презирать. Понеже, памятуя смерть, будем помнить, что земля есмы, и в землю пойдем».

б) «Памятуя смерть, отвратим руку от лихоимства, грабления, но еще и от своих имений руки требующих наполнять будем, ведая, что все мирское миру останется, а мы, как наги вошли в мир, так наги и отыдем».

в) «Памятуя смерть, не будем объядением и пьянством мех сей телесный обременять: но столько пищи и пития будем принимать, чтобы не ослабеть и трудиться можно было, надеясь сами быть снедью червей».

г) «Памятуя смерть, не пожелаем различных и богатых одежд, ведая, что при погребении едина только срачица для прикрытия наготы нужна».

д) «Памятуя смерть, не будем доставать злоковарным происком многих сел, деревень, земель, ведая, что по смерти не более трех аршин надобно будет земли. Итак, памятуя смерть, великое опасение будем иметь к избежанию козней неприязненных».

е) «А когда смерть будем помнить, то на ум прийдет и Суд страшный, который по смерти следует, где за слово, дело и помышление худое истязаны будем. Итак, памятуя смерть, будем и к страшному Суду приготовляться, и Судию праведного всякими мерами умилостивлять. Ибо, ежели к человеческому суду призываемы готовимся, как на нем поступать, что сказать, чем оправдаться: кольми паче к Божию Суду, на котором вся явлена будут и помышления наша.

От Страшного Суда две дороги лежащие в уме представятся: по единой бедные грешники с плачем, воплем и рыданием неполезным идут в муку вечную; по другой – блаженные праведники, с радостью неизреченной, идут в живот вечный.

Сих четырех – смерть, суд, ад, Царствие Небесное – всегдашняя память не попустит нам прельщаться греховной сладостью, по писанию, в осторожность нам глаголющему: поминай последняя твоя четыре, и во веки не согрешиши (Сир. 7, 39)». (Из творений св. Тихона Задонского, из слова на текст: «блюдите, как опасно ходите» (Еф. 5, 15)).

Многие святые для живого напоминания себе смертного часа имели у себя в келье гроб, а на столе череп мертвого человека, которые всегда напоминали о смерти, суде, аде и Царствии Небесном и тем постоянно поддерживали св. подвижников в терпеливом несении креста их скорбной жизни на пути в Царствие Небесное.

III. Будем же помнить последняя своя, дабы во веки не согрешить и не лишиться Царствия Божия; пусть смерть близких и родных наших напоминает нам о нашей смерти, пусть вид кладбища побудит нас к размышлению о том, что будет некогда время, когда и мы будем покоиться среди мертвых; пусть болезни, постигающие нас, будут для нас вестниками, зовущими к загробной жизни. Больше всего будем молить Господа, да избавит Он нас от окаменения сердца и да пробудит Он в нашей душе живую память смертную, столь благотворную для нас. (Прот. Г. Дьяченко).

Двенадцатый день

Св. мученица Татиана
(О бытии ангелов)

I. Св. Татиана, память коей совершается ныне, юная дева, воспитанная высокородными благочестивыми родителями в законе христианском, предпочла выгодному супружеству девство и приняла звание диакониссы римской Церкви, в царствование Александра Севера. При всей доброте этого государя, и при нем христианам не было спокойного житья, даже в самом Риме: в числе придворных и тогда были такие, которые втихомолку проливали кровь христианскую, как воду. Привлечена была к суду, как христианка, и диаконисса Татиана. Когда она отказалась от поклонения идолу в храме Аполлона, ее подвергли пыткам. Святая нисколько не колебалась от испытываемых ею страданий; вокруг нее незримо для других стояли четыре ангела и ободряли ее, поражая в то же время мучителей. Заключили потом святую в темницу; и здесь явились к ней светоносные ангелы для ее утешения и ободрения. Святую опять подвергли мучениям и опять ввергли в темницу, – и снова светоносные ангелы Божии явились к ней, уврачевали ее от ран и прославляли ее страдания. Святая была усечена мечом вместе с своим родным отцом, которого около того времени также судили за принятие христианской веры. Таким образом, святая душа Татианы водворилась в мире духов, с ликами светоносных ангелов.

II. Жизнь св. Татианы научает нас той отрадной истине, что существует высший мир ангелов, которые по воле Божией посылаются на служение человеку, охраняют его от зла и утешают его среди бедствий.

Удивительно, что забвение о небесных силах в некоторых из христиан простирается до того, что сомневаются даже в существовании невидимого мира.

а) Если бы не имели мы свидетельства о бытии духовного мира в книге Откровения: мы могли бы найти его в книге природы. На всем видимом написано свидетельство о невидимом. Апостол Павел говорит, что невидимое Божие, Его присносущая сила и Божество, от создания мира, чрез разсматривание тварей, есть видимо (Рим. 1, 20). Посмотрите на дерево или траву: то, что вы видите, может только увянуть, засохнуть и разрушиться; а то, что производит зелень, рост, цвет и плод – не есть ли невидимое? Оглянитесь на самих себя: то, что в вас чувствует, желает, мыслит – не есть ли невидимое? Приметьте подобную лествице постепенность тварей, которые столько совершеннее одна другой, сколько более открывается в них действие невидимого; начните от земли и камня, в которых невидимое совершенно погребено; взойдите по лестнице видимых тварей до человека, в котором невидимое может уже господствовать: не естественно ли над этой степенью предполагать тварей, в которых видимое совершенно поглощено, – существа чисто невидимые, духовные?

б) Правда, в нынешнем омраченном состоянии человека и мира, сквозь письмена видимых вещей тускло мелькает свет мира невидимого. На за то в книге Откровения очищенное верою око ясно усматривает не только существование мира невидимого, но и его близость, и тесный союз его с видимым. Там херувим стережет путь древа жизни (Быт. 3, 24); здесь ангел утешает отчаянную Агарь (Быт. 16, 7–12); в другом месте ангелы вместе с Господом гостят у Авраама (Быт. 18); ангелы спасают Лота из погибающего Содома (Быт. 19); Иаков спящий во множестве видит ангелов, по лествице восходящих на небо и нисходящих на землю (Быт. 28, 12). Ангел является Моисею в горящей купине (Исх. 3, 2), для приготовления его к изведению израильтян из Египта. Исаия видит серафимов, окружающих престол Господень, и от одного из них приемлет огненное очищение (Ис. 6).

Откроем Новый Завет. Се восходит Солнце духов, является Царь откровений, Иисус Христос. Что же? Сам Царь провозглашает: отселе узрите небо отверсто, и ангелы Божия восходяща и нисходяща к Сыну человеческому (Ин. 1, 51): и действительно, мы видим ангела, возвещающего неплодное зачатие Предтечи (Лк. 1, 11) и бессеменное зачатие Спасителя (Лк. 1, 26), целое воинство ангелов, воспевающих славу рождества Спасителева (Лк. 2, 13), ангела, разрешающего недоумение Иосифа (Мф. 1, 20) и устрояющего безопасность Младенца Иисуса от ищущих души Его (Мф. 2, 13), ангелов, служащих Иисусу по искушении Его в пустыне (Мф. 4, 11), ангела, явившегося для укрепления Его в Гефсиманском подвиге (Лк. 22, 43), ангелов, отверзающих гроб Его (Мф. 28, 2), возвещающих Его воскресение (Ин. 20, 12), ангелов, сопровождающих Его вознесение и возвещающих Его паки пришествие (Деян. 1, 10, 11).

Христиане! Иисус Христос, по изречению Иоанна Богослова, есть Святый истинный, имеяй ключ Давидов, отверзаяй, и никтоже затворит (Откр. 3, 7). Итак, если Он отверз небо: кто же смеет затворить его? Или кто смеет сказать, что теперь уже не время видеть ангелов Божиих, восходящих и нисходящих по воле Сына человеческого? Не все ли суть служебнии дуси, в служение посылаеми за хотящих наследовати спасение? Кто же и ныне может утверждать, что они уже без дела и мы без помощи?

в) Но чем несомненнее удостоверяемся мы в близости к нам св. ангелов и о их готовности на помощь нам: тем с большей заботливостью мы должны помыслить о том, отчего в наши дни так мало слышат о сей помощи, а еще менее верят слышанному о том?

Как в видимых своих явлениях св. ангелы нередко принимаемы были человеками за подобных человеков: так легко случиться может, что и невидимые их действия человек примет за собственные человеческие или обыкновенные, естественные действия. Не случается ли, например, что, среди недоумения или некоего бездействия ума, вдруг, как молния, просиявает чистая, святая и спасительная мысль; что в обуреваемом или холодном сердце мгновенно водворяется тишина, или возгорается небесный пламень любви к Богу? Если всякое явление по роду своему свидетельствует о присутствии действующей силы, то эти внутренние явления души нашей не свидетельствуют ли о присутствии небесных сил, по человеколюбию бросающих лучи свои в наш ум и искры в наше сердце? Не суть ли это действия ангелов, по изречению пророка Захарии, глаголющих в нас? Как достойно сожаления, если мы не примечаем этой ангельской помощи! Ибо, не примечая, не приемлем ее, как должно, и не пользуемся ею; не пользуясь, остаемся неблагодарными и виновными, не приготовляем себя к другим подобным посещениям и, таким образом, даже удаляем от себя хранителей наших.

Если мы, человеки, удаляемся от человеков, которых расположения противны нашим расположениям; если наставник отрекается от ученика, не внемлющего наставлениям, или воспитатель от воспитанника, отвергающего руководство его; если самый отец удаляет от себя непокорного сына: то как не удалиться наконец от нас св. ангелам, когда мы не следуем их спасительным внушениям и оставляем бесплодным для нас их служение? Как не удалиться от нас небесным силам, когда мы предаемся только земному? Как не удалиться чистым духам, когда мы живем в нечистотах плоти? Как не удалиться ангелам Божиим, когда мы непрестанно имеем в мыслях и желаниях не Бога и Христа Его, но мир и самих себя?

III. Чада Церкви! Чада Божии! Будем ходить, яко чада послушания. Не слышим ли, как матерь ежедневно просит нам у Господа и Отца нашего ангела мирна, верна наставника, хранителя душ и телес наших? Изгоним из души нашей плотские желания и суетные помыслы, и тогда посетят ее бесплотные силы, и поведут нас с собою от силы в силу, доколе наконец и Сам явится Господь Бог в Сионе духа нашего (Пс. 83, 8), и сотворит в нем Себе обитель (Ин. 14, 23). Аминь. (Составлено по Четьи Минеям и проповедям Филарета, митрополита Московского, т. II, изд. 1874 г.).

Тринадцатый день

Поучение 1-е. Свв. мученики Ермил и Стратоник
(Почему для хотящих жить благочестиво неизбежны гонения и скорби?)

I. Свв. мученики Ермил и Стратоник, память коих ныне празднуется Церковью, были славяне и друзья между собою. Ермил имел сан диакона. Жили они в начале IV века, при императоре, гонителе христиан, Ликинии. В это время всякий, кто указывал кого из христиан, угождал царю и получал от него награду. Так указано было царю на Ермила, и его привели на суд. «Правда ли, что ты христианин?» – спросил Ликиний мученика. «Не только что христианин, но я еще служу невидимому Богу в сане диакона», – ответил он. «Так будь диаконом и у наших богов!» – сказал царь. «Я сказал тебе, царь, что служу Богу невидимому, а не тем бездушным истуканам, которым ты кланяешься. Их нужно презирать, а не служить им», – отвечал святой. Царь разгневался и приказал бить его по щекам особыми медными орудиями и затем посадить в темницу, чтобы он одумался. В темнице явился ему ангел и сказал: «Не бойся, Ермил, ты победишь козни мучителя и за то получишь от Бога пресветлый венец». «Раскаялся ли ты» – спросил Ликиний Ермила, когда через три дня вывели его оттуда. «Я уже раз сказал тебе, царь, – отвечал мученик, – и ты не должен более спрашивать меня». Тогда царь приказал снова мучить его и спросил: «Неужели ты все еще будешь продолжать противиться мне?» – «Я удивляюсь, царь, как ты до сих пор продолжаешь пребывать во тьме неверия и не познаешь светлой христианской истины!» – отвечал св. Ермил. Тогда царь велел разорвать живот его железными когтями. Видя такие жестокие мучения своего друга, Стратоник заплакал. Царь, узнав, что он друг Ермила и христианин, велел мучить и его, а затем утопить их обоих в реке Истре (Дунае).

II. Возлюбленные братия! Спаситель сказал о тех, которые будут следовать Его делам и учению: и будете ненавидимы всеми за имя Мое (Мф. 10, 22).

История жизни свв. апостолов, а за ними и всех последующих поборников святой веры вполне раскрыла всю силу и значение этих слов Господа. И пример воспоминаемых ныне Святой Церковью мучеников Ермила и Стратоника подтверждает эту истину.

Почему же так неизбежно всякому желающему благочестивой жизни во Христе Иисусе переносить гонения и страдания?

На этот вопрос нетрудно ответить, имея истинное понятие о жизни благочестивой.

а) Того, кто идет путем благочестия, ненавидят в мире и гонят за то, что он Христов, за его живую веру во Христа, за его небесное упование, за его пламенную любовь ко Христу Спасителю, которая движет всем существом его и усвояет его Богу. Все это ненавистно плотскому человеку, как неприятен для больного глаза свет солнца.

И это вполне естественно: раб не более господина своего и ученик учителя своего. Аще Мене изгнаша, говорит Христос, и вас ижденут. По истине, если гнали Учителя, то пощадят ли учеников Его? Если вознесли на крест самого Учителя, то ужели смилуются над Его учениками? Если, как говорил Спаситель, мир Его ненавидит (Ин. 7, 7), то не возненавидит ли и учеников Его?

б) Еще страдает благочестно живущий во Христе затем, чтобы ему очиститься, как золоту в горниле, от всех скверн человеческой природы, совлечься ветхого человека и облечься в нового. Ибо нет ни одного человека, который бы был без греха. Аще мним без греха быти, себе прельщаем и истины несть в нас, говорит возлюбленный ученик Христов. Кроме того, кто здесь более терпит страданий, поруганий, изгнаний, бесчестия на пути благочестивой жизни, в том живее и полнее отпечатлевается образ Христов, того жизнь совершеннее, а, следовательно, и в будущей жизни такой человек насладится тем большим блаженством.

Напротив того, нечестивые часто в этой жизни наслаждаются различными благами земными и чувственными удовольствиями. Но пусть они помнят, что сего ради приимут лишшее осуждение! (См. Собрание слов свящ. Адоратского).

III. Братия христиане! Чтобы благодушно перенести страдания за Христа, воспламеняйтесь любовью ко Спасителю, возгревайте в себе дух веры живой и действенной и небесного упования. Паче же всего не привязывайтесь ни к чему земному. Помните всегда лишь, что, как бы ни велики были страдания за Христа, как бы это ни было для вас тяжко и мучительно, вы получите во сто крат и наследуете жизнь вечную (Мф. 19, 29). Аминь. (Составлено по указанным источникам).

Поучение 2-е. Преп. Иаков, епископ Низибийский
(Всякая ложь противна Богу)

I. Однажды преп. Иаков Низибийский, память коего совершается ныне, пошел в какое-то село. Трое нищих, увидев его идущего, придумали обмануть его, надеясь чрез эту ложь и хитрость побольше чего-нибудь выпросить у святого. Один из них притворился мертвым. Когда преп. Иаков подошел к ним, они, указывая ему на своего будто бы умершего товарища, просили у него подаяния для его погребения. Иаков подал им, сколько мог, помолился Богу о душе умершего и пошел своей дорогой. Видя, что старец ушел уже далеко, нищие велели встать своему товарищу, но тот не вставал: посмотрели хорошенько, а он и в самом деле был мертвый. Испугались бедные, что их выдумка так плохо кончилась, и побежали за преп. Иаковом. Догнавши его, открыли ему сущую правду, прося прощения. Св. старец был милостив: воротился к мертвому, своей молитвой воскресил его и посоветовал им вперед так не шутить. (Четьи Минеи, 13 января).

II. Из этого рассказа можно вывести тот урок, что ложь весьма противна Богу, потому Он и наказывает так тех, кто прибегает к ней. Бог любит правду, и христианин должен любить правду и ненавидеть ложь.

а) Ложь бывает на словах и на деле. Нередко можно встретить людей, которые любят мешать правду с выдумками, быль с небылицей. Таких людей считают хвастунами; через это они теряют доверие и уважение людей умных и степенных; а этим нужно дорожить; другие по легкомыслию и тщеславию дозволяют себе шутить и смеяться над ближними, возводя на них разные небылицы, нередко весьма оскорбительные для чести и доброго имени их. От этого бывает то, что разрывается дружба и возникает вражда между людьми, нередко навлекаются великие несчастья на враждующих, между коими самое главное – лишение благодати Божией, которая не живет в сердцах людей злых и клеветников.

Бывает ложь и на деле. Эта ложь чаще всего встречается при покупке, продаже, мене и других разных сделках, какие бывают между людьми. Но помните, что каждая копейка, которая добывается таким неправедным и бесчестным путем, не прочна и никогда в пользу не пойдет.

А главное, чего нужно бояться таким людям – это гнева Божия, который нередко постигает людей, живущих ложью, и в этой жизни, и в будущей.

б) Вот несколько библейских примеров наказания за ложь:

Авессалом, обманом искавший царства, повис между небом и землею (2 Цар. 18, 8).

Ахитофел, подававший Авессалому коварные советы против Давида, окончил жизнь самоубийством (17, 23).

Анания и жена его Сапфира утаили часть своего же имения и один за другим пали мертвыми у ног апостола Петра, которого хотели обмануть.

Бог ненавидит ложь: мерзость пред Господом – уста лживые, а говорящие истину благоугодны Ему (Притч. 12, 22).

Да будет всегда в нашей памяти и страшное наказание за ложь «И не войдет в него (т. е. в Царство Небесное) ничто нечистое, и никто преданный мерзости и лжи, а только те, которые написаны у Агнца в книге жизни (Откр. 21, 27). Боязливых же и неверных, и скверных, и убийц, и любодеев, и чародеев, и идолослужителей, и всех лжецов участь в озере, горящем огнем и серою» (Откр. 21, 8).

в) Святые подвижники, любившие всегда правду, дают нам некоторые наставления избегать лжи во всех случаях нашей жизни. «Ложь чужда Богу, – пишет св. авва Дорофей. – В Писании отцом лжи называется диавол, а истина есть Бог; ибо Он Сам говорит: Аз есмь путь, истина и живот. Видите, от Кого мы отлучаем себя и с кем соединяемся ложью?» (Аввы Дорофея «Поучения и послания», 1856 г., стр. 110).

«Младенец лжи не знает, не знает ее и душа незлобивая», – пишет св. Иоанн Лествичник (Иоанн Лествичник, пер. с греч., изд. 2-е, 1854 г., сл. 12, ст. 13). «Никто из благоразумных не сочтет ложь за малый грех, – пишет он же, – ибо Дух Святый страшнейшее паче всех пороков произнес на нее определение. Если погубит Господь вся глаголющия лжу (Пс. 5, 7), как говорит св. царь Давид, то чего уже могут надеяться те, кои ко лжи присоединяют клятву?» («Лествица», слово 12, ст. 3).

III. Да будет же слово наше всегда истинным, чуждым лжи и неправды, лукавства и лицемерия (Прот. Гр. Дьяченко).

Четырнадцатый день

Поучение 1-е. Память преп. отец, в Синае и Раифе избиенных
(Для чего Господь попускает праведным страдать от нечестивых, а также терпеть и другие беды?)

I. Читая жития святых, мы видим, что святые часто терпели бедствия, – некоторые из них терпели озлобления и гонения, а другие принимали раны и самую смерть от людей нечестивых. К большей части их без преувеличения можно отнести слова св. ап. Павла: инии избиени быша, не приемше избавления… Друзии же руганием и ранами искушение прияша, еще же и узами и темницею. Камением побиени быша, претрени быша, искушени быша, убийством меча умроши (Евр. 11, 35–37). Что же это значит? Чья жизнь была безукоризненнее, как не этих гонимых святых? Кто лучше их знал Бога и усерднее служил Ему? Кто бескорыстнее их помогал ближнему, был сострадательнее, миролюбивее и благонравнее! Для чего же Господь попускал нечестивым озлоблять их? Или Он был не силен избавить их от руки злых? Или у Него нет любви и сострадания?

II. Бедствия посылаются по премудрой и благой воле Провидения. Однажды преп. Нил Постник, бывший сподвижником св. отцев, в Синае и Раифе избиенных, память которых совершается ныне, видевший избиение и страдания их от варваров, и сам едва спасшийся от меча злодеев, спрашивал, за что они страдают. «Где, – говорил он, – блаженные отцы, труды воздержания вашего? Где награда за терпение скорбей? Где венец многим подвигам? Это ли воздаяние вашему иночествованию? Или всуе вы текли на предлежащий вам подвиг? Или есть справедливость в том, чтобы за добродетель принимать скорбь, и что убиваемых вас оставил без помощи промысл Божий? И вот, возымела силу скверна на ваши тела святые, и злоба хвалится, что одолела» (Четьи Минеи, 14 января). Так в глубокой скорби задавал себе вопросы Нил преподобный; но он, к своему утешению, вскоре получил на них разрешение.

«Чего ради, – сказал ему и бывшим с ним, спасшимся от меча злодеев инокам, израненный и едва дышавший старец Феодул, – чего ради смущает вас пришедшая на нас напасть? Ужели вы не знаете, для чего Господь предает подвижников Своих сопротивным?»

а) Не ради ли того, чтобы величайшими воздаяниями вознаградить претерпевших до конца, как сугубо воздал Иову то, что Он погубил? Но там, на небе, конечно, несравненно больше воздаст, ибо ихже око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша, яже уготова Господь любящим Его (1 Кор. 2, 9) и терпящим до конца!» Лучшего ответа и на наши, братия, вопросы о причине неповинных страданий не может быть.

б) Но что сказать, когда видим, что праведник страдает иногда и не от людей? Иной из добродетельных всю жизнь не имеет где преклонить главы; а иного, что и еще ужаснее, постигает иногда лютая и ужасная смерть. И мы тоже недоумеваем, что это значит? За что страдает праведник? О, братия, не смущайтесь и здесь; ибо хотя и неисповедимы пути промысла Божия, но они всегда ведут к благим целям, всегда служат к нашему спасению и блаженству. Один инок, пришедши в город, чтобы продать свое рукоделие, видел погребение некоторого злого вельможи и удивлялся тому, что беззаконника провожали с великой честью церковной и гражданской. Еще более поразило его то зрелище, какое увидел он, возвратясь в пустыню: благочестивый старец, наставник его, лежал там, растерзанный гиеной. «Господи, – взывал осиротевший пустынник, – почему этот злой вельможа сподобился столь славной смерти, а этот святой муж растерзан зверем?» Плачущему явился ангел и сказал: «Не плачь о твоем учителе. Злой вельможа имел одно доброе дело и за то сподобился честного погребения: но награда его только здесь, а там ожидает его казнь за все злые дела его. Напротив, твой наставник, хотя во всем был угоден Богу, однако у него был один порок, от которого он и очищен злой смертью» (Пролог, 21 июля).

III. Итак, братия, ясно, что тот не имеет понятия о бесконечной любви к нам небесного Отца, кто дерзает упрекать Его в неправосудии и несострадании. Будем веровать, что минутная скорбь ведет к бесконечному блаженству, если она понесена с терпением и ради Бога; и будем помнить, что настанет время, когда Господь отрет все слезы с очей рабов Своих (Откр. 7, 17) навсегда. «Не скорби, – говорит святитель Димитрий Ростовский, – аще что не по воле сердца твоего деется в мире: не бо могут вся деятися по мысли твоей, якоже ты хощеши, понеже не вся хотения твоя бывают блага, ниже вся получения полезна… Ина воля Божия, ина же твоя, и судьбы Его различны, ихже ты не веси, не бо вся разумети можеши. Сего ради не скорби ни о единой вещи, но на Господа вся возлагай: возверзи на Господа печаль твою, и Той тя препитает: не даст в век молвы праведнику» (Димитрий Ростовский, ч. I, изд. 1857 г., стр. 398–399; сн. «Кормчий» за 1890 г. № 1).

Поучение 2-е. Святая равноапостольная Нина, просветительница Грузии
(Должно заботиться о благе ближних)

I. Св. Нина, память коей совершается сегодня, была племянница Иерусалимского патриарха и воспитывалась в Иерусалиме. От евреев, приезжавших в Иерусалим к празднику Пасхи, Нина часто слышала, что к северу от Палестины есть страна Иверия (так называлась в древности Грузия), где еще не проповедано Евангелие. Рассказы об языческой Иверии возбудили в душе Нины сильное желание обратить жителей этой страны к христианству. Это желание еще более усилилось в ней благодаря чудесному видению; однажды во сне Нине предстала Пресвятая Богородица, вручила крест из виноградных прутьев и повелела идти для просвещения язычников. Когда после долгого и опасного пути Нина достигла города Иверия Мцхета, там происходило празднество в честь языческих богов. Нина, со скорбью видя языческое торжество горячо молила Бога, чтобы Он отвратил народ от идолопоклонства. Вдруг поднялась гроза, и удар молнии разбил идола. В ужасе бежали жрецы и народ, а Нина благословляла Бога, отвечавшего на ее молитву разрушением идола. Поселившись в Мцхете, Нина скоро сделалась известной далеко в окрестности исцелением страждущих, которые во множестве приходили к ней. У одной женщины ребенок был при смерти; Нина осенила его крестом из виноградных прутьев, и он выздоровел. По молитве святой исцелилась и опасно заболевшая царица Иверии.

Благодаря проповеди св. Нины число верующих постоянно увеличивалось; обратился к христианству и царь Армении, Тиридат. Для обращения царицы Кахетии, Софии, Нина сама пошла к ней.

Это путешествие было последним ее подвигом, вскоре после которого она скончалась (в 335 г.).

II. Братия! По примеру святой Нины, горячо любившей ближних и заботившейся о спасении душ их и просвещении светом истинного Богопознания, будем и мы всегда заботиться о благе ближних, к их назиданию. Питая любовь к ближним, по Заповеди Господней, мы должны иметь искреннее попечение о нуждах ближних и быть готовыми, ради Господа, делать для блага ближних все, что можем.

Имеешь ли преимущества в духовных дарах, необходимых для спасения? – старайся, во славу Божию, с непритворной любовью к ближним, делать им добро ко спасению душ их.

Встречаешь ближнего согрешающего или готового впасть в грех: позаботься с любовью отвлечь его от греха и расположить к добродетели.

Встречаешь брата, незнающего истины или заблуждающегося по неведению: наставь его в истине, покажи ему прямой путь к добродетели, и тем выведи его из заблуждения.

Видишь человека недоумевающего, колеблющегося в избрании того или другого пути: когда можешь, помоги ему, дай добрый совет и расположи его избрать путь истины и правды.

Видишь скорбящего, малодушествующего, унывающего: подойди к нему ближе, утешь его во имя Господа Иисуса; рассей мрак его печальных мыслей твоим добрым и искренним рассуждением; утверди его душу в преданности Господу и в непоколебимом уповании на Его беспредельную благость и человеколюбие.

Если тебя оскорбляют словами или обижают делами: то, помышляя, что Христос пострада по нас, нам оставль образ, да последуем стопам Его (1 Пет. 3, 21), прими, без смущения, всякое оскорбление и всякую обиду, переноси благодушно и старайся на оскорбления отвечать словами любви и благожелания, на обиды – благотворением. Так поступая, будешь исполнять Заповедь Господа: благословите кленущия вы, добро творите ненавидящим вас (Мф. 5, 44), и наставление апостольское: не побежден бывай от зла, но побеждай благим злое (Рим. 12, 21).

Если Бог благословил тебя внешними дарами: то не смотри на них, как на твою собственность; а смотри, как на дары Божии, вверенные тебе для того, чтобы ты все избытки, во славу Божию, разделял нуждающимся в помощи, и будь верен своему призванию. Раздробляй алчущим хлеб твой, и нищия безкровныя введи в дом твой; аще видиши нага, одей (Ис. 58, 7). Помни слово Премудрого: милуяй нищия, блажен (Притч. 14, 21); милуяй нища, взаим дает Богови (19, 17). Помни, что скажет Царь неба и земли, Судия живых и мертвых, в последний день тем, которые, по Заповеди Божией, благотворят ближним: тогда речет Царь сущим одесную Его: приидите благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам Царствие от сложения мира. Взалкахся бо, и дасте Ми ясти; возжадахся, и напоисте Мя; странен бех, и введосте Мене; наг, и одеясте Мя; болен, и посетисте Мене; в темнице бех, и приидосте ко Мне (Мф. 25, 34–36).

III. Братия! Так, благоговея пред Богом и питая в душе заповеданную Господом любовь к ближним, все мы должны друг другу делать добро, кто какое может, к взаимному утешению и назиданию и во славу Божию. Сохраните же в памяти апостольское наставление и последуйте ему: носите бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов. Делая добро, да не унываем: ибо в свое время пожнем, если не ослабеем. Итак, доколе есть время, будем делать добро всем, а наипаче своим по вере (Гал. 6, 2. 9. 10), всегда прославляя Бога, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и во веки веков. Аминь. (Составлено по «Проповедям» Евсевия, архиепископа Могилевского, т. I, изд. 1870 г.)

Пятнадцатый день

Поучение 1-е. Преподобный Иоанн Кущник
(В чем состоит любовь к Богу?)

I. Св. преп. Иоанн, ныне прославляемый, назывался кущником, потому что подвизался в куще, или шалаше, при доме своих родителей; жил он в V веке, происходил от богатых и знатных родителей, живших в Константинополе. Родители дали ему прекрасное образование. С ранних лет в душе Иоанна таилась необыкновенная любовь к Богу. Он любил читать духовные книги, которые и убедили его, что все в мире тщетно, что никто и ничто не может и не должно быть исключительным предметом любви человеческого сердца, кроме Бога, Творца нашего, Промыслителя и Спасителя. Однажды встретил он инока, которого упросил взять его с собой в обитель. Выпросив у родителей в подарок себе св. Евангелие, Иоанн с иноком тайно от них уплыл на корабле в дальнюю обитель, где и пробыл шесть лет, удивляя всех братий подвигами благочестия. Затем, по устроению Божию, он в одежде нищего отправился в дом своих родителей, им не открывшись и ими не узнанный. Со временем, по просьбе Иоанна, управитель дома его родителей сделал для него при их доме кущу, или шалаш, в которой Иоанн провел три года. Господь Сам явился святому и открыл, что душа его скоро перейдет к Нему и поселится с праведными. Тогда св. Иоанн пожелал открыться своим родителям. Представ пред ними, подал им Евангелие, которое они подарили ему, и сказал: «Я ваш сын! Не сам я виновник ваших скорбей, но это Евангелие: оно научило меня любить Бога более всего». Какова же была радость, когда родители увидели своего возлюбленного сына, и как жалели они, что не узнали его в лице нищего! Иоанн вскоре после этого, на третий день, скончался, будучи не более 25 лет. По желанию его самого он был похоронен родителями на месте кущи, где впоследствии они построили церковь и странноприимницу. Св. мощи Иоанна сначала хранились в Константинополе, а потом перенесены были в Рим.

II. Жизнь св. Иоанна Кущника, возлюбившего паче всего – богатства, славы, мирских удовольствий и своих родителей – Бога, учит нас любить Бога больше всего.

В чем состоит любовь к Богу?

Любовь к Богу состоит и во всегдашнем охотном помышлении о Боге, и в душевном услаждении совершенствами Божиими, и в любительном расположении сердца к Богу.

а) Любящий Бога всегда помышляет о Боге. И это весьма естественно. Кого любим, о том и мыслим. Богомыслие у любящих Бога походит на такую жажду, которая тем более увеличивается, чем более ее утоляют. Один из любивших Бога, св. царь и пророк Давид, сказал: возжада душа моя к Богу крепкому, живому. И какое же было следствие этой благодатной жажды? Всегдашнее, постоянное стремление к помышлению о Боге. Предзрех Господа предо мною выну, говорит о себе тот же, кто сказал о себе так: возжада душа моя к Богу крепкому, живому.

б) С помышлением о Боге в любящем Бога тесно соединено сердечное услаждение совершенствами Божиими. Любящему Бога восхитительна премудрость Божия. Он желал бы, если бы то можно было, усвоить весь свет ума Божия своему уму и своему сердцу. Поэтому любящий Бога с радостным вниманием углубляется во все дела премудрости Божией, и от глубины души и в глубине души с пророком Давидом восклицает: дивна дела Твоя, Господи, вся премудростию сотворил еси. Восхищают любящего Бога и прочие совершенства Божии. Сладко любящему Бога воображать и чувствовать, что Бог везде и что Он все видит и все слышит. Сладко любящему Бога воображать и чувствовать, что один Бог всемогущ и что Он один творит все, что хочет.

Но еще сладостнее любящему Бога воображать и чувствовать везде благость Божию. И это потому, что благость сия простирается не только к великим существам, но и к малым – к самым ничтожным, по-видимому не заслуживающим и внимания, и за всем тем составляющим предмет попечения Божия. Так, от серафима до червя все пользуется милостью Божией. Благость Божия хранит и светло творит солнце, но она же хранит и волос главы нашей. Благость Божия любит, прославляет праведных, но она милует, щадит и грешников. Утешительная мысль, что великий, всесильный Бог милостив и к малым и к слабым существам, сильно веселит душу, любящую Бога, и побуждает сказать с псалмопевцем: благ Господь всяческим, и щедроты Его на всех делах Его.

в) Кроме этого любовь к Богу состоит в любовном расположении сердца к Богу. Это состояние неудобь выразимо. Его можно, по благости Божией, живо чувствовать, но не изъяснять. В этом состоянии находившийся, пророк Давид взывал к Богу: Господи! Вся кости мои рекут: кто подобен Тебе? Сердцу апостола Павла так была сладостна любовь к Богу, что он не находил ничего в мире, могущего отвлечь его от Бога; кто ны, – говорил он, – разлучит от любве Божия? Этого не в состоянии сделать ни смерть, ни живот. Все, что есть приятнейшее в ощущениях, все то чувствует душа, любящая Бога в высшей степени. В такой душе и светло, и легко, и спокойно, и радостно. Тут бездна благодатной сладости и небесных восторгов. Что чувствуют добрые дети в отношении к родителям, то чувствует душа, любящая Бога, в отношении к Богу, только в высшей степени, не плотски, но духовно, не по действию страстей, но по действию Духа Святаго, живущего и действующего в душе, любящей Господа Бога. Послушаем, что говорит один из тех, которые по собственному опыту знают, как действует в душах сильная любовь к Богу: «Егда, – говорит святой Макарий Египетский, – благодать чистейший испускает в душе свет, тогда, аки от обильнейшего испития вина любви Божией возвеселившись, человек составляет праздник. Бывает и сие, егда свет сей, сияющий в сердце, другому внутреннейшему и глубже блистающему свету отверзает дверь, и человек, весь сладостью оною и умозрительством напоенный, не к тому в себе самом бывает, но аки юрод и непотребен миру вменяется новых ради прелестей любви и сладости». Эта степень любви Божественной так высока, что мы, грешные, недостойны и говорить, и слышать о ней. Эта радость великая на земле, но она возможна, доступна людям, при помощи Божией.

III. Видели мы отчасти, в чем состоит любовь к Богу. Ублажим св. Иоанна Кущника, возлюбившего Господа всей силою своей души. Он счастлив, он блажен. Поревнуем его благу и помолимся, да дастся и нам хотя малейшая часть сладкой и душеспасительной любви к Создателю нашему. Аминь. (Составлено по Четьи Минеям и «Словам и речам» Иакова, архиепископа Нижегородского и Арзамасского, ч. III. изд. 4).

Поучение 2-е. Преподобный Павел Фивейский
(Промысл Божий о человеке)

I. Преп. Антоний, подвизавшийся 70 лет в пустыне египетской, подумал однажды, что нет в этой пустыне другого отшельника и что он первый пустынножитель в Фиваиде; но Господь во время сна открыл ему, что есть во внутренней пустыне другой отшельник, который раньше его начал вести пустынную жизнь и угодил Богу трудами своими.

Проснувшись, преподобный Антоний взял свой посох и пошел искать того, о котором возвестил ему Господь. Три дня при нестерпимой жаре шел святой старец. В знойной, каменистой пустыне он ничего не видел кроме следов диких зверей; наконец, увидел гиену, которая быстро бежала. Антоний последовал за ней и пришел к пещере; но вход в пещеру был закрыт. Он начал умолять находившегося в ней отшельника, чтобы он отворил ему.

– Отвори мне, раб Христов, – говорил он, – я знаю, что недостоин видеть тебя, но не уйду, пока не увижу лица твоего, не скрывайся от меня, ибо Бог возвестил мне о тебе.

Наконец отшельник отворил дверь, и оба старца, назвавши друг друга по имени, обнялись с любовью.

– Зачем принял ты такой труд, – говорил преп. Павел (так звали пустынника), – и посетил человека грешного и ничтожного? Молю тебя, расскажи же мне, как живет ныне род человеческий? Что делается в мире? Неужели есть еще идолопоклонники? Преследуют ли еще христиан? Я ничего о сем не знаю, ибо уже 91 год живу один в пустыне.

Преп. Антоний отвечал на его вопросы; потом сам спросил старца, почему он оставил мир. Во время разговора ворон прилетел и положил около пустынников хлеб.

– Щедр и милостив Господь! – сказал Павел, – Он устроил нам трапезу. Я ежедневно получаю от милости Его полхлеба; а ныне, ради твоего пришествия, Он прислал нам целый. – Поблагодарив Бога, старцы сели у источника, и Павел стал рассказывать Антонию жизнь свою.

– Я родился в Фиваиде, – сказал он. – Родители мои были христиане, дали мне хорошее образование и внушили любовь к Богу. Но я рано лишился их и остался наследником богатого имения, которое разделил с сестрой. Сестра была замужем за человеком алчным и злым, которому хотелось получить все имение. Он решился донести, что я христианин; а в это время императоры Декий и Валериан жестоко преследовали христиан. Узнав о намерении зятя, я убежал в пустыню. После долгого странствования я нашел эту пещеру; около нее был источник воды и росло финиковое дерево, покрытое плодами. Пустынное житие полюбилось мне, и я не захотел более возвращаться в мир. Вот уже 91 год, как живу здесь, провожу дни в молитве, питаюсь пищей, которую посылает мне Господь, и плодами финиковой пальмы; ее листьями одеваюсь. Мне теперь 113 лет, и с тех пор, как я оставил мир, я никого не видел до твоего прибытия.

Старцы провели всю ночь в беседе и молитве. Наконец Павел сказал: «Наступает час кончины моей, и я благодарю Бога, приславшего тебя, чтобы предать грешное тело мое земле. Молю тебя, сходи в свой монастырь и принеси одежду, которую подарил тебе епископ Афанасий; ты меня в ней похоронишь».

Антоний удивился, что Павел знает об одежде, действительно, подаренной ему св. Афанасием Александрийским, и поспешил исполнить просьбу святого отшельника. Несмотря на свою старость, на долгий утомительный путь, он пошел в монастырь свой, взял там мантию, подаренную св. Афанасием, и поспешил назад к Павлу, чтобы застать его живым.

На другой день, во время пути, видение возвестило ему о кончине Павла. Ему представились лики ангелов, пророков и апостолов и между ними Павел с лицом, сияющим неземной радостью, восходящий на небо.

Св. Антоний с поспешностью продолжал путь свой и, когда достиг пещеры, увидел преп. Павла уже преставившимся. Одев его в принесенную мантию, св. Антоний вспомнил, что ему нечем выкопать могилы, а песчаная земля была тверда, как камень. Он уже думал идти в монастырь свой за заступом, как увидел двух львов, шедших к нему из глубины пустыни. Они легли около тела усопшего и начали когтями своими копать землю; вырыв довольно глубокую яму, они удалились.

II. Так Промысл Божий следил за преп. Павлом не только при жизни, доставляя ему необходимое пропитание, но и по смерти его, послав двух львов для погребения его честного тела.

Братия христиане! Тот же Промысл бодрствует и над каждым из нас. Будем внимательны и увидим.

а) Что такое самая жизнь наша? Это – непрестанно текущий поток, струями которого все мы наслаждаемся, но никто не может ни остановить, ни обратить назад его течение: откуда же струится и берет свое начало этот дивный поток, как не из приснотекущего источника жизни – Бога? Жизнь наша есть таинственное сочетание невидимого с видимым, смертного с бессмертным, духа с плотью, небесного парения с земным тяготением: какой мощной силой держится это чудное соединение противоположных сторон бытия нашего, как не силою промысла Божия?

б) Не менее видимы явления промысла Божия и в даровании нам всего, потребного для нашего существования здесь на земле. Господь изрек при сотворении мира: да произрастит земля былие травное, сеющее семя по роду и по подобию (Быт. 1, 11). Пока это творческое слово живоносно действует на землю, она не престает произращать многоразличные плоды в пищу человеку; если же отымет Господь благословение Свое от нее, никакое усилие наше не в состоянии произвести из мертвой и сухой почвы ни одной былинки. Земледелец бросает в землю голое семя; Бог же дает ему тело, яко же восхощет, и коемуждо семени свое тело (1 Кор. 15, 38). Или какое искусство может низвести на землю благотворный дождь, если Господь заключит небо и соделает его медяным, как в дни пророка Илии? Кто повелит солнцу согревать и оживотворять все живущее на земле, если оно сокрыет лучи свои, как будет при кончине мира? Какая изобретательность соделает здоровым вредоносный воздух, если он, по повелению Божию, будет дышать смертью на человеки и на скоты? Воистину, Господи, отвращу Тебе лице, возмятутся, отымеши дух их, и исчезнут и в персть свою возвратятся: послеши Духа Твоего, и созиждутся, и обновиши лице земли (Пс. 103, 29–30)!

в) Присмотримся и к так называемым случаям, обстоятельствам и отношениям житейским, и сквозь них виден тот же вседействующий промысл Божий. Почему у одного жизнь сложилась несчастно, а другой веселится на всяк день светло? Для того, чтобы тот, испив здесь до дна горькую чашу жизни, наслаждался в будущей полнотой блаженства, а этот, испытав суету временных удовольствий, обратился бы наконец к Богу с покаянием. Для чего, по-видимому так не благовременно, пресекаются нежнейшие узы родства и дружбы? Зачем – во цвете лет восхищен смертью от земли этот благонравный юноша, подававший столь прекрасные надежды? Он благоугоден Богови быв и живый посреде грешных преставлен бысть, да не злоба изменит разум его, или лесть прельстит душу его (Прем. 4, 10–14).

III. Так благотворны и спасительны пути промысла Божия и в счастье, и среди скорбей и лишений. Мы должны всегда прославлять величие и благость Вседержителя, несомненно веровать в Его помощь и заступление. Эта вера сама в себе заключает для нас высокую награду, производя в душе неземное спокойствие. Аминь. (Составлено по Четьи Минеям и Тульским Епархиальным Ведомостям, за 1892 г. № 15).

Шестнадцатый день

Поклонение честным веригам святого и всехвального апостола Петра
(О страдании праведников)

I. Нынешний праздник напоминает нам о том, как страдал в веригах, т. е. в узах, в темничном заключении св. первоверховный апостол, страдал за святую веру.

II. Зачем, спрашивается, страдать тем, которые столько любили Господа своего и к которым, без сомнения, был близок Господь с Своими милостями? Отчего путь угождающих Господу усеян скорбями различными?

Может ли быть, чтобы свет и тьма жили в дружбе?

Нет! Свет утренний гонит тьму ночи, мрак приближающейся ночи гонит свет дневной. Точно так мир ненавидит праведных, потому что дела их, их свойства, их стремления противоположны, как свет и тьма. Для мира укор – самая жизнь праведника. Пусть праведник, по обету смирения, не говорит ни слова миру о делах его темных; пусть, по обету любви, употребляет он все, чтобы сохранить мир со всеми: быть не может, чтобы мир остался навсегда доволен праведником. Мир возненавиде их, яко не суть от мира (Ин 17, 14), говорит небесная Истина о любезных учениках Своих. Мир ненавидит учеников Божиих, по тому самому, что они не принадлежат или не хотят принадлежать миру. Так, страдания неизбежны для праведника в мире, пока существует этот мир грешный. Вси хотящии жити благочестно гоними будут (2 Тим. 3, 12).

Тем не менее больно сердцу терпеть неприятное. Жизнь любит жить, а не страдать. Если и все в мире страдает, если и вещественная природа испытывает землетрясения, наводнения, бури: от того не легче сердцу. Где правда Божия, которая, без сомнения, не хочет допускать, чтобы страдала невинность?

а) Этой тайны не разрешила языческая мудрость, но разрешает учение христианское и – к полному утешению сердца. «Терпи охотно, потому что страдание – плод греха нашего». В самом деле, когда вошли в мир болезни, нужды и печали? Вслед за грехом. Смерть – оброк греха. Смерти не сотворил Господь Бог; Он сотворил жизнь, Он сотворил все в лучшем порядке, чтобы все наслаждалось жизнью. Итак, правда Божия – права в путях своих. Остается праведнику быть внимательным, чтобы оправдать себя. Как же оправдает он себя? Какой праведник может признать себя неповинным пред строгой правдой Божией? Ах! Только один был такой Праведник, – это Тот, Который принял на Себя неправды всех человек, Который изъязвлен был за грехи наши и измучен за беззакония наши (Ис. 53, 5). Иначе: все мы – грешники, начиная с Адама, пока только странствуем по земле. Праведники только на небе, но не на земле. Кто похвалится иметь чистое сердце перед Господом? (Иов. 14, 4). Если бы кто и стал говорить, яко греха не имам: о том со всей уверенностью надлежало бы сказать: себя прельщает, истины нет в нем (1 Ин. 1, 8). И праведник падает седмижды на день (Притч. 24, 16). Сыны Божии, начинающие предвкушать благодатную свободу духа, откровенно признаются в немощах своих; они до гроба вздыхают об избавлении от докучливой плоти и до гроба молятся о прощении грехов (Рим. 7, 15–20). Между тем в новый Иерусалим не войдет никакая скверна (Откр. 21, 27). Туда допустят только тех, которые явятся в одеждах белых чистоты и невинности (Откр. 3, 18), в брачном одеянии святыни (Мф. 22, 12, 13). Вот почему праведники и тогда, как, казалось бы, уже преуспели в любви к Господу, поражаются скорбями! Правда Божия здесь наказывает в них слабости и немощи, чтобы там явились они свободно к ее престолу для получения венцов. Судими от Господа наказуемся, да не с миром осудимся (1 Кор. 11, 32), говорят они сами.

б) Далее, праведники, по допущению промысла Божия, страдают для того, чтобы предохранить их от привязанности к миру. Если и тогда, как мир наделяет всех нас горестями, мы все более или менее любим мир; если и тогда, как земля колет нас терниями и волчцами, мы, более или менее, льнем к земле: что было бы с нами тогда, как земля и мир не отталкивали бы нас от себя? Как пользуются благами земными, сколько делают употребления из них для своего спасения? Бог дает тебе богатство, изобилие течет к тебе рекою. Обращаешься ли ты с благодарностью к Тому, Кто ниспосылает тебе счастье? Чувствуешь ли, как милостив Он к тебе не по делам твоим? Бедный богач! Богатство наполнило собою душу твою и – вот не стало ни времени, ни расположения для благодарных молитв, для благодарного служения Господу. Но если уже забывают Бога, Которого не видят, по крайней мере, помнят ли, знают ли ближнего, которого видят, уделяют ли охотной душою из достатков нищему, готовому умереть от голода? Нет – и того нет. Горького бедняка наделяют только наставлением – трудись и не будешь беден, или провожают уверением, о котором так худо помнят сами: «Бог даст». О, Боже мой! Какой нужен гром гнева Твоего, чтобы образумить бессмысленные сердца наши! Како не удобь имущии богатство в Царствие Божие внидут (Мф. 19, 23). Точно то же бывает у людей со всяким земным даром, с честью, с властью, с знатностью. Человек в чести сый не разуме, приложися скотом несмысленным и уподобися им. Обилие счастья расслабляет самую боголюбивую душу, обращается ей во вред, как пшенице – слишком тучная почва, как воде – непрерывный покой. Окруженный покоем внешним, и праведник может по временам думать, будто свободен от опасностей душевного спасения, может предаться беззаботному покою и говорить в обилии своем: не подвижуся во век (Пс. 29, 7); а между тем грех тогда-то свободно и войдет в душу его, когда так мало думают о нем.

в) Премудрый Врач небесный посылает бедствия тогда, когда приспевает время им, и в той мере, в какой могут принести пользу. Оставленные миром, униженные людьми, мы невольно начинаем чувствовать, как напрасно мы искали всего у мира и забывали Бога, не забывающего верных Своих; невольно смиряемся – дотоле гордые и самоуверенные; невольно сокрушаемся о грехах – дотоле невидевшие и нечувствовавшие беззаконий своих. Испытал на себе эту истину тот, кто благодарно взывал пред Господом: благо мне, яко смирил мя еси, яко да научуся оправданием Твоим. Блажен муж, иже претерпит искушение: зане искусен быв приемлет венец жизни (Иак. 1, 12). Побеждающему дам сести со Мною на престоле Моем, говорит Верный и Истинный.

III. Итак, братия, если сияет для нас счастье, будем мужественны, чтобы не обольститься обманчивым блеском его и не слабеть в добре, со страхом содевая спасение свое (Флп. 2, 12); будем помнить, что земля – не место покоя, земного счастья: покой на земле нам не приличен, он вреден нам. Если же посетят нас скорби: не будем малодушествовать. Примем с покорностью, если не с радостью, наказание Отца небесного, как знак того, что мы Ему принадлежим, как знак призывания к исправлению от грехов наших, как знак побуждения к преуспеянию в любви совершенной и чистой. Путем скорбей достиг царствия ублажаемый ныне апостол; тем же путем, при помощи молитв его, достигнем и мы того же, и будем вечно в радости и веселии славить со всеми святыми всесвятое имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь. (Составлено по «Словам, беседам и речам» Филарета, архиепископа Черниговского).

Семнадцатый день

Преподобный Антоний Великий
(Сила слова Божия, труда и молитвы в деле спасения человека)

I. Преп. Антоний, память коего совершается ныне, родился в Египте в половине III-го века от христиан богатых и благородных и был воспитан ими в страхе Божием и благочестии христианском. Посещая часто храм Божий и слушая со вниманием слово Божие, он однажды услышал слова из Евангелия: если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение и раздай нищим, и будешь иметь сокровище на небесах, и приходи, и следуй за Мною (Мф 19, 21). Эти слова глубоко залегли в сердце его, и он решился расстаться с миром и его сокровищами навсегда, – богатое наследство, полученное от родителей, он продал и деньги роздал нищим. Была на его попечении сестра, – он ее устроил, а сам решился служить Богу в совершенном уединении, и поселился за рекой Нилом в пещере. Здесь он проводил время в труде и молитве и в самом строгом воздержании. Он питался только хлебом с водою, пищу принимал по захождении солнца и то не ежедневно. Иногда сряду по нескольку суток не спал, ночью молился, а днем плел корзины, которыми приобретал себе хлеб. Тяжела была его пустынная жизнь! И холод, и голод, и зной – все было им испытано. А главное: много приходилось ему терпеть от врага рода человеческого – диавола. Вокруг своего уединения подвижник нередко слышал шум, – являлись подобия львов, волков, змей, скорпионов, – все эти подобия угрожали напасть на него и рвались в его пещеру. Подвижник ужасался и трепетал. Чувство страха менялось сожалением о розданных деньгах, об оставленных им наслаждениях жизни. Он нередко унывал, тосковал, плакал, положение его было самое невыносимое. Среди такой борьбы и смущения душевного он однажды воскликнул: «Господи! Что мне делать? Хочу спастись, но помыслы мешают мне!» После этих слов он тотчас увидел пред собою человека, который работал, а после работы начал молиться, после молитвы снова начал работать. Это был ангел, посланный от Бога для вразумления св. Антония. Понял св. Антоний, что ему нужно делать. Он усилил труд и молитву, и чрез 20 лет пребывания в пещере достиг наконец светлого и спокойного состояния духа.

Сначала Антоний подвизался один, но слава о его святой жизни стала распространяться все более и более. К нему стало стекаться много народа, – одни за тем, чтобы послушать его душеспасительных наставлений, а другие – чтобы поселиться близ него. Вскоре около него образовалось много иноческих обителей и скитов. Антоний сделался руководителем иноков.

Он скончался на 105 г. своей жизни. (Четьи-Минеи).

II. Жизнь преп. Антония научает нас следующим истинам:

а) Слово Божие имеет благотворное влияние на человека.

Велики и продолжительны были пустыннические подвиги преп. Антония! Но что влекло его в пустыню на такие подвиги? Услышанные им однажды в церкви евангельские слова: аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение свое… Такое действие имеет на душу человека слово Божие! Подлинно, слово Божие острее всякого меча, как говорит Апостол. Оно – семя, которое, попавши на добрую почву, может принести сторичный плод и возрасти в великое дерево. Оно – та благодатная сила, которая может охватить душу огнем Божественной любви и попалить в ней всякое мирское пристрастие. С какой жадностью, с каким вниманием нужно читать его!

б) Из жизни преп. Антония Великого мы научаемся смотреть на труд, как на средство, содействующее нашему спасению. Итак, вместо того, чтобы предаваться тем или другим помыслам, возьмись со всем усердием за то дело, на которое ты поставлен, трудись с утра до самого вечера, по слову псалмопевца: изыдет человек на дело свое и на делание свое до вечера, – хозяин ли ты, слуга ли, начальник или подчиненный, учитель или ученик, ремесленник или ученый, кто бы ты ни был, исполняй свой долг по совести, с любовью, с ревностью, как пред Богом, как лучшее свое дело, – будешь так поступать, и помыслы бегут от тебя, ибо они не найдут в тебе сочувствия себе.

в) Но, трудясь, не забывай и молитвы. Молись со всеусердием утром, да подаст тебе Господь без греха провести день сей, – молись мысленно сердцем, а если можешь то и устами, и за работой среди дня, – чрез молитву ты будешь поддерживать общение и союз свой с Господом, будешь приближать к себе Господа и сам приближаться к Нему, будешь испрашивать себе успех в трудах своих, силу избежать греха среди них, будешь отрезвлять свой ум и сердце, чтобы не омрачились они суетой мирской, заботами житейскими. Молись со всем усердием и вечером. Через молитву смущенная помыслами душа твоя исполнится радости, веселья, крепости, мужества. Как в природе после бури все проясняется, очищается, самый воздух делается чище, так и в душе твоей после бури смущающих помыслов чрез молитву водворится мир, радость, тишина, – враг удалится, а Господь приблизится, ибо Господь близ всех призывающих Его.

III. Да будет же Он близок и ко всем нам по молитвам отца нашего Антония. (Извлечено в сокращении из книги «Уроки из жизни святых», прот. П. Шумова, вып. перв., стр. 10–16).

Восемнадцатый день

Святители Христовы Афанасий и Кирилл
(О средствах обличения заблуждающихся)

I. К числу неустрашимых исповедников святой веры, мужественно обличавших еретиков, принадлежат великие святители Афанасий и Кирилл, ныне прославляемые.

Еще юный, не облеченный в сан священника, диакон александрийской Церкви Афанасий на 1-м вселенском соборе, в 325 г. по Р.Х., обличал сильнее других безбожного Ария, ложно учившего о Сыне Божием. Его светлый ум, основательность познаний священного Писания, неотразимая сила его слова удивляли неправомыслящих и возбуждали к нему ненависть врагов. На соборе учение Ария было опровергнуто. Арий осужден и послан в заточение. С этого времени жизнь св. Афанасия становится рядом страданий и тяжелых скорбей. И чего-то чего не взвела на него злоба и ненависть врагов его – ариан. Вскоре после собора умер архиепископ александрийский, и св. Афанасий сделан был его преемником. Его обвинили во взимании несправедливых доходов с церквей, уверили императора, что Афанасий помогает врагам его, что он жестоко обращается с духовенством и даже умертвил одного архиерея. Пять раз изгоняли его из Александрии, но все благодушно переносил святитель, ревностно продолжая в самом изгнании утверждать православие. Он скончался в 373 году после сорокасемилетнего правления паствой.

Если св. Афанасий выказал столько мужества и христианского исповедания веры в борьбе с арианами, то св. Кирилл столь же ревностно, не взирая на преследования врагов, защищал Церковь Божию от других еретиков – несториан, ложно учивших об Иисусе Христе и о Пресвятой Деве Марии. Св. Кирилл написал Несторию, патриарху константинопольскому, зараженному ересью, увещательное послание и тем хотел вывести его из заблуждения. Когда же это не подействовало на Нестория, и ересь продолжала волновать Церковь, то созван был 3-й вселенский собор, где ересь была осуждена, и Несторий низложен с патриаршего престола. Тогда еретики восстали на св. Кирилла и начали взводить на него разные клеветы и делать ему всевозможные оскорбления. Но невинность и твердость святого восторжествовали над врагами. Св. Кирилл был епископом 32 года и скончался в 444 году.

II. Святители Христовы Афанасий и Кирилл являются ревностными обличителями ереси и неустрашимыми борцами за истину православия.

Чем должно руководиться при обличении? На ком лежит обязанность обличения? Вот вопросы, которыми мы и займемся теперь.

а) Истинное обличение беззакония и неправды состоит в удалении от беззакония и делании правды. Одна жизнь добродетельного христианина, даже без слова обличения, служит действительным средством для исправления многих собратий. В этом отношении всякий христианин несомненно будет обличителем как именующих себя токмо христианами, так и совершенно отвергшихся от Христа, и непременно будет следовать по пути скорбей, по которому шли святые пастыри Церкви и прославляемые ныне святители Христовы. Уловим праведнаго, говорят неправедные, яко непотребен нам есть. Тяжек есть нам и к видению, яко неподобно иным житие его и отменны суть стези его (Прем. Сол. 2, 12–15).

б) Из нравственных действий, потребных при обличении, важнейшее есть молитва. Молитва праведника низводит прощение на согрешающих иногда еще до обличения их согрешений, во всяком случае низводит на самого молящегося Божественную благодать, открывающую в истинном виде состояние падших собратий, содействующую ему в деле исправления их и сохраняющую во время опасностей, каким может подвергнуться обличающий. Когда евреи, после исшествия из Египта, слили золотого тельца и стали поклоняться ему, и когда Бог, открыв это Моисею на горе Синае, изъявил ему Свое намерение потребить этот непокорный народ и извести от него другой, то Моисей ходатайственной своей молитвой за народ спас его от истребления и потом, сошед с горы, обличил и наказал его заблуждение.

в) Но при добродетельной жизни и молитве нередко требуется и слово обличения. Еще сынам древнего Израиля сказано: да не возненавидеши брата твоего во уме твоем, обличением обличиши ближняго твоего и не приимеши ради его греха (Лев. 19, 17). Чем должно руководствоваться при обличении? Единственно законом любви. Еще Моисей, давая закон об обличении, называет обличаемого братом и ближним: да не возненавидиши брата твоего, обличением обличиши ближняго твоего.

Как же при обличении может быть сохраняем закон любви? Различным образом. Истинная любовь, если только заметить поползновение брата к падению, то покажет ему опасность его положения, прежде нежели он пал. Обличиши друга, говорит премудрый Сирах, егда аще несотворил (19, 13). Но если брат впал в преступление, то первые действия обличения должны быть растворены духом кротости: братия, говорит апостол, аще и впадет человек в некое прегрешение, вы духовнии исправляйте таковаго духом кротости (Гал. 6, 1).

Но когда преступления против веры и нравственности, несмотря на кроткие увещания истинных ревнителей благочестия, начинают возрастать и служить явным соблазном для других: тогда любовь христианская, сколько для обуздания согрешающих, столько и для предотвращения соблазна от других, повелевает делать обличения явные и грозные. Согрешающих, писал св. апостол Павел к еп. Тимофею, пред всеми обличай, да и прочии страх имут (Тим. 5, 20). Обличай их, т. е. критян, писал тот же апостол к Титу, нещадно, да здрави будут в вере, невнимающе иудейским басням, ни заповедем человек отвращающихся от истины; обличай со всяким повелением (1, 13).

Впрочем в этом случае та же любовь предписывает в обличении правила благоразумия. Будите мурди, яко змии (Мф. 10, 16). Обличения сильные не всегда достигают своей цели: они могут возбудить злобу в обличаемых и подвергнуть опасности самую жизнь обличающего. Итак, обличающий должен внимательно взвесить обстоятельства свои и лиц его окружающих: не полезнее ли для большего блага других собратий уклониться от решительного обличения; ибо, по словам премудрого, есть время молчати и есть время глаголати (Екк. 3, 7). Так действовала сама небесная Премудрость – Господь наш Иисус Христос.

На ком лежит обязанность обличений?

а) Прежде всего на пастырях Церкви. Защищение высоких истин христианства есть прямая обязанность пастырей, которые измлада изучают Священное Писание и разные предметы знаний, да будут сильны и утешати в здравом учении и противящияся обличати (Тим. 1, 9).

б) Но преступления против законов нравственных, явные соблазны греховные должны быть обличаемы и всеми христианами. Молим вы, братия, вразумляйте безчинныя, писал святой апостол ко всей Церкви солунской (1 Сол. 5, 11).

III. Благо той стране, в которой возрастают праведники обличители, подобные святителям Афанасию и Кириллу. Но будет ли благо той стране, в коей явятся легионы обличителей, которые от истины слух отвратят и к басням уклонятся, которые будут иметь и ревность, но не по разуму, которые обличениями будут не врачевать раны, но растравлять, не имея сами жизни добродетельной, не руководясь ни молитвою, ни духом любви христианской, но всю надежду возлагая на силу слабого разума человеческого. Будем молить Господа, да мимо идет нас чаша сия! Аминь. (Составлено по Четьи Минеям и книге «Слова Сергия, доктора богословия, архиепископа Владимирского и Суздальского»).

Девятнадцатый день

Преподобный Макарий Великий, Египетский
(О молитве за умерших)

I. В нынешний день творится память одного из великих подвижников египетских пустынь, преп. Макария Египетского, жившего в IV веке по Р.Х.

Однажды, хотя по пустыне, преп. Макарий увидел на земле сухой человеческий череп. Поворачивая его своим жезлом, Макарий заметил, что череп как будто издавал звук. «Чей ты, череп?» – вопросил старец. И из черепа послышался такой ответ: «Я был начальником всех здесь обитавших жрецов, а ты, авва Макарий, исполненный духа Божия. Когда ты молишься о нас, сущих в муках, мы испытываем некоторую отраду». – «Какая же бывает вам отрада и какая мука?» – вопросил старец. – «Как небо отстоит от земли, так велик огонь, в котором мы мучимся, опаляемые отовсюду, от ног до головы, – отвечал со стенанием череп, – и мы не можем видеть друг друга. Когда же ты молишься за нас, мы отчасти видим друг друга, и это доставляет нам некоторую отраду». Слыша это, старец прослезился и сказал: «Несчастен тот день, в который человек преступил Заповедь Божию». Потом опять спросил: «Есть ли у вас и другие, большие муки?» Из черепа послышался голос: «Другие находятся еще глубже под нами». – «Кто же это?» – опять спросил старец. – «Мы, не познавшие Бога, еще испытываем некоторое милосердие Божие, – продолжал голос из черепа, – а те, которые, познавши Бога, отверглись Его и не соблюдают Его Заповедей, те под нами испытывают еще тягчайшие, несказанные муки». Святой старец после того закопал череп в землю и ушел в глубоком раздумье.

II. Скажем по поводу этого несколько слов о молитве за умерших.

а) Моление за усопших издревле существовало и существует в Церкви, не как торжественно возвещенный, существенный член веры и строгая заповедь, но как благочестивое предание и обычай, всегда поддерживаемый свободным послушанием веры и частными духовными опытами. Приведем на это некоторые свидетельства.

Благодать даяния, пишет сын Сирахов, пред всяким живым да будет, и над мертвецом не возбрани благодати. Что значит здесь благодать даяния? Если это дар алтарю, то слова: над мертвецем не возбрани благодати, очевидно значат: принеси жертву за усопшего. Если же кто хочет признать более вероятным, что благодать даяния значит благотворение бедному, то слова: над мертвецем не возбрани благодати, будут значить: подай милостыню в память усопшего. Ту ли, другую ли мысль имел сын Сирахов: они обе предлагают одно, им общее основание, – то, что живущий может и должен делать добрые и душеполезные дела ради усопшего.

В истории Маккавеев находим именно жертву и молитву за усопших. Иуда принес ее за воинов, умерших во грехе взятия военной добычи от даров идольских, которыми благочестивый не должен был осквернять рук своих (2 Мак. 12, 39–46).

б) С тех пор, как образовалось общественное богослужение христианское, моление за усопших вошло в него, как часть, постоянно к составу его принадлежащая. Свидетельствуют об этом все древние чиноположения Божественной литургии, начиная от литургии святого Иакова, брата Господня. Поэтому нет никакого сомнения, что моление за усопших есть предание апостольское.

в) Святые отцы также свидетельствуют о пользе молитвы за умерших. Аще и грешен отъиде, – говорит св. Иоанн Златоуст, – елико возможно есть, помогати достоит: обаче не слезами, но молитвами, и мольбами, и милостынями, и приношениями. Не просто бо сия умышлена быша, ниже всуе творим память о отшедших в Божественных тайнах, и о них приступаем, молящеся Агнцу, лежащему, вземшему грех мира, но да отсюду будет им некая утеха. Ниже всуе предстояй жертвеннику, страшным тайнам совершаемым, вопиет: о всех во Христе усопших и памяти о них совершающих (на 1 послание к кор., беседа 41).

Не должно отрицать, – говорит блаженный Августин, – что души усопших от благочестия ближних живущих получают отраду, когда за оных приносится жертва Ходатая, или творима бывает милостыня в церкви; но сие полезно только тем, которые в жизни заслужили то, чтобы им сие после было полезно (О вере, надежде и любви, гл. 110).

г) Св. Григорий Двоеслов представляет примечательный пример благотворного действия молитвы и жертвоприношений за усопшего, случившийся в его монастыре. Один брат за нарушение обета нестяжания, в страх другим, лишен был по смерти церковного погребения и молитв в продолжение тридцати дней; а потом из сострадания к его душе тридцать дней приносима была бескровная Жертва с молитвою за него. В последний из этих дней усопший явился в видении оставшемуся в живых родному брату своему и сказал: доселе худо было мне, а теперь уже я благополучен: ибо сегодня получил приобщение (Беседы, кн. IV, гл. 55).

III. Для внимательных довольно сказанного, чтобы каждый подтвердил себе следующие, не незнакомые, но нередко забываемые правила:

Первое: молись за усопших с верою и надеждой милосердия Божия.

Второе: не живи сам небрежно, а старайся чистой верой и неотлагательным исправлением от грехов упрочить себе надежду, что и за тебя, по твоей кончине, молитвы принесут душе твоей отраду и помогут ей в достижении вечного покоя и блаженства в Боге, присно блаженном и препрославленном во веки. Аминь. (Составлено по Четьи Минеям и проповедям Филарета, митрополита Московского, т. III, изд. 1877 г.).

Двадцатый день

Преп. Евфимий Великий
(Для чего Господь скрыл от нас час смертный?)

I. Преподобный и богоносный отец наш Евфимий, память коего совершается ныне, родился в городе Милитине, близ Евфрата. Когда, за смертью отца, мать отдала его на воспитание дяде пресвитеру, тот представил отрока епископу. Епископ полюбил Евфимия за доброе поведение и сделал чтецом в церкви, а затем и пресвитером, и поручил управление монастырями в городе. Но св. Евфимию хотелось уединения, и он на 30-м году жизни тайно удалился из города и спустя некоторое время основал лавру близ Мертвого моря. Лавра сначала была бедной, но преподобный крепко надеялся на Бога, и Бог посылал все необходимое для нее. – Один инок отказался от послушания, которое назначено было ему. Вдруг он упал на землю без чувств. Тогда, по просьбе братии, св. Евфимий исцелил его и сказал: «Послушание – великая добродетель. Господь любит ее больше жертвы». Св. Евфимий сотворил множество чудес, многим предсказал будущее, многих из язычников обратил ко Христу и многих из неправоверующих утвердил в истинной вере, почему и получил название Великого. В год своей смерти преп. Евфимий не пошел, вопреки обыкновению, в пустыню на время четыредесятницы и сказал братии: «Я пробуду с вами первую седмицу, а в субботу в полночь отлучусь от вас» – и точно, в это время (20 января) последовала блаженная его кончина. Он скончался в 473 году, будучи 97 лет. Мощи св. Евфимия почивают в его лавре.

II. Из обстоятельств кончины преп. Евфимия мы видели, что Господь открыл ему за неделю день и час его смерти. Только редкие и великие угодники Божии удостаиваются знать час своей смерти. Прочим это не дано.

Спрашивается: для чего Господь скрывает от всех почти людей час смертный?

а) Господь утаил от нас час смерти, во-первых, для того, чтобы мы постоянно бдели над самими собой, т. е. были всегда внимательны к своим поступкам, словам и помышлениям. Бдите убо, яко не весте дне, ни часа, в оньже Сын человеческий приидет (Мф. 25, 13).

б) Во-вторых, Господь не сказал нам, сколь долог век наш, для того, чтобы мы не отлагали со дня на день доброделания и самоисправления. Станет ли человек постоянно напрягать свои силы к побеждению зла, займется ли безотлагательно исправлением самого себя, если будет знать, что конец жизни его еще далеко, что он еще не умрет скоро? Не родится ли у него тогда такая мысль: «Успею еще запастись добрыми делами, успею еще посвятить себя подвигам исправления, когда буду приближаться к смерти, но до тех пор пока поживу в свое удовольствие». Если человек все будет откладывать дело своего исправления, можно ли поручиться, что он под конец своей жизни исправится, успеет украсить себя добродетелями? Премудрый Соломон свидетельствует противное: егда приидет нечестивый во глубину зол, – говорит он, – нерадит (Притч. 18, 3). Кости нечестиваго наполнишася грехов юности его и с ним на персти уснут, – говорит праведный Иов (20, 11). Премудрый Сирах не советует отлагать со дня на день обращение к Богу, говоря: не медли обратиться ко Господу, и не отлагай день от дне: внезапу бо изыдет гнев Господень, и во время мести погибнеши (Сир. 5, 9). Оттого премудрый Соломон не велит отлагать делание добра до завтра, говоря: не веси бо, что породит находящий день (Притч. 3, 28). Таким образом, мы должны заботиться о своем спасении неустанно, повсечасно, не отлагая этого великого дела самоисправления на далекое время, потому что мы не знаем, в который час и день Сын человеческий приидет.

в) В-третьих, время кончины нашей не объявлено нам для того, чтобы свобода наша навсегда пребыла неприкосновенною, и чтобы не была отнята ценность у нашей добродетели. Если бы нам открыто было, что мы чрез неделю или месяц непременно должны расстаться с этим светом, тогда, конечно, мы поспешили бы приготовить себя к смерти, посвятили бы весь остаток дней своих на творение добрых дел. Но такое приготовление разве не будет принужденным? Такое добро разве не будет плодом страха рабского? Бог же любит только доброхотных делателей. Бояйся не совершися в любви, – говорит возлюбленный Христов апостол Иоанн Богослов, – страх бо несть в любви, но совершенна любы вон изгоняет страх (Ин. 4, 18). Таким образом, без благого произволения духа нашего приготовление наше не заслуживало бы особой цены; добродетель не была бы высока. Сокрыл Господь от нас час смерти и суда будущего в непроницаемой тьме неизвестности, и доброе наше дело остается делом свободы, произведением чистой любви нашей к добру и источнику добра; такое дело становится в глазах правды Божией достойным полной награды. Се гряду, яко тать: блажен бдяй, и блюдый ризы своя, да не наг ходит, и узрят срамоту его, – говорит Бог Вседержитель (Откр. 16, 15). Блажен раб той, – говорит Иисус Христос, – его же пришед господин его обрящет тако творяща. Аминь глаголю вам, яко над всем имением поставит его (Мф. 24, 46–47).

III. Вот причины, которые здравый разум на основании слова Божия представляет нам в ответ на вопрос: для чего Господь скрыл от нас час смертный? Аминь. (Составлено с дополнениями по № 30 журнала «Кормчий» за 1889 г.)

Двадцать первый день

Поучение 1-е. Св. мученица Агния
(О бессмертии души и воскресении мертвых)

I. Когда скончалась св. мученица Агния, память коей совершается ныне, то родители постоянно были на могиле ее, где и плакали по возлюбленной дочери своей горько. Но вот, в одну из ночей они увидали лик девиц, мимо них шедших, светло украшенных златотканными одеждами и небесной славой сиявших. Между ними была также и св. Агния, в такой же славе как и спутницы ее, а одесную ее был Агнец, паче снега белейший. И вот, Агния, попросивши дев, чтобы обождали ее, сказала своим родителям: «Не плачьте обо мне, как об умершей, но радуйтесь за меня и сорадуйтесь со мною, ибо я с сими девами вошла в небесные селения и с Тем, Которого я возлюбила на земле всем сердцем, с Тем и живу я ныне на небесах». После этих слов святая дева стала невидима (Четьи Минеи, 21 января)

II. Св. мученица Агния своим явлением из загробного мира, своим уверением, что она не умерла, но живет в небесных селениях с Господом нашим Иисусом Христом, с сим небесным Агнцем, закланным за грехи мира, доказывает нам истину бессмертия души человеческой и будущего воскресения наших тел в день всеобщего суда Божия пред открытием вечного царствия славы.

а) Свидетелями бессмертия души человеческой можно поставить лучшую и наибольшую часть рода человеческого, и целые народы, от наиболее просвещенных до наименее образованных. Сколь ни чувственны понятия о будущей жизни у последователей Магомета, сколь ни грубы сказания об ней у язычников, но и в этом превращении и смешении понятий и чувствований, и в этом преобладании скотских и зверских свойств над человеческими, еще, как искра в груде пепла, не совсем угасла истина, что после настоящей есть для человека жизнь будущая. Если древние или новые саддукеи, отвергавшие бессмертие души, силятся отвергать сию истину, то потому только, что она препятствует им быть саддукеями, т. е. беспечно наслаждаться чувственными удовольствиями, потому что мысль о бессмертии требует и смертной жизни, сообразной с будущей бессмертной.

б) Можно для удостоверения о будущей жизни человека заставить говорить даже бессловесную и безжизненную природу. Ибо в целом мире нельзя найти никакого примера, никакого признака, никакого доказательства уничтожения какой бы то ни было ничтожной вещи; нет прошедшего, которое бы не приготовляло к будущему; нет конца, который бы не вел к началу. Солнце заходит, чтобы взойти опять; звезды утром умирают для земного зрителя, а вечером воскресают; времена оканчиваются и начинаются; умирающие звуки воскресают в отголосках; реки погребаются в море и воскресают в источниках; целый мир земных прозябений умирает осенью, а весной оживает; умирает в земле семя – воскресает трава или дерево; умирает пресмыкающийся червь – воскресает крылатая бабочка; жизнь птицы погребается в бездушном яйце – и опять из него воскресает. Если твари низших степеней разрушаются для воссоздания, умирают для новой жизни – человек ли, венец земли и зеркало неба, падет во гроб для того только, чтобы рассыпаться в прах, безнадежнее червя, хуже зерна горчицы?

в) Но для христиан будущее воскресение не требует никаких исследований и удостоверений, как дело верного, засвидетельствованного, признанного опыта. Аще бо веруем, – говорит апостол Павел, – яко Иисус умре и воскресе, тако и Бог умершия во Иисусе приведет с Ним (1 Сол. 4, 14). Христос воста от мертвх, начаток умершим бысть (1 Кор. 15, 20). Если кто, имея сей опыт воскресения, вздумает сам себя затруднять сомнением, как может оно совершиться, когда образ разрушения многих умерших тел, по-видимому, не оставляет места для мысли о их возобновлении: тот же апостол разрешает сие затруднение рассуждением, основанным на естестве известных вещей: безумне, ты еже съеши, не оживет, аще не умрет: и еже съеши, не тело будущее съеши, но голо зерно, аще случится, пшеницы, или иного от прочих: Бог же дает ему тело, якоже восхощет, и коемуждо семени свое тело (36–39).

III. О человек, непременно бессмертный, хотя бы ты о том не думал, хотя бы и не хотел того! Берегись забывать твое бессмертие, чтобы забвение о бессметии не сделалось смертоносной отравою и для смертной жизни твоей, и чтоб забываемое тобою бессмертие не убило тебя навеки, если оно тебе, не ожидающему его и неготовому, внезапно явится.

Не говори отчаянно: утре умрем, чтобы тем необузданнее устремляться за наслаждениями смертной жизни: говори с надеждой и страхом: утре умрем на земли и родимся или на небесах, или во аде: итак, надобно поспешать, чтобы положить, надобно подвизаться, чтобы питать и укреплять в себе начало к небесному, а не к адскому рождению. (Составлено по Четьи Минеям и проповедям Филарета, митрополита Московского, т. II, изд. 1874 г.).

Поучение 2-е. Преподобный Максим исповедник
(Христиане должны исповедовать свое звание непостыдно)

I. В VII веке в восточной Церкви возникло лжеучение монофелитов, которые признавали в Иисусе Христе одну божественную волю при двух естествах, божеском и человеческом. Защитниками ереси были два патриарха, александрийский и константинопольский; ее держался и сам греческий царь Ираклий, который издал указ в подтверждение ереси. Но православное учение нашло себе твердого защитника в преп. Максиме, ныне прославляемом Церковью. Он словом и писанием убеждал верующих твердо стоять за истину. По совету его римский епископ Мартин созвал в 649 году собор в Риме, на котором ересь и защитники ее были осуждены. Император Констант II, преемник Ираклия, сам державшийся монофелитства, приказал схватить Мартина и привезти в Константинополь; вместе с ним взяли и Максима. Участь последнего была очень печальна. Разного рода пытками старались обратить его к ереси: держали в темнице, жестоко били, топтали ногами. Но преп. Максим, несмотря на истязания, оставался непоколебимым и твердо защищал православие. Наконец император приказал вырезать ему язык и отрубить правую руку, чтобы он не мог ни словом, ни писанием провозглашать истины. После этого исповедника с позором влачили по городу и наконец сослали в заточение на восточный берег Черного моря. Много страданий перенес он, прежде чем достиг места ссылки. Прибыв туда, преподобный три года томился в темнице под надзором жестоких стражей и скончался в 662 году.

II. Братия! Господь, заповедуя верующим твердо соблюдать веру, предварял их, что, кто неустрашимо исповедает свою веру, того Он, Искупитель, исповедает пред Отцем Своим, как верного последователя Своего, и следовательно, удостоит славы и блаженства небесного. Всяк, – сказал Он, – иже исповесть Мя пред человеки, исповем его и Аз пред Отцем Моим, Иже на небесех (Мф. 10, 32). Напротив, иже аще постыдится Мене и Моих словес, сего Сын человеческий постыдится, егда приидет во славе Своей (Лк. 9, 26).

а) Не имел ли ввиду Господь и Спаситель наш нашего собственно времени и нас грешных, изрекая такие слова? Не касается ли и нас эта страшная угроза Его: иже аще постыдится Мене и Моих словес, сего Сын человеческий постыдится, егда приидет во славе Своей? Посмотрим на себя, как мы слабы в вере в сравнении с истинно верующими, даже в сравнении вообще с предками нашими. Как некоторые из нас начинают, без зазрения, стыдиться своего христианского звания, христианского учения, христианских правил и обычаев! Стыдно стало веровать слову Божию, с покорением своего разума в послушание Христово (2 Кор. 10, 5). Стыдно стало читать священное Писание, жития святых и вообще книги духовного содержания. Стыдно стало быть набожным, часто ходить в церковь, молиться дома, вести христианские душеспасительные беседы. Стыдно стало соблюдать правила церковные и обычаи христианские: поститься, молиться при входе в дом, пред вкушением пищи, креститься при виде святыни христианской; стыдно делается даже творить добродетели христианские, – иметь смирение, быть покорным власти, почтительным к высшим, общительным с низшими. Ведь это так, братия!

б) Заблуждающиеся! Такова ли вера христианская? Не есть ли она сокровище божественного разума? Не есть ли она премудрость, бесконечно превышающая всякую земную мудрость? Не есть ли она неоценимый дар любви и благодати Божией бедному человечеству? Не есть ли она источник спасения нашего, наставница чистоты и добродетелей, путеводительница к вечному животу?

Не стыдиться христианам, а хвалиться должно своей верой, открыто исповедовать ее, как правую, святую и божественную, свято соблюдать ее правила и уставы, служить примером благочестия для христиан простых и непросвещенных, и тем свидетельствовать о своем разуме и о своем внимании к долгу христианскому. Вот истинное достоинство, истинная честь, приличествующая христианам. Стыдиться, напротив, надо того, что делает бесчестие и вере христианской, и разуму человеческому. Стыдиться надо невежества, суеверия, предрассудков; стыдиться надо вольнодумства, неверия, раскола; стыдиться надо дел и поступков нехристианских: гордости, противления власти, непочтительности к высшим и старшим, презрения к низшим и меньшим; стыдиться надо жизни рассеянной и мирской, частых и нескромных увеселений, излишних нарядов и щегольства, вольности во взаимном обращении, вообще поведения, противного целомудрию и непорочности нравов, – надо стыдиться всего, чем нарушается учение Христово и оскорбляются правила святой нашей веры. Вот это будет истинный и спасительный стыд. За таковой стыд не постыдится нас Спаситель наш Господь, а возлюбит нас, назовет нас Своими присными, и удостоит, как верных последователей Своих, блаженства и славы небесной.

III. Сохрани же нас, Господи, от погибельного стыда, сотвори нас делателей в святом христианском звании непостыдных (2 Тим. 2, 15), сподоби нас поставлять и честь и славу и спасение наше точию в Тебе, Искупителе нашем, в разуме Твоего божественного учения, и в исполнении Твоей благой и совершенной воли! Аминь. (Составлено по книге «Сеятель благочестия», прот. В. Нордова, т. 2-й, изд. 1891 г.)

Двадцать второй день

Св. апостол Тимофей
(О повиновении духовным наставникам)

I. Когда св. апостол Павел проповедовал в городе Листре и совершил там чудо, исцелив хромого, многие из жителей этого города уверовали в Господа, и в том числе одна еврейка. Она, приняв к себе в дом святого апостола, просила его взять сына ее в число учеников своих. Юношу звали Тимофеем, память коего совершается ныне. Апостол Павел, удаляясь из Листры, поручил его другим христианам и потом, видя, что юноша исполнен веры и любви к Господу, взял его с собою.

С этих пор св. Тимофей сделался верным спутником св. апостола Павла и любимым его учеником. Он с ним вместе трудился и терпел гонения, посещал с ним Ефес, Коринф и многие другие города и области Греции и Малой Азии, и ревностно помогал ему распространять слово Божие. Иногда ап. Павел, вполне доверяя любимому ученику своему, посылал его к новообращенным, чтобы укреплять их в вере. С таким поручением был он послан к фессалоникийцам и коринфянам. К самому же Тимофею св. апостол Павел написал два послания, исполненные любви и мудрых поучений.

Тимофей свято исполнял повеления святого учителя своего и подражал его святой жизни. Св. апостол Павел свидетельствует о нем: Ты последовал мне в учении, жизни, расположении, вере, великодушии, любви, терпении (2 Тим. 3, 10). Он был первым епископом Ефеса и с ревностью старался утвердить веру христианскую; он также пользовался наставлениями и св. Иоанна Богослова, который проповедовал в Малой Азии и по смерти св. Тимофея, по возвращении своем с Патмоса, принял епископство ефесское. Св. Тимофей до конца явил себя добрым воином Христа, и в 91-м году скончался мученической смертью за имя Господне.

Св. апостол Тимофей, свято исполнявший волю своего великого учителя ап. Павла, которого подражателем он был во всем, научает нас повиноваться своим духовным наставникам и подражать их житию.

II. Слово Божие учит: повинуйтеся наставникам вашим и покоряйтеся: тии бо бдят о душах ваших (Евр. 12, 17).

а) Нужны ли доказательства и убеждения, чтобы заповедь эта принята была, как необходимая к исполнению?

Никакое общество не может быть благоустроено, и даже существовать не может без начальников и наставников. А начальники и наставники не могут благоустроить общества без повиновения подчиненных и наставляемых.

б) По слову Христову (Ин. 17, 3), живот вечный, или вечное блаженство, заключается в том, чтобы знать единого истинного Бога и посланного Им Иисуса Христа. По слову апостольскому, веровати подобает приходящему к Богу (Евр. 11, 6). Но Бог непостижим, и Христос есть тайна сокровенная от веков и родов в Боге, ныне же явленная святым Его (Кол. 1, 26), не в мерцании разума естественного, но в свете откровения благодатного. Отсюда необходимо происходит вопрос апостола: како уверуют, его же не услышаша? Како же услышат без проповедующаго (Рим. 10, 14)? – Надобен проповедник истине Божией, наставник в вере, строитель таин благодатных.

III. Слышащие это, может быть, думают и готовы сказать: дайте нам таких наставников, как св. Павел, как св. Тимофей; мы желали бы повиноваться и покоряться таким наставникам.

а) Вы думаете, что совершенно повиновались бы наставникам, если бы имели наставников превосходных? Сомнительно это. Когда Сам Иисус Христос избрал и посылал апостолов Своих проповедовать Царствие Небесное, Сам дал им наставления, как должны они наставлять других, даровал им силу исцелять больных, воскрешать мертвых, изгонять бесов: не превосходные ли это были наставники? При всем том в наставлениях им Господь сказал: иже аще не приимет вас, ниже послушает словес ваших, исходяще из дому, или из града того, отрясите прах от ног ваших (Мф. 10, 14), – т. е., Он предвидел, что найдутся домы и целые города, которые не захотят слушать сих превосходных наставников. Смиренный и искренно желающий спасения со вниманием слушает и посредственного наставника и успевает в добре; а кто, по самонадеянности или рассеянности пренебрегает обыкновенным наставником, тот едва ли воспользуется превосходным. Желайте искренно душеспасительного наставления; расположитесь принимать его с верою: силен и верен Бог, желающий всем спастися, и чрез недостойного наставника преподать вам совершенное наставление, и мнящихся быть мудрыми чрез немудрого вразумить, подобно как некогда подъяремник безгласен, человеческим гласом провещав, возбрани пророка безумие (2 Пет. 2, 16).

б) Некоторые, стараясь не столько исправить, сколько оправдать свою жизнь, небрежную, несообразную с учением Христовым, думают найти себе оправдание в том, что иные наставники не так хорошо живут, как учат. Нет, самопоставленные судьи своих наставников, вы не найдете своего оправдания в вашем осуждении. Мы будем осуждены, если живем недостойно преподаваемого нами учения: но и вы также будете осуждены – и за то, что осуждаете ближнего вопреки запрещению Самого Иисуса Христа, и за то, что не последуете святому учению, которое не перестает быть святым оттого, что проходит чрез грешные уста. Истинный Судия мира, Христос Спаситель строго осуждал жизнь и дела фарисеев: но повелевал уважать и исполнять преподаваемое ими учение закона Божия: вся елика аще рекут вам блюсти, соблюдайте и творите: по делом же их не творите, глаголют бо и не творят (Мф. 23, 3). (Составлено по Четьи Минеям и проповедям Филарета, митрополита Московского, изд. 185 г., т. V, стр. 246–248).

Двадцать третий день

Поучение 1-е. Священномученик Климент, епископ Анкирский
(Несостоятельность возражений тех, кои отговариваются от совершения дел милости духовной)

I. Св. Климент, ныне прославляемый, еще в детстве начал обнаруживать высокие свойства своей души. Во время голода, когда многие язычники, не имея пищи, бросали своих детей на улицах и сами уходили, св. Климент собирал их в дом своей матери и кормил их. Скоро дом наполнился языческими мальчиками, которых Климент взял под свое попечение. Он при этом заботился не только о теле, но и о душе их: учил их христианской вере и старался, чтобы они крестились.

II. Когда подаете монету или кусок хлеба нищему, не забывайте, братия, что на всяком христианине лежит святая обязанность оказывать помощь не только телу, но и душе ближнего; между ними есть много нищих познаниями о Боге. При всяком удобном случае расскажите нищему, что знаете о Боге и Его святом законе – и вы поступите так, как поступал св. Климент.

Поистине, надобно нам брать себе в руководство учение и пример Христов, которые так полно отразились в жизни св. Климента, чтобы творить милость не телесную только, но и духовную, часто не менее телесной нужную, и всегда паче телесной благотворную.

а) Душа важнее тела и требует большего к себе внимания, чем тело. Если судить здраво и взвешивать предметы и дела на весах правды: не странно ли, что более иногда оказывается внимания к лишениям, бедствиям и опасностям тела, которое можно избавить от страдания и спасти только на краткое время, нежели к лишениям, бедствиям и опасностям души, которую свойственное к ней милосердие могло бы избавить от вечного страдания и спасти навеки?

Видят человека, утопающего в воде: знакомые и незнакомые спешат на помощь, вопиют о помощи. Видят человека, утопающего во грехе и беззаконии, в злокорыстии, в невоздержании, в сладострастии: стоят и смотрят, лучшие с сожалением, нелучшие с улыбкой, а иные, может быть, даже помышляют: нельзя ли воспользоваться тем, что утопающий оставляет на берегу.

Когда горит дом, толпы народа бегут сражаться с огнем за бревна и доски часто неизвестного хозяина. Но когда душа горит огнем злой страсти, похоти, ярости, злобы, отчаяния: так же ли легко находятся люди, которые поспешили бы живой водою слова правды и любви угасить смертоносный огнь, прежде нежели он обнял все силы души и распространился до слияния с огнем гееннским?

б) Скажут, что сделать милость духовную, просветить истиною неведущего, уврачевать зараженного страстью, освободить грешника от уз греховной привычки, возбудить веру и надежду в маловерном и отчаянном, не всякий так способен, как сделать дело милости телесной. Частью это правда: но частью, это есть выражение не полной ревности к благодеянию и отговорка, подобная той, которую премудрый нашел в устах ленивого: лев на пути (Притч. 26, 13). Не всякий богат, однако почти всякий может подать нищему, если не талант, то лепту: подобно сему не всякий так образован и опытен духовно, чтобы подавать ближним сильную духовную помощь, но почти всякий, и немощный, может сколько-нибудь помочь немощнейшему, и не высоко образованный – менее образованному, и даже необразованный – образованному, потому что не все так в духовном, как бывает в телесном.

в) Скажут еще, что телесную милость делать удобно, потому что ее просят не только нуждающиеся, но часто и не нуждающиеся, а духовную – трудно, потому что имеющие в ней нужду не только большей частью не просят ее, но часто и предлагаемую отвергают и даже оскорбляют подающих. Должно признаться, что это затруднение велико. Но вспомним, что, когда апостолы хотели подать миру великую духовную милостыню – христианскую веру и нравственность, он не только не просил ее, но и предлагаемую не хотел принять, и озлобился на предлагающих. Однако их вера, любовь, терпение, молитва сделали, наконец, то, что мир принял великую милостыню, и спасен. Что апостолам дано было сделать для миллионов душ, для веков, для вселенной: того, хотя часть некую, хотя для одной бедствующей души сделать, верно, поможет благодать Божия всякому верном и братолюбивому чаду апостольской Церкви.

III. Братия, аще кто в вас заблудит от пути истины, и обратит кто его: да весть, яко обративый грешника от заблуждения пути его спасет душу от смерти и покроет множество грехов, и ближнего, и своих (Иак. 5, 19, 20). В этих словах апостол Иаков предлагает вам и подвиг, и надежду в нем успеха, и награду. Аминь. (Составлено по проповедям Филарета, митрополита Московского, т. IV, изд. 1882 г.).

Поучение 2-е. Священномученик Климент, епископ Анкирский
(Назидательные уроки из жизни св. священномученика Климента: а) матери должны заботиться о воспитании детей; б) дети должны повиноваться родителям; в) все мы должны быть верны Иисусу Христу)

I. В настоящий день Св. Церковь совершает память одного из великих и святых мужей древней Церкви Христовой – Климента, епископа Анкирского. Это был один из тех великих мучеников, которыми так богаты первые века христианства. Для нашего маловерного и нравственно распущенного века очень полезно приводить на память подвиги истинных последователей Христовых, запечатлевших свою веру венцом мученическим. Почтим же, братия, память мученика Климента благоговейным воспоминанием о нем.

Св. Климент был сын благочестивой христианки, и сам был воспитан в правилах христианской веры. Воспитание сына в вере Христовой было единственной задачей матери св. Климента. Св. Димитрий Ростовский вот как описывает предсмертную речь этой матери-христианки III века к 12-летнему сыну своему: «Дитя мое, дитя мое, от пелен осиротевшее, о сиротстве прежде чем об отце узнавшее, но и в сиротстве – не сирота, потому что отец есть у тебя – Христос, обогативший тебя дарами! От меня ты рожден плотью, духовную же жизнь ты принял от небесного Отца. О, молю тебя, сын мой, будь Ему сыном, служи Ему одному, всю надежду возложи на Него одного, ибо воистину в Нем все спасение наше».. Так боголюбивая мать-христианка, чувствуя, что смерть скоро наложил молчание на уста ее, спешила в последние предсмертные минуты излить пред возлюбленным сыном своим всю любовь свою к нему, все попечение о душе его, все наставления для дальнейшей его земной жизни, все упования, которые должны были превратить их временную разлуку в вечное блаженное соединение…

Оставшись после матери своей, вдовы Евфросинии, одиноким сиротой, Климент был принят на попечение подругой своей матери, богатой и благородной женщиной по имени София, не имевшей своих детей. София была очень сострадательна. Во времена голода, бывшего в Галатии, в г. Анкире, где жила она, некоторые язычники, не имея в то время средство прокормить детей своих, бросали их на произвол судьбы. Климент, и по смерти матери находясь под хорошим влиянием, следовательно, христиански участливый, приводил этих брошенных детей в дом Софии, – она пропитывала и одевала их; Климент во всем помогал ей; впоследствии учил этих детей и готовил их к крещению, так что дом Софии сделался как бы приютом бедности и воспитательным. Такая деятельность и вообще чистая жизнь Климента возбудила к нему общее уважение. Едва достигнув 20-летнего возраста и пройдя низшие степени священства, он был избран в епископы. Теперь он стал учителем не одних детей, но уже целой паствы, и действовал с успехом, распространяя христианство и утверждая всех в добродетелях христианских.

Но вот настало жестокое гонение Диоклитиана. Одним из первых подвергся преследованию Климент, как ревностный пастырь Церкви. Неумолимы и жестоки были истязания над ним; но его терпение все превозмогло. Мучители уставали мучить его и сменялись одни другими; Климента уже нельзя было узнать от ран, ибо все тело его, настроганное железом до обнаженных внутренностей, представляло одну сплошную рану; но, брошенный в таком состоянии в темницу, он чудесное получил от Господа исцеление. Тогда, чрез некоторое время, решено было отправить Климента в Рим, где он снова был подвергнут истязаниям и тюремному заключению. Но Господь и здесь не оставлял его, подавая ему чудесное исцеление; народ, между тем, поражаемый подвигами мученика и славою Божиих чудес над ним, во множестве обращался к Богу христианскому. Многие из обращенных приняли мученическую смерть за Христа.

По воцарении императора Максимиана св. Климент был отправлен на родину, в г. Анкиру. Правитель здешний Лукий велел отвести его в темницу и там ежедневно мучить его до смерти. В течение двух месяцев ежедневно били его по лицу и по голове суковатой палкой, наносили ему до 150 ударов; весь пол темницы был залит кровью, Сами мучители удивлялись его непоколебимому терпению.

От одиннадцати мучителей пострадал св. Климент в продолжение 28-летних насильственных странствований его из города в город, из страны в страну. Наконец 23 января (312 г.) Климент был обезглавлен.

II. Братия-христиане! Недаром остановились мы на житии воспоминаемого ныне мученика Климента. Как ни высока его жизнь (а кончина неподражаема), но в ней, как и в жизни вообще святых Божиих, даны великие уроки и для нашего времени, она поучительна для современных нам матерей христианских, а вместе и отцов, – для наших христианских детей и, наконец, для всех христиан.

а) Матери-христианки, а вместе и отцы! Научитесь от матери св. Климента иметь главной целью своей жизни христианское воспитание ваших детей. Помните, что никакие блага жизни не заменят им благ, даруемых христианством. Все удовольствия и радости этой жизни изменчивы, кратковременны и не свободны от примеси печали: «Кая житейская сладость печали не причастна», – поет Церковь. Итак, с самого начала сознательной жизни детей старайтесь внушить им христианские понятия о Боге, возводя их взоры от земного к небесному, и утвердить их в правилах христианской жизни, с которыми они более спокойно и безопасно совершат свое путешествие по бурным волнам житейского моря. К сожалению, для этого именно урока слишком вялой и слабой оказывается память у современных матерей и отцов: заботы о земном благополучии своих детей поглощают все их внимание.

б) Дети христианские! Св. мученик Климент учит вас собственным примером иметь совершенное послушание своим родителям и свято исполнять их повеления и заветы. Хотите ли быть долголетны и счастливы как в сей, так и в будущей жизни, – будьте попечительны, покорны и послушны всем добрым наставлениям и требованиям своих родителей. К глубокому прискорбию, и эта добродетель в наше время не процветает, хотя очень часто по вине самих родителей, дурными примерами, иногда излишней слабостью и снисходительностью подрывающих уважение к себе детей своих.

в) Наконец, для всех нас, братия-христиане, великий урок ныне преподается в житии св. мученика Климента, – урок твердо и неизменно пребывать в своей христианской православной вере, – но не по видимости только, но и по духу. Нет ныне кровавых гонений на христиан, но есть другого рода гонения или испытания для веры, не менее опасные и мучительные. Греховные влечения развращенной плоти нашей, дурные соблазнительные примеры окружающих нас собратий наших – разве это не пытки в своем роде, которые необходимо претерпеть, чтобы сохранить свою веру и благочестие?! А исконный, не дремлющий враг нашего спасения – диавол? Пуская в нас невидимо раскаленные стрелы свои, он и видимо действует на погибель нашу, воздвигая, например, ложных учителей с их развращенными, но и соблазнительными учениями, чтобы поколебать нашу веру и совратить с истинного пути спасения…

III. Итак, бодрствуйте, братия, все стойте в вере, мужайтеся, утверждайтеся благодатью Господа нашего Иисуса Христа, Ему же подобает честь и слава со безначальным Его Отцем и Святым Духом. Аминь. (Составлено по «Воскресным чтениям». 1794 г.).

Двадцать четвертый день

Преподобная Ксения
(Подвиг девства)

I. Преподобная Ксения, ныне прославляемая, в миру Евсевия, дочь знатных и богатых родителей, живших в Риме, с самого детства своего возлюбила Христа и желала посвятить всю свою жизнь на служение Ему. Но узнав, что родители ее устраивают ее замужество с одним равным ей по богатству и знатности юношей, узнав, что не позволят ей уклониться от союза с ним, Евсевия рассудила по слову апостольскому, что «несправедливо перед Богом слушать людей более, чем Бога» (Деян 14, 19), и накануне брачного торжества, когда все в доме было приготовлено для вступления ее в новую, еще более блистательную чем прежде жизнь, она ночью, с двумя преданными ей рабынями скрылась из родительского дома, взяв с собою некоторые ценные принадлежащие ей вещи.

Отправились они водным путем и высадились на безлюдном почти острове Коа, близ г. Галикарнаса. Трудно было им сначала жить здесь при их непривычности, молодости и неопытности. Но Господь послал им случайную встречу с достойным подвижником, игуменом монастыря св. Андрея – Павлом Миласским, и он посоветовал им переселиться в г. Миласу, в Карии, где они могли жить под его руководством. С этих пор Евсевия приняла имя Ксении (что значит странница) для того, чтобы удобнее скрыться от поисков людей, знавших ее под именем Евсевии. Со временем Ксения устроила монастырь, приняла пострижение в иночество и поставлена была диакониссой. Она прославилась необыкновенно строгой подвижнической жизнью и, не достигнув старости, мирно преставилась в 450 г. Вскоре после нее скончались и преданные ей прислужницы и были погребены у ног своей госпожи.

II. Преп. Ксения, отказавшаяся от брачной жизни, соединенной с богатством и мирскими удовольствиями, для целей служения Богу, служит нам образцом христианского девства, которое гораздо лучше супружества, если оно сохраняется в чистоте.

а) Хотите ли узнать из слова Божественного, что девство не только для многих возможно к соблюдению, но и для всех вожделенно? – Слышите слова ап. Павла к коринфянам: хощу, да вси человецы будут, якоже аз (1 Кор. 7, 7). Что значит: якоже аз? – Это изъясняет он далее в том же послании: еда не имамы власти сестру жену водити? Но не сотворихом по области сей, но вся терпим, да не прекращение кое дамы благовествованию Христову (9, 5, 12), т. е. он лишил себя помощи и утешений брачного состояния, чтобы тем беспрепятственнее заниматься проповеданием Евангелия. Следовательно, и всем апостол желал бы того, чтобы посвятили себя на служение Богу и благочестие в девстве.

б) Хотите ли видеть высокую награду, уготованную девству от Бога? – Смотрите очами тайновидца Иоанна: и видех, и се Агнец стояше на горе Сионстей, и с ним сто и четыредесять и четыре тысящи, имуще имя Отца Его написано на челех своих. Он слышал их поющих песнь нову пред престолом Божиим и никтоже можаше навыкнути песни, токмо сии. Кто ж это? – спросите вы. – Он ответствует: сии суть, иже с женами не осквернишася: зане девственницы суть: сии последуют Агнцу, аможе аще пойдет; сии суть куплени от людей, первенцы Богу и Агнцу (Откр. 14, 1–4).

III. Господь Сам предварил нас, что не все способны девствовать: не вси вмещают словесе сего, но имже дано есть (Мф. 19, 11). Он Сам призывал к подвигу девства не всех, но только тех, которые способны, которым дано сие дарование: могий вместити да вместит (Мф. 19, 11).

Ко всем говорим о девстве для того, чтобы и брачные и безбрачные от высокой красоты девства, от среднего благообразия честного и непорочного брака, осторожным и заботливым оком различали неблагообразие того состояния, которое ни златого таланта девства, ни сребряного таланта брака не возделывает верно по воле Господа. Девство и брак не для всех: но целомудрие (т. е. чистота нравов, благочестие) для всех. Явися бо благодать Божия спасительная всем человеком, да отвергшеся нечестия и мирских похотей, целомудренно, праведно и благочестно поживем в нынешнем веце. – Что значит целомудренно? – Или в чистоте девства, или в честности брака, в том и другом случае, с отвержением мирских похотей, и в особенности плотских похотей, яже воюют на душу (1 Пет. 2, 11). Только так живущие в нынешнем веке могут ожидать блаженного упования в будущем (Тит. 2, 13). Аминь. (Составлено по проповедям Филарета, митрополита Московского, т. IV, изд. 1882 г.).

Двадцать пятый день

Поучение 1-е. Святитель Григорий Богослов
(О примирении с ближними)

I. Свт. Григорий, архиепископ Константинопольский, память коего совершается ныне, прославился своей высокой жизнью. По желанию императора Феодосия и народа Григорий был избран на константинопольскую кафедру и председательствовал на втором вселенском соборе. Но когда на соборе произошел раздор по поводу сего избрания, то св. святитель добровольно отказался от константинопольской кафедры. «Я охотно следую пророку Ионе, – сказал свт. Григорий, отказываясь от своей должности, – для спасения корабля (т. е. Церкви) и я готов жертвовать собою». После сего святитель Григорий посвятил себя строгой подвижнической жизни: жил среди утесов, около зверей, ходил босыми ногами, носил худую одежду, спал на голой земле и никогда не возжигал огня, чтобы согреть тело свое. Он оставил после себя много замечательных сочинений, за которые, особенно за сочинения о Боге-Слове, Спасителе мира, был прозван Богословом. Подобно Василию Великому и Иоанну Златоусту, он называется великим и вселенским учителем. Почил он в 389 году.

II. Свт. Григорий, добровольно отказавшийся от кафедры константинопольского архиепископа, дабы прекратить раздор и водворить мир, столь любезный его душе, научает и нас, братия, всеми силами стараться о сохранении христианского мира между людьми.

Чаще всего христианский мир между людьми не восстанавливается потому, что из-за гордости, мстительности или иных страстей не хотят простить врагам своим и примириться с ними. Но истинный христианин должен стать выше страстей, которые могут увлечь его к погибели, и непременно мириться с своими врагами, если только это от него зависит.

а) Причины, побуждающие нас ко взаимному примирению, по учению св. Тихона Задонского, суть следующие:

Бог повелевает оставлять ближнему обиды и примириться…

Христианская любовь требует, дабы брату нашему, оскорбившему нас, по немощи, или диавольскому наущению, не мстить, но, умилосердовавшись, простить, – и не попущать гневу в злобу и ненависть возрасти, но тотчас начинающее куриться зло угасить духом кротости и человеколюбия.

Да подвигнет нас ко взаимному прощению и друг друга помилованию милосердие Божие, которое на всяк день и час нам согрешающим является… Ибо все мы, кто бы ни были, человеки есмы: в сравнении пред Богом, пред Которым весь свет как капля, мы ничто. Велико ли убо, когда человек человеку согрешает, и грешник грешнику прощает?..

Да подвигнет нас к прощению ближних собственная наша польза! Ибо кто прощает ближнему, тому удобный приступ к благости Божией отверзается; а тот, кто не отпускает согрешений брату, как скажет: Отче наш!.. Остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим?..

Аще принесеши дар твой ко олтарю, и ту помянеши, яко брат твой имать нечто на тя… Остави ту дар твой пред олтарем, и шед прежде смирися с братом твоим, и тогда пришед принеси дар твой (Мф. 5, 23–26). Смотри, христианин, сколь нужно нам с ближним нашим примирение. Бог ни покаяния нашего, ни молитвы, ни иного чего от нас не приемлет, пока с ближним нашим не примиримся… Словом ближнего твоего ты оскорбил, словом и примирись: смирись пред ним и испроси прощение. Делом ближнего твоего оскорбил: делом и примирись…

б) Все возражения против христианского мира тот же святитель так опровергает. «Мне ли у него просить прощения? Он простец, а я благородный». Но и он человек есть, как и ты: у Бога все мы по естеству равны…

«Он-де злой человек?» Не твое дело его судить; един Бог судит по внутреннему, а не по внешнему.

«Он-де моим смирением вознесется?» Неправда; видя твое смирение и сам смирится.

«Я-де ни в чем не виноват; он меня без всякой причины оскорбил?» Бывает сие; но в чем нам виноват Бог? Праведен Господь и несть неправды в Нем; однако же бесстыдно согрешаем и оскорбляем Его: и просим милости и получаем милость.

III. Оставим же все отговорки, и мир дадим всем. (Составлено по творениям Тихона Задонского).

Поучение 2-е. Свт. Григорий Богослов
(Дети – опора родителей)

I. В жизни святителя Григория Богослова, память коего совершается ныне, названного так за свои сочинения о Боге-Слове, Спасителе мира, и о Святом Духе, весьма поучительна для нас одна черта его благородного характера – это сыновняя любовь и преданность его родителям. Об этом-то и вспомним в этот день.

Великими дарованиями от природы Господь наделил великого святителя Григория: дар красноречия был в нем необыкновенный. За этот дар Григория, когда ему был всего 21 год, оставляли наставником красноречия в том самом городе Афинах, где он получил окончательное образование. Великая и славная будущность предстояла Григорию и на поприще светском, и на поприще духовном; его всюду звали занять такую или другую кафедру. Но любовь его к престарелым родителям была так велика, что он раз навсегда отказался от всяких лестных предложений, – однажды навсегда он решился жить в Назианзе до самой смерти своих родителей и помогать тут отцу в его епископских и хозяйственных трудах. Григория звал неоднократно в свое прекрасное уединение, на реку Ирис, и задушевный друг его, св. Василий, для совместных святых подвигов, которые были потребностью и усладой их родственных душ; но Григорий Богослов и от этого отказался из-за долга сыновнего. «Признаюсь, – писал сам свт. Григорий своему другу Василию на его призыв в уединение, – я не сдержал своего слова – соединить свою жизнь с твоей в училище нового любомудрия, не сдержал обещания, данного еще в Афинах, где дружба слила наши души в одну. Но я не исполнил своего обещания не по своей воле: закон дружбы должен уступить закону сыновней любви»… Потом, посетив на короткое время свт. Василия и возвратившись в Назианз, свт. Григорий говорил своей пастве: «Меня возвратили к вам, во-первых, моя приверженность к вам, а во-вторых, собственная моя забота, собственное мое дело – седина и немощь моих родителей, болезнующих более обо мне, нежели о летах своих. Для них быть жезлом в старости, опорою в немощи – составляло первый данный мною обет, который и исполняю я по возможности, так что я решился оставить и самое любомудрие – всего для меня драгоценнейшее». В одном своем духовном сочинении свт. Григорий писал: «Услуживая родителям, я думал исполнить угодное Тебе, Царь мой Христос; ибо Ты даруешь смертным детей, дабы они имели в них себе помощь, и ими, как жезлом, подпирали свои дрожащие члены».

И каких только трудов он ни нес в Назианзе из любви к родителям, несмотря на то, что эти занятия были ему очень не по сердцу! С грустью он описывал в одном из своих писем к свт. Василию свои хлопотливые и тягостные хозяйственные занятия в доме родительском. По его словам, ему тут приходилось и смотреть за работами рабов, и уплачивать подати и защищать права собственности пред мздоимными судьями, и спорить с лихоимными сборщиками податей, и пр. и пр.; и все это, скрепя сердце, терпеливо выполнял любящий сын для своих любимых родителей до самой их кончины.

II. Вот вам, родители, завидный пример того, какой заботливостью вы должны бы пользоваться от своих детей; вот и вам, дети, поучительный образец того, какими вы должны быть в отношении к вашим родителям, какой любовью, каким вниманием и какой заботливостью вы должны окружать ваших престарелых родителей при их немощах.

а) Любовь к родителям Господь вложил в сердце людей даже таких, которые живут в диком состоянии. Но что говорить о людях? Посмотрите на пчелок: они не покидают свою матку даже тогда, когда она уже не может для них ничего делать и искалеченная или больная падает на дно улья. Нельзя смотреть без сочувствия, как эти Божьи мушки всеми силами стараются поднять свою матку со дна к верху: они спускаются цепляясь одна за другую, на дно улья, и образуют из себя лестницу, в надежде, что матка по этой лестнице поднимется наверх, где ее ожидают самые усердные услуги. А если она так обессилела, что не может выбраться оттуда, то при ней остаются несколько пчелок с медом, которые кормят больную марку и согревают ее, прижимаясь к ней. И трогательно бывает видеть, как эти усердные дети не покидают матку свою даже тогда, когда она уже умрет: они машут над ней крылышками, как бы стараются оживить ее, и только уж тогда, когда увидят, что все напрасно, – с жалостным жужжаньем улетают от нее. Смотря на это, невольно думаешь: подите сюда вы, разумные люди, поучитесь у этих маленьких созданий не только их уму-разуму, их трудолюбию, бережливости, их любви к своим деткам – молодым пчелкам, выводкам, но и подивитесь их любви к матке их, поучитесь у них и этой добродетели.

б) Но ведь мы не животные, мы не дикари какие-нибудь, мы не язычники, Бога не ведущие; нам сказал Господь Бог: чти отца твоего и матерь твою, да благо ти будет и да долголетен будеши на земли. Много-много нам писали о той Заповеди великие учители ветхозаветные, много поучали нас ей св. апостолы и всегда учила и учит св. матерь наша, Церковь православная. Она учит нас, что, кто почитает отца и мать, тому Господь ниспосылает Свое благословение и долгую жизнь, а кто не исполняет сей святой Заповеди, того постигает Божие проклятие. Вот как поучает о сем премудрый Иисус, сын Сирахов: чтый отца, говорит он, очистит грехи. Что это значит? А это значит вот что: Господь так высоко ставит любовь детей к родителям, что Он прощает нам грехи наши, если мы всей душой любим наших родителей, если усердно служим им в их немощах и старости, если для них не жалеем ничего, что только есть у нас. И слава Богу, есть много таких христиан, у которых любовь к родителям достойна удивления. Бывают случаи, когда отец или мать болеют по несколько лет, и в болезни делаются нетерпеливыми, крайне требовательными и злыми. «В моей долголетней пастырской практике, – рассказывает один священник, – я видел такой случай: отец, пораженный многолетним недугом, был нестерпимым мученьем для семьи: он клял детей и внучат, злословил с утра до вечера; только и отдыхали они душой, когда были в работе, в поле или на гумне, а когда возвращались домой после целодневного труда, отец не давал им заснуть своим злословием и проклятьями. Мало того: в своей болезни он требовал себе водки и пил ее, как воду. Ему не давали, просили, умоляли его, – но он, как сумасшедший, всех бил и кусал зубами: бери, где хочешь, денег, продавай последнюю мерку хлеба, неси последний лоскут в заклад, а отцу давай каждый день вина, сколько захочет. Так лишились эти несчастные люди и скота, и всего, и стали кругом в долгах. Наконец, Господь разрешил грешную душу старика от тела. И что же? Добрый сын и невестка, столько терпевшие от него в продолжение целых шести лет, горько плакали по нем на похоронах. «Мне отрадно было, – говорил сын, – когда отец меня и бил, и бранил; ведь это не он меня бил, болезнь у него такая была; а он все же был мне отец, и какой еще добрый отец, пока Господь не попустил на него эту болезнь…» Вот невымышленный, а действительный пример той любви к родителям, которой поучает Иисус сын Сирахов. И слава Богу, немало таких примеров можно указать среди нашего доброго русского народа. Знает наш православный народ и то, какая сила в благословении отца и матери, какое горе, если вместо благословения постигнет родительское проклятие. Сам Господь указал еще в Ветхом Завете на важность благословения отца перед смертью, и у нас существует добрый обычай, что родители на смертном одре благословляют своих детей. Припомним премудрое слово Иисуса сына Сирахова: благословение отчее утверждает домы чад, клятва же матерня искореняет до основания. И дальше затем: не славися в безчестии отца твоего, несть бо ти слава отчее безчестие (3, 10). Коль хулен оставляяй отца и проклят Господем раздражаяй матерь свою (3, 16). С какой приятностью будешь есть ты, негодный сын, твой хлеб, когда вспомнишь, что отец твой – в чужом углу голодный сидит?.. Что ж у тебя за душа, – ужели покойна твоя совесть, когда ты натягиваешь на себя теплую шубу и сапоги, а твой отец и твоя мать босы и не знают, чем прикрыться, чтобы пойти в Божий дом и заплакать, пожаловаться Богу на тебя? Но все же их слезы упадут на тебя, и знай, что не пустое слово сказано: проклятие матери разоряет домы чад до основания, – это ведь слово Божие! Не забывайся в своем богатстве и достатке: слезы и проклятие отца и матери – это громы небесные, которые в черных тучах висят над тобою и целым родом твоим!

III. Но слава Богу, братия, таких детей мало у нас на Руси. И дай Бог, чтобы таких никогда и не родилось на русской земле. Наши русские сердца – сердца добрые. Нас воспитала добрая, кроткая мать, наша Святая Церковь православная. Правда, бывают такие выродки, но слава Богу, что немного их. А отчего бывают? Оттого, что родители часто бывают уж слишком добры для детей, с измала балуют их, ни за что не наказывают, не водят их в церковь Божию, не учат Божию закону, и живут-растут такие дети в темном невежестве, и делаются жестокосердными для своих же родителей. Лучше, други, держать детей строже и учить их всему доброму, и прежде всего и паче всего закону Божьему!.. (Составлено по «Наук.» прот. Наумовича, за 1889 г.)

Двадцать шестой день

Преподобные Ксенофонт и Мария (О преданности воле Божией)

I. Преп. Ксенофонт и жена его Мария, ныне воспоминаемые Церковью, принадлежали к числу первых вельмож константинопольских и вместе с тем были весьма благочестивые люди. Два сына их, Аркадий и Иоанн, подражали благочестию своих родителей. Когда Аркадий и Иоанн значительно подросли, то родители объявили им, что они должны отправиться за море в чужую сторону для изучения разных наук. Послушные юноши с охотой отправились в далекое и опасное путешествие, потому что имели любовь к учению. Путешествие сначала было благоприятно, но вскоре поднялась буря, и корабельщики должны были спустить паруса. Корабль, поврежденный волнами, стал наполняться водою. Все пришли в ужас. Аркадий и Иоанн заливались слезами и молили Бога о спасении. Между тем буря становилась сильнее. Тогда корабельщики, не видя никакой надежды к спасению корабля, спустились в малое судно и пустились в море наудачу. Аркадий и Иоанн, видя бегство корабельщиков и гибель корабля, сняли с себя одежды и, воскликнув: «Прощайте, дорогие родители!», бросились в море. Долго боролись они с волнами и, наконец, были выброшены на берег в разных местах. Они считали один другого погибшим и потому не смели идти к родителям, опасаясь поразить их печальным известием. Скоро, впрочем, родители узнали о кораблекрушении и считали своих детей утонувшими, но при этом ни одним словом не обнаружили отчаяния, и печаль свою повергли пред Богом, всецело предав себя и детей воле Божией.

Посредством чудесного откровения от Бога, они однако узнали, что дети их живы, и отправились отыскивать их. Руководимые Духом Святым, они нашли их в Иерусалиме, в подвигах монашеских. Подражая детям, Ксенофонт и Мария приняли также пострижение и окончили жизнь свою в молитвах и безмолвии.

II. Преп. Ксенофонт и Мария служат образцами живой преданности в волю Божию. Лишившись детей, они не возроптали на Промысл Божий, но печаль свою повергли пред Богом.

Да будет, братия, этот пример наставником нашим в истинной Богу преданности.

а) Преданность Богу есть такое расположение духа, по которому человек всего себя, все, что ему принадлежит, все, что с ним случиться может, предоставляет воле и провидению Божию, так что сам остается только стражем своей души и тела, как стяжания Божия. К такому расположению приготовляет человека внимательное наблюдение над собственными усилиями сделать себя совершенным и благополучным. Желает он сделаться мудрым, образует свои способности, напрягает силы ума, подкрепляет себя силами других избранных умов, составляет себе образ ведения: что же? Конец самодеятельных изысканий, по признанию беспристрастнейшего из древних мудрецов, есть открытие того, что человек сам собою ничего не знает. Желает он сделаться добрым, старается познать закон справедливости, возбуждает сердце свое к добродетельным чувствованиям, предприемлет добрые дела: что же и здесь?

Опыт доказывает, что желание быть добрым нередко бывает слабее страсти, влекущей к пороку, и ею побуждается. Правильное следствие этих опытов, тщательно и беспристрастно наблюдаемых, должно быть то, что человек потеряет надежду на самого себя, и, если не хочет погибнуть, как бы по необходимости вознесет желание и надежду свою к Богу.

б) Начав предаваться Богу, человек встречает другие опыты, совсем противоположные тем, которые имел он, управляя сам собою. Прежде собственные усилия познать истину едва производили в нем слабый, кратковременный свет, оставлявший по себе сугубую тьму: теперь из самой тьмы, в которой он повергается пред Отцем светов, рождается для него внезапный свет: а если остается он иногда и во тьме, то и в ней познает непостижимую близость Того, Который есть Свет превыше света. Прежде усилия делать добро или совсем подавляемы были в нем злыми склонностями, или производили несовершенное действие: теперь, когда он положил сердце свое в силу Божию, в самой немощи его начинает совершаться сила Божия, разрушающая зло и созидающая благо.

Поэтому слово Божие часто напоминает нам о этой преданности, в отношении ко внутреннему и внешнему, ко временному и вечному. Открый ко Господу путь твой и уповай на Него, и Той сотворит (Пс. 36, 5). Смиритеся под крепкую руку Божию, да вы вознесет во время, всю печаль вашу возвергше нань, яко Той печется о вас (1 Пет. 5, 6–7). Отче наш! Да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли (Мф. 6, 9–10).

в) Все великое, что представляет нам слово Божие, совершилось великой преданностью Богу. Представим примеры сего.

Кто не знает Авраама и его великой жертвы? Как возмог он поднять смертоносную руку на сына, о котором получил потомственные обетования? Как не усомнился он? Как не сказал Богу: не Ты ли, Господи, обещал, что во Исааке наречется мне семя (Быт. 21, 12)? Где же будет это семя, когда отрок Исаак сгорит на жертвеннике? Патриарх не имел в это время ни помышления, ни желания, ни действия собственного; все предал он Богу, паче упования во упование веруя (Рим. 15, 18); и, таким образом, и вожделенную жертву принес, и вожделенного сына не лишился, и благословение над собою усугубил.

Кто не слыхал о Иове, которого добродетель проповедовал Сам Бог пред собранием небесных сил? Но в чем состоит сила его добродетели, если не в преданности Богу, Которого непостижимым судьбам с благодарностью предал он себя, и детей, и богатство, и здравие, и чрез то соделал ничтожными все усилия врага добродетели и блаженства человеческого? Господь даде, Господь отъят: буди имя Господне благословенно (Иов. 1, 21). Такая преданность Богу есть безопасная ограда от всех искушений.

Но, чтобы вкратце сказать все для христианина, чем начинается высочайшее дело Христово? – Преданностью Сына Божия воле Бога Отца Своего. Се иду сотворити волю Твою, Боже (Пс. 39, 9), глаголет Он, нисходя к воплощению. Чем оканчивается сие дело? – Той же Преданностью. Не якоже Аз хощу, но якоже Ты (Мф. 26, 39). Отче, в руце Твои предаю дух Мой (Лк. 23, 46). Итак преданность Богу есть и начало, и совершение христианства и вечного спасения.

III. Заключим это учение увещанием, которым Церковь заключает большую часть молитвенных провозглашений, дабы непрестанно питать в нас дух преданности, которым дышит и живет истинное христианство: Пресвятую, пречистую, преблагословенную, славную Владычицу нашу Богородицу и Приснодеву Марию со всеми святыми помянувше, сами себе, друг друга и весь живот наш Христу Богу предадим. Аминь. (Составлено по проповедям Филарета, митрополита Московского, т. II, изд. 1874 г., стр. 65–70).

Двадцать седьмой день

Перенесение мощей св. отца нашего Иоанна Златоуста
(О клевете)

I. Вселенский великий учитель и святитель, глубокий истолкователь Священного Писания, устроитель чина церковного богослужения, за свое красноречие прозванный Златоустом, день перенесения св. мощей коего ныне празднуется, Иоанн родился в Антиохии, в 367 г., от богатых родителей. Получив всестороннее образование, он пренебрег земными почестями и посвятил себя на служение Церкви. В сане пресвитера Церкви Антиохийской и затем архиепископа Константинопольского он грозно обличал пороки современного общества. Проводя жизнь в высшей степени воздержную и жертвуя всем для бедных, он старался возбудить сострадание к ним и в других, с этою целью он часто сопоставлял в своей проповеди не знавшую меры расточительность с ужасающею бедностью, и тем вооружил против себя богатых вельмож и особенно императрицу Евдоксию, супругу императора Феодосия. Оклеветанный своими завистниками и ненавистниками в оскорблении царского величества, он в 404 г. послан был в ссылку сначала в г. Кукуз (в Армении), а потом через два года еще далее, в Абхазию. Не дойдя до места ссылки, святитель скончался в гор. Команах 14 сентября 407 года со словами: «Слава Богу за все». Ученик и преемник его, архиепископ константинопольский Прокл убедил императора Феодосия Младшего перенести св. мощи Златоуста из Коман в Константинополь. Император, с плачем над мощами святителя, просил прощения для своей матери Евдоксии.

II. Св. Иоанн Златоуст сделался жертвой гнусной клеветы. Это побуждает нас побеседовать ныне об этом пороке, который, к несчастию, очень распространен среди христиан. Имея свой корень в исконном враге рода человеческого – духе злобы, отце лжи и всякого лукавства, питаясь соками наиболее порочных человеческих страстей, – руководимая враждою, завистью, ненавистью, – клевета не гнушается никакими средствами для погубления своей жертвы и не смущается достоинством лиц, на которых направляет свое ядовитое жало. Изостриша, – говорит псалмопевец о клеветниках, – язык свой, яко змиин: яд аспидов под устнами их (Пс. 139, 3).

а) В христианском обществе, где руководящим началом во взаимных отношениях между его членами поставляется широко объемлющая любовь, по видимому, не может найти себе приюта созидаемая злобою, враждой и ненавистью к ближнему клевета… Но, братия, то ли мы видим на самом деле? Увы! Говорить и писать ложь в поношение или обиду ближнего, несправедливо приписывать ему какие-либо недостатки, пороки и даже преступления, преувеличивать его слабости, перетолковывать в дурную сторону добрые его поступки, – словом, клевета в различных ее степенях и видах далеко не составляет редкого исключения в нашем обществе. Скажем более: она сделалась язвой нашего времени!

б) Господь наш Иисус Христос, указывая на злобное сердце, как источник клеветы, сравнивает ее с самыми тяжкими злодеяниями, – каковы убийство, татьбы, и с такими порочными проявлениями человеческих страстей, каковы любодеяние, прелюбодеяние. От сердца, – говорит Он, – исходят помышления злая: убийства, любодеяния, прелюбодеяния, татьбы, лжесвидетельства, хулы (Мф. 15, 11)… И действительно, разве клеветник – этот хульник и лжесвидетель – лучше убийцы?.. Последний посягает на телесную жизнь человека, а первый старается погубить во мнении общества его духовную, нравственную жизнь. Тать похищает вещественное ваше достояние: но разве не опаснее его клеветник наш, окрадывающий самое дорогое наше сокровище, доброе наше имя? Прелюбодей лишает и наругается над честью лиц, подпавших его порочной страсти; но разве иное что делает хульник и лжец, изрыгая на ближнего яд своей клеветы?..

в) Гнусная по природе, клевета беспощадна в своих действиях. История представляет нам, хотя и редко, примеры сострадания и даже великодушия среди самых закоренелых злодеев и убийц. Почтенная седина, высокое положение, священный сан, материнская любовь, беззащитная дева… вызывали иногда чувство сострадания в сердцах злодеев и склоняли их к пощаде, даже защите и помощи… Клевета же беспощадна; она не пощадила даже и Сына Божия!

г) Но почему же, братия, столь вредный и стоящий в прямом противоречии с христианским учением порок находит себе приют в нашем обществе и принимает здесь размеры губительного поветрия?

Не виновато ли в этом само общество?

Не представляет ли оно в своей жизни условий, благоприятствующих развитию этой губительной язвы! Как язвы физические находят для себя место в организмах, где подготовлена для них почва, и распространяются при неосторожном общении здоровых с больными, так и в мире духовном зло может укорениться и распространиться только там, где замечается ослабление понятий и неустойчивость религиозных начал, там, где возможно смешение плевел с пшеницей.

Помыслим, братия, свято ли исполняется нами Заповедь Спасителя о любви к ближнему! Так ли он близок и дорог нам, как брат во Христе? Творим ли мы, по завету апостола, друг друга честью большими? Оберегаем ли доброе имя собратий? – К сожалению, святые заветы нашей божественной религии о взаимных отношениях друг к другу часто нами забываются. Пересуды о ближних составляют едва ли не самый главный и занимательный предмет наших бесед. Тщательно разыскивать сучец в глазу брата стало одним из любимых наших занятий. Что нового? – вот первый вопрос, который предлагается нами при встречах с другими, и рассказ о погрешностях ближнего едва ли не всегда служит первым для него ответом. Осуждение брата сделалось такой обычной потребностью нашего времени, что, как без соли невкусен для нас хлеб, так речи, неприправленные пересудами, для многих теряют свою привлекательность.

Это ли, братия, не почва, удобная для распространения клеветы?

д) Клевета никогда не имела бы успеха в обществе, если бы некоторые люди, по своему легкомыслию и склонности к празднословию, сами того не замечая, не сделались покорными и слепыми ее орудиями. Но празднословие и склонность к осуждению ближнего и сами по себе нередко бывают источником клеветы. Забавная и остроумная насмешка, неопределенный и двумысленный намек, полу-ясное предположение, высказанные по любви к празднословию одним, принимают более определенные формы в устах другого празднословца, приобретают новые наслоения в устах третьего и, путешествуя далее и далее, достигают, наконец, до вида чудовища, которого, наверное, устрашился бы и не признал своим детищем сам первоначальный его творец. Сплетенная из таких тонких, часто вовсе невидимых сетей, состоя из молвы и слухов, неизвестно кем и когда пущенных в ход, подобная клевета тем не менее как путами железными охватывает свою жертву, и сколько нужно усилий, трудов и времени, чтобы она освободилась из этих сетей и правда невинного человека воссияла на всем свете!

Гнусна и пагубна клевета! Но, братия, необходимо нам самим глубоко напечатлеть в своих сердцах Заповедь Божественного нашего Учителя: не судите, да не судими будете. Необходимо самим осторожнее и осмотрительнее обращаться со словом и не разносить легкомысленно все те речи, которые доходят до нашего слуха. Не дети будем умом (1 Кор. 14, 20) и не всякому духу будем веровать. Не будем отголоском чужих речей и мнений!..

III. К тебе обращаемся с словом утешения, невинно оклеветанный брат! Тяжело твое положение. Мир и душевное спокойствие твои нарушены. Но мужайся! Не падай духом! Долг каждого христианина мужественно переносить всякое несправедливое нарекание. Удвой, утрой свою полезную деятельность. Сознание собственной правды придаст тебе силу и крепость. В среде самого общества найдутся люди, хорошо тебя знающие; они подадут тебе руку помощи, окажут искреннее сочувствие и уважение и восстановят в глазах истинно добрых и благомыслящих людей твою честь и доброе имя. Старайся и сам законными путями изобличить клевету; но избегай злоречия. Знай, что быть оклеветанным лучше, в тысячу раз лучше, чем быть клеветником. В тяжелые же минуты чаще вспоминай о Божественном Страдальце. Ты грешен, ты не безупречен; клевета могла коснуться тебя вследствие какого-либо неосторожного поступка или слова с твоей же стороны. Но посмотри на Того, Кто беззакония не сотвори, ниже обретеся лесть во устех Его (Ис. 53, 9), Кто благость самосущая и вечная, Кто правда бесконечная: воззри на Сына Божия и старайся, насколько возможно немощному человеку, подражать Ему. Злоба и клевета приковали Его ко кресту, но и на кресте Божественная Любовь не слова гнева изрекала на врагов Своих, но возносила мольбу за них к Отцу небесному: Отче, прости им, не ведят бо, что творят. Аминь. (Составлено по слову проф. С. Голубева, помещено в Трудах Киевской Духовной Академии, 1886 г., № 5).

Двадцать восьмой день

Поучение 1-е. Преподобный Ефрем Сирин
(О смирении)

I. Преп. Ефрем Сирин, ныне прославляемый, жил в IV столетии. Он родился в Низибии от бедных, но благочестивых родителей. В молодых летах Ефрем жил не совсем благочестиво, сомневался в Промысле Божием. Наконец, вразумленный видением, он оставил мир и удалился в пустыню. Здесь под руководством св. Иакова, впоследствии епископа низибийского, он упражнялся в подвижнической жизни и изучил св. Писание. Иаков брал преп. Ефрема с собою на I-й вселенский собор. По смерти Иакова он переселился в Едессу, в Сирии, где подвизался в пустыне, отчего и получил название «Сирин». Одному прозорливому старцу в пустыне было видение, что ангел вложил свиток в уста преп. Ефрема. Это видение открыло в преп. Ефреме богопросвещенного наставника и вызвало его на труды для общественной пользы. К его уединенной пещере стало собираться множество народа, желавшего слышать от него наставление. Кроме устной беседы преп. Ефрем учил и письменно. Он начал было тяготиться славой и хотел скрыться в густом лесу, но св. ангел явился ему и остановил его. После этого преп. Ефрем стал ходить в город и поучать народ. Своими мудрыми речами он обратил многих еретиков к истине. Упорные еретики раздражались обличительными словами преп. Ефрема и, однажды едва не убили его до смерти камнями.

Как духовно ни велик был преп. Ефрем, но он считал себя меньшим из всех и путешествовал по разным местам, чтобы поучиться у великих пустынножителей и знаменитых учителей. С этой целью он посетил свт. Василия Великого. Василий хотел посвятить Ефрема в пресвитера, но он никак не соглашался принять на себя этот многоответственный сан, но Василий все-таки посвятил его в диакона. Впоследствии свт. Василий приглашал Ефрема и на епископскую кафедру, но он отклонил от себя принятие великого сана, которого, по смирению, считал себя недостойным. Преп. Ефрем скончался в 372 г., оставив после себя много духовных сочинений. Но ни о чем он так много не говорил и не писал, как о сердечном сокрушении. Непрестанно памятуя о смерти и страшном дне судном, он сам проливал горькие слезы сердечного покаяния. Умилительная великопостная молитва: «Господи и Владыко живота моего» составлена преп. Ефремом.

II. Преп. Ефрем Сирин, несмотря на великие свои нравственные достоинства и отличные познания в духовных науках, отказавшийся по сознанию своего недостоинства не только от сана епископа, но и сана священника и всю жизнь оплакивавший свои грехи, служит для нас живым образцом христианского смирения.

Увы, дух мира, дух явной или тайной гордыни и тщеславия до того возобладал между самыми христианами, что добродетель смиренномудрия пришла едва не во всеобщее забвение. Между тем, какая добродетель любезнее для всех смиренномудрия? – Сам Господь свидетельствует о Себе: на кого воззрю, токмо на кроткаго и молчаливаго и трепещущаго словес Моих?

а) Для того, чтобы мы любили смирение и не думали, что оно может унизить нас или помешать нам на пути жизни к нашему возвышению, этой добродетели прямо обещана награда, и именно возвышение; равно как за противоположный порок гордости прямо угрожается наказанием, и именно унижением: всяк, сказано, возносяйся, смирится; смиряяй же себе, вознесется. И так как это говорит Сам Бог, не ложный во всех словесех Своих, то опыт непрестанно подтверждает сказанное. Сколько гордецов низверженных, сколько смиренных – вознесенных!

б) Познание самого себя, своих совершенств и недостатков, ведет нас к смирению. Кто знает хорошо самого себя, тот, какими бы ни обладал талантами, всегда будет смиренномудр. Почему? Потому что, при всех совершенствах наших, в нас всегда есть множество недостатков, следовательно, и причин к смирению как естественных, так и от нас зависящих. Самые совершенства наши, достигая скоро предела и встречая преграду, за которую нельзя перейти, должны вести нас к смиренномудрию. Самая непрочность и бренность многих совершенств наших также постоянно побуждают нас к тому, чтобы не превозноситься.

Если, далее, бросить хотя беглый взгляд на наши нравственные недостатки, то откроется неиссякаемый источник побуждений к смирению для всякого. Ибо сколько у каждого обязанностей невыполненных, или выполненных нерадиво! Сколько случаев к добру, опущенных неразумно, или употребленных на добро, но своекорыстно и только отчасти! Сколько прямых и очевидных худых наклонностей и мрачных дел! Тем паче сколько порочных мыслей и чувств! Стоит только, хотя по временам, заглядывать в свое сердце, пересматривать свиток своих мыслей, чувств и деяний – и всякий увидит, как он еще мал духом и нечист сердцем, как далек от того, чем мог и должен быть.

в) В чем же состоит смиренномудрие? Смиренномудрие есть такое состояние души, в коем она, познав всю слабость и нечистоту свою, бывает далека от всякого высокого мнения о себе; постоянно старается раскрывать в себе все доброе, искоренять все злое, но никогда не почитает себя достигшей совершенства и ожидает его от благодати Божией, а не от собственных усилий. Человек смиренномудрый всегда имеет некую святую недоверчивость к себе, к силам своего ума и воли, и потому осмотрителен, скромен и тих во всех своих словах и действиях. Он никогда не позволит себе дерзких осуждений, тем паче о лицах и предметах, кои выше его, тем паче о таинствах веры. Человек смиренномудрый особенно боится похвал и высоких достоинств: поэтому не только не ищет их, но и рад, когда они мимо ходят его. Он охотно уступает другим первенство во всем, в самых делах благих. Но, когда нужно подать пример, он первый. Смиренномудрый без огорчения, даже иногда с радостью встречает неудачи и огорчения; ибо знает цену и пользу их для своего внутреннего исправления. Потому он не памятозлоблив, всегда готов простить обидевшего и воздать ему за зло добром. Таковы очевидные признаки смиренномудрия! Оно любит сокрывать свои добродетели; любит, напротив, обнаруживать свои недостатки, если то может быть без соблазна для ближнего.

III. У кого же учиться нам, братия, смиренномудрию? Всего лучше учиться добродетели смиренномудрия у святых Божиих человеков, кои оставили нам величайшие образцы смирения, как например, Авраам, который, удостоившись чрезвычайных откровений и великого названия другом Божиим, не преставал называть себя землею и пеплом; святой Давид, коему ни сан царя, ни звание пророка не воспрепятствовали сказать о себе: аз есмь червь, а не человек, поношение человеков; св. Павел, который, будучи первым из апостолов по трудам, смиренно исповедует, что он есть первый из грешников; преп. Ефрем Сирин, ученейший и благочестивейший муж, отказавшийся от сана пресвитера и постоянно оплакивавший свои грехи. Но, чтобы мы охотнее учились сей трудной для нашего самолюбия добродетели, то учителем смиренномудрия взялся быть для нас Сам Господь и Спаситель наш. Научитеся, говорит Он, от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем. (Составлено по Четьи Минеям и проповедям Иннокентия, архиепископа Херсонского и Таврического, т. III. стр. 427–432, изд. 1873 г.).

Поучение 2-е. Преподобный Ефрем Печерский, еп. Переяславский
(Польза созидания храмов и благотворительных учреждений)

I. Преп. Ефрем Переяславский, память коего ныне, происходил из знатного рода. Он был казначеем великого князя Киевского, Изяслава Ярославича. Хлопотливая и шумная жизнь при дворе великокняжеском наконец стала ему в тягость, и он решился удалиться от мира. Пришел он однажды к преп. Антонию Печерскому и стал умолять его принять к себе в пещеру. Преп. Антоний принял его, и скоро Ефрем был пострижен в монашество. Образование, опытность, строгая благочестивая жизнь отличали преп. Ефрема от всех других иноков, и он скоро был избран на святительскую кафедру в г. Переяславль. Тут для преп. Ефрема открылось широкое поле деятельности к славе Божией и ко спасению вверенной ему паствы. Он имел большие средства, принесенные из мира, и все употребил на дела благочестия и благотворительности. В продолжение 13 лет строил храмы, благотворительные учреждения, больницы, в которых бесплатно лечились больные, и город Переяславль так украсил подобными зданиями и учреждениями, что он стал неузнаваем.

По кончине тело преподобного Ефрема оказалось нетленным, сначала почивало в созданной им церкви св. архистратига Михаила, а во время нашествия татар было перенесено в Печерский монастырь, где почивает и до сих пор.

II. Итак, преподобный Ефрем во время своего святительства всего более заботился об устройстве храмов и благотворительных учреждений. Что может быть прекраснее подобной заботы и подобного употребления земных сокровищ? Блага земные – дар от Бога – и вот, к Богу же чрез благотворения они и возвращаются. Любя Бога, строят храмы, – по любви к Нему же созидаются и богадельни, больницы, приюты и другие подобные им места. Лучшего дара нельзя принести Господу Благодетелю нашему за все Его бесчисленные милости, преизобильно изливаемые на нас. Счастлив тот, кто понимает правильно, по-евангельски, назначение сокровищ земных и правильно, благоразумно расточает их. Таковой исполняет слова Спасителя: сотворите себе други от мамоны неправды, да, егда оскудеете, примут вы в вечные кровы. И подлинно, чрез такое употребление сколько душевной пользы доставит он и другим, и себе!

а) Вот благодетель устроил храм, – начинается в нем совершение богослужения, приносится бескровная жертва, – добрые христиане посещают его, – и сколько отрады получает каждый своему сердцу! Приходит он отрешенный от забот житейских, погружается весь в Бога, слушает хваление Его, слово Божие, и как будто не на земле он, – все только небесное, божественное, ничего мирского. Вот Спаситель, вот Божия Матерь – наша первая Ходатаица, вот апостолы, преподобные, святители, мученики – все жители мира небесного, – и успокаивается дух странника земного среди такого святого общества. Посмотри на других – все погружены также в небесное, очи возведены у всех горе. И отрадно делается ему. А когда сделается он созерцателем Таинства таинств, присутствуя за Божественной литургией, когда видит духовно своего Спасителя, то как бы снова исходящего с проповедью к миру, то идущего снова на заклание за грехи наши, что бывает на великом входе, то, как на тайной вечере, снова приглашающим всех к принятию Тела и Крови Своей, то поучающим, то являющимся по воскресении – скажите, можно ли описать радость духа верующего, духовно созерцающего все это? У грешника льются слезы, ему противен становится любимый его грех, и как часто из храма он возвращается новым, другим человеком, и сам постепенно начинает преобразовываться в храм духовный, в храм и жилище Триипостасного Бога. Ужели мало вам всем этого для того, чтобы понять, какое великое благодеяние в деле спасения каждый новосозидаемый храм!

б) Другой, или то же самое лицо, устраивает на богоданные средства благотворительное учреждение – богадельню. Не один десяток лиц после бурного плавания по морю житейскому пришли сюда найти покой себе. Все у них готово, и пища, и одежда, и сухо и тепло у них, – трудятся, которые могут трудиться, остальным – немощным – один покой. Скажите, какое благодеяние может сравниться с этим благодеянием? Всю жизнь проведшие в нужде, в заботах, в скорбях, в трудах имеют возможность остаток дней своих прожить без печали, в единственной заботе о своей душе. Тот, кто не имел одной свободной минуты подумать о Боге и Его милостях, о душе и спасении ее, теперь может каждую минуту употреблять на это – не милость ли, не благодеяние ли это для бедных, престарелых и нуждающихся? Прежде, быть может, слово ропота срывалось с уст их; а теперь одни слова сердечного благодарения ко Господу слышатся от них. А говорить ли здесь о других подобных учреждениях – больницах, приютах? Сколько льется доброго, полезного для души тех, которые пользуются этими милостями, – и исчислить нельзя. Но, спасая других, благотворитель спасает прежде всего себя самого. К нему относятся эти сладчайшие и утешительные слова Спасителя, которые Он любящим Его скажет на Страшном Суде Своем: приидите благословеннии Отца Моего, наследуйте Царствие, уготованное вам от сложения мира. Болен бех и посетисте Мене, – наг, и одеясте Мене, Я жаждал, алкал, и вы накормили и напоили Меня. (См. приложение к журналу «Кормчий» за 1896 г., № 4).

III. О, дай Бог, чтобы больше и больше было подражателей преп. Ефрема в деле благоустроения храмов и благотворительных учреждений! Много ныне этих подражателей. Мы счастливы, что живем в такое время. Дай Бог, чтобы не охладевал, а еще более возгорался во всех дух благотворительности. (Составлено по указанным источникам).

Двадцать девятый день

Св. священномученик Игнатий Богоносец
(О пользе и спасительности призывания имени Спасителя)

I. Ныне Св. Церковь совершает память св. священномученика Игнатия Богоносца.

На него донесли однажды светские власти императору Траяну, что он не дозволяет христианам участвовать в языческих торжествах по случаю побед Траяна. Траян, прибывши в Антиохию, призвал его к себе. «Ты ли называешься Богоносцем? – спросил он его, – да и что такое за название?» – «Богоносец тот, кто носит Христа Бога в душе своей», – сказал св. Игнатий.

Траян долго старался склонить Игнатия к отречению от Христа, обещая за отречение почести и богатства. Богоносец отвечал, что ему лучше страдать за Христа, нежели жить, отрекшись от Него, в величии и славе. Тогда император осудил Игнатия на съедение зверями. И вот Игнатий, связанный тяжкими узами, был поведен в Рим на казнь. Он шел радостно на казнь за возлюбленного Христа и утешал христиан, с плачем выходивших к нему из городов, мимо которых он шел. Он имел твердость дорогой даже написать несколько посланий к христианам. Когда привели его на казнь, он помолился с бывшими тут христианами. Язычники, слыша, что он беспрестанно повторяет имя Иисуса Христа, спросили, почему он так часто повторяет это имя? Св. Игнатий отвечал, что в его сердце написано имя Иисуса Христа и потому уста исповедуют Того, Кого он в сердце всегда носит. Едва он сказал пред смертью еще несколько слов, как львы устремились на него и растерзали его. Христиане собрали его кости и перенесли их в Антиохию. Долго они о нем плакали и скорбели, и некоторым из них святой являлся, утешая их в печали. Другие видели его молящимся о народе.

II. Чему учит нас своим примером св. Игнатий Богоносец?

а) Учит Бога в уме и сердце держать, спасительное имя Христа Спасителя как можно чаще призывать и повторять. Кому Христос дороже, как не нам, верующим в Него, в крещении сочетавшимся Ему, в таинстве причащения таинственно соединяющимся с Ним? Кому Он ближе, роднее, как не нам, служителям Его, которые Его именем называемся, крестом Его знаменуемся, крест Его на груди носим? Мы с Ним так соединились, как ветвь древесная с своим деревом. Аз есмь лоза, вы же рождие. Мы Им живем здесь, с Ним же, Им же будем жить и по смерти, – нам ли Его забыть? Ему мы служим, пред Ним согрешаем, пред Ним каемся, от Него же ждем и помилования. К кому же, значит, чаще всего нужно возноситься умом и сердцем, чаще всего нужно обращаться с молитвой горячей и умиленной, к кому, как не к Нему – нашему Владыке и Господу?

б) Святые отцы, истинные служители Христовы, так именно и делали. Никакое имя они так часто не произносили, с такой любовью в уме и сердце не держали, как сладчайшее имя Христово. Молитва Иисусова, преданная ангелом преп. Пахомию: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного, – эта молитва была неразлучной спутницей всех их деяний, – вне храма и общественной службы. Творя эту молитву сами, они заповедали творить ее и мирянам, и особенно ищущим преуспеяния в духовной жизни. Этой молитвой, по их учению, можно даже заменять службы церковные, если кому почему-нибудь нельзя иногда быть за ними.

в) Сладко и утешительно сердцу верующему и любящему Господа часто произносить Его сладчайшее имя. Но как душеспасительно и как действенно призывание этого великого имени!

Из жизни святых можно указать бесчисленное множество примеров необыкновенной силы имени Спасителя.

В царствование греческого императора Юстиниана Великого было в Антиохии страшное землетрясение, которое угрожало обратить весь город в развалины. Тогда один благочестивый муж подал совет на всех домах начертать спасительное имя Господа нашего Иисуса Христа. Когда все это сделали, землетрясение кончилось.

С одним учеником преп. Пафнутия случилась болезнь глаза и страшно мучила его. Преподобный, дав ему свои четки, велел тысячу раз проговорить молитву: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного. Едва ученик успел совершить половинное число, как болезнь прошла.

А сколько святые именем Иисуса Христа исцеляли бесноватых! Сколько этим именем исцелено людей от болезней апостолами и другими святыми.

III. Будем же, братия, чаще и чаще произносить это спасительное имя. Итак, сидите ли за работой, чем петь пустые и нередко греховные песни, держите лучше на устах и в сердце имя Христово и молитву к Нему. Меньше вы и согрешите, успешнее будут и дела ваши. А главное, чрез молитву вы будете все более и более приближаться ко Христу. Так делайте когда и отдыхом пользуетесь, когда на пути находитесь. Ужели лучше отдаваться рассеянию мыслей и особенно скверным мечтаниям? Делайте так и ночью просыпаясь, и из дому выходя, и при начатии всякого дела.

Господь всесильный Своею благодатью, по молитвам св. священномученика Игнатия да управит стопы ваши к деланию Его Заповедей. (Извлечено в сокращении из поучений прот. П. Шумова).

Тридцатый день

Поучение 1-е. Св. священномученик Ипполит, папа Римский
(Каждый христианин обязан обличать и вразумлять заблуждающихся)

I. Воспоминаемый ныне Св. Церковью св. священномученик Ипполит, епископ римской Церкви, жил в III-м веке и был учеником св. Иринея, еп. Лионского. Он известен как обличитель еретиков и церковный писатель. Свою плодотворную деятельность в пользу Церкви Христовой св. Ипполит запечатлел мученической смертью и вот по какому случаю. В 269 г. в Риме были замучены Кенсорин, Савин и другие исповедники веры. Св. Ипполит, узнав об этом, пришел к правителю и обличал его в бесчеловечии, за что после долгих истязаний был брошен в море.

II. Жизнь св. священномученика Ипполита научает нас, братия, не быть безмолвными при виде падения нашего ближнего, но обращать его на путь покаяния, увещаниями и обличениями, по мере сил наших, хотя бы это грозило самой нашей жизни.

Господь пришел взыскать и спасти погибших (Мф. 28, 10–20). И ты, христианин, будь как твой Спаситель: постарайся возвратить заблуждающегося на путь покаяния. Но ты спросишь меня: «Как это сделать?»

а) Прежде всего употреби в отношении к заблуждающемуся брату твоему кроткое обличение и увещание наедине. Аще согрешит к тебе брат твой, иди и обличи его между тобою и тем единем: аще тебе послушает, приобрел еси брата твоего, учит нас Господь в святом Своем Евангелии. Объяснись, раскрой в чем дело, без раздражения, без укоризны, но с братской любовью, даже с некоторой уступчивостью. Обличение заносчивое, укоризненное, унижающее, насмешливое, язвительное может только оскорбить брата. Главный источник мудрости, какая нужна для обличения, заключается именно в любящем сердце, в его истинном доброжелательстве. Любящее сердце внушит вам, подскажет слово, которое никогда не оскорбит брата, отнесется с должным уважением к нему.

б) Редко бывает, чтобы обличение, исходящее из любящего сердца, осталось без успеха, чтобы брат не принял или не стал слушать такого обличения. Редко, но бывает. Что же в таком случае делать? Испытай над согрешающим братом более сильные уверения.

Пригласи на помощь себе одного или двух людей доброжелательных и мудрых, и пусть они будут свидетелями не унижения обличаемого брата, а твоей искренности и доброжелательства. Вот как учит об этом Господь: аще ли тебе не послушает, поими с собою еще единаго или два, да при устех двою или триех свидетелей станет всяк глагол.

в) В крайнем только случае, по наставлению Спасителя, должно обратиться к гласному суду Церкви. Аще не послушает, т. е. других увещателей: повеждь Церкви: аще же и Церковь преслушает, буди тебе якоже язычник и мытарь. Поведать Церкви. Что же потом сделает Церковь? Она тоже полными материнской любви увещаниями и обличениями постарается возвратить на путь истины упорно заблуждающегося. Редко изрекается грозное отлучение от Церкви, упорный объявляется наравне с язычниками и мытарями, потому что Церковь знает ужасные последствия этого отлучения: елика аще свяжете на земли, будут связана на небеси. Она не отлучает без надежды на разрешение: елика аще разрешите на земли, – продолжает Господь, – будут разрешена на небесех. Самая власть вязать и отлучать есть в руках Церкви не столько карательная власть, сколько одна из мер взыскать и спасти погибшего. Действия церковной власти на земле, и грозные – связующие, и спасительные – разрешающие, утверждаются на небе самим Богом. (См. проповеди прот. Иванова).

III. Не забывайте, братия, также и того, что и молитва имеет великую силу: она возводит нас на небо и низводит нам просимые блага от Отца небесного. Поэтому и вы не только обличайте других, когда это нужно, но и молитесь за них, помня, что много может молитва не праведника только, но и грешника, лишь бы она была искренней молитвой. (Составлено по указанным источникам).

Поучение 2-е. День трех святителей
(Против увлечения спитиризмом)

I. Долго спустя после кончины свв. Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоустого, память коих совершается ныне, возникла в обществе христианском распря о том, кто из них выше по достоинству и ближе к Богу. Чтобы утолить этот раздор, угрожавший миру Церкви, святители явились Иоанну, митрополиту Евхаитскому, мужу ученому и благочестивому, и объявили ему: «Мы равны перед Богом. Внуши христианам, чтобы оставили раздор и хранили единомыслие. Составь для нас праздник в один день; мы всем, нас поминающим, будем споспешествовать ко спасению». – Сказав это, они, осиянные небесным светом, стали невидимы.

II. Рассказанный теперь случай есть один из многочисленных опытов, неопровержимо подтверждающих, что явления душ из мира загробного не невозможны, и действительно бывали.

Неправильное разумение сего рода случаев служило для многих поводом к напряженному усилию войти в сообщение с миром духов. Одни, лишась сердцу близких и любимых, ждут их во сне и даже наяву, чтобы спросить их, как они живут за гробом. Другие, сгорая желанием узнать свое будущее, мечтают в страшной тишине чародейства и гаданий услышать голос о своей судьбине. Есть и такие, которые хвалятся своим искусством беседовать с давно и недавно умершими, и которые дерзко дают понять, что вызвать душу из иного мира для них так же легко, как позвать слугу из одной комнаты в другую.

К сожалению, гадальщицы и духовидцы между легкомысленными и суеверными всегда находят себе много приверженцев. Поэтому и в наше время не излишни советы против того предрассудка, от которого так предостерегал современников Исаия пророк: «Когда вам скажут: посоветуйтесь с вызывателями мертвых, и с ворожеями… отвечайте: не должен ли народ к своему истинному Богу обращаться? Разве о живых можно спрашивать умерших?»

а) Хотя то несомненно, что души умерших являлись иногда в действительности, а не в воображении живым, однако же устроять такие свидания никогда не было предоставлено произволу и искусству человека. Душу отшедшую можно увидеть тому, кому это дано было бы от Бога; но вызвать ее никто не может. Являлись и ангелы, но не по произволу человеческому, и даже не сами собою, а потому, что Бог посылал их. Не все ли они суть служебные духи, посылаемии, как замечает апостол, на служение хотящим наследовать спасение (Евр. 1, 14), а не произвольно являющиеся? – Так же надобно думать и о душах людей усопших. Их вызывать и видеть не зависит от нашей власти, и не всегда достижимо для самой пламенной молитвы.

Иоанн Златоуст, сосланный в город Кукуз, пребывал там в доме, принадлежащем доброму семейству, из которого один молодой человек впоследствии сам сделался епископом. Этот епископ по имени Адельфий рассказывал, какое чудное было ему видение: «Когда скончался блаженный Иоанн, я почувствовал невыразимую печаль, что этот вселенский учитель умер, лишенный престола. Со слезами молил я Бога показать мне, в каком он состоянии и причислен ли к святым патриархам. В одно время вижу я весьма благообразного мужа: он взял меня за руку и привел в место светлое, где показал мне многих учителей Церкви. Не нашедши там, кого желал, я вышел оттуда печальный, и стоявшему при дверях поведал мою скорбь, что не видал возлюбленного моего Иоанна. Сей придверник объяснил мне: нельзя тебе видеть его; он предстоит там, где престол Господень». Рассказ этот указывает и на возможность видеть души праведных, и вместе служит свидетельством, что не является душа, когда хотят ее увидеть, по влечению хотя и невинного, но бесплодного любопытства. Ибо тот же Иоанн Златоуст явился, вместе с Григорием и Василием, митрополиту Евхаитскому, когда это было нужно, по устроению Божию, для умиротворения верующих.

Решительно сказать должно, что духовидцы принимают за действительность или мечты собственного воображения, или наваждение злой и темной силы. Нет сомнения, что небожители не иначе могут явиться на земле, как по воле Божией. Вемы же, яко грешники Бог не послушает (Ин. 9, 31)., когда они присвояют себе значение чудотворцев, покушаясь вызывать духов. Те только сподоблялись чудесных видений, которые добрыми делами и долгими подвигами очищали в себе духовное зрение. А наше слабое око, доколе покрыто толстой корой греховности, способно ли, чтобы видеть невидимое, существо бесплотное? И кто самонадеянно стремится к этому, того останавливает Премудрый: «Не исследуй того, что выше сил твоих: что сокрыто, то не нужно» (Сир. 3, 21). Если б даже нам и виделось что-либо необычайное, не следует обольщаться. Подвижники опытные рассуждают: «Когда бывают явления грешнику, он не должен верить им, хотя бы видел Христа. Ибо явления Божественные бывают только святым, и оным всегда предшествует в их сердцах тишина, мир и радость. Даже и они, уверяясь в истинности видений, признают себя недостойными».

в) Почему же не предоставлено живым по произволу вызывать и видеть души умерших? Потому что это не нужно и было бы даже вредно. Душа евангельского богача из ада просила Авраама, чтобы на землю, где он оставил пять братьев по плоти, послан был Лазарь предупредить их, да не и тии приидут на место сие мучения. Но Авраам ответил: имут Моисея и пророки, да послушают их (Лк. 16, 29). Если же не было надобности иудеям принимать уроки от умерших, то еще менее это нужно для нас: ибо у нас, кроме закона Моисеева и пророческих книг, есть Евангелие, само слово Христово, и учение апостольское. О чем спрашивать умерших, если б это и было доступно? Разве о своем будущем? Но каждому предсказана его судьба: «Живи добродетельно, и тебе будет хорошо». Даже теперь, при безуспешности предведения, люди жадны до новостей; но если б можно было узнать будущее, кто стал бы заниматься настоящим? Не те ли только предприятия были бы нам любезны, о которых получена была бы приятная весть из другого мира, и исход которых, по предсказанию духовызывателей, должен быть выгоден для нас? Не впадет ли, напротив, в тупой ужас и отчаяние тот, кому вызванная тень предсказала бы бедствие? Такая пытливость служит прямым оскорблением Промысла Божия, который один управляет нашими делами и судьбами, утешая смертных счастьем и вразумляя несчастьями. Отступник от веры в Провидение, предаваясь суеверию, скоро может дойти до погибели. Саул, царь израильский, сначала сам преследовал духовызывателей и гадальщиц, но, отступив от Бога, сделался суеверен. Пред сражениями с филистимлянами, когда разгневанный Господь не дал ему никакого ответа, как давал прежде, Саул переодетый пошел в Аендор к волшебнице и просил ее вызвать тень Самуила. Тень явилась; но что возвестила Саулу? – «За то, что ты не послушал Иеговы, предаст Иегова Израиля вместе с тобою в руки филистимлян: завтра ты и сыны твои будете со мною» (1 Цар., гл. 28). На другой день Саул и три сына его погибли действительно в горах Гелвуйских.

III. Сберегая нас от несчастных последствий, закон Божий издревле запрещал вызывание умерших и всякого рода гадания. Моисей говорит народу избранному: «Не должен находиться у тебя обаятель, призывающий духов, волшебник и вопрошающий мертвых: ибо мерзок пред Богом всяк делающий сие» (Втор. 18, 11). (Извлечено в сокращении из слова Сергия, митрополита Московского и Коломенского).

Поучение 3-е. Память трех святителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоустого
(О единомыслии в вере)

I. В XI веке, в царствование христолюбивого императора Алексея Комнена, была великая распря в Константинополе между словеснейшими любомудрецами, пишет святитель Димитрий Ростовский в своих Четьи Минеях, в сказании о соборе трех святителей, память коих совершается ныне. Одни превозносили св. Василия Великого, как учителя высокоглаголивого, твердого нравом и строгого к согрешающим. Другие же ставили выше его св. Иоанна Златоуста, при своем необыкновенном красноречии отличавшегося мягкосердием к согрешавшим. А третьи, наконец, выше их обоих считали Григория Богослова, красноречивейшего в слове и глубоко понимавшего догматы веры. В самом деле, трудно было решить, кого из этих трех великих святителей считать выше другого: каждый из них в своем роде был велик. Споры между совопросниками о величии трех святителей были жаркие и довели, наконец, многих из них до разделения: одни назывались василианами, другие – григорианами, а третьи – иоаннитами, и видели друг в друге злейших врагов. Оскорбительна была для памяти святителей распря между верующими из-за этих же самых святителей; тяжела была и их святым душам такая рознь между верующими. И вот, они являются славившемуся в то время благочестием и учительностью епископу евхаитскому Иоанну, сначала каждый врознь, а потом и все вместе, являются не во сне, а наяву, и заявляют единодушно: «Мы – едино у Господа Бога нашего; в каждом из нас и не было и нет ничего такого, из-за чего стоило бы враждовать другим; нет между нами ни первого, ни второго; если называть одного кого-нибудь из нас, то за ним следуют и два другие. И потому мы просим тебя, повели враждующим из-за нас прекратить спор и не разделяться; ибо, как во время земной нашей жизни мы заботились об единомыслии между верующими, так и теперь у нас единственная забота, чтобы был мир и единомыслие между всеми христианами в поднебесной; для этого соедини ты в один день и память о нас, передавши верующим, что все мы – едино у Бога». Сказавши это, святые три святителя в божественном сиянии поднялись к небесам, называя по имени друг друга. Святитель Иоанн Евхаитский сейчас поспешил известить цареградцев о бывшем ему видении, примирил споривших и установил праздник в честь трех святителей 30 января. И мудро это сделал святитель Иоанн, прибавляет св. Димитрий Ростовский, так как в январе месяце бывает память трех святителей врозь: св. Василия Великого 1-го января, св. Григория Богослова – 25 января, и св. Иоанна Златоустого, – перенесение мощей его – 27 января; то и приличнее всего было в конце этого же месяца установить общую память в честь трех святителей, или собор их. В этот день, 30 января, и прославляем мы светоносную троицу святителей, трех высочайших угодников Пресвятой Троицы. Василия называем великим и священноявленным, церковным светилом и огненным столпом, верных освещающим и врагов попаляющим; Григория называем божественным и благоглаголивым умом небесным, огнем высокоречия, архиереем превеличайшим; Иоанна называем златословом всезлатным, Христовыми устами, рекою духовных дарований и пр. Все же вместе эти святители, как сказано выше, наши великие учители любви и единомыслия в вере.

II. Не излишен и для нас, братия, урок трех святителей с того света о единомыслии в вере. Как един Господь всех, так должна быть у всех в мире и едина вера Христова. Аще же кто предложит ино благовествование, анафема да будет (Гал. 1, 6. 9).

Так, братия, должно быть! Но то ли мы видим в действительности? Нет! Современное состояние христианского мира невольно заставляет недоумевать с апостолом: еда разделися Христос (1 Кор. 1, 13)? Еда превратися благовествование Христово (Гал. 1, 7)? До того велико разноверие и разномыслие в делах веры, господствующие теперь! Где же причина, где источник тому?

а) Разноверие и разномыслие в делах веры имеют своим источником то, что люди, мнящиеся быти премудри, не понимают или не хотят понять той простой истины, что Божия никто же весть, точию Дух Божий (1 Кор. 1, 11); воинствуя по плоти, утверждают веру не на силе Божией, а на мудрости человеческой (1, 5) и таким образом отклоняются от того внутреннего начала, которое единственно может охранять чистоту и непорочность веры и которое состоит, по слову апостола, в пленении всякаго разума в послушание Христово (2 Кор. 10, 5).

б) Все самопроизвольно мудрствующие в области веры вносили и вносят в эту область не созидание, а разрушение.

Человек не есть творец. По самому свойству своей природы он не может творить что-либо новое. Это верно как относительно предметов мира видимого, так и относительно истин высших – содержания веры. Истины эти превышают его естественные силы и многие из них вовсе не были бы ему известны, если бы не были открыты. Вступать поэтому в область сих предметов без руководства он не может безнаказанно; вступать сюда самонадеянно для него значит подвергаться такой же опасности, какой подвергается осмеливающийся смотреть прямо на солнце.

Действуя без руководства в этой области, человек непременно вносил и вносит в нее такие догадки и соображения, которые не только не уясняют, но часто и совсем затемняют или даже извращают тайны веры.

Сколько, в самом деле, было образцов так называемого самостоятельного умствования о предметах веры в древнем мире? Сколько было и есть их в новом? Но св. апостол все древние времена называет временами неведения, потому что язычники искали Бога и не нашли Его, – не нашли, хотя Он и не далек от каждого из нас. Что же сказать о временах новых? Довольно указать на то разноверие, какое господствовало и господствует в христианском мире. Сколько одних только наименований, усвояемых христианским вероисповеданиям! Есть, например, у нас на Руси толки федосеевцев, филипповцев и т. д., есть значит понятия о предметах веры, составленные Феодосием, Филиппом и т. д. Подобно нашей федосеевщине, лютеранство напоминает о Лютере, римское католичество – о многочисленности исповедников, объединяемых римским папой, англиканство – о народности исповедников. Но чрез все эти и подобные им наименования вероучений видится не духовная мудрость, а плотская, мудрость века сего (1 Кор. 2, 6). Истинная вера не называется, да и не может называться именами даже таких проповедников, каковы были Павел и Петр апостолы (1 Кор. 3, 4–22). И это потому, что для веры никто не может положить иного основания, кроме положенного, еже есть Иисус Христос. Он есть единый Начальник и Совершитель веры и днесь, тойже и во веки (Евр. 12, 2, 13, 8), и вера потому пребывала и пребывает едина и неизменна.

в) Но где же пребывает эта единая, где блюдется эта чистая и непорочная вера Христова? В Церкви православной! Она одна во всем христианском мире хранит правую веру, которую содержат, по выражению апостольскому, «сограждане святых и приснии Богу, быв утверждены на основании апостолов и пророков, имея краеугольным камнем Самого Иисуса Христа». Что созидалось и созидается на этом основании, то было принимаемо и приемлется Церковью, а что строилось или нововводилось помимо этого основания, то ею было отвергаемо и отвергается. В православной Церкви не было и нет отклонения от истинной веры – излишеств, наростов и усечений – этих наглядных, живых последствий суетного человеческого мудрования. О том свидетельствует беспристрастный суд истории. О том и сама она вслух всего мира возвещает всем: сия вера апостольская, сия вера отеческая, сия вера православная, сия вера вселенную утверди. И блюдет сию веру Христову православная Церковь, блюдет в чистоте и неповрежденности, и будет блюсти твердо и неизменно, ибо она верна тому охранительному, указанному апостолом, началу, которое состоит в пленении всякаго разума в послушание Христово.

Вера сообщена человечеству Богом, сообщена во всей полноте и законченном совершенстве. Развитие ее довершилось с воплощением Сына Божия и проповедью апостолов, а более и далее идти она не может. Возможно только развитие человеческого ума для усвоения ее вечных истин и приложения их к жизни. Человек и к Богодарованной вере имеет такое же отношение, какое имеет и к Богосозданному видимому миру. Но в видимом мире все существует, подчиняясь законам, однажды навсегда положенным Творцом. Люди не нашли и не найдут в мире ничего нового; они только разгадывают тайны природы, – мало-помалу познавая существующее; только расширяют область своего ведения, но ничего ни прибавляют, ни убавляют, ни даже что-либо изменяют в существующем. (См. Московские Церковные Ведомости 1884 г., № 10).

III. Блаженный народ русский, ибо ему вверены словеса Божия (Рим. 3, 2) Нового Завета, чистая вера православная, непоколебимый оплот его общественного благоустройства, залог человеческого спасения; но даровано нам православие не ради правд наших: сознание сего да охраняет нас от самомнения и превозношения и да научает ходити достойно своего звания со всяким смиренномудрием, и кротостью, и долготерпением (Еф. 4, 1–2). Да возбуждает оно в нас желание и решимость больше и больше одушевляться духом православия и полагать его всегда в основу своей жизнедеятельности: да тихое и безмолвное житие поживем (1 Тим. 2, 2) и достигнем в меру возраста исполнения Христова (Еф. 4, 13). (Составлено по указанным источникам).

Тридцать первый день

Поучение 1-е. Святитель Никита, затворник Печерский, епископ Новгородский
(Молитва и пост – как орудия борьбы с диаволом)

I. Свт. Никита, епископ Новгородский, ныне воспоминаемый Церковью чудотворец, был сначала затворником и иноком Киево-Печерским. Будучи возведен в сан епископа Новгородского, 13 лет пас Церковь Новгородскую, и еще при жизни был прославлен даром чудес. В начале своих подвигов, когда он удалился в затвор, он был прельщен диаволом. Диавол явился ему в виде ангела и сказал: «Ты не молись, а только читай и учи других, а я буду молиться вместо тебя». Свв. подвижники, современники Никиты, пришед к нему, вразумили его и, молитвами своими и постом отогнав диавола, вывели из затвора. Почил свт. Никита в 1108 г. Мощи его обретены в 1558 г. и открыто почивают в Новгородском Софийском соборе.

II. Злой дух, намеревавшийся погубить свт. Никиту, был прогнан молитвами свв. печерских подвижников, соединенными с постом. Итак, молитва и пост суть могущественные средства в борьбе с диаволом.

Господь Иисус Христос, указывая на силу молитвы и поста против злых духов, сказал: сей род — бесовский – не может выйти иначе, как от молитвы и поста (Мк. 9, 29). Эти слова поучают тому, что и всем нам, братия, для освобождения от власти диавола, для изгнания из себя овладевающего нами духа злобы необходимо вооружиться против врага нашего спасения молитвой и постом.

а) Молитва отражает стрелы вражии от человека уже тем, что возвышает истинно, благоговейно молящегося над миром, соделывает прилежно молящегося невнимательным к наветам диавольским, расторгает союз с диаволом: ибо молитва, по словам великого молитвенника, св. Иоана Лествичника, есть сопребывание, соединение человека с Богом, а кто с Богом, тот против врагов Его. Духовный воин, предстоя Царю царей, страшен бывает для врагов своих, которые, видя его беседующим с Богом, бегут от него, как бы некиим огнем опаляемы. Молящегося Сам Дух Божий укрепляет на брань, Сам поборает за него, как некогда за Моисея, стоявшего наверху горы и поднимавшего руки к Богу на одоление амаликитян (Исх. 17, 10–11). Сам поражает и прогоняет полчища сатанинские. Прилежно молящегося св. Нил подвижник уподобляет парящему в высоту птенцу орла: последнего не может поймать птицелов, так и возносяющуюся к небу на крылах молитвы душу человеческую злой дух не в состоянии уловить в свои сети. И сколько победных чудес совершено было святыми молитвенниками Божиими!

б) Для стяжания молитвы сильной и действенной в борьбе с исконным врагом нашего спасения, диаволом, потребно строгое воздержание от пищи и пития и от всех чувственных удовольствий: молитвенные подвиги без поста невозможны для истинного воина Христова. Пост, по словам свт. Василия Великого, препосылает молитву на небо, делаясь для нее как бы крыльями при восхождении души горе и в соединении с молитвой имеет великую силу не только над плотью нашей вещественной, над ее страстями и похотями, но и над самым невещественным производителем страстей и похотей – злым духом, диаволом, по непреложному уверению Христа Спасителя (Мк. 9, 29).

Так как дух злобы соделывает нас своими пленниками, порабощая дух нашей плоти, то для освобождения себя из плена диавольского мы должны возвратить духу своему господство над плотью, умерщвляя ее вожделения, а это мы можем сделать через пост. Опыт показывает, что всякие пожелания усиливаются в нас по мере удовлетворения им и, наоборот, ослабляются по мере отказа в удовлетворении их, а потому, чрез строгий пост отказывая в удовлетворении своим плотским пожеланиям, мы тем самым естественно ослабляем в себе эти пожелания. Военачальник, желая покорить врагов своих, заключившихся в крепости несокрушимой, старается прежде всего отнять у них съестные припасы и воду, и враги, томимые голодом и жаждой, покоряются ему беспрекословно и без кровопролития. Подобным образом должна поступать и душа наша, когда хочет победить врагов своего спасения и вознестись своим умом и сердцем к Богу. Она должна оставлять все, тяготящее и влекущее ее долу, должна отказаться от всех плотских пожеланий и удовольствий, должна отнимать у своих врагов возможно больше пищи и пития, а особенно отнимать яства лакомые и утучняющие тело, которыми питаются и усиливаются похоти, и напитки, которыми разжигаются страсти до необузданности; словом, должна соблюдать пост по уставу и наставлению Святой Церкви православной. Чрез пост, подлинно, сбывается в нас непреложное слово св. апостола: если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется (2 Кор. 4, 16).

III. Итак, братия, молитва и пост необходимы нам для одержания победы над врагом нашего спасения – диаволом: молитва соделывает душу невнимательной к наветам вражиим и укрепляет ее в борьбе с врагом благодатью Всесвятаго Духа, а пост располагает дух к молитве и порабощает плоть духу. (Извлечено в сокращении из проповедей, приложенных к «Руководству для сельских пастырей», 1892 г., март).

Поучение 2-е. Свв. чудотворцы и бессребреники Кир и Иоанн
(Жалующимся на трудность спасения)

I. Воспоминаемый ныне Церковью мч. Кир родился и получил воспитание в египетском городе Алесандрии. Он был знаменитым врачом и лечил бесплатно; любя ближних всем сердцем, он никогда ничего не брал за свои труды. Посещая больных, он в то же время убеждал их беречься грехов, говоря, что душевный недуг гораздо опаснее телесного. Нередко язычники, слушая наставления Кира, оставляли свои заблуждения и обращались ко Христу.

В то время царствовал Диоклитиан, жестокий гонитель истинной веры. Когда Александрийскому наместнику донесли, что Кир распространяет христианство между язычниками, его велено было схватить. Узнав об этом, Кир удалился в Аравию и там продолжал врачевать душевные и телесные недуги. Здесь присоединился к нему один молодой воин, Иоанн, родом из Эдессы; он начал учиться у Кира и подражать его святой жизни. Они вместе помогали больным и проповедовали слово Божие.

В то время были взяты на мучение Афанасия и три дочери ее: Феоктиста, Феодотия и Евдоксия; они были приведены в город Каноп (в нижнем Египте). Кир и Иоанн отправились туда же, нашли Афанасию и дочерей ее в темнице и убеждали мужественно исповедовать Христа и встретить за Него, если будет нужно, мученическую смерть. Когда градоначальнику Сириану донесли, что двое неизвестных людей научают христианок упорствовать и не поклоняться идолам, Сириан велел их схватить и привести к себе и грозно требовал, чтобы они отказались от своей веры и принесли жертвы богам, обещая им за это награды и почести; видя безуспешность своих попыток, он приказал лишить святых жизни (в 311 году).

II. Братия! Часто приходится слышать, как некоторые, рассуждая о пути к Царствию Божию, находят его столь трудным, что готовы сказать: кто может спасен быти? (Лк. 18, 26). «Трудно, – говорят, – спастись; в мире спастись невозможно». Муч. Кир и Иоанн служат обличителями таких мудрователей. Кто были они? Врачи, т. е. люди мирские и близко соприкасавшиеся с миром, однако крепкой верою в Бога и любовью к ближним достигли вечного блаженства на небесах. Разберем, однако, наши жалобы на трудность спасения.

а) «Трудно спастись». Это правда. Спасение требует терпения, подвига, труда. А что же приходит к нам без труда? Легко, без труда приходит к нам один грех, одна пагуба души. Где и в чем не требуется терпение, усилие, подвиг? Временное благополучие, земные блага разве достаются нам даром? Каким ни подвергаем себя заботам, каких целый век не употребляем трудов для настоящего, временного своего благополучия! И однако же никогда почти не жалуемся на эти труды.

Отчего же одни для спасения души подъемлемые труды кажутся нам тяжкими, и мы хотим избегать их, как будто превышающих наши силы, или как будто не так нужных для нас? Разве настоящая жизнь, которая может сегодня же кончиться, стоит наших трудов, а будущая, которой не будет конца, не стоит наших забот? Ах, братия! Мало думаем мы о своих душах, мало дорожим спасением их, не помышляем о том, к чему призвал нас и что хочет даровать нам Бог, а все внимание, всю заботу, весь труд обращаем на земную жизнь и на временное благополучие. Вот истинная причина, почему нам кажется трудным путь спасения. А в самом-то деле он не только не труден, но и легок и приятен. Ведь сказал же Господь, что и иго Его благо и бремя Его легко (Мф. 11, 30). И как благо-то, и как легко-то! Стань только на путь Божий, начни только труд спасения, – и уже готова тебе помощь, – Господь с тобою уже Своей благодатью.

б) «В мире, – говорят, – спастись невозможно». Не так удобно, это правда, но чтобы невозможно, это несправедливо. Пусть несколько развлекают нас отношения к миру, заботы семейные, обязанности службы, занятия в каждом роде звания, но могут ли они служить препятствием ко спасению, когда и сами, если исполняются в духе истинной веры, честно и свято, составляют добрые дела, которые именно требуются на пути спасения? Цари, князья, пастыри церковные жили, ведь, в мире и имели постоянное отношение к миру, и однако же многие из них прославились, как святые угодники Божии. Пусть встречают нас искушения, прелести, соблазны в мире; но ведь от нас зависит увлекаться ими, или же презирать и отвергать их.

От нас, братия, от нас зависит идти путем спасения или блуждать по распутиям мира. Никто и ничто не принуждает нас жить противно правилам христианским. И если мы поползновенны на грех, то этому причиной собственная наша греховная воля; если мы не можем устоять против легких искушений и соблазнов мирских, то это наша вина, наша собственная слабость.

«Невозможно в мире спастись». А знаете ли, что мирские христиане иногда бывали даже выше и совершеннее в духовной жизни знаменитых пустынников, так что Господь указывал последним на первых, как на высокий пример и образец христианского совершенства. Послушайте, что повествуют нам дееписания церковные. Раз случилось с преподобным Макарием следующее: стоя на молитве, он услышал голос: «Макарий! Ты еще не сравнился с двумя женщинами, живущими в таком-то городе». Макарий тотчас пошел в этот город, нашел сказанных женщин и просил их поведать ему богоугодные дела их. Женщины сначала отрицались, говоря, что «мы живем с мужьями и ничего за нами особенного нет», но потом одна из них сказала старцу: «разве вот что: мы – две невестки, обе находимся в замужестве пятнадцать лет, живем в одном доме и во все время не только не было между нами никаких ссор, но и не слыхали одна от другой ни одного неприятного слова». (Четьи Минеи, 19 января). Вот в чем состоял подвиг сказанных женщин: в постоянном взаимном согласии, мире и любви. Да и удивляться нечему. Ведь любовь – главная и высочайшая добродетель христианская. Она именно и составляет закон Христов (Гал. 6, 2). Господь ясно заповедал всем нам любовь. Сия, – сказал Он, – заповедаю вам, да любите друг друга (Ин. 15, 17).

III. А если так: трудно ли после этого для нас спасение? Разумно ли думать и говорить, что в мире спастись невозможно? Что неудобно для мирского христианина? Обязанности ли христианские церковные – молитва, пост, покаяние, причащение Святых Таин? Да к этому именно и призываются все христиане. Качества ли христианские духовные – любовь, согласие, смирение, послушание, искренность, честность? Да за это обыкновенно все и всякого любят и почитают. Дела ли христианские общественные – благотворение, странноприимство, призрение бедных, помощь несчастным? Да за это и на земле бывает признательность и благоволение. Нет, братия, не на трудность спасения, а на свои греховные привычки должно жаловаться нам. Аминь. (Составлено по книге «Сеятель благочестия» прот. В. Нордова, т. 2-й, изд. 1891 года).

Месяц февраль

Первый день

Св. мученик Трифон
(О средствах борьбы с диаволом)

I. Св. мученик Трифон, память которого совершается в нынешний день, в юном возрасте силой благодати Божией врачевал болезни и изгонял бесов.

Римский император Гордиан, из дочери которого св. Трифон изгнал беса, пожелал увидеть изгнанного демона в каком-либо чувственном виде. Св. мученик Трифон, уступая его велению, действительно вызвал беса, и все увидели его в виде черного пса с огненными очами.

Св. Трифон спросил беса: «Кто послал тебя в отроковицу?» Бес отвечал: «Отец, начальник всякой злобы, сидящий во аде». Св. Трифон снова спросил: «Кто дал тебе власть такую?» Бес отвечал: «Мы не имеем власти над теми, которые знают Бога и веруют в единородного Сына Божия; только по попущению Божию наносим им легкие искушения. А над теми имеем полную власть, которые не веруют в Бога, ходят в похотях своих и угодное нам творят. Угодные же нам дела суть: идолопоклонство, хула, блуд, зависть, убийство, сребролюбие, гордость и проч. пороки. Эти люди опутываются грехами, как сетями;

они друзья наши, и одна участь с нами ждет их». (Четьи Минеи).

II. Из этого замечательного рассказа, христолюбивые братия и благочестивые посетители сего св. храма, мы можем вывести то заключение, что диавол, первый и сильнейший наш враг, особенно страшен по своему гибельному влиянию для тех христиан, которые, нося имя христианина, не творят дел, требуемых их высоким званием, – для тех, которые хотя крестились во Христа, но не облеклись ни верой и любовью, ни другими добродетелями христианскими.

А так как вообще мы все грешны пред Богом, то для нас весьма полезно побеседовать в настоящий раз о средствах борьбы с диаволом.

Диавол яко лев рыкая ходит, иский кого-либо из нас поглотити. Для борьбы с ним нам нужно пользоваться всеми оружиями Божиими. Какие же это оружия?

а) Первое средство есть призывание имени Божия. Именем Моим бесы ижденут (Мк. 16, 17), – сказал Господь. «От имени Иисусова трясется ад, колеблется преисподняя, тьмы князь исчезает. Сие имя есть сильное орудие на супостаты», – говорит св. Иоанн Лествичник (ст. XXI). Авва Илия передает следующий рассказ: «Один старец жил в идольском капище. Однажды приходят к нему демоны и говорят: «выйди из нашего места!» Старец не хотел выйти. Демон, схватив его за руку, повлек насильно из капища. Когда же старец, приблизившись к дверям, ухватился за них и воскликнул: «Иисусе, помоги!», демон тотчас исчез. (Достопамятные сказания о подвигах св. блаж. отцев, стр. 88).

б) Второе средство – животворящий крест Христов. «Оружие на диавола крест Твой, Господи, дал еси нам», – воспевает Святая Церковь (Хвал. стих. 8 гл.). Даже сами демоны поневоле сознаются, что крестное знамение «связывает, палит их, как огонь, и далеко прогоняет» (См. в Четьи Минеях житие Киприана и Иустины, 8 октября, житие Варлаама и Иоасафа, 19 ноября). К преп. Симеону Столпнику явился однажды диавол на великолепной колеснице, во образе светлого ангела, и сказал: «Слыши, Симеоне! Бог послал меня к тебе с колесницей и конями, чтобы взять тебя на небо, как Илию; ибо ты достоин сего». Симеон лишь хотел правой ногой ступить на эту мнимую колесницу, но прежде сотворил крестное знамение, – и диавол во мгновение ока исчез с колесницей (Четьи Минеи, житие св. Симеона, 1 сентября). Преп. Феодора и другие святые крестным знамением тоже прогоняли бесов (11 сентября, житие Пелагии, 8 октября, Григория, 17 ноября). Но чтобы эта непобедимая, непостижимая, божественная сила честного и животворящего креста не оставляла нас грешных, для этого нужно употреблять крестное знамение с полным сознанием силы и важности святого креста, со страхом и благоговением, с сердечной и твердой верою в крестные заслуги Христовы и с воспоминанием страстей Христовых. «Должно изображать крест не просто одними перстами, – говорит св. Златоуст (на Мф. беседа 54), – но прежде начертать его в мысли, со всей верою… с воспоминанием всей силы креста, всего крестного дела».

в) Третье оружие против демонов – молитва и пост. Христос Спаситель сказал: нечистый дух не может выйти иначе, как от молитвы и поста (Мк. 9, 29). «Кто молится с постом, – учит свт. Иоанн Златоуст, – тот имеет два крыла, легчайшие самого ветра; он быстрее огня и выше земли; потому-то таковой особенно является врагом и ратоборцем против демонов, так как нет сильнее человека, искренно молящегося и постящегося («Толковое Евангелие» еп. Михаила, стр. 335).

На св. мученицу Иустину диавол делал частые нападения, но не мог победить праведницы. Однажды она стояла на молитве и во время молитвы почувствовала в сердце своем наплыв нечистых, беззаконных пожеланий; удивлялась святая такому в себе греховному движению и стыдилась такой нечистоты; но мудрая Иустина скоро поняла, что это искушение ей приходит от диавола: она начала поститься и молиться Господу Богу – и своими молитвами и постом посрамила и победила врага (Четьи Минеи, 2 октября).

г) Четвертое средство нашей борьбе и победы над диаволом есть смирение. Сам диавол некогда признался св. Антонию, что он, т. е. св. Антоний, одним смирением побеждает его (Четьи Минеи, житие св. Антония, 19 января). «Когда св. Антоний, увидев распростертыми все сети диавола, – пишет св. Дорофей (Поучение о смирении), – вздохнул и вопросил Бога: «Кто же избегнет их?», – тогда получил ответ: «смирение избегает их»». Однажды диавол явился некоторому пустыннику в образе светлого ангела и сказал ему: «Я Гавриил и послан к тебе от Бога». Пустынник возразил ему: «Смотри, не к другому ли ты послан; я недостоин видеть ангелов, как человек грешный». Диавол при этих словах тотчас исчез (Пролог, 21 апреля). Смирение ненавистно для диавола, потому что поставляет христианина на тот самый путь, которым шел Сам совершитель нашего спасения, Сын Божий, Господь наш Иисус Христос.

д) Наконец, для успешной борьбы с врагами нашего спасения христианин должен, во-первых, восприять щит веры, т. е. иметь твердое и непоколебимое убеждение в святости, истинности и непреложности всего, открытого нам Богом, или «детскую уверенность в Боге, столь тесно с Ним соединяющуюся, что она не разделяет себя от Него и Его от себя», «отчего она и всесильна; ибо в ней действующим является Сам Бог, Который и дает ее»; во-вторых – восприять и шлем (крепчайший покров головы со всех сторон) спасения, т. е. «сочетания с Господом Спасителем в таинствах, и именно, чрез частую исповедь и причащение», и в третьих – меч духовный, иже есть глагол Божий (Еф. 6, 11, 14–17), т. е. богооткровенное слово. Особенно слова 67 пс.: «да воскреснет Бог и расточатся врази Его», как показывают опыты духовной жизни, производят поразительно быстрое действие на врагов нашего спасения, которые с быстротой молнии исчезали от тех христиан, которые с верою и благоговением их произносили. Свт. Василий Великий говорит, что, когда св. мужи спрашивали являвшегося к ним диавола, какой молитвы особенно боятся демоны, диавол отвечал им: «Нет столько страшного и прогоняющего нас слова, как начало 67-го псалма Давида». И действительно, как только произносили св. мужи начальные слова этого псалма: «да воскреснет Бог и расточатся врази Его» – диавол сию же минуту исчезал от них с воплем. (Воскресные чтения, 1842 г., № 13).

III. Вот вся оружия против начал, властей и миродержителей тмы века сего, духов злобы поднебесных! противитеся же, братия, диаволу, и бежит от вас (Иак. 4, 7). Да поможет нам Господь избавиться от сетей лукавого молитвами св. мученика и чудотворца Трифона, который и при жизни своей страшен был демонам, и после своей мученической за Христа смерти является таким же. Аминь. (См. «Воскресные чтения» 1842 г., № 13, Четьи Минеи и др. указания в своем месте источника). (Прот. Г. Дьяченко).

Второй день

Поучение 1-е. Сретение Господне
(О благопристойном поведении в храме)

I. В ветхозаветном храме иерусалимском молитвенные действия и жертвоприношения совершаемы были по точным указаниям обрядового закона. Посему старец Иосиф и Мария Богоматерь, пришедши туда и принесши младенца Иисуса в сороковой день по рождестве Его, все там исполнили так, как было предписано в законе Господнем.

Вместо храма иудейского у нас храмы христианские; вместо закона обрядового, ветхозаветного – у нас свой закон церковный, богослужебный.

Мы, чада Церкви православной, обязаны согласовать все свои действия в храме с сим церковным законом.

Наш закон церковный есть закон Иисуса Христа. Он учредил Свою Церковь и в ней священноначалие. Апостолам и их преемникам изрек Он: слушаяй вас, Мене слушает (Лк. 10, 16); и чтобы они правили и законополагали в Церкви, даровал им благодать Св. Духа. Святые соборы и богоносные отцы «все от тогожде единаго Духа быв просвещены, полезное узаконили» (VII Вселенский собор, правило I). Под их руководством и в их направлении действует и ныне церковная власть.

Всякое общество имеет свой устав и обязуется не отступать от него. Мы, как члены православной Церкви, строго ли исполняем ее установления? Собираясь в храм, соблюдаем ли здесь во всем ею требуемую благопристойность?

II. Чтобы ближе судить об этом, возьмем несколько примеров.

а) В церкви не должно не только смеяться (хотя бы внезапно и оказалось что-либо возбуждающее смех), но и разговаривать. Здесь требуется благоговейное молчание. Допустившим беспорядок в священных собраниях апостол дал упрек: или о Церкви Божией нерадите (1 Кор. 11, 22). Приведя сии слова, св. Иоанн Златоуст (На Кор., Беседа 36, отд. 6) продолжает: «позвольте и мне сказать тем, которые здесь разговаривают: разве вы не имеете домов для пустословия? Или нерадите о Церкви Божией, и развращаете желающих сохранить спокойствие? – Церковь не есть место для разговоров».

б) В древние времена мужчины, женщины, девицы и дети за богослужением помещались отдельно (Апостольские постановления, кн. II, гл. 57, стр. 91 и след.). Если ныне не везде это соблюдается, то церковный порядок непреложно требует, чтобы всякий оставался на своем месте и не переходил на другое. Между тем для иных как будто скучно стоять на одном месте.

в) Не та же ли скука и совсем некоторых уводит из храма прежде окончания службы? Быть может, выходить из церкви они не считают и грехом? А какое строгое дано св. апостолами правило: «Верных, входящих в церковь, но не пребывающих в молитве до конца, яко безчиние в церкви производящих, отлучати должно от общения» (Правило 9).

г) Бывают даже набожные действия, однако с порядком церковным несогласные. В великие праздники коленопреклонения в храме отменяются (1 Вселенский Собор, правило 20). Несмотря на то, иные молящиеся, в чувстве покаяния, даже и на пасхальных службах повергаются долу и стоят на коленях. Или еще: целование икон есть святой обычай; но прикладываться к иконам, когда кто захочет во время богослужения, запрещается. (Сборник церковных постановлений Барс., т. I, стр. 962).

Надобно это делать или прежде, или после службы.

III. Не так держат себя в храме люди благоговейные; в своем внешнем поведении они сохраняют полное приличие, ни на одно мгновение на забывая, где находятся. Св. Григорий Богослов говорит о своей матери Нонне: «Она чествовала святыню молчанием, никогда не обращала хребта к досточтимой трапезе, не плевала на пол в Божием храме». (Творения, ч. II, стр. 9). Будем остерегаться и мы всего, чем могли бы мы нарушить благоприличие церковное. В священных собраниях, по Заповеди апостольской, «все должно быть благопристойно и чинно» (1 Кор. 14, 40). Аминь. (Извлечено в сокращении из «Слов и речей» Сергия, митрополита Московского).

Поучение 2-е. Сретение Господне
(Объяснение обряда воцерковления младенца)

I. Что совершилось ныне над Господом и Спасителем нашим во храме иерусалимском, подобное тому совершено было, братия мои, некогда и над каждым из нас. И мы, подобно Ему, были принесены во храм, поставлены пред Господом, воцерковлены и посвящены Ему на вечное служение. Вместе с принесением нас во храм и воцерковлением мы прияли многие права и обетования; равно как вместе с тем возлегли на нас важные и священные обязанности. II. Настоящий день, яко день принесения во храм Господа нашего, по образу коего совершено было и принесение нас во храм, есть потому самый приличный для подобных воспоминаний и размышлений. Итак, перенесемся, братия мои, мыслью к нашему младенчеству и посмотрим, что происходило с нами в четыредесятый день бытия нашего.

а) Что это за жена, которая с младенцем у груди трепещущей стопою подходит к порогу церковному, видимо спешит для какого-то святого дела в церковь, но, подошед к дверям церковным, останавливается и, как бы удерживаемая какой силою невидимой, не смеет идти далее?

Это твоя мать, возлюбленный слушатель! А ее младенец – ты сам! Настал сороковой день по твоем рождении, – и вот, по закону Святой Церкви, мать несет тебя во храм для воцерковления. Зачем же медлит она у порога церковного и не входит во храм? Кто остановил ее? – Этот же самый закон Церкви, воспрещающий жене родившей до сорока дней по рождении входить в дом Божий. Для чего это запрещение? Да разумеем, что все мы зачинаемся во грехах и рождаемся в беззакониях и через то самое становимся недостойными того, чтоб явиться лицу Божию, яко неприступному для грешников святостью Своей.

б) Но не будем смущаться: нас не долго заставят стоять вне храма, потому что, благодаря любви Божественной, у всех нас есть Заступник и Ходатай всемощный. Покрытые Его заслугами, очищенные Его благодатью, украшенные Его именем, мы, несмотря на прирожденную порчу и несовершенство наше, будем приняты в дом Божий, представлены самому лицу Цареву, приобщены даже к лику друзей и присных Ему.

в) В самом деле, является служитель алтаря, приемлет на свои руки, подобно Симеону, младенца, т. е. нас с тобою, возлюбленный слушатель, подъемлет его пред вратами церкви горе, образует из него на воздухе крест и восклицает: воцерковляется раб Божий, во имя Отца и Сына и Святаго Духа! Когда вслед за этим двери храма, как бы уступив крестному знамению, разверзаются, священнослужитель входит с младенцем, вещая от лица его словами св. Давида: вниду в дом Твой, поклонюсь ко храму святому Твоему!

Дошед до средины храма, он останавливается, паки подъемлет младенца горе и, образуя им крест, возглашает: воцерковляется раб Божий, во имя Отца и Сына и Святаго Духа; и затем присовокупляет: посреде церкви воспою Тя!

Приходит потом к царским вратам алтаря, снова подъемлет отроча во образ креста, и в третий раз вещает: воцерковляется раб Божий во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

г) Таким образом, рожденное уже посвящено Богу, уже введено в дом Царев. Этим могло бы окончиться священнодействие. Но христианину, яко сонаследнику Христа, предоставлены большие права; ему, яко царскому священию, дано входить во внутреннейшие завесы (Евр. 10–19); и вот священнослужитель, по тому же уставу Церкви, несет младенца сквозь южные двери в самое святилище, обходит с ним вокруг престола, и, исходя из алтаря противоположным путем, т. е. дверьми северными, полагает его на земле пред вратами царскими, откуда мать уже сама должна восприять его, как бы от лица Господня.

III. Что может быть знаменательнее и вместе трогательнее этих священнодействий!

а) Крест означает, что если мы имеем теперь доступ и в земной храм, и в небесный Эдем, то страданиями за нас на кресте Сына Божия, коими отверст для всех нас рай, заключенный для всех же преступлением нашего прародителя и собственными грехами. А между тем этим же крестом на всю жизнь дается знать рожденному, что он, яко христианин, должен быть крестоносцем, что его доля не угождение чувствам, а распинание плоти с ее страстями и похотями.

б) Внесение младенца во святилище, не матерью или отцом, а иереем, показывает, что силы природы достаточны только для дарования ему одной жизни естественной, но недостаточны для введения его в жизнь духовную и благодатную; а обхождением вокруг престола – видимо указуется на высокое предназначение христианина откровенным лицом созерцать славу Божию, быть причастником еще на земле таин жизни вечной, уготовлять себя в блаженное сожитие с архангелами и ангелами, окружающими престол Божий, – в место селения самой славы Божией.

в) Наконец, положение младенца на землю пред дверями царскими дает разуметь, что, несмотря на множество прав духовных, ему теперь усвоенных, он, яко христианин, должен всю жизнь пребывать во смирении духа и сердца, вменять себя, яко ничто же пред Господом; взирать на себя, яко на жертву, которая единожды и навсегда посвящена Господу, да отныне не ктому себе живет и не ктому себе умирает, но умершему и воскресшему для него Спасителю.

IV. Помни же, принесенный и взятый, какое знамение отверзло тебе врата дома Божия! Помни престол, вокруг коего тебя носили, и который тебе предназначен, и землю, на коей был положен и в которую пойдешь! Помни, что ты опять и также чуждыми руками будешь принесен некогда в церковь со крестом в руках! О, если бы ты когда мог усвоить себе слова праведного Симеона: ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему с миром, яко видеста очи мои спасение Твое! Но они усвоятся тебе и ты почиешь с миром до дня всеобщего воскресения, если в продолжение своей жизни не будешь забывать своего воцерковления. Аминь. (Составлено по проповедям Иннокентия, архиепископа Херсонского).

Поучение 3-е. Праздник Сретения Господня
(Опасно сомневаться в делах веры)

I. Когда царь Птоломей, основатель славной Александрийской библиотеки, вознамерился перевести книги Ветхого Завета с еврейского языка на греческий, тогда из израильтян выбраны были 72 мужа мудрых, которые основательно знали языки еврейский и греческий.

В числе этих 72 мудрых израильтян был некто Симеон, муж праведный и благочестивый. Переводя книгу пророка Исаии и остановившись на известном его пророчестве: се дева во чреве приимет и родит сына (Ис. 7, 14), он усомнился в этом и, подумав немного, взял нож и хотел было выскоблить это место, как бы недостойное вероятия, и слово «дева» заменить словом «замужняя жена». Но вдруг пред ним явился ангел и, удержав его руку, сказал: «Веруй тому, что написано; ты своими глазами увидишь исполнение сего непостижимого пророчества». Симеон оставил намерение свое и с того времени начал ожидать исполнения слов пророка Исаии.

И наконец он дождался. В ветхом завете был закон, по которому родильницы, родившие детей мужеского пола, в продолжение 40 дней не могли являться в церковь (закон этот соблюдается и у нас). В сороковой день они обязаны были явиться в храм для принятия очистительной молитвы от священника и принесения в жертву двух горлиц, или агнца, смотря по достатку.

Иисус Христос родился, 40-й день после Его рождения наступил; и вот Мария и Иосиф, исполняя закон, берут двух горлиц и идут с младенцем Иисусом в храм. В то самое время, когда они вошли в храм, пришел туда, по внушению Божию, и праведный Симеон, увидел младенца Иисуса, взял Его на руки и, узрев в Нем Утеху израилеву, воскликнул: ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему с миром; яко видеста очи мои спасение Твое, еже еси уготовал пред лицем всех людей (Лк. 3, 20, 32). И так слова пророка Исаии сбылись, и ожидание праведного Симеона исполнилось; он сретил в храме Господа, рожденного от Пресвятой Девы: потому-то и праздник нынешний назван Сретением Господним.

II. а) Слушатели христиане! Учение нашей веры заключает в себе много таинственного и непостижимого для нашего разума. Бойтесь сомневаться в чем-либо; как вера учит, так и веруйте: непостижимого нельзя постигнуть, и нет нужды постигать. Не будем ожидать чудесного явления какого-нибудь ангела, который бы вразумил нас и истолковал нам то, чего не понимаем: у нас есть ангел, верный наставник и толкователь – Св. Церковь, ее будем слушаться, ей будем верить во всем.

б) Праведный Симеон пред смертью увидел исполнение непостижимого таинства, в котором однажды дерзнул было усомниться. Пред смертью, слушатели, и у нас откроются глаза, и мы узнаем то, чего теперь не хотим узнать, и мы тогда убедимся в том, в чем теперь сомневаемся. Да, пред смертью узнаем и убедимся, что по ту сторону гроба есть другая жизнь – вечная, о которой мы теперь так мало заботимся; пред смертью узнаем и убедимся, что в будущей жизни грешников ожидают мучения вечные, которых теперь так мало боимся; пред смертью узнаем и убедимся, что есть правосудный Бог, воздающий каждому по делам, Которого мы теперь так мало страшимся; ясно узнаем и вполне убедимся тогда во всем, чему учит нас Св. Церковь, которой мы так мало слушаемся; но, увы! может быть не на радость откроются тогда глаза наши.

в) Праведный Симеон узрел пред смертью спасение, а грешник узрит тогда свою погибель; сердце Симеона наполнилось утешением, а сердце грешника наполнится отчаянием; Симеон пред смертью говорил: иду с миром, а грешник принужден будет сказать: иду с трепетом, ожидая мучений во аде.

III. О, Господи! Дай нас прежде конца покаяться; не допусти нас умереть во грехах; пошли нам такую смерть, какой умер праведный Симеон; открой теперь пока нам наши глаза, чтобы мы видели и страшились Твоего страшного суда. Аминь. (Составлено по поучениям прот. Родиона Путятина).

Поучение 4-е. Сретение Господне
(О побуждениях к точному исполнению нами закона Божия)

I. Евангелист Лука, описывая празднуемое ныне Сретение Иисуса Христа в иерусалимском храме (Лк. 2, 22–39), говорит, что при этом событии земные родители Спасителя совершали все так, как предписано было в ветхозаветом законе Божием. Они пошли в Иерусалим с новорожденным Иисусом Христом тогда, как по рождении Его исполнились дни очищения их по закону Моисееву, т. е. сорок дней (Лев. 12, 1–4); они принесли этого первенца своего в иерусалимский храм, чтобы представить или посвятить Его Господу, потому что в законе Господнем предписано было, чтобы всякий младенец мужеского пола, разверзающий ложесна матери, или перворожденный, посвящаем был Господу (Исх. 13, 2); тогда же они, опять по закону Божию, принесли в жертву двух птенцов голубиных (Лев. 12, 8), и тогда только возвратились из Иерусалима в свой город Назарет, когда совершили все по закону Господню. Так уважали они закон Божий и так тщились исполнить его во всем!

II. Если же Матерь Божия и праведный Ее обручник так уважали и так старались исполнять ветхозаветный закон Божий, который был только сень грядущих благ (Евр. 10, 1), или прообраз благодатного Царства Христова, то тем паче мы, братия, должны чтить и исполнять совершеннейший – нравственный закон Божий, объясненный Спасителем нашим в откровенном Его слове. К этому побуждают нас: величие законодателя-Бога и наша совершенная зависимость от Него, важность Заповедей Божиих и благотворность их для нас, великая награда за исполнение и страшное наказание за нарушение их. Видите, сколько побуждений свято чтить и верно исполнять закон Божий! Рассмотрим их по порядку, дабы все могли лучше понимать силу их и поэтому живее чувствовали, как необходимо нам исполнять закон Божий во всей точности.

а) Един есть законоположник – Бог, говорит апостол (Иак. 4, 12); Его десницей начертан нравственный закон и в сердце нашем, и в откровенном слове Божием. А кто Бог Сам в Себе и в отношении к нам? Это существо всевысочайшее и совершеннейшее. Это ум всеведущий и премудрый, сила всемогущая и беспредельная, благость неизреченная, святость невыразимая, истина непреложная. Это наш Творец, Который даровал нам все, что имеем – и тело, и душу, и все блага наши. Это наш Промыслитель, Который непрестанно назирает за нами, доставляет все необходимое для жизни нашей, хранит нас от зла и направляет все ко благу нашему. Это будущий Мздовоздаятель наш, Который за добрые дела, согласные с святым законом Его, щедро наградит, а за худые, за нарушение Его Заповедей, строго накажет нас. Вот какое существо наш Бог-законодатель! Теперь, кто не видит, что все творения Его, а тем паче мы, люди, столько любимые и облагодетельствованные Им, должны с благоговением внимать Его слову и свято исполнять все Его веления? Кто осмелится не слушать Того, Кому небо престол, земля же подножие ног Его (Ис. 66, 1)? Кто дерзнет не покоряться Тому, Кого трепещут ангелы и все силы небесные? Если мы боимся делать худое пред теми людьми, которые могут наказать нас за дурные поступки наши, то тем паче не должны грешить пред Богом, Который может погубить нас за грехи в геенне огненной (Мф. 10, 28).

б) К верному и точному исполнению закона Божия должно побуждать нас и то, что закон Божий, по слову ап. Павла, свят, что каждая Заповедь Божия, по слову того же апостола, свята, и праведна, и блага (Рим. 7, 12). И подлинно, может ли из уст Творца премудрого, преблагого и святейшего выйти что-нибудь несовершенное и неважное, что-нибудь такое, что можно пренебречь, как ненужное и бесполезное для нас? Нет, все глаголы Господни дух суть и живот суть (Ин. 6, 63), все они с высокой разумностью внушают нам то, что нужно для нашего блага в этой и будущей жизни. Если вы желаете более убедиться в этом, рассмотрите Заповеди Божии, и вы действительно не найдете между ними ни одной такой, которая была бы излишня и бесполезна, а напротив, ясно увидите, что все они очень нужны и благотворны для нас. вот, например, в двух первых Заповедях десятословия Господь повелевает нам, чтобы мы Его одного признавали за Бога и не поклонялись идолам: кто не видит, как необходимы сии Заповеди для предохранения нас от пагубного многобожия и языческих заблуждений? Вот, в пятой Заповеди Господь приказывает нам чтить своих родителей, а под их именем внушает оказывать должное уважение и тем, кои, подобно им, пекутся о нас, как-то: Государю, начальникам и духовным пастырям; не явно ли, что сего требует благо семейное, церковное и общественное? Вот, в других Заповедях Господь повелевает, что мы не крали, не любодействовали, не посягали на жизнь, честь и достояние других: о, что было бы в мире, если бы не было сих Заповедей и люди не исполняли их!.. Тогда люди, как лютые звери, терзали бы и поедали друг друга, тогда мир обратился бы в притон убийц и грабителей; тогда он сделался бы хуже Содома и Гоморры по разврату, и честным людям невозможно было бы жить в нем! Короче, каждая Заповедь Божия весьма нужна и благотворна, потому что она внушает нам то, что полезно для нас и для других. А из сего видно, братия, что мы должны свято исполнять закон Божий не только из повиновения Творцу-законодателю, но и для собственного нашего блага, притом не временного только, но и вечного.

в) Да, мы должны тщательно исполнять закон Божий не для временного только, но и для вечного блага нашего: ибо правосудный Бог за исполнение его обещает нам в вечности великую награду, а за нарушение угрожает тяжким наказанием. Господь, – говорит апостол, – в день праведнаго суда воздаст каждому по делам его. Тогда будет скорбь и теснота на всяку душу человека, творящаго злое; слава же и честь и мир всякому делающему благое (рим. 2, 5–10). Чувствуете ли, братия, всю силу заключающегося в этих словах побуждения творить добро, исполнять закон Божий? Какой же благоразумный человек не поревнует исполнять теперь закон Божий, хотя бы это сопряжено было с некоторым трудом для него, чтобы потом вечно блаженствовать в славе и чести небесной, и кто будет так безрассуден, что решится ныне, ради временной греха сладости, преступать закон Божий, дабы потом вечно страдать за грехи свои в пламени геенском? Если между нами найдутся такие безрассудные, то они поистине достойны сожаления…

III. Помня это, будем, братия, тщательно соблюдать святой закон Божий и всемерно станет избегать того, что противно Ему. Это не трудно для нас, ибо Господь говорит: иго Мое благо и бремя Мое легко есть, а св. апостол свидетельствует, что, действительно, Заповеди Его тяжки не суть (Мф. 11, 30; 1 Ин. 5, 3). Если же они когда покажутся трудными для немощи нашей или сильно будут обуревать нас греховные страсти: то станем усердно молить Господа, чтобы Он подкрепил нашу немощь и помог нам исполнять Его Заповеди. Милосердый услышит глас моления нашего и пошлет нам в помощь всесильную благодать Свою, которая поможет нам победить в себе влечение ко греху и творить правду по закону Его, для спасения душ наших. Аминь. (Составлено по «Словам» Платона, митрополита Киевского).

Поучение 5-е. Сретение Господне
(Жизнь есть дар Божий, которым мы не можем распоряжаться по своему усмотрению)

I. Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему с миром (Лк. 2, 29). Так кончает свое земное поприще старец Симеон: какая ясность взора, какое спокойствие духа! Ни тени какого-либо страха, но радостно идет он в открывающиеся пред ним врата вечности.

Ныне так часто слышится недовольство жизнью, так кощунственно и дерзко попираются ее дары и обязанности, так легкомысленно и презрительно разрываются самые дорогие и крепкие ее связи. «Не стоит жить, жизнь надоела», – не только говорят, но даже пишут нам самоубийцы. Сколько развращенных учений должно было пройти чрез эти несчастные головы и сердца, чтобы можно было сказать эти слова безумия? Сколько падений в жизни должны были испытать эти люди, чтобы упасть наконец так глубоко и непоправимо? Какая сила должна быть у него, человекоубийцы искони, чтобы омрачить так человека и в такую страшную петлю наконец его затянуть?! Да ослабит Господь хотя часть вины их ужасной, да отымет это безумие от нашего века несчастного.

II. Нет, братия, великое и важное значение имеет жизнь человеческая.

а) Прежде всего, это драгоценный дар небесного Отца. Его всеблагая воля была – воззвать нас из ничтожества и дать нам почувствовать это биение жизни, это благо бытия. Этот расцвет жизненных сил в золотом возрасте юности, это чувство бодрости и здоровья, эта мудрая смена труда и покоя, – сколько она одна, эта низшая телесная жизнь, дает нам наслаждений и радостей. Природа, точно одушевленное существо, пред нами то замирает, то оживает и дробится на бесконечное множество явлений и предметов, услаждающих взор, пленяющих сердце, приводящих в восторг пред величием Творца. И какое же безумие и какая дерзость не только сказать, даже подумать: нет, Владыко Господи, Твой дар мне не нужен! Но я еще не коснулся главного источника наслаждений жизни – глубины человеческого духа. Здесь, впрочем, встают предо мною такие ширь и даль, чем нет возможности даже взором окинуть их. Возьму одно, сравнительно малое воспоминание прошедшего. Какие там возникают светлые образы, дорогие сердцу: отца, с раннего утра до позднего вечера трудившегося для нашего воспитания и устроения, матери, проводившей бессонные ночи над нашей колыбелью, благодетелей, друзей! Они были люди не непричастные слабостей. Но время очистило эти дорогие нам образы, и вот, они рисуются там, вдали, в одной нетленной красоте их духа. Ах, как они хороши, велики даже теперь в наших глазах! Может быть, при воспоминании об этих дорогих умерших, братия, я наполнил сердце ваше грустью, так как прошедшее невозвратимо; но как дороги сердцу эти образы, хотя бы самые лица и были невозвратимы. Впрочем нет: они возвратимы! Наши близкие там, у небесного Отца; мы их увидим, мы вечно будем с ними, если только будем этого достойны.

б) Что есть смерть в глазах христианина? В глазах христианина смерть есть только изменение жизни, ступень от хорошего к лучшему, от менее совершенного к более совершенному, от временного к вечному. Теперь мы видим Бога и любовь Его к нам, по слову апостола, как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицем к лицу (1 Кор. 13, 12). Здешняя жизнь представляет неисчислимое множество радостей самых разнообразных; там обещаются радости совершенно новые, неиспытаные еще нами и даже пока для нас невообразимые. «Не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его» (1 Кор. 2, 9). «И возрадуется сердце ваше, – сказал нам в лице учеников Господь наш, – и радости вашей никто не отнимет у вас» (Ин. 16, 22). Верующий поэтому от всего сердца благодарит Бога за дары и радости этой жизни, и когда Отец позовет его туда, к Себе ближе, он покойно, с радостной надеждой, идет, вверяя себя водительству божественной любви. «Ныне отпущаеши, – поет он с праведным старцем Симеоном, – раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему, с миром».

в) А заботы, скажете, нужды, огорчения, скорби?! Что же? Когда награда дается без подвига? Жизнь есть борьба, жизнь есть подвиг. Воин стоит на своей страже: ветер рвет его платье, холод пронизывает его до мозга костей, но он стоит, не смеет сойти. Так и каждый и нас должен вынести искушение в жизни, когда оно будет послано. Постыдно бежать с поля битвы. Кроме чувства долга, живая вера в Бога Промыслителя и Спасителя да будет нашей опорой и ограждением. «Богу так угодно, да будет Его святая воля и в жизни, и в смерти моей! Господь хранил и берег меня доныне, сохранит и сбережет и после, если Ему угодно, чтобы я жил. Господь весь мир содержит в Своей власти и хранит: ужели для меня одного не достанет Его всемогущества и любви?»

III. Будем же всемерно стараться и молить Господа, чтобы Он помог нам достоять на нашей страже и до последней минуты жизни сохранить горящим в сердце светильник веры, чтобы на пороге к вечности могли мы сказать вместе с праведным старцем Симеоном: «ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему с миром». Аминь. (Составлено по «Словам и речам» прот. П. Смирнова, настоятеля ИсааКиевского собора. Изд. 2-е, 1887 г., ч. I).

Поучение 6-е. Сретение Господне
(Почитай старость)

I. Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему с миром: яко видеста очи мои спасение Твое, еже еси уготовал пред лицем всех людей (Лк. 2, 28–30). Слова эти с умилением и радостью произнес праведный Симеон, когда восприял на руки свои Иисуса Христа, принесенного Иосифом и Марией в храм иерусалимский, в сороковой день по рождении его, по обычаю законному. Счастлив был старец, узревший собственными очами Богомладенца – Мессию, давно ожиданного.

Праведному Симеону обетовано было, что он не умрет, пока не увидит Христа Господня. Представьте же, братия, с каким нетерпением праведный старец ожидал рождения Эммануила – Богочеловека! Долго длилось это ожидание; лета давали уже себя чувствовать; старость и неизбежные при ней недуги тяготили его; 360 лет прожил он, когда наконец, узрев и восприняв Спасителя всех людей, отошел с миром в вечность. Ожидание Мессии ободряло старца в преклонных летах и облегчало их бремя; исполнение пророчества, видение лицом к лицу рожденного от пресвятой Девы Богочеловека соделало его несказанно блаженным.

II. Слушатели! Жизнь человеческая не одинаково Господом распределяется: очень многие умирают в младенчестве, многие в цветущей юности и летах мужества, и сравнительно не очень многие доживают до глубокой старости. Дние лет наших, в них же семдесят лет, аще же в силах осмьдесят лет, и множае их труд и болезнь (Пс. 39, 10). Но тем должна быть почтеннее, тем достойнее уважения старость.

а) В старцах – мудрость и в долголетних – разум (Иов. 12, 12). Венец старцев – многосторонняя опытность, и хвала их страх Господень (Сир. 25, 8). Немало нужно времени для приобретения познаний в науках и искусствах; но гораздо более лет потребно для изучения практической мудрости; последняя приобретается собственным опытом, и никакая наука не даст ее, пока сам человек не дознает ее на деле, пока уроки жизни не научат его многоразличными обстоятельствами, искушениями, как надобно смотреть на людей, как ценить дела и вещи по достоинству.

б) Так, старость почтенна по мудрости и опытности, и потому должна иметь авторитет, уважение от молодого поколения. Еще в глубокой древности дана Заповедь: пред лицем седаго востани, и почти лице старче, и да убоишися Господа Бога твоего (Лев. 19, 32). Можем ли, однако ж, сказать, что нынешняя наша молодежь всегда отдает должное почтение старости? Самонадеянные юноши часто пренебрегают советами опытности и, обнаруживая неуважение к старости, тем самым проявляют свое легкомыслие и подвергают себя искушениям, которые иногда бедственно отзываются в жизни. Есть немало детей, которые не почитают своих родителей, не повинуются им, потому что считают их низшими себя по образованию, не понимающими потребностей века. Есть немало молодых людей, для которых ничего не значат наставления пастырей, вразумления начальников и учителей. Для таких людей нет авторитетов; и несчастные, неопытные юноши тяжело расплачиваются за свою самонадеянность и заносчивость. Большая часть беспорядков в нравственном мире происходит от неподчинения высшему авторитету, от необузданного своеволия. И несчастно то семейство, в котором нарушено почтение к родителям; неблагополучно то общество, где не соблюдается уважения к старшим, тем паче к старикам. Молодежь забывает, что и она состарится, и ей больно будет переносить неуважение к сединам, презрение к внушениям опытности.

в) Правда, есть, к прискорбию, и старики легкомысленные, которые вместо того, чтобы руководить юношей на пути долга своими вразумлениями, любят похвастаться пред ними похождениями своей молодости, рассказать соблазнительные приключения, и тем срамят свои седины. Вместо того, чтобы в тишине уединения каяться в своих прежних грехах, они выставляют их на позор и молодятся вопреки природе, забывая, что смерть может неожиданно постигнуть их и представить на суд Божий. Не думаю, впрочем, чтобы таких легкомысленных было много, и такие сами виновны, если их не уважают степенные молодые люди. Размышляйте, старцы, о значении старости и для вас самих, недалеких от смерти, и для юношей, нуждающихся в вашей опытности, и вы принесете существенную пользу и себе, и младшим вас по летам. Ваше слово да будет всегда назидательно, ваши седины должны служить для других не укором в нажитом легкомыслии, а вывеской верующей и опытной, многополезной мудрости.

III. Слушатели-братия! Дай Бог нам дожить до старости маститой, здоровой и поучительной. Но помнить надобно, что такая старость достигается только тогда, когда лета юности и мужества прожиты не в праздности, не в суетных и порочных удовольствиях, а в труде, в исполнении нравственного долга, обязанностей веры и звания. Юность, молодость – это весна нашей жизни, мужество – это лето, старость – это осень. Осенью обыкновенно пользуются плодами того, что посеяно весной и возросло, созрело летом. Будем же трудиться в цвете и крепости сил, чтобы старость наша была многоплодна и многополезна, чтобы совесть наша не упрекала нас за прежнюю жизнь, каждый из нас спокойно и с надеждой блаженной вечности может сказать: «ныне отпусти меня, Владыко, с миром». Аминь. (Составлено по «Словам и речам» Леонтия, митрополита Московского, т. II, изд. 1888 г.).

Третий день

Поучение 1-е. Правв. Богоприимец Симеон и пророчица Анна
(Почему праведный Симеон не боялся смерти?)

I. Воспоминая сретение Господа нашего Иисуса Христа в храме иерусалимском, Св. Церковь ублажает и тех лиц, которые участвовали в этом евангельском событии первых дней земной жизни Богомладенца. Когда прошло сорок дней от рождения Спасителя, Богоматерь и Иосиф принесли младенца Иисуса в иерусалимский храм, чтобы представить Его пред Господа. Здесь встретили их праведный Симеон с пророчицей Анной и открыто возвестили всем о наставлении спасения чрез рождение единородного Сына Божия. По свидетельству Евангелия, Симеон был муж праведный и благочестивый, чающий утешения Израилева, и Дух Святый был на нем. Этот святой старец благоговейно служил Богу и верно исполнял все обязанности к своим ближним. За свою святую и богоугодную жизнь он удостоился особенного благоволения Божия: ему обещано было Духом Святым, что он не умрет, пока не увидит Христа Господня. Сколько лет праведный Симеон ожидал исполнения этого радостного обещания, нам неизвестно. Но, судя по его словам, немалое время ему пришлось ожидать Утехи израилевой, так что он смотрел на смерть, как на отрадный предел своего многотрудного и долголетнего странствования на земле. Наконец в один день он, по внушению Духа Божия, приходит в храм и встречает Богомладенца вместе с преблагословенной Марией и праведным Иосифом. Тогда Симеон, приняв на свои руки Младенца Иисуса, прославляя Бога, возгласил: «Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему с миром». Здесь же присутствовала и пророчица Анна, вдова лет около восьмидесяти четырех, которая не отходила от храма, постом и молитвой служа Богу день и ночь. И она вместе с Симеоном восхваляла Господа и говорила о явлении Спасителя всем, ожидавшим в Иерусалиме Его пришествия.

II. В лице св. праведных Симеона Богоприимца и пророчицы Анны представляется нам пример долголетней жизни, увенчанной мирной кончиной. Кто из нас не желал бы достигнуть такого бесстрашия при расставании с земной жизнью, какое проявил праведный Симеон? Все мы должны рано или поздно умереть. О, если бы Господь сподобил и нас, при кончине дней своих, в нелицемерной совести спокойно сказать: ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, с миром! И Св. Церковь наша при ежедневных богослужениях просит для нас у Господа «христианския кончины живота нашего непостыдны, мирны и добраго ответа на страшном судище Христове». Между тем многие ли из нас умирают спокойно? Отчего же праведный Симеон не боялся смерти? Где тайна его бесстрашия?

а) Часть этой тайны сказывает сам Симеон: яко видеста, взывает он ко Господу, очи мои спасение Твое! Т. е. как бы так говорил праведник: «Мне нечего уже делать на земле, ибо я видел все – Спасителя и самое спасение; увидев Его, мне нечего страшиться и за пределами земли; ибо с Ним – всемогущим Спасителем моим – аще пойду и посреде сени смертной, не убоюся зла.

Но тут, братия, как я сказал, только часть тайны Симеоновой, а не вся тайна. Спасение, виденное Симеоном, видели очами своими многие из современников Симеона, видели гораздо более и долее Симеона; однако же мы не видим в Евангелии, чтобы кто другой, кроме Симеона, сказал: ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, с миром.

б) Другую часть тайны мирной кончины Симеона, умолчанной им по смирению, открывает евангелист, когда изображает лицо Симеона: человек сей, говорит он о Симеоне, бе праведен и благочестив, чая Утехи Израилевы, Дух бе Свят в нем, и бе ему обещанно Духом Святым не видети смерти, прежде даже не видит Христа Господня (лк. 2, 25. 26), т. е. в Симеоне был целый собор добродетелей: любовь к ближним питала в нем любовь к Богу и страх Божий; страх и любовь к Богу укрепляли веру в Искупителя, вера в Искупителя привлекла Духа Святаго; Дух Святый удостоил его откровений и дал возможность увидеть Спасителя; лицезрение Спасителя изгнало страх смерти, и Симеон отходит с миром туда, куда другие не могут и воззреть без трепета!

Таким образом, вот святая тайна Симеонова! Вот как дошел он до драгоценной возможности – умереть в мире! Кто хочет смерти Симеоновой, тот иди путем Симеоновым: будь праведен и благочестив, веруй в Искупителя, старайся соделаться жилищем Духа Святаго, и удостоишься лицезрения своего Спасителя.

III. Господь видимо является у одра почти каждого болящего – в Теле и Крови Своей. Хотя бы сим Богоявлением мы умели пользоваться! Хотя бы здесь спешили принимать Господа и озариться светом лица Его, прежде нежели померкнет свет в очах, – отверзли для Него уста и сердце, прежде нежели они заключатся навсегда болезнью! А то что бывает? Смотрят на священника, несущего чашу жизни, как на ангела смерти, и потому стараются как можно долее не видеть его! Приемлют Тело и Кровь Господа, когда уже не могут ничего принимать.

Даждь ми, Господи, даже до конечнаго моего издыхания неосужденно восприимати часть святынь Твоих в Духа Святаго общение, в напутие живота вечного, и в благоприятен ответ на страшнем судищи Твоем, яко да и аз со всеми избранными Твоими общник буду нетленных Твоих благ, яже уготовал еси любящим Тя, Господи! В нихже препрославлен еси во веки». (Последование ко св. причащению, Молитва 1-я). (Составлено по проповедям Иннокентия, архиепископа Херсонского, и другим источникам).

Поучение 2-е. Св. пророчица Анна
(Против празднословия в храме)

I. Когда Иисуса Христа в сороковой день по рождестве принесла в храм Пречистая Его Матерь, сопровождаемая Иосифом, и там исполнено было то, чего требовал закон: св. пророчица Анна, дочь Фануилова, память коей совершается ныне, подошедши к святому семейству, стала говорить всем присутствовавшим об этом младенце.

II. Она говорила в храме. Пример ее не дает ли и ныне женщинам право говорить в церкви?

Что общего между сей боговдохновенной женой и теми женщинами, которые позволяют себе в церкви вести разговоры? – Та поведала о Спасителе не знавшим Его, а они разве о спасении души речь ведут? Та не во время общественного богослужения говорила окружавшим, а они отвлекают от него внимание предстоящих. Та вдали от святилища беседовала, а они не всегда стараются обуздать уста свои и при подножии алтаря Господня.

а) Апостол Павел заповедал христианам: жены ваши в церквах да молчат (1 Кор. 14, 34). Собственно этими словами воспрещается женщинам быть церковными проповедницами. Но если им не предоставлено даже и для назидания беседовать в храме, можно ли думать, что они здесь имеют право празднословить? Аще ли, продолжает апостол, чесому научитися хотят, в дому своих мужей да вопрошают (ст. 35). «Им, – изъясняет св. Иоанн Златоуст, – не позволено в церкви не только говорить открыто, но и спрашивать о чем-нибудь. Если же не должно спрашивать, то тем более не позволительно говорить напрасно. Почему же апостол поставил их в таком подчинении? Потому, что женщина есть существо слабейшее. Ей надлежит быть до того молчаливой, что она не должна говорить в церкви не только о житейских, но и о духовных предметах. В этом состоит для нее приличие, в этом ее стыдливость». (На 1 Кор., беседа 37. На 1 Тим., бес. 9). На основании Заповеди апостольской, и VI-й вселенский собор правилом семидесятым за непозволительное признал «женам во время божественной литургии глаголати».

б) Впрочем, отсюда отнюдь не следует, что мужчинам позволительно разговаривать в церкви. Напротив, в них предполагается больше сдержанности, и следовательно менее простительно им то неприличие, за которое закон и слабых женщин осуждает. Апостол, советуя женам дома обращаться к мужьям с вопросами о том, чего не поняли в церкви, таким советом возлагает на мужчин ту важную обязанность, чтобы сами они были внимательны к действиям богослужебным, чтобы усвояли себе смысл чтения и пения церковного, и чрез истолкование непонятного способствовали духовному просвещению своих семейств. «Если женщинам не позволено в церкви говорить о предметах необходимых и душеполезных, то это побуждает их быть более скромными, а мужчин более внимательными, так как они обязаны слышанное в церкви передать женам по их вопросам» (Блаж.

Феофилакт, толкование на 1 Кор. в русск. переводе, ст. 190).

III. Возглашаются при богослужении воззвания: «вонмем», «горе имеим сердца». Эти и подобные возгласы служат напоминанием, чтобы предстоящие в церкви хранили полное самообладание, не позволяя своим мыслям рассеиваться, воображению мечтать.

Кто употребляет усилие и привык держать внимание на предметах богослужения во все продолжение его, тому не трудно обуздывать тогда и свой язык. Притом должно заметить, что соблазительные помышления, скрываясь в душе, вредят только ей, а неуместные и нескромные слова производят соблазн для молящихся и нарушают стройность священнодействования. Не для взаимных бесед сходимся сюда. Храм есть небо на земле. «Священнослужение хотя на земле совершается, но по чиноположению небесному». (Златоуст о свящ. кн. 3, гл. 4). Посему верующие обязаны вести себя в церкви, как бы восхищены были на небо. В сем месте, небеси подобном, «да молчит всякая плоть человеча». Ибо, как сказал один святой отец, «разговор есть орудие этого грешного мира, а молчание есть тайна будущего века». (Исаак Сирин, сл. 42, стр. 221). Аминь. (Извлечено в сокращении из «Слов и речей» Сергия, архиепископа Херсонского и Одесского, впоследствии митрополита Московского, т. II., изд. 1893 г.).

Четвертый день

Преп. Исидор Пелусиот
(О делах милости духовной)

I. В числе великих подвижников, которые избрали пустынное житие ради любви Христовой, Церковь чтит преподобного Исидора Пелусиота, память коего совершается ныне. Он оставил много писем и сочинений, исполненных мудрости и назидательных наставлений. Св. Исидор жил в пятом веке. Он родился в Египте, от богатых родителей, получил хорошее образование и в молодых летах оставил мир, желая уединения. Он постригся, потом поселился в пустынном месте, близ города Пелузии, в нижнем Египте, отчего и получил прозвание Пелусиота. Тут он жил в строгом воздержании, носил грубую одежду и питался одними кореньями; беспрестанно молился и возносился мыслью к Богу. Слух о его строгой и благочестивой жизни привлек к нему других подвижников, и он был избран в настоятели монастыря. Постоянно заботясь о душевной пользе братий, он руководил их мудрыми наставлениями, учил их словом и примером смирению, кротости, милосердию, нестяжанию, борьбе против страстей и мирских помыслов.

Впрочем, не к одним инокам и пустынножителям обращал преп. Исидор поучения свои. Его сочинения содержат много назидательного для людей всякого звания. В письмах, которых дошло до нас более двух тысяч, он обращался и к правителям, и к епископам с мудрыми советами; он опровергает лжеучения; излагает догматы веры, объясняет священное писание, так что всякий может из них почерпнуть себе полезное наставление. Высшее свое счастье он поставлял в том, если ему удавалось спасти какую-либо погибавшую душу, т. е. оказать ей духовную милость.

II. Да послужит для нас светлый образ преп. Исидора Пелусиота примером духовного милосердия к нашим ближним.

а) Милосердие по отношению к телу имеет столько разнообразных видов, что, можно утверждать, решительно нет ни одного человека, который бы не мог так или иначе выполнить его. Напитать алчущего, напоить жаждущего, дать пристанище страннику, одеть неимущего, послужить больному, посетить заключенного в темницу – все это различные действия милосердия, за которые Господь наш Иисус Христос обещал в награду Царство Отца Своего (Мф. 25, 35–36), и которые если не все возможны и доступны для всех нас, то по крайней мере многие для многих. И вовсе не нужно человеку быть богатым, дабы быть милосердым, ибо и телесные дела милосердия оцениваются не по видимой значительности, не по количеству, а по качеству, по усердию, с каким делаются, по чистоте средств, намерений и побуждений. Оттого иногда чаша студеной воды бывает дороже для принимающего и спасительнее для подающего, чем горсть золота, брошенная по тщеславию или с пренебрежением к нуждающемуся.

б) Но наряду с телесными нуждами ближних есть и весьма разнообразные духовные, требующие также нашего сострадательного участия. Вот ближний наш недугует невежеством в деле веры, предан грубому суеверию, не далек от опасности попасть в сети лжеучителей, людей нечестивых и порочных, – поспешим к нему на помощь, как поспешили бы к утопающему: всеми зависящими от нас мерами, какие внушает нам искреннее участие к нему, постараемся уклонить его от зла, помня слова св. апостола, что обративший грешника от ложнаго пути его спасет душу от смерти и покроет множество грехов (Иак. 5, 20). Не будем дожидаться вызова со стороны нуждающихся в духовной помощи нашей, а поступим с ними так, как поступает с ними Господь Бог, Который говорит о себе: Я открылся не вопрошавшим обо Мне; Меня нашли не искавшие Меня (Ис. 65, 1).

Ближний наш предан безутешной печали и малодушию по случаю постигших его житейских невзгод, бед и несчастий; он, может быть, склонен роптать на Бога и готов впасть в уныние и отчаяние – грех Каина и Иуды, – примем в нем участие, войдем в его положение, дадим ему понять, что мы сочувствуем ему, разделим его скорбь: плачущий вместе с плачущими – великий для них благодетель.

Ближний наш при встрече с тяжелыми обстоятельствами не знает, как поступить, на что решиться, – подадим ему добрый совет и тем предупредим неблагоразумный и, быть может, бесповоротный шаг, в котором он стал бы потом раскаиваться.

Мы не можем быть наставниками и руководителями других, – найдем и другие способы быть милосердыми. Нас оскорбил кто-нибудь: мы, конечно, имеем право искать законного удовлетворения за обиду, но лучше стерпим и простим оскорбившего, – и мы прекрасно исполним заповедь милосердия.

III. Будем же, братия, подражать всемилостивому Спасителю нашему, да и нам Господь Иисус Христос окажет милосердие на Страшном суде. (Извлечено в сокращении из проповедей, приложенных к «Руководству для сел. пастырей» за 1891 г., декабрь).

Пятый день

Св. мученица Агафия
(О верности Христу)

I. Св. мученица Агафия, ныне прославляемая, родом из Сицилии, дочь благородных и богатых родителей, была необыкновенной красоты. Во времена гонения от Декия, правитель острова, услышав о ее красоте и богатстве, хотел склонить ее к отречению от Христа и беззаконному супружеству; но ни ласки, ни мучения не помогли ему в этом. «Легче смягчить камень и растопить железо, чем убедить эту девицу», – сказала об Агафии Афродисия, которой отдана была она для того, чтобы убедить ее исполнить желание правителя. «Да будет вам известно, – отвечала св. Агафия своим соблазнителям, – что все мои помышления основаны на камне и никто не может отлучить меня от любви Христовой; ваши же лестные слова подобны ветру; ваши мирские увеселения – как дождь, а ваши угрозы – как реки. Устремляется все это на храмину души моей, но поколебать не может, ибо она стоит на камне, иже есть Христос Сын Божий». После жестоких мучений, когда повели ее в темницу, мирно скончалась в 251 году.

II. Св. Агафия служит чудным образцом непоколебимой верности Христу.

а) Верным называем того, кто долг подданства и повиновения, признанную обязанность, данную клятву и даже простое данное слово или обещание исполняет без измены, без уклонения, без ослабления, без лицемерия, деятельно, точно, чистосердечно. Верным до смерти можно почитать того, кто, встречая обстоятельства, в которых верность нельзя сохранить иначе, как с пожертвованием удовольствий, выгод, почестей и самой жизни, решительно готов пожертвовать, и действительно жертвует, удовольствиями, выгодами, почестями, самой жизнью, чтобы сохранить верность. Этих понятий о верности, надеюсь, никто не будет оспаривать.

б) Теперь, чтобы определить нашу верность ко Христу, должную и действительную, надлежит принять в рассуждение, какие мы имеем к Нему обязанности, и как их исполняем. Мы природные рабы Богу и Христу, по владычественному праву Творца над Своими созданиями, Вседержителя над всем, что пользуется Его промышлением и управлением. Но, так как мы нарушили этот естественный союз с Богом нашей неверностью и непослушанием, и так как Христос желает возвысить рабов на степень свободных, и даже в достоинство сынов: то Он призвал нас добровольно вступить в новый с Ним завет; и мы вступили в него крещением и приняли соединенные с ним обязанности. Какие? Мы отреклись сатаны и всех дел его и сочетались Христу, исповедав веру в Него и признав в Нем нашего Царя и Бога.

в) Верны ли мы принятым на себя чрез это обязанностям? Кажется, мы чуждаемся дел сатаны: не восстаем против Бога, не идолопоклонствуем, чувствуем отвращение от злобы и разврата, сохраняем веру во Святую Троицу и во Христа Спасителя, продолжаем признавать Его нашим Царем и Богом. Что вы думаете? Не выдержали ли мы уже испытания в верности Христу? Не можем ли уже простереть руку к Венцедавцу и сказать: Господи, кажется, мы верны: подаждь нам венец живота! – Нет, братия, может случиться, что это самоиспытание, кажущееся так удовлетворительным по важности предметов и благовидности выражений, окажется неполным и ненадежным, если продолжим испытывать себя не поверхностным, а проницательным взором и если станем поверять мысль и слово делом и опытом. Истина лучше откроется, если спросим себя: приобрели ли мы верность христианским обязанностям до смерти, подобно тому, как стяжали ее св. подвижники и мученики?

Смертный приговор за верность Христу св. мученики выслушивали с радостью; с мирной молитвой преклоняли они свою главу под меч или метаемые на них камни; не могли поколебать их верности ни прельщения чувственными удовольствиями, или видами корысти и славы человеческой, ни угрозы, ни темницы, ни осуждение на тяжкие работы, ни разнородные мучения изобретательной злобы, эта медленная, нерешительная смерть, против которой непоколебимо устоять труднее, нежели против решительной, мгновенной смерти.

Подобные опыты верности способны ли выдержать люди, которые, думая быть верными Христу, гораздо более верны своим прихотливым желаниям, своим безотчетным привычкам и суетным обычаям, своим страстям? Например, перенес ли бы благодушно долгое темничное заключение за веру и правду тот, кто не переносит однодневного, добровольного заключения в своем доме, не для какого-нибудь истязания себя, но для полезного труда, для попечения о душе, для размышления о Боге, а чувствует неодолимое влечение, если не утром, то вечером броситься в рассеянный круг подобных людей или в вихрь увеселений? Был ли бы тот бесстрашен и непоколебим, охраняя свою веру и совесть, при виде угрожающих за это лишений, страданий и смерти, кто колеблется пред лишением – тучной пищи в день поста, боится умереть – от воздержания, оказывает невнимание к руководству матери-Церкви, чтобы не причинить скорби своему чреву?

Или нам не слишком нужно заботиться о строгих испытаниях верности, потому что мы живем не в мученические времена? – Но, братия, бессмертный Венцедавец требует верности до смерти, а без того не обещает дать венец живота: буди верен даже до смерти и дам ти венец живота (Откр. 2, 10).

III. Что же нам должно делать? – Надобно найти средство сделаться верными до смерти и без мученичества, и употребить такое средство прежде смерти: потому что поздно будет сеять, когда настанет время собирать плоды. Такое средство предлагает нам апостол, когда говорит: умертвите уды ваша, яже не земли, блуд, нечистоту, страсть, похоть злую и лихоимание, еже есть идолослужение (Кол. 3, 5). Умерщвляйте плотское самолюбие и самоугодие, не только во внешних действиях, но и в сокровенных движениях вашего сердца, и это не собственным только мудрованием, которое чем более самонадеянно, тем менее надежно, но непрестанным обращением сердца вашего ко Христу, с искренним желанием благоугодить Ему, при помощи благодати Его. (Составлено по проповедям Филарета, митрополита Московского, т. V, изд. 1885 г.).

Шестой день

Поучение 1-е. Преп. Вукол, епископ Смирнский
(Бегайте блудодеяния)

I. Преп. Вукол, память коего ныне празднуется Св. Церковью, был епископом Смирнской Церкви.

С самой юности он отличался незлобием и целомудрием. Поставлен был во епископа евангелистом Иоанном Богословом. При помощи благодати Божией он обратил ко Христу многих язычников и почил мирно, передав свою паству св. Поликарпу.

II. Преп. Вукол, прославившийся особенно незлобием и целомудрием, учит и нас, братия, быть целомудренными и особенно блюстись блудодеяния.

а) Слово Божие запрещает блудодеяние. Бегайте блудодеяния, увещавает нас ап. Павел в одном из своих посланий. Не сказал: воздерживайтесь, а – бегайте, всячески старайтесь удаляться от распутной жизни. Помните, что телеса ваша суть храм живущаго в вас Святаго Духа. Несте свои, говорит далее апостол: вы теперь не себе принадлежите, вы куплены дорогою ценою – ценою крови Сына Божия. Вы храм Божий и Дух Божий живет в вас. Знайте же: аще кто храм Божий растлит, – осквернит, разорит, того самого растлит – строго покарает – Бог. Сами вы видали, как точно сбывается на развратниках этот грозный приговор суда Божия еще в сей жизни: одни из них заживо сгнивают от ужасных заразительных болезней, другие сходят с ума и умирают в ужасных мучениях. Но это не избавляет несчастных нераскаянных нарушителей Божией Заповеди от суда Божия в будущей жизни: и там блудников и прелюбодеев будет судить Бог (Евр. 13, 4). Не льстите себе, – говорит апостол Христов, – ни блудники, ни прелюбодее, ни осквернителе Царствия Божия не наследят (1 Кор. 6, 9); часть им в озере, горящем огнем, еже есть смерть вторая (Откр. 21, 8). Вот какая участь ждет всякого, кто живет блудно, вопреки закону Божию, и не хочет расстаться с своим любимым грехом!

б) «Не могу отстать, – говорят многие, – силы воли не достает, не слажу с собой, да и обстоятельства уже не позволяют». Подобные грешники сделались рабами греховной привычки, и сами не сладят с собою, но кто же и говорит, что можно вырваться из плена греховного одними своими усилиями? Тут нужна помощь Божия, Бог всегда готов помочь нам в деле спасения. Пусть просят они у Него помощи, пред Ним плачут, как плакала блудница у ног Христовых; и сами с своей стороны сделают все, чтобы развязаться с грехом. Бог не хочет смерти грешника; Он смотрит на его сердце, и лишь только в сердце возгорится огонь искреннего желания бросить грех, лишь только скажем: Господи, прими меня, как принял Ты блудницу, больше не буду грешить, готов всем пожертвовать, только помоги Ты мне, грешному», – и Он, милосердый, прострет к нам объятия любви Своей, все обстоятельства наши устроит во благо нам, все препятствия устранит. Кто не может бороться с страстью, не может жить девственником, тот женись, вступи в законный, Богом благословленный брак, а не греши. Лучше есть женитися, – говорит апостол Христов, – нежели разжизатися (1 Кор. 7, 9). Лучше жить в крайней нищете и убожестве с законной женой, чем жить в довольстве с блудницей. Кто чем дольше будет грешить, тем труднее будет ему расстаться со грехом. Это огонь, который если не потушишь, то он произведет великий пожар.

в) А как легко мы смотрим на этот грех? Видим ли мы все его гибельные последствия? Вот, например, наш сосед, забыв Бога, честь и совесть, открыто живет с блудницей, как с женой, и никому до этого дела нет: ему все готовы извинить, лишь бы это был человек видный да богатый. Не считается предосудительным делом с таким человеком и хлеб-соль водить, и в свой дом его принимать, и даже знакомить его с своим семейством. Рассуждают обыкновенно так: «Бог-де ему судья; он в грехе, он и в ответе». Хорошее дело, братия, не осуждать ближнего, но если вы действительно жалеете душу этого человека, то не лучше ли для него было бы, если бы все добрые и честные люди на время удалились бы от него, чтобы дать ему возможность на себя оглянуться? Может быть, тогда он и одумался бы, может быть, и сказал бы себе: «До чего же это в самом деле я дошел? Добрые люди стали чуждаться меня», и от этого, может быть, и исправился бы. Разве апостол Павел меньше нас любил таких грешников? А между тем заповедал христианам всех времен вот что: аще некий брат именуем будет блудник, с таковым ниже ясти (1 Кор. 5, 11). Скажете: «Строго, в наше время невозможно». Но взгляните на этот порок по-христиански, и сами увидите, что гнуснее греха, как блуд и тем более прелюбодеяние, нет и быть не может. Почему? Потому, скажем словами апостола, что прилепляяйся сквернодейце едино тело становится с блудодейцею, ибо сказано: два будут одна плоть (6, 16, 18). А это разве не мерзость – быть единым телом с блудницей? Спаситель, милуя грешников, смотрите, как строго судит самый грех: всякий, – говорит Он, – кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействует с нею в сердце своем (Мф. 5, 28). Вот какой чистоты и святости Он требует от нас! А блудно живущий хуже всякого зверя, ибо и звери о детях своих заботятся, а он их и знать не хочет; он себялюбец, он – язва общества.

III. Бегайте, братия, блудодеяния! Наше тело – член тела Христова, оно храм Духа Святаго: отнимем ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы? Да не будет! (Составлено по Четьи Минеям и «Троицким листкам», № 354).

Поучение 2-е. Св. мученица Дорофея
(Благотворность мысли о жизни вечной)

I. В то время, когда св. Дорофею, память коей совершается ныне, вели на место казни, – один из мучителей по имени Феофил с насмешкой сказал ей: «Невеста Христова, пришли мне яблоков и цветов из рая жениха твоего, Христа!» Св. мученица, нимало не смутившись от слов его, с твердой верою в помощь Божию, сказала: «Непременно пришлю!» и продолжала идти на место посечения. Здесь она начала молиться Богу, как вдруг явился ей ангел и предложил ей три яблока и три цветка. Св. Дорофея просила его отнести яблоки и цветы Феофилу, а сама преклонила голову под меч. Феофил получил яблоки и цветы и, зная, что в то время была зима и, следовательно, нельзя было достать естественных плодов, познал силу истинного Бога, исповедал себя христианином, был мучим и наконец усечен мечом.

II. Так благотворна оказалась мысль о вечной жизни после смерти человека: грубый язычник Феофил был покорен этой мыслью св. вере и крестился, несмотря на предстоявшую ему смерть за свою веру.

а) Мысль о вечности всегда производила великое действие — она воодушевляла мучеников и делала для них не страшными самые лютые страдания; она затворяла в пустыни подвижников и доводила их до подвигов самоотвержения нечеловеческого; она останавливала даже закоренелых грешников на пути беззакония и подавала им мужество сразиться с своими страстями. И для нас мысль о вечности имеет благотворные последствия.

б) Все временное, как бы оно ни казалось важным, есть яко ничто в сравнении с вечностью. Слава, честь, достоинства, титулы и отличия – ничто, ибо они в час смерти спадут с нас, как падают теперь листья с дерев. Богатства, стяжания, дома, вертограды – ничто, ибо из всего этого ничего не пойдет за нами в вечность, все достанется другим, может быть, даже врагам нашим, и употребится против наших желаний и намерений. Самые горести и бедствия, от коих мы в этой жизни плакали, роптали, не знали, где найти места – ничто, ибо в час смерти они явятся, якоже небывшие.

в) Существенно важно то, что может прейти в другой мир. Пусть что-либо не имеет никакой важности для временного пребывания моего на земле, пусть даже вредит ему; но если оно окажет для меня благотворное действие в вечности, то я буду дорожить им, как сокровищем, употреблю на приобретение его все силы и средства.

г) Не должно, забывая вечное, предаваться временному и тленному. Нет, что ни буду я делать на земле, никогда не буду делать для одной земли, а всегда буду иметь в виду небо и вечность. Сретит ли меня счастье – я воспользуюсь дарами его для служения Богу и человечеству, для искупления грехов моих делами сострадания и помощи бедствующим собратиям моим. Постигнут ли меня искушения – я перенесу их в духе смирения и преданности, обращая скорбь и слезы мои на пользу душе моей.

III. Итак, возбудимся от пагубного нечувствия! Довольно мы служили и работали миру суетному; время послужить и поработать Богу и Спасителю нашему. Довольно погубили мы талантов, нам данных, на причинение вреда душе и совести своей; час уже начать думать о покаянии и возвращении в дом отеческий. Пойдем же в домы свои с тем, чтобы не жить так, как жили или паче убивали себя прежде; пойдем и начнем, при помощи Божией, устраивать вечный храм души своей, который теперь лежит в развалинах, дабы мы обрели место покоища, подобающего тем, кои добре потрудились во времени для вечности, а не место печали и воздыхания, ожидающее грешников нераскаянных. Аминь. (Составлено по проповедям Иннокентия, архиепископа Херсон. и Таврич., т. II. стр. 341–347).

Седьмой день

Поучение 1-е. Преп. Парфений Лампсакийский
(Должно упражняться в религиозно-нравственном чтении)

I. Преп. Парфений, прославляемый ныне Св. Церковью, был епископом в гор. Лампсаке. Жил в IV веке. Сын диакона, в отрочестве занимался он ловлей рыбы и, продавая рыбу, раздавал деньги бедным. Не наученный грамоте, любил слушать чтение божественного Писания и много знал из него. Епископ Мелитопольский, узнав о благочестии отрока, приказал научить его грамоте и, по достижении им зрелого возраста, поставил в пресвитера, а затем он был сделан и епископом. За благочестивую жизнь удостоился дара прозорливости и чудотворений. В епископском сане с соизволения императора Константина он разрушал идольские капища, созидал храмы Божии и многих из язычников обратил ко Христу. Скончался св. Парфений в глубокой старости.

II. Преп. Парфений Лампсакийский особенно любил читать книги Священного Писания и вообще книги религиозно-нравственного содержания. Это весьма похвально и полезно во многих отношениях.

Братия! Теперь вполне благовременно спросить нам себя самих: занимаемся ли мы изучением слова Божия? Чувствуем ли какую-нибудь к тому охоту? Отчего во многих из нас такая неохота к этому чистому и святому занятию? Заниматься словом Божиим не значит только изредка читать Евангелие, Апостол или вообще Библию; сюда относятся: размышления о судьбах Церкви Божией на земле, о подвигах угодников Божиих, о предметах веры, о законах и правилах жизни христианской, духовные беседы, отводящие душу от пороков и утверждающие ее на пути добра. Все это по своей сущности и цели неукоризненно и весьма полезно: но тем более странно, что современный человек мало чувствует усердия к сего рода занятиям.

а) Это нерасположение к духовным занятиям происходит от нашей испорченности, в которой родимся, и вместе есть ее признак. Нет сомнения, что душа выше тела, подобно как тело важнее одежды; а между тем, повсюду видим, как часто берет перевес тело над душою, и все вещественное над духовным, невидимым. О духовном надо размыслить, и в том чрез веру убедиться; а вещественное видим, ощущаем, и им увлекаемся. Голод духовный, недостаток просвещения, знания человек переносит иногда совсем неприметно для себя, но голод телесный ощутителен. И ту же разность примечаем в труде умственном и телесном: успех в трудах и заботах внешних, если он есть, то скоро бывает заметен и радует трудящегося; но труд умственный всегда требует бодрости душевных сил, их напряжения. И дитя не прежде, как вышедши из детских лет, начинает хорошо понимать, какая польза в том, что его заставляли учиться. Все мы дети в отношении к духовным занятиям, и нам нужна борьба с собою, чтобы полюбить предметы веры и беседы о них. Слово Божие, как небо от земли, выше всех наук, дух святой веры есть зерно, а все прочие знания могут служить только его оболочкой. Как бы ни были блистательны успехи нашего ума, придет наконец общее для всех нас на страшном суде испытание, когда не спросят нас, какие мы сделали открытия в области науки, искусств или промышленности, но когда ясно откроется: веровал ли кто в Бога, или не веровал, кто как жил и какие делал дела.

б) Дабы не быть безответными на суде Божием, и нужно нам поучаться в слове Божием. Все оставит человека, когда он дойдет до своей могилы: неотъемлемо только это духовное приобретение, это святое сокровище. С запасом внушений истинной веры и евангельских правил безбоязненно смотрит христианин на бурное житейское море, как крепкий корабль бодро держится на поверхности той пучины, по которой плывет.

в) Скажут: готовность к духовному учению во многих есть; но недостает хороших учителей. – Думается, что ни один, кто поставляем был церковным учителем, не будет хвалить себя, но укорит свое недостоинство. Когда судят о проповедниках, требуют, чтобы и строгость Божия закона была несколько подслащена, и речь текла бы в самых современных выражениях. И в древние времена не много было Златоустов, но древние христиане не так занимались словом Божиим, как мы. Священное Писание было у них первой учебной и повсюду в домах настольной книгой. Были такие, которые не садились за обед, не прочитав какого-либо отдела из Библии, не ложились спать, не поговорив о каких-либо изречениях из нее, или добрых примерах из жизни святых мужей; детям, для упражнения в чтении, давали Библию, объясняя им то, что в ней проще. Иные читали ее не стоя или сидя, а преклонив колена.

III. Припадем и мы к ногам Спасителя, чтобы подобно упоминаемой в Евангелии сестре Лазаря Марии слушать слово Его; преклоним колена душ и сердец наших пред Его учением, никогда не стареющим и всегда животворящим. Тогда и мы своей душой познаем силу изречения Христова: «Блаженны слышащие слово Божие и его соблюдающие». (Составлено по Четьи Минеям и поучениям прот. Путятина).

Поучение 2-е. Преп. Лука Елладский
(О тяжком грехе непочтительности детей к родителям)

I. Св. преп. Лука, память коего совершается ныне, родился в Элладе от бедных земледельцев, пас овец и обрабатывал землю. Еще в юности он отличался необыкновенным благочестием: был скромен, молчалив, вкушал мало пищи, любил помогать бедным, часто отдавал им пищу, взятую из дома для себя и сам оставался голодным. По смерти отца, тайно от матери, ушел в монастырь. Мать сильно скорбела о сыне и молилась Богу о возвращении его. И что же? Настоятелю обители, где подвизался Лука, в сонном видении не один раз являлась женщина и с укором говорила: «За что же ты обижаешь меня, бедную вдову? Возврати мне взятого тобою моего единственного сына, утеху моей старости, иначе я не перестану вопиять к Богу». Сон повторился на другую и на третью ночь. Тогда игумен понял, что это сновидение есть внушение Божие, призвал к себе Луку и начал говорить ему: «Как ты смел обмануть нас? Ты уверял, что у тебя нет родителей, а между тем мать твоя уже третью ночь укоряет меня! Возвратись не медля к матери». Лука молча повиновался игумену, простился с братией и отправился к матери. Велика была радость матери! Она возблагодарила Бога, а потом горячо обняла сына. Лука пробыл у матери четыре месяца и, пожелав снова удалиться, начал просить позволения у матери. Мать благословила его и отпустила.

II. Вникните, братия, в этот рассказ. Вы замечаете, что поступок юного Луки, сам по себе благочестивый, святой и богоугодный, не привлек к нему благословения Божия. Это оттого, что он оскорбил свою мать своеволием, не оценил ее любви и попечений, отказался жить для ее спокойствия и утешения и поразил ее нечаянной разлукой. А поэтому, дети, не начинайте никакого дела, а когда вырастете – не избирайте никакого звания без совета, согласия и благословения родителей.

Что же сказать теперь о грехе непочтения к родителям?

а) Дети, почтительные к родителям, благоденствуют и долгоденствуют, согласно Божию обетованию, потому что, не предаваясь своеволию, а исполняя добрые правила, данные родителями, они сохраняют в целости и здравии как тело, так и душу. Их повсюду сопровождает благословение родительское, которое переходит на самое их потомство, ибо, как замечает Премудрый, благословение отчее утверждает домы чад (Сир 3, 9). Припомним при сем благословение Ноя Иафету: да распространит Бог Иафета. Действие этого благословения и теперь, после нескольких тысячелетий, продолжается в потомках Иафета – европейцах, которые не перестают распространять во все страны света свои поселения, торговлю, власть, религию, нравы.

б) Но горе детям, непочтительным к родителям! Слово Божие угрожает им великими несчастьями. Проклят безчестяй отца своего, или матерь свою (Втор. 27, 16). Злословящему отца или матерь угаснет светильник, зеницы же очес его узрят тьму (Прит. 20, 20). Клятва матерня искореняет до основания домы непочтительных чад (Сир. 3, 8).

По закону Моисееву на сына буйного и непокорного родители имели право жаловаться пред старейшинами града, и сии, удостоверясь в справедливости жалобы, осуждали его на побиение камнями, которое совершаемо было торжественно всеми присутствовавшими в народном собрании (Втор. 21, 18–21; 27, 16).

в) Приведем здесь несколько примеров наказания Божия, постигшего детей, непочтительных к родителям.

Хам, дерзко оскорбивший своего праведного отца, Ноя, дозволив себе насмеяться над ним, подверг все свое потомство гневу Божию и рабскому состоянию.

У Иуды, сына Иакова, был сын Ир, злой сердцем и непокорный, и за это, как говорит Св. Писание, уби его Бог (Быт. 38, 1).

У первосвященника израильского Илии было два сына, но так как они были злы, непокорны и не богобоязненны, то Господь и поразил их еще в крепости сил и здоровья: они были убиты на войне, о чем Илии было предсказано заранее.

У царя и пророка Давида был непочтительный сын Авессалом, который восстал против отца своего и царя, чтобы завладеть его престолом. Но за это он не только не успел в своих злых замыслах, но по пущению Божию лишился и жизни (2 Цар. 15, 18).

III. Да удержат нас эти примеры от страшных последствий гнева Божия за непочтение родителей! (Прот. Г. Дьяченко).

Восьмой день

Св. великомученик Феодор Стратилат
(О свойствах христианской кротости)

I. Когда св. Феодор, память коего совершаем ныне, бывший стратилатом (т. е. военачальником) и правителем города Ираклии, объявил себя пред правителем римской империи Ликинием христианином, его подвергли жестокому истязанию, били воловьими жилами и оловянными прутьями, строгали тело железными гвоздями и палили огнем. Святой во время всех этих мучений не произнес ни одного ропотного слова, но непрестанно говорил: слава Тебе, Боже мой! Чрез пять дней томительного заключения в темнице мучитель приказал распять на кресте святого страдальца. Но ангел Господень ночью снял страстотерпца со креста, и он невредимый сидел у подножия его. Множество народа собралось на это чудо, и св. Феодор проповедовал веру Христову, к которой многие язычники тотчас и присоединились. Ликиний, уверенный в смерти Феодора, послал двух сотников снять тело мученика со креста и ввергнуть в море, но, пришедши на место казни и увидя Феодора здравым, оба сотника воскликнули: «Велик Бог христианский!» – и с того часа уверовали во Христа. Также посланный Ликинием Сикст, наместник царский, с тремястами воинов обратился ко Христу. Множество народа, собравшегося на зрелище необыкновенного спасения св. мученика, сильно волновалось и хотело побить камнями мучителя.

Но св. Феодор Стратилат возвышенным голосом сказал смятенному народу: «Возлюбленные братия! Перестаньте меня защищать. Когда распинали Господа моего Иисуса Христа, Он не хотел, чтобы ангелы творили отмщение убийцам Его. Не воздвигайте брани на Ликиния; он не свою творит волю, но волю отца своего, диавола. Мне же надлежит отойти к Господу моему Иисусу Христу». Такими словами св. мученик успокоил взволнованный народ и мужественно преклонил под меч главу свою. (Четьи Минеи, февраль).

II. Эта черта в жизни ныне прославляемого св. великомученика Феодора Стратилата научает нас христианской кротости. Поэтому побеседуем ныне о свойствах этой великой христианской добродетели.

а) Высочайший и совершеннейший образ кротости показал в Своей земной жизни Спаситель наш, Господь Иисус Христос, являя нам Собой пример для подражания. Научитеся от Мене, – говорит Он, – яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим (Мф. 11, 29). В чем же Он явил нам эту кротость и смирение, какие мы видим в Нем черты и свойства этой кротости?

Видим, во-первых, что Господь наш Иисус Христос был равнодушен к славе человеческой и не искал ее. Ничем Он не превозносился пред другими людьми, никого не презирал, не требовал, чтобы Ему служили и угождали, а, напротив, Себе умалил, зрак раба приим… смирил Себе, послушлив быв даже до смерти, смерти же крестныя (Флп. 2, 7), и Сам всем служил и угождал.

Посмотрите далее, какое Он являет незлобие и терпение в обидах, оскорблениях и преследованиях против Него, как тих и покорен воле Божией в мучениях и страданиях. Против Него все озлоблены, питают к Нему ненависть, ищут как бы погубить Его, а Он ни к кому не питает зла, всех прощает и сожалеет, всех любит и добр ко всем. Его, наконец, пригвождают ко кресту, враги и тут в своей неистовой злобе издеваются над Ним, а Он покорно и бесспорно терпит эти мучения и кротко молится за врагов: Отче, отпусти им, не ведят бо, что творят! Нет во всей Его жизни ни одного дела или поступка, в котором бы обнаружилось Его нетерпение, раздражение, озлобление, досада или гнев, но вся Его жизнь и дела являются перед нами одно незлобие, мягкосердечие, благодушие и уступчивость по отношению к людям и покорность, преданность воле Божией.

Итак подобает нам, братия, по Заповеди Иисуса Христа быть тихими, уступчивыми, мягкосердечными, незлобивыми, немстительными, равнодушными к похвалам и почестям, терпеливыми к порицаниям и оскорблениям.

б) Таковы были все святые. Вот пример. Был в одной обители некоторый кроткий старец по имени Кир, который однако же при всей своей кротости и безответности не нравился братии, а потому братия постоянно его обижала и оскорбляла. Не только старшие, но даже юноши, находящиеся под искусом, т. е. испытанием, издевались над ним и часто выгоняли его из-за стола. И это продолжалось пятнадцать лет. В одно время случилось быть в этой обители преп. Иоанну Лествичнику. Видя, как кроткий Кир, выгоняемый из-за стола, часто ложился спать голодный, он спросил у него: «Скажи мне, отче, что значат сии против тебя обиды?» – «Поверь мне, любезный о Христе гость, – отвечал смиренный старец, – что братия так поступает не по злобе, а по попущению Божию, чтобы искушать меня, достойно ли ношу я ангельский образ. Поступив в обитель сию, я слышал, что отшельнику должно быть под искусом тридцать лет, а я прожил еще только половину». Так всякую обиду, всякое гонение, притеснение должны мы переносить не только благодушно, незлобиво и терпеливо, но и смотреть на них еще с хорошей стороны, как на средство загладить свои грехи и неправды пред Богом или явить свою веру пред Ним в твердости терпения, принимая эти обиды за испытания, посылаемые Богом.

III. Великую обещает Господь награду таким кротким и тихим людям. Он обещает им Царствие Божие. Блажени кротцыи, яко тии наследят землю (Мф. 5, 5). Да сподобит и нас Господь сей награды! (Составлено по Четьи Минеям и «Проповедям», приложенным к «Руководству для сельских пастырей» за 1889 г., сентябрь, стр. 717–721).

Девятый день

Св. мученик Никифор
(О необходимости примиряться с врагами)

I. Св. мученик Никифор, память коего совершается ныне, был мирянин и находился в большой дружбе с одним священником, Саприкием, но по каким-то обстоятельствам дружба эта впоследствии не только охладела, но и превратилась во вражду.

Никифор, однако же, постепенно смягчился и старался помириться с Саприкием. Саприкий же, напротив того, не хотел и слышать о примирении.

Между тем в это время настало гонение на христиан. Священник Саприкий был одним из первых, преданных на истязания. Он с твердостью переносил их, наконец был осужден на смертную казнь. Узнав об этом, Никифор поспешил испросить прощение у мученика. Но хотя у Саприкия и оказалось достаточно силы душевной, чтобы совершить подвиг, но в то же время не достало у него в сердце ни любви, ни смирения, чтобы помириться с своим врагом… Не пожалел он и не простил своего бывшего друга, который со слезами умолял его о примирении, который страдал теперь о нем же самом, о Саприкии-мученике, лишавшем себя по своей злопамятности победного венца…

Так до самого места казни следовал он за Саприкием и не переставал молить его: «Мученик Христов, прости меня!» Но тот оставался бесчувственным и на горячие мольбы смиренного Никифора отзывался только гордым безмолвием; в своей злобе на брата оставался непоколебим. И за это поколебалось Божие долготерпение: Господь отринул от Себя, не захотел принять подвига от человека, не очищенного примирением с братом, хотя уже он как бы стоял на пороге блаженной вечности… Гсоподь лишил Своей благодатной помощи душу, в которой было так много ненависти и гордости. Представленная самой себе, эта душа потеряла всю силу… Приблизившись к месту казни смутился и затрепетал Саприкий после того, как он уже претерпел лютые истязания и, малодушно устрашась смерти, он отрекся от Христа…

– Не убивайте меня, – сказал он палачам, – я исполню царское повеление: принесу жертву богам.

Услышав это, в ужас пришел Никифор и стал умолять Саприкия не губить себя, не отступать от Христа. Но ослепленный злобою Саприкий не послушал его.

Тогда Никифор сам заявил себя христианином и испросил себе смерть вместо Саприкия. Таким образом смиренному Никифору даровано было счастье победоносного мученического подвига, а жестокосердный и непреклонный во вражде Саприкий произвольно лишился его.

Св. Никифор принял казнь мечом в Антиохии в 260-м году.

II. Приведенный рассказ из жизни св. мученика Никифора показывает, как гибельна вражда и как необходимо примиряться друг с другом.

а) «Скорее мирись с ближним, – учит святитель Тихон Задонский, – смерть невидимо за нами ходит и нечаянно нас похищает. Что станет с человеком, если она похитит его во вражде с ближним? С чем он явится пред судом Христовым? – Умел ты, возлюбленный, оскорбить своего ближнего – умей же с ним и примириться. Не медли в таком важном деле, не отлагай до утра: ведь ты не знаешь, дождешься ли до завтрашнего дня. Бог обещал кающимся милость Свою, но не обещал завтрашнего дня. Сломи себя, сокруши в своем сердце идола гордости и поклонись со смирением своему ближнему, которого ты оскорбил.

б) Ты скажешь: «Невозможное дело любить врагов и добро им творить». – Неправда. Возможно же это было Давиду, который плакал о погибших врагах своих – Сауле и Авессаломе. А слезы о погибели врагов – явный знак любви ко врагам. Возможно было и святому первомученику Стефану молиться за врагов своих, которые побивали его камнями: Господи, не постави им греха сего (Деян. 7, 60). Возможно было это и всем святым, значит – возможно и тебе. Ты человек, и они все были такие же, как ты, люди; ты немощен, и они такую же немощь имели. Если бы земной царь повелел тебе: или простить ближнему обиды его, и даже послужить ему, или же подвергнуться казни: что бы лучше избрал – умереть или простить и послужить ему? Думаю, что ты согласился бы скорее на последнее. А вот Царь небесный повелевает тебе не только прощать оскорбляющим, но и любить врагов, и добро творить ненавидящих: иначе вечная смерть грозит тем, кто не хочет слушать повеления Царя небесного…

в) Спаситель говорит: аще отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш небесный. Аще ли не отпущаете человеком согрешения их, ни Отец ваш отпустит вам согрешений ваших (Мф. 6, 14. 15). Видишь, христианин, как страшно не отпущать согрешений ближнему. Отпущаешь ты, отпущает и тебе Бог; не отпущаешь ты, не отпущает и тебе Бог. А что такое ты сам пред Богом, и что такое молитва твоя?

Ты молишься Богу: остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим. Когда ты прощаешь от сердца ближнему твоему, то молишься ты сердечно, и истинно, нелицемерно произносишь слова этой молитвы к Богу… А когда не оставляешь от сердца ближнему, то и молишься ты только словом и устами, и потому лицемерно. Поэтому молитва твоя нисколько не пользует тебе, но даже и в грех обращается. Видишь, куда приводит человека гнев и вражда его!

III. Итак, победи себя, возлюбленный, и, отложив гнев твой, прости все ближнему твоему: тогда и молитва твоя будет нелицемерная, и подастся тебе оставление долгов твоих. Слово Божие верно, истинно и непреложно. Что Бог говорит, то так и есть на самом деле, как Он говорит; что Он обещает, то и исполняется; чем угрожает нам, то и сбудется, если не покаемся. Если мы прощаем ближним их согрешения против нас, то и нам Бог прощает по Своей милости; а если мы не оставляем, то и нам Бог не оставляет. (Составлено по Четьи Минеям и творениям св. Тихона Задонского).

Десятый день

Св. священномученик Харлампий
(Обилие плодов земных есть дело благословения Божия)

I. Священномученик Харлампий, память коего совершается ныне, был епископом города Магнезии (в Фессалии). Он жил и пострадал за имя Христово во 2-м веке по Р.Х., в царствование римского императора-язычника, Септимия Севера. Как истинный пастырь стада Христова, св. Харлампий поддерживал в вере и твердости христианского упования своих духовных чад во время разразившегося тогда жестокого преследования христиан со стороны язычников. За это он был схвачен языческими властями и приведен на суд к начальнику области Лукиану. После решительного отказа св. Харлампия изменить христианской вере, судьи приказали снять с доблестного пастыря священные одежды и терзать тело его железными когтями. При этом железные когти разгибались, а тело праведника оставалось без вреда. Пораженные этим чудом, двое слуг, Порфирий и Ваптос, уверовали во Христа и пред лицом правителя прославили всемогущую силу Христову, укрепляющую страдальцев за Его имя, за что оба они были усечены мечом. После этого многие из язычников приходили к святому епископу и принимали от него крещение, исповедуя пред ним свои грехи. Болевшие различными недугами получали от него исцеления.

Услыхав, что многие из язычников уверовали чрез Харлампия во Христа, безумный царь пришел в ярость и приказал послать в Магнезию триста самых лютых воинов, чтобы они схватили прославленного Господом епископа и привели его в Антиохию. Не будем рассказывать о зверских мучениях, каким был подвергнут св. священномученик Харлампий…

Разгневанный царь решился наконец умертвить его мечом. Придя с веселием на место своей казни, Харлампий воспевал хвалебные песни Господу и испустил дух прежде, чем его коснулся гибельный меч. Перед своей кончиной священномученик молился Господу: «Господи! Дай славу Твоему имени: пусть в том месте, где будет похоронено мое тело и где будут меня поминать, не будет ни голода, ни мора, ни вредного воздуха, погубляющего плоды земные. Пусть будет в том месте мир, здравие телесам, спасение душам, изобилие пшеницы и вина. Пусть будет им исцелением сходящая от Тебя роса; излей на всех благодать Твою».

II. а) Не знаменательно ли, православный христианин, что угодник Божий молился Господу о том, что всех нас одинаково занимает и озабочивает, т. е. о благорастворении воздуха для нашего дыхания и об изобилии плодов земных. Как же не молиться об этом нам, живущим на земле? Как не просить нам Вседержителя, чтобы Он благословил наши нивы и поля? Не тяжело ли бывает видеть напрасный труд людей по возделыванию и удобрению земли? Не прискорбно ли в годы неурожая оставаться поселянам и городским жителям без плодов, даже без насущного хлеба! Бедствия от неурожая бывают весьма тяжелы, ибо они постигают всех, и малых, и старых, и юных, и взрослых. Помни, возлюбленный, что без благословения небесного не бывает ни прозябания, ни плодородия земли. Господь Сам с неба посылает дождь и дает времена плодоносные, исполняя пищей и весельем сердца наши (Деян. 14, 17).

б) Вот пример из жизни святых, показывающий, что обилие плодов земных есть дело благословения Божия.

Преп. Варлааму Хутынскому случилось быть у архиепископа, а святитель (это был блаженный Григорий, брат великого Иоанна), отпуская его после беседы, сказал, чтобы побывал у него старец спустя неделю. «Если Господу угодно, – отвечал преподобный, – в пятницу первой недели поста св. апостолов приеду к твоей святыне на санях». Архиепископ удивился, но не потребовал объяснения. В ночь пред показанной пятницей выпал глубокий снег и был сильный мороз. Преподобный прибыл к владыке на санях. Архипастырь скорбел о том, что мороз может повредить хлеб. «Не скорби, святой владыка, – сказал преподобный, – надобно благодарить Господа за милость, – мороз истребил червей, которые погубили бы хлеб в корне, а снег только напоит жаждущую землю». Действительно, на другой день жар дневной растопил снег, и вода напоила сухую землю, а при корнях ржи найдены были погибшие от мороза черви; вследствие того и другого был такой урожай хлебов, какого давно не видали. В благодарную память об этом событии в пятницу на первой неделе Петрова поста совершается крестный ход из Новгорода в Хутынь монастырь. (См. кн. «Русские святые, чтимые всею Церковью или местно», Филарета, архиепископа Черниговского, ч. III, стр. 327–328).

в) Св. Димитрий Ростовский так развивает мысль о том, что без Божия благословения никакие усилия земледельца не сопровождаются успехом.

«Когда праотец Исаак проживал в филистимском городе Герарах, – говорит святитель Димитрий Ростовский, – он посеял пшеницу на полях, взятых им внаймы у филистимлян, и жатва ему дала сторичный плод. Удивления достойно, что в голодное время, в бесплодное лето, на чужой стороне Исаак сделал посев на чужих наемных полях, и несмотря на все это, собрал сторичный плод, тогда как у всех других земледельцев герарских нивы произрастили очень скудную жатву. Откуда получили такую силу плодородия нанятые Исааком герарские нивы? Послушаем, что говорит об Исааке свящ. Писание: приобрете в то лето сторичный плод ячменя, благослови же его Бог (Быт. 26, 12). Вот где сила плодородия земли – в Божием благословении на Исааке, в том, что Бог благословил его! Видите, сколь благоплодна нива благословения Божия. Поучайтесь от этого примера, христианские земледельцы, в поте лица вкушающие хлеб свой! Старайтесь прежде всего быть достойными Божия благословения, если хотите, чтобы ваши нивы приносили обильную жатву. Земля приносит плод, когда и сама по себе хороша, и хорошо будет возделана хорошими семенами засеяна, да при этом еще достаточно орошена и согрета теплыми лучами солнца, обвеяна благорастворением воздуха; но если на ней не будет благословения Божия, все это имеет мало значения».

III. Братия! Если вы желаете иметь благословение Божие на трудах ваших, переносимых вами в поте лица вашего, то будьте праведны и богоугодны, как был праведен и богоугоден Исаак, и Бог благословит ваши нивы и дела ваших рук. (Извлечено в сокращении из книги «Уроки и примеры христианской веры», прот. Г. Дьяченко, изд. 2-е, стр. 208, и из книги «Уроки и примеры христианской надежды», изд. 1-е, стр. 33–34).

Одиннадцатый день

Поучение 1-е. Священномученик Власий
(О кротком обращении с животными)

I. Св. священномученик Власий, ныне прославляемый, по происхождению был грек; он жил в IV веке; за свою святую жизнь он был избран епископом г. Севастии. Еще при жизни он отличался кротостью и сострадательностью по отношению к животным и зверям, как домашним, так и диким. По причине гонения епископ скрывался в пустыне; там молился и безмолвствовал; дикие звери приходили к нему и он, возложив на них руки, благословлял их, а больных из них исцелял. За это и звери по-своему оказывали святому уважение: когда Власий молился, тогда звери стояли около пещеры его и не нарушали тишины молитвы. Скоро убежище его было открыто, и он взят был к допросу, после которого и был приговорен к смерти, как отказавшийся поклоняться языческим богам.

Пред усечением главы св. Власий молился Богу о всем мире и особенно о тех, которые будут совершать память о нем.

Светлое облако осенило мучника, и послышался голос Господа Иисуса Христа: «Исполню все прошения твои, возлюбленный подвижник Мой».

И в нашей православной России празднуется память священномученика Власия. Его издавна считают покровителем рогатого скота и служат ему молебны при выгонах на пастбище и во время болезни животных.

II. Пример св. священномученика Власия, кротко обращавшегося с животными, научает и нас, братия, с кротостью и с состраданием обращаться с нашими домашними животными.

а) В слове Божием читаем: не заграждай рта волу, когда он молотит (Втор. 25, 4). Есть у тебя скот? Наблюдай за ним, и если он полезен тебе, то пусть останется у тебя (Сир. 7, 24).

б) И Св. Церковь тоже молится об умножении скотов и сохранении их здоровья: «Благослови стадо скотов и умножи их, и избави от губительного недуга», – читает священник в молитве при выгоне на пастбище.

в) Не ту же ли необходимость заботиться о домашней рабочей скотине внушает нам и здравый наш разум? Не подсказывает ли он нам, что всякий скот, и животное, и птица – творение Божие, а потому ни ты, ни я, ни другой не имеем права обижать, мучить и морить их. Притом скоты и животные могут жить и без нас (например дикие); Бог их питает и хранит. Но земледелец не может жить без помощи скота. Лошади и волы обрабатывают землю и перевозят тяжести, овцы дают теплую одежду, коровы пищу и обувь. Как же поднимутся у тебя, жестокий хозяин, руки на Божие создание, тебе же нужное и полезное? Не значит ли то, что, когда ты мучишь, моришь голодом и бьешь животных, ты, оскорбляя Творца и Господа всякой твари, разрушаешь свое собственное благосостояние?

г) Если прислушаться к голосу нашего сердца, и оно подскажет нам жалость, сострадание и участие к безответным, неразумным и вместе с тем почти даровым нашим работникам — лошадям. Вспомним их труды, и тяжести, и терпение. Ведь они – крылья и сотрудники земледельца. – И за все это они не требуют от него ни платы, ни одежды, ни обуви, а лишь соломы и сена, и немного овса.

д) Приведем и пример из жизни святых. Вот, преподобный отец Герасим Иорданский любил скотов и зверей, кормил их, ласкал и лечил. Однажды в Великий пост, ходя по пустыне иорданской, он встретил льва с больной, от занозы отекшей, ногой. Св. старец вынул из ноги занозу, очистил и обвязал рану полотном, и опустил зверя. Но лев, как бы в благодарность, не отходил от благодетеля и шел за преподобным. С того времени он кормил зверя и приказал ему караулисть осла, возившего воду на нужды монастыря. Когда осел был украден, то лев охотно исполнял обязанности осла, возя воду в монастырь.

По смерти своего благодетеля, преп. Герасима, благодарный лев долго тосковал, рычал о нем и на могиле его издох. (Четьи Минеи, 4 марта).

III. Итак, все научает нас оставить жестокость и суровость в обращении с нашими домашними животными и обращаться с ними с кротостью и жалостью (Прот. Г. Дьяченко).

Поучение 2-е. Преп. Димитрий Прилуцкий
(В чем состоит христианское смирение?)

I. Преп. Димитрий Прилуцкий, память коего совершается ныне, родился в начале XIV столетия в Переяславле-Залесском от богатых и благочестивых родителей из купеческого сословия. Рано он был обучен грамоте и еще отроком полюбил чтение Св. Писания и душеспасительных книг. Это благочестивое занятие расположило его к иноческой жизни. Он оставил родительский дом и богатство и вступил в число братий Переяславского Богородского Горицкого монастыря. Здесь он ревностно предался подвигам – строго постился, усердно молился и отличался таким смирением и чистотой, что скрывал от других не только свои подвиги, но даже и наружную красоту лица своего, которой отличался. За строгость жизни он возведен был в сан священника. Скоро затем он оставил Горицкий монастырь и, с благословения епископа, основал новый монастырь близ Переяславля, с храмом во имя св. Николая, МирЛикийского чудотворца. Новая обитель скоро наполнилась иноками, которых привлекала сюда слава добродетелей ее основателя, преп. Димитрия.

Слава о преп. Димитрии прошла далеко. Он стал известен великому князю московскому Димитрию Ивановичу Донскому, знаменитому победителю татар. Великий князь очень любил и почитал преподобного, вызывал его в Москву и упросил быть восприемником от св. купели одного из своих сыновей. – Но слава человеческая смущала смиренную душу подвижника, и он, бегая ее, удалился далее на север вместе с любимым учеником своим, Пахомием. В 3-х верстах от Вологды он основал новый монастырь, названный Прилуцким, ибо стоял при луке, образуемой изгибом реки Вологды. Обитель скоро наполнилась иноками, искавшими руководства великого подвижника. И все-таки смирение его было необычайно. Преподобный не думал однако, что довольно только трудиться для себя и заботиться о своем спасении. Нужно, учил он, заботиться и о ближних. И он был милосерд и благотворителен для ближних. Он принимал странников, помогал бедным, врачевал больных, утешал печальных, ходатайствовал в суде за невинных, облегчал, чем мог, участь притесняемых. За святость жизни Бог дал ему дар прозрения. Однажды, занимаясь с братией монастырскими работами, он вдруг со вздохом сказал: «Мы вот занимаемся земными делами, а великий князь Димитрий уже более не заботится о суете мирской», и с этого дня стал поминать великого князя, как усопшего. Все дивились; но скоро пришло известие, что великий князь Димитрий Иванович Донской скончался именно в тот день и час, когда о нем говорил преподобный. Преп. Димитрий почил в глубокой старости. На вопрос братии, где его похоронить, он с смиренным самоуничижением ответил: «бросьте грешное тело мое в болото». Св. мощи его скоро прославились чудесами.

II. Преп. Димитрий, всю жизнь избегавший славы человеческой, дает нам прекрасный урок смирения. – На смирение иные смотрят даже не как на добродетель, а как на признак слабости душевной, и презрительно думают, что оно имеет значение только в обителях монашеских. А, напротив, чувство собственного достоинства в человеке, по мнению некоторых, есть двигатель просвещения в роде человеческом, условие его благоденствия. Чтобы любить ближних, быть честным, бескорыстным, надобно, говорят, прежде уважать в себе человеческое достоинство.

Не восстает в сущности против этого чувства и учение христианское. Оно позволяет каждому уважать себя, когда само напоминает, что человек немногим умален в сравнении с ангелами (Пс.8, 6). Но так как, по самолюбию, человек сам собою, без должных оснований, стремится уважать себя: то чаще слышим мы предостережения от излишнего к себе уважения. «Кто думает стоять, тот должен блюстись, как бы не упасть», – говорит апостол (1 Кор. 10, 12). И Сам Спаситель, призывая всех к Себе, всем внушает смирение (Мф. 11, 29). Таким образом, по понятию христианскому, чувство собственного достоинства должно быть умеряемо в человеке сознанием своего недостоинства, смирением.

а) Рано, быстро развитое чувство своего достоинства бывает, большей частью, признаком самообольщения или неверного взгляда на себя. Приобретенный успех в чем-либо побуждает человека надеяться, что он многого и еще достигнуть может; побежденная трудность надмевает его мыслью, что и все затруднения для него преодолимы. Что приобретает человек своими дарованиями и трудом, то имеет в глазах его чрезмерно великую цену и заслугу и заслоняет собою многие обстоятельства и трудности, пред которыми могут пасть его силы. Ищут два ученика первенства в царстве славы, но забывают слабость своих сил. Спаситель, желая вразумить их, предлагает им вопрос: могут ли они пить чашу Его страданий (Мк. 10, 38)? В чувстве самоуверенности они отвечали, что могут. Но когда предложена была эта чаша, когда пришло время Христовых страданий, не только эти, но и вси ученики бежаша (Мф. 26, 56). Если же так обманулись в себе самих лучшие из людей, апостолы, пока еще не укрепил их Дух Святый: что мы должны думать о себе? Как мы можем полагаться на свои дарования?

б) Нет, смирение не есть признак слабости: ибо оно всегда соединено с чувством собственного достоинства, так что от самого человека зависит различать случаи и обстоятельства, когда ему держаться только в пределах терпеливого смирения, и когда в броне своей невинности выходить на защиту своего достоинства. Сам Иисус Христос, смиривший Себя до смерти крестной и претерпевший биения и заушения, не умолчал пред судьями Своими, когда дерзкий слуга ударил Его в ланиту за мнимое будто бы неуважение к сану первосвященника (Ин. 18, 23). По чувству своего достоинства, и ап. Павел неоднократно пользовался правом римского гражданина: однажды, чтобы поддержать честь проповедника Христова, а в другой раз – чтобы освободиться от опасности для жизни, о конце которой еще он не был тогда свыше предызвещен и продолжение которой он посвятил своему апостольскому делу (Деян. 16, 22 и 23). То же видим и в жизни христианских подвижников, которые, водясь духом смирения, знали однако ж, в чем состоит истинное человеческое достоинство. К одному из них пришли его знакомые и, желая испытать его терпение, стали называть его гордецом, пустословом, ленивым. Старец смиренно на все соглашался. Но, когда назвали его еретиком, он никак не принял этого упрека на себя. На вопрос, почему на первые клеветы соглашался, а последней не принял, он отвечал: «Первые те пороки я признаю за собою, ибо это признание полезно душе моей; а быть еретиком – значит, быть отлученным от Бога: но быть отлученным от Бога я не хочу». (Достопамятные сказания, авва Агафон, гл. 5).

в) Какая же польза признаваться в том, в чем определительно совесть не упрекает? – Всегда есть польза признаваться в греховности. Не забудем, что безгрешного человека нет на земле; а только безгрешный может совершенно быть чистым от упреков совести. Найдется ли такой человек, кто бы в жизни не имел мысли горделивой, не почувствовал лености, не сказал пустого слова? Поэтому всякое напоминание о наших недостатках доставляет нам повод поскорбеть о прежних и сильное побуждение избегать новых. Талантливый художник не обольщается своим искусством, не увлекается своим достоинством; но как скоро сам, или по указанию других, приметит недостатки своей работы, истребляет, или исправляет картину, уничтожает или переделывает статую. Так и тот, кто живописует в своей жизни образ христианских добродетелей, всегда недоверчив к своим силам и подвигам, и при малейшей опасности самоуслаждения ищет на своей картине темных пятен прежней жизни, сокрушает изваяние мечты, готовое сделаться сердечным кумиром. Никто еще не потерпел вредя от того, что сам себя судил строго, но много вредят и себе и другим те, которые думают о себе слишком высоко и, быть может, не знают иной на свете веры, кроме обожания собственного достоинства.

III. Последуем же духу истинной веры, которая нам внушает, что смирение есть лучшее украшение всякого истинного достоинства. Аминь. (Составлено по Четьи Минеям и «Словам и речам» Сергия, митр. Московского, т. I, изд. 1893 г.).

Двенадцатый день

Поучение 1-е. Св. Алексий, митрополит Московский
(Уроки из его жизни: а) не все могут быть учителями в вопросах веры; б) не должно уклоняться от общественных молитв; в) обличение старообрядцев; г) сила веры)

I. Свт. Алексий, митрополит Московский, ныне прославляемый, к высокому званию пастырского служения своего еще от юных лет был призван чудесным образом и, как избранный сосуд благодати, приготовляем был продолжительной строго подвижнической жизнью к своему великому предназначению. Он родился в Москве в 1293 г. от благородных родителей, Феодора и Марии, и при крещении наречен был Елевферием. Однажды отрок Елевферий расставил в поле сети для ловления птиц; наблюдая за ними, он задремал и услышал голос: Алексий! Что напрасно трудишься? Будешь человеки ловящ! По действию предваряющей благодати, коснувшейся юного сердца, Елевферий тотчас почувствовал силу этого призвания: наконец, на 20-м году своей жизни поступил в московский Богоявленский монастырь и получил еще в детстве преднареченное ему имя: Алексий. После строгого подвижнического уединения, продолжавшегося 20 лет, св. Алексий был призван митрополитом к управлению церковными делами в звании наместника митрополита, а чрез 12 лет избран епископом Владимирским.

В 1353 г. от губительной язвы умер митрополит Московский Феогност и вскоре затем скончался и великий князь Симеон Иоаннович; тот и другой предсмертным завещанием назначили на московскую кафедру св. Алексия, который и был посвящен в этот сан константинопольским патриархом Филофеем.

Вступив на митрополию, св. Алексий был истинным ангелом-хранителем и утешителем России: он был миротворцем князей, ссорившихся за свои уделы, для всех пастырем и наставником, питателем вдов, отцом сирот, утешителем плачущих, исправителем священных книг, словом, – светильником веры и благочестия. Святость его жития, засвидетельствованная от Бога пред соотечественниками в совершаемых им чудесах, не скрылась и от иноплеменников, не веровавших во Христа.

Когда у татарского хана заболела и ослепла жена Тайдула, хан писал великому князю: «Слышали мы, что есть у вас служитель Божий, который о чем ни помолится, будет услышан Богом. Отпустите его к нам». Св. Алексий, при крепкой своей вере в Бога и надежде на Его всесильную помощь, не усомнился отправиться по этому приглашению и, при гробе св. Петра получив подкрепление своей веры в чудесно зажегшейся свече, он с частью этой свечи прибыл в столицу хана и молитвой своей исцелил болящую, возвратив ей зрение.

До 86 лет св. Алексий был светильником Церкви православной и скончался 12 февраля 1378 г., прославленный от Бога нетлением мощей его, которые почивают в московском Чудовом монастыре, основанном самим святителем.

В заключение краткого очерка жизни святителя Алексия выслушаем его наставление о церковном общении, вышедшее некогда из богоглаголивых уст этого святителя. «Приходите к иерею, отцу духовному, – говорит свт. Алексий, – с покаянием и слезами. Отвергните от себя всякие дела злые и не возвращайтесь к ним. Истинное покаяние в том и состоит, чтобы возненавидеть свои прежние грехи; к церковной службе будьте поспешны, не говорите: отпоем себе дома. Такая молитва не может иметь никакого успеха без церковной молитвы. Как храмина без огня от одного дыма не может согреться, так и та молитва без церковной… Имейте знамение Христово в душах ваших. Григорий Богослов пишет: не легко украсть овцу, на которой положен знак. Знак же для овец стада Божия есть приобщение Тела и Крови Христовой. Вы, дети, как овцы словесного стада, не пропускайте ни одного поста, не возобновив на себе сего знамения, но будьте причастниками Тела и Крови Христовой» (Пастырское послание).

II. Приложим к себе душеспасительные уроки, которыми так богата жизнь святителя Алексия.

а) Научимся из его жизни, во-первых, той истине, что никому нельзя быть учителем Церкви, если на это нет изволения Божия и церковного благословения.

Святитель Алексий в детстве таинственным голосом был призван в ловцы человеков, каким и был на самом деле. Между тем, многие без всякого призвания Божия, как например расколоучители, делаются самозванными учителями, погубляя себя и тех, кто их слушает и признает.

Многие самопоставленные учители умножают толки лжеучений, а нерассудительные последователи умножают лжеучителей. Встречаясь с теми и другими, припоминайте, братия для себя и для них предостережение апостольское, столь бедственно ими пренебреженное: не мнози учители бывайте, ведяще, яко большее осуждение приимем.

Помните, что положи Бог в Церкви первее апостолов, второе пророков, третие учителей. И никтоже сам себе приемлет честь, но званный от Бога, якоже и Аарон (Евр. 5, 4), по богопреданному чину. Только званные Богом учители верно приводят к Богу.

б) Мы слышали далее, братия, как святитель Алексий советовал христианам не уклоняться от общих церковных молитв, из которых не только изливается обильно благодать Божия на собравшихся во имя Иисуса Христа всех Его истинных последователей, но и подается сверх этого великая помощь от взаимных друг за друга молитв.

Св. апостол Павел пишет: «Молитеся за нас» (Евр. 13, 18). «Подумайте, кто это просит себе молитвы других – Павел, который некогда с своим сотрудником Силою в темнице Филиппийской совершал молитвенное Богу славословие с такой духовной силой, что внезапу трус бысть велий, яко поколебатися основанию темничному: отверзошася же абие двери вся, и всем юзы ослабеша (Деян. 16, 25, 26), – Павел, который объятием сострадательной любви и молитвы воскресил Евтиха, – Павел, которого молитве даровал Бог вдруг двести семьдесят шесть душ сопутников его в плавании, готовых погибнуть от кораблекрушения, – Павел, которого Сам Господь нарек избранным сосудом благодати Своея, и который сам о себе говорил: вся могу о укрепляющем мя Иисусе Христе (Флп. 4, 13). И несмотря на все это, сей великий апостол просит себе помощи молитвенной, и от кого просит? – Не от каких-либо избранных, крепких молитвенников, но от всех христиан без разбора, не исключая и последнего мирянина.

Пример апостола должен вразумить нас, христиане, как настоятельна потребность взаимной друг о друге молитвы, и наипаче общественной, когда и этот столь крепкий подвижник признает для себя нужду в этой духовной помощи; как дерзко было бы опираться на силу одной собственной молитвы, хотя бы кто в ней уже имел некоторые опыты и достиг некоторых успехов, когда на собственную молитву не дерзает положиться муж облагодатствованный столь необыкновенно и чудесно». (См. Слово в день святителя Алексия, свт. Филарета Московского).

в) Затем, пример святителя Алексия собственноручно исправлявшего многочисленные ошибки, вкравшиеся от неграмотности переписчиков в св. Евангелие, служит сильным укором мнимым старообрядцам, отделяющимся от единства с православной Церковью из-за исправления богослужебных книг.

В дивном прославлении святителя Алексия и других прежде и после него бывших иерархов Церкви российской какое торжественное обличение глаголемым старообрядцам, чуждающимся иерархии православной, по поводу исправления богослужебных книг! Св. Алексий сам занимался сличением славянского перевода Нового Завета с греческим, делал в нем исправления, и памятником его труда сохранилось его подлинное рукописание на принадлежавшем ему Новом Завете… Если бы дело исправления богослужебных книг было такой тяжкой виной, что оно, по суемудрому понятию расколоучителей, могло служить причиной прекращения благодати священства в Церкви, то как св. Алексий мог быть еще при жизни облагодатствован Богом и по смерти прославлен нетлением и многими чудотворениями от гроба его?

г) Наконец, пример свят. Алексия да научит нас, братия, той истине, что кто имеет веру хотя такую, как зерно горчичное, кто с верою просил того, что служит ко спасению, тот никогда не будет посрамлен в своей молитве, как не будет посрамлен в своей молитве, проникнутой живой и глубокой верой, святитель Алексий, отправляющийся в орду для исцеления от слепоты жены хана.

Господь сказал: аще имате веру, яко зерно горушно, речете горе сей: прейди отсюду тамо, и прейдет (Мф. 17, 20). Знамения веровавшим сия последуют: именем Моим бесы ижденут; языки возглаголют новы; змия возмут, аще и что смертно испиют, не вредит их: на недужные руки возложат, и здравы будут (Мк. 16, 17–18). Читаем историю жизни святых и видим, что все это оправдано самим делом. Речете горе сей: прейди отсюду тамо, и прейдет: и действительно, горы двигались по молитвенному слову преп. Марка и св. Григория, епископа Неокессарийского (Четьи Минеи, 5 апреля и 17 ноября). Именем Моим бесы ижденут, – и бесы не только изгоняемы были святыми, но даже служили им (Четьи Минеи, 10 августа). Языки возглаголют новы: преп. Пахомий не знал греческого языка, но помолился и стал понимать инока-грека, пришедшего посетить его, и отвечать ему на греческом языке (там же 15 мая); а преп. Ор читал, не учившись читать (Четьи Минеи, 7 августа). Змия возмут: св. мученица Ирина брошена была в ров, наполненный змеями; но не только ничего не потерпела от них – напротив, они издохли от одного ее присутствия во рве (Четьи Минеи, 5 мая). Аще что и смертно испиют, не вредит их: св. мученик Михаил, по приказанию мучителя, выпил яд и остался цел, тогда как тот же яд, выпитый одним преступником, осужденным на смертную казнь, тотчас лишил его жизни (Четьи Минеи, 9 июня). На недужныя руки возложат, и здрави будут: преп. Пафнутий Боровский устроял церковь, один иконописец по имени Дионисий, работавший для этой церкви, сильно занемог ногами и должен был оставить работу, но св. Пафнутий только сказал ему: «Примись-ка, Дионисий, за дело: Бог тебя благословит, Матерь Божия даст тебе здоровье», – и больной Дионисий тотчас же принялся за работу, и его болезни как не бывало (Четьи Минеи, 5 мая).

III. Да возбудят же эти примеры у нас, молитвами святителя Алексия, живую веру в помощь Божию (Прот. Г. Дьяченко).

Поучение 2-е. Свт. Мелетий, архиепископ Антиохийский
(Стойте в вере!)

I. В IV-м веке распри и различные ереси сильно колебали спокойствие Церкви. В особенности в это время была распространена ересь Ария, который отвергал единосущие Сына Божия с Богом Отцем. Отвергнутая и осужденная Никейским вселенским собором, эта ересь нашла однако же себе много последователей. Император греческий Констанций, один из сыновей Константина Великого, был склонен к арианству и преследовал епископов, несогласных с ним. Везде вражда, мщение и часто кровавые распри заменили любовь и мир, завещанные Иисусом Христом.

Среди этих трудных обстоятельств воспоминаемый ныне св. Мелетий, родом из Армении, бывший епископом Севастийским, был единодушно избран архиепископом в Антиохию. На это избрание согласились и ариане, которых в Антиохии было более, нежели православных. Они надеялись в новом архиепископе найти единомышленника себе, но вскоре убедились, что ошиблись в ожиданиях своих. Дней через тридцать после избрания своего Мелетий проповедовал в храме. Все присутствовавшие, православные и ариане, с нетерпением ожидали от него изложения веры его. Мелетий ясно исповедал православную веру, утвержденную Никейским, первым вселенским собором, – что Сын Божий единосущ и равен Богу Отцу, что Он не сотворен, но предвечно рожден от Отца, и чрез Него все сотворено. Между слушателями Мелетия произошло сильное волнение. Раздались злобные крики ариан и радостные восклицания православных. Ариане увидали, что надежда их на Мелетия не оправдалась. И очень скоро, по проискам их, св. Мелетий был сослан в заточение. Несколько раз потом св. Мелетий возвращался в Антиохию и снова был удаляем, смотря по тому, кто был императором – защитник ли православия или покровитель ариан. В 387 году, при императоре Валенте, Мелетий возвратился в Антиохию из своей последней ссылки. В 381 году св. Мелетий председательствовал на константинопольском, втором вселенском соборе. Св. Мелетий скончался еще до окончания заседаний собора. Св. Григорий Нисский пред лицем собора почтил его память похвальным словом, а св. Иоанн Златоуст сделал то же после, когда принял сан священства.

II. а) Братия, так поучает нас своей жизнью св. Мелетий, стойте в вере — твердо держитесь того учения, которое открыто нам в слове Божием, которое принесено с неба Спасителем нашим Иисусом Христом и распространено Его апостолами. Все, что открыто в слове Божием, да будет для нас святой истиной, не допускающей никакого сомнения, колебания или недоумения. Пусть неверы проповедуют, что все образовалось самослучайно, что человек создан для одних чувственных наслаждений, что не будет ни вечности, ни суда Божия. Предоставим сынам погибельным мыслить себе на погибель, мы же все вопросы о вере будем решать на основании и в духе слова Божия. Откуда мы? Кто мы? Для чего живем? Что будет с нами? Кто Бог наш? Как нам вести себя в отношении к Нему? – все это ясно, просто, самым удовлетворяющим и успокаивающим образом решено в слове Божием, решено однажды навсегда, решено так, как нигде и никогда не может быть решено. Вот этого-то здравого учения и будем держаться и его противопоставлять всем новым и древним измышлениям ума человеческого. Утверждающим, что всюду и всем управляет случай, судьба, скажем, по учению Спасителя: ни одна птица не падет без воли Отца небесного; как же может без этой воли совершиться что-нибудь в жизни человека? – Противникам власти, проповедникам безначалия и произвола скажем: несть власть, аще не от Бога, сущия же власти от Бога учинены суть. Проповедующим безнаказанность грехов, отвергающим вечные мучения напомним слова Спасителя о нераскаянных грешниках: и идут сии в муку вечную.

б) Веруя по-православному, старайтесь руководиться этой верой в отношении к жизни. Мы должны испытывать себя: имеем ли мы дела достойные веры, не отвергаемся ли поступками своими той веры, которую исповедуем устами. Называемся мы христианами от Христа: должны испытывать себя, имеем ли в себе дух Христов: распяли ли мы плоть свою со страстьми и похотьми, но носим ли за Христом крест свой – крест трудов и подвигов духовных, крест скорбей и искушений? Веруем мы во Евангелие: должны испытывать, достойно ли живем Евангелия и стараемся ли стяжать блаженство нищих духом, плачущих, кротких, алчущих и жаждущих правды, милостивых, чистых сердцем, миротворцев, гонимых правды ради и поношаемых ради имени Христова. Исповедуем и призываем мы Бога истинного, всесвятого, всеблагого, всеправедного и именуем Его Отцем нашим: должны испытывать, угождаем ли Богу чистой совестью, святостью и непорочностью души и тела, уподобляемся ли Ему, яко чада возлюбленные отцу своему, благостью, милосердием, любовью ко всем, правдой и воздаянием каждому должного. Слушаем слово Божие: должны испытывать себя: внимаем ли слышанному и исправляем ли себя по его внушениям. Исповедуемся во грехах во дни постов: должны смотреть, перестаем ли от грехов, очищаемых исповедью. Причащаемся Святых Тайн Тела и Крови Христовых: должны испытывать, обновляемся ли душами нашими после св. причащения и преуспеваем ли в благочестивой жизни. Веруем в Св. Церковь единую, святую, соборную и апостольскую: должны испытывать, повинуемся ли ее учению и ее уставам, усвояем ли себе животворный и спасительный дух Церкви и делаемся ли истинными чадами ее – матери нашей, по жизни духовной и богоугодной. Чаем воскресения мертвых и жизни будущего века – должны испытывать себя: не пристрастны ли мы слишком душою своей к земле и благам ее и к настоящей временной жизни так, как бы никогда с нею не разлучаться, не предпочитаем ли чего бы то ни было земного и тленного небесному и вечному, и готовим ли душу свою к переходу в оную жизнь будущего века и к достойному наследию уготованного там всем истинным христианам Царствия Небесного.

III. Господь да сподобит нас иметь веру истинную, живую, деятельную и войти ею в вечные обители Небесного Царствия (Прот. Г. Дьяченко).

Тринадцатый день

Преп. Мартиниан
(О средствах борьбы с соблазном)

I. Преп. Мартиниан, память коего совершается ныне, был пустынник, подвизался сперва в окрестностях Кесарии палестинской, а потом на каменистом острове. Скончался в Афинах в начале V века; мощи его перенесены в Антиохию. Одна блудница, соблазнявшая праведника, обращена была им к добродетельной жизни и под именем Зои 12 лет провела в суровых подвигах в Вифлеемском монастыре.

Дело происходило так. Сняв роскошную одежду и надев вместо нее разорванное рубище, эта женщина в одну бурную, ненастную ночь проникла в уединение отшельника и, подойдя к его пустынной келье, с притворным плачем и испуганным голосом просила его укрыть ее от непогоды и не предать на жертву зверей…

Сжалившись над застигнутой бурей странницей, Мартиниан принял ее, развел огонь для того, чтобы она могла отогреться, принес фиников и, оставив одну, заперся в особой половине кельи, где всю ночь, по обыкновению, молился и пел псалмы.

На другой день, когда взошло солнце, женщина скинула с себя рубище, нарядилась в красивую одежду, спрятанную в нищенском мешке, надела на себя драгоценные украшения и, увидав отшельника, приветствовала его…

– Кто ты и откуда пришла? – спросил отшельник, не узнав странницу.

Тогда рассказала она ему, что решилась она прибегнуть к хитрости, чтобы увидеть его, и начала говорить о мире и его радостях и убеждала его нарушить воздержание.

Смутился праведник речами и красотою женщины… Неудержимой волной нахлынуло на него внезапное, неожиданное искушение… Но это было лишь на короткое мгновение.

В душе его подымалась та сила, которая созрела в нем путем долгого подвижничества, та сила, которая дает устоять душе на правом пути…

Под ногами его лежал сухой хворост; он поднял его, возвратился в келью и, бросив на землю хворост, зажег его… Когда он разгорелся, Мартиниан снял с ног своих обувь и стал посреди огня. Ноги его жестоко обжигал огонь, а он говорил себе: «Что, Мартиниан? Каков этот огонь временный и какова боль от него? Можешь ли вытерпеть терзания вечные? В таком случае поступи, как говорит эта женщина»…

Наконец, у него не стало сил терпеть боль от огня, он упал на землю и воскликнул: «Господи, Боже мой, милостив буди мне грешному!»

Как от страшного сна встрепенулась вдруг женщина… Вопль чистой души коснулся ее душевного слуха, свет Божественный озарил ее душу… Она содрогнулась, сознав всю бездну своего падения… Прошедшая жизнь ее как бы сожглась внезапно в пламенном раскаянии…

– Научи меня, как спастись! – воскликнула она, сбрасывая с себя в огонь свою роскошную одежду и драгоценные украшения.

– Иди в Вифлеем, – сказал ей Мартиниан, – ты найдешь там подвижницу Павлу, создавшую церковь, открой ей свою душу, и она научит тебя, как спастись…

– Молись за меня, грешную! – простилась с человеком Божиим обращенная им к Богу женщина, называвшаяся Зоя, и, обливаясь чистыми слезами, устремилась в неведомый путь. Не останавливалась она больше в городе, внезапно отрешилась от прошедшей своей жизни и безвозвратно пошла по новому пути, пока не достигла спасительного приюта в обители великой Павлы Палестинской. Здесь двенадцатью годами сокрушенной и подвижнической жизни стяжала мирный исход в царство вечной славы…

А Мартиниан?.. Когда через несколько месяцев излечились раны его от ожога, он пожелал оградить себя в мире полнейшим уединением и, покинув свою келью на горе, отошел к морю и здесь шесть лет провел к глубоком уединении на одном острове.

II. Преп. Мартиниан есть превосходный учитель борьбы с силою соблазна. Вот советы, которые можно предложить тем, кои поставлены бывают в необходимость бороться с соблазнами.

а) Удаляйся от соблазняющей обстановки, как сделал это праведник Мартиниан, сначала живший в пустыне и отсюда перешедший на уединенный остров. «Внешние соблазны так сильны, – говорит преп. Нил, – что живущие в мире иногда как бы против своей воли увлекаются ими, и посему-то нужно оставить мир и искать покоя и тишины в пустыне, где ничто души не уязвляет, не поражает воображения, не раздражает страстей. Там око не видит соблазна, а чего не видит глаз, то не приходит на мысль, а чего нет в мысли, то не трогает воображения и не возбуждает страсти. Не развлекаемый ничем, пустынножитель имеет время и удобство для нравственного самонаблюдения и усовершенствования; он истребляет грех на самом корне, уничтожая помыслы и вожделения прежде, нежели они обнаружатся в действиях». (Четьи Минеи, 12 ноября, см. житие преп. Нила Постника).

б) Избегай людей порочных, как избегал их ныне прославляемый угодник Божий Мартиниан. «Как тела погибают от заразы испорченного воздуха, – говорит св. Златоуст, – так точно и душа часто терпит вред от общения с людьми порочными. Поэтому-то Христос заповедал не только избегать таких людей, но и отвергать их: аще же, – говорит Он, – око твое десное соблазняет тя, изми е, и верзи от себя (Мф. 5, 29), разумей в этой Заповеди не глаз, ибо что худого может сделать глаз, когда душа находится в здравом состоянии, но друзей, близких к нам и сделавшихся как бы нашими членами, повелевая не дорожить и их дружбой, чтобы безопаснее соделывать собственное спасение. Посему и пророк говорит: не седох с сонмом суетным, и с законопреступными не вниду (Пс. 25, 4). И пророк Иеремия ублажает того, кто сядет наедине и возьмет ярем в юности своей (Пл. Иер. 4, 27–28). Также и в притчах много говорится об этом и убедительно внушается всем, что нужно не только уклоняться, но и бежать от людей, советующих злое, и не обращаться с ними, ибо если предметы вещественные часто повреждаются у нас от прикосновения к чему-нибудь худому, то не тем ли более существа свободные?»

в) Обуздывай похоть очес, чрез которую приходит соблазн в душу.

Послушаем, что, в научение нас, говорит св. Ефрем Сирин: «Великое дело воздержание очей. Если не воздержишься от скитания очей, то не приложишь прямых стязей целомудрия. Не позволяй глазам своим кружиться туда и сюда и не всматривайся в чужую красоту, чтобы с помощью глаз твоих не низложил тебя противник твой. Если по увлечению даешь волю глазам смотреть на суету, то скорее останови их, чтобы не впасть в срамоту плотоугодия». («В подражание притчам», ч. I).

г) «Презри мир этот с прелестью его, и возлюби единого Бога и вечный живот: и будешь жить в мире, как Лот в Содоме, невредим». (Св. Тихон Задонский).

«Когда птицы парят в воздухе, их не поймаешь сетью: так и тебя не уловят сети страстей и соблазнов, когда ты взираешь на горнее, как сделал преп. Мартиниан. Кто взошел на вершину горы, тому город и стены его представляются в малом виде, а люди, ходящие по земле, кажутся муравьями: так и тебе все земное покажется ничего незначащей малостью, если ты вознесешься на высоту любомудрия» (Златоуст).

д) Наконец, вспоминай о вечных муках и огне геенском, и ты, подобно преп. Мартиниану, победишь всякое искушение. Только потому мы побеждаемся страстями нашими, что забываем о казнях, последующих за ними. Святитель Тихон Задонский так говорит о благотворности памяти о вечных геенских мучениях: «Видишь человека огневицею или горячкой мучима, или вшедши в баню чувствуешь жар великий, или видишь пещь огнем раскаленную. От сего огня прийди умом до огня геенского, в котором некающиеся грешники без конца будут страдать. Сие рассуждение научает тебя покаянием и слезами умилостивить благость Божию, чтоб от той беды избавиться».

III. Да послужат нам эти наставления богомудрых св. отцев руководством избегать соблазнов! (Прот. Г. Дьяченко).

Четырнадцатый день

Поучение 1-е. Преп. Авксентий
(Должно удаляться от лжеучителей)

I. Чествуемый ныне Св. Церковью Авксентий был сначала знаменитым вельможей греческого царя Феодосия Младшего и отличался честной и усердной службой. Блеск придворной жизни возбудил в нем отвращение от мирской славы и богатства, и он постригся в одном из монастырей столицы Константинополя. Но скоро удалился из шумной столицы в Вифинию, на гору Оксию, и, живя затворником, удостоился дара чудотворения и прозорливости. Однажды пришли к нему два человека, православный и еретик. Первого он принял с любовью, с последним не стал и говорить. Еретик обиделся и начал порицать праведника, но был наказан жестокой болезнью. Когда же раскаялся и пришел к преподобному просить прощения, то был прощен и исцелен. Св. Авксентий присутствовал на 4 вселенском соборе. Скончался в глубокой старости около 470 года.

II. Св. Авксентий, память коего мы ныне празднуем, учит нас, братия, чуждаться еретиков и вообще лжеучителей, коих в наше время, к сожалению, немало.

а) Почему же мы должны всячески избегать лжеучителей? Потому что они враги Божии (Рим. 8, 7), хотят быть как бы выше Бога, взимаются на разум Божий (2 Кор. 10, 5), поставляют себя судьями Божественного Откровения, силятся разрушить то, что создала высочайшая Премудрость Божия для нашего спасения. Господь даровал нам спасительную веру, чтобы мы чрез нее могли обрести вечную, блаженную жизнь на небе: Сын Божий для утверждения ее между людьми Сам благоволил соделаться человеком, Сам проповедал ее и запечатлел Свою проповедь собственной кровью. Вольнодумцы стараются противодействовать этому великому делу Божию, стараются посеять плевелы своих ложных учений там, где небесный Учитель посеял одно чистое семя Своего божественного Слова (Мф. 13, 37–39); дерзновенно восстают против истин веры, нагло глумятся над божественными таинствами и учреждениями Святой Церкви, даже дерзают отвергать самые первые и существенные догматы веры.

б) Посмотрите, братия, какие бывают последствия общения с лжеучителями и вольнодумцами и распространения их лжеучения, и вы поймете, что чуждаться их – это первая обязанность всякого православного христианина.

Последствия общения с лжеучителями и затем распространения их нечестивых учений поистине ужасны и притом не только для частных лиц и семейств, но и для целых царств и народов. Так, например, в мире христианском вольнодумство никогда с такой силою не увлекало умы, как в конце прошедшего столетия, – увлекало не только западные, иноверные государства Европы, но и наше православное отечество. Последствиями сего были сначала кровопролитная междоусобная брань во Франции и различные нестроения в других государствах. Наконец, по попущению Божию, возник оттуда меч Божий, ужасный завоеватель, который потряс алтари Божии и царские престолы многих государств и потом достиг самого сердца нашего отечества, первопрестольного града Москвы, оставляя по себе страшные опустошения и потоки крови человеческой. Несказанные бедствия того времени вразумили людей. Вольнодумство на время утратило свою силу, и снова Евангелие озарило светом своим помраченные умы и согрело охладевшие от неверия сердца. Для кого нет ничего великого и священного в мире, кто дерзновенно восстает против истин веры, составляющей первую святыню существа разумного, кто не боится Бога и ответственности за грех, судите сами, братия, на что не решится подобный человек для удовлетворения своего самолюбия, своих страстей! Мы берем меры предосторожности от татей, которые могут похитить наше имущество, еще более блюдемся от убийц, посягающих на самую жизнь человека. Лжеучители опаснее всякого татя и разбойника, потому что они хотят похитить у нас самое драгоценное наше сокровище – православную веру, они убивают не тело, а самую душу своего ближнего, убивают в ней все, что только есть в ней высокого и богоподобного, все святые верования, все небесные надежды. Действуя всегда хитро, подобно змию искусителю, прикрывая свои зловредные мысли блеском мнимой премудрости и хитрословия, эти волки в овечьей шкуре легко овладевают вниманием людей легкомысленных и маловерных и своими льстивыми беседами и особенно сочинениями нередко развращают умы их.

III. Видите, братия, как велико зло – вольномыслие в области веры; видите, к каким ужасным последствиям может приводить оно! Обращаясь здесь к самим себе, верные чада православной Церкви, можем ли не припомнить трогательного наставления апостола: братия, блюдитеся, да никтоже вас будет прельщая философиею и тщетною лестию, по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христе. Есть у нас богоучрежденное училище – святая православная Церковь: в ней от самих апостолов непрерывно сохраняется Духом Святым во всей чистоте учение Христово. К ней мы должны прибегать во всех случаях, касающихся веры, к ее здравому учению, к ее достойным пастырям и учителям, и от них просить себе вразумлений: и вместе с тем удаляться от злых бесед и писаний легкомысленных и дерзких вольнодумцев, которые, будучи сами не научены и не утверждены в вере, не изучив ее высокого и божественного учения (2 Пет. 9, 16), хулят то, чего сами не знают (Иуд. 10).

Господь да сохранит нас от таковых губителей Своей благодатью. (Прот. Г. Дьяченко).

Поучение 2-е. Равноап. Кирилл, учитель Словенский
(Заслуги его для славянского мира)

I. Св. Церковь ныне празднует память равноап. Кирилла, просветителя славян. Равноап. Кирилл до принятия монашества назывался Константином. Был у него брат Мефодий. Родом они были из г. Солуня – того самого, куда апостол Павел писал свое послание; происходили они от родителей благочестивых, которых звали Лев и Мария. Константина отдали в училище, где он с любовью занимался науками. Константин успел во всех познаниях как нельзя более и за свою ученость получил название философа. Вскоре он был посвящен в священники и был назначен библиотекарем при храме св. Софии, а потом учителем в одном высшем учебном заведении, где назначено ему преподавать философию и языки, которые он знал в совершенстве; но не лежала его душа к жизни мирской, он искал уединения, желал быть отшельником, для чего удалился на одну гору в монастырь; здесь сошелся он с братом своим Мефодием, который ранее оставил мир, и вместе с ним проводил время в посте, молитве и ученых трудах. Промысл, неведомо для них, готовил братьев к великому подвигу – просвещению славян.

В 862 году некоторые славянские князья прислали в Константинополь к греческому императору послов с просьбой прислать просвещенных людей, которые бы сообщили славянам учение Христово и службу церковную на родном славянском языке, так как вера Христова преподавалась славянам этим на языке латинском, для славян непонятном. Царь и патриарх решили на это дело позвать Константина. Константин не отказался. «Хотя я слаб и болен телом, – сказал он, – но иду к славянам с радостью». Но труд этот был нелегкий. У славян не было своей азбуки. Нужно было славянскую азбуку изобрести, и тогда только можно было переложить священные и церковные книги на понятную для славян речь. Константин наложил на себя 40-дневный пост и в монастырском уединении молил Бога вразумить его составить славянскую азбуку. Молитва его услышана. Азбука была им составлена. Многие буквы были взяты с греческого языка, другие изобретены вновь. Константин немедленно приступил и к переводу священных книг с греческого на язык славянский. Переведены сначала самые нужные. Первые слова, переведенные им, были величественные слова пасхального Евангелия: в начале бе слово и слово бе к Богу и Бог бе слово. Слова, читаемые в Светлое Воскресенье, как бы предвозвещали и духовное воскресение славянских народов.

Действительно, скоро славяне стали просвещаться верой Христовой в полном смысле этого слова. В одном месте, как говорит предание, 4500 славян язычников перешли в христианство только потому, что услыхали учение Христово на родном, понятном для них языке. Можно представить, какая вновь между славянами была радость, когда переведены были не только священные, самые необходимые книги, но и богослужебные, когда и утреню, и литургию, и вечерню стали совершать на понятном славянском языке! Так Константин с братом Мефодием, вместе и порознь, ходили во все славянские земли и разносили это духовное сокровище – священные и богослужебные книги на родном языке. Все радовались и благодарили Бога – князья учреждали училища, давали учеников, которые учились и других потом учили славянской грамоте.

II. а) В равноап. Кирилле поучительно прежде всего то, что он больной, слабый оставляет свое любимое уединение, свой келейный покой и идет на труды апостольские. – Больной, и идет, слабый, и однако ж не отказывается от трудов. Не отказывается потому, что надеялся своим трудом принести пользу, что за грех считал скрыть тот талант, которым обладал. Какая ревность! Какое самопожертвование! Дай Бог, чтобы всегда было больше подобных самоотверженных тружеников для славы имени Христова и для спасения ближнего! Но кто же может быть таким ревнителем? Одни ли пастыри Церкви? Нет, каждый, просвещенный верой Христовой, должен быть светом для других. Вы есте свет мира. Тако да просветится свет ваш пред человеки, – говорит Спаситель. Да разумеваем друг друга в поощрении любви и добрых дел, – говорит апостол. И ученый, и учитель, и знатный, и богатый – все должны, кого можно, наставлять, вразумлять, поучать.

б) Св. Кирилл, ревнуя о душевном спасении славян, изобрел славянскую грамоту для них, каковым бесценным изобретением воспользовались и мы, русские, как славянское племя, и перевел на славянский язык все священные и богослужебные книги для того, чтобы славяне лучше понимали и усваивали слово Божие и чтобы с сознанием стояли за службами церковными. Пойми, право